Апелляционное определение № 10-108/2026 10-7056/2025 от 13 января 2026 г.

Дело № 10-108/2026 (10-7056/2025) Судья Олейник А.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Челябинск 14 января 2026 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего - судьи Можина А.В.,

судей Сырейщикова Е.В. и Клюшиной М.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Важениной А.С.,

с участием:

прокурора Шестакова А.А.,

осужденного ФИО2,

защитника-адвоката Ракова А.Л.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Ляпуховой А.В., осужденного ФИО2 с дополнениями на приговор Миасского городского суда Челябинской области от 19 августа 2025 года, которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты>, судимый:

- 18 декабря 2024 года Миасским городским судом Челябинской области по ч. 1 ст.158 УК РФ (20 преступлений), ст.158.1 УК РФ, ч. 3 ст.30, ч. 1 ст.158 УК РФ, ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году 6 месяцам исправительных работ с удержанием 10 % заработной платы в доход государства;

- 23 января 2025 года мировым судьей судебного участка № 5 г. Златоуста Челябинской области по ч. 1 ст.158 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 18 декабря 2024 года) к 1 году 8 месяцам исправительных работ с удержанием 10 % заработной платы в доход государства;

- 19 марта 2025 года мировым судьей, исполняющим обязанности мирового судьи судебного участка № 8 Центрального района г. Челябинска, по ч. 1 ст.158 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 23 января 2025 года) к 1 году 10 месяцам исправительных работ с удержанием 10 % заработной платы в доход государства;

- 18 апреля 2025 года мировым судьей судебного участка № 9 г. Миасса Челябинской области по ч. 1 ст. 158 УК РФ (3 преступления), ч. 2 и ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 19 марта 2025 года) к 2 годам исправительных работ с удержанием 10 % заработной платы в доход государства;

- 11 июля 2025 года Миасским городским судом Челябинской области с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Челябинского областного суда от 19 сентября 2025 года, по ст. 158.1 УК РФ (4 преступления), ч. 1 ст. 158 УК РФ (4 преступления), ч. 1 ст. 157 УК РФ, ч. 2 и ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 18 апреля 2025 года), ч. 2 ст. 69, ст. 70 УК РФ (наказание, назначенное по ч. 5 ст. 69 УК РФ) к 1 году 10 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

осужден:

- по ч. 1 ст. 230 УК РФ к 3 годам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 10 годам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначено наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенного наказания и наказания, назначенного приговором Миасского городского суда Челябинской области от 11 июля 2025 года, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 19 августа 2025 года до дня вступления приговора в законную силу, а также по приговору от 11 июля 2025 года - с 11 июля 2025 года до 19 августа 2025 года - из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст. 104.1 УК РФ, изъятый у ФИО2 телефон «<данные изъяты>», модель <данные изъяты> IMEI: №, №, конфискован в доход государства.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Сырейщикова Е.В., выступления осужденного ФИО2, участвующего в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи, адвоката Ракова А.Л., поддержавших доводы апелляционных жалоб с дополнениями, прокурора Шестакова А.А., полагавшего приговор необходимым оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО2 признан виновным и осужден за:

- склонение к потреблению наркотических средств Потерпевший №1, совершенное в период с 01 февраля 2023 года по 15 мая 2023 года;

- покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, совершенное в период с 01 января 2024 года по 08 февраля 2024 года.

Преступления совершены в <данные изъяты> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Ляпухова А.В., выражая несогласие с приговором, просит его отменить и оправдать ФИО2 по ч. 1 ст. 230 УК РФ и ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела.

В обоснование заявленных требований указывает, что выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 230 УК РФ, не подтверждаются показаниями потерпевшей Потерпевший №1, выпиской из её амбулаторной карты <данные изъяты> согласно которой <данные изъяты>. ФИО2 согласно справке <данные изъяты> проходил <данные изъяты>, и в это время Потерпевший №1 делала операцию в <данные изъяты> и на это время как начало <данные изъяты> она сослалась в своих показаниях. Из чего следует, что Потерпевший №1 начала <данные изъяты> задолго до февраля 2023 года, что также подтверждается показаниями свидетелей стороны защиты ФИО9, ФИО10

Считает, что к показаниям свидетелей ФИО9, ФИО17, ФИО11, а также Потерпевший №1, данных ею на предварительном следствии и в судебном заседании о склонении последней осужденным к потреблению наркотических средств, необходимо относиться критически, поскольку они опровергаются показаниями свидетелей ФИО10, ФИО15, ФИО16, ФИО1 и самой Потерпевший №1, данных ею в ходе проведения <данные изъяты> экспертизы. Суд отверг показания свидетелей ФИО10 и ФИО16 о том, что Потерпевший №1 ранее употребляла наркотические средства, так как они якобы противоречат иным доказательствам, данные свидетели состоят в родственных и дружеских отношениях с осужденным, но при этом суд необоснованно принял показания свидетелей ФИО9, ФИО17, ФИО11, которые состоят в родственных и дружеских отношениях с потерпевшей, что говорит об обвинительном уклоне суда.

Полагает, что суд необоснованно не принял во внимание заключение <данные изъяты> экспертизы № 236 от 31 января 2025 года согласно которой Потерпевший №1 в период с 01 февраля 2023 года по 15 мая 2023 года обнаруживала и обнаруживает <данные изъяты>, об этом свидетельствуют данные об употреблении ею с 2021 года <данные изъяты><данные изъяты>.

Обращает внимание, что Потерпевший №1 была заинтересована в даче изобличающих показаний в отношении ФИО2, так как в противном случае прокурор расторг бы заключенное с ней досудебное соглашение и ей бы назначили более строгое наказание. Доводы Потерпевший №1 о том, что во время повторной экспертизы она давала ложные показания с целью помочь своему супругу (ФИО2) избежать привлечения к ответственности, опровергаются указанными выше доказательствами. Кроме того, в заключении экспертизы № 236 от 31 января 2025 года указано, что у Потерпевший №1 не выявлено таких индивидуально - психологических особенностей, которые бы могли оказать существенное влияние на её поведение. Потерпевший №1 давала экспертам подробные детальные показания о том, что она систематически употребляла с мужем два года наркотические средства. В целом показания Потерпевший №1 на предварительном следствии и в суде о периодах употребления ею наркотических средств противоречивы, тогда как позиция ФИО2 была всегда последовательной. В заключении <данные изъяты> экспертизы № 1-1374-25 от 27 июня 2025 года указано, что Потерпевший №1 отвечает на вопросы неохотно, неоткровенно. В своих выводах эксперты указали, что достоверных и достаточных сведений о формировании у Потерпевший №1 синдрома <данные изъяты> в результате <данные изъяты> до 01 февраля 2023 года не получено. Такой вывод был сделан только на основании недостоверных показаний Потерпевший №1 о том, что она начала употреблять наркотические средства с 2023 года. Также комиссия экспертов указала, что причинно-следственной связи <данные изъяты> Потерпевший №1 в виде <данные изъяты> в результате употребления <данные изъяты> и действиями ФИО2 не выявлено. Данный вывод является обоснованным и с учётом сведений о том, что Потерпевший №1 начала употреблять наркотические средства задолго до 2023 года, ФИО2 должен быть оправдан по п. «б» ч. 3 ст. 230 УК РФ.

Считает, что по обвинению по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ осужденный также должен быть оправдан, поскольку из его показаний следует, что для обеспечения себя наркотическими средствами он неоднократно обманывал сбытчиков наркотических средств, договариваясь с ними о работе закладчиком, получая наркотики, но употреблял их лично, при этом фотографировал пустые места «закладок», отправляя фотографии сбытчику как отчет о работе. Поэтому ФИО2 попал в черный список у сбытчиков как ненадежный курьер. В связи с чем он предложил своей жене (Потерпевший №1) по указанной схеме получить наркотические средства для личного употребления у лица под ником «<данные изъяты>», с которым жена переписывалась в «<данные изъяты>». 08 февраля 2024 года он находился на работе, когда Потерпевший №1 сообщила ему о том, что у «<данные изъяты>» появились наркотические средства. Он не знал, что партия наркотиков будет большой. Обнаруженные в телефонах фотоснимки объясняются тем, что он ранее отправлял фотографии якобы организованных «закладок», за которые ему перечисляли денежные средства. Данные доводы осужденного необоснованно были отвергнуты судом. Потерпевший №1, исходя из своих интересов, связанных с заключенным ею досудебным соглашением, оговорила ФИО2 в совершении преступления.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО2, выражая несогласие с приговором, просит его отменить в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона; неправильным применением уголовного закона, его несправедливостью, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

Указывает, что суд в нарушение разъяснений, содержащихся в п.11 постановления Пленума ВС РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре» не дал надлежащей оценки его доводам и сделал вывод о его виновности в совершении покушения на незаконный сбыт наркотических средств, исходя из показаний Потерпевший №1, не дав им оценки с точки зрения достоверности. Между тем Потерпевший №1 ранее была осуждена по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ по обстоятельствам этого же преступления в порядке ст. 317.7 УПК РФ.

Полагает, что приговор не отвечает требованиям ч.3 ст.14, ст. 87, 88, 297, ч. 4 ст. 302 УПК РФ, исходя из которых обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. Он давал последовательные показания о своей непричастности к вмененным преступлениям. Показания Потерпевший №1 о том, что он вместе с ней покушался на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, не подтверждаются другими доказательствами. Он не причастен к желанию Потерпевший №1 сбыть приобретенное 08 февраля 2024 года наркотическое средство. С Потерпевший №1 был разговор о том, чтобы обмануть сбытчика под ником «<данные изъяты>», то есть получить большое количество наркотического средства, якобы для сбыта, а на самом деле оставить его для личного употребления. Потерпевший №1 оговорила его, так как заключила досудебное соглашение и вынуждена соблюдать его условия по изобличению соучастников, с целью получения наиболее мягкого наказания с применением ч. 4 ст. 62 УК РФ.

Указывает, что приведенные в приговоре доказательства: показания свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, материалы ОРМ «Наблюдение», протоколы осмотров банковских карт, переписки Потерпевший №1 в мобильном телефоне с контактом под ником «<данные изъяты>», выписки с банковских счетов о движении денежных средств, заключения экспертиз по информации, содержащейся в изъятых мобильных телефонах, и другие доказательства не содержат сведений, которые бы свидетельствовали о наличии у него умысла на сбыт наркотических средств, в том числе приобретенных Потерпевший №1 08 февраля 2024 года. Указанные доказательства не позволяют утверждать, что он, находясь 08 февраля 2024 года на работе, был осведомлён о наличии сформировавшегося у Потерпевший №1 умысла на сбыт наркотического средства, приобретенного ею в магазине «<данные изъяты>».

Наличие в изъятых у него и Потерпевший №1 в мобильных телефонах фотографий с мест организации «тайников-закладок» с наркотическими средствами обусловлено тем, что он является потребителем наркотических средств и, соответственно, после их приобретения данные фотографии оставались в памяти телефонов, как и чаты, связанные с незаконным оборотом наркотических средств.

Полагает, что показания Потерпевший №1 о его причастности к покушению на сбыт наркотических средств приняты судом с нарушением требований ч. 2 ст. 77 УПК РФ. Движение денежных средств по их банковским картам, в том числе с контрагентами из <данные изъяты>, объясняются тем, что он является <данные изъяты> лицом и ежедневно приобретал наркотики, перечисляя денежные средства для личного употребления в счёт оплаты наркотиков, получая денежные средства обратно, когда достаточного количества наркотических средств в наличии не было. Показания Потерпевший №1 о том, что 15 и 17 января 2024 года она перевела с банковской карты денежные средства лицу под ником «ФИО25» как залог для оформления на работу не подтверждаются другими доказательствами. Вместе с тем 15 и 17 января 2024 года, как и в другие даты, Потерпевший №1 переводила денежные средства для приобретения наркотических средств для личного употребления. Из этого не следует, что они договорились о сбыте наркотических средств. Суд должен был критически отнестись к показаниям Потерпевший №1, так как у них сложились конфликтные отношения и Потерпевший №1 в силу досудебного соглашения оговорила его.

Полагает, что выводы суда о его виновности в склонении Потерпевший №1 к потреблению наркотических средств несостоятельны, так как основаны исключительно на показаниях Потерпевший №1 и производных показаниях свидетелей, которые являются её друзьями и близкими родственниками. По состоянию на февраль 2023 года он не мог склонить Потерпевший №1 к потреблению наркотических средств, поскольку она уже систематически их употребляла. Данное обстоятельство подтвердили в суде свидетели стороны защиты ФИО14, ФИО15, ФИО16, заметившие характерные изменения в поведении Потерпевший №1 в период с 2020 года до 2023 год.

Указывает, что отвергая его показания и показания свидетелей стороны защиты, суд в приговоре сослался на то, что материалы дела не содержат достоверных и объективных сведений, свидетельствующих о том, что ФИО26 ранее до 2023 года употребляла наркотические средства, а показания свидетелей защиты противоречат совокупности иных доказательств. При этом показания свидетелей защиты суд не принял, так как они состоят в родственных, дружеских отношениях с осужденным. Однако данные доказательства стороны защиты ничем не опровергаются. Из заключения <данные изъяты> экспертизы № 1-137425 от 27 июня 2025 года следует, что <данные изъяты> у Потерпевший №1 прослеживаются с начала 2023 года, достоверных и достаточных сведений <данные изъяты> до 01 февраля 2023 года в ходе исследования не получено, но данные выводы не опровергают показания свидетеля ФИО16 о том, что Потерпевший №1 примерно с 2020 года эпизодически, нерегулярно употребляла наркотические средства. Склонение потерпевшей к потреблению наркотических средств вменяется ему с 01 февраля 2023 года, но потерпевшая уже употребляла наркотические средства и соответственно склонить такое лицо к их потреблению уже невозможно. Сторона обвинения не представила доказательств его виновности по ч. 1 ст. 230 УК РФ, не смотря на это, суд, сославшись на показания свидетелей ФИО27 ФИО17, ФИО11, пришел к выводу о том, что он уговорил Потерпевший №1 к употреблению наркотических средств. При этом суд не учел, что свидетель ФИО17 не указала юридически значимые обстоятельств (время, место) склонения потерпевшей к употреблению наркотических средств, кроме того, данный свидетель является близким родственником потерпевшей. Суд не дал оценки показаниям свидетеля ФИО9, которые не исключают начало употребления Потерпевший №1 наркотических средств до 2023 года, а показания свидетеля ФИО11 не содержат сведений о том, что он склонил потерпевшую к их употреблению. Выводы суда о том, что не имеет правового значения то обстоятельство, что Потерпевший №1 ранее возможно до 2023 года уже употребляла наркотики противоречат разъяснениям п. 27 постановления Пленума ВС РФ от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами». Потерпевшим по указанному преступлению может быть лицо, не употребляющее наркотические средства, либо излечившееся от наркотической зависимости и ранее не употребляющее наркотические средства, поскольку нельзя склонить лицо уже употребляющее наркотические средства к их потреблению. Если обвиняемое лицо достоверно осведомлено, что склоняемое лицо, которому он предлагает употребить наркотическое средство, психотропное вещество (их аналоги), ранее их употребляло (т.е. являлось постоянным, систематическим, периодическим потребителем и пр.), то его действия состава преступления, предусмотренного ст. 230 УК РФ не образуют. В связи с чем он просит применить положения п.2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, признать его право на реабилитацию, приговор отменить, уголовное дело передать новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

В возражениях на апелляционные жалобы адвоката Ляпуховой А.Е. и осужденного ФИО2 государственный обвинитель Сорокин Д.Ю. просит приговор оставить без изменения, а доводы апелляционных жалоб - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб с дополнениями, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 389.15 УПК РФ основанием для отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

По данному делу такое нарушение уголовно-процессуального закона допущено.

В соответствии с ч. 1 ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Согласно ч. 1, п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные им в суде, признаются недопустимыми.

По смыслу ст. 56 УПК РФ, а также исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, сформулированной в его определении от 6 февраля 2004 года N 44-О, показания сотрудников полиции относительно сведений, о которых им стало известно из бесед либо во время допроса обвиняемого, подозреваемого, а также данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности осужденного.

Вопреки этим требованиям, в обоснование выводов о виновности осужденного суд сослался в приговоре на показания сотрудника полиции свидетеля ФИО13, в том числе в части сообщения ею сведений о совершении преступления осужденным, ставших ей известными от Потерпевший №1 при отсутствии адвоката, которая также осуждена по указанным обстоятельствам по ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ. Изложенное свидетельствует о существенном нарушении судом требований УПК РФ, в связи с чем показания свидетеля ФИО13 в указанной части подлежат исключению из приговора.

Вместе с тем внесение в приговор указанного изменения не устраняет имеющейся совокупности доказательств виновности осужденного, приведенных в приговоре.

Решение суда в части установленных в состязательном процессе и изложенных в приговоре фактических обстоятельств совершенных осужденными преступлений является обоснованным. Оно подтверждается достаточной совокупностью всесторонне исследованных в суде с участием сторон и оцененных по правилам ст.ст. 73, 88, 307 УПК РФ доказательств, отраженных в приговоре суда.

Вопреки доводам апелляционных жалоб с дополнениями, виновность ФИО2 в совершении инкриминированных ему преступлений подтверждается положенными судом в основу приговора доказательствами.

Из показаний Потерпевший №1, данных на предварительном следствии и подтвержденных ею в судебном заседании, следует, что она состоит в браке с ФИО1 с 2013 года. В 2021 году при сдаче анализов <данные изъяты>

25 февраля 2023 года в вечернее время дома по адресу: <адрес>, когда ФИО1 в ходе очередного скандала предложил ей попробовать наркотическое средство «<данные изъяты> ФИО2 предложил ей расслабиться, употребить наркотик - <данные изъяты>. Он говорил, что все трудности воспринимаются легче, пройдет чувство усталости. Она считает, что ФИО1 стал склонять ее к потреблению наркотических средств, в связи с проблемами в их отношениях, чтобы она не предъявляла ему претензии по поводу <данные изъяты>. После длительных уговоров она согласилась. ФИО2 <данные изъяты> и уговорил <данные изъяты>, а оставшуюся часть приготовил себе для <данные изъяты>.

После первого раза ФИО2 стал ежедневно приносить домой наркотические средства. При этом сначала она <данные изъяты>, которую готовил ФИО2, а примерно через неделю поняла, что <данные изъяты> на нее уже не действует. Тогда ФИО2 предложил ей сделать <данные изъяты>. Она согласилась на предложение ФИО2, и 05 марта 2023 года в вечернее время, когда они находились дома, ФИО2 приготовил <данные изъяты> и сделал ей <данные изъяты>.

После этого она стала употреблять наркотическое средство раз в три дня с перерывами. К маю 2023 года поняла, что у неё возникла потребность <данные изъяты> ежедневно. <данные изъяты> ей всегда ставил ФИО2, и он готовил <данные изъяты>. Со слов ФИО2 ей известно, что наркотические средства назывались <данные изъяты> и <данные изъяты>, которые он покупал через сеть «Интернет».

С начала января 2024 года ФИО2 сообщил ей, что куратор «ФИО28» внес его в «черный список» и не дает больше наркотические средства. ФИО2 уговорил её написать «ФИО29» в «<данные изъяты>» и предложить совместно заниматься сбытом наркотических средств. Они оговорили условия работы, способ оплаты, со своей банковской карты она отправила залог.

08 февраля 2024 года она по просьбе ФИО2 написала куратору и спросила об очередной партии наркотических средств. Поступило сообщение о наличии наркотического средства. Она сообщила об этом ФИО2, который находился на работе. ФИО2 ответил, чтобы она забрала наркотическое средство.

Сориентировавшись по координатам с помощью гугл-карты, она на маршрутке приехала в район места «закладки» около 14:00 - 15:00 часов. В тайнике находился сверток <данные изъяты>, который она забрала. После чего её задержали и в отделе полиции в присутствии понятых у неё изъяли наркотическое средство. В одном свертке находились 20 свертков.

Изъятый у неё телефон «<данные изъяты>», с помощью которого велась переписка с «<данные изъяты>», принадлежит ФИО2, а сим-карта ей. С 15 января 2024 года она в приложениях «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» переписывалась с «<данные изъяты>», который являлся куратором, при этом, получив от него информацию о месте нахождения тайника-закладки, сообщала об этом ФИО2, после чего совместно с ФИО2 забирала сверток, в котором находились расфасованные свертки с веществом. В дальнейшем они совместно в районе <данные изъяты> организовали тайники-закладки, ФИО2 складывал сверток с наркотиком, а она с помощью принадлежащего ФИО2 телефона «<данные изъяты>», в котором была программа по определению географических координат, осуществляла фотографирование. После этого фотографии отправлялись на телефон <данные изъяты>» и она их пересылала «ФИО30». За выполненную работу на её банковскую карту поступали денежные средства из расчета 1 закладка - 400 рублей. Все указания по переписке с «<данные изъяты>» ей давал ФИО2

Из показаний свидетеля ФИО17 следует, что Потерпевший №1 является её дочерью. Она была против её брака с ФИО2, который употреблял наркотические средства. В декабре 2023 года дочь призналась, что начала употреблять наркотические средства вместе с мужем. Дочь говорила, что муж уговорил её употреблять наркотические средства.

Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что Потерпевший №1 является её подругой. В период с 2015 года по 2022 год она бывала в гостях у ФИО24. На её вопросы о следах <данные изъяты> в районе локтевого сгиба ФИО2 сказал, что он употребляет наркотические средства. 08 марта 2023 года она приехала в гости и Потерпевший №1 рассказала, что ФИО2 уговорил её попробовать наркотические средства <данные изъяты>, затем уговорил поставить <данные изъяты>. Она высказала свое возмущение ФИО2, который отрицал, что «подсадил» жену на употребление наркотических средств.

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что Потерпевший №1 её сестра. До 2023 года она часто общалась с семьей Потерпевший №1 В ходе общения она видела неадекватное поведение ФИО2 После чего Потерпевший №1 сказала ей, что муж употребляет наркотические средства. В сентябре 2020 года, летом 2022 года при ней ФИО2 вызывали скорую медицинскую помощь в связи с <данные изъяты>

Из показаний свидетеля ФИО12 следует, что в <данные изъяты> поступала оперативная информация о преступной группе, занимающейся незаконным сбытом наркотических средств, в состав которой входили ФИО2 и Потерпевший №1 Было проведено ОРМ «Наблюдение», в ходе которого осуществлялось наблюдение за тайником с наркотическим средством в районе <адрес>. 08 февраля 2024 года около 15 часов 20 минут в указанном месте была задержана Потерпевший №1, которая что-то подобрала. В отделе полиции в ходе личного досмотра у Потерпевший №1 была изъята перчатка со свертком, внутри которого находилось 20 свертков.

Из показаний свидетеля ФИО13, являющей сотрудником полиции следует, что 08 февраля 2024 года в ходе досмотра у задержанной ФИО31 в присутствии понятых в правом кармане куртки в перчатке был обнаружен сверток, <данные изъяты>, внутри которого находилось 20 небольших свертков, обмотанных изолентой. Также в ходе личного досмотра Потерпевший №1 были изъяты: сотовые телефоны «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», банковские карты. Был составлен протокол, изъятое было упаковано и опечатано в установленном порядке.

Кроме того, виновность осужденного в совершении инкриминированных преступлений подтверждается материалами дела и письменными доказательствами, в том числе:

- заявлением Потерпевший №1 от 17 мая 2024 года о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности, в связи со склонением её в феврале 2023 года к употреблению наркотических средств;

- постановлением от 08 февраля 2024 года о проведении ОРМ «Наблюдение» в связи со сведениями о тайнике-закладке в районе <адрес>;

- рапортом оперуполномоченного ФИО12 о результатах ОРМ «Наблюдения», согласно которым в 15 часов 20 минут 08 февраля 2024 года у <адрес> задержана Потерпевший №1 по подозрению в причастности к незаконному обороту наркотических средств;

- постановлением о предоставлении результатов ОРД от 08 февраля 2024 года, согласно которому в <адрес> переданы материалы, полученные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении Потерпевший №1;

- протоколом личного досмотра от 08 февраля 2024 года, в ходе которого у Потерпевший №1 обнаружены и изъяты: в правом кармане куртки - перчатка, внутри которой находился сверток, <данные изъяты>, в котором находилось 20 свертков в желтой изоленте; 2 сотовых телефона, 4 банковские карты;

- справкой об исследовании № 46 от 08 февраля 2024 года, согласно которой вещества, изъятые у Потерпевший №1, содержат в своем составе <данные изъяты> которые отнесены к наркотическим средствам, в ходе исследования израсходовано суммарно 0,07 грамма вещества;

- заключением эксперта № 85 от 27 февраля 2024 года, согласно которому вещества, представленные на экспертизу (19 свертков), содержат <данные изъяты> которые отнесены к наркотическим средствам; суммарная масса представленных веществ составляет 7,24 грамма;

- заключением эксперта № 87 от 27 февраля 2024 года, согласно которому вещество, представленное на экспертизу (1 сверток), содержит <данные изъяты> которые отнесены к наркотическим средствам; масса вещества составляет 0,39 грамма;

- протоколом обыска 08 февраля 2024 года по адресу: <адрес>, в ходе которого обнаружена и изъята, в том числе банковская карта Сбербанк №;

- заключениями компьютерных экспертиз, согласно которым: сотовый телефон марки «<данные изъяты>» содержит переписку в приложении «<данные изъяты>»; фотографии с информацией о координатах геолокации (местонахождении) устройства, сотовый телефон марки «<данные изъяты>» содержит переписку в приложении «<данные изъяты>» фотографии с информацией о координатах геолокации (местонахождении) устройства, полученная информация сохранена на оптических дисках, являющихся приложениями к заключениям экспертиз;

- протоколами осмотра изъятых предметов: перчатки, наркотических средств, банковских карт, ДВД-дисков, являющихся приложениями к компьютерным экспертизам;

- протоколами осмотров изъятых сотовых телефонов, выписок по банковским счетам с участием Потерпевший №1, которая указала:

в сотовом телефоне «<данные изъяты>» в приложении «<данные изъяты>» чат с контактом «ФИО32», содержащий сведения о поступлении от «ФИО33» информации с географическими координатами; в приложении «<данные изъяты>» чат, в котором она сообщает ФИО2, что поехала за очередной партией наркотических средств; абонентское соединение 08 февраля 2024 года в 14:12 часов с ФИО2, который указал ей забрать из тайника сверток с наркотическим средством;

в выписке по счету банковской карты ПАО «Сбербанк» №, оформленной на имя Потерпевший №1, многочисленные списания и зачислений денежных средств, в том числе списания 15 января 2024 года и 17 января 2024 года на залог для оформления на работу к сбытчику наркотических средств под ником «<данные изъяты>»;

в выписке по счету банковской карты ПАО «Сбербанк» №, оформленной на имя ФИО2, за период с 01 октября 2023 года по 26 марта 2024 года многочисленные зачислений от контрагента ФИО23 в связи с незаконным оборотом наркотических средств;

- заключением комплексной повторной амбулаторной судебной <данные изъяты> экспертизы № 1-1374-25 от 27 июня 2025 года, согласно которому у Потерпевший №1 имелись в юридически значимый период совокупность <данные изъяты> Потерпевший №1 <данные изъяты> Потерпевший №1 прослеживаются с начала 2023 года; достоверных и достаточных сведений о формировании у Потерпевший №1 синдрома зависимости в результате употребления наркотических веществ до 01 февраля 2023 года в ходе исследования не получено.

Виновность осужденного подтверждается и иными доказательствами, письменными материалами дела, содержание, анализ и оценка которых подробно изложены в приговоре.

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции привел мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие. Достоверность доказательств, положенных судом в основу своих выводов о виновности осужденного, сомнений не вызывает.

Вышеприведенные доказательства соответствуют требованиям ст. 74 УПК РФ, обосновано признаны относимыми, допустимыми, достоверными и являются достаточными для установления виновности осужденного в совершении вмененных ему деяний, в связи с чем несостоятельны доводы стороны защиты о том, что приговор основан на предположениях, а выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам.

Суд обоснованно сослался в приговоре на показания указанных выше потерпевшей, свидетелей, поскольку они получены в соответствии с требованиями УПК РФ, дополняют друг друга, согласуются с другими доказательствами по делу.

Вопреки доводам стороны защиты, суд в соответствии с требованиями ст. 88 УКП РФ тщательно проанализировал показания Потерпевший №1, данные ею на предварительном следствии и в судебном заседании, в том числе в совокупности с другими доказательствами, и обосновано положил в основу приговора указанные выше показания Потерпевший №1 Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки данных показаний Потерпевший №1, из которых видно, что Потерпевший №1 на предварительном следствии и в судебном заседании давала последовательные показания о виновности ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 230 УК РФ и ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 начала употреблять наркотические средства задолго до февраля 2023 года, то есть до начала периода, который вменяется осужденному при совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 230 УК РФ, проверялись судом первой инстанции и обосновано им отвергнуты как не нашедшие своего подтверждения.

Данный вывод суда соответствует обстоятельствам дела, из которых видно, что Потерпевший №1 в ходе проведения комплексной психолого-психиатрической экспертизы № 236 от 31 января 2025 года (т.3 л.д.75-81) пояснила экспертам, что употребляла наркотические средства с 2021 года, но при допросе в судебном заседании Потерпевший №1 показала, что дала указанные пояснения экспертам, несоответствующие действительности в части начала периода употребления ею наркотических средств, так как желала помочь мужу смягчить его ответственность.

Таким образом, из установленных обстоятельств следует, что пояснения Потерпевший №1 в ходе производства экспертизы, вопреки доводам стороны защиты сами по себе не являются показаниями - доказательством применительно к нормам УПК РФ, а показания о совершении осужденным вмененных ему преступлений, полученные органом следствия в соответствии с требованиями УПК РФ, Потерпевший №1 в судебном заседании подтвердила, в том числе о том, что она не являлась лицом, зависимым от употребления наркотических средств, до февраля 2023 года и именно с этого времени к их потреблению её склонил ФИО2

Учитывая, что на основании указанных выше пояснений Потерпевший №1 были сделаны выводы комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № 236 от 31 января 2025 года (т.3 л.д. 75-81), затрагивающие юридически значимые обстоятельства, суд, устранив указанное противоречие, обоснованно назначил повторную комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу, согласно заключению которой № 1-1374-25 от 27 июня 2025 года <данные изъяты> у Потерпевший №1 <данные изъяты>, прослеживаются в начала 2023 года; достоверных и достаточных сведений о формировании у Потерпевший №1 <данные изъяты> до 01 февраля 2023 года не получено (т.3 л.д. 154-158).

Данная экспертиза проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства на основании всей совокупности полученных в ходе производства по делу сведений экспертами, компетенция которых не вызывает сомнений, заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ. Выводы комиссии экспертов научно обоснованы, согласуются с другими доказательствами и обосновано положены судом в основу приговора.

В связи с чем несостоятельны доводы стороны защиты о том, что суд не обосновано не учел выводы комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № 236 от 31 января 2025 года (т. 3 л.д. 75-81).

Вопреки доводам стороны защиты, суд дал надлежащую оценку показаниям свидетелей стороны обвинения ФИО9, ФИО17, ФИО11, которые в целом подтвердили показания Потерпевший №1 о склонении последней осужденным к потреблению наркотических средств. То обстоятельство, что указанные свидетели являются близкими родственниками Потерпевший №1 или находятся с ней в дружеских отношениях, не является основанием для признания их показаний недостоверными, поскольку они получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом, согласуются между собой и показаниями Потерпевший №1, а также с выводами заключения экспертизы № 1-1374-25 от 27 июня 2025 года. Доводы о том, что показания указанных свидетелей носят общий характер, не ставят под сомнение их достоверность и показания Потерпевший №1 о виновности осужденного.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, из выписки <данные изъяты> о том, что Потерпевший №1 была <данные изъяты> в связи с <данные изъяты>, не следует, что она <данные изъяты> до 2023 года.

Вопреки доводам стороны защиты, суд дал надлежащую оценку показаниям свидетелей стороны защиты ФИО10, ФИО15, ФИО16 о том, что из поведения Потерпевший №1 было видно, что она употребляла наркотические средства до 2023 года. Показания данных свидетелей носят субъективный, предположительный характер, поскольку объективными доказательствами не подтверждаются и опровергаются совокупностью доказательств, положенной судом в основу приговора.

Поэтому суд первой инстанции обосновано указал, что отсутствуют объективные, достоверные доказательства, свидетельствующие о том, что Потерпевший №1 употребляла наркотические средства до 2023 года.

Вопреки доводам апелляционной жалобы с дополнениями осужденного, указание суда о том, что не имеет правового значения то обстоятельство, что Потерпевший №1 ранее возможно до 2023 года уже употребляла наркотики не противоречит разъяснениям п. 27 постановления Пленума ВС РФ от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами». В целом доводы стороны защиты о том, что потерпевшим по ч. 1 ст. 230 УК РФ может быть только не употребляющее наркотические средства лицо не основаны на законе.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований не доверять показаниям Потерпевший №1 о совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, по совместному с ФИО2 преступному умыслу не имеется, поскольку они получены в соответствии с законом и подтверждаются указанными выше доказательствами, в том числе сведениями о телефонных переговорах с неустановленным лицом под ником «ФИО34» и самим ФИО2 о незаконном обороте наркотических средств.

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции обоснованно указал, что заключение Потерпевший №1 досудебного соглашения о сотрудничестве не свидетельствует о даче ею ложных показаний в отношении осужденного. Каких-либо объективных данных, свидетельствующих об оговоре Потерпевший №1 осужденного, применения к ней недозволенных методов расследования, искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения, суду не представлено.

Выводы суда о соответствии ОРМ «Наблюдение» требованиям Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», а полученных результатов требованиям УПК РФ не вызывают сомнений и разделяются судом апелляционной инстанции. Проведенные компьютерные экспертизы по изъятым сотовым телефонам и химические экспертиза по определению вида и размера изъятого наркотического средства соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона и согласуются с другими доказательствами виновности осужденного в совершении данного преступления.

При таких обстоятельствах суд обосновано оценил показания осужденного о непричастности к вмененным ему преступлениям как позицию защиты.

Доводы осужденного о том, что изъятое наркотическое средство предназначалось для личного употребления, кроме приведенных выше доказательств, объективно опровергаются крупным размером изъятого наркотического средства, его удобной для сбыта расфасовкой в небольшие свертки. Наличие у осужденного <данные изъяты> не опровергает совокупность доказательств, подтверждающих его умысел на их сбыт, который сформировался вне зависимости от деятельности сотрудников правоохранительных органов.

Дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Вопреки доводам стороны защиты, то, что данная судом оценка собранных по делу доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ и не является основанием для отмены состоявшегося по делу судебного решения.

Как следует из протокола судебного заседания, суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом сторона защиты активно пользовалась предоставленными законом правами. Суд первой инстанции исследовал все представленные сторонами доказательства и разрешил по существу все заявленные сторонами ходатайства в порядке, установленном ст. ст. 256, 271 УПК РФ, путем их обсуждения всеми участниками судебного заседания и вынесения судом соответствующих постановлений.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. Приговор не противоречит протоколу судебного заседания, содержанию показаний допрошенных в суде лиц, изложенных в протоколе судебного заседания.

Правильно установив фактические обстоятельства дела суд верно квалифицировал действия ФИО2:

- по ч. 1 ст. 230 УК РФ как склонение к потреблению наркотических средств;

- по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Судом приведены убедительные мотивы, подтверждающие наличие в действиях осужденного указанных составов преступлений с указанными квалифицирующими признаками, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается, при этом в приговоре изложено описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступлений.

Оснований для иной квалификации действий осужденного, его оправдания не имеется, в том числе по доводам апелляционных жалоб с дополнениями адвоката и осужденного.

При назначении наказания ФИО2 суд в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд признал и учел по каждому из преступлений: наличие малолетнего ребенка, состояние здоровья подсудимого, <данные изъяты>, а также <данные изъяты> состояние здоровья близких подсудимого.

Полный перечень смягчающих наказание обстоятельств, перечисленный в приговоре, свидетельствует о том, что они не только указаны, но учтены по существу. Иных смягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ, установленных в судебном заседании и подлежащих обязательному учету, не имеется.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Также суд учел сведения характеризующие личность осужденного, а так же мнение потерпевшей, не настаивающей на строгом наказании.

Выводы суда о назначении осужденному наказаний по каждому из двух преступлений в виде лишения свободы при отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ и определение срока наказания по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ с учетом ч. 3 ст. 66 УК РФ являются обоснованными и соответствует требованиям закона о достижении целей исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Наказание по совокупности преступлений судом назначено правильно в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ и окончательное наказание в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенного наказания и наказания, назначенного приговором Миасского городского суда Челябинской области от 11 июля 2025 года. Оснований для вывода о несправедливости назначенного наказания не имеется.

В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей суд зачел в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, в том числе время содержания ФИО2 под стражей с 11 июля 2025 года до 19 августа 2025 года по приговору Миасского городского суда Челябинской области от 11 июля 2025 года.

Вместе с тем, произведя указанный зачет времени содержания осужденного под стражей в соответствии ч. 5 ст. 69 УК РФ суд ухудшил его положение, так как по приговору Миасского городского суда Челябинской области от 11 июля 2025 года период содержания осужденного под стражей с 11 июля 2025 года до 19 августа 2025 года был зачтен в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В связи с чем в данной части приговор подлежит изменению в соответствии с п. 3 ст. 389.15 УПК РФ с уточнением порядка зачёта времени содержания осужденного под стражей в период с 11 июля 2025 года до 19 августа 2025 года в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Данное изменение приговора не ставит под сомнение его законность, обоснованность, справедливость и не влечет смягчение назначенного наказания.

Нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену приговора суда, по делу не установлено, в том числе по доводам апелляционных жалоб с дополнениями адвоката и осужденного.

Руководствуясь ст.ст. 389.14, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

о п р е д е л и л:

приговор Миасского городского суда Челябинской области от 19 августа 2025 года в отношении ФИО2 изменить:

- исключить из числа доказательств показания свидетеля ФИО13 в части сообщения ею сведений о совершении преступления, ставших ей известными от Потерпевший №1;

- уточнить зачет времени содержания ФИО2 под стражей с 11 июля 2025 года до 19 августа 2025 года по приговору Миасского городского суда Челябинской области от 11 июля 2025 года в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы с дополнениями адвоката Ляпуховой А.Е., осужденного ФИО2 - без удовлетворения.

Решение суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: