Апелляционное постановление № 22-387/2024 от 20 августа 2024 г. по делу № 1-30/2024

Судья Дорджиев Н.А.

дело №22-387/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Элиста 20 августа 2024 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего

- судьи Саранова В.С.,

при секретаре

с участием:

осужденного

его защитника

прокурора

- ФИО1,

- ФИО2,

- адвоката Курмамбаевой Д.М.,

- Мучкаевой З.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО2 и его защитника-адвоката Курмамбаевой Д.М. на приговор Лаганского районного суда Республики Калмыкия от 28 июня 2024 года, по которому

ФИО2, родившийся ***, судимый приговором мирового судьи судебного участка Лаганского судебного района Республики Калмыкия от 31 января 2023 года по п. «б» ч. 1 ст. 256 УК РФ к обязательным работам на срок 100 часов, наказание отбыто 23 марта 2023 года,

осужден по п. «б» ч. 1 ст. 256 УК РФ к обязательным работам на срок 300 часов,

по ч. 1 ст. 318 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы,

на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ с применением п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 7 месяцев.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год.

Контроль за поведением условно осужденного ФИО2 возложен на *** межмуниципальный филиал ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Калмыкия, а также установлены обязанности: не менять постоянного места жительства (пребывания) без уведомления специализированного органа и пройти курс лечения от алкоголизма у врача нарколога по месту жительства.

Мера процессуального принуждения в отношении ФИО2 в виде обязательства о явке до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

В удовлетворении гражданского иска прокурора Лаганского района Республики Калмыкия к ФИО2 о взыскании материального ущерба в размере 4350 рублей отказано.

Приговором разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств.

Осужденный ФИО2 освобожден от взыскания процессуальных издержек.

Заслушав доклад председательствующего, изложившего обстоятельства уголовного дела, доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, выслушав выступления осужденного ФИО2, его защитника - адвоката Курмамбаевой Д.М., поддержавших доводы апелляционной жалобы об отмене приговора и направлении уголовного дела на новое рассмотрение, мнение прокурора Мучкаевой З.А., полагавшей приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, судебная коллегия

установила:

Согласно приговору ФИО2 признан виновным в незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов, совершенной с применением других запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов, а также в угрозе применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, при следующих обстоятельствах.

*** года примерно в * часов * минут ФИО2 в нарушение ст. 26 Федерального закона №166 ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» от 20 декабря 2004 года, п. 48а Правил рыболовства Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Министерства сельского хозяйства РФ № 695 от 13 октября 2022 года, согласно которым сети всех типов являются запрещенными орудиями и способом добычи (вылова) для любительского и спортивного рыболовства в Волжско-Каспийском рыбохозяйственном бассейне, не имея соответствующего разрешения, находясь на участке местности, расположенном на южном берегу канала «*** судоходный канал» в * м севернее от дома * по ул. *** г. *** Республики ***, с помощью строительного топора прорубил * лунки во льду, после чего незаконно выставил в воду запрещенные орудия лова – * капроновые сети общей длиной * м, оборудованные полипропиленовыми балберками в количестве * штук и грузилами в виде металлических колец в количестве * штук (первая капроновая сеть длиной примерно * м с ячеей * мм, вторая капроновая сеть длиной примерно * м с ячеей * мм), с целью незаконной добычи рыбы частиковых видов, которые относятся к способу массового истребления водных биологических ресурсов. В результате указанных противоправных действий на следующий день в период времени с * часов * минут до * часов * минут ФИО2 незаконно выловил * экземпляров рыбы частиковых пород, относящиеся к семейству карповых: карась обыкновенный – * экземпляров, общим весом 2,6 кг; красноперка – * экземпляр, общим весом 0,2 кг; к семейству окуневых – берш – * экземпляра, общим весом 0,950 кг.

В результате его преступных действий Федеральным рыбным запасам причинен ущерб в размере 4 350 рублей.

Приказом начальника МО МВД России «***» от *** года №* л/с Х.А.Н. назначен на должность участкового уполномоченного полиции отделения участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних МО МВД России «***» и в соответствии с Федеральными законами от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положениями должностного регламента, утвержденного начальником МО МВД России «***» 26 мая 2023 года, был наделен властно-распорядительными полномочиями в отношении неопределенного круга лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, и выполнял функции представителя власти, в связи с чем являлся должностным лицом.

*** года примерно в * часов * минут участковый уполномоченный полиции Х.А.Н. совместно с сотрудниками полиции М.Р.Й. и К.М.К. на южном берегу канала «*** судоходный канал» увидели мужчину, который производил незаконную добычу рыбы при помощи сетей. С целью пресечения противоправной деятельности, участковый уполномоченный полиции Х.А.Н. направился к указанному мужчине. После чего им была установлена его личность как ФИО2 и вызвана следственно-оперативная группа.

По прибытию следственно-оперативной группы дознавателем МО МВД России «***» О.З.Ю. с участием участкового уполномоченного полиции Х.А.Н., ФИО2, старшего государственного инспектора Волго-Каспийского территориального управления Росрыболовство А.А.С. в * часов * минут стал проводиться осмотр места происшествия, во время которого ФИО2 из-за внезапно возникших неприязненных отношений на почве исполнения участковым уполномоченным полиции Х.А.Н. своих должностных обязанностей, а также не желая быть привлеченным к уголовной ответственности за незаконный вылов рыбы, решил высказать угрозу применения насилия участковому уполномоченному полиции Х.А.Н.

Реализуя задуманное, *** года в период с * часов * минут до * часов * минут, ФИО2, находясь на том же берегу канала, действуя умышленно, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя и желая наступления общественно опасных последствий в виде нарушения конституционных прав сотрудника полиции Х.А.Н. на личную неприкосновенность, честь и достоинство, умаления и подрыва авторитета представителя власти и нарушения установленного законом порядка управления, а также желая их наступления, понимая, что действует в отношении сотрудника полиции Х.А.Н., находящегося в форменном обмундировании сотрудника полиции при исполнении своих должностных обязанностей, взял в правую руку строительный топор и стал им размахивать в сторону Х.А.Н. сверху вниз, направо и налево, приближаясь к последнему, при этом, проявляя явное агрессивное поведение, высказал в адрес Х.А.Н. угрозу применения насилия – «***!». Х.А.Н., учитывая явное агрессивное состояние ФИО2, обстоятельства и способ высказывания угрозы применения насилия, реально осознавал и имел основания опасаться осуществления данной угрозы.

В судебном заседании ФИО2 виновным себя в инкриминируемых преступлениях признал частично.

В апелляционной жалобе (совместной) осужденный ФИО2 и адвокат Курмамбаева Д.М. выражают несогласие с приговором, считая его незаконным и необоснованным в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Указывают, что ФИО2 не отрицает свою вину в незаконном вылове рыбы, необходимой для проведения молитвенного обряда, но выражают несогласие с выводом суда, что вылов рыбы производился с применением способов массового истребления водных биологических ресурсов, поскольку доказательств того, что действия ФИО2 повлекли массовую гибель водных биологических ресурсов, отрицательно повлияли на среду обитания, суду представлено не было, а положенное в основу приговора заключение эксперта от *** года не содержит об этом обоснований. Подробно анализируя показания потерпевшего Х.А.Н., дознавателя О.З.Ю., инспектора рыбнадзора А.А.С., утверждают о их заинтересованности, считают, что их показания противоречат данным, отраженным в рапорте Х.А.Н., протоколе осмотра места происшествия от *** года, в котором не отражено, что дознаватель О.З.Ю. и инспектор А.А.С. отошли на расстояние * м для поиска других лунок во льду, а судом не установлено, почему А.А.С. пошел на поиски лунок с О.З.Ю., с какой целью участковый инспектор полиции Х.А.Н. остался с ФИО2 на месте происшествия и какие должностные обязанности исполнял в этот момент. Отмечают, что ни потерпевший, ни свидетели не говорили о том, что ФИО2, держа в руке топор, делал движения в сторону Х.А.Н. Сопоставляя время выявления Х.А.Н. факта незаконного вылова рыбы (* часов *-* минут), начала осмотра места происшествия (* часов * минут), приходят к выводу о том, что по версии стороны обвинения умысел у ФИО2 на совершение преступления в отношении Х.А.Н. возник по истечению одного часа после выявления факта незаконной добычи рыбы, а потому ссылка суда в приговоре на положения Федеральных законов и должностного регламента участкового инспектора полиции считают необоснованной. В это время Х.А.Н. являлся участником осмотра места происшествия, какие служебные обязанности он исполнял, судом не установлено. В связи с изложенным ставят под сомнение обоснованность вывода суда о том, что угроза применения насилия со стороны ФИО2 была связана с выполнением участковым Х.А.Н. своих должностных обязанностей. Кроме того, считают протокол осмотра места происшествия от *** года, в ходе которого был изъят топор, а также протокол осмотра топора от *** года, являются недопустимыми доказательствами, так как они не содержат данных о месте нахождения топора до его изъятия (до * часов) в служебном кабинете отдела полиции, а в ходе осмотра места происшествия – места незаконного вылова рыбы этот топор не изымался. Просят приговор суда отменить, а уголовное дело направить на новое рассмотрение.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Гольдинов О.Э. выражает несогласие с изложенными в ней доводами, считает их необоснованными, просит приговор оставить без изменения, а жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, выслушав выступления участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Как видно из материалов уголовного дела, в ходе судебного разбирательства ФИО2 признал себя виновным в незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов запрещенными орудиями и способом, а вину в угрозе применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей не признал. Показал, что был зол на сотрудника полиции Х.А.Н., который не отпустил его с места осмотра происшествия, взяв топор, он крутил его за веревку и так ушел домой. Х.А.Н. применением насилия не угрожал, топором на него не замахивался.

Вопреки показаниям и доводам ФИО2 в суде первой инстанции, а также его и защитника доводам, изложенным в апелляционной жалобе, все обстоятельства дела судом установлены правильно, выводы суда о виновности в инкриминируемых ФИО2 преступлениях им соответствуют, подтверждены совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, анализ которых приведен в приговоре с изложением содержания каждого из них и проверкой доводов, приведенных участниками судебного разбирательства.

Так, из показаний потерпевшего Х.А.Н., участкового уполномоченного полиции МО МВД России «***», в судебном заседании, в том числе на очной ставке с обвиняемым ФИО2 *** года и при проверке его показаний на месте *** года, следует, что ***года примерно в * часов *минут он совместно с сотрудниками полиции М.Р.Й. и К.М.К. на служебной автомашине выехали на *** судоходный канал, при этом все были одеты в форменное обмундирование сотрудника полиции с отличительными эмблемами. Примерно в * часов * минут на льду канала они увидели мужчину, который проверял сети, то есть занимался незаконной добычей рыбы. Этим мужчиной оказался ФИО2, житель г.***. Он представился ему, показал служебное удостоверение. На его вопросы ФИО2 не отрицал, что осуществляет вылов рыбы сетями, что запрещено законом. После чего он сообщил об этом в дежурную часть отдела полиции и примерно через *-* минут на место происшествия прибыли дознаватель МО МВД России «***» О.З.Ю. и инспектор по рыбоохранному надзору А.А.С. Примерно в * часов *-* минут, когда в ходе осмотра месте происшествия О.З.Ю. и А.А.С. отошли в сторону, ФИО2 стал высказывать ему претензии по поводу вызова следственной группы, затем взял правой рукой топор, лежавший на льду возле лунки, размахивая им сверху вниз, направо и налево, с криком - «***!», стал приближаться к нему. Испугавшись за свою жизнь, он стал отходить назад спиной, говорил: «***,***», но ФИО2 продолжал размахивать топором и идти на него. Тогда он отбежал в сторону, а ФИО2 после этого с топором ушел с места осмотра происшествия.

Свидетель О.З.Ю., дознаватель МО МВД России «***», в судебном заседании пояснила, что согласно сообщению дежурной части отдела полиции *** года прибыла на *** судоходный канал для выяснения обстоятельств незаконной добычи рыбы. Через некоторое время подъехал инспектор по рыбоохранному надзору А.А.С. ФИО2 не отрицал факт незаконного вылова рыбы сетями. Выяснив обстоятельства, примерно в * часов * минут она начала производство осмотра места происшествия, в ходе которого вместе с А.А.С. отошли по льду в сторону примерно на * м, чтобы осмотреть прилегающую территорию на предмет наличия других лунок и средств лова рыбы, имеющие значение для дела, а Х.А.Н. и ФИО2 остались на месте незаконного вылова рыбы. Через некоторое время она услышала, как ФИО2 что-то возмущенно говорил Х.А.Н., а затем взял в руку топор и стал им размахивать перед ним, то есть производить действия топором сверху вниз, направо и налево. Выкрикивая слова: «***!», ФИО2 стал приближаться к Х.А.Н., который в ответ пытался его успокоить: «***,***». После чего Санджи-ГоряевИ.А. с топором ушел в неизвестном направлении, а Х.А.Н. пошел следом за ним. В связи с этим осмотр места происшествия был приостановлен. Примерно через час участковый уполномоченный полиции М.Р.Й. привез обратно ФИО2 и топор на место происшествия, по окончании которого они все проехали в отдел полиции для оформления материалов.

Свидетель А.А.С., старший государственный инспектор Волго-Каспийского территориального управления (отдел рыбоохраны по Республике ***), в судебном заседании дал аналогичные показания об обстоятельствах выезда на место происшествия – *** судоходный канал в связи с сообщением дежурного отдела полиции, причастности ФИО2 к незаконному вылову рыбы запрещенными орудиями и способом, а также об обстоятельствах угроз ФИО2 применения насилия в отношении сотрудника полиции Х.А.Н.

Свидетели М.Р.Й. и К.М.К., сотрудники полиции, подтвердили, что *** года примерно в * часов они и участковый уполномоченный полиции Х.А.Н. во время патрулирования заметили мужчину, который на льду *** судоходного канала осуществлял вылов рыбы. При проверке оказалось, что ФИО2 производил вылов рыбы незаконно, запрещенными орудиями и способом - сетями. Х.А.Н. позвонил в дежурную часть отдела полиции и вызвал следственно-оперативную группу. После того как на место происшествия прибыли дознаватель О.З.Ю. и инспектор рыбоохраны А.А.С., они уехали для дальнейшего патрулирования.

При этом свидетель М.Р.Й. также указал, что в связи с тем, что ФИО2 самовольно покинул место осмотра происшествия, они поехали к нему домой и привезли его обратно на канал, чтобы окончить осмотр, где ФИО2 положил топор на место (т. 2 л.д. 31-34).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от *** года с участием участкового уполномоченного полиции Х.А.Н., инспектора рыбоохраны А.А.С. и ФИО2, местом осмотра является участок водной глади, покрытый льдом, расположенный в * м от южного берега *** судоходного канала, который в свою очередь находится в * м севернее от д.* по ул.*** г.*** Республики ***. На месте происшествия обнаружены и изъяты две капроновые сети длиной примерно *м, белый шпагат, намотанный на кусок фанеры, рыба частиковых видов в количестве *штук, деревянный шест длиной примерно *м, металлический прут в виде крючка. Участвующий в осмотре ФИО2 подтвердил, что с помощью указанных средств выловил обнаруженную рыбу частиковых видов. В протоколе также отражено, что на месте осмотра находился топор, осмотр был приостановлен в связи с тем, что ФИО2 взял указанный топор и стал им размахивать перед сотрудником полиции Х.А.Н., а после возобновления осмотра, топор на месте происшествия отсутствовал (т.1 л.д.162-169).

В соответствии с заключением эксперта от ***г. №***, изъятые с места происшествия * капроновые сети общей длиной *м, оборудованные полипропиленовыми балберками в количестве * штук и грузилами в виде металлических колец в количестве * штук (первая капроновая сеть длиной примерно * метров с ячеей *мм, вторая капроновая сеть длиной примерно * метров с ячеей * мм), являются запрещенными орудиями лова, так как согласно Правилам рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденным Приказом Минсельхоза России от 13 октября 2022г. №695, охватывающих Республику Калмыкия, установлено, что при любительском и спортивном рыболовстве использование такого орудия вылова, как сети, запрещено независимо от их типа. Место установки сетей – на южном берегу «*** судоходный канал». Канал *** банк предназначен для рекреационных сетей. Площадь банка * км; средняя ширина канала * км, режим уровней воды в месте водопользования определяется режимом уровней Каспийского моря. Сеть может быть признана орудием массового истребления, если ее применение привело к массовой гибели водных биологических ресурсов или сетью было перегорожено 2/3 ширины водоема, протоки, озера. В данном случае способ лова является способом массового истребления водных биологических ресурсов. Является местом миграции и нереста частиковых видов рыб. Однако нерест берша стартует в марте-апреле, нерест карася начинается поздней весной, обычно во второй декаде мая. Изъятая рыба в количестве * особей относится к семейству *** – карповые: карась обыкновенный – *** (***, 1782) – * экземпляров, вид *** – красноперка в количестве *экземпляр, семейство *** - окуневые: *** – берш в количестве *экземпляра. На теле рыбы имеются признаки объячеивания – сбитая чешуя в разных частях тела (т.1 л.д.217-219).

В ходе осмотра места происшествия *** года с участием сотрудника полиции Х.А.Н., последний с привязкой на местности подтвердил обстоятельства, при которых ФИО2 в ходе ранее проводимого в этот день осмотра места происшествия – места незаконного вылова им рыбы частиковых пород запрещенными средствами и способом, угрожал ему применением насилия с использованием топора (т.1 л.д.6-11).

Из протокола осмотра места происшествия от *** года с участием сотрудника полиции К.М.К. видно, что в его присутствии в служебном кабинете МО МВД России «***» изъят топор, на конце деревянной рукоятке которого имеется петля из веревки (т.1 л.д.176-180).

Суд также правильно придал доказательственное значение показаниям ФИО2 в качестве подозреваемого от *** года об обстоятельствах событий *** года, в которых он признал, что был застигнут сотрудником полиции Х.А.Н. во время незаконного вылова рыбы на канале и в дальнейшем, в ходе проводимого осмотра места происшествия, угрожал ему применением насилия с использованием топора (т. 1 л.д. 82-85); потерпевшего Н.Н.У. и расчету о размере причиненного действиями ФИО2 незаконной добычей рыбы Федеральным рыбным запасам ущерба в сумме 4350 руб. (т. 1 л.д. 203-204); показаниям свидетелей О.З.Ю. и А.А.С. на очных ставках с обвиняемым ФИО2 *** года и при проверке показаний на месте *** года (т. 2 л.д. 17-21, 26-30, 45-49, 50-54): протоколам осмотра от * и *** года - изъятых с места происшествия рыбы частиковых видов в количестве * экземпляров, * капроновых сетей, веревки, шеста, прута и топора (т. 1 л.д. 209-211, 244-249); заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы от *** года № * с выводами о психическом здоровье ФИО2 и выявившей его зависимость от алкоголя (т. 1 л.д. 60-61), а также документам, подтверждающим должностное положение ФИО2 и его служебные полномочия, получивших в приговоре надлежащую оценку, поскольку в силу ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Все собранные по делу доказательства были непосредственно исследованы в судебном заседании в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, а затем с достаточной полнотой приведены в приговоре. Оценивая доказательства как отдельно, так и в совокупности в соответствии с правилами ст. 87, 88 УПК РФ, сопоставив их между собой, суд обоснованно признал их относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку они подробны, последовательны, согласуются по времени, месту, орудиям преступления и другим обстоятельствам происшедших событий, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и достаточны для разрешения уголовного дела по существу.

Материалы дела также не содержат каких-либо данных о нарушениях закона, которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ могли бы явиться основанием для признания доказательств недопустимыми.

Вопреки утверждениям осужденного и его защитника, всем показаниям допрошенных по делу лиц, а также письменным доказательствам в приговоре дана надлежащая оценка. При этом суд указал в приговоре, почему он доверяет одним доказательствам и отвергает другие. В частности, с приведением соответствующей мотивации суд указал, почему он критически отнесся к показаниям подсудимого ФИО2 о невиновности в совершении угроз применения насилия в отношении представителя власти Х.А.Н., поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, и опровергаются приведенными в приговоре доказательствами, в числе которых показания самого ФИО2, данные в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого.

Вопреки доводам жалобы, суд обоснованно признал в качестве объективных и достоверных доказательств показания потерпевшего Х.А.Н., свидетелей О.З.Ю. и А.А.С. в судебном заседании. Из материалов дела не усматривается обстоятельств, свидетельствующих об их оговоре осужденного и какой-либо заинтересованности в исходе дела. Их показания в ходе предварительного и судебного следствий последовательны, согласуются между собой и с другими доказательствами. Противоречий о существенных обстоятельствах, которые ставили бы под сомнение выводы суда о виновности ФИО2 в совершении инкриминируемых преступлений, показания потерпевшего и свидетелей не содержат.

Сам по себе факт того, что потерпевший Х.А.Н. и свидетель О.З.Ю. являются действующими сотрудниками полиции, а А.А.С. - старшим государственным инспектором рыбоохраны, не ставит под сомнение достоверность сообщенных ими сведений. Более того, указанные лица были предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307, 308 УК РФ.

Нельзя согласиться и с доводами осужденного и его защитника о недопустимости протоколов осмотра места происшествия от *** года, протоколов осмотра предметов от * и *** года, заключения эксперта от *** года № ***.

Из материалов уголовного дела видно, что осмотры места происшествия и предметов проводились надлежащими должностными лицами, при этом в протоколах указано на применение технических средств фиксации и осуществление фотосъемки. Существенных нарушений уголовно-процессуального закона при производстве указанных следственных действий допущено не было. Оспариваемые протоколы соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона. Оснований сомневаться в достоверности произведенных следственных действий не имеется.

Ссылка в жалобе на сомнения в происхождении в материалах дела и принадлежности орудия преступления – топора, не основательны, так как сведения, зафиксированные в протоколах осмотра места происшествия, показания потерпевшего Х.А.Н., свидетелей О.З.Ю. и К.М.К., а также самого подсудимого ФИО3 об обстоятельствах событий *** года, установленные судом фактические обстоятельства по делу, объективно объясняют, почему этот топор был изъят в служебном кабинете отдела полиции, а не во время первоначального осмотра места происшествия, в связи с чем оснований сомневаться в принадлежности изъятого в ходе предварительного расследования топора осужденному, не имеется.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО3 также признал, что изъятый по делу топор принадлежит ему.

Положенное в основу приговора заключение эксперта от *** года № *** в полной мере отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ. Экспертиза проведена на основании мотивированного постановления следователя, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию эксперта, которому были разъяснены положения ст. 57 УПК РФ, и он был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Экспертное исследование проведено в соответствии с требованиями закона, компетентным и квалифицированным специалистом, который обладает необходимыми познаниями в области ихтиологии.

Ставить под сомнение выводы эксперта, по доводам жалобы, у суда оснований не имелось. Заключение эксперта не содержит противоречий, которые бы ставили под сомнение его выводы, требовали устранения путем его допроса, проведения повторной или дополнительной экспертиз, привлечения к участию в деле иных специалистов.

Приведенные стороной защиты в этой части доводы не указывают на наличие обоснованных сомнений в законности получения таких доказательств, не влекут их исключение из процесса доказывания, а истинность информации, содержащейся в этих доказательствах, была проверена судом путем сопоставления полученных доказательств, в том числе с другими исследованными доказательствами.

Оснований для признания оспариваемых стороной защиты доказательств недопустимыми не имеется.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2010 года № 26 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (ч. 2 ст. 253, ст. 256, 258.1 УК РФ)», под способами массового истребления водных биологических ресурсов понимаются действия, связанные с применением таких незаконных орудий лова, которые повлекли либо могли повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов, отрицательно повлиять на среду их обитания (например, прекращение доступа кислорода в водный объект посредством уничтожения или перекрытия источников его водоснабжения, спуск воды из водных объектов, применение крючковой снасти типа перемета, лов рыбы гоном, багрение, использование запруд, применение огнестрельного оружия, колющих орудий). Решая вопрос о том, совершено ли преступление с применением способов массового истребления водных биологических ресурсов, судам надлежит не только исходить из того, какой запрещенный вид орудия лова или способ вылова был применен, но и устанавливать, может ли их применение с учетом конкретных обстоятельств дела повлечь указанные последствия. В необходимых случаях к исследованию свойств таких орудий лова или примененных способов добычи (вылова) водных биологических ресурсов надлежит привлекать соответствующих специалистов либо экспертов.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что примененный осужденным ФИО2 способ добычи с использованием запрещенных орудий лова – рыболовных сетей (длина сетей * и * м), является способом массового истребления водных биологических ресурсов, поскольку они конструктивно приспособлены для вылова максимального количества рыбы и могло повлечь массовое истребление водных биологических ресурсов. При этом наступление последствий в виде массовой гибели водных биологических ресурсов, на что указано в жалобе, обязательным условием не является.

Нельзя согласиться и с доводами жалобы о том, что в момент совершения ФИО2 инкриминируемых действий в отношении представителя власти Х.А.Н., последний не находился при исполнении своих должностных обязанностей.

Как видно из материалов уголовного дела и это установлено судом в приговоре, Х.А.Н. состоял на службе в органах внутренних дел в должности участкового уполномоченного полиции МО МВД России «***», то есть являлся должностным лицом правоохранительного органа – представителем власти, наделенным в соответствии с Федеральными законами от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и должностным регламентом властно-распорядительными полномочиями в отношении неопределенного круга лиц, не находящихся от него в служебной зависимости.

Установленные судом фактические обстоятельства по делу и исследованные доказательства свидетельствуют о том, что угроза применения насилия со стороны ФИО2 совершена именно в связи с законным исполнением сотрудником правоохранительного органа Х.А.Н. своих должностных обязанностей по выявлению и пресечению противоправного деяния, связанного с незаконной добычей водных биологических ресурсов.

Как правильно указал суд в приговоре, ФИО2 осознавал, что угрожает применением насилия в отношении сотрудника правоохранительного органа Х.А.Н. в связи с осуществляемой этим сотрудником служебной деятельностью и желал этого, то есть действовал с прямым умыслом.

При таких обстоятельствах тот факт, что угроза применением насилия со стороны ФИО2 была совершена не в момент пресечения Х.А.Н. противоправного деяния или непосредственно после него, а в ходе проводимого дознавателем О.З.Ю. первоначального следственного действия по фиксации следов преступного деяния, на правовую оценку действий осужденного не влияет.

Нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании доказательств, повлиявших на правильность установления судом фактических обстоятельств дела, допущено не было. Исследованные доказательства не содержит взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

По существу доводы осужденного ФИО2 и его защитника Курмамбаевой Д.М. о незаконности приговора, необоснованном осуждении с изложением собственной оценки доказательств по делу и действий осужденного, являются, по сути, их процессуальной позицией, фактически сводятся к несогласию с произведенной судом оценкой доказательств и выводами о правовой квалификации содеянного ФИО2, которые судом исследованы и оценены как это предусмотрено ст. 17, 87, 88 УПК РФ, что не свидетельствует о незаконности и необоснованности приговора суда.

Правильно установив фактические обстоятельства преступлений, суд, вопреки доводам жалобы и утверждениям осужденного и его защитника в суде апелляционной инстанции, пришел к обоснованному и правильному выводу о совершении ФИО2 преступлений и квалификации его действий по п. «б» ч. 1 ст. 256 и ч. 1 ст. 318 УК РФ.

Наказание осужденному ФИО2 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ. Суд учел характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, обстоятельства его совершения, данные о личности осужденного, смягчающие обстоятельства, а также влияние назначаемого наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Престарелый возраст ФИО2, состояние здоровья, а также признание вины в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 1 ст. 256 УК РФ, раскаяние в содеянном и полное возмещение причиненного водным биологическим ресурсам ущерба по данному эпизоду признаны судом в качестве смягчающих наказание обстоятельств.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, конкретных обстоятельств содеянного, а также данных о личности осужденного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ему наказания в виде лишения свободы по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 318 УК РФ, а также в виде обязательных работ по п. «б» ч. 1 ст. 256 УК РФ. Окончательное наказание правильно назначено по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ с учетом положений п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний.

Выводы суда в приговоре о назначении осужденному окончательного наказания в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, а также об отсутствии оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ, применения положений ст. 53.1, 64 УК РФ, надлежаще мотивированы.

Назначенное осужденному наказание по своему виду и размерам чрезмерно суровым не является.

Судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Все представленные доказательства исследованы судом по инициативе сторон. Доводы стороны защиты проверены, ходатайства разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст.ст. 304, 307-309 УПК РФ. В нем содержится описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа совершения преступлений, формы вины и мотивов, приведены доказательства, которые суд признал объективными и достоверными, собранными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, оценка и анализ доказательств, обосновывающих вывод суда о виновности осужденного, и мотивированы выводы относительно квалификации преступлений и назначения наказания.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, судом при рассмотрении дела допущено не было.

В связи с изложенным оснований для удовлетворения апелляционной жалобы осужденного ФИО2, адвоката Курмамбаевой Д.М. не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

постановила:

Приговор Лаганского районного суда Республики Калмыкия от 28 июня 2024 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО2, адвоката Курмамбаевой Д.М. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.С. Саранов