Апелляционное определение № 22-382/2026 от 15 апреля 2026 г.

Судья Шилова Н.Ю. Дело №22-382/2026


Апелляционное определение

г. Иваново 16 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ивановского областного суда

в составе:

председательствующего Герасимовой С.Е.

судей Деминой Е.С., Сафронова В.А.

при секретаре Мусаевой К.А.,

с участием:

прокурора Малушенко Т.В.,

осужденных ФИО1, ФИО2 с использованием системы видео-конференц-связи

защитников-адвокатов Маркова В.Л., Пигаревой А.С.

представителя потерпевшей Гудим Н.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2 с дополнениями, защитников – адвокатов Маркова В.Л., Пигаревой А.С. на приговор Кинешемского городского суда Ивановской области от 18 декабря 2025 года, постановленный в отношении ФИО1 и ФИО2.

Заслушав доклад судьи Сафронова В.А., мнение участвующих лиц, судебная коллегия

установила:

приговором Кинешемского городского суда Ивановской области от 18 декабря 2025 года:

ФИО1, <данные изъяты>, судимый:

- 19 октября 2018 года Костромским районный судом Костромской области по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (4 преступления) с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима, освобожден 4 марта 2020 года по отбытии срока наказания;

- 25 ноября 2022 года Ленинским районным судом г. Костромы по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима; постановлением Свердловского районного суда г. Костромы от 16 мая 2022 года неотбытая часть наказания в виде 11 месяцев 5 дней лишения свободы заменена принудительными работами на тот же срок; постановлением Рязанского районного суда Рязанской области от 15 декабря 2023 года освобожден условно-досрочно, снят с учета 10 апреля 2024 года

признан виновным и осужден по п.п. «а», «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 4 года с ограничением свободы сроком на 1 год с отбыванием основного наказания в исправительной колонии особого режима.

На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ ФИО1 установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; не менять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; обязать ФИО1 являться в указанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу с зачетом в срок лишения свободы времени содержания ФИО1 под стражей с 18 ноября 2024 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

ФИО2, <данные изъяты>:

- 7 декабря 2021 года Свердловским районным судом г. Костромы по ч. 1 ст. 111 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима, освобожден 17 ноября 2023 года по отбытии срока наказания

признан виновным и осужден по:

- п.п. «а», «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года 11 месяцев с ограничением свободы сроком на 1 год;

- ч. 1 ст. 159 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО2 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев с ограничением свободы сроком на 1 год с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ ФИО2 установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; не менять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; обязать ФИО2 являться в указанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу с зачетом в срок лишения свободы времени содержания ФИО2 под стражей с 22 января 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приняты решения о сохранении ФИО1 и ФИО2 ранее избранной меры пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу.

Удовлетворен гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1, с осужденных ФИО1 и ФИО2 в пользу Потерпевший №1 в солидарном порядке взысканы 371500 рублей. Исковое заявление Свидетель №1 оставлено без рассмотрения.

Приговором также решены вопросы об оставлении без изменения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество ФИО1 в качестве обеспечительной меры до разрешения гражданского иска и судьбе вещественных доказательств.

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за совершение кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору с незаконным проникновением в жилище в крупном размере.

Кроме того, ФИО2 признан виновным и осужден за совершение мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана.

Обстоятельства совершения преступлений подробно изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Пигарева А.С. выражает несогласие с приговором суда в отношении осужденного ФИО2 ввиду его незаконности и необоснованности, просит отменить, ФИО2 оправдать, по п.п. «а», «в» ч.3 ст. 158 УК РФ – ввиду его непричастности к преступлению, по ч.1 ст. 159 УК РФ – за отсутствием состава преступления.

Обращает внимание на противоречия в показаниях потерпевшей Потерпевший №1, на то, что потерпевшей и свидетелями назывались разные суммы похищенных денежных средств, при этом судом необоснованно указано о том, что рапорт и сообщение о преступлении доказательственного значения не имеют, противоречиям в показаниях потерпевшей и свидетелей оценка не дана.

Отмечает, что, кроме показаний потерпевшей Потерпевший №1, отсутствуют доказательства того, что ФИО1 и ФИО2 представлялись сотрудниками коммунальной службы.

Указывает, что на стадии предварительного расследования, судебного следствия стороне защиты не предоставлена возможность задать потерпевшей вопросы, осталось без удовлетворения ходатайство стороны защиты о проведении судебной психолого-психиатрической экспертизы в отношении потерпевшей, особенности ее восприятия не исследовались.

Просит учесть, что в удовлетворении всех ходатайств, которые заявлялись стороной защиты о проведении следственных действий с участием потерпевшей, отказано ввиду ее состояния здоровья, однако она участвовала в допросах, которые проводились по инициативе следователя. Аналогичная ситуация, по мнению стороны защиты, сложилась и в ходе судебного следствия.

Считает, что к показаниям Свидетель №1, данным в судебном заседании в качестве свидетеля после ходатайства стороны защиты о ее отводе как представителя потерпевшей, следует отнестись критически, поскольку они аналогичны показаниям Потерпевший №1, данным с ее участием в качестве законного представителя.

Акцентирует внимание на том, что показаниями Свидетель №1, а также ФИО1 подтверждается то, что потерпевшая сама передала деньги.

Полагает, что версия обвинения опровергается отсутствием отпечатков пальцев ФИО2 и ФИО1 в маленькой комнате, в материалах дела отсутствуют сведения о наличии отпечатков пальцев на шкафу, чемодане, потожировых следов.

По мнению стороны защиты, не нашли своего подтверждения квалифицирующие признаки «с незаконным проникновением в жилище», поскольку Потерпевший №1 сама пригласила осужденных войти, а также «группой лиц по предварительному сговору», так как ФИО1 пояснил, что лишь предоставил в аренду принадлежащий ему автомобиль и находился за рулем, по просьбе ФИО2 помог установить фильтр с согласия Потерпевший №1

В подтверждение довода о том, что ФИО2 не похищал денежные средства Потерпевший №1 ссылается на показания ФИО2

Утверждает, что действия ФИО2 по продаже и установке лампочек Потерпевший №2 состава преступления не образуют.

Ссылаясь на показания свидетеля Свидетель №2, потерпевшей Потерпевший №2, подсудимого, считает, что ФИО2 потерпевшую не обманывал, не вводил ее в заблуждение относительно потребительских свойств товара.

Просит учесть, что заключение эксперта о рыночной стоимости лампочек подготовлено без учета стоимости лампочек в различных регионах, не оценивалась стоимость доставки товара на дом и установки.

Обращает внимание на то, что потерпевшая, посчитав первоначально обозначенную цену лампочек высокой, сама предложила приемлемую для нее цену, по которой и была совершена сделка купли-продажи. В подтверждение данного довода ссылается на показания потерпевшей, данные 19 марта 2025 года в ходе очной ставки.

Просит учесть, что после очной ставки Потерпевший №2 была снова допрошена следователем по тем же вопросам и в протоколе ее допроса от 19 марта 2025 года были зафиксированы выгодные для следствия ответы, ходатайство о проведении очной ставки для устранения вновь возникших противоречий не было удовлетворено.

Указывает, что допрос Потерпевший №2 посредством видео-конференц-связи в судебном заседании 26 августа 2025 года был проведен с нарушением требований закона ввиду участия слушателя, представившейся дочерью потерпевшей, которая подсказывала потерпевшей ответы на вопросы, неточно передавала суть вопросов, адресованных Потерпевший №2

Приводит довод о том, что потерпевшая Потерпевший №2 не слышала свои показания, оглашенные стороной обвинения, в связи с чем установить ее позицию в судебном заседании не удалось, в удовлетворении ходатайства стороны защиты о допросе потерпевшей Потерпевший №2 в судебном заседании отказано.

Считает, что показания потерпевшей Потерпевший №2 не могут быть положены в основу обвинительного приговора ввиду вышеуказанных нарушений.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором суда ввиду его незаконности, необоснованности и несправедливости, просит отменить или изменить.

Указывает на чрезмерную суровость приговора, акцентируя внимание на совокупность смягчающих наказание обстоятельств и положительные характеристики, в том числе с места работы, которые судом в полной мере не учтены. Отмечает, что назначенное излишне суровое наказание отразится на его жизни, условиях жизни его семьи, матери – пенсионерки, несовершеннолетней дочери.

Считает, что показания потерпевшей Потерпевший №1, на которые суд ссылается в приговоре, являются недопустимыми доказательствами. Просит учесть, что Свидетель №1 не просто присутствовала при допросах Потерпевший №1, а принимала участие, задавала вопросы, влияла на исход следственного действия.

Приводит довод о том, что показания Потерпевший №1 были оглашены в судебном заседании, несмотря на возражения стороны защиты об этом и непроведение очной ставки, непредоставление ему возможности задать вопросы потерпевшей и оспорить ее показания.

В дополнительной апелляционной жалобе от 18 февраля 2026 года осужденный ФИО2 просит приговор суда отменить, по п.п. «а», «в» ч.3 ст. 158 УК РФ просит его оправдать ввиду непричастности к преступлению, по ч. 1 ст. 159 УК РФ просит его оправдать ввиду отсутствия состава преступления.

Помимо доводов, которые по существу аналогичны изложенным выше, указывает, что в ходе предварительного расследования не был выяснен вопрос о его психической полноценности, чем нарушено его право на защиту.

Акцентирует внимание на необоснованность отказа в удовлетворении ходатайства адвоката Маркова В.Л. о проведении выездного судебного заседания для допроса потерпевшей Потерпевший №1, а также на оглашенное адвокатом Пигаревой А.С. ходатайство о проведении медицинской экспертизы в отношении потерпевшей Потерпевший №1, содержащееся на стр. 54 протокола судебного заседания, в удовлетворении которого суд первой инстанции целенаправленно отказал.

Приводя собственный анализ доказательств, указывает на недоказанность его вины в совершении преступлений, а также несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам.

По преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 159 УК РФ, выражает несогласие с выводом суда о том, что показания свидетеля Свидетель №2, данные в судебном заседании, являются ложными. Считает, что показания потерпевшей Потерпевший №2 опровергаются показаниями Свидетель №2 и его показаниями в той части, где он представился работником социальной службы. Отмечает, что фиксированной стоимости на лампочки не установлено.

Относительно кражи денежных средств у Потерпевший №1, приводя собственный анализ показаний потерпевшей, делает вывод, что сумма, которая осталась у Потерпевший №1 после его и ФИО1 ухода, была не маленькой, явно не 8500 рублей, кроме того, по мнению осужденного, 8500 рублей не являются частью 380 000 рублей, хранившихся у потерпевшей, и появиться на кровати под чемоданом данные денежные средства могли только одним способом, - Потерпевший №1 положила их на кровать до того, как достала чемодан из шкафа, считает, что существование 8500 рублей, которые якобы нашла потерпевшая, является сомнительным, поскольку сотрудниками полиции дважды проводился обыск у Потерпевший №1, и денежные средства найдены не были, отсутствие денежных средств подтверждается и показаниями Свидетель №5 Утверждает, что показания Потерпевший №1, начиная с 18 ноября 2024 года, являются ложными, а вывод суда о том, что после первого допроса от 16 июля 2024 года Потерпевший №1 в дальнейших допросах свои первые показания уточняет, не соответствует материалами дела, поскольку потерпевшая свои показания не уточнила, а изменила.

Просит учесть, что подтвердить или опровергнуть показания Потерпевший №1 не могут ни Свидетель №5, ни Свидетель №1, ни Свидетель №4, ни Свидетель №3, поскольку они не были очевидцами произошедшего и знают о случившемся только со слов потерпевшей.

Просит отнестись критически к показаниям Свидетель №1, а также обращает внимание на то, что показания Свидетель №1, данные в ходе судебного разбирательства до оглашения ее свидетельских показаний, опровергаются показаниями Потерпевший №1 и являются копией вторичных показаний Потерпевший №1, в которых она принимала участие в качестве представителя потерпевшего.

Указывает на существенное искажение сути показаний Свидетель №1 в протоколе судебного заседания и приговоре суда, а также на неотражение вопросов адвоката Маркова В.Л., адресованных данному свидетелю, в протоколе судебного заседания.

Считает, что та версия произошедшего, которая излагается им и ФИО1 подтверждается первыми показаниями Потерпевший №1 и результатами экспертиз, согласно которым отсутствуют какие-либо следы, принадлежащие ему и ФИО1 в дальней комнате.

Акцентирует внимание на том, что обнаруженный отпечаток пальца ФИО1, изъятый со стены в прихожей квартиры Потерпевший №1, факт, что они заходили в дальнюю комнату, не подтверждает.

Просит дать оценку показаниям Свидетель №4 и Свидетель №3, данным на стадии предварительного следствия 16 июля 2024 года.

Приводя собственный анализ показаний Свидетель №4, Свидетель №3 и Свидетель №5, отмечает, что их показания, данные на стадии предварительного следствия, существенно противоречат показаниям, данным ими в судебном заседании, просит отнестись к последним критически.

Считает, что его доводы о непричастности к краже денежных средств у Потерпевший №1 суд первой инстанции оставил без внимания.

Отрицает факт того, что он и ФИО1 представились сотрудниками «Водоканала», в связи с чем квалифицирующий признак «с незаконным проникновением в жилище» отсутствует.

В дополнительной апелляционной жалобе от 30 марта 2026 года осужденный ФИО2 отмечает, что в аудиозаписи судебного заседания от 25 марта 2025 года при допросе свидетеля Свидетель №1 после оглашения ее показаний отсутствует ряд вопросов, которые задавал адвокат Марков В.Л., и часть ответов свидетеля Свидетель №1

Обращает внимание на нарушение сроков ознакомления его с протоколом судебного заседания и аудиозаписью.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, просит дать законную оценку доказательствам, обращая внимание на суровость приговора, просит вынести справедливое и законное решение.

Приводя собственный анализ показаний Потерпевший №1, указывает на их противоречивость, считает, что показания, данные Потерпевший №1 в присутствии представителя потерпевшей, являются недопустимыми.

Полагает, что с учетом смягчающих наказание обстоятельств, а также того, что сторона обвинения просила назначить более мягкое наказание, ему назначено слишком суровое наказание.

В дополнительной апелляционной жалобе от 26 января 2026 года осужденный ФИО1 со ссылкой на показания потерпевшей Потерпевший №1 конкретизирует довод о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты о проведении судебно-психиатрической экспертизы. Отмечает, что доказательственная база, свидетельствующая о его причастности к преступлению, основывается на словах потерпевшей, в связи с чем следствие и суд обязаны были провести психиатрическую экспертизу в отношении потерпевшей для исключения сомнений и достижении истины. Считает, что имеющаяся в деле справка о том, что потерпевшая не состоит на учете у психиатра, не может быть основанием для отказа в проведении судебно-психиатрической экспертизы.

Просит отменить приговор суда.

В дополнительной апелляционной жалобе от 26 января 2026 года осужденный ФИО1 конкретизирует довод о незаконном оглашении показаний потерпевшей ввиду того, что ФИО2 не дали возможность оспорить ее показания, отмечает, что между ним и потерпевшей очная ставка была проведена с нарушением УПК РФ ввиду участия представителя потерпевшей, которая ранее допрашивалась как свидетель, в связи с чем данное доказательство не имеет юридической силы. Считает, что суду необходимо было вызвать потерпевшую в суд. Обращает внимание на отказ суда в вызове потерпевшую в суд ввиду ее плохого состояния здоровья, однако на протяжении следствия потерпевшая неоднократно участвовала в следственных действиях и подписывала документы.

В дополнительных апелляционных жалобах от 9 и 13 февраля 2026 года осужденный ФИО1 выражает несогласие с постановлением суда от 30 января 2026 года, вынесенным по результатам рассмотрения его замечаний на протокол судебного заседания, просит отразить в протоколе судебного заседания все вопросы стороны защиты свидетелю Свидетель №1, ответы на них и всю речь данного свидетеля.

В дополнительной апелляционной жалобе от 17 февраля 2026 года осужденный ФИО1 приводит довод о том, что допущены нарушения УПК РФ при предъявлении ему обвинения. Указывает, что данное процессуальное действие было проведено без второго адвоката, который участвовал в уголовном деле с самого начала следствия, чем было нарушено его право на защиту. Считает, что данный факт является основанием для отмены приговора и направления уголовного дела прокурору. Акцентирует внимание на то, что адвокат Марков В.Л. не был извещен о вышеуказанном процессуальном действии.

В дополнительных апелляционных жалобах от 30 марта 2026 года осужденный ФИО1 указывает на несоответствие аудиозаписи судебного заседания суда первой инстанции действительности, поскольку в аудиозаписи от 19 августа 2025 года отсутствует часть опроса свидетеля Свидетель №1 адвокатом Марковым В.Л.

В апелляционной жалобе адвокат Марков В.Л. выражает несогласие с приговором суда ввиду его незаконности и необоснованности, просит отменить, ФИО1 – оправдать ввиду непричастности к преступлению.

Ссылаясь на показания ФИО1 и ФИО2, указывает, что не имеется оснований им не доверять, так как материалами дела они не опровергнуты.

Обращает внимание на то, что Свидетель №1 16 июля 2024 года была допрошена в качестве свидетеля, а в последующем незаконно была допущена в качестве представителя потерпевшего и принимала участие в следственных действиях, в связи с чем протоколы допроса потерпевшей с участием представителя потерпевшей являются недопустимым доказательством, что подтвердил суд первой инстанции, удовлетворив ходатайство защитника об отводе представителя потерпевшей.

Приводя собственный анализ показаний потерпевшей, указывает, что ее показания являются противоречивыми и порождают сомнения в ее способности осознавать действительность, что, в том числе, подтверждает то обстоятельство, что в ходе опознания ни ФИО1, ни ФИО2 не были опознаны потерпевшей, при этом явка потерпевшей в суд обеспечена не была, ФИО2 был лишен очной ставки с потерпевшей, в проведении психолого-психиатрической экспертизы стороне защиты было необоснованно отказано.

Обращает внимание на положения п. 9, 11, 18, 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое».

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Боровкова Т.В. указывает на то, что оснований для изменения или отмены приговора по доводам жалоб не имеется, просит в их удовлетворении отказать.

В возражениях на апелляционные жалобы представитель потерпевшей Потерпевший №1 – адвокат Гудим Н.Н. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела по доводам апелляционных жалоб стороны защиты, возражений государственного обвинителя и представителя потерпевшей Потерпевший №1, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения жалоб по следующим основаниям.

Вопреки доводам жалоб, существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих общие условия судебного разбирательства и процедуру рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции, влекущих отмену приговора, не допущено.

Уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2 рассмотрено законным составом суда, всесторонне, полно и объективно, с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ, регламентирующей пределы судебного разбирательства.

Из протокола судебного заседания видно, что суд в соответствии с положениями ст. 15 УПК РФ создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальной обязанности и осуществления предоставленных им прав, обеспечил равенство прав сторон, сохраняя беспристрастность и объективность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе исследуя доказательства, заявляя ходатайства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов.

Все ходатайства по делу разрешены после их тщательного обсуждения с участниками процесса в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и принципами состязательности и равноправия сторон. Вопреки доводам жалоб, принятые по ним решения вынесены в соответствии с требованиями ст. 256 УПК РФ и судом апелляционной инстанции признаются законными, обоснованными и мотивированными.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что сторона защиты не была лишена возможности предоставления доказательств в обоснование своей правовой позиции по делу, участия в исследовании доказательств, их анализе и оценке.

Право осужденных на ознакомление с протоколом и аудиозаписью судебного заседания суда первой инстанции, вопреки доводам жалоб, реализовано в полном объеме.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, в соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу установлены и указаны в обвинительном заключении, которое соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, в связи с чем каких-либо препятствий для постановления судом приговора и оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имелось.

Данные обстоятельства нашли свое отражение и в приговоре, в котором, как того требует уголовно-процессуальный закон, содержится описание преступных деяний, признанных судом доказанными, а также все необходимые сведения о месте, времени и способе их совершения, форме вины, мотивах и целях, а также иных данных, позволяющих судить о событии преступлений, причастности осужденных, их виновности в содеянном. Эти обстоятельства судом установлены и подтверждены исследованными доказательствами. Оснований полагать, что приговор был постановлен на недопустимых доказательствах, а также предположениях, не имеется.

Предварительное расследование осуществлено с соблюдением требований ст. 151, 152 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного ФИО1, порядок привлечения его в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, регламентированный положениями главы 23 УПК РФ, соблюден. Как следует из материалов уголовного дела, 21 ноября 2024 года, 20 марта 2025 года обвинение было предъявлено ФИО1 в присутствии защитника – адвоката Маркова В.Л., 13 мая 2025 года – в присутствии защитника – адвоката Лебедевой О.В., соответствующие постановления подписаны адвокатами и ФИО1 Подписи адвокатов и ФИО1 имеются также на уведомлениях о дне предъявления обвинения. В материалах дела имеется собственноручное заявление ФИО1 о том, что он не возражает против участия при предъявлении ему обвинения 13 мая 2025 года защитника – адвоката Лебедевой О.В. (т.5 л.д. 73). Таким образом, доводы осужденного ФИО1 о нарушении его права на защиту безосновательны.

Вывод суда о доказанности вины ФИО1 и ФИО2 в совершении кражи группой лиц по предварительному сговору с незаконным проникновением в жилище в крупном размере, а ФИО2 также в совершении мошенничества является правильным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела и основанным на достаточной совокупности доказательств, исследованных судом первой инстанции и приведенных в приговоре.

Сомневаться в объективности, полноте отражения и допустимости положенных в основу приговора доказательств, что оспаривается в жалобах по каждому доказательству стороны обвинения, оснований не имеется, поскольку они были получены в соответствии с требованиями закона, каждое из них должным образом было проверено, доказательства были сопоставлены между собой и оценены в совокупности, без придания каким-либо из них заранее установленной силы. Отраженные в приговоре доказательства были исследованы в условиях состязательного процесса, их содержание изложено в приговоре в соответствии с протоколом судебного заседания с достаточной полнотой и определенностью без каких-либо искажений их смыслового содержания, на что необоснованно указано в жалобах. Все представленные сторонами доказательства и доводы судом были исследованы и им дана надлежащая оценка, что нашло свое мотивированное отражение в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 и ФИО2 виновными себя по предъявленному обвинению в совершении кражи группой лиц по предварительному сговору с незаконным проникновением в жилище в крупном размере не признали. Не отрицая факт нахождения 16 июля 2024 года в квартире Потерпевший №1, осужденные заявили о непричастности к инкриминируемому преступлению, сообщив о том, что в данный день ФИО1 на принадлежащем ему автомобиле за вознаграждение возил ФИО2 по различным адресам в г. Кинешме, последний ходил по квартирам и предлагал фильтр для воды, около 14 часов они подъехали к дому <адрес>, вместе, поскольку ФИО1 помогал донести фильтр, зашли в подъезд и позвонили в квартиру на первом этаже, им открыла женщина в возрасте – Потерпевший №1, которой ФИО2 предложил купить фильтр, Потерпевший №1 согласилась. ФИО1 стал заниматься фильтром, а Потерпевший №1 пошла в маленькую комнату за деньгами, затем вышла и отсчитала 50000 рублей. Далее они ушли.

Несмотря на вышеприведенную позицию осужденных, их вина в совершении инкриминируемого преступления подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей, заключением судебной экспертизы, иными документальными доказательствами по делу.

Так, согласно показаниям потерпевшей Потерпевший №1, данным в ходе предварительного расследования и оглашенным на основании п. 2 ч.2 ст. 281 УПК РФ, 16 июля 2024 года она впустила в свою квартиру 2 молодых людей, представившихся сотрудниками водоканала и предложивших приобрести фильтр для воды. Данное предложение ее заинтересовало. После их ухода она обнаружила пропажу 371000 рублей, о чем сообщила по телефону своему внуку – Свидетель №5 (т.1 л.д. 110-114, 115-117, 121-123, 124-126).

В ходе очной ставки с ФИО1 19 ноября 2024 года Потерпевший №1 сообщила, что именно ФИО1 вместе с другим мужчиной она 16 июля 2024 года впустила к себе в квартиру (т.1 л.д. 246-254).

В ходе допроса 2 марта 2025 года Потерпевший №1 дополнительно показала о том, что 13 июля 2024 года к ней приходила сноха – Свидетель №1, которой она отдала 20000 рублей, у нее оставалось 380000 рублей. До 16 июля 2024 года данные денежные средства были на месте (т.1 л.д. 127-130).

Свидетель Свидетель №1 сообщила аналогичные обстоятельства, которые ей стали известны со слов потерпевшей Потерпевший №1, дополнительно отметив, что 16 июля 2024 года ей позвонил сын Свидетель №5 и сказал о поступившем ему звонке от бабушки, у которой украли деньги.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №5 16 июля 2024 года в присутствии его друзей Свидетель №4 и Свидетель №3 с 17 до 18 часов ему позвонила бабушка – Потерпевший №1 и сказала о краже у нее денег двумя мужчинами, об этом он сообщил по телефону своей матери – Свидетель №1, далее он вместе с друзьями поехал к бабушке. На месте бабушка ему сообщила о том, что к ней пришли двое мужчин с фильтром для воды и украли у нее деньги. Денег действительно не было, при этом в раковине на кухне был фильтр.

Аналогичные показания дали свидетели Свидетель №3 и Свидетель №4, последний дополнительно сообщил о том, что в ходе разговора в квартире Потерпевший №1 слышал о пропаже более 300000 рублей.

Приведенные выше показания потерпевшей и свидетелей объективно подтверждаются письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре, в том числе протоколами осмотра места происшествия от 16 и 17 июля 2024 года, в ходе которых была осмотрена <адрес>, на кухне в раковине обнаружен и изъят фильтр, из шкафа в маленькой комнате изъяты вязаные тапки, со стены в прихожей изъят след пальцев руки (т. 1 л.д. 66-76, л.д. 77-88); заключением эксперта №13/443 от 18 ноября 2024 года, согласно которому след пальца руки, изъятый со стены в прихожей в квартире Потерпевший №1, оставлен указательным пальцем правой руки ФИО1 (т. 2 л.д. 108-109), а также другими доказательствами, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Показания потерпевшей и свидетелей суд обоснованно положил в основу обвинительного приговора, признав их допустимыми и достоверными, поскольку они были получены в установленном законом порядке, согласуются между собой, взаимно дополняя друг друга и подтверждаются иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Оснований для оговора ФИО1 и ФИО2 потерпевшей и свидетелями, их личной заинтересованности в исходе дела, судом апелляционной инстанции, как и судом первой инстанции, не установлено.

Учитывая совокупность изложенных доказательств, судебная коллегия признает несостоятельной версию стороны защиты о непричастности ФИО1 и ФИО2 к хищению денежных средств у потерпевшей Потерпевший №1

Не может согласиться судебная коллегия и с доводами стороны защиты об отсутствии правовых оснований для оглашения показаний потерпевшей Потерпевший №1 Протоколы ее допросов составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и правомерно оглашены в ходе судебного следствия с соблюдением требований п. 2 ч. 2, ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ, поскольку согласно протоколу судебного заседания государственным обвинителем были представлены медицинские документы, которые подтверждают наличие у нее тяжелой болезни, препятствующей явке в суд (т.6 л.д. 108, 109).

При этом судебная коллегия отмечает, что в период предварительного следствия была проведена очная ставка между потерпевшей Потерпевший №1 и осужденным ФИО1, в ходе которой осужденный изложил свою версию произошедших 16 июля 2024 года событий, ему была предоставлена реальная возможность задать потерпевшей Потерпевший №1 вопросы, которой он воспользовался. Несмотря на то, что в период предварительного следствия не проводилось очной ставки между потерпевшей Потерпевший №1 и осужденным ФИО2, стороне защиты, в том числе осужденному ФИО2 и его адвокату, в судебном заседании суда первой инстанции предоставлена реальная возможность довести до суда свою позицию по отношению к показаниям потерпевшей Потерпевший №1 Суд апелляционной инстанции принимает также во внимание и то, что показания потерпевшей Потерпевший №1 не являются единственным доказательствами по данному уголовному делу и полностью согласуются с показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №5, Свидетель №3, Свидетель №4, данными в судебном заседании, тем самым сторона защиты имела возможность оспорить их в судебном заседании.

Вопреки доводам жалоб, какие-либо существенные противоречия в показаниях потерпевшей Потерпевший №1, требующие их истолкования в пользу осужденных, влияющие на выводы суда о доказанности вины и квалификацию их действий по делу отсутствуют.

Несостоятельны доводы апелляционных жалоб и о необходимости проведения судебно-психиатрической экспертизы в отношении потерпевшей Потерпевший №1, поскольку предусмотренных статьей 196 УПК РФ оснований для ее назначения из материалов дела не усматривается. Показания потерпевшей Потерпевший №1 в ходе предварительного следствия последовательны и логичны, каких-либо сомнений в психическом состоянии здоровья потерпевшей у судебной коллегии, как и суда первой инстанции не возникло.

Доводы стороны защиты о недопустимости протоколов допроса потерпевшей Потерпевший №1, очной ставки с ФИО1 ввиду того, что свидетель Свидетель №1 участвовала в уголовном производстве в качестве представителя потерпевшей, были предметом оценки суда первой инстанции и мотивированно отклонены. С аргументами, указанными судом первой инстанции в обоснование данного вывода, судебная коллегия соглашается.

Не является вышеуказанное обстоятельство и основанием для признания недопустимым доказательством показания свидетеля Свидетель №1, которые положены в основу приговора. Данные показания получены с соблюдением требований закона, свидетель предупреждена об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу ложных показаний. Тот факт, что показания свидетеля Свидетель №1 полностью согласуются с показаниями потерпевшей Потерпевший №1 об их недопустимости или недостоверности не свидетельствует. Они подробны, последовательны, согласуются с иными доказательствами по делу, каких-либо оснований им не доверять судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия, прослушав в совещательной комнате аудиозапись судебного заседания суда первой инстанции, в том числе в части допроса свидетеля Свидетель №1, сопоставив содержание аудиозаписи с протоколом судебного заседания отмечает, что показания свидетеля Свидетель №1 отражены в протоколе судебного заседания с учетом постановления Кинешемского городского суда Ивановской области от 30 января 2026 года без искажения смысла сказанного. Доводы стороны защиты об обратном несостоятельны. При этом каких-либо объективных данных, свидетельствующих о монтаже аудиозаписи судебного заседания, не имеется.

Все диспозитивные и квалифицирующие признаки совершенного осужденными ФИО1 и ФИО2 преступления надлежаще мотивированы судом в приговоре.

Выводы суда о совершении осужденными инкриминированного преступления в составе группы лиц по предварительному сговору подтверждены совместным и согласованным характером их действий, направленных на достижение единой цели, – неправомерное завладение денежными средствами, принадлежащими Потерпевший №1

Так, осужденные ФИО1 и ФИО2, каждый выполняя свою роль для облегчения успешной реализации совместного преступного плана, благодаря своим совместным действиям, которые дополняли друг друга, под предлогом продажи потерпевшей фильтра, проникли в ее квартиру, получили доступ к денежным средствам Потерпевший №1, обратили их в свою пользу, причинив Потерпевший №1 ущерб.

Квалифицирующий признак «в крупном размере» установлен судом верно с учетом суммы похищенных денежных средств – 371500 рублей на основании исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана надлежащая оценка в приговоре.

То обстоятельство, что в ходе очной ставки с ФИО1 потерпевшая Потерпевший №1 сообщила о том, что в ее квартире находилось около 600000 рублей не ставят под сомнение законность и обоснованность приговора. Суд данным показаниям Потерпевший №1 дал надлежащую оценку, приведя в приговоре мотивированное об этом суждение, основанное на сопоставлении всех исследованных по делу доказательств.

Вопреки доводам жалоб, не вызывают сомнений и выводы суда о наличии в действиях осужденных квалифицирующего признака «с незаконным проникновением в жилище», который надлежащим образом обоснован и подтвержден совокупностью исследованных судом доказательств. Оснований в данной части ставить под сомнение показания потерпевшей Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №1 о том, что осужденные представились Потерпевший №1 работниками коммунальной службы, не имеется.

Анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств, в их совокупности, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершения преступления, прийти к правильному выводу о виновности осужденных ФИО1 и ФИО2 и квалификации их действий по п.п. «а», «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ как совершение кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору с незаконным проникновением в жилище в крупном размере.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО2 также в совершении мошенничества соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

- показаниями самого ФИО2, свидетеля Свидетель №2, сообщивших о продаже ФИО2 12 декабря 2024 года Потерпевший №2 10 светодиодных ламп за 10000 рублей;

- показаниями потерпевшей Потерпевший №2, которая сообщила о том, что 12 декабря 2024 года ей позвонили в дверь двое мужчин, один из которых сказал, что они являются работниками социальной службы, а также подробно пояснила об обстоятельствах продажи ей 10 светодиодных ламп за 10000 рублей;

- протоколом предъявления лица для опознания от 19 марта 2025 года, согласно которому Потерпевший №2 указала на ФИО2 как на лицо, который продал ей лампочки (т. 4 л.д. 17-20);

- протоколом осмотра места происшествия от 12 декабря 2024 года, в ходе которого осмотрена квартира <адрес> и в комнате из люстры изъята лампочка (т. 1 л.д. 97-101);

- протоколом дополнительного осмотра данной квартиры от 14 марта 2025 года, в ходе которого были изъяты 6 лампочек в картонных коробках и 3 пустые коробки из-под лампочек (т. 1 л.д. 102-105);

- заключением эксперта №019 от 17 марта 2025 года, согласно которому розничная стоимость лампы, изъятой в ходе осмотра места происшествия, по состоянию на 12 декабря 2024 года составляет 59 рублей (т. 2 л.д. 158-172).

Подтверждается вина осужденного ФИО2 в совершении мошенничества и иными доказательствами, исследованными в суде первой инстанции, подробное содержание которых приведено в приговоре.

Доводы осужденного и его защитника о гражданско-правовом характере правоотношений между осужденным и Потерпевший №2 обоснованно признаны несостоятельными, поскольку исходя из анализа совокупности исследованных судом доказательств фактически деятельность осужденного была основана на обмане, направленном на хищение денежных средств потерпевшей, который не является элементом, характерным для гражданского оборота.

Оснований не доверять заключению эксперта №019 от 17 марта 2025 года у суда первой инстанции не имелось, не имеется таковых и у суда апелляционной инстанции, поскольку оно выполнено экспертом, имеющим соответствующее образование и квалификацию, необходимые для производства данной экспертизы, содержит в себе полные, последовательные, научно-обоснованные ответы на поставленные перед экспертом вопросы, неясностей и противоречий не содержит, основано на методиках, поименованных в экспертном заключении и проведенном исследовании, при этом эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Вопреки доводам защиты, потерпевшая Потерпевший №2 была допрошена в судебном заседании суда первой инстанции в соответствии с требованиями ст. 277 УПК РФ.

Оснований ставить под сомнение достоверность показаний потерпевшей Потерпевший №2 в той части, в которой она сообщает, что один из позвонивших в дверь ее квартиры мужчин представился сотрудником социальной службы, у суда первой инстанции не имелось, поскольку каких-либо причин, в силу которых она могла бы оговорить ФИО2 не установлено.

С учетом установленных фактических обстоятельств судебная коллегия находит правильной критическую оценку судом первой инстанции показаний свидетеля Свидетель №2 о том, что ФИО2 не представлялся Потерпевший №2 сотрудником какой-либо службы. Приведенные в данной части мотивы суда первой инстанции судебная коллегия находит убедительными.

Юридическая оценка действий ФИО2 по ч.1 ст. 159 УК РФ является верной.

Каких-либо новых обстоятельств, могущих повлиять на исход уголовного дела, но не установленных или в недостаточной степени учтенных судом первой инстанции, в апелляционных жалобах не приведено.

Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене судебного решения.

Непроведение осужденному ФИО2 судебно-психиатрической экспертизы не свидетельствует о незаконности принятого решения, поскольку в соответствии с п. 3 ст. 196 УПК РФ назначение и производство судебно-психиатрической экспертизы в отношении подозреваемого и обвиняемого является обязательным в случае, когда возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве. Поскольку обстоятельств, которые бы могли породить такие сомнения, не было, оснований для назначения и проведения судебно-психиатрической экспертизы в отношении ФИО2 как у органов предварительного следствия, так и у суда не имелось.

Все юридически значимые обстоятельства, влияющие на вид и размер назначенного осужденным наказания, судом установлены и учтены в полной мере.

Назначая наказание ФИО1 и ФИО2, суд учел характер и степень общественной опасности содеянного ими, данные о личности каждого из них, смягчающие наказание обстоятельства, отягчающее наказание обстоятельство, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признал и в должной мере учел: состояние здоровья ФИО1 и его родственников, в том числе наличие инвалидности у матери, оказание им помощи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, суд признал и в должной мере учел по каждому из совершенных преступлений: в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие малолетнего ребенка, а также в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ – состояние здоровья ФИО2, оказание помощи матери и состояние ее здоровья, а по преступлению в отношении Потерпевший №2 в силу п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ также – добровольное возмещение имущественного ущерба.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства обоснованно признан рецидив преступлений в действиях каждого осужденного.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о назначении осужденным наказания в виде реального лишения свободы.

Оснований для применения положений ст. 53.1, ст. 64, ч. 3 ст. 68, 73 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Требования ч. 2 ст. 68 УК РФ при назначении наказания осужденным судом соблюдены.

Назначение каждому из осужденных по факту хищения денежных средств у Потерпевший №1 дополнительного наказания в виде ограничения свободы и отсутствие необходимости назначения дополнительного наказания в виде штрафа судом первой инстанции мотивировано.

Принимая во внимание, что в действиях осужденного ФИО2 имеется совокупность преступлений, одно из которых относится к категории тяжкого преступления, суд первой инстанции обоснованно применил при назначении наказания положения ч. 3 ст. 69 УК РФ, частично сложив назначенные наказания.

Вид исправительного учреждения для отбывания лишения свободы каждому назначен в строгом соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ, с учетом наличия в действиях ФИО1 особо опасного рецидива, а в действиях ФИО2 – опасного рецидива.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции, вопреки доводам жалоб, приходит к выводу о том, что назначенное ФИО1 и ФИО2 наказание является справедливым, поскольку оно соразмерно содеянному ими и данным об их личности, назначено с учетом конкретных обстоятельств дела, определено с учетом целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ, а поэтому считать его явно несправедливым вследствие чрезмерной суровости, оснований не имеется.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 о взыскании с осужденных возмещения материального ущерба рассмотрен судом в соответствии с требованиями закона.

По изложенным основаниям апелляционные жалобы осужденных и их защитников удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм материального или процессуального права, влекущих на основании ст. 389.15 УПК РФ отмену или изменение приговора, по материалам дела судом апелляционной инстанции не усматривается.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Кинешемского городского суда Ивановской области от 18 декабря 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2 с дополнениями, защитников – адвокатов Маркова В.Л., Пигаревой А.С. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий С.Е. Герасимова

Судьи: Е.С. Демина

В.А. Сафронов