Решение № 2-248/2020 2-248/2020~М-21/2020 М-21/2020 от 19 мая 2020 г. по делу № 2-248/2020

Дело № 2-248/2020 УИД: 69RS0006-01-2020-000057-83


Решение

Именем Российской Федерации

20 мая 2020 г. г. Вышний Волочёк

Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области в составе

председательствующего судьи Кяппиева Д.Л.,

при секретаре Семеновой М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) об установлении факта трудовых отношений, признании незаконными действий по отстранению от работы, признании незаконным увольнения с работы, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,

с участием помощника Вышневолоцкого межрайонного прокурора Ефремовой А.В.,

истца ФИО4., её представителя ФИО16,

представителя ответчика ФИО17,

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) – далее по тексту также – православный Приход Богоявленского собора, в котором просила:

- признать незаконными действия ответчика, выразившиеся в отстранении истца от выполнения работы в должности казначея с 19 декабря 2019 г.;

- признать незаконным увольнение истца с должности казначея Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат);

- восстановить истца в должности казначея в Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат);

- взыскать средний заработок за время вынужденного прогула по день восстановления на работе;

- взыскать денежную компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что с 1 марта 1997 г. ФИО4 работала в Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви в должности казначея Богоявленского собора. 19 декабря 2019 г. без объяснения причин истец была отстранена от исполнения своих трудовых обязанностей, настоятель Богоявленского собора иерей ФИО1 отобрал ключи от рабочего кабинета, тем самым ограничив ей доступ на рабочее место, сделав невозможным дальнейшее исполнение трудовых обязанностей. 20 декабря 2019 г. ФИО4, придя на работу, обнаружила, что ей закрыт доступ к рабочему месту с улицы; был поменян код на входной двери, который ей не сообщили. С 19 декабря2019 г. истец неоднократно пыталась попасть на свое рабочее место для выполнения своих должностных обязанностей, а также неоднократно обращалась к настоятелю Богоявленского собора ФИО1 для получения объяснений относительно недопуска к рабочему месту. 31 декабря 2019 г. истцом были направлены прошения митрополиту Тверскому и Кашинскому и настоятелю Богоявленского собора с просьбой разъяснить причины недопуска на рабочее место, однако до настоящего времени ответа на прошения не получено. 11 января 2020 г. истец получила уведомление от работодателя о прекращении трудовых отношений с 19 декабря 2019 г.

Ссылаясь на положения статей 11, 21, 22, 76, 81, 91, 139, 142, 237, 394, 396 Трудового кодекса Российской Федерации, а также разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» ФИО4 обратилась в суд с настоящим иском.

В дальнейшем истец ФИО4 дважды уточняла исковые требования и в окончательной редакции просила:

- установить факт трудовых отношений между ФИО4 и Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) в период с 1 марта 1997 г. по 18 декабря 2019 г.;

- признать незаконными действия Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат), выразившиеся в отстранении ФИО4 от выполнения работы в должности казначея с 19 декабря 2019 г.;

- признать незаконным увольнение ФИО4 с должности казначея Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат);

- восстановить ФИО4 в должности казначея в Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат);

- взыскать средний заработок за время вынужденного прогула по день восстановления на работе;

- взыскать денежную компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей;

- взыскать денежную компенсацию в размере 1/150 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно.

Определением судьи от 15 января 2020 г. к участию в деле в порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для дачи заключения привлечен Вышневолоцкий межрайонный прокурор.

Определением суда от 12 марта 2020 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Религиозная организация «Тверская и ФИО20 Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)».

Истец ФИО4 в судебном заседании иск с учётом уточнений поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении и уточнениях к исковому заявлению, пояснив, что с 1997 г. её рабочее место было в Богоявленском соборе; в 1999 г. по протоколу с неё сняли обязанности казначея, но в 2010 г. она вновь была избрана казначеем; должность казначея является выборной, избирается раз в три года; ранее настоятель православного Прихода Богоявленского собора ФИО пролонгировал полномочия казначея; последний протокол был в 2010 г., следовательно, полномочия истекли в 2013 г., но обязанности казначея выполнялись всё это время; получала заработную плату, с которой производились все отчисления; заработная плата составляла 19 000 рублей в месяц, получала её 2 раза в месяц по ведомостям; расчёт произвели, направили почтой; в 2007 г. назначена пенсия, но продолжала работать; при назначении пенсии в Пенсионный фонд были сданы все необходимые документы; по устному распоряжению вела кадровый учёт, занималась ведением трудовых книжек по всем оформленным; запись в свою трудовую книжку вносила лично по указанию отца ФИО; ведение трудовых книжек входило в её обязанность до прихода нового настоятеля; в православном Приходе Богоявленского собора имеется книга приказов, которая ведется с 1997 г., и которую она вела по поручению отца ФИО; отец ФИО приходил и говорил, чтобы писала приказ, после чего приносила ему на подпись; до 19 декабря 2019 г. не было разговором об увольнении, приехали юрист и бухгалтер, привезли протокол, согласно которому истец больше не работает; заявление на увольнение не писала, на собрание не приглашали; не знала о собрании и избрании нового казначея; в декабре 2018 г. действующему настоятелю переданы наличные денежные средства, её перевели в подвальное помещение, сейф остался наверху, ключи от него отобрали, также отобраны ключи от ящиков, где находились добровольные пожертвования прихожан, печати, уставные документы, трудовые книжки, тетрадь приказов и кассовая книга; с 01 января 2019 г. не имела возможность вести кассу, остались обязанности по начислению заработной платы, расчёта всех видов пособий, налогов, взносов; два раза в месяц сдавала через инкассацию выручку; когда настоятель забрал все документы пыталась выяснить причину, на что он сообщил, что ему необходимо в курс дела, за необходимыми документами ходила к настоятелю; ежеквартально сдавала в налоговую инспекцию отчёты, отчёт о финансово-хозяйственной деятельности сдавала в Епархию, отчёт подписывала она и настоятель; в 2019 г. проводилась комплексная проверка Пенсионным фондом и Фондом социального страхования, в акте проверки указана в качестве казначея; договоры на оказание услуг не заключала, акты выполненных работ не составлялись; был заключен договор с ИП ФИО15 для передачи отчётности в электронной форме, оплату производили по счёту; имеется приказ о приёме её на работу и приказ о распределении обязанностей между казначеем и бухгалтером, трудовой договор с ней не заключался; в тетради приказов имеется подпись настоятеля ФИО; распорядок дня не контролировался, табелей не было, трудоустройством занимался настоятель; до 1999 г. организация называлась ФИО18 собор; расчёт произведён, деньги, направленные почтовым переводом не стала получать.

Также истец в судебном заседании отказалась от заключения с ответчиком мирового соглашения.

Представитель истца ФИО16 в судебном заседании поддержала исковые требования истца в полном объёме, пояснив, что трудовой договор, не оформленный в письменном виде, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя; ответчиком не представлены доказательства гражданско-правовых отношений, не представленные подписанный сторонами договор, подписанный сторонами акт оказания услуг; работа истца носила не разовый, но постоянный характер, ежемесячно выплачивалась заработная плата; уклонение ответчика от оформления трудового договора не свидетельствует об отсутствии трудовых отношений; имеется выписка из ЕГРЮЛ, согласно которой дата регистрации 05 июля 1991 г.

Представитель ответчика ФИО17 в судебном заседании иск не признал по основаниям, указанным в письменных возражениях, в которых содержатся следующие доводы.

Решение о регистрации религиозной организации принято Приходским собранием 2 октября 1999 г., на основании чего уполномоченным органом 9 ноября 1999 г. осуществлена регистрация Прихода в качестве юридического лица, следовательно, доводы истца о том, что она с 1 марта 1997 г. работает именно в Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви не соответствуют действительности. 19 декабря 2019 г. настоятелем Прихода были разъяснены ФИО4 причины, по которым отношения между религиозной организацией и истцом не могут продолжаться, в связи с чем доводы о том, что она без объяснения причин была отстранена от работы, искажены. Также данная истцом оценка ее отношений с религиозной организацией в качестве трудовых правоотношений является ошибочной и противоречащей действующему российскому законодательству, поскольку казначей избирается Приходом на три года, а ФИО4 была избрана казначеем решением Приходского собрания 8 сентября 2010 г. и ее полномочия истекли в сентябре 2013 года. Трудовой договор с истцом не заключался, штатным расписанием Прихода должность казначея не предусмотрена. Вопрос об установлении заработной платы ФИО4 Приходским собранием не рассматривался и Епархиальным архиереем не утверждался. Распоряжением митрополита Тверского и Кашинского Саввы от 11 декабря 2019 г. № 41-р утвержден новый состав Приходского собрания, в состав которого ФИО4 не включена, а казначеем 16 декабря 2019 г. избрана ФИО2 Кроме того, религиозная организация поясняет, что ФИО4 по заданию Прихода оказывала отдельные услуги в сфере бухгалтерского учета, которые добросовестно оплачивались Приходом. Проведенной ГУ Государственной инспекцией труда в Тверской области по заявлению ФИО14 проверкой нарушений трудового законодательства со стороны Прихода в отношении истца не установлено. Решением Приходского собрания от 30 декабря 2019 г. отношения между Приходом и ФИО4 прекращены с 19 декабря 2019 г. (даты фактического прекращения оказания ею услуг), о чем ей 30 декабря 2019 г. было направлено уведомление посредством мессенджера WhatsApp и 31 декабря 2019 г. продублировано по почте. Также почтовым переводом ФИО4 направлены денежные средства за оказанные ею в декабре 2019 г. услуги. Трудовая книжка ФИО4 официально в религиозной организации не хранилась, а находилась у истца, и запись от 1 марта 1997 г. была внесена ФИО4 в более поздний срок. Кроме того, Местная религиозная организация православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви была зарегистрирована в качестве юридического лица только 9 ноября 1999 г. и данная регистрация была первичной, в связи с чем истец не могла работать в ней с 1997 г. Истец не рассматривала свою деятельность, как трудовую, поскольку, имея бухгалтерское образование и большой опыт работы, не настояла на том, чтобы ее трудовая книжка была оформлена в соответствии с действующим законодательством. Истец осуществляла не весь спектр бухгалтерских услуг, который выполняют главные бухгалтера и бухгалтера, работающие по трудовому договору в организациях, так как она не занималась подачей отчетности в налоговую инспекцию. Услуги по передаче файлов электронной отчетности религиозной организации в налоговые органы с 2017 г. оказывал ИП ФИО3 на основании заключенного договора. Какой-либо системы оплаты труда в Приходе не установлено, ранее вопросов в связи с этим у истца, как главного бухгалтера, не возникало. Несмотря на то, что ежегодно в Налоговую инспекцию подавались сведения о доходах истца с кодом – 2000, это не является указанием на выплату заработной платы, поскольку в справках 2-НДФЛ отсутствуют такие коды доходов, которые характерны для трудовой деятельности (2012 – суммы отпускных выплат, 2013 – суммы компенсации за неиспользованный отпуск, 2300 – пособие по временной нетрудоспособности). Из всего изложенного следует, что отношения истца и ответчика должны руководствоваться главой 39 Гражданского кодекса Российской Федерации – возмездное оказание услуг.

Также представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что всю документацию вела истец как хотела, контроля не было; новый настоятель иерей ФИО1 стал разбираться с существующей ситуацией и понял, что на момент его вступления в должность в приходе не существует приходского собрания, которое рассматривает вопросы утверждения штатного расписания, выплат по трудовым договорам; с 2013 г. истец не была казначеем; с истцом трудовой договор не заключался, приказ о приёме её на работу не выносился, в штатном расписании должность казначея не значится, вопрос установления заработной платы истцу приходским собранием рассматривался, трудовая книжка уполномоченным лицом не заполнялась; новый настоятель назначен 07 декабря 2018 г.; письменного документа, подтверждающего гражданско-правовые отношения между сторонами нет, ответчик руководствуется уставом и действующим законодательством; актов приёма-передачи выполненных работ нет; трудовая книжка истца официально в религиозной организации не хранилась, находилась у истца; первичная регистрация религиозной организации в качестве юридического лица была 09 ноября 1999 г.; какой-либо системы оплаты труда в приходе не установлено; на момент вступления в должность иерея ФИО1 часть бухгалтерской документации хранилось по месту жительства истца, что отражено в акте приёма-передаче, подписанным истцом; у истца отсутствовала должностная инструкция, на неё не распространялись правила внутреннего трудового распорядка; трудовой договор с истцом не заключался, отношения истца и ответчика регулировались главой 39 Гражданского кодекса Российской Федерации о возмездном оказании услуг; тетрадь приказов хранится как архивный документ, не имеющий правового значения; истец оказывала услуги по составлению бухгалтерской документации; внесенные в журнал ФИО1 записи недостоверны, так как он был введен в заблуждение ФИО14 и ФИО19, поэтому они недействительны; заседание приходского собрания состоялось в конце января 2020 г. и с 1 марта 2020 г. будет действовать новое штатное расписание; Приход, как юридическое лицо, было создано в 1999 г., никакого правопреемства не было от той организации, в которой работала истец – не было; контроль за документацией возлагался на работодателя; 11 декабря 2019 г. был утвержден новый состав приходского собрания, который 19 декабря 2019 г. избрал нового казначея и помощника старосты; с 2013 г. ФИО4 была неуполномочена как казначей, поскольку последний протокол был в 2010 г.; гражданско-правовые отношения с ФИО4 были прекращены на основании решения приходского собрания; ФИО2, которая указана в протоколе приходского собрания как казначей, является волонтером, оказывающим услуги на безвозмездной основе.

Третье лицо – Религиозная организация «Тверская и ФИО20 Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» в суд своего представителя не направила, о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом извещены (уведомление в деле); представлен письменный отзыв на исковое заявление, в котором содержатся следующие доводы.

Заявленные истцом исковые требования считают незаконными, поскольку Федеральным законом от 26 сентября 1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» религиозное объединение создается и осуществляет свою деятельность в соответствии со своей собственной иерархической и институционной структурой, выбирает, назначает и заменяет свой персонал согласно соответствующим условиям и требованиям и в порядке, предусмотренном своими внутренними установлениями. Согласно п.1 ст.24 указанного закона религиозные организации в случаях, предусмотренных их уставами, заключают трудовые договоры с работниками. Таких случаев Уставом Прихода не предусмотрено. Заключать трудовые договоры и издавать организационно-распорядительные документы о приеме на работу Председатель приходского совета может только основываясь на решениях Приходского собрания, которое утверждает штатное расписание Прихода и определяет размер заработной платы лицам, работающим по трудовым договорам. Более того, такое решение Приходского собрания должно быть обязательно зафиксировано в протоколе, составленном с учетом требований ст. 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации. Председатель Приходского совета не уполномочен принимать работников на должности, которые не установлены Приходским собранием и не утверждены Епархиальным архиереем и, тем более, устанавливать им заработную плату. Решения о включении в штатное расписание должности казначея и установлении ему вознаграждения Приходским собранием Прихода не принимались и Епархиальным архиереем не утверждались. Наличие должности казначея в составе Приходского совета Прихода не предопределяет, что религиозная организация обязана заключать трудовой договор с занимающим ее лицом. Приход был зарегистрирован 9 ноября 1999 г. и не является правопреемником религиозных организаций, которым ранее принадлежало здание Богоявленского собора города Вышнего Волочка.

Участвующий в деле прокурор Ефремова А.В. полагала заявленные исковые требования о восстановлении ФИО4 на работе подлежащими удовлетворению ввиду доказанности факта трудовых отношений и работы истца в должности казначея у ответчика.

Заслушав объяснения истца и его представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц, полученным с использованием сервиса Федеральной налоговой службы Российской Федерации, размещенной в информационно – телекоммуникационной сети «Интернет», Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) зарегистрирована в качестве юридического лица 9 ноября 1999 г. с присвоением 15 ноября 2002 г. основного государственного регистрационного номера 1026900004064.

Указом Митрополита Тверского и Кашинского от 7 декабря 2018 г. № настоятелем Местной религиозной организации православного Прихода Богоявленского собора г. Вышний Волочек Тверской и Кашинской Епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) назначен ФИО1

Согласно подпункту 10 пункта 3 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации религиозная организация относится к некоммерческим организациям.

В силу положений абзацев первого и второго пункта 5 статьи 4 Федерального закона от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» (далее – Федеральный закон № 125-ФЗ) в соответствии с конституционным принципом отделения религиозных объединений от государства религиозное объединение создается и осуществляет свою деятельность в соответствии со своей собственной иерархической и институционной структурой, выбирает, назначает и заменяет свой персонал согласно соответствующим условиям и требованиям и в порядке, предусматриваемом своими внутренними установлениями.

Согласно положениям статьи 8 Федерального закона № 125-ФЗ религиозной организацией признается добровольное объединение граждан Российской Федерации, иных лиц, постоянно и на законных основаниях проживающих на территории Российской Федерации, образованное в целях совместного исповедания и распространения веры и в установленном законом порядке зарегистрированное в качестве юридического лица. Вопросы участия учредителей и иных юридических или физических лиц в деятельности религиозных организаций определяются уставом и (или) внутренними установлениями религиозных организаций. Учредитель (учредители) религиозной организации может выполнять функции органа религиозной организации или членов коллегиального органа религиозной организации в порядке, установленном уставом и внутренними установлениями религиозной организации (пункт 1).

Религиозные организации в зависимости от территориальной сферы своей деятельности подразделяются на местные и централизованные (пункт 2).

Местной религиозной организацией признается религиозная организация, состоящая не менее чем из десяти участников, достигших возраста восемнадцати лет и постоянно проживающих в одной местности либо в одном городском или сельском поселении (пункт 3).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Федерального закона № 125-ФЗ религиозная организация действует на основании устава, который утверждается ее учредителями или централизованной религиозной организацией и должен отвечать требованиям гражданского законодательства Российской Федерации.

Согласно статье 15 Федерального закона № 125-ФЗ религиозные организации действуют в соответствии со своими внутренними установлениями, если они не противоречат законодательству Российской Федерации, и обладают правоспособностью, предусматриваемой в их уставах (пункт 1).

Государство уважает внутренние установления религиозных организаций, если указанные установления не противоречат законодательству Российской Федерации (пункт 2).

Истец просит установить факт трудовых отношений с Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви в период с 1 марта 1997 г. по 18 декабря 2019 г.

Ответчик, возражая против установления заявленного истцом факта, не отрицал факт оказания ФИО4 финансовых услуг, но отрицал факт наличия трудовых отношений, мотивировав свои возражения наличием между сторонами договора гражданско-правового характера.

В подтверждение наличия договора гражданско-правового характера ответчиком представлены копии квитанций о перечислении ФИО4 денежных средств за оказание бухгалтерских услуг.

В соответствии с положениями статьи 24 Федерального закона № 124-ФЗ религиозные организации в случаях, предусмотренных их уставами, заключают трудовые договоры с работниками (пункт 1).

Условия труда и его оплата устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации трудовым договором между религиозной организацией (работодателем) и работником (пункт 2).

На граждан, работающих в религиозных организациях по трудовым договорам, распространяется законодательство Российской Федерации о труде (пункт 3).

Работники религиозных организаций, а также священнослужители подлежат социальному обеспечению, социальному страхованию и пенсионному обеспечению в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 4).

Главой 54 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрены особенности регулирования труда работников религиозных организаций.

В соответствии со статьёй 342 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем является религиозная организация, зарегистрированная в порядке, установленном федеральным законом, и заключившая трудовой договор с работником в письменной форме.

Работником является лицо, достигшее возраста восемнадцати лет, заключившее трудовой договор с религиозной организацией, лично выполняющее определенную работу и подчиняющееся внутренним установлениям религиозной организации.

Согласно статье 343 Трудового кодекса Российской Федерации права и обязанности сторон трудового договора определяются в трудовом договоре с учетом особенностей, установленных внутренними установлениями религиозной организации, которые не должны противоречить Конституции Российской Федерации, настоящему Кодексу и иным федеральным законам.

В силу статьи 343 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор между работником и религиозной организацией может заключаться на определенный срок.

При заключении трудового договора работник обязуется выполнять любую не запрещенную настоящим Кодексом или иным федеральным законом работу, определенную этим договором.

В трудовой договор в соответствии с настоящим Кодексом и внутренними установлениями религиозной организации включаются условия, существенные для работника и для религиозной организации как работодателя.

При необходимости изменения определенных сторонами условий трудового договора религиозная организация обязана предупредить об этом работника в письменной форме не менее чем за семь календарных дней.

В соответствии с положениями статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения определяются как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (часть первая).

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (часть вторая).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО8 на нарушение её конституционных прав статьями 1, 15, 16, 2 и 24 Трудового кодекса Российской Федерации» указал, что суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

К характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудовых отношений.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательств и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорной или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-участники должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть 1 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно частям первой и третьей статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно части 2 статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

В соответствии со статьей 68 Трудового кодекса Российской Федерации, прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах (если трудовым законодательством или иным нормативным правовым актом, содержащим нормы трудового права, не предусмотрено составление трудовых договоров в большем количестве экземпляров), каждый из которых подписывается сторонами (части первая, третья статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). Прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, содержание которого должно соответствовать условиям заключенного трудового договора (часть первая статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации). Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу должен быть объявлен работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы (часть вторая статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из смысла приведенных норм закона и разъяснений следует, что к признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд).

Согласно трудовой книжке серии №, ФИО4, <дата> года рождения, 1 марта 1997 г. принята на должность казначея Богоявленского собора (запись №, приказ № от 1 марта 1997 г.).

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ, представленным Межрайонной ИФНС России № 3 по Тверской области, сумма дохода ФИО4, <дата> года рождения, составила: за 2005 г. – 85 000 рублей, за 2006 г. – 99 000 рублей, за 2007 г. – 120 000 рублей, за 2008 г. – 120 000 рублей, за 2009 г. – 144 000 рублей, за 2010 г. – 149 000 рублей, за 2011 г. – 174 000 рублей, за 2012 г. – 180 000 рублей, за 2013 г. – 180 000 рублей, за 2014 г. – 228 000 рублей, за 2015 г. – 228 000 рублей, за 2016 г. – 228 000 рублей, за 2017 г. – 220 000 рублей, за 2018 г. – 216 000 рублей.

Также из данных справок следует, что налоговым агентом, предоставляющим сведения в Налоговую инспекцию, являлись:

- с 2004 г. по 2007 г. ФИО18 собор;

- с 2008 г. по 2009 г. православный Приход Богоявленского собора;

- с 2010 г. по 2013 г. – Местная религиозная организация православный Приход Богоявленского собора;

- с 2014 г. по 2018 г. – Местная религиозная организация православный Приход Богоявленского собора г.Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви.

При этом суд учитывает, что в данных о налоговом агенте, осуществляющем уплату соответствующего налога за ФИО4, в поименованных выше справках по форме 2-НДФЛ, индивидуальный налоговый номер (ИНН) налогового агента во всех справках идентичен (6908003536), несмотря на различное наименование работодателя.

Код дохода в справках – 2000.

Приказом Федеральной налоговой службы от 10 сентября 2015 г. N ММВ-7-11/387@ «Об утверждении кодов видов доходов и вычетов» утверждены коды доходов налогоплательщика, согласно которому код дохода 2000 указывается при вознаграждении, получаемом налогоплательщиком за выполнение трудовых или иных обязанностей; денежное содержание, денежное довольствие, не подпадающее под действие пункта 29 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации и иные налогооблагаемые выплаты военнослужащим и приравненным к ним категориям физических лиц (кроме выплат по договорам гражданско-правового характера).

Довод ответчика, изложенный в письменных возражениях, а также озвученный представителем в судебном заседании о том, что ФИО4 была принята на работу в иную организацию в 1997 г., поскольку непосредственно Местная религиозная организация православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви была создана только в 1999 г. суд отвергает в виду следующего.

Согласно вышеупомянутой выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, Местная религиозная организация православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви зарегистрирована 9 ноября 1999 г. (графа 15), с 5 июля 1991 г. зарегистрирована в качестве страхователя в территориальном органе Пенсионного фонда Российской Федерации (графа 27) за регистрационным номером 078004000180 (графа 26).

В соответствии со сведениями, предоставленными Государственным учреждением – Центр по выплате пенсий и обработке информации Пенсионного фонда Российской Федерации в Тверской области, в региональной базе данных на застрахованное лицо – ФИО4 за период с 1 марта 1997 г. по декабрь 2019 г. включительно имеются сведения, составляющие пенсионные права, которые были предоставлены страхователем – Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви.

Таким образом, ФИО4 в период с 1997 г. по 2019 г. включительно был получен доход в виде заработной платы, что отражено в справках по форме 2-НДФЛ, а также за нее производились отчисления в Пенсионный фонд.

Управлением Министерством юстиции Российской Федерации по Тверской области суду представлены материалы регистрационного дела Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат), из которых следует следующее.

Первично религиозная организация была зарегистрирована 28 декабря 1991 г. с наименованием «Религиозное общество Богоявленского православного прихода Тверской Епархии Русской православной Церкви».

15 октября 1999 г. в Управление юстиции Тверской области ФИО, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО4, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО14 и ФИО12 подано заявление на регистрацию воссозданной общественной религиозной организации православного вероисповедания, принадлежащей Тверской епархии Русской Православной Церкви.

9 ноября 1999 г. Управлением юстиции вынесено распоряжение № 40/3 о государственной перерегистрации, в том числе Православного прихода Богоявленского собора (рег. № 45), выдано свидетельство о государственной регистрации религиозной организации № 45.

4 октября 2010 г. в Управление юстиции Тверской области настоятелем Богоявленского собора поданы документы на внесение изменений в учредительные документы в части наименования организации.

Распоряжением Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Тверской области от 7 октября 2010 г. № 632-р осуществлена государственная регистрация изменений, вносимых в учредительные документы Православного прихода Богоявленского Собора, учетный №6911010045, указав, в том числе, новое полное наименование: Местная религиозная организация православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат).

15 октября 2010 г. соответствующие изменения зарегистрированы Управлением Федеральной налоговой службы по Тверской области.

В этой связи доводы стороны ответчика о том, что Местная религиозная организация православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) является вновь созданной организацией, не имеющей отношения к Православному приходу Богоявленского собора, подлежат отклонению, как необоснованные.

Из материалов дела следует и установлено судом, что истец была фактически допущена к работе в Местной религиозной организации Православный приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви, на нее были возложены конкретные трудовые функции, которые она выполняла в течение установленного рабочего времени, ежемесячно получала заработную плату.

Представленная в материалы дела квитанция о перечислении ФИО4 денежных средств в размере 1 669,76 рублей также не подтверждает позицию ответчика относительно оплаты истцу оказанных бухгалтерских услуг, поскольку представленная квитанция не содержит назначения платежа.

Кроме того, перечисление денежных средств осуществлено ФИО13, при этом полномочия на осуществление денежных переводов данным лицом от имени ответчика не подтверждены.

В судебном заседании представлена общая тетрадь, в которой содержатся приказы (с приказа № от 1 января 1997 г. по приказ № от 30 декабря 2019 г.).

Истец в судебном заседании пояснила, что в данную тетрадь вносились приказы.

Представитель ответчика полагал не считать представленную общую тетрадь в качестве книги приказов.

Суд критически относится к доводу стороны ответчика.

То, что общую тетрадь заполняла истец не ставит под сомнение содержание данных приказов.

Суд учитывает, что в данной тетради имеет место приказ №, подписанный иереем ФИО1 от 30 декабря 2019 г., тогда как с 19 декабря 2019 г. истец не допускалась к рабочему месту.

Также суд учитывает, что за подписью иерея ФИО1 имеются несколько 15 приказов, начиная с приказа от 07 декабря 2018 г. Данные приказы касаются приема на работу, увольнения, предоставления отпуска, установления заработной платы иным лицам. В данных приказа отсутствовала фамилия истца.

Суд также учитывает, что к данной тетради истец не имел доступ с конца 2018 г. Данное обстоятельство не оспаривается представителем ответчика.

Ответчиком в нарушение положения статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлены допустимые доказательства, опровергающие записи в представленной тетради.

В этой связи суд расценивает представленную общую тетрадь в качестве книги учёта приказов, в которой содержаться следующие приказы в отношении ФИО4:

- № от 1 марта 1997 г. о приёме на работу с 1 марта 1997 г. помощником казначея;

- № от 1 апреля 1997 г. (пункт 2) об установлении заработной платы;

- № от 1 октября 1998 г. об увеличении оклада;

- № от 1 сентября 1999 г. (пункт 4) об изменении оклада;

- № от 1 февраля 2000 г. (параграф 3) об увеличении оклада;

- № от 1 июня 2000 г. об увеличении оклада;

- № от 1 августа 2000 г. (пункт 2) об увеличении заработной платы;

- № от 1 марта 2001 г. об увеличении оклада;

- № от 1 сентября 2001 г. (пункт 1) об увеличении оклада;

- № от 1 ноября 2001 г. об увеличении оклада;

- № от 1 апреля 2002 г. (пункт 1) об увеличении оклада;

- № от 31 декабря 2003 г. (пункт 2) об увеличении оклада;

- № от 01 января 2005 г. (пункт 2) об увеличении оклада;

- № от 1 декабря 2005 г. об увеличении оклада;

- № от 01 октября 2006 г. об увеличении оклада;

- № от 01 января 2007 г. (пункт 6) об увеличении оклада;

- № о т 01 января 2009 г. – об увеличении оклада;

- № от 01 августа 2010 г. (пункт 2) об увеличении оклада;

- № от 01 апреля 2011 г. об увеличении оклада;

- № от 01 января 2014 г. об увеличении заработной платы;

- № от 01 апреля 2018 г. об увеличении заработной платы

Все поименованные приказы подписаны настоятелем прихода протеиреем ФИО

В приказах об увеличении оклада (заработной платы) истец указана в качестве казначея.

Помимо прочего, в материалы дела представлена Архиерейская грамота на имя казначея Богоявленского собора г. Вышнего Волочка ФИО4, выданная Митрополитом Тверским и ФИО20 11 июля 2012 г. (№) в связи с 60-летием ФИО4, подтверждающая также факт исполнения истцом обязанностей казначея.

Поскольку истцом в суд представлены доказательства того, что, несмотря на то, что трудовой договор с нею заключен не был, она была допущена ответчиком к работе с 1 марта 1997 г. и именно с указанного периода Местная религиозная организация Православный приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви осуществляла соответствующие выплаты за ФИО4 в Пенсионный фонд и Налоговую инспекцию, суд приходит к выводу, что трудовой договор между истцом и ответчиком заключен с 1 марта 1997 г. и с этого времени истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком.

В соответствии с пунктом 12.1 Устава Местной религиозной организации православного Прихода Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской Епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат), приход принимает и увольняет работников по трудовым договорам в соответствии с законодательством Российской Федерации. На лиц, работающих в Приходе по трудовым договорам, распространяется законодательство о труде. Работники, а также священнослужители Прихода на общих основаниях подлежат пенсионному и социальному обеспечению, социальному и медицинскому страхованию в соответствии с законодательством Российской Федерации. Приход вправе привлекать добровольцев в целях осуществления ими безвозмездного труда в интересах Прихода. Документы на священнослужителей хранятся Епархией. Документы по личному составу работников Прихода по трудовым договорам хранятся Приходом в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьёй 66 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовая книжка является основным документом о трудовой деятельности. В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе.

Принимая во внимание, что в судебном заседании установлено и не опровергнуто стороной ответчика, что ФИО4 была принята на работу в ФИО18 собор казначеем и непосредственно выполняла обязанности казначея, то суд полагает, что истец как после воссоздания религиозной организации 9 ноября 1999 г., так и после изменения наименования 15 октября 2010 г., являлась казначеем Местной религиозной организации Православного прихода Богоявленского собора г. Вышнего Волочка и Кашинской Епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат).

Что касается срока окончания трудовых отношений, то суд учитывает следующее.

ФИО4 представлены прошения от 31 декабря 2019 г., адресованные Митрополиту Тверскому и Кашинскому и настоятелю Местной религиозной организации Православного прихода Богоявленского собора г. Вышнего Волочка и Кашинской Епархии, из которых следует, что с 19 декабря 2019 г. её не допускают до рабочего места, отобрали ключи от кабинета, тем самым ограничив ее допуск в служебное помещение, в связи с чем служебные обязанности ею не исполняются с 19 декабря 2019 г. по 31 декабря 2019 г.

Также имеется сообщение настоятеля ФИО1, датированный 30 декабря 2019 г., направленный в адрес ФИО4 31 декабря 2019 г., из которого следует, что отношения между истцом и Местной религиозной организации Православного прихода Богоявленского собора г. Вышнего Волочка и Кашинской Епархии прекращены с 19 декабря 2019 г. в связи с фактическим прекращением со стороны истца оказания приходу бухгалтерских услуг.

В этой связи суд полагает полагает, что истец работал в Местной религиозной организации Православного прихода Богоявленского собора г. Вышнего Волочка и Кашинской Епархии в должности бухгалтера по 18 декабря 2019 г. включительно.

С учётом установленных обстоятельств суд считает необходимым установить факт трудовых отношений между ФИО4 и Местной религиозной организации Православного прихода Богоявленского собора г. Вышнего Волочка и Кашинской Епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) в период с 1 марта 1997 г. по 18 декабря 2019 г.

Истец просит признать незаконными действия ответчика, выразившиеся в отстранении истца от выполнения работы в должности бухгалтера с 19 декабря 2019 г., а также признать незаконным увольнение истца с должности казначея Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) и восстановить ее в должности казначея в Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат).

Суд учитывает, что приказ об отстранении от работы и о расторжении с ФИО4 трудового договора не издавался, запись об увольнении в трудовую книжку истца не внесена.

Однако фактические действия ответчика свидетельствуют о прекращении трудового договора с истцом.

Статья 77 Трудового кодекса Российской Федерации содержит основания прекращения трудового договора.

Судом установлено, что 18 декабря 2019 г. является последним рабочим днём работы истца, с 19 декабря 2019 истцу запретили доступ в служебный кабинет, отобрали ключи от кабинета, сменили код замка на входной двери Собора, в связи с чем она не имела возможности исполнять свои служебные обязанности.

В сообщении настоятеля Прихода ФИО1 от 30 декабря 2019 г. указано на прекращение трудовых отношений с ФИО4 с 19 декабря 2019 г. в связи с фактическим прекращением с ее стороны оказания приходу бухгалтерских услуг.

В письменных возражениях ответчика также имеется ссылка на прекращение трудовых отношений с истцом именно с 19 декабря 2019 г.

Данные обстоятельства стороной ответчика не опровергнуты.

При этом суд учитывает, что должность «казначей» является выборной должностью и в соответствии с пунктом 7.5 Устава православного Прихода Богоявленского собора избирается и освобождается от должности Приходским собранием.

Согласно протоколу заседания Приходского собрания Православного прихода Богоявленского собора от 7 сентября 2010 г., имеющегося в представленных Управлением Министерством юстиции Российской Федерации по Тверской области материалах регистрационного дела, Приходским собранием принято решение о назначении на должность казначея Прихода ФИО4

Согласно пункту 8.4 Устава, казначей избирается Приходским собранием из числа его членов сроком на три года без ограничения числа переизбраний и утверждается в должности Епархиальным архиереем.

Ответчик в письменных возражениях ссылается на то обстоятельство, что последнее собрание Приходского собрания имело место 7 сентября 2010 г., более решений об избрании казначея не принималось, в связи с чем полномочия ФИО4, как казначея, закончились 7 сентября 2013 г.

Суд не может согласиться с данным доводом.

В соответствии со статьей 17 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения на основании трудового договора в результате избрания на должность возникают, если избрание на должность предполагает выполнение работником определенной трудовой функции.

Согласно части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с положением статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые договоры могут заключаться: 1) на неопределенный срок; 2) на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами (часть первая).

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 настоящего Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения (часть вторая).

В случае, когда ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок (часть четвёртая).

В статье 59 Трудового кодекса Российской Федерации закреплены случаи заключения срочного трудового договора.

Так по соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться с руководителями, заместителями руководителей и главными бухгалтерами организаций, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности.

В соответствии со статьёй 79 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

В силу пункта 2 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут в связи с истечением срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора (пункт 2 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 04 марта 2004 г. (ред. 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» по их применению следует, что по общему правилу срочные трудовые договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, а также в других случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами. Вместе с тем Трудовой кодекс Российской Федерации предусматривает в статье 59 перечень конкретных случаев, когда допускается заключение срочного трудового договора в силу характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а также без учета указанных обстоятельств при наличии соответствующего соглашения работника и работодателя. При этом работнику, выразившему согласие на заключение трудового договора на определенный срок, известно о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода. Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора. Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении N 378-О-П от 15 мая 2007 г., Трудовой кодекс Российской Федерации, закрепляя требования к содержанию трудового договора, права сторон по определению его условий, предусматривает, что трудовой договор может заключаться на неопределенный срок и на определенный срок - не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен данным Кодексом и иными федеральными законами (часть первая статьи 58).

Судом установлено, что ФИО4 была назначена на должность казначея решением Приходского собрания 7 сентября 2010 г. сроком на три года. Таким образом, фактически между православным Приходом Богоявленского собора и ФИО4 был заключен срочный договор, который подлежал расторжению 7 сентября 2013 г. в связи с истечением срока действия.

После 7 сентября 2013 г. и до 18 декабря 2019 г., то есть более шести лет, каких-либо требований со стороны ответчика о прекращении выполнения обязанностей казначея к ФИО4 не предъявлялось; новый казначей вплоть до 18 декабря 2019 г. не избирался.

Таким образом, поскольку фактически ФИО4 после истечения срока действия срочного трудового договора продолжила работать казначеем православного Прихода Богоявленского собора, то данное обстоятельство свидетельствует о том, что условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок.

Судом установление, что расторжение трудового договора произошло не по соглашению сторон (статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации) и не по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть по основаниям, предусмотренным соответственно пунктами 1 и 3 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемом споре инициатива по расторжению трудового договора исходила от ответчика (работодателя)

Пункт 4 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает в качестве основания расторжение трудового договора по инициативе работодателя (статьи 71 и 81 Трудового кодекса Российской Федерации).

В связи с отсутствием приказа об увольнении не представляется возможным определить и основание расторжения с истцом трудового договора.

Так, из пояснений ФИО4, подлежащих оценке в совокупности с другими доказательствами по делу, следует, что 19 декабря 2019 г. она пришла на работу, но её не допустили к исполнению своих обязанностей.

На обращение истицы 31 декабря 2019 г. с просьбой о предоставлении разъяснений относительно отстранения её от работы ответчик не отреагировал.

Более того, суду стороной ответчика также не представлены достоверные доказательства, подтверждающие обоснованность отстранения ФИО4 от исполнения обязанностей казначея православного Прихода Богоявленского собора.

Проанализировав указанные выше положения закона, исследовав по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела, суд приходит к выводу, что 19 декабря 2019 г. истец была отстранена от выполнения должностных обязанностей, ее отсутствие на рабочем месте было вызвано не допуском ее в кабинет, соответственно истец отсутствовала на рабочем месте по уважительным причинам, в связи с этим у ответчика отсутствовали основания для увольнения истца.

В этой связи суд полагает необходимым признать незаконным действия ответчика, выразившиеся в отстранении истца от выполнения работы в должности казначея Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) с 19 декабря 2019 г. и признать незаконным увольнение истца с должности казначея Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат).

В силу положений части первой статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

В данном случае не имеет правового значение отсутствие штатного расписания, поскольку действия работодателя, в том числе организационные, не могут умалять право лица, незаконного уволенного, на восстановление своего права, поскольку согласно статье 2 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, относится к основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений.

При разрешения вопроса о восстановлении ФИО4 в выборной должности казначея суд учитывает, что в материалы дела представлен протокол Приходского собрания Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) от 16 декабря 2019 г., на странице 3 по второму вопросу постановлено: «…Предложено избрать казначеем (на правах главного бухгалтера) ФИО2 сроком на три года» (л.д.59). При этом указанный протокол утвержден митрополитом Тверским и Кашинским 23 декабря 2019 г., то есть уже после увольнения ФИО4

Также в судебном заседании представитель ответчика ФИО17 пояснил, что ФИО2 является волонтером, оказывающим услуги на безвозмездной основе, и не является казначеем Прихода.

В этой связи суд полагает, что назначение на должность казначея ФИО2 не имеет существенного значения для решения вопроса о восстановлении ФИО4 в прежней должности.

Исходя из установленных обстоятельств, суд считает необходимым восстановить ФИО4 в должности казначея Местной религиозной организации православного Прихода Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат).

В силу статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате: незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу, отказа работодателя от исполнения или несвоевременного исполнения решения органа по рассмотрению трудовых споров или государственного правового инспектора труда о восстановлении работника на прежней работе, задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

В соответствии со статьёй 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы устанавливается единый порядок ее исчисления.

Этот порядок закреплен в Положении, утвержденном Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. № 922, согласно пункту 9 которого расчет среднего заработка исчисляется путем деления сумм заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, на количество фактически отработанных в этот период дней.

При определении среднего заработка используется средний дневной заработок. Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней. Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество рабочих дней в периоде, подлежащем оплате (п. 9).

В силу части 2 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

Согласно части 3 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

Ответчиком расчет средней заработной платы истца за время вынужденного прогула исходя из фактически отработанного им времени не представлен, в связи с чем суд полагает необходимым произвести расчет среднего заработной платы за время вынужденного прогула исходя из суммы заработной платы, отраженной в справке 2-НДФЛ за 2018 г. – 19 000 рублей в месяц.

Также ответчиком не представлен табель учета рабочего времени либо иной документ, содержащий график работы истца, в связи с чем суд исходит из пятидневной рабочей недели.

Также суд учитывает, что Трудовым кодексом Российской Федерации не предусмотрено ограничение материальной ответственности работодателя за незаконное лишение работника возможности трудиться каким-либо пределом.

Суд учитывает установленный производственный календарь на 2019 г. - 2020 г., согласно которому установлены следующие рабочие дни: декабрь 2019 г. – 22 рабочих дня, январь 2020 г. – 17 рабочих дней, февраль 2020 г. – 19 рабочих дней, март 2020 г. – 19 рабочих дней, апрель 2020 г. – 22 рабочих дня, май 2020 г. – 17 рабочих дней,.

Разрешая требование истца о выплате среднего заработка за весь период незаконного отстранения ее от работы, суд учитывает, что истец был лишен возможности трудиться в период с 19 декабря 2019 г. по 20 мая 2020 г.

Таким образом, средний заработок истца за время вынужденного прогула составил 94 949 рублей 20 копеек:

- декабрь 2019 г. – 7 772,73 руб. (19 000 руб./22 рабочих дней х 9 дней);

- январь 2020 г. – 19 000 руб. (весь месяц – 17 рабочих дней);

- февраль 2020 г. – 19 000 руб. (весь месяц – 19 рабочих дней);

- март 2020 г. – 19 000 руб. (весь месяц – 19 рабочих дней);

- апрель 2020 г. – 19 000 руб. (весь месяц – 22 рабочих дня);

- май 2020 г. – 11 176,47 руб. (19 000 руб./17 рабочих дней х 10 дней).

С учётом изложенного, суд считает необходимым взыскать с Местной религиозной организации православного Прихода Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) в пользу ФИО4 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 19 декабря 2019 г. по 20 мая 2020 г. в размере 94 949 рублей 20 копеек.

Истец также просит компенсировать ей моральный вред в размере 150 000 рублей.

Согласно статье 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со статьёй 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Суд полагает, что неправомерными действиями ответчика, связанными с незаконным увольнением, неправильной записью в трудовой книжке, нарушение сроков выплаты заработной платы истцу причинен моральный вред, связанный с лишением права трудиться.

В абзаце четвёртом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Суд принимает во внимание, что нарушение трудовых прав истца со стороны ответчика продолжается длительное время.

При решении вопроса о размере компенсации морального вреда суд исходит из принципа разумности и справедливости, учитывая отсутствие каких-либо норм, определяющих критерии, эквивалентные физическим и нравственным страданиям.

В этой связи суд приходит к выводу о необходимости взыскать с ответчика в пользу истца в счёт компенсации морального вреда 15 000 рублей, отказав в остальной части требования о компенсации морального вреда.

Истец просит взыскать с ответчика денежную компенсацию в размере 1/150 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно.

Однако статья 236 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает применение материальной ответственности работодателя в виде процентов за нарушение установленного срока выплаты заработка, оплаты отпуска, выплат при увольнении и других выплат, причитающихся работнику.

Судом установлено, что с истцом произведён расчёт. В частности за декабрь 2019 г. она получила аванс в размере 17 000 руб., что подтверждается платёжной ведомостью № №, оставшаяся часть в размере 1669,76 руб. перечислена почтовым переводом.

В судебном заседании истец пояснила, что отказалась получать денежные средства по почтовому переводу.

Поскольку судом не установлено нарушений со стороны Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви судом не установлено нарушений в части не выплаты истцу заработной платы, то отсутствуют основания для привлечения ответчика к материальной ответственности в виде денежной компенсации, предусмотренной ст.236 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с чем в удовлетворении данного требования надлежит отказать.

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются истцы - по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскивается с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Судом удовлетворены требования имущественного характера, подлежащего оценке, в размере в общей сумме 94 949,20 руб., государственная пошлина по которому составляет 3 048,48 руб., а также требование неимущественного характера (компенсация морального вреда), государственная пошлина по которому составляет 300 руб. (подпункты 1 и 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, подлежащая к уплате государственная пошлина составляет 3 348 рублей 48 копеек, которая подлежит взысканию с ответчика.

В силу пункта 2 статьи 61.1 и пункта 2 статьи 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации государственная пошлина по делам, рассматриваемыми судами общей юрисдикции, зачисляется в бюджеты городских округов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Закона Тверской области от 18 января 2005 года N 4-ЗО «Об установлении границ муниципальных образований Тверской области и наделении их статусом городских округов, муниципальных районов» муниципальное образование «Вышневолоцкий городской округ с административным центром город Вышний Волочек» наделен статусом городского округа.

В этой связи суд считает необходимым взыскать с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Вышневолоцкий городской округ» государственную пошлину в размере в размере 3 348 рублей 48 копеек.

Согласно статье 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению.

В этой связи решение суда о восстановлении ФИО4 в должности казначея Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) подлежит немедленному исполнению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО4 к Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) об установлении факта трудовых отношений, признании незаконными действий по отстранению от работы, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО4 и Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) в период с 18 ноября 1997 года по 18 декабря 2019 года включительно.

Признать незаконными действия Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат), выразившиеся в отстранении ФИО4 от выполнения работы в должности казначея с 19 декабря 2019 года.

Признать незаконным увольнение ФИО4 с должности казначея Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат).

Восстановить ФИО4 в должности казначея Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат).

Взыскать с Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) в пользу ФИО4:

- средний заработок за время вынужденного прогула за период с 19 декабря 2019 года по 20 апреля 2020 года в размере 94 949 (девяносто четыре тысячи девятьсот сорок девять) рублей 20 копеек;

- денежную компенсацию морального вреда в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей;

Отказать ФИО4 в удовлетворении иска к Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) в остальной части требования о компенсации морального вреда, а также в части требования о взыскании денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы.

Взыскать с Местной религиозной организации православный Приход Богоявленского собора г. Вышнего Волочка Тверской и Кашинской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) в доход бюджета муниципального образования «Вышневолоцкий городской округ» государственную пошлину в размере 3 348 (три тысячи триста сорок восемь) рублей 48 копеек.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Тверской областной суд через Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Д.Л. Кяппиев

Дело № 2-248/2020 УИД: 69RS0006-01-2020-000057-83