Апелляционное определение № 22-1604/2026 от 8 апреля 2026 г.

Судья Иорданская Л.В. 22-1604/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ростов-на-Дону 9 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ростовского областного суда в составе:

председательствующего судьи Федоровой С.В.,

судей Шелехова М.С., Соколова С.Г.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гогопуло Ю.Н.,

с участием прокурора отдела управления прокуратуры Ростовской области Даниленко И.А.,

осуждённого ФИО2 путём использования системы видеоконференц-связи и его защитников – адвокатов Боярчук М.Л., Палатова И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи-докладчика Федоровой С.В. уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённого ФИО2, его защитника – адвоката Боярчук М.Л. на приговор Первомайского районного суда АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, в соответствии с которым

ФИО2, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженец АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, гражданин РФ, ранее не судимый,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч.3 ст.286 УК РФ, с назначением наказания в виде 4 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком на 2 года;

мера пресечения оставлена прежняя - содержание под стражей;

в соответствии с ч.7 ст.302 УПК РФ во взаимосвязи со ст.72 УК РФ началом срока отбывания наказания признан день вступления приговора в законную силу, с зачетом в этот срок времени содержания под стражей с ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА до дня вступления настоящего приговора в законную силу;

на основании п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей с ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА до дня вступления приговора в законную силу засчитано в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст.72 УК РФ;

срок дополнительного наказания в виде лишения права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, исчислен в соответствии с ч.4 ст.47 УК РФ;

также приговором разрешен вопрос по вещественным доказательствам,

УСТАНОВИЛА:

Приговором Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 25 декабря 2025 года ФИО2 осуждён за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, если они совершены с применением насилия и специальных средств..

Преступление совершено 11.08.2023 года в г. Ростов-на-Дону при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании ФИО2 с предъявленным обвинением не согласился.

В апелляционных жалобах осужденный ФИО2 просит приговор Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 25 декабря 2025 года отменить как незаконный, необоснованный, вынесенный с нарушением норм материального и процессуального права, ФИО2 – оправдать; экспертизы НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА просит признать недопустимыми доказательствами, поскольку отсутствует регламент и методика проведения экспертиз по фотографии без возможности физического осмотра повреждений (образований); сами выводы носят предположительный характер, не исключающий иные возможность, причины, давность образования повреждений.

В апелляционных жалобах адвокат Боярчук М.Л. в интересах осужденного ФИО2 просит приговор Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 25 декабря 2025 года отменить; уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в ином составе суда либо постановить в отношении ФИО2 оправдательный приговор на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ; в случае, если судебная коллегия придёт к выводу о невозможности постановления оправдательного приговора в апелляционном порядке, отменить приговор и прекратить уголовное дело в отношении ФИО2 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, указывая на следующее.

Суд пришёл к обвинительным выводам, которые не подтверждаются совокупностью исследованных доказательств. Из показаний сотрудников полиции не следует, что кто-либо из них непосредственно наблюдал нанесение ФИО2 ударов Потерпевший №1, а также факт надевания на него наручников. Показания отдельных свидетелей сводятся к фрагментарному восприятию обстановки, нахождению Потерпевший №1 в подъезде, заведению рук за спину, а также к вероятностным выводам о возможном наличии у ФИО2 наручников. Сам факт наличия у сотрудника правоохранительных органов специальных средств не свидетельствует об их применении к потерпевшему и не подтверждает их незаконное использование при отсутствии доказательств соответствующих обстоятельств. Указанные сведения не подтверждают наличие квалифицирующих признаков и не исключают сомнений в версии защиты. Показания указанных свидетелей являются последовательными, согласующимися между собой и не опровергнуты иными доказательствами по делу.

В судебном заседании допрошена свидетель Свидетель №8, которая является медицинским работником. Изложенные свидетелем обстоятельства касаются исключительно причин обращения к сотрудникам полиции и не содержат каких-либо сведений о применении ФИО2 насилия или специальных средств к Потерпевший №1. В отделе полиции она находилась вместе с Потерпевший №1 и Свидетель №1 около 15-20 минут, сидела напротив них, видела Потерпевший №1 и телесных повреждений у него не наблюдала, в отделе полиции Потерпевший №1 ходил спокойно, жалоб на то, что его избили или что к нему применялись наручники - при ней не высказывал. Указанные показания имеют самостоятельное доказательственное значение для правильного разрешения дела и не подтверждают наличие у Потерпевший №1 очевидных телесных повреждений непосредственно после событий, факт применения к нему насилия, а также факт использования в отношении него наручников. В приговоре суд необоснованно ограничился кратким изложением той части показаний Свидетель №8, которая касается обстоятельств доступа в квартиру, обнаруженного в ней беспорядка и вызова сотрудников полиции, не проанализировав её показания в остальной части.

В обвинительном заключении и приговоре отсутствует описание конкретных действий ФИО2, выражающихся в нанесении ударов, причинении боли либо вменении специальных средств, что является недопустимым.

Суд необоснованно признал заключения судебно-медицинских экспертиз НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА и НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА достоверными и положил их в основу обвинительного приговора. Заключение НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА выполнено без какой-либо медицинской документации, исключительно на основании визуального осмотра и сведений, сообщённых самим освидетельствуемым, который за медицинской помощью не обращался. Последующие заключения НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА и НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА выполнены без очного обследования, исключительно по протоколам осмотра предметов от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА и от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА с фототаблицами, а также на основе ранее составленного заключения НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА. Указанные заключения носят производный характер и не содержат самостоятельного медицинского исследования, фактически воспроизводя и интерпретируя ранее сделанные выводы и визуальные изображения. При этом эксперт ФИО41 ссылалась на «приказ НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА однако содержание указанных нормативных актов пояснить не смогла, что свидетельствует об отсутствии у неё чёткого понимания нормативной базы, регламентирующей проведение судебно-медицинских экспертиз. При недостаточности материалов эксперт не заявила ходатайств о предоставлении дополнительных данных и не указала на невозможность дачи заключения, несмотря на отсутствие медицинской документации и очного обследования. Эксперт также указала, что не может определить точное время причинения повреждений, не может установить конкретный механизм их образования, не может указать конкретный травмирующий предмет и допускает альтернативные причины их возникновения, в том числе падение и воздействие иных предметов. При этом вывод о возможности образования повреждений от наручников носит вероятностный характер и не исключает иных механизмов их образования. Несмотря на это, суд не устранил имеющиеся противоречия.

Показания потерпевшего Потерпевший №1 противоречивы, неоднократно менялись как на стадии предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства. Потерпевший №1 является лицом, ранее судимым за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств, состоит в наркотической зависимости, что характеризует его как личность. По вопросу о механизме применения насилия и обстоятельствах надевания наручников, Потерпевший №1 давал взаимоисключающие пояснения. В судебном заседании он указывал, что находился в положении лежа лицом в пол, однако далее заявил, что такого не говорил, а впоследствии допустил, что мог как лежать, так и стоять. Аналогичная непоследовательность прослеживается в объяснениях о том, каким образом он установил, что наручники на него надевал именно ФИО2 Сначала Потерпевший №1 указал, что определил это «по движениям», затем, что видел «боковым зрением», а впоследствии, что «видел глазами». Существенные противоречия содержатся в части описания телесных повреждений. Потерпевший №1 давал неопределённые и взаимоисключающие пояснения относительно их локализации и характера: указывал на наличие крови, однако пояснял, что она «капала, но не лилась», при этом не чувствовал её течения, допускал, что кровь «возможно была» на отдельных участках тела. При указании на несоответствие его показаний заключению эксперта, он фактически отказался от точности своих ранее данных пояснений, указав, что мог не упоминать отдельные обстоятельства или ошибаться. При этом потерпевший подтвердил, что в настоящее время может не помнить обстоятельства произошедшего и допускать ошибки в показаниях, ссылаясь на значительный промежуток времени. Тем не менее, он продолжал утверждать о причастности ФИО1. Дополнительные противоречия выявлены и в части самого факта применения насилия. В первоначальных объяснениях потерпевший не указывал на применение к нему физического насилия или указывал иные обстоятельства его применения, что сам Потерпевший №1 объяснил «эмоциональным потрясением». Противоречивыми являются и показания относительно последствий якобы причинённых повреждений: при утверждении о значительном насилии Потерпевший №1 обратился за медицинской помощью лишь спустя продолжительный промежуток времени (около 2-3 месяцев), что он объяснил якобы состоянием страха. Указанное поведение не соответствует характеру заявленных повреждений. Кроме того, Потерпевший №1 указывал на обстоятельства, свидетельствующие о его заинтересованности в исходе дела, связанной с утратой жилья, что подтверждает наличие возможного мотива для оговора. Несмотря на совокупность указанных противоречий, суд не дал им надлежащей оценки. В приговоре приведена лишь согласованная версия показаний Потерпевший №1. Изменения, неточности фактически проигнорированы и не получили мотивированного разрешения. При таких обстоятельствах вывод суда о достоверности показаний Потерпевший №1 не основан на всестороннем, полном и объективном исследовании доказательств, а потому не может быть признан достоверным и положен в основу обвинительного приговора.

Показания Свидетель №1 не подтверждают обвинительную версию, а демонстрируют её производный, заинтересованный и противоречивый характер. Свидетель №1 не являлась очевидцем ключевых инкриминируемых действий и не наблюдала непосредственно момент причинения телесных повреждений. Существенная часть сообщаемых ею сведений воспроизводится со слов Потерпевший №1. Фамилии сотрудников правоохранительных органов, в том числе ФИО2, ей стали известны лишь в ходе последующих допросов и очных ставок, при этом ранее она с ними знакома не была и не могла идентифицировать их как участников событий. Показания ФИО55 не подтверждают факт совершения конкретных действий ФИО2, а отражают производную версию событий, сформированную на основе пересказа слов других лиц и собственной интерпретации последующих разговоров. В приговоре данные показания воспроизведены как показания непосредственного очевидца, что не соответствует их фактическому содержанию. Показания Свидетель №1 противоречивы. Она заявляет, что «точно помнит» характер повреждений, однако не может последовательно указать, с какой именно стороны было рассечение, с какой стороны были выбиты зубы, где именно она вытирала кровь, в какой одежде был Потерпевший №1, были ли повреждения под глазом, были ли ссадины, в какой последовательности менялись его вещи и внешний вид. На один и тот же блок вопросов она то отвечает утвердительно и подробно, то ссылается на истечение времени и невозможность вспомнить. Где защита уточняет расположение повреждений на лице, Свидетель №1 сначала утверждает, что всё хорошо помнит, а затем прямо говорит, что сейчас этого вспомнить не может, хотя раньше, когда память была «свежее», отвечала иначе. При этом председательствующий неоднократно ограничивал развитие вопросов защиты, снимал уточняющие вопросы. Существенным является и вопрос о личной заинтересованности Свидетель №1 Из её допроса прямо следует, что конфликт вокруг квартиры в г. Москве был для неё значимым личным обстоятельством, так как рассчитывала на определённые имущественные последствия. Показания Свидетель №1 входят в прямое противоречие с показаниями Свидетель №8, согласуются лишь с версией самого Потерпевший №1, который давал непоследовательные объяснения. Тот факт, что Свидетель №1 ранее была осуждена по ст. 228 УК РФ, употребляла наркотические средства - имеют значение для оценки достоверности их показаний. Суд в приговоре воспроизвёл показания Свидетель №1 выборочно и в сглаженном виде. При таком положении показания Свидетель №1 не могут рассматриваться как достоверное, самостоятельное и достаточное доказательство.

Приговор содержит вывод о применении ФИО2 специальных средств (наручников) и насилия в отношении Потерпевший №1, однако указанные обстоятельства не подтверждены совокупностью допустимых и достоверных доказательств. Показания отдельных лиц о том, что у ФИО2 могли иметься наручники либо что они видели их в его руках, носят предположительный характер и не свидетельствуют об их фактическом применении. Показания Свидетель №1 в указанной части не являются непосредственными, поскольку она не наблюдала момент применения силы и воспроизводит сведения со слов Потерпевший №1. Видеозапись, исследованная в судебном заседании, не содержит объективной фиксации ни надевания наручников, ни применения насилия.

Суд не установил и не мотивировал наличие у ФИО2 личной заинтересованности либо иного мотива, необходимого для квалификации по ст. 286 УК РФ. Доводы обвинения о возможной связи произошедшего с квартирой в г. Москве носят предположительный характер и не имеют отношения к действиям ФИО2, который не являлся собственником имущества и не принимал решений о его изъятии.

В ходе судебного разбирательства стороной защиты были представлены и исследованы доказательства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела. Судом исследованы сведения, характеризующие личность ФИО2, а также показания свидетелей, подтверждающие добросовестное исполнение им служебных обязанностей и отсутствие дисциплинарных нарушений. Допрошенные сотрудники пояснили, что в случаях, не требующих отлагательства, выезд на место возможен до окончательной регистрации сообщения в КУСП с последующей регистрацией. Данные обстоятельства имеют значение для оценки законности действий ФИО2 и наличия либо отсутствия явного выхода за пределы полномочий. Несмотря на это, суд не дал указанным доказательствам надлежащей оценки, не указал мотивов их отклонения и фактически оставил их без правового анализа.

Допущенные судом нарушения, по мнению стороны защиты, влекут отмену приговора.

Вместе с тем, сторона защиты также обращает внимание, что при назначении наказания суд не в полной мере учёл данные о личности ФИО2, отсутствие ранее выявленных дисциплинарных нарушений, а также фактические обстоятельства дела. Назначение реального лишения свободы при недоказанности объективной стороны преступления нарушает принцип справедливости и соразмерности наказания.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционных жалоб, заслушав выступление участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Уголовное дело в отношении ФИО2 рассмотрено судом первой инстанции в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона согласно положениям гл.33 - 38 УПК РФ, в пределах предъявленного осужденному обвинения, с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей.

Все заявленные сторонами ходатайства разрешены судом своевременно и в установленном законом порядке, по ним приняты мотивированные решения.

Нарушений процедуры уголовного судопроизводства, прав его участников, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, при рассмотрении данного уголовного дела не допущено.

Вопросы, указанные в ст. 299 УПК РФ, судом первой инстанции разрешены при постановлении приговора, который соответствует ст.ст. 303, 304, 307 и 308 УПК РФ. Описательно-мотивировочная часть приговора содержит установленное судом описание преступного деяния с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива и других объективных признаков совершенного преступления, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного, и обоснование принятых решений по другим значимым вопросам.

При рассмотрении дела судом установлены все подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, которые вопреки утверждениям осужденного и его защитника полно изложены в приговоре.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, правильно признав ФИО2 виновным в совершении инкриминированного ему преступления, этот вывод изложил в приговоре, а принятое решение мотивировал.

Несмотря на позицию ФИО2 по инкриминируемому ему преступлению, его виновность и фактические обстоятельства совершенного им преступления судом установлены на основании исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре совокупности доказательств, подробный анализ которых приведён в описательно-мотивировочной части приговора, а именно, его виновность в совершении преступления, установленного в описательной части приговора, подтверждается следующими доказательствами, исследованными в судебном заседании: показаниями потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №3, ФИО11, Свидетель №8, допрошенных в судебном заседании; данными на стадии предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.ч.1,3 ст.281 УПК РФ показаниями потерпевшего Потерпевший №1 (т.22 л.д.24-39), свидетелей Свидетель №3 (т.7 л.д.177-183), Свидетель №5 (т.8 л.д.30-35), Свидетель №4, Свидетель №9 (т.8 л.д.76-79), Свидетель №10 (т.8 л.д.94-98), Свидетель №30 (т.9 л.д.51-57), ФИО9 (т.22 л.д.169-172); заявлением Потерпевший №1 от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА (т.1 л.д.78-79); актом по результатам ОРМ «Отождествление личности» от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, в соответствии с которым Потерпевший №1 на фотографии НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН указал на ФИО2 (т.1 л.д.237-245); актом исследования предметов и документов от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, в соответствии с которым просмотрена видеозапись, представленная ФИО2 (т.2 л.д.53); протоколом осмотра предметов (документов) от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА с фототаблицей, в соответствии с которым, в том числе осмотрена видеозапись на которой изображены ФИО2, Свидетель №5, Свидетель №3, Потерпевший №1, Свидетель №1 в доме по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН «А», на фототаблице фотографии потерпевшего Потерпевший №1 с телесными повреждениями на лице (т.10 л.д.119-133); протоколом осмотра предметов (документов) от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА с фототаблицей, в соответствии с которым, в том числе осмотрена видеозапись подписания Потерпевший №1 договора купли-продажи от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, на фототаблице фотографии потерпевшего Потерпевший №1 с телесными повреждениями в области запястий рук (т.10 л.д.134-147); протоколом очной ставки от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, проведенной между ФИО2 и потерпевшим Потерпевший №1 (т.10 л.д.64-74); протоколом очной ставки от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, проведенной между ФИО2 и свидетелем Свидетель №1 (т.10 л.д.93-103); протоколом очной ставки от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, проведенной между потерпевшим Потерпевший №1 и свидетелем Свидетель №1 (т. 22 л.д.138-142); заключениями эксперта НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА (т.21 л.д.10-12), НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА (т.21 л.д. 42-45), НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА (т.21 л.д.73-75), НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, 1349/09-1-24 от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА (т.21 л.д.111-114), НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, 1351/09-1-24 от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА (т.21 л.д.138-142); должностным регламентом (должностной инструкцией) оперуполномоченного отдела уголовного розыска отдела полиции НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН Управления МВД России по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН ФИО2 (т.24 л.д.9-11); выпиской из приказа от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН л/с, в соответствии с которым ФИО2 назначен на должность оперуполномоченного отдела уголовного розыска отдела полиции НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН Управления МВД России по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН (т.2 л.д.61).

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты содержание доказательств в обжалуемом приговоре приведено в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих об изложении в приговоре суда показаний допрошенных лиц либо содержания иных доказательств таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре суда, судебной коллегией не установлено.

Все доказательства судом проверены с соблюдением требований ст. 87 УПК РФ, а в описательно-мотивировочной части приговора им дана надлежащая оценка в соответствии со ст. ст. 17 и 88 УПК РФ. Оснований для признания их недопустимыми доказательствами, в том числе, по доводам апелляционных жалоб - не имеется. В приговоре содержатся мотивы, по которым доказательства приняты во внимание, а показания осужденного о невиновности в инкриминируемом ему преступлении отвергнуты.

Суд первой инстанции правильно критически оценил показания ФИО2 о его невиновности, дал им надлежащую оценку и обоснованно отверг, поскольку они не подтверждаются другими, исследованными в ходе судебного следствия доказательствами.

Судом верно установлено, что ФИО2, занимающий в соответствии с приказом начальника Управления МВД России по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН л/с от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА должность оперуполномоченного отдела уголовного розыска отдела полиции НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН Управления МВД России по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, имеющий специальное звание – капитан полиции, согласно должностного регламента (должностной инструкции) оперуполномоченного отдела уголовного розыска отдела полиции НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН Управления МВД России по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, утвержденного ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА врио начальника ОП НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН Управления МВД России по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, обладая комплексом прав и обязанностей сотрудника полиции в соответствии с Федеральным законом от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА № 3-ФЗ «О полиции», осуществляя функции представителя власти на постоянной основе, являясь должностным лицом, без наличия на то законных оснований, предусмотренных ч.1 ст.21 Федерального Закона РФ «О полиции» от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА № 3-ФЗ, будучи при исполнении своих должностных обязанностей, осознавая противоправный характер своих действий, учитывая, что Потерпевший №1 не имеет при себе какого-либо оружия либо предметов, используемых в качестве оружия, не совершает какое-либо административное правонарушение и преступление, не скрывает следы их совершения, не оказывает какого-либо сопротивления сотрудникам полиции, выполняет законные требования сотрудников полиции, не противодействует законным требованиям сотрудников полиции, в нарушение ч.3 ст.5, ст.ст.18, 19, 20, 21 Федерального Закона РФ «О полиции» от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА № 3-ФЗ и подп. 2.2, 2.4, 2.5 п.2, подп. 3.1, 3.2, 3.3 п.3 должностного регламента (должностной инструкции) оперуполномоченного отдела уголовного розыска отдела полиции НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН Управления МВД России по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, превысил свои должностные полномочия, то есть совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, совершил преступление с применением насилия и специальных средств при обстоятельствах, указанных в описательно-мотивировочной части приговора, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов Потерпевший №1, предусмотренных ст.ст. 19, 21, 22 Конституции Российской Федерации на соблюдение представителями власти равенства прав и свобод, признание и гарантию соблюдения прав человека и гражданина, охрану государством достоинства личности и исключения применения пыток, насилия, жестокого и унижающего человеческого достоинство обращения, на личную неприкосновенность, а также дискредитировал авторитет органов внутренних дел Российской Федерации, как системы органов исполнительной власти, призванных защищать жизнь, здоровье, права и свободы, интересы общества и государства от преступных и иных противоправных посягательств.

Доводы стороны защиты об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и образованием всех имевшихся на теле потерпевшего телесных повреждений полностью опровергаются доказательствами, положенными в основу обвинительного приговора.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что телесные повреждения были получены потерпевшим Потерпевший №1 именно от незаконных действий ФИО2

С учетом изложенного, выводы стороны защиты об отсутствии телесных повреждений у потерпевшего опровергается показаниями потерпевшего Потерпевший №1, свидетеля Свидетель №1, так и доказательствами, приведенными в описательной части приговора, в том числе, видеозаписью, а также заключениями экспертиз.

Тот факт, что ни все сотрудники полиции, непосредственно находившиеся с ФИО2, не подтвердили факт применения к потерпевшему физической силы и специальных средств, суд первой инстанции обоснованно оценил критически, с учетом представленных материалов уголовного дела и установленных обстоятельств, поскольку прослеживается явная заинтересованность в благоприятном исходе дела не только для ФИО2, но и в рамках иных выделенных уголовных дел из заявления Потерпевший №1 о совершенном в отношении него преступлении, имевшем место ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА.

Вопреки доводам стороны защиты потерпевший Потерпевший №1 и свидетель ФИО10 по делу, показания которых положены в обоснование приговора, перед началом их допроса были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, и каких-либо данных о заинтересованности потерпевшего и указанного свидетеля в исходе данного дела у суда не имеется, они дали показания по тем событиям по делу, участниками которых они непосредственно являлись, их показания являются последовательными, логичными, согласуются между собой и не противоречат фактическим обстоятельствам дела. Обстоятельств, свидетельствующих об их оговоре осужденного, судом не установлено.

То обстоятельство, что свидетель ФИО10 не являлась непосредственным очевидцем преступных действий ФИО2 при нанесении телесных повреждений потерпевшему Потерпевший №1, не снижает доказательственного значения её показаний, поскольку она четко сообщила об источнике своей осведомленности о событиях, о которых дала пояснения, указав на конкретные обстоятельства и иные фактические данные, имеющие значение для уголовного дела, в связи с чем в силу п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ эти показания в полной мере соответствуют критерию допустимости.

Доводы стороны защиты о том, что потерпевший Потерпевший №1 и свидетель Свидетель №1 могли оговорить ФИО2, так как между ними имелись имущественные отношения, связанные с квартирой потерпевшего в г. Москве, безоснователен, урегулируем в рамках гражданского судопроизводства, и является личным субъективным мнением стороны защиты.

Некоторые неточности в показаниях указанных лиц связаны с давностью исследуемых событий, что не является основанием ставить под сомнение как их показания в суде, так и составленные с их участием протоколы их допросов, которые были исследованы в суде в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, которые обоснованно положены в основу приговора.

Привлечение ранее потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №1 к уголовной ответственности не свидетельствует о порочности их показаний, данных ими в рамках данного уголовного дела, при соблюдении как органами предварительного расследования, так и судом процедуры их допроса.

В то же время, приговор не основан исключительно или в решающей степени на показаниях потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №1, поскольку кроме данных показаний в опровержение доводов стороны защиты о невиновности ФИО2 судом обоснованно приведена в приговоре совокупность остальных представленных стороной обвинения доказательств, положенных в основу обвинительного приговора.

В связи с этим, повторяющиеся в апелляционных жалобах стороны защиты доводы о непричастности ФИО2 к инкриминируемому преступлению, в которых он излагает собственную интерпретацию исследованных судом доказательств в отрыве от оценки их совокупности, судебная коллегия находит необоснованными, поскольку трактовка события преступления в том виде, в каком оно представлено в апелляционных жалобах защитника, не может быть признана обоснованной, так как противоречит исследованным в судебном заседании доказательствам.

Вопреки доводам стороны защиты показания свидетелей изложены в приговоре в той части, в которой они имеют отношение к существу предъявленного обвинения, в соответствии с показаниями, данными ими в суде, с учетом оглашения показаний ряда свидетелей, данных в ходе предварительного расследования, в том числе и на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ. При этом изложение показаний в приговоре, вопреки доводам стороны защиты, не может представлять собой стенограмму либо полное дублирование показаний, данных в ходе рассмотрения дела.

Доводы осужденного о том, что свидетель ФИО11 в ходе предварительного расследования дал показания под давлением – оставляются судебной коллегией без внимания, поскольку в основу обвинительного приговора положены показания указанного лица, данные только в ходе судебного заседания.

Доводы осужденного о том, что показания ряда свидетелей, данные в ходе предварительного расследования, идентичны, что якобы свидетельствует об их авторстве одним лицом, являются его предположениями, и своего подтверждения в ходе рассмотрения дела судом первой инстанций не нашли, поскольку, как видно из протоколов допросов лиц в ходе предварительного расследования, положенных в основу обвинительного приговора, они допрашивались по отдельности, давали показания добровольно, после разъяснения им их прав и обязанностей, протоколы подписаны ими лично, не имея к ним замечаний, а то обстоятельство, что будучи свидетелями одних и тех же событий они давали аналогичные об обстоятельствах ими увиденного, не подтверждает доводов осужденного как таковых и не влечет признания данных доказательств недопустимыми.

Судом дана надлежащая оценка показаниям потерпевшего Потерпевший №1, противоречия в показаниях которого устранены путем его допроса и оглашения его показаний, данных в ходе предварительного следствия. При этом показания потерпевшего согласуются с совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств.

Судом обоснованно показания свидетелей Свидетель №36, Свидетель №7, Свидетель №12, ФИО12, Свидетель №15, Свидетель №16, Свидетель №21, Свидетель №22, Свидетель №35, Свидетель №23, Свидетель №25, ФИО13, Свидетель №27, ФИО14, Свидетель №29, Свидетель №32, Свидетель №33, Свидетель №11 приняты во внимание с учетом установленных обстоятельств того, что им фактически не известны какие-либо обстоятельства, позволяющие судить о виновности либо невиновности ФИО1, они не были очевидцами событий, сотрудниками полиции фактически даны показания в части общей работы отдела.

При этом доводы стороны защиты об оказании со стороны председательствующего давления на потерпевшего, свидетелей путем формулирования вопросов, содержащих в себе определенное убеждение, являются надуманными.

Между тем, как осужденный, так и его адвокат в судебном заседании не были лишены процессуального права на заявление отвода председательствующему в связи с допущенными формулировками вопросов. Однако, соответствующих ходатайств заявлено не было, никто из участников процесса не указывал о наличии оснований, исключающих участие судьи при производстве по делу в соответствии со статьями 61 - 63 УПК РФ.

Имеющиеся в материалах уголовного дела заключения экспертов составлены в соответствии с требованиями, предъявляемыми к экспертизам; нарушений норм УПК РФ, влекущих признание доказательств по делу недопустимыми, судом не установлено; порядок назначения и производства судебных экспертиз соблюден, заключения судебных экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" от 31.05.2001 года N 73-ФЗ, постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 года N 28 "О судебной экспертизе по уголовным делам", в них приведены содержание и результаты исследований, выводы по поставленным перед экспертами вопросам и их обоснование.

Судом установлено, что заключения судебных экспертов являются мотивированными и сомнений не вызывают. Экспертные заключения исследованы в судебном заседании в соответствии с процессуальными нормами, отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам, в связи с чем, обоснованно положены судом в основу приговора. Более того, в судебном заседании допрошен эксперт, проводивший эти экспертизы, который подтвердил изложенные в них выводы.

Вопреки доводам стороны защиты отсутствие в деле справок или заключений из медицинского учреждения о наличии у потерпевшего следов телесных повреждений не опровергает установленных по делу обстоятельств.

Вопреки доводам стороны защиты проведение судебно-медицинских экспертиз с осмотром Потерпевший №1 по прошествии длительного времени с момента инкриминируемому осужденному события, с изучением фотоснимков, полученных в результате осмотра видеозаписи, представленной осужденным в органы предварительного расследования, которая нашла свое доказательственное закрепление в протоколе осмотра предметов (документов) от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА на 10 листах с фототаблицами в количестве 2х штук, в протоколе осмотра предметов (документов) от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА на 10 листах с фототаблицами в количестве 3х штук, на предмет наличия у Потерпевший №1 каких-либо повреждений, их характера, локализации, количества, степени тяжести, давности причинения - не противоречит действующему законодательству, поскольку видеофиксация Потерпевший №1, а на основании неё уже – фотофиксация с видеофиксации, была сделана в день причинения ФИО2 телесных повреждений потерпевшему, которые и были предметом исследования указанных экспертиз. При этом судебная коллегия обращает внимание, что видеозапись признана вещественным доказательством, подлинность её не оспаривается. О том, что фото не качественное, на нем не видны характер, локализация и особенности повреждений – эксперт не заявил, что свидетельствует о том, что эксперту было достаточно представленных материалов, а также визуального осмотра самого потерпевшего, чтобы прийти к выводам, указанным им в заключениях.

При этом необходимо отметить, что оспариваемые осужденным и его защитником заключения экспертов не являются единственным доказательством, на основании которого судом сделан вывод о виновности осужденного, данное доказательство оценено судом в совокупности с иными исследованными доказательствами, признанными допустимыми и достоверными, а потому высказанный в судебном заседании в ходе допроса экспертом ФИО41 характер их образования, в том числе, с учетом поступивших вопросов со стороны защиты в указанной части, не исключает их образования при обстоятельствах, установленных в ходе рассмотрения уголовного дела по существу, с бесспорным установлением у Потерпевший №1 повреждений в виде ссадин на наружно-боковой поверхности правого лучезапястного сустава (1), на наружной поверхности правого лучезапястного сустава (1), выявленных при осмотре ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА (пятна), являющиеся результатом заживления (ссадин), а также повреждений в виде травматического отека мягких тканей с кровоподтеком правой скуловой области, ссадины под правым глазом.

Таким образом, оснований полагать о недопустимости вышеуказанных заключений эксперта по доводам апелляционных жалоб осужденного и его защитника - не имеется.

Протоколы следственных действий соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, их содержание подтверждается совокупностью иных доказательств, приведенных в приговоре.

Судебная коллегия не усматривает нарушений закона при проведении оперативно-розыскных мероприятий, оформлении и представлении следователю результатов оперативно-розыскной деятельности, влекущих за собой признание недопустимыми доказательств, полученных в результате указанных оперативно-розыскных мероприятий.

Вопреки доводам стороны защиты оснований для признания акта по результатам ОРМ «Отождествление личности» от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, в соответствии с которым Потерпевший №1 на фотографии НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН указал на ФИО2, как сотрудника полиции, который принимал участие в его задержании, необоснованно применил физическую силу и специальные средства – также не имеется, поскольку отождествление личности проведено и его результаты представлены следователю в соответствии с Федеральным законом Российской Федерации "Об оперативно-розыскной деятельности" от 12 августа 1995 г.

Доводы стороны защиты о том, что приговор основан на предположениях, судебная коллегия находит несостоятельными. Сомнений, требующих истолкования в пользу осужденного в соответствии с положениями ч. 3 ст. 14 УПК РФ, по делу не имеется.

Доводы стороны защиты об иных фактических обстоятельствах, аналогичные приводимым в судебном заседании, тщательно проверены судом первой инстанции и получили правильную оценку в приговоре, с которым судебная коллегия соглашается.

Каких-либо данных, свидетельствующих об умышленном искусственном создании доказательств виновности ФИО2, не представлено и фактически не установлено.

Убедительных доводов, которые опровергли бы правильность оценки судом первой инстанции представленных доказательств, в апелляционных жалобах не приведено.

Все иные доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах, не могут быть отнесены к категории обстоятельств, влекущих формирование правовых оснований для отмены или изменения состоявшегося судебного решения.

Таким образом, достаточная совокупность объективно исследованных судом первой инстанции доказательств, которые в силу ст.88 УПК РФ были оценены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, позволила суду сделать правильный вывод о признании ФИО2 виновным в совершении инкриминируемого ему деяния и правильно квалифицировать его действия по п.п.«а,б» ч.3 ст.286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, если они совершены с применением насилия и специальных средств, что соответствует разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 N 19 (ред. от 11.06.2020) "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий".

Вопреки доводам стороны защиты оснований для оправдания ФИО2 не усматривается.

По своей сути доводы стороны защиты сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом первой инстанции по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение его выводы.

Вопреки доводам стороны защиты о предвзятости и обвинительном уклоне суда, односторонности рассмотрения уголовного дела судом, судебная коллегия, исходя из содержания протокола судебного заседания, констатирует, что уголовное дело рассмотрено судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, на основании собранных по уголовному делу доказательств, их проверки в судебном заседании путем сопоставления с другими доказательствами, установления их источников, проверки версий осужденного ФИО2

Из протокола судебных заседаний усматривается, что суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание.

Все заявленные сторонами ходатайства разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений и их убедительной мотивацией. Отклонение некоторых из заявленных ходатайств при соблюдении процедуры их рассмотрения судом не препятствовало рассмотрению дела по существу и не повлияло на полноту и достаточность представленных доказательств для установления вины осужденного, а также не может свидетельствовать о нарушении права на защиту осужденного ФИО2.

Таким образом, все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела, судом были выполнены.

Обвинительное заключение составлено с соблюдением требований ст. 220 УПК РФ, и оснований для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ у суда не имелось.

Наказание ФИО2 назначено в соответствии с положениями уголовного и уголовно-процессуального закона, предусмотренных ст. 6, 43, 60 УК РФ и ст. 299, 307 и 308 УПК РФ, регламентирующих порядок индивидуализации, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на его исправление, а также исходя из целей уголовного закона восстановления социальной справедливости и исправления осужденного.

Учитывая эти данные, суд пришел к обоснованному выводу, что исправление ФИО2 возможно лишь в условиях изоляции от общества, и назначил ему наказание в виде реального лишения свободы.

Суд свои выводы мотивировал, не согласиться с которыми оснований не имеется, а произвольное вмешательство вышестоящим судом в принятые в соответствии с законом, внутренним убеждением и совестью решения нижестоящего суда недопустимо и противоречит принципу независимости судей, провозглашенному в ч. 1 ст. 120 Конституции РФ.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, судом обоснованно признаны в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ данные о личности ФИО2, который на учете в наркологическом кабинете не состоит, характеризуется исключительно положительно, впервые привлекается к уголовной ответственности, награжден почетными грамотами и благодарственными письмами.

Все заслуживающие внимания обстоятельства были учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым, соразмерным содеянному и назначено в соответствии с требованиями закона и разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 (ред. от 18.12.2018) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", в связи с чем основания для переоценки выводов суда первой инстанции, а также смягчения наказания - отсутствуют.

Вывод суда о неприменении положений ст. 64, 73, ч. 6 ст. 15 УК РФ мотивирован, соответствует содеянному и личности виновного.

Вид исправительного учреждения определен верно в соответствии со ст. 58 УК РФ.

Вопросы о мере пресечения, исчислении срока и о разрешении вопроса в отношении вещественных доказательств разрешены судом верно.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 47 УК РФ, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью.

Из разъяснений, данных в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", следует, что лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления. В приговоре необходимо указывать определенный конкретными признаками круг должностей, на который распространяется запрещение (например, должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий).

Вместе с тем из обжалуемого приговора следует, что суд, назначив ФИО2 наказание в виде лишения права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, не указал на заперт занимать должности на государственной службе, что свидетельствует о существенном нарушении норм уголовного закона при назначении осужденному дополнительного наказания.

Учитывая, что ФИО2 совершил преступление, осуществляя функции представителя власти, судебная коллегия приходит к выводу, что приговор в части назначения дополнительного наказания следует изменить, указав, что осужденному запрещается занимать должности на государственной службе в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти.

По мнению судебной коллегии, такое изменение улучшает положение осужденного, поскольку существенно сокращает фактический объем правоограничений, и предоставляет ему возможность занятия иных должностей, не связанных с осуществлением функций представителя власти.

Других оснований для пересмотра обжалуемого приговора судебная коллегия не находит, а потому в остальной части он является законным и обоснованным, в связи с чем, апелляционные жалобы осужденного и его защитника оставляются без удовлетворения.

Руководствуюсь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 25 декабря 2025 года в отношении ФИО2 – изменить, уточнив дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах, назначенное ФИО2, указанием на запрет занимать должности на государственной службе в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, на срок 2 года, срок которого исчислять в соответствии с ч.4 ст.47 УК РФ.

В остальной части этот же приговор в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы осуждённого ФИО2, его защитника – адвоката Боярчук М.Л. - без удовлетворения.

Определение может быть обжаловано в Четвёртый кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осуждённым, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии решения, вступившего в законную силу.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: