Апелляционное постановление № 22-301/2025 от 16 сентября 2025 г. по делу № 1-317/2025

судья Березенко М.П. № 22-301/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 сентября 2025 года город Магадан

Магаданский областной суд, в составе:

председательствующего - судьи Агаевой Е.И.,

при секретаре судебного заседания Чекотиной М.Ю.,

с участием:

прокурора уголовно - судебного отдела прокуратуры Магаданской области Черкашиной Н.Ю.,

защитника - адвоката Пальчинского А.В., действующего на основании ордера №... от <дата>,

осужденной ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление заместителя прокурора г. Магадана Калашник Н.В., апелляционную жалобу осужденной ФИО1 на приговор Магаданского городского суда Магаданской области от 30 июля 2025 года, которым

ФИО1, <.......>, несудимая,

осуждена:

по ч.1 ст. 306 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 320 часов.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ ФИО1 освобождена от наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, отменена по вступлению приговора в законную силу.

С осужденной взысканы в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 29 220 рублей.

Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Доложив материалы дела, содержание судебного решения, доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы, поступивших на нее возражений, заслушав выступления осужденной ФИО1 и ее защитника - адвоката Пальчинского А.В., поддержавших апелляционную жалобу в полном объеме, мнение прокурора Черкашиной Н.Ю. об изменении приговора по доводам представления, суд апелляционной инстанции,

установил:

приговором суда ФИО1 осуждена за заведомо ложный донос о совершении преступления.

Преступление совершено ФИО1 28 сентября 2022 года в городе Магадане в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В апелляционном представлении заместитель прокурора г. Магадана Калашник Н.В., не оспаривая фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность виновности осужденной, назначенного ей наказания, полагает, что приговор суда подлежит изменению в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, выразившемся в его постановлении на основании недопустимого доказательства.

В обоснование указывает, что суд первой инстанции в качестве доказательства виновности ФИО1 в приговоре указал протокол осмотра предметов от 11 февраля 2025 года, согласно которому осмотрен диск с видеозаписью с зафиксированным на ней ходом негласного оперативно-розыскного мероприятия «опрос с использованием специальных технических средств» в отношении ФИО1

Вместе с тем, поскольку ФИО1 в суде первой инстанции не подтвердила свои пояснения, учитывая, что данное мероприятие проведено без разъяснения процессуальных прав на защитника и положений ст. 51 Конституции РФ, полагает, что сведения, полученные от ФИО1 по обстоятельствам предъявленного ей в дальнейшем обвинения, в силу ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми доказательствами.

Просит приговор изменить, исключить из его описательно-мотивировочной части указание на протокол осмотра предметов от 11 февраля 2025 года.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 не соглашается с приговором суда ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а также существенного нарушения уголовно-процессуального законодательства.

Утверждает, что не совершала заведомо ложного сообщения о преступлении. В отношении нее действительно совершено преступление, в ходе которого неизвестные лица, взломавшие аккаунт в социальных сетях, без ее ведома и согласия оставили комментарии и публикации, направленные на дискредитацию Вооруженных Сил РФ.

Далее, подробно указывает на отсутствие в ее действиях инкриминируемого состава преступления, обращает внимание на неэффективность проведенного следствия, недостаточность собранных доказательств, в частности, подтверждающие факт использования именно её телефона для размещения комментариев.

Настаивает, что в нарушение требований ст. ст. 74, 88 УПК РФ, уголовное преследование построено преимущественно на субъективных усмотрениях и неподтверждённых свидетельских показаниях и не соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства.

Указывает на давление со стороны правоохранительных органов, в результате которого в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «опрос» признала факт написания комментарий, дискредитирующих Вооруженные силы РФ. Полагает, что её стрессовое состояние не было учтено при даче признательных показаний в ходе данного «опроса», который считает недопустимым доказательством.

Просит приговор отменить, дело пересмотреть.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденной ФИО1 государственный обвинитель Гулизаде А.А. с учетом доводов, указанных в апелляционном представлении, с доводами жалобы не соглашается, утверждает, что постановленный по делу обвинительный приговор является законным, обоснованным и справедливым.

Фактические обстоятельства совершённого ФИО1 преступления установлены судом верно, выводы о доказанности её вины являются обоснованными и подтверждаются совокупностью доказательств, всесторонне и полно исследованных судом и подробно изложенных в приговоре. Квалификация действий ФИО1 по ч. 1 ст. 306 УК РФ является правильной.

Просит оставить апелляционную жалобу осужденной без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, представленные на апелляционную жалобу возражения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Признается он таковым только тогда, когда постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Приговор суда первой инстанции, как обвинительный, постановлен верно. Вывод суда о доказанности виновности осужденной ФИО1 в совершении инкриминированного преступления при обстоятельствах, установленных судом, суд апелляционной инстанции находит правильным, основанным на исследованных в судебном заседании доказательствах, которые полно приведены в приговоре и получили правильную оценку в их совокупности. Оснований, предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ, для отмены приговора суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы осужденной об отсутствии умысла на совершение преступления повторяют позицию осужденной в суде первой инстанции, которая не нашла подтверждения по результатам судебного следствия.

Так, в судебном заседании осужденная ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении не признала. По обстоятельствам дела показала, что 10 июля 2022 года, используя свой телефон, при помощи приложения VPN посещала различные сайты, в том числе в своем аккаунте интернет-сети «<сеть>» вводила пароль, после чего произошло прекращение соединения. 11 июля 2022 года обнаружила, что частично утратила доступ к аккаунту, а также увидела наличие публикаций и различных комментарий, дискредитирующих Вооруженные Силы РФ, якобы сделанные от ее имени. Утверждает, что в отношении нее совершено преступление, предусмотренное ст. 272 УК РФ, а именно неправомерный доступ к компьютерной информации, в связи с чем 28 сентября 2022 года обратилась в ОМВД с заявлением о преступлении.

Как видно из приговора, судом первой инстанции проанализированы и оценены показания ФИО1 При этом, суд обоснованно пришел к выводу, что показания последней о наличии законных оснований для обращения в правоохранительные органы для написания заявления о привлечении неизвестных лиц к уголовной ответственности, расценены как избранный осужденной способ защиты.

Несмотря на занятую осужденной позицию, её виновность в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах, подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон, и подробно изложенных в приговоре.

Показаниями свидетеля К. о том, что 16 июля 2022 года в сети «<сеть>» увидела публикацию под которой имелись комментарии, дискредитирующие Вооруженные силы РФ. Комментарии были оставлены пользователем под псевдонимом, принадлежащим ФИО1 В ходе переписки с самой ФИО1 она сделала последней замечание о недопустимости распространения подобных комментариев, на что та пообещала более подобного не писать. Ранее подобные факты также имели место, в связи с чем она и ее супруг Р. неоднократно делали Г.Н.АБ. замечания по факту распространения и размещения последней негативных комментариев в отношении военнослужащих Вооруженных Сил РФ (том № 2, л.д. 88-91).

О том, что ФИО1 неоднократно размещала в социальных сетях комментарии, дискредитирующие Вооруженные силы РФ также подтвердил в суде свидетель Р.

Показаниями свидетеля Б. о том, что Г.Н.АВ. в сети «<сеть>» размещала посты, фотографии, истории на которых имелись различные проукраинские высказывания и лозунги. На протяжении первой половины июля 2022 года видела в различных социальных сетях оскорбительные и недопустимые сообщения ФИО1 в отношении Вооруженных Сил РФ, а также в отношении иных силовых структур РФ.

Вопреки доводам жалобы осужденной, о том, что показания свидетелей не подтверждают ее вину, суд апелляционной инстанции не находит оснований, в силу которых кто-либо из свидетелей обвинения могли оговорить ФИО1 или создать искусственные доказательства её виновности. Эти доводы опровергнуты по результатам тщательной проверки в судебном заседании доказательств. Противоречий в показаниях допрошенных лиц по обстоятельствам, касающихся существа предъявленного осужденной обвинения, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности осужденной, на правильность применения уголовного закона, не имеется.

Помимо показаний свидетелей, виновность осужденной ФИО1 подтверждается и иными доказательствами, подробный анализ которых приведен в приговоре:

- судебными решениями Магаданского городского суда Магаданской области от 5 сентября 2022 года, согласно которым ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ, по факту демонстрации ею 12 июля 2022 года, 13 июля 2022 года, с использованием принадлежащего ей мобильного телефона, в сети «Интернет» контента, направленного на дискредитацию Вооруженных Сил РФ, а также постановления Магаданского городского суда Магаданской области от 11 ноября 2022 года, согласно которому ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.20.3.1 КоАП РФ (том № 2, л.д. 148-156);

- протоколом осмотра предметов от 11 февраля 2025 года, согласно которому осмотрен компакт-диск, содержащий копии материалов дел об административных правонарушениях в отношении ФИО1, в каждом из которых имеется скриншот переписки от 16 июля 2022 года с ФИО1, содержащий обещание последней более не размещать в социальных сетях негативное отношение к проводимой специальной военной операции (том № 2 л.д. 79-85);

- материалами оперативно-розыскной деятельности, в которых отражены обстоятельства проведения оперативно-розыскного мероприятия «наведение справок» с номер телефона, принадлежащего ФИО1 (том № 1, л.д. 118-121, 126);

- протоколом осмотра документов от 24 ноября 2022 года, согласно которому осмотрена копия заявления ФИО1 о преступлении от 28 сентября 2022 года, зарегистрированного в КУСП № 20931, в котором осужденная просит привлечь к уголовной ответственности лицо, совершившее в отношении нее преступление, предусмотренное ч. 1 ст.272 УК РФ, с отметкой о том, что предупреждена об уголовной ответственности за ложный донос по ст. 306 УК РФ (том № 1, л.д. 8-13, 191-195);

- протоколом осмотра документов от 11февраля 2025 года, согласно которому осмотрен компакт диск, содержащий ответ <мобильный оператор> от 6 октября 2022 года о принадлежности абонентского номера телефона <№.....> ФИО1. Указанный абонентский номер с IMEI абонента №... в период с 10 июля 2022 года по 13 июля 2022 года были привязаны к базовым станциям по различным адресам в г. Магадане, IMEI абонента на протяжении всего указанного периода не менялся (том № 2, л.д. 37-43);

- протоколом осмотра документов от 25 февраля 2025 года, согласно которому осмотрено постановление оперуполномоченного ОУР ОМВД России по г.Магадану об отказе в возбуждении уголовного дела от 27 октября 2022 года по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст.272 УК РФ по заявлению Г.Н.АБ. на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (том № 1, л.д. 132-133; том № 2, л.д. 113-115), а также иными доказательствами, исследованными судом и приведёнными в приговоре.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает заслуживающими доводы апелляционного представления и частично доводы апелляционной жалобы осужденной о допущении судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона.

Так, из обжалуемого приговора следует, что в качестве доказательств виновности ФИО1 судом в приговоре приведены результаты оперативно-розыскного мероприятия «опрос с использованием технических средств» от 8 августа 2022 года с участием ФИО1, ход и содержание которого изложены в справке №537 от 25 октября 2022 года, зафиксированы в видеозаписи на компакт-диске (том №1, л.д. 136-137, 138-139, 140, 141-170), а также протокол осмотра предметов от 11 февраля 2025 года в котором отражены результаты осмотра данной видеозаписи (том №2, л.д. 45-70).

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» опрос включен в перечень оперативно-розыскных мероприятий, что согласно определению Конституционного Суда РФ признано не противоречащим ст. 24 Конституции РФ (определение Конституционного Суда РФ от 9 июня 2005 года N 327-О «По жалобе гражданина ФИО2 АА.Н. на нарушение его конституционных прав положениями п.п. 1 и 3 ч. 1 ст. 6 и п.п. 1 п. 2 ч. 1 ст. 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»).

В силу ст. 89 УПК РФ, в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам настоящим Кодексом.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ, недопустимыми являются доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, они не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения и использоваться при доказывании (ч. 1 ст. 75), что служит гарантией принятия законного и обоснованного решения по уголовному делу (определения от 21 октября 2008 года N 527-О-О, от 23 июня 2009 года N 886-О-О, от 23 сентября 2010 года N 1190-О-О, от 21 июня 2011 года N 849-О-О, от 22 января 2014 года N 127-О, от 25 сентября 2014 года N 1880-О и N 2173-О, от 23 октября 2014 года N 2438-О, от 23 декабря 2014 года N 2845-О и N 2937-О, от 23 апреля 2015 года N 999-О, от 28 февраля 2019 года N 561-О и др.).

Из содержания, проведенного в отношении ФИО1 оперативно-розыскного мероприятия «опрос с использованием технических средств» следует, что ФИО1 сообщила оперативному сотруднику об обстоятельствах, уличающих ее в действиях, по фактам которых впоследствии осуществлялось уголовное преследование. При этом, данных о том, что осужденной ФИО1 перед получением от нее указанных сведений разъяснялись положения ст. ст. 48, 51 Конституции РФ в зафиксированном опросе, не содержится.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 1 декабря 1999 года № 211-О, положения Конституции РФ предполагают освобождение обвиняемого от обязанности доказывать свою невиновность и свидетельствовать против самого себя (ч. 2 ст. 49, и ч. 1 ст. 51 Конституции РФ).

Положения п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», определяющие права и обязанности органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, не подлежат применению к обвиняемому без учета положений норм УПК РФ, закрепляющих гарантии прав этого особого участника судопроизводства.

В соответствии с ч. 2 ст. 50 Конституции РФ при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Недопустимыми, в частности, должны признаваться доказательства, добытые с нарушением правила, установленного ч. 1 ст. 51 Конституции РФ, предусматривающей, что никто не обязан свидетельствовать против самого себя. Такие доказательства признаются не имеющими юридической силы и не могут быть использованы для обоснования обвинения, при производстве дознания, предварительного расследования и разбирательстве уголовного дела в суде.

При таких обстоятельствах, поскольку осужденной ФИО1 при проведении в отношении нее указанного выше оперативно-розыскного мероприятия не были разъяснены права, предусматривающие возможность не свидетельствовать против себя, права на получение юридической помощи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о несоответствии требованиям закона результатов оперативно-розыскного мероприятия «опрос с использованием технических средств», проведенного 8 августа 2022 года с участием ФИО1

По этой причине, последующие процессуальные документы, составленные по результатам указанного розыскного мероприятия: справка №537 от 25 октября 2022 года, протокол осмотра предметов от 11 февраля 2025 года (в котором отражены обстоятельства осмотра диска с видеозаписью), а также сам диск с видеозаписью, приведенные в приговоре суда первой инстанции в качестве доказательства виновности ФИО1, также не могут соответствовать требованиям закона, в связи с чем ссылка на них в приговоре подлежит исключению.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что исключение из приговора ссылки на вышеприведенных доказательств не влияет на правильность выводов суда о виновности ФИО1 и квалификацию ее действий, поскольку совокупность других приведенных в приговоре доказательств, исследованных судами первой инстанций, подробное содержание которых приведено в приговоре, является достаточной и по результатам их исследования в виновности осужденной никаких сомнений не возникает.

Какие-либо иные неустранимые противоречия в доказательствах и сомнения в виновности осужденной ФИО1, требующие толкования в их пользу в соответствии с ч.3 ст. 14 УПК РФ, по уголовному делу отсутствуют.

Допустимость иных приведенных в приговоре, в обоснование выводов о виновности ФИО1 доказательств, сомнений не вызывает, доказательства собраны с соблюдением требований ст. ст. 74, 86 УПК РФ, согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий, в связи с чем, правильно положены судом в основу приговора.

Суд обоснованно признал достоверными и положил в основу приговора показания свидетелей, поскольку они являются последовательными и объективно подтверждаются иными доказательствами, представленными стороной обвинения.

Вопреки доводам жалобы, обвинительный приговор соответствует требованиям ст. 303, 304, 307 - 309 УПК РФ.

Описательно-мотивировочная часть приговора, согласно требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, даты, времени и способа его совершения, формы вины осужденной.

В соответствии с требованиями п. 2 ст. 307 УПК РФ суд привел в приговоре убедительные мотивы, по которым принял в качестве допустимых и достоверных одни доказательства и отверг другие, в частности показания свидетеля П. (с которым осужденная состоит в фактически брачных отношениях). Так последний указал, что со слов ФИО1 кто-то от ее имени в «<сеть>» размещает негативные отзывы о проводимой специальной военной операции. Суд обоснованно расценил версию П. как помощь ФИО1 избежать уголовную ответственность, которая не подтверждается и опровергается исследованными судом доказательствами по делу.

Неоднократно повторяемые утверждения осужденной о том, что неустановленное лицо, действуя от ее имени, без ее ведома и согласия завладев ее аккаунтом, размещало в социальной сети «<сеть>» контент, направленный на дискредитацию Вооруженных Сил РФ, являлись предметом тщательной проверки в суде первой инстанции. Все эти утверждения обоснованно признаны судом первой инстанции несостоятельными с приведением мотивов, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции. Оснований для переоценки этих доводов не имеется.

Суд апелляционной инстанции полагает, что утверждения апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене приговора, по существу они сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность приговора, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Несогласие же осужденной с правильной оценкой исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаний свидетелей само по себе, безусловным основанием для их переоценки не является и о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, не свидетельствует.

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции, установив фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, правильно пришел к выводу о наличии у ФИО1 прямого умысла, направленного на заведомо ложный донос о совершении неустановленным лицом преступления, связанного с неправомерным доступом к компьютерной информации, и обоснованно квалифицировал её действия по ч. 1 ст. 306 УК РФ, как заведомо ложный донос о совершении преступления.

Выводы суда о квалификации действий ФИО1 в приговоре надлежаще мотивированы, со ссылкой на исследованные в судебном заседании доказательства и сомнений у суда не вызывают, в связи с чем доводы осужденной об отсутствии доказательств, указывающих на её причастность к инкриминируемому преступлению, несостоятельны.

Довод осужденной о недостаточности доказательств, которые бы убедительно указали на факт использования именно её телефона с абонентским номером <№.....> для размещения комментарий в социальной сети «<сеть>», не опровергает всей совокупности приведенных доказательств, позволивших суду дать убедительное обоснование направленности умысла осужденной ФИО1 на заведомо ложный донос о совершении преступления, на что, безусловно, указывают, показания свидетелей, письменные доказательства, приведенные в приговоре.

Должным образом судом изучена личность осужденной ФИО1, что нашло свое отражение в приговоре.

Суд проанализировал обстоятельства, характеризующие эмоциональное и психическое состояние осужденной в момент совершения инкриминируемого ей действия. При этом, оценив выводы проведенной в отношении ФИО1 (том № 1, л.д. 199-200) судебной психиатрической экспертизы № 41 от 31 января 2023 года, в совокупности с иными сведениями, характеризующими её поведение в момент совершения инкриминируемого деяния, на предварительном следствии и в судебном заседании, суд обоснованно признал, что по отношению к этому деянию осужденную следует признать вменяемой.

При назначении ФИО1 вида и размера наказания суд руководствовался требованиями ст. ст. 6, 43 и 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, наличие смягчающих наказание обстоятельства, данные о личности осужденной, её состояние здоровья, возраст, материальное положение, влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание признаны: наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, состояние здоровья подсудимой, длительность предварительного расследования по делу. Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

По своему виду и размеру назначенное ФИО1 наказание соответствует характеру, степени общественной опасности содеянного и личности виновной.

Судом первой инстанции при назначении наказания учтены все значимые сведения о личности осужденной, сделан правильный вывод об отсутствии оснований к применению положений ст. 64 УК РФ.

Суд первой инстанции обоснованно освободил ФИО1 от назначенного наказания, поскольку срок давности уголовного преследования за указанное преступление истек.

Вопросы по вещественным доказательствам, а также о распределении процессуальных издержек разрешены судом верно.

Иных оснований для изменения либо отмены приговора суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

апелляционное представление заместителя прокурора г. Магадана Калашник Н.В. - удовлетворить, апелляционную жалобу осужденной ФИО1 - удовлетворить частично.

Приговор Магаданского городского суда Магаданской области от 30 июля 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на результаты оперативно-розыскного мероприятия «опрос с использованием специальных технических средств», проведенного 8 августа 2022 года в отношении ФИО1, отраженные в видеозаписи на компакт-диске и в справке №537 от 25 октября 2022 года, а также протокол осмотра предметов от 11 февраля 2025 года (содержащий обстоятельства осмотра диска с видеозаписью), как на доказательство виновности осужденной.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Состоявшиеся по делу судебные решения могут быть обжалованы в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в силу итогового решения, путем подачи жалобы в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции (Магаданский городской суд Магаданской области). При этом осужденная вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска шестимесячного срока стороны вправе ходатайствовать перед судом первой инстанции о его восстановлении в порядке, предусмотренном ч. 5 ст. 401.3 УПК РФ, либо подать жалобу непосредственно в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Председательствующий Е.И. Агаева