Апелляционное постановление № 22-3866/2024 от 15 июля 2024 г. по делу № 1-181/2024

Судья Сабиров М.Н.

Дело № 22-3866/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Пермь 16 июля 2024 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Клюкина А.В.,

при секретаре судебного заседания Безгодовой К.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора Пермского района Семеновой Г.В., апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его адвоката Лебедевой Т.Н. на приговор Пермского районного суда Пермского края от 28 мая 2024 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, судимый:

5 февраля 2018 года Чойским районным судом Республики Алтай по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима; постановлением Майминского районного суда республики Алтай от 30 мая 2019 года освобожденный условно-досрочно 11 июня 2019 года на 4 месяца 1 день;

3 сентября 2019 года Турочакским районным судом Республики Алтай по пп. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы; в соответствии с п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ, ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Чойского районного суда Республики Алтай от 5 февраля 2018 года, окончательно назначено наказания в виде 2 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, освобожденный по отбытии срока 8 июля 2021 года;

25 апреля 2024 года Ленинским районным судом г. Перми по ч. 3 ст. 30 и п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 6 месяцев с установлением ограничений в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ,

осужден по ч. 3 ст. 30 и п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Ленинского районного суда г. Перми от 25 апреля 2024 года, к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 6 месяцев с установлением ограничений в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ.

Произведен зачет время содержания ФИО1 под стражей по данному уголовному делу с 16 марта 2024 года до дня вступления приговора суда в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима в соответствии со ст. 72 УК РФ.

Произведен зачет наказания отбытого ФИО1 по приговору Ленинского районного суда г. Перми от 25 апреля 2024 года в размере 1 месяца 4 дней.

Разрешены вопросы по гражданскому иску АО «***» и судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание приговора, существо апелляционного представления и апелляционных жалоб, заслушав выступления осужденного и адвоката Гаевской Н.А., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Подыниглазовой О.В. об изменении приговора, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным в покушении на кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в помещение АО «***», совершенном в период времени с 18 часов 15 минут 14 марта 2024 года по 2 часа 11 минут 15 марта 2024 года в с. Кояново Пермского муниципального округа Пермского края, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Пермского района Семенова Г.В. полагает, что приговор подлежит изменению в связи с неправильным применением уголовного закона, существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, так как во вводной части приговора при описании судимости по приговору Турочакского районного суда Республики Алтай от 3 сентября 2019 года ошибочно указана ст. 74 УК РФ вместо п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ; также судом в резолютивной части приговора неверно произведен зачет срока содержания осужденного под стражей с 16 марта 2024 года, тогда как он задержан 15 марта 2024 года, и неверно произведен зачет отбытого наказания по приговору Ленинского районного суда г. Перми от 25 апреля 2024 года в размере 1 месяца 4 дней, тогда как осужденный наказания по указанному приговору не отбывал, а находился под стражей по обжалуемому приговору. Также прокурор полагает, что в описательно-мотивировочной части необходимо было учесть обстоятельство, смягчающее наказание – оказание материальной помощи сожительнице и ее малолетним детям в связи с тем, что указанное обстоятельство было учтено по приговору Ленинского районного суда г. Перми от 25 апреля 2024 года, при этом считает, что наказание необходимо оставить прежним как справедливо назначенное.

В апелляционной жалобе осужденный с приговором не согласен, считает, что его вина в покушении на хищение денежных средств в размере 132 987 рублей 27 копеек не доказана. Полагает, что собранные доказательства не опровергают его добровольного отказа от совершения преступления, так как согласно протоколу осмотра места происшествия, ни один из сейфов не имел повреждений, тогда как при наличии инструмента и продолжительного времени до прибытия охраны, осужденный имел возможность повредить сейф, однако этого не сделал и ничего не похитил. Также по делу не проведена экспертиза относительно наличия повреждений на сейфе. Указал, что при наличии умысла на хищение, при задержании у него бы было при себе похищенное. То, что в сейфе находятся деньги в определенном размере он не знал, поэтому полагает, что вменять покушение на хищение этих денежных средств сторона обвинения не могла. Обращает внимание и на противоречивость показаний Т. относительно звуков на крыше при прибытии на место совершения преступления. Просит приговор отменить.

В апелляционной жалобе адвокат Лебедева Т.Н. в защиту осужденного с приговором не согласна и просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор. Указывает, что осужденный вину в совершении преступления не признавал, после того как ключи к сейфу не подошли, добровольно отказался от совершения преступления и не стал вскрывать замок сейфа, имеющимся у него инструментом, хотя мог это сделать, самостоятельно покинул почтовое отделение и выбрался на чердак, который покинуть не успел, так как прибыли сотрудники охраны. Согласно показаниям свидетеля Т. он не слышал как кто-то быстро бежит на крышу, следов взлома на сейфе не зафиксировано, это подтвердили и свидетели Р. и Б., поэтому такие показания не могли быть положены в основу приговора. Полагает, что в действиях осужденного отсутствует состав вмененного преступления, а также состав иных преступлений.

Проверив материалы дела, доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, заслушав участников судебного заседания, огласив протокол осмотра предметов и протокол задержания подозреваемого, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Материалы дела исследованы с достаточной полнотой, преступление расследовано, а дело рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Суд признал доказанным, что осужденный в период времени с 18 часов 15 минут 14 марта 2024 года по 2 часа 11 минут 15 марта 2024 года по адресу****, имея умысел на тайное хищение чужого имущества, убедившись, что за его действиями никто не наблюдает и не сможет их пресечь, подставил к стене здания диван и взобравшись на него, при помощи топора, выломал доски на крыше здания и незаконно проник в помещение АО «***», где реализуя свой преступный умысел, попытался вскрыть металлический ящик (сейф), в котором находись денежные средства в размере 132987 рублей 27 копеек, однако свой умысел не реализовал по независящим от него обстоятельствам, так как был задержан сотрудниками частного охранного предприятия.

Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела, так как основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которые подробно приведены в приговоре.

Несмотря на то, что осужденный не признал вину в совершении преступления, но в судебном заседании подтвердил, что 14 марта 2024 года решил совершить хищение имущества из здания почты, приискал топор, разводной гаечный ключ, диван, который приставил к стене здания почты, забрался на него, оторвал доски на фронтоне здания и проник на чердак, где оторвал утеплитель, перекрытия потолка и проник внутрь здания почты. После чего, найдя ключи, пытался открыть сейф, но ключи не подошли к замку и он решил, что ему это не нужно, затем, его задержали сотрудники ГБР. То же самое следует и из показаний, данных осужденным в протоколе явке с повинной, подтвержденных в судебном заседании.

Из показаний свидетелей Б. и Т. следует, что ночью 15 марта 2024 года сработал сигнал из здания почты, после чего, они прибыли в здание, где обнаружили, что на полу было все разбросано, стоял топор и лежал разводной ключ, затем на чердаке здания был задержан осужденный. Свидетель Б. также указала, что осужденный ей сказал, что пытался открыть сейф найденными ключами, а свидетель Т., что на полу около сейфа были обнаружены ключи, на крыше слышал стуки и видел отодранные доски и приставленный к стене диван. Протокол принятия устного заявления о преступлении Б. содержит те же сведения, что и в ее показаниях, а протокол осмотра места происшествия содержит описание здания и помещение почты как указано вышеуказанными свидетелями – в помещении обнаружен топор, разводной ключ, металлические ключи, панель на потолке выломана, снаружи здания приставлен диван, на фронтоне крыши выломано 4 доски.

Свидетель Р. же указала, что о случившемся ей рассказала Б. и то, что в сейфе на тот момент находилось 132987 рублей 27 копеек, что подтверждается справкой об ущербе.

Таким образом, в ходе судебного следствия все доказательства по делу были исследованы, в соответствии со ст. 88 УПК РФ правильно признаны судом относимыми, допустимыми, так как они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, достоверными, поскольку изложенные в них сведения соответствуют друг другу, и достаточными для разрешения уголовного дела. Фактически указанные выше показания самого осужденного и свидетелей, иные доказательства последовательны и указывают на одни и те же факты совершенного преступления.

Явно незначительные противоречия в показаниях свидетеля Т. в части того, что он слышал стуки на крыше, а не то, как кто-то быстро идет или бежит на крышу, были устранены в судебном заседании путем оглашения ранее данных показаний и на суть их оценки не влияют.

Оснований, по которым кто-либо из свидетелей, давая показания в ходе предварительного следствия, могли бы оговаривать осужденного и быть заинтересованными в незаконном привлечении его к уголовной ответственности, не установлено, поскольку они неприязни к нему не испытывали, показания данных лиц логичны, последовательны и непротиворечивы, тогда как осужденный заинтересован в преуменьшении своей роли в совершении преступления с целью избежать ответственность.

Протокол явки с повинной от 15 марта 2024 года, приведенный в качестве доказательств виновности осужденного в преступлении, отобран в соответствии с требованиями ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ, осужденному разъяснялись права не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования и ему была обеспечена возможность осуществления этих прав. В дальнейшем, в ходе судебного заседания осужденный подтвердил обстоятельства, изложенные им в явке с повинной, в частности обстоятельства о попытке вскрыть сейф ключами. При таких обстоятельствах в соответствии с положениями п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ указанное доказательство является допустимым, следовательно, показания осужденного, изложенные в них, законно приняты судом в качестве подтверждения его виновности.

При совершении преступления осужденный преследовал корыстную цель, при этом правом на имущество он не стал обладать по независящим от него обстоятельствам.

Довод осужденного относительно того, что он добровольно отказался от совершения преступления, так как ни один из сейфов не имеет повреждений, подлежит отклонению.

Действия осужденного, связанные с попыткой кражи из почты с незаконным проникновением в помещение обоснованно оценены судом как покушение на указанное преступление, поскольку, незаконно проник в помещение почты, а затем пытаясь открыть сейф ключами, он приступил к выполнению объективной стороны преступления.

Добровольный отказ означает прекращение лицом приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления. При этом отказ от доведения преступления до конца должен быть добровольным и окончательным, когда лицо осознает возможность доведения преступления до конца и, несмотря на это, прекращает начатое преступление осознанно, без какого-либо принуждения, по своей воле.

Следуя данной норме закона, суд сделал правильный вывод о том, что в создавшейся ситуации у осужденного отсутствовала возможность доведения преступления до конца, и преступные действия были прекращены не по его воле, а ввиду независящих от него обстоятельства – запертого сейфа, который он не смог открыть, и его задержания.

Избрание негодного средства преступления в качестве ключей, неподходящих к замку сейфа, и отказ от повторной попытки взломать сейф иными средствами – топором и разводным гаечным ключом, объективно непригодных для вскрытия замка, на что указывает сторона защиты, нельзя расценить в качестве добровольного отказа от преступления.

Умысел осужденного был направлен на хищение, что он сам подтвердил, поэтому его довод относительно того, что он не знал, что в сейфе находятся денежные средства в размере 132987 рублей 27 копеек и поэтому вменение ему покушения на хищение этой суммы незаконно, основан на неверном толковании норм уголовного закона. К тому же размер находящихся в сейфе денежных средств не повлиял на объем обвинения осужденного, сам осужденный не утверждал, что ограничился какой-либо малозначительной суммой.

Квалифицирующий признак «с незаконным проникновением в помещение» обоснован судом, суд правильно исходил из того, что осужденный совершил неправомерное вторжение в помещение почты с целью совершения кражи, умысел на завладение чужим имуществом возник на этапе приготовления к преступлению, при этом судом верно исключено из обвинения излишнее вменение признака «с незаконным проникновением в иное хранилище».

Также, судом обосновано исключено из объема обвинения «нахождение осужденного в состоянии алкогольного опьянения», что не нашло свое подтверждение в судебном заседании.

Психическая полноценность ФИО1 у суда первой инстанции сомнений не вызывала, нет сомнений во вменяемости осужденного и у суда второй инстанции.

Таким образом, суд правильно квалифицировал действия осужденного по ч. 3 ст. 30 и п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Приговор соответствует требованиям ст. ст. 297, 303-304, 307-309 УПК РФ, содержит четкое и подробное описание преступного деяния, признанного судом доказанным, указание места, времени, способа совершения преступлений, формы вины, мотива, цели и наступивших последствий, исследованных в судебном заседании доказательств, их оценки и оснований, по которым суд признает их достоверными, и отвергает другие, в частности показания осужденного и его защиты о добровольном отказе от преступления.

Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения права участников уголовного судопроизводства, в том числе обвиняемого и потерпевшего, или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, ни в ходе досудебного производства, ни при рассмотрении уголовного дела, не выявлено.

Вопреки мнению осужденного, довод о необходимости производства экспертизы относительно наличия следов взлома на сейфе не обоснован, установление указанного факта не имеет правового значения для дела, так как осужденному вменено покушении на хищение чужого имущества именно путем вскрытия сейфа ключами, от чего не могло возникнуть видимых повреждений, а за попытку проникновения в сейф – как иное хранилище ФИО1 не осужден.

Наказание назначено в соответствии с требованиями статей 6, 43, 60, 61, 63, ч. 3 ст. 66, ч. 2 ст. 68 УК РФ.

При назначении наказания суд учел данные о личности осужденного, который по месту жительства характеризуется удовлетворительно, а в качестве смягчающих наказание обстоятельств признал: явку с повинной, частичное признание вины, наличие на иждивении двух малолетних детей, его состояние здоровья, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему – принесение извинений.

Оснований для признания каких-либо иных обстоятельств смягчающими наказание нет.

Вопреки мнению прокурора, суд принял во внимание и влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, о чем указанно в приговоре, поэтому учет в качестве обстоятельства, смягчающего наказание – оказания осужденным материальной помощи сожительнице и ее малолетним детям, является излишним. Сам факт признание данного обстоятельства смягчающим наказание по другому приговору, без учета вышеизложенного, не обязывает суд принять решения, о котором просит прокурор.

Вместе с тем, в действиях осужденного обоснованно установлено наличие обстоятельства, отягчающего наказание в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК – рецидив преступлений.

Фактически оценив в совокупности характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства совершения преступления, того обстоятельства, что новое умышленное преступление совершено им в период непогашенных судимостей за умышленные преступления против собственности, суд пришел к выводу, что исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось явно недостаточным, а потому его исправление, достижение других целей наказания, возможно лишь при реальном отбывании наказания в виде лишения свободы, и не счел возможным применить положения ч. 3 ст. 68 УК РФ. Повода считать, что цели наказания будут достигнуты при назначении более мягкого вида наказания либо при применении положений ст. 53.1, ст. 64, ст. 73 УК РФ, нет.

Применение положений ч. 6 ст. 15, ч. 1 ст. 62 УК РФ в отношении осужденного невозможно в силу прямого запрета уголовного закона.

В этой связи суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что влияющие на наказание обстоятельства и данные о личности осужденного судом учтены всесторонне и объективно, положения уголовного закона о его индивидуализации в полной мере соблюдены.

Таким образом, суд апелляционной инстанции признает, что назначенное осужденному наказание по своему виду и размеру соответствует общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения и данным о личности, его нельзя признать чрезмерно суровым, поводов для его смягчения не имеется, следовательно, оно является справедливым.

Наказание по совокупности преступлений в отношении осужденного определено путем частичного, а не полного сложения, что также не свидетельствует о чрезмерной суровости назначенного наказания.

Вид исправительного учреждения верно определен судом первой инстанции в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, поскольку в действиях осужденного усматривается рецидив преступлений и ранее он отбывал наказание в виде лишения свободы.

Вместе с тем есть основания для изменения приговора, так как судом неправильно применен уголовный и уголовно-процессуальный закон (пп. 2, 3 ст. 389.15 УПК РФ и ч. 1 ст. 389.17, п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ).

Так, в резолютивной части приговора произведен зачет в срок наказания время содержания под стражей с 16 марта 2024 года до дня вступления приговора в законную силу, тогда как днем задержания осужденного по настоящему делу, согласно протоколу задержания, и как указано в вводной части приговора, является 15 марта 2024 года, соответственно, зачету в срок наказания подлежит время содержания под стражей с 15 марта 2024 года.

Также, судом, вопреки требованиям ч. 5 ст. 69 УК РФ, ст. 72 УК РФ, необоснованно произведен зачет в срок наказания, срок наказания, отбытого по приговору Ленинского районного суда г. Перми от 25 апреля 2024 года в размере 1 месяца 4 дней, тогда как наказание по указанному приговору осужденным не отбывалось, во вводной части приговора об отбытом сроке сведений не содержится, а осужденный в указанный период находился под стражей по настоящему делу, следовательно, указанная ошибка подлежит исправлению.

Кроме того, судом в вводной части приговора, вопреки требованиям п. 4 ст. 304 УПК РФ, указано на наличие у осужденного малолетних детей 1 года и 3 лет, вместе с тем, своих детей осужденный не имеет, а содержание детей сожительницы и то, что они находись на его иждивении, признано обстоятельством, смягчающим наказание, поэтому в целях устранения сомнений и неясностей, в вводную часть необходимо внести соответствующие уточнения.

Кроме этого, при изложении судимости по приговору Турочакского районного суда республики Алтай от 3 сентября 2019 года судом неверно дана ссылка на ст. 74 УК РФ, так как по указанному приговору условно-досрочное освобождении отменено на основании п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ.

Иные решения суда, принятые в соответствии со ст. 308, 309 УПК РФ, мотивированы и являются правильными.

При таких обстоятельствах, предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований для отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке исключительно по доводам жалоб, нет, после внесенных изменений приговор будет являться законным, обоснованным и справедливым.

Руководствуясь ст.ст. 389.13-14, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ,

постановил:

приговор Пермского районного суда Пермского края от 28 мая 2024 года в отношении ФИО1 изменить:

во вводной части приговора уточнить, что малолетние дети 1 года и 3 лет находятся на иждивении ФИО1, при изложении судимости по приговору Турочакского районного суда республики Алтай от 3 сентября 2019 года вместо ст. 74 УК РФ указать на п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ;

дополнить резолютивную часть приговора решением о зачете в срок наказания времени содержания ФИО1 под стражей 15 марта 2024 года из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ;

из резолютивной части приговора исключить указание на зачет в срок наказания, наказание, отбытое по приговору Ленинского районного суда г. Перми от 25 апреля 2024 года в размере 1 месяца 4 дней лишения свободы.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционное представление заместителя прокурора Пермского района Семеновой Г.В., апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его адвоката Лебедевой Т.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий