Апелляционное определение № 33-3169/2026 от 21 апреля 2026 г.

УИД 59RS0003-01-2025-003334-53

Дело № 33-3169/2026 (2-2579/2025)

Мотивированное апелляционное

определение составлено 22.04.2026


Апелляционное определение

г. Пермь 08.04.2026

Пермский краевой суд в составе председательствующего Казакова М.В., судей Букатиной Ю.П., Бабиновой Н.А., при секретаре Штейниковой Н.С., рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» о взыскании задолженности по заработной плате, упущенного заработка, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Кировского районного суда г. Перми от 25.12.2025.

Выслушав доклад судьи Казакова М.В., изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 (далее истец) обратился в суд с иском о взыскании с ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» (далее ответчик) невыплаченной заработной платы в размере 132 642 руб., упущенного заработка в размере 250 000 руб., компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., указав в обоснование заявленных требований, что истец работал в должности инженера строительного контроля в ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» с 29.10.2024 по 07.12.2024. Приказом директора от 06.12.2024 истец был уволен на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Работодатель не выплатил заработную плату за последний расчетный период с 19.11.2024 по 06.12.2024. Сумма задолженности составляет 132 642 руб. Нахождение истца на строительной площадке подтверждается перепиской рабочего чата «WhatsApp» с контактом ГРС2 Горький, где фиксировалось нахождение на строительной площадке инженера СК для направления заказчику строительства и для простановки часов в табель. Работодатель не выяснил причины увольнения без отработки двухнедельного срока и не разъяснил последствия написания заявления, а также право на отзыв заявления об увольнении, при этом предпосылки к увольнению по собственному желанию у истца отсутствовали, увольнение не было связано с трудоустройством к другому работодателю, иных источников дохода у истца не имелось. Указанное свидетельствует об отсутствии у истца волеизъявления на увольнение по собственному желанию, заявление об увольнении написано под давлением работодателя.

Решением Кировского районного суда г. Перми от 25.12.2025 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Суд постановил взыскать с ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб. Также с ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» в доход бюджета взыскана государственная пошлина. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

С данным решением не согласился истец ФИО1, который обратился с апелляционной жалобой с просьбой пересмотреть решение суда с участием представителя прокуратуры в соответствии с положениями статей 391, 392 Трудового кодекса Российской Федерации. В обоснование требований указано, что табель учета рабочего времени на строительном объекте в г. Хабаровске не велся в связи с отсутствием сотрудника отдела кадров. Производитель работ К. ежедневно подавал сводку в рабочую группу ГРС 2 Горький о количестве сотрудников, где указывал инженера строительного контроля до 6 декабря. За ноябрь 2024 года не произведена оплата с 19 по 27 ноября включительно. С 27.11.2024 по 06.12.2024 проходил обучение дистанционно в учебном центре по желанию работодателя, о чем была договоренность с работодателем при трудоустройстве с сохранением среднего заработка. Также не выплачены суточные 700 руб. С доводами о нарушении дисциплины не согласен. В период с 27.11.2024 по 05.12.2024 проходил обучение в учебном центре, что считает уважительной причиной. Всегда был на связи, готов выехать на строительную площадку при необходимости. Обучаться на месте строительства не мог, так как отсутствовал интернет, обучался по месту жительства, предоставленному работодателем. Акты об отсутствии по месту жительства не составлялись и ему не предъявлялись. Проживал со старшим прорабом К., который ничего не передавал. Подозревает, что все акты были составлены после подачи им искового заявления. 03.12.2024 составлен акт о нахождении истца в алкогольном опьянении. Считает, что акт составлен без его участия, состояние не проверялось, медицинское освидетельствование не проводилось, акт ему не предъявлялся.

От ответчика ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» поступили возражения против доводов апелляционной жалобы с просьбой оставить решение суда без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, будучи извещенными о слушании, не присутствовали, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие.

Судебная коллегия считает, что основания для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы отсутствуют.

Из материалов дела следует, что ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц с 22.05.2018, основной вид деятельности: строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения (л.д. 38-40).

На основании заявления ФИО1, приказа о приёме работника на работу от 29.10.2024 № ** между ФИО1 и ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» заключен трудовой договор № ** (л.д. 85-92), согласно которому истец ФИО1 принят на работу в ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» на должность инженера по строительному контролю обособленного подразделения г. Хабаровск (пункт 1.1); место работы: обособленное подразделение г. Хабаровск (пункт 1.3); работа по договору является для работника основной (пункт 1.4); работнику устанавливается подвижной характер работы (пункт 1.5).

В соответствии с условиями договора работнику установлен следующий режим рабочего времени: пятидневная рабочая неделя с двумя выходными (суббота и воскресенье); продолжительность ежедневной работы 8 часов; начало работы 09:00 час., окончание работы 18:00 час.; работнику устанавливается перерыв для отдыха и питания продолжительностью 1 час в период с 13:00 час. до 14:00 час., который в рабочее время не включается.

За исполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается должностной оклад в размере 115 000 руб. в месяц без учета выплат компенсационного характера, стимулирующих и социальных выплат. Для компенсации дополнительных расходов, связанных с частыми перемещениями и оторванностью от постоянного места жительства, работнику устанавливается надбавка за подвижной характер работы (суточные) в размере 24 150 руб. из расчета 700 руб.* 3 календарных дня. Заработная плата выплачивается работнику не реже, чем каждые полмесяца, 10 и 25 числа месяца, путем перечисления денежных средств на счет банковской карты работника.

С условиями трудового договора ФИО1 ознакомлен.

Трудоустройство ФИО2 в ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» подтверждается сведениями о трудовой деятельности из информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования РФ (л.д. 70-76).

На основании заявления об увольнении от 06.12.2024 (л.д. 94) трудовые отношения с ФИО1 прекращены с 06.12.2024, что подтверждается приказом о прекращении (расторжении) трудового договора № ** от 06.12.2024 по инициативе работника (пункт 3 часть 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 129-130).

Из актов ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» следует, что инженер строительного контроля обособленного подразделения г. Хабаровск ФИО1 отсутствовал на рабочем месте по адресу г. Хабаровск, село Мирное, участок ГРС Горького 27.11.2024; 28.11.2024; 29.11.2024; 02.12.2024; 04.12.2024; 05.12.2024 (л.д. 137-145).

С актами об отсутствии на рабочем месте истец ознакомиться отказался, о чем 05.12.2024 составлен акт об отказе в ознакомлении с актами (л.д. 146).

Согласно служебной записке начальника участка Л. на имя генерального директора ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» инженер по строительному контролю ФИО1 отсутствовал на рабочем месте с 09:00 час. до 18:00 час. с 27.11.2024 по 05.12.2024 (л.д. 147).

03.12.2025 составлен акт о появлении работника на рабочем месте (общественное место проживания) в состоянии алкогольного, наркотического, токсического опьянения, согласно которому инженер по строительному контролю ФИО1 03.12.2024 в 07:28 час. в день выхода на работу находился в состоянии алкогольного опьянения в месте проживания по адресу ****. На основании статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации ФИО1 был отстранен от работы до 04.12.2024 (л.д. 148).

Согласно табелям учета рабочего времени ФИО1 за ноябрь 2024 года истцом отработано 18 смен, отсутствовал на рабочем месте с 27.11.2024 по 29.11.2024 (л.д. 150 оборот); в декабре 2024 года истец отсутствовал на рабочем месте с 02.12.2024 по 06.12.2024 (л.д. 149 оборот).

Согласно расчётным листкам за октябрь 2024 года ФИО1 начислено 25 410 руб. за три рабочих смены, выплачено 22 107 руб.; за ноябрь 2024 года начислено 166 980 руб. за 18 рабочих смен, выплачено 110 884,34 руб., долг предприятия на конец периода составляет 56 494,66 руб.; за декабрь 2024 года начислено 19 759,32 руб. в счет компенсации отпуска, выплачено 73 685,98 руб., долг предприятия на конец периода составляет 0,00 руб. (л.д. 132).

Из представленных в материалы дела платежных поручений следует, что 11.11.2024 по платежному поручению № ** ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» перечислило ФИО3 заработную плату в размере 22 107 руб.; 25.11.2024 по платежному поручению № ** перечислено 88 777,34 руб.; 06.12.2024 по платежному поручению № ** перечислено в размере 73 685,98 руб. (л.д. 98-100).

Согласно правовой позиции истца, работодатель не выплатил заработную плату за период с 19.11.2024 по 06.12.2024 в размере 132 642 руб., при этом в период с 27.11.2024 по 05.12.2024 истец проходил обучение в учебном центре.

Между ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» (заказчик) и ООО «***» (исполнитель) заключен договор № ** от 14.11.2024 на оказание платных образовательных услуг на обучение по дополнительным образовательным программам, по условиям которого исполнитель оказывает заказчику услуги и организовывает для его сотрудников обучение по программам на основании лицензии на образовательную деятельность.

Из приложения № 1 к договору следует, что стоимость оказания услуг составляет 125 000 руб., оказание услуг осуществляется в очно-заочной форме с использованием дистанционных образовательных технологий посредством предоставления доступа к электронным материалам учебной программы и итоговому тестированию на сайте исполнителя в сети Интернет. Местом осуществления образовательной деятельности, в том числе образовательной деятельности с применением электронного обучения и дистанционных образовательных технологий, является место нахождения исполнителя независимо от места нахождения слушателя. В списках слушателей указан ФИО1

По итогам обучения после сдачи аттестации ФИО1 выдано квалификационное удостоверение № ** от 22.11.2024, то есть обучение завершено 22.11.2024.

В период с 27.11.2024 по 06.12.2024 по инициативе работодателя обучение не проводилось.

Учет рабочего времени каждого работника осуществляется работодателем в соответствии с унифицированной формой № т-13, утвержденной Постановлением Госкомстата России от 05.01.2004 № 1.

Установлено также, что ФИО1 в период с октября 2024 года по декабрь 2024 года был трудоустроен в ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ». В ООО «***» истец был трудоустроен в период с октября 2024 года по февраль 2025 года, в период с февраля 2025 года по ноябрь 2025 года истец был трудоустроен в АО СК МОСТ, в декабре 2024 года от ООО «***» поступили сумма выплат в размере 5 735,37 руб. Кроме того поступали отчисления из АО ** в период с октября 2024 года по ноябрь 2024 года на общую сумму 6 882, 42 руб. (л.д. 152).

Установив данные обстоятельства и руководствуясь статьей 37 Конституции Российской Федерации, статьями 15, 16, 21, 22, 57, 70, 77, 80, 129, 135, 234, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 50, 55, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (пункты 22, 63), в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (пункты 46, 47), суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных истцом требований. В частности, суд пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, размер которой определен судом в сумме 5 000 руб. Компенсация взыскана в связи с нарушением права работника, претендовавшего на увольнение с 25.12.2024, но уволенного 06.12.2024. В остальной части суд не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции. Решение суда проверяется в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с положениями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется. Судом дана надлежащая и исчерпывающая оценка представленным сторонами доказательствам, оснований не согласиться с которой у судебной коллегии не имеется.

В силу части 1 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан, помимо прочего, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда.

К числу оснований прекращения трудового договора в силу пункта третьего части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации относится расторжение трудового договора по инициативе работника.

Порядок расторжения трудового договора по инициативе работника (по собственной инициативе) регламентирован в статье 80 Трудового кодекса Российской Федерации, при этом вопреки общему правилу, установленному данной статьей, если в период испытания работник придет к выводу, что предложенная ему работа не является для него подходящей, то он имеет право расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, предупредив об этом работодателя в письменной форме за три дня (часть 4 статьи 71 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

В соответствии с положениями статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

В ходе разбирательства дела суд первой инстанции пришел к верным выводам о том, что истец был принят на работу к ответчику по должности инженера по строительному контролю с испытательным сроком и работой по графику, а именно: пятидневная рабочая неделя с двумя выходными (суббота и воскресенье); продолжительность ежедневной работы 8 часов; начало работы 09:00 час., окончание работы 18:00 час.; перерыв для отдыха и питания 1 час в период с 13:00 час. до 14:00 час. в рабочее время не включается.

Также суд пришел к верным выводам о том, что в период работы истца у ответчика истец действительно проходил обучение, что ответчиком не оспаривалось, однако обучение истца завершилось 22.11.2024, после этого в период с 27.11.2024 по 06.12.2024 обучение истца по инициативе работодателя не проводилось.

Таким образом, установив, что истец в период с 27.11.2024 по 06.12.2024 отсутствовал на рабочем месте, обучение истца по инициативе работодателя не проводилось, суд пришел к верному выводу о том, что в спорный период (с 27.11.2024 по 06.12.2024) истец отсутствовал на рабочем месте без уважительных причин. При этом суд отклонил доводы истца о том, что он в спорный период находился на работе, что подтверждается представленными истцом перепиской (том 1 л.д. 6-36) и скриншотами (снимками экрана). В связи с этим суд пришел к выводу о том, что указание в переписке на то, что в работе принимали участие, в том числе инженер СК - 1 чел., не свидетельствует об осуществлении трудовых функций, поскольку активная переписка от данного участника не велась, в обсуждениях истец не участвовал. Также суд учел, что сам истец пояснил, что на работу не выходил с 23-24 ноября 2024 года. В связи с этим суд оставил без удовлетворения требования истца о взыскании в его пользу с ответчика задолженности по заработной плате, поскольку факт наличия у ответчика задолженности перед истцом по заработной плате не нашел своего подтверждения. Заработная плата с учетом фактически отработанного времени, компенсация за отпуск выплачена истцу.

Учитывая, что истец выразил желание уволиться по собственному желания с 06.12.2024, что было согласовано работодателем, суд обоснованно отклонил требования истца о взыскании с ответчика в пользу истца упущенного заработка в размере 250 000 руб. В данном случае какого-либо нарушения прав истца со стороны работодателя допущено не было, в связи с чем основания для применения при разрешении спора положения статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации у суда не имелось.

Проанализировав представленную в материалы дела переписку, суд пришел к выводу о том, что лицо, действующее от имени работодателя под именем «Dasha Samarina», фактически понудило истца написать заявление об увольнении, при этом понуждение обусловлено нарушением со стороны истца трудовой дисциплины. Соответственно, истцу было предоставлено право выбора: уволиться по собственному желанию либо быть уволенным в связи с допущенными нарушениями. В связи с этим суд пришел к выводу о том, что увольнение по порочащим основаниям путем использования права на подачу заявления об увольнении по собственному желанию и последующее расторжение трудового договора не свидетельствуют об оказании давления на работника со стороны работодателя. Суд отметил отсутствие доказательств того, что на истца оказывалось давление со стороны работодателя, что со стороны работодателя имели место угрозы уволить истца. Дата увольнения 06.12.2024 была указана самим истцом в заявлении об увольнении, с чем согласился работодатель. Заявление об увольнении написано истцом собственноручно, что им не оспаривалось. В связи с этим суд пришел к выводу о том, что соглашение о расторжении трудового договора по инициативе работника с указанной им даты было достигнуто между сторонами, намерение расторгнуть договор истец подтвердил отсутствием на рабочем месте. При таких обстоятельствах, суд не нашел правовых оснований для удовлетворения требований истца о компенсации упущенного заработка.

Изложенные выше выводы суда первой инстанции являются верными. Действительно, из переписки следует намерение работодателя прекратить трудовые отношения с истцом, но исключительно по причине неисполнения истцом трудовых функций без уважительных причин, по причине нарушения истцом трудовой дисциплины. Из переписки также следует намерение работодателя (ответчика) добиваться увольнения истца по порочащим основаниям. Одновременно истцу было предложено уволиться по собственному желанию, избежав тем самым увольнения по инициативе работодателя. Из переписки прямо следует, что истец с этим согласился. Изложенное не может быт истолковано как давление на истца с целью его увольнения. У истца был выбор: уволиться по собственному желанию либо остаться и продолжить работу у ответчика, имея при этом ввиду намерение ответчика провести проверку соблюдения истцом трудовой дисциплины и в случае выявления фактов ее нарушения ставить вопрос о привлечении истца к дисциплинарной ответственности, истец, в свою очередь, имел возможность защищать свои трудовые права всеми допустимыми способами. При этом претензии работодателя были подкреплены актами и служебной запиской, о содержании претензий работодателя, как это следует из переписки, истец знал. Истец выбрал увольнение по собственному желанию, что не является давлением на него, а лишь свидетельствует о реализации истцом собственного выбора.

При изложенных обстоятельствах, выводы суда первой инстанции являются верными, в том числе в части отказа истцу во взыскании утраченного заработка в соответствии со статьей 234 Трудового кодекса Российской Федерации.

Довод истца о том, что ему не дали отработать две недели, суд отклонил, учитывая, что истец как работник, находящийся на испытательном сроке, мог рассчитывать на трехдневный срок с момента написания им заявления до даты его увольнения.

В этой части выводы суда соответствуют обстоятельствам дела и требованиям части 4 статьи 71 Трудового кодекса Российской Федерации.

Также суд отклонил довод истца о том, что производитель работ К. ежедневно подавал сводку о количестве сотрудников, в которой указан инженер СК до 6 декабря, поскольку данный довод противоречит показаниям истца, данным в ходе судебного заседания, из которых следует, что истец не выходил на работу с 23-24 ноября 2024 года. Аналогичными доказательствами опровергается довод истца о том, что с 27.11.2024 по 05.12.2024 он находился на обучении. Суд указал, что само по себе указание на задействование инженера СК не свидетельствует о выполнении истцом трудовой деятельности.

Установив, что ФИО2 изъявил желание на увольнение с 25.12.2024, суд пришел к выводу о том, что со стороны работодателя допущено нарушение права истца, выразившееся в том, что по настоянию работодателя истец был уволен с 06.12.2024. В связи с этим суд пришел к выводу о возможности взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 5 000 руб. Выводы суда в части оценки размера компенсации морального вреда являются верными.

Частично удовлетворив исковые требования, суд взыскал с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в соответствии с положениями статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации и статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

Выводы суда являются обоснованными и соответствуют обстоятельствам дела и требованиям законодательства.

Возражая против решения суда, истец в апелляционной жалобе приводит доводы о том, что табель учета рабочего времени на строительном объекте в г. Хабаровске не велся в связи с отсутствием сотрудника отдела кадров; производитель работ К. ежедневно подавал сводку в рабочую группу ГРС 2 Горький о количестве сотрудников, где указывал инженера строительного контроля до 6 декабря; за ноябрь 2024 года не произведена оплата с 19 по 27 ноября включительно; с 27.11.2024 по 06.12.2024 истец проходил обучение дистанционно в учебном центре по желанию работодателя, о чем была договоренность с работодателем при трудоустройстве с сохранением среднего заработка; также истцу не выплачены суточные 700 руб.

Данные доводы подлежат отклонению, учитывая, что работодателем организован учет рабочего времени работников, который не обязательно должен осуществляться по месту фактического производства работ. В связи с этим отсутствие сотрудника отдела кадров по месту фактического производства работ не является препятствием для учета рабочего времени по месту нахождения кадровой службы работодателя, что и было реализовано работодателем. Табели учета рабочего времени работодателем заполняются в соответствии с требованиями законодательства, копии табелей в отношении истца представлены суду, в табелях содержится информация о количестве отработанных истцом смен за весь период его работы в организации ответчика. В табелях содержатся сведения об отсутствии истца на рабочем месте в ноябре и декабре 2024 года, при этом установлено, что истец отсутствовал на рабочем месте без уважительных причин. К этим выводам суд пришел исходя из объяснений самого истца, которые в силу статей 55, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются доказательствами по делу.

Следует отметить, что даже из содержания апелляционной жалобы истца следует, что в период с 27.11.2024 по 05.12.2024 он не являлся на работу. В частности, довод истца о том, что в указанный период он проходил обучение по договоренности с работодателем, что является уважительной причиной, при этом он всегда был на связи с был готов появиться на строительной площадке, как раз и свидетельствуют о том, что в это период истец точно не находился на работе на строительной площадке вопреки его доводам об этом и вопреки переписке, на которую истец ссылается как на подтверждение своих доводов.

Также данные обстоятельства судом установлены из анализа переписки в социальных сетях, представленной самим истцом, прежде всего. Так, из переписки судом верно установлено, что подача сведений об инженере по строительному контролю не свидетельствует о том, что в спорный период истец действительно выполнял свои трудовые функции. Из переписки это не следует, участие истца в переписке, в обсуждении рабочих вопросов в этот период не зафиксировано. Наоборот, отсутствие истца на рабочем месте без уважительных причин, в том числе в состоянии алкогольного опьянения с отстранением истца от работы на сутки зафиксировано в служебной записке начальника участка и в актах об отсутствии на работе и о появлении на работе в состоянии опьянения, с которыми истец отказался ознакомиться.

В итоге, учитывая данные обстоятельства, несмотря на переписку, на которую безосновательно ссылается истец, в табелях учета рабочего времени факт отражены смены, когда истец действительно выходил на работу, и отражено, что в спорные периоды в ноябре и декабре 2024 года истец на работе отсутствовал.

Доводам истца о том, что он проходил обучение в период с 27.11.2024 по 05.12.2024 судом также дана надлежащая оценка, оснований не согласиться с которой не имеется. Судом верно установлено, что обучение истца было завершено 22.11.2024, после чего обучение истца не проводилось, доказательства обратного истцом не были представлены. В связи с этим работодатель пришел к выводу об отсутствии истца на рабочем месте после этого без уважительных причин, что нашло свое подтверждение и в ходе разбирательства дела в суде.

Доводы о невыплате истцу суточных опровергаются расчетными листами, из которых следует, что все предусмотренные трудовым договором выплаты истцу произведены, в том числе истцу выплачивалась надбавка за подвижной характер работы (суточные) в октябре и ноябре 2024 года, в декабре такая выплата отсутствовала в связи с невыходом истца на работу.

В этой части доводы апелляционной жалобы истца направлены на переоценку выводов суда, оснований для которой не имеется, учитывая, что всем доводам и доказательствам сторон в этой части судом дана оценка исходя из обстоятельств дела и требований законодательства.

Также в апелляционной жалобе истец выражает несогласие с выводами суда о нарушении истцом трудовой дисциплины. В обоснование этих доводов апеллянт (истец) указывает, что в период с 27.11.2024 по 05.12.2024 он проходил обучение в учебном центре, что считает уважительной причиной отсутствия истца на работе, при этом он всегда был на связи и всегда готов был выехать на строительную площадку при необходимости; обучаться на месте строительства истец не мог, так как отсутствовал интернет, поэтому он обучался по месту жительства, предоставленному работодателем; акты об отсутствии по месту жительства не составлялись и ему не предъявлялись; он проживал со старшим прорабом К., который ему ничего не передавал. Акты были составлены после подачи искового заявления. Акт о нахождении в алкогольном опьянении составлен без его участия, состояние истца не проверялось, медицинское освидетельствование не проводилось, акт ему не был предъявлен.

Данные доводы подлежат отклонению, учитывая, что обучение истца действительно проводилось, но завершилось ранее указанной истцом даты, а именно: 22.11.2024. После этого обучение истца по инициативе работодателя не проводилось, иное не следует из переписки, представленной сторонами, равно как и не подтверждается материалами дела. Истцом доказательства обратного суду не были представлены. Готовность истца появиться на строительной площадке не свидетельствует о том, что работодателем неверно было интерпретировано отсутствие истца на работе как не обусловленной уважительными причинами. Суть трудовых правоотношений сторон в том и заключалась, что истец обязан был выходить на работу и исполнить свои трудовые функции, а не быть готовым ответить на звонок и по звонку же выехать на работу.

Несогласие с актами об отсутствии на работе и с актом о появлении в состоянии алкогольного опьянения отражает лишь субъективное отношение истца к этим документам, которые составлены по инициативе работодателя, предъявлены истцу, который отказался с ними ознакомиться, что также подтверждено актом об отказе от ознакомления. Доводы истца об обратном при отсутствии каких-либо доказательств не свидетельствуют о том, что данные акты недействительны, были оставлены лишь после предъявления искового заявления и в связи с предъявлением истцом искового заявления. Учитывая, что факт отсутствия истца на работе без уважительных причин, в том числе в период, за который были составлены эти акты, нашел свое подтверждение, у суда не было оснований сомневаться в их подлинности и достоверности.

Что касается довода о том, что старший прораб К. ничего не говорил истцу об отсутствии его на рабочем месте и о составлении актов, то данный довод отражает лишь избранный истцом способ защиты своих прав. Истец обязан был выходить на работу и не мог не понимать, что невыход на работу является нарушением трудовой дисциплины. Факт отсутствия истца на рабочем месте отразил в служебной записке начальник участка Л. Акты, с которыми истец отказался ознакомиться, свидетельствуют об этом же. В связи с этим доводы о том, что прораб К. ничего не говорил истцу, голословны и о наличии оснований для отмены решения суда не свидетельствуют.

Что касается акта от 03.12.2024 о появлении истца в состоянии алкогольного опьянения и отстранении в связи с этим истца от работы, то данный акт истцом не оспорен, при этом состояние опьянения может устанавливаться не только путем медицинского освидетельствования, но и любыми другими средствами доказывания, что и было реализовано работодателем, тогда как работник (истец) доказательств обратного суду не представил. Одно лишь несогласие с содержанием акта и отказ истца от ознакомления с ними не свидетельствуют об обоснованности доводов истца о недостоверности этих сведений. Истец имел возможность представить свои возражения и доказательства как работодателю, так и в суд, однако данными возможностями истец не воспользовался. Оснований для их повторной проверки по доводам апелляционной жалобы с вызовом лиц, участвовавших в составлении этих актов, не имеется.

Оснований для привлечения к участию в деле органов прокуратуры не имеется, поскольку данный спор не относится к числу споров, при рассмотрении которых участие прокурора является обязательным (статья 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Кировского районного суда г. Перми от 25.12.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в соответствии с главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в кассационном порядке в течение трех месяцев в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (город Челябинск) через суд первой инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи