Апелляционное определение № 22-2858/2025 22-40/2026 от 21 января 2026 г.

Судья Юрастова Е.В. Дело № 22-40/2026 (22-2858/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Томск

22 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Мысина И.В.,

судей Неустроева М.М., Юкова Д.В.,

при секретарях – Сафаровой К.М.к., ФИО1,

с участием: прокурора отдела прокуратуры Томской области Матыцына В.В.,

осужденного К.В.ПА. и в защиту его интересов адвоката Захарова С.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевших К., К., осужденного К.В.ПА. на приговор Верхнекетского районного суда Томской области от 07октября 2025 года, которым:

ФИО2, родившийся /__/, судимый:

- 15 февраля 2023 года Верхнекетским районным судом Томской области по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года 6 месяцев,

осужден: - по ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «д», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы, с ограничением свободы на 1 год с установлением следующих ограничений: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, - не изменять место жительства или пребывания; - не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; с возложением обязанности являться в данный орган для регистрации 1 раз в месяц.

На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ ФИО2 отменено условное осуждение по приговору Верхнекетского районного суда Томской области от 15 февраля 2023 года.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по данному приговору, частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Верхнекетского районного суда Томской области от 15 февраля 2023 года, и назначено ФИО2 окончательное наказание в виде 9 лет лишения свободы, с отбыванием в колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год, с установлением следующих ограничений: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, - не изменять место жительства или пребывания; - не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; с возложением обязанности являться в данный орган для регистрации 1 раз в месяц.

До вступления приговора в законную силу, мера пресечения ФИО2 в виде содержания под стражей оставлена без изменения, с содержанием в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Томской области.

Срок наказания К.В.ПА. в виде лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В назначенное наказание зачтено время содержания К.В.ПА. под стражей в период с 23.02.2025 до вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания дополнительного наказания в виде ограничения свободы исчислен со дня освобождения осужденного ФИО2 из исправительного учреждения. Зачтено при этом время следования осужденного из исправительного учреждения к месту жительства или пребывания в срок отбывания наказания в виде ограничения свободы из расчета один день за один день.

Также по уголовному делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Мысина И.В., выступления осужденного К.В.ПА. и в защиту его интересов адвоката Захарова С.С., поддержавших апелляционные жалобы, мнение прокурора Матыцына В.В., полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда К.В.ПВ. признан виновным в покушении на убийство, то есть умышленном причинении смерти двум и более лицам, совершенное с особой жестокостью, общеопасным способом, которое не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Преступление совершено в период времени с 00 до 03 часов 13 февраля 2025 года в /__/ Томской области при установленных судом обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании и на предварительном следствии К.В.ПВ. вину в совершении преступления не признал, признав только факт совершения поджога с целью напугать К. и К., умысла на убийство у него не было.

В апелляционной жалобе потерпевший К. выражает несогласие с приговором Верхнекетского районного суда Томской области от 07октября 2025 года в отношении К.В.ПА., в связи с его чрезмерной суровостью. Считает, что отец не собирался убивать их с мамой. Указывает, что, одевшись после скандала и выходя на веранду дома, он знал, что они не спали и смотрели телевизор. Очаг возгорания был небольшой, был потушен его матерью, а он выбил запор входной двери, вышел на улицу и нанес отцу, стоящему недалеко от крыльца, удар по лицу. Затем он вылил ведро воды на тлеющую дорожку, которой мать сбивала огонь, низ входной двери, и тлеющий линолеум, которым была обита входная дверь. Возможно отец хотел их напугать, ведь никуда не ушел, стоял на улице недалеко от крыльца. Отец неплохой человек. Просит смягчить наказание К.В.ПГ. с учетом его здоровья и возраста.

В апелляционной жалобе потерпевшая К. выражает несогласие с приговором Верхнекетского районного суда Томской области от 07октября 2025 года в отношении К.В.ПА., в связи с его чрезмерной суровостью. Считает, что супруг не собирался их с сыном сжечь в доме, знал, что они не спали, смотрели телевизор. Очаг возгорания был небольшой, огонь потушила практически сама и быстро, сын вылил ведро воды на тлеющую дорожку, которой сбивала пламя и низ входной двери, тлеющий линолеум, которым обита входная дверь. Муж хотел их попугать, так как после содеянного никуда не ушел, а стоял на улице возле крыльца. Муж не плохой человек, работающий, они прожили /__/ лет. Просит смягчить К.В.ПГ. наказание, с учетом его состояния здоровья и возраста.

В апелляционной жалобе осужденный К.В.ПВ. выражает несогласие с приговором Верхнекетского районного суда Томской области от 07октября 2025 года. Указывает, что намерений убивать жену и сына у него не было, поджигая дверь, он был уверен, что жена выйдет и обнаружит возгорание. Он в это время стоял на улице у крыльца, никуда не уходил и не собирался уходить. Своими действиями он хотел напугать домочадцев, после избиения его сыном он был сильно обижен, но пожара он бы не допустил. Потерпевшие и дочь К. в судебном заседании показали, что он никогда не высказывал угроз убийства в их адрес, и об этом они следователю не говорили. Между ним и супругой периодически происходили скандалы, но дальше ругани дело не заходило. За время совместной жизни не разу насилия к членам семьи он не применял. Относительно судимости по ч. 1 ст. 111 УК РФ поясняет, что нанёс повреждения сыну в связи с тем, что он избивал его спящего. В квартире четыре окна, два пластиковых и два деревянных, которые никогда не утеплялись. В спальне у сына распашное окно закрывается на шпингалеты, в зале также окно распашное. На веранде, кроме входной двери, имеются три оконные рамы. Судом неправильно истолкованы показания сына. Когда он вышел на веранду, жена уже сбивала пламя, поняв, что очаг возгорания не большой и сама его потушит, сын открыл входную дверь, выйдя на улицу, нанес ему множественные удары по лицу и телу, и только после этого зашел домой и ведром воды залил тлеющую дорожку. На момент скандала жена и сын не спали, работал телевизор и на кухне горел свет. Он не хотел никого убивать, не допустил бы пожара, понимал, что за стеной проживают соседи, которые тоже могли бы пострадать. И если бы жена в кратчайшее время не вышла бы на веранду и не обнаружила возгорание, то он бы устранил возгорание, закидав снегом. Просит переквалифицировать его действия на ч. 1 ст.119 УК РФ, и в связи с переквалификацией снизить наказание.

В возражениях государственный обвинитель КудряшовА.С. просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы потерпевших и осужденного без удовлетворения.

Заслушав выступления участников процесса, изучив представленные материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, основаны на совокупности доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ.

Так, из исследованных в суде показаний потерпевшей К. следовало, что она проживает по адресу: /__/, со своим мужем ФИО2 и сыном К. Квартира, расположена в двухквартирном одноэтажном деревянном доме, состоит из веранды и жилой части. Вход в квартиру осуществляется через веранду, на веранду – через одностворчатую деревянную дверь, которая снаружи оборудована запорным устройством и которая является единственным входом в квартиру. В соседней квартире проживают пожилые супруги Ф. 12 февраля 2025 года в вечернее время ФИО2 куда-то ушел, в период с 01 часа до 02 часов 13 февраля 2025 года ФИО2 вернулся, стал громко высказываться в её адрес грубыми оскорбительными словами, был пьян. Сын сделал ФИО2 замечания, в ответ тот стал оскорблять сына, между ними началась словесная перепалка. Затем ФИО2, ругаясь грубой нецензурной бранью, вышел на веранду, потом зашел обратно в квартиру, надел свою камуфлированную куртку, резиновые галоши и снова вышел на веранду. Приоткрыв входную дверь, сказал: «До встречи на том свете». После того, как ФИО2 ушел, они с сыном стали смотреть телевизор в зальной комнате, через пять минут она пошла на кухню, услышала звук со стороны веранды, похожий на треск, исходящий из-под двери. Когда открыла дверь, на неё ворвалось пламя огня. Испугавшись, захлопнула дверь и крикнула сыну, что они горят. Сын открыл входную дверь и выбежал на веранду прямо через пламя, чтобы открыть дверь, ведущую на улицу. Выбежав на веранду, она увидела, что горит входная дверь с веранды в квартиру с внешней стороны, обшитая линолеумом, в нижней части, и пламя быстро поднималось вверх. Она пыталась сбить пламя веником, а потом ковриком. В этот момент на веранду с улицы забежал сын, пробежал в квартиру, выбежал оттуда с ведром воды и залил огонь. Убедившись, что пожар потушен, она спросила у сына, где ФИО2, на что тот сказал, что отец стоит смотрит, чем дело кончится, и показал с веранды по направлению к дороге. Она вышла с веранды и увидела ФИО2, который стоял на проезжей части улицы и молча смотрел в их сторону. Сын сказал, что ему пришлось выбивать входную дверь из веранды на улицу ногой, так как она была закрыта снаружи. Они с сыном предположили, что ФИО2 мог облить дверь снаружи какой-нибудь легковоспламеняющейся жидкостью, и стали осматривать веранду. На столике увидели пустую пластиковую бутылку из-под растворителя, что подтвердило их догадку о том, что именно ею ФИО2 облил дверь квартиры и поджег, а спички у него всегда имелись при себе. Когда она обнаружила возгорание, то испытала реальный страх за свою жизнь, а также за жизнь своего сына. Если бы она своевременно не обнаружила возгорание, то они могли бы погибнуть, так как ФИО2 поджег дверь, которая является единственным выходом из дома, огонь распространился бы таким образом, что был бы полностью заблокирован выход из квартиры, и она не смогла бы оттуда выбраться, так как в квартире четыре окна, три из которых не открываются. В зальной комнате окно с открывающейся створкой, но она не смогла бы в него вылезти из-за своей комплекции.

Из исследованных в суде показаний потерпевшего К. следовало, что он проживает по адресу: /__/ с родителями – ФИО2 и К. 12 февраля 2025 года вечером ФИО2 куда-то ушел, в период времени с 01 до 02 часов 13 февраля 2025 года отец вернулся домой стал громко выражаться словами грубой нецензурной брани в адрес матери, был пьян. Он сделал замечание отцу, попросил успокоиться. ФИО2 стал оскорблять их нецензурными словами, после чего вышел на веранду без верхней одежды, потом зашел обратно, надел камуфлированную зимнюю рабочую куртку, галоши, и снова вышел на веранду. После ухода ФИО2 он стал смотреть телевизор, а через 3-5 минут услышал крик матери о том, что они горят. Он подбежал к двери и, открыв ее нараспашку, увидел, что дверь горит в нижней части с внешней стороны, горела сторона, обшитая линолеумом. Пламя уже доходило практически до середины двери. Также горели две дорожки на полу веранды. Он решил выбежать на улицу, но толкнув уличную дверь, обнаружил, что она заперта снаружи. Он начал трясти ее руками, но только слышал металлический лязг щеколды снаружи. Он понял, что дверь снаружи заперта на запорное устройство. Тогда он начал ногами с силой ударять входную дверь, со второго удара дверь поддалась вместе с обналичниками, пробой с крючком открылся и открылась сама дверь. После этого он выбежал на улицу и увидел ФИО2, кроме отца на улице никого не было, и он сразу понял, что поджог совершил именно он. Он разозлился на отца, догнал его на улице, нанес удар кулаком в лицо и побежал обратно в квартиру тушить пожар. Он прямо через огонь забежал в квартиру, набрал ведро воды, которой залил огонь. ФИО2 за это время в дом не заходил, никакой помощи в тушении не оказывал. Они с матерью предположили, что ФИО2 облил дверь снаружи чем-то легковоспламеняющимся, так как пламя было обширное. Они стали осматривать веранду, и на столике увидели пустую бутылку из-под растворителя объемом 0,5 или 0,7 литров. Так как бутылка была пустая, то они сразу поняли, что именно ей ФИО2 облил дверь квартиры и поджег. Если бы мать своевременно не заметила возгорание, то они действительно могли бы погибнуть, так как ФИО2 поджег дверь, которая ведет к единственному выходу из квартиры, а также закрыл входную дверь, ведущую из веранды на улицу, на крючок, и если бы ему не удалось выбить дверь, то последствия могли бы быть самые страшные, вплоть до их смерти. К. не смогла бы вылезти через окно, поскольку фрамуга окна в зале небольшая, и она не смогла бы через неё пролезть, а остальные окна в квартире не открываются. Он испытал страх за свою жизнь и здоровье, а также за жизнь и здоровье мамы, в результате действий ФИО2 он и мама могли погибнуть. Внешний крючок на входной двери, ведущей с улицы на веранду, никогда самостоятельно или случайно не закрывался. Раньше ФИО2 в ходе конфликтов с мамой и с ним неоднократно высказывал угрозы, что сожжет их.

Из исследованных в суде показаний свидетеля К. следовало, что ее мать К. проживает с отцом ФИО2 и братом К. В состоянии алкогольного опьянения отец становится агрессивным и выступает инициатором конфликтов. 13 февраля 2025 года к ней домой пришел К. и рассказал, что ночью отец пришел домой пьяный и вновь устроил скандал, после которого сказал им «встретимся на том свете», а позже поджег входную дверь с веранды в дом и закрыл на крючок. Если бы мама вовремя не обнаружила возгорание, то брат и мама могли бы сгореть в квартире, так как в зимний период времени в квартире открывается только одно окно в зале, но там узкая фрамуга и мама не смогла бы вылезти на улицу. К. вышел через входную дверь на веранду, выбил уличную дверь на веранду, которую отец закрыл на крючок. К. не смогла бы выбить входную дверь, так как у неё в силу возраста и состояния здоровья просто не хватило бы сил. Считает, что находясь в состоянии алкогольного опьянения, ФИО2 действительно хотел убить К. и К., поэтому поджег входную дверь в квартиру, а чтобы они не смогли выйти из горящей квартиры, закрыл дверь на веранду на крючок. Ранее отец неоднократно, находясь в пьяном виде, высказывал матери и брату слова «как вы мне надоели, хорошо бы одному пожить без вас».

Из исследованных в суде показаний свидетеля Ф. следовало, что по соседству с ним и его супругой Ф. в квартире № /__/ дома № /__/ по /__/ в /__/ проживают ФИО2, его супруга К. и их сын К. 12 февраля 2025 года они с Ф. находились дома вдвоем, легли спать, проснулись около 07 часов 13 февраля 2025 года, вышли на улицу, где встретили К., который рассказал им, что в ночное время ФИО2 вернулся домой пьяный, устроил скандал, после чего поджег входную дверь квартиры и запер входную дверь на веранду, чтобы они не смогли выйти из дома, возгорание случайно обнаружила К., после чего они смогли ликвидировать возгорание самостоятельно. Если бы К. случайно не обнаружила пожар, то возможно им с супругой мог бы быть причинен вред здоровью или они могли бы умереть. Если бы разгоревшийся пожар лишил возможности К. и К. покинуть квартиру через дверь, то выбраться из квартиры иным способом можно было только через окна. В квартире у К-вых имеется только одно окно с открывающейся створкой, но К. в силу своей комплекции не смогла бы вылезти через него.

Из исследованных в суде показаний свидетеля Ф. следовало, что 12 февраля 2025 года она и муж находились дома вдвоем, с 22 до 23 часов легли спать. Около 03 часов 13 февраля 2025 года она проснулась и услышала, что в квартире соседей кто-то громко стучит. Около 07 часов они с супругом проснулись, вышли на улицу и встретили К., который рассказал, что ФИО2 в ночное время устроил скандал, поджег входную дверь в дом и запер входную дверь на веранду, чтобы он с матерью не смогли выйти из дома. Если бы К. случайно не заметила возгорание, то они бы сгорели. У К-вых два окна пластиковых, а два окна деревянных. Деревянные окна К-вы на зиму утепляют, заклеивают их, то есть они не открываются. Одно пластиковое окно у них глухое, не открывается. Второе окно пластиковое, имеет открывающуюся створку, К. не смогла бы через него выбраться в силу своей комплекции.

Из исследованных в суде показаний свидетеля П. следовало, что 12 февраля 2025 года вечером он находился дома, около 20 часов пришел ФИО2 с которым они употребляли спиртное, затем ушел. 13 февраля 2025 года ему позвонила К. и рассказала, что ФИО2 ночью пришел домой пьяный, поджег дверь квартиры, в которой она находилась с сыном, и закрыл снаружи дверь веранды.

Из показаний специалиста Д. следует, что окись углерода (угарный газ) оказывает крайне негативное влияние на организм человека и поступает в организм путем его вдоха, что может привести к отравлению. При концентрации свыше 0,32% наступает потеря сознания после 2–3 вдохов, а смерть - менее чем через 3 минуты. У подавляющего большинства людей, погибших при пожарах, причиной смерти явилось отравление окисью углерода (угарным газом).

Кроме того, виновность ФИО2 объективно подтверждается исследованными в судебном заседании письменными доказательствами, в частности: протоколом осмотра места происшествия от 13 февраля 2025 квартиры по адресу: /__/, в ходе которого изъята бутылка с остатками растворителя; протоколом осмотра места происшествия от 10 апреля 2025 года квартиры по адресу: /__/, в ходе которого зафиксировано, что в жилой зоне имеется 4 окна, из которых два деревянных окна утеплены на зимнее время и поэтому не открываются, одно пластиковое окно в спальне имеет одну не открывающуюся створку. Пластиковое окно в зальной комнате имеет открывающуюся створку шириной 55 см и расположено на высоте 70 см от пола; заключением эксперта № 4 от 27 февраля 2025 года, согласно которому на отрезках прозрачной липкой ленты типа «скотч», наклеенных на подложку бумаги белого цвета максимальными размерами 47х30мм и 53х33мм (изъято с поверхности бутылки с остатками жидкости с запахом растворителя в ходе ОМП 13 февраля 2025 года по адресу: /__/ имеются следы размером 22х20мм, 20х15мм. Установлено совпадение папиллярного узора с максимальными размерами 20х15мм, с папиллярными узорами отпечатка ногтевой фаланги мизинца правой руки ФИО2, совпадение папиллярного узора с максимальными размерами 22х20мм, с папиллярными узорами отпечатка ногтевой фаланги большого пальца левой руки ФИО2; заключением эксперта № 176 от 17 марта 2025 года, согласно которому в представленной на исследование прозрачной бесцветной жидкости из бутылки в мешке «Пакет № 2, бутылка из-под растворителя «646», изъятой 13 февраля 2025 года по адресу: /__/, объемом 5 см? содержатся ароматические углеводороды (толуол, ксилол), кетоны (ацетон). Данные компоненты могут содержаться в различных растворителях на нефтяной основе, в том числе и в растворителе «646»; заключением эксперта № 683 от 3 апреля 2025 года, согласно которому очаг возгорания на веранде квартиры № /__/ д. /__/ по /__/ в /__/ находился на нижней части внешней поверхности дверного полотна входной двери в жилое помещение квартиры № /__/. Причиной возгорания на указанной веранде является воздействие открытого огня с применением интенсификаторов горения; заключением комиссии экспертов № 214 от 20 марта 2025 года, согласно которому ФИО2 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием не страдал в период совершения правонарушения и не страдает в настоящее время, у него выявляется /__/. Однако указанные изменения психики у ФИО2 выражены не столь значительно, и не лишали его в момент совершения правонарушения способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Как видно из материалов уголовного дела, в момент совершения преступления у ФИО2 отсутствовали признаки какого-либо временного, болезненного расстройства психической деятельности, в том числе патологического аффекта - он находился в простом алкогольном опьянении, правильно ориентировался в окружающей обстановке, его действия носили последовательный, целенаправленный характер. В ходе следствия ФИО2 мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. По своему психическому состоянию в настоящее время, ФИО2 также может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания, осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий, руководить ими, принимать участие в следственных действиях и судебном заседании. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается, так как психических расстройств, связанных с возможностью причинения им иного существенного вреда, либо опасностью для себя и окружающих, у него нет. ФИО2 в юридически значимой ситуации в состоянии аффекта не находился.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о доказанности вины К.В.ПА. и верно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «д», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ – как покушение на убийство, то есть умышленное причинение смерти двум и более лицам, совершенное с особой жестокостью и общеопасным способом, которое не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Выводы суда имеют надлежащее обоснование и мотивированы в приговоре как в части доказанности вины осужденного, так и в части юридической квалификации его действий.

Противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного, в положенных в основу приговора доказательствах не имеется. При этом, суд указал, по каким основаниям принял одни доказательства и отверг другие, мотивировав свои выводы.

Приведенные заключения экспертов составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с отражением методик проведенного исследования. Предусмотренный законом порядок назначения экспертиз соблюден. Эксперты до начала проведения экспертиз были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Каких-либо сомнений в выводах экспертиз не имеется.

Оснований для оговора ФИО2 как со стороны потерпевших, так и свидетелей, судом обоснованно не усмотрено.

Всем показаниям, в том числе самого ФИО2 судом дана надлежащая оценка.

Как верно установлено судом, наличие у ФИО2 прямого умысла на совершение убийства К. и К. подтверждается тем, что между подсудимым, его супругой и сыном неоднократно происходили конфликты, в ходе которых он говорил, что устал от них, хочет пожить без них, высказывал намерение сжечь супругу, непосредственно перед поджогом между ними произошел конфликт, в ходе которого подсудимый высказал К. фразу: «До встречи на том свете», после чего в ночное время, достоверно зная, что в квартире находятся его супруга и сын, не мог не понимать, что огонь по деревянным конструкциям жилого помещения распространится быстро, в том числе на соседнюю квартиру, где проживают супруги Ф., совершил поджог единственного выхода из квартиры, используя легковоспламеняющуюся жидкость с целью обеспечения активного горения, а для ограничения выхода К. и К. из квартиры в случае обнаружения ими пожара, запер дверь, ведущую из веранды на улицу, на запорное устройство – металлические накладку и крючок.

К доводам ФИО2 о том, что он хотел лишь напугать супругу и сына, а намерения убивать их у него не было, суд обоснованно отнесся критически, поскольку они опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами. С учетом способа и конкретных обстоятельств совершения преступления, в том числе использования им легковоспламеняющейся жидкости для поджога, запирания двери, ухода из квартиры, суд верно установил, что со стороны ФИО2 имело место прямое намерение убийства, а не угроза его совершения.

Подсудимым не оспаривается тот факт, что, совершив поджог двери в квартиру, он дождался, когда огонь разгорится и, только убедившись в том, что пламя разгорелось примерно до 10 см, он вышел на улицу и стал ждать дальнейшего развития событий. ФИО2 никакой помощи К. и К. в тушении возгорания не оказывал.

К пояснениям потерпевшей К. и потерпевшего К. в судебном заседании о том, что ФИО2 не намеревался их убить, а только хотел напугать, суд обоснованно оценил критически, как желание смягчить ответственность близкого им родственника за содеянное.

Преступный умысел, направленный на убийство К. и К., ФИО2 не смог довести до конца по не зависящим от него обстоятельствам, поскольку потерпевшая К. случайным образом обнаружила возгорание, о чем сообщила К., и они самостоятельно его ликвидировали.

Квалифицирующие признаки преступления «в отношении двух и более лиц», «с особой жестокостью», «общеопасным способом» нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства и судом надлежащим образом мотивированы. Так, ФИО2 совершил покушение на убийство находившихся в квартире на момент ее поджога К. и К. Прямым умыслом ФИО2 охватывалось сожжение супруги и сына заживо, что должно было бы причинить им особые мучения и страдания. Избранный ФИО2 способ убийства К. и К. – путем поджога, является общеопасным, так как ставил под угрозу не только их жизни, но и, учитывая ночное время, ставил под угрозу жизнь постоянно проживающих в соседней квартире Ф. и Ф.

Если бы К. случайно не обнаружила пожар, то ей, К., Ф. и Ф., которые согласно их показаниям, в эту ночь находились дома и спали, мог быть причинен вред здоровью или они могли бы погибнуть. Деревянные конструкции двухквартирного дома и отделки помещений в нем, предполагают быстрое распространение пожара по деревянным конструкциям, учитывая использование легковоспламеняющегося вещества.

Доводы осужденного о том, что у него были намерения вернутся и потушить пожар объективного подтверждения не имеют. Так, в судебном заседании К. показала, что, приступив к тушению пожара, она выглянула в дверь на улицу, где увидела ФИО2, стоявшего на улице на дороге примерно в 10 метрах. В судебном заседании потерпевший К. указал на то, что, открыв дверь ногой, вышел на улицу и увидел, что отец стоит у калитки, ждет и смеется.

Доводы осужденного об отсутствии у него умысла на убийство, со ссылкой на наличие в квартире окон, через которые потерпевшие могли покинуть квартиру, также не могут быть приняты во внимание. Как следует из показаний потерпевших, три из четырех окон не открываются, в зальной комнате есть окно с открывающейся створкой, но потерпевшая не смогла бы в него вылезти из-за своей комплекции. Кроме того, как пояснила специалист Д., являющаяся врачом-судебно-медицинским экспертом ОГБУЗ «БСМЭ Томской области», угарный газ, выделяемый при горении даже в малых концентрациях, смертельно опасен. Жизни потерпевших К. и К. подверглись опасности, в том числе и от удушья при пожаре, учитывая, что даже небольшое количество угарного газа может быть причиной смерти.

Изложенные в приговоре доказательства были тщательным образом исследованы судом, по итогам чего им дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности исследованные доказательства признаны достаточными для разрешения уголовного дела, по существу. Каждое из них получило правильную правовую оценку как самостоятельно, так и в совокупности с другими доказательствами, что надлежащим образом отражено в приговоре.

Выводы суда первой инстанции являются мотивированными, и с ними также соглашается суд апелляционной инстанции, а доводы осужденного К.В.ПА. о переквалификации его действий на ч. 1 ст.119 УК РФ, являются несостоятельными, не основаны на нормах уголовного закона, и исследованных в судебном заседании доказательствах.

Суд первой инстанции создал все необходимые условия, для реализации сторонами своих процессуальных прав, предусмотренных УПК РФ, предоставления доказательств как со стороны обвинения, так и со стороны защиты.

С учетом данных о личности осужденного, имеющихся в материалах уголовного дела, его адекватного поведения в ходе судебного заседания, с учетом заключения амбулаторной судебной комплексной психолого – психиатрической экспертизы от 20.03.2025 № 214, сомнений во вменяемости К.В.ПА. у суда первой инстанции обоснованно не имелось.

При назначении наказания ФИО2 суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, его возраст, состояние здоровья, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условие жизни его семьи.

Так, судом принято во внимание, что ФИО2 имеет постоянное место жительства и регистрацию, состоит в зарегистрированном браке, является пенсионером по возрасту, на диспансерном наблюдении у врачей психиатра, психиатра-нарколога не состоит, в судебном заседании удовлетворительно охарактеризован свидетелями П. и П.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание К.В.ПА., судом обоснованно учтено по ч. 2 ст. 61 УК РФ его пожилой возраст, состояние его здоровья.

Суд обоснованно не признал обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого, явку с повинной ФИО2, поскольку на момент ее написания правоохранительным органам было известно о лице, совершившем данное преступление.

Также суд верно не признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления, так как ФИО2 не было представлено органам следствия какой – либо новой неизвестной им информации об обстоятельствах совершения преступления.

Вместе с тем, судом обоснованно принято во внимание и то, что ФИО2 совершил покушение на особо тяжкое преступление в период испытательного срока по приговору Верхнекетского районного суда Томской области от 15 февраля 2023 года, участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о признании ФИО2 отягчающим наказание обстоятельством, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, конкретных обстоятельств его совершения и личности подсудимого, его поведения на месте преступления, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку состояние опьянения ФИО2 в рассматриваемой ситуации способствовало снижению самоконтроля и критики поведения, появлению внезапной вспышки ярости, побудило к насилию в отношении членов своей семьи, потерпевшие К. и К., свидетель К. указали на то, что в трезвом состоянии подсудимый преступление не совершил бы, но в последнее время он стал выпивать значительно чаще, состояние алкогольного опьянения повлияло на его поступки. В характеристиках по месту жительства в отношении ФИО2 также указано на то, что он злоупотребляет спиртными напитками, в состоянии опьянения склонен к совершению правонарушений.

Выводы суда первой инстанции в данной части мотивированны, и с данными выводами также соглашается и суд апелляционной инстанции.

Учитывая совокупность вышеизложенных обстоятельств, личность осужденного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО2 наказания, связанного с реальным лишением свободы, с учетом требований ч. 3 ст. 66 УК РФ, с назначением дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

При этом судом обоснованно не усмотрено возможности для применения к осужденному положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ, с приведением мотивов таких выводов, с которыми также соглашается суд апелляционной инстанции.

Правила ч. 5 ст. 74 УК РФ, как и положения ст. 70 УК РФ при назначении ФИО2 окончательного наказания, применены судом правильно.

Вид исправительного учреждения колония строгого режима назначен К.В.ПГ. правильно, с учетом требований п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вместе с тем, судебная коллегия считает, что вышеназванный приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно п. п. 2, 3 ст. 389.15 УПК РФ, основаниями изменения судебного решения в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона.

Такие нарушения допущены судом по настоящему делу.

В силу ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, то есть постановлен в соответствии с требованиями уголовно – процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Как следует из приговора, в подтверждение виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «д», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, суд в описательно – мотивировочной части сослался на протокол явки с повинной ФИО2 от 14 февраля 2025 года (т. 1, л. д. 47).

Согласно ч. 1 ст. 142 УПК РФ, заявление о явке с повинной - добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении.

В силу ч. 2 ст. 142 УПК РФ, заявление о явке с повинной может быть сделано как в письменном, так и в устном виде. Устное заявление принимается и заносится в протокол в порядке, установленном ч. 3 ст. 141 УПК РФ.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ. К недопустимым доказательствам п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ относит показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде.

Судебная коллегия исходит из того, что, поскольку протокол явки с повинной ФИО2 от 14 февраля 2025 года (т. 1, л. д. 47) был составлен в отсутствие защитника, вышеуказанная явка носила вынужденный характер, так как на момент ее написания правоохранительным органам было известно о лице, совершившем данное преступление, то указанный протокол явки с повинной подлежит исключению из числа доказательств, подтверждающих виновность ФИО2 как недопустимое средство доказывания.

Вместе с тем, данное исключение не влияет на выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, поскольку его виновность подтверждается достаточной совокупностью приведенных в приговоре доказательств.

Кроме того, согласно ч. 1 и ч. 3 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений его Общей части. При этом при назначении виновному наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В соответствии с абз. 2 п. 30(2) постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", непризнание лицом своей вины, отсутствие раскаяния в содеянном, мнение потерпевшего о назначении подсудимому строгого наказания не отнесены законом к отягчающим наказание обстоятельствам, перечень которых установлен статьей 63 УК РФ, в связи с чем суд не должен ссылаться на них в приговоре при назначении наказания.

Однако данные требования закона не учтены судом должным образом.

Так, в описательно - мотивировочной части приговора при назначении наказания при учете данных о личности ФИО2 суд указал, что он вину в совершении преступления не признал, в содеянном не раскаялся.

Вместе с тем, вышеуказанные обстоятельства не могли учитываться судом при назначении наказания как обстоятельства, негативно характеризующие личность виновного, а потому данные указания суда подлежат исключению из приговора, а основное наказание в виде лишение свободы, назначенное ФИО2 как за данное преступление, так окончательное основное наказание в виде лишения свободы, назначенное по правилам ст. 70 УК РФ подлежит снижению.

Оснований для снижения ФИО2 дополнительного наказания в виде ограничения свободы, которое назначено осужденному в минимально возможном пределе, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно – процессуального закона, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.18, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Верхнекетского районного суда Томской области от 07октября 2025 года в отношении ФИО2 - изменить:

- исключить из описательно - мотивировочной части приговора указание на протокол явки с повинной ФИО2 от 14 февраля 2025 года (т. 1, л. д. 47) как на доказательство, подтверждающее виновность осужденного;

- исключить из описательно - мотивировочной части приговора при назначении наказания при учете данных о личности ФИО2 указание на то, что он вину в совершении преступления не признал, в содеянном не раскаялся;

- снизить назначенное ФИО2 по ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «д», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ основное наказание до 8 лет 5 месяцев лишения свободы;

- снизить ФИО2 окончательное основное наказание, назначенное по правилам ст. 70 УК РФ до 8 лет 11 месяцев лишения свободы.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы потерпевших К., К. – удовлетворить частично, а апелляционную жалобу осужденного ФИО2 – оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции. Кассационная жалоба и представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7, 401.8 УПК РФ могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: