Приговор № 1-15/2018 1-403/2017 от 6 февраля 2018 г. по делу № 1-15/2018

Дело №1-15/2018


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Ульяновск 07 февраля 2018 года

Засвияжский районный суд г.Ульяновска в составе:

председательствующего Леонтьевой И.А.,

с участием государственных обвинителей – старшего помощника прокурора Засвияжского района г.Ульяновска Трофимова Г.А., прокурора Засвияжского района г.Ульяновска Шарафутдинова М.М.,

подсудимой ФИО1,

защитника – адвоката Митиной М.Н., представившей удостоверение № и ордер № от 22 апреля 2016 года,

представителя потерпевшего ФИО13,

при секретаре Рождественской А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1,

родившейся <данные изъяты>, не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 160 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 виновна в присвоении, то есть хищении чужого имущества, вверенного виновному, совершенном ею с использованием своего служебного положения, в крупном размере при следующих обстоятельствах.

ФИО1 на основании приказа руководителя <данные изъяты> №л от 08 сентября 2010 года, приказов <данные изъяты> №-кр от 12 сентября 2013 года и №-кр от 11 сентября 2015 года в период с 15 сентября 2010 года по 18 апреля 2016 года, являясь должностным лицом, а именно, руководителем <данные изъяты> (далее Учреждение), в соответствии с пунктами 4.11, 4.14, 4.15, 4.16, 4.19 Устава Учреждения, утвержденного приказом <данные изъяты> от 19 мая 2011 года №у и его руководителем, с последующими изменениями, утвержденными приказами <данные изъяты> от 25 сентября 2012 года №, от 06 апреля 2015 года №, от 29 января 2013 года №, от 01 июля 2013 года №, осуществляла управление Учреждением на основе единоначалия, организовывала работу и несла персональную ответственность за его деятельность в пределах своей компетенции, была наделена полномочиями по изданию приказов и распоряжений, даче указаний, обязательных для всех работников Учреждения, имела заместителей.

На основании трудового договора № от 08 сентября 2010 года, заключенного между <данные изъяты> и ФИО1, а также дополнительных соглашений к данному трудовому договору № от 09 декабря 2011 года, № от 28 сентября 2012 года, № от 29 апреля 2013 года, № от 14 июня 2013 года, № от 12 сентября 2013 года, № от 30 декабря 2014 года; трудового договора № от 11 сентября 2015 года, заключенного между <данные изъяты> и ФИО1, последняя, являясь единоличным исполнительным органом учреждения, осуществляла текущее руководство его деятельностью, имела право на:

- осуществление в установленном порядке приема на работу работников учреждения, а также заключение, изменение и расторжение трудовых договоров с ними;

- распределение обязанностей между своими заместителями, а в случае необходимости, передачу им части своих полномочий в установленном порядке;

- поощрение работников учреждения;

- привлечение работников учреждения к дисциплинарной и материальной ответственности в соответствии с законодательством РФ;

- а также была обязана соблюдать при исполнении должностных обязанностей: требования законодательства РФ, устава учреждения, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов и трудового договора; обеспечивать выплату в полном размере заработной платы, пособий и иных выплат работникам учреждения в соответствии с законодательством РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка и трудовыми договорами, а также в соответствии с «<данные изъяты>, являющегося приложением к коллективному договору на 2014-2016 года, утвержденного ФИО1 и председателем совета трудового коллектива учреждения, а также в соответствии со статьей 153 Трудового кодекса РФ, ФИО1, являясь руководителем учреждения, была наделена правом по назначению каждому работнику ежемесячных и квартальных премий, ежемесячных надбавок, выплат стимулирующего характера.

ФИО1, используя свои служебные полномочия, связанные с руководством трудовым коллективом Учреждения, а также по ежемесячному и ежеквартальному определению денежных вознаграждений работников возглавляемого ей Учреждения, в период с 2013 года по 13 апреля 2016 года, находясь по месту своей работы в Учреждении по адресам: <адрес>, совершила хищение путем присвоения вверенных ей чужих денежных средств Учреждения, предназначенных для выплат ежемесячных и квартальных премий, ежемесячных надбавок, выплат стимулирующего характера подчиненным ей сотрудникам, при следующих обстоятельствах.

В 2013 году, более точные дата и время не установлены, в неустановленном месте г.Ульяновска у ФИО1, находящейся в вышеуказанной должности, из корыстной заинтересованности возник преступный умысел на хищение вверенных ей как руководителю денежных средств указанного Учреждения, предназначенных для выплат ежемесячных и квартальных премий, ежемесячных надбавок, выплат стимулирующего характера подчиненным ей работникам Учреждения: ФИО7, состоящей в должности <данные изъяты> учреждения на основании приказа № от 01 февраля 2005 года; ФИО8 и ФИО10, состоящих в должностях <данные изъяты> учреждения на основании приказов № от 23 декабря 2010 года и № от 20 февраля 2009 года соответственно; ФИО6, состоящей в должности <данные изъяты> учреждения на основании приказа № от 20 февраля 2009 года; ФИО9, состоящей в должности <данные изъяты> учреждения на основании приказа № от 01 ноября 2007 года.

Для реализации своего преступного умысла, желая скрыть совершаемое хищение и придать своим неправомерным действиям видимость законных, ФИО1 разработала преступную схему, согласно которой с 2013 года ежемесячно формирующаяся в Учреждении экономия денежных средств премиального фонда, которая могла быть использована в пределах данного фонда ФИО1 как руководителем Учреждения, исключая ее саму, должна была распределяться ею, начисляться и перечисляться в увеличенном размере ФИО7, ФИО8, ФИО10, ФИО6 и ФИО9

В последующем <данные изъяты> Учреждения ФИО7, исполняя указание ФИО1, должна была ежемесячно осуществлять сбор полученных денежных средств у указанных выше сотрудников, включая полученные самой ФИО7 завышенные выплаты, и передавать их ФИО1, при этом последняя, присваивая данные денежные средства Учреждения, планировала обращать их в свое неправомерное владение и распоряжаться ими по своему усмотрению.

Реализуя преступный умысел, ФИО1, используя свое служебное положение, в 2013 году, более точные дата и время не установлены, находясь на своем рабочем месте по адресу: <адрес> с целью хищения денежных средств Учреждения, вверенных ей, дала указание <данные изъяты> ФИО7 о включении завышенных премий и выплат стимулирующего характера самой ФИО7, а также ФИО8, ФИО10, ФИО6 и ФИО9 в приказы по учреждению, касающиеся поощрения сотрудников по итогам работы за каждый месяц, а в последующем и квартал, а после их подготовки обязала ФИО7 предоставлять ей их на подпись, а в ее отсутствие на подпись и.о. руководителя учреждения ФИО8

При этом ФИО1 также потребовала от ФИО7 ежемесячно осуществлять сбор от ФИО8, ФИО10, ФИО6 и ФИО9 данных денежных средств Учреждения и передавать их ей, а также поручила ФИО7 довести до названных выше сотрудников ее указание о передаче ей через последнюю части денежных средств из их заработных плат, состоящих из: оклада, премии, выплат стимулирующего характера в виде надбавки за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иных выплат, которые начислялись ФИО1 как руководителем Учреждения в том размере, который последняя установит для каждого из сотрудников.

Будучи вынуждена выполнить указание ФИО1 и подчинившись ей, ФИО7 в тот же период времени (неустановленные дата и время 2013 года), находясь в помещениях учреждения по указанному выше адресу, передала своим коллегам ФИО8, ФИО10, ФИО6 и ФИО9 требования их непосредственного руководителя ФИО1 о передаче через нее части полученных ими ежемесячно в качестве оплаты труда денежных средств.

При этом указанные подчиненные ФИО1 работники, в том числе и сама ФИО7, вынуждены были согласиться выполнить ее требования, так как, находясь в служебной зависимости от своего непосредственного руководителя, не желали портить с ней отношения по работе, что существенным образом могло бы повлиять на их финансовое благополучие, на продвижение по службе, на применение к ним мер поощрения, в том числе могло отразиться на размере их ежемесячного денежного содержания.

Осуществляя задуманное, ФИО1 в указанный выше период времени, используя свое служебное положение, находясь в помещениях Учреждения по указанным выше адресам, лично подписала приказы по основной деятельности учреждения, согласно которым названным выше подчиненным ей сотрудникам ФИО7, ФИО8, ФИО10, ФИО6 и ФИО9 были начислены завышенные выплаты:

- № от 30 января 2015 года «О премировании по итогам работы за январь 2015 года»;

- № от 30 января 2015 года, № от 01 октября 2015 года «Об определении базового размера выплаты за качество выполняемых работ»;

- № от 30 января 2015 года, № от 30 апреля 2015 года, № от 01 июля 2015 года, № от 03 августа 2015 года, № от 01 сентября 2015 года, № от 01 октября 2015 года, № от 02 ноября 2015 года, № от 01 декабря 2015 года, № от 25 декабря 2015 года «О выплате надбавки за качество выполняемых работ»;

- № от 30 января 2015 года, № от 30 апреля 2015 года, № от 01 июля 2015 года, № от 03 августа 2015 года, № от 01 сентября 2015 года, № от 01 октября 2015 года, № от 02 ноября 2015 года, № от 01 декабря 2015 года, № от 25 декабря 2015 года «О выплате надбавки за интенсивность и высокие результаты работы»;

- № от 30 января 2015 года, № от 30 апреля 2015 года, № от 01 июля 2015 года, № от 03 августа 2015 года, № от 01 сентября 2015, № от 01 октября 2015 года, № от 02 ноября 2015 года, № от 01 декабря 2015 года, № от 25 декабря 2015 года «О выплате персональной надбавки»;

- № от 30 апреля 2015 года «О премировании по итогам работы за апрель 2015 года»;

- № от 30 апреля 2015 года «Об изменении базового размера выплаты за качество выполняемых работ»;

- № от 26 июня 2015 года «О премировании по итогам за 1-й квартал 2015 года»;

- № от 01 июля 2015 года «О премировании по итогам работы за июнь 2015 года»;

- № от 31 июля 2015 года «О премировании по итогам работы за июль 2015 года»;

- № от 01 сентября 2015 года «О премировании по итогам работы за август 2015 года»;

- № от 07 сентября 2015 года «О премировании по итогам работы за 2-й квартал 2015 года;

- № от 01 октября 2015 года «О премировании по итогам работы за сентябрь 2015 года»;

- № от 30 октября 2015 года «О премировании по итогам работы за октябрь 2015 года;

- № от 30 ноября 2015 года «О премировании по итогам работы за 3-й квартал 2015 года»;

- № от 30 ноября 2015 года «О премировании по итогам работы за ноябрь 2015 года»;

- № от 15 декабря 2015 года «О премировании по итогам работы за 4-й квартал 2015 года»;

- № от 25 декабря 2015 года «О премировании по итогам работы за декабрь 2015 года»;

- № от 25 декабря 2015 «О премировании по итогам работы за 2015 год».

В отсутствие ФИО1 по ее указанию и.о.руководителя учреждения ФИО8 при аналогичных указанными выше обстоятельствах подписала приказы:

- № от 27 февраля 2015 года «О премировании по итогам работы за февраль 2015 года»;

- № от 02 марта 2015 года, № от 01 апреля 2015 года «Об определении базового размера выплаты за качество выполняемых работ»;

- № от 02 марта 2015 года 2015 года, № от 01 апреля 2015 года, № от 01 июня 2015 года «О выплате надбавки за качество выполняемых работ»;

- № от 02 марта 2015 года, № от 01 апреля 2015 года, № «О выплате надбавки за интенсивность и высокие результаты работы»;

- № от 02 марта 2015 года, № от 01 апреля 2015 года, № от 01 июня 2015 года «О выплате персональной надбавки»;

- № от 01 апреля 2015 года «О премировании по итогам работы за март 2015 года»;

- № от 01 июня 2015 года «О премировании по итогам работы за май 2015 года».

После подписания вышеуказанных приказов сотрудники планово-финансового отдела вносили их в программу «1С: Бухгалтерия», делали расчет и передавали сведения об общей сумме заработной платы к уплате работникам учреждения бухгалтерам, которые производили перечисления денежных средств учреждения в банк. Для этого ФИО9 по указанию ФИО1 подготавливала реестр перечисления заработной платы в банк, который по указанию ФИО1 подписывался ФИО7 и самой ФИО1, после чего направлялся в Сбербанк России.

Далее заработная плата банком перечислялась на расчетные счета работникам учреждения, в том числе ФИО8, ФИО10, ФИО7, ФИО9 и ФИО6, указанные сотрудники учреждения обналичивали денежные средства путем их снятия с банковских карт через банкоматы, после чего ежемесячно передавали по указанию ФИО1 часть заработной платы, включающую завышенную премию и выплаты, ФИО7, для последующей передачи ФИО1

На основании указанных приказов были произведены следующие выплаты денежных средств Учреждения, которые были похищены и присвоены ФИО1

Так, в период с 10 по 31 марта 2015 года, более точные дата и время не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за февраль 2015 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 20 005 рублей, ФИО8 в сумме 20 005 рублей.

В период с 10 по 15 апреля 2015 года, более точные дата и время не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за март 2015 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО10, ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 16 195 рублей, ФИО8 в сумме 16 195 рублей, ФИО10 в сумме 20 005 рублей.

В период с 10 по 15 мая 2015 года, более точные дата и время не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за апрель 2015 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО6, ФИО9, ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 28 579 рублей, ФИО8 в сумме 22 084 рубля, ФИО11 в сумме 8 212 рублей, ФИО9 в сумме 8 607 рублей.

В период с 10 по 15 июня 2015 года, более точные дата и время не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за май 2015 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО9, ФИО6, ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 25 404 рубля, ФИО8 в сумме 28 579 рублей, ФИО11 в сумме 8 897 рублей, ФИО9 в сумме 10 759 рублей.

В период с 10 по 15 июля 2015 года, более точные дата и время не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за июнь 2015 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО9, ФИО6, ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 28 579 рублей, ФИО8 в сумме 28 579 рублей, ФИО11 в сумме 4 692 рубля, ФИО9 в сумме 3 381 рубль.

В период с 10 по 31 августа 2015 года, более точные дата и время не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за июль 2015 года, включающая завышенные по указанию ФИО1, премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО9, ФИО6, ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 28 579 рублей, ФИО8 в сумме 28 579 рублей, ФИО11 в сумме 6 963 рубля, ФИО9 в сумме 10 759 рублей.

В период с 10 по 15 сентября 2015 года, более точные дата и время не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за август 2015 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО9, ФИО6, ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 16 330 рублей, ФИО8 в сумме 27 218 рублей, ФИО11 в сумме 10 266 рублей, ФИО9 в сумме 10 759 рублей.

В период с 10 по 15 октября 2015 года, более точные дата и время не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за сентябрь 2015 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО9, ФИО6, ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 18 186 рублей, ФИО8 в сумме 23 383 рубля, ФИО11 в сумме 12 319 рублей, ФИО9 в сумме 8 608 рублей.

В период с 10 по 15 ноября 2015 года, более точные дата и время не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за октябрь 2015 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО9, ФИО6, ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 20 784 рублей, ФИО8 в сумме 28 579 рублей, ФИО11 в сумме 6 160 рублей, ФИО9 в сумме 5 575 рублей.

В период с 10 по 15 декабря 2015 года, более точные дата и время не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за ноябрь 2015 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО9, ФИО6, ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 28 579 рублей, ФИО8 в сумме 5 715 рублей, ФИО11 в сумме 7 080 рублей, ФИО9 в сумме 6 455 рублей.

В период с 10 по 15 февраля 2016 года, более точные дата и время в ходе следствия не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за январь 2016 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО9, ФИО6, ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 28 579 рублей, ФИО8 в сумме 26 674 рубля, ФИО11 в сумме 6 160 рублей, ФИО9 в сумме 6 456 рублей.

В период с 10 по 31 марта 2016 года, более точные дата и время в ходе следствия не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за февраль 2016 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО9, ФИО6, ФИО8 и ФИО7 последние передали ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7, в сумме 28 579 рублей, ФИО8 в сумме 25 720 рублей, ФИО11 в сумме 10 266 рублей, ФИО9 в сумме 6 993 рубля.

В период с 12 по 13 апреля 2016 года, более точные дата и время в ходе следствия не установлены, когда работникам учреждения была начислена заработная плата за март 2016 года, включающая завышенные по указанию ФИО1 премии, выплаты стимулирующего характера в виде надбавок за качество выполняемых работ, за интенсивность и высокие результаты работы, персональной надбавки, а также иные выплаты ФИО10, ФИО9, ФИО6, ФИО8 и ФИО7, последние передали ФИО7 для последующей передачи ФИО1 по ее указанию денежные средства: ФИО7 в сумме 25 857 рублей, ФИО8 в сумме 14 350 рублей, ФИО11 в сумме 12 320 рублей, ФИО9 в сумме 13 526 рублей, ФИО10 в сумме 28 579 рублей. Затем ФИО7 12 апреля 2016 года из вышеуказанной суммы денежных средств передала ФИО1 40 000 рублей.

Всего в период с марта 2015 года по 13 апреля 2016 года ФИО1 похитила в общей сумме 789 060 рублей, то есть в крупном размере, причинив материальный ущерб Учреждению в указанной выше сумме.

Присвоенными денежными средствами ФИО1 распорядилась по собственному усмотрению.

13 апреля 2016 года ФИО1 была задержана сотрудниками УФСБ России по Ульяновской области в своем служебном кабинете по адресу: <адрес> при незаконном получении части денежных средств, предназначенных для нее из общей суммы, собранной в апреле 2016 года, и ее преступная деятельность была пресечена.

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании вину в инкриминируемом преступлении не признала, по обстоятельствам инкриминируемого преступления пояснила, что в должности <данные изъяты> состояла с сентября 2010 года. В процессе осуществления своей деятельности трудовое законодательство, в том числе положение об оплате труда, коллективный договор и устав ею не нарушались. Все приказы о премировании работников и иных выплатах выносились с соблюдением финансового законодательства, в подтверждение чему являются ранее проведенные со стороны контролирующих органов проверки, по итогам проведения которых никаких замечаний никогда не было. Положение об оплате труда является приложением к коллективному договору и в указанное положение каких-либо изменений они вносить не могла. Заработная плата сотрудникам Учреждения рассчитывалась и начислялась в соответствии с положением об оплате труда. Заработная плата включала в себя должностной оклад, компенсационные, стимулирующие и другие выплаты. Поскольку возглавляемое ею учреждение является казенным, каждый год 01 января в Казначейство поступали денежные средства, распределенные по статьям расходов. В фонд заработной платы выделялись денежные средства из расчета 100% на весь штат учреждения, несмотря на то, что фактически штат учреждения полностью укомплектован не был. Из тех денег, которые оставались в связи с незаполняемостью штата, увольнением работников, нахождением работников на больничном и по иным причинам, формировался фонд экономии, который расходовался на премии работникам. Заработная плата гарантированно формировалась из оклада, компенсирующей выплаты и одного вида стимулирующей премии – персональной премии, размер которой составлял 25-30% от оклада. У каждого работника заработная плата была разная, при начислении которой в числе прочего учитывались стаж и категория работника, с учетом этого и рассчитывалась гарантируемая выплата. Остальная часть заработной платы формировалась из фонда экономии ежемесячно. Процедура была следующей – планово-финансовый отдел ежемесячно представлял справку об объеме сэкономленных денежных средств для того, чтобы видеть какой объем денежных средство возможно использовать. Далее назначались стимулирующие выплаты, размер которых определялся с учетом выполненной работы конкретным работником учреждения, о чем выносился приказ. Подготавливали приказ и рассчитывали размер выплаты экономисты учреждения. Например, при определении размера стимулирующей выплаты ФИО8 учитывалось то, что ее отдел не был полностью укомплектован, на нее и на других работников отдела возложены были трудовые функции свободных ставок. Аналогичная ситуация была и в бухгалтерском отделе. Ежемесячные премии начислялись исходя из базового коэффициента, который вычислял планово-финансовый отдел. Определялась сумма базового коэффициента, и данная сумма принималась за 100%, в последующем процент премии каждому работнику определялся исходя из базового коэффициента с учетом выполненного работником объема работы. У всех работников процент премии был разный, одинаковый процент был только у премий, которые выплачивались к праздникам. После того, как был определен ежемесячные размер заработной платы, включающей в том числе премии, составлялась итоговая аналитическая справка о суммах заработной платы работников. Затем готовился соответствующий приказ, который она (ФИО1) подписывала лично, согласовав его с главным бухгалтером. Данный приказ направлялся в казначейство, и на его основании казначейство выделяло денежные средства, заработная плата поступала на банковские карты работников. Денежные средства она не похищала, поскольку деньги ей не вверялись, они находились в казначействе, которое жестко контролировало финансовую деятельность учреждения. Правила начисления заработной платы контролировало Министерство труда, казначейство контролировало целевое расходование. Доступа к денежным средствам работников она не имела, поэтому не могла их присвоить. Также пояснила, что фонд экономии всегда к концу года должен был расходоваться учреждением. Комментируя предъявленное ей обвинение, указала, что понятия «повышенная премия», с учетом тех нормативно-правовых актов, которыми определен порядок начисления заработной платы, не существует, поскольку максимальный размер премии, который мог быть начислен работнику, никаким нормативно-правовым актом ограничен не был. Размер премии мог быть любой, но с учетом лимита фонда экономии, который, в свою очередь, в течение года тоже менялся. Приказы, которые она подписывала, не содержали сведений о повешенном размере начисляемых премий и являются законными. Полагает, что сотрудники учреждения, на показаниях которых построено обвинение, ее оговаривают. Поскольку дружеских отношений между ней и сотрудниками никогда не было, она была строгим руководителем, однако, несмотря на это, ни разу не вынесла ни одного приказа о дисциплинарном взыскании. Полагает, что к объяснениям свидетелей по поводу того, почему они раньше не обратились в правоохранительные органы, следует отнестись критически, поскольку их доводы о том, что они боялись руководителя, боялись увольнения либо иных отрицательных последствий, несостоятельны. В случае развития неблагоприятной ситуации для работников они могли бы обратиться в трудовую инспекцию или суд и защитить свои нарушенные права. Также отмечает, что, когда она находилась в очередных отпусках, ее обязанности исполняла ФИО8, которая также подписывала аналогичные приказы о премировании, при этом ФИО8 она никаких указаний по поводу начисления завышенных премий не давала. В инкриминируемый период времени ФИО7 никаких денежных средств ей не приносила и не передавала, в том числе и 12 апреля 2016 года. Также ей не ясно, каким образом были установлены суммы, которые якобы ФИО7 ей передавала ежемесячно, начиная с начала 2015 года, поскольку заработная плата работников – это сложное начисление, каждый месяц и у каждого работника размер заработной платы, в том числе и премий, был разный. Не отрицает то, что 13 апреля 2016 года к ней в кабинет пришла ФИО7 и передала деньги, завернутые в листок бумаги, как она полагала, это были деньги за крем, который она ранее привозила ФИО7 из <данные изъяты>. Не пересчитывая деньги, положила их в ящик стола и продолжила разговаривать с ФИО7 по поводу работы. Когда в кабинет зашли сотрудники правоохранительных органов, все деньги, которые у нее были (в кошельке и в ящике стала) достала и показала сотрудникам, поскольку ей нечего было скрывать. Все деньги, кроме тех, которые принесла ФИО7, принадлежали ей (ФИО1), подтверждением чему является выписка по счету, из содержания которой следует, что 07 апреля 2016 года со своей карты она сняла денежные средства в размере 140 000 рублей, предназначенные в командировку и на личные нужды. Полагает, что ФИО7 оговаривает ее, поскольку ранее она (ФИО1) уволила ее отца из учреждения, который работал водителем. Полагает, что данный факт явился поводом для оговора. Остальные же свидетели, которые были допрошены в судебном заседании, находятся в хороших отношениях между собой, в том числе и с самой ФИО7, поэтому дали такие же показания, как и она, оговорив ее. Никогда она (ФИО1) не давала указаний о сборе для нее денежных средств, а также для общих нужд, покупки делала всегда на свои личные деньги, заработная плата у нее была достаточная.

Проанализировав вышеуказанные показания ФИО1 в судебном заседании о непричастности к инкриминируемому ей преступлению, а также о том, свидетели ее оговаривают, суд приходит к выводу, что выдвинутая подсудимой версия не нашла своего объективного подтверждения и опровергается исследованными судом доказательствами. По мнению суда, ФИО1, давая такие показания, излагает обстоятельства содеянного в выгодную для себя сторону, пытаясь тем самым выбрать более убедительную версию своей непричастности к присвоению денежных средств, которая опровергается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а потому расценивается судом как реализация подсудимой права на защиту от предъявленного ей обвинения.

Вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ей деяния подтверждается следующими доказательствами.

Так, допрошенная в судебном заседании представитель потерпевшего ФИО13 пояснила, что со слов работников <данные изъяты> ФИО7, ФИО8, ФИО10, ФИО6 и ФИО9 ей стало известно о том, что их бывший руководитель ФИО1 начисляла им завышенные премии и иные выплаты, которые в последующем собирала с указанных работников учреждения через ФИО7 и присваивала данные денежные средства себе. Всего в ходе преступной деятельности ФИО1 последняя присвоила денежные средства в сумме 843 692 рубля, которые должны были быть направлены на учреждение, в том числе и выплату премий и иных выплат всем сотрудникам учреждения. Также пояснила, что заработная плата работников данного учреждения складывалась из оклада, компенсационных и стимулирующих выплат. Последние включали в себя надбавки за качество, премии, в том числе единовременные, персональные надбавки. Размер стимулирующих выплат определяется в процентном соотношении и максимальный размер таких выплат не ограничен. Компенсационные выплаты определяются законом и выплачиваются по результатам аттестации рабочих мест. Размер квартальных и единовременных выплат определяется самим руководителем учреждения. Ей известно, что вышеуказанные свидетели согласились выполнить незаконные требования ФИО1, поскольку она являлась их непосредственным руководителем, и свидетели боялись неблагоприятных последствий для них в случае отказа выполнения указания ФИО1 о передаче ей денежных средств, которые им начислялись сверх положенного. Все выплаты, которые начислялись в качестве премий, производились из фонда экономии. До настоящего времени причиненный преступными действиями ФИО1 ущерб возмещен ею не был.

Вышеуказанные показания представителя потерпевшего об обстоятельствах передачи сотрудниками учреждения денежных средств ФИО1 подтверждается показаниями допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей <данные изъяты>» ФИО7, ФИО8, ФИО10, ФИО6 и ФИО9, которые в судебном заседании подтвердили тот факт, что по указанию их руководителя ФИО1 на протяжении длительного периода времени они передавали ей денежные средства, которые были начислены им в качестве премий, надбавок и других выплат в повышенном размере.

В частности, в судебном заседании свидетель ФИО7 показала, что она состоит в должности <данные изъяты> ФКУ <данные изъяты> с 2005 года, непосредственным руководителем являлась ФИО1, которая в 2013 году, пригласив ее к себе в кабинет, сообщила, что ей ФИО7), а также другим работникам учреждения ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО8 она будет начислять повышенный процент премий и надбавок, которые они должны будут передавать ей (ФИО1). Свое решение объясняла тем, что ее заработная плата значительно отличалась от заработной платы подчиненных. Аналогичные разговоры с ФИО1 были и позже, при которых присутствовали ФИО8 и ФИО10 Она (ФИО7) должна была довести это указание до сведения остальных лиц, которые должны были ежемесячно приносить ей (ФИО7) денежные средства, предназначенные для ФИО1, начисляемые в виде повышенных премий и надбавок. Выполнив указание ФИО1, довела до указанных выше сотрудников требование последней о передаче денежных средств. Никто не осмелился возражать против данного решения руководителя, поэтому все согласились выполнить это требование, поскольку находились в служебной зависимости от ФИО1 Ежемесячно ФИО1 называла конкретные суммы денежных средств, которые она (ФИО7) должна была получить от сотрудников. Собираемые у всех сотрудников суммы всегда были разными, все денежные средства приносили ей (ФИО7) обычно в период с 10 по 15 число каждого месяца. Также ФИО1 каждый месяц говорила, какую сумму ей необходимо передать. Чаще всего эта сумма всегда была одинаковой и составляла 60 000 рублей в месяц, за исключением марта и апреля 2015 года, в те месяцы ФИО1 называла сумму 40 000 рублей. Остальная часть денежных средств по указанию ФИО1 оставалась на общие нужды и хранилась в сейфе учреждения, данными остатками всегда распоряжалась только ФИО1, которая сама определяла цели, на что их нужно потратить. Также иногда за счет остатков денежных средств «добирали» ежемесячную сумму, которую необходимо было передать ФИО1 Она (ФИО7) по указанию ФИО1 деньги с сотрудников обычно собирала в период с 10 по 15 число, поскольку в этот период начислялась заработная плата. Иногда, когда она (ФИО7) находилась в отпуске, то денежные средства собирала по выходу из отпуска. Например, в августе 2015 года деньги для ФИО1 она собирала после выхода из отпуска. Если в отпуске находилась ФИО1, то деньги последней передавались после ее выхода из отпуска, деньги ФИО1 всегда передавала в кабинете последней. Когда сотрудники находились в отпуске, то деньги для ФИО1 они передавали либо до отпуска, поскольку деньги начислялись за три дня до начала отпуска, либо отдавали после отпуска. Повышенные премии, надбавки и выплаты начислялись из фонда экономии, размер которого ежемесячно учитывался при определении ФИО1 размера начисляемых премий, в том числе и повышенных. Ежемесячно подготавливался приказ, в котором были указаны размеры премий, выплат, надбавок в процентном соотношении, данный приказ подписывала ФИО1, которая сама и определяла размер повышенной выплаты. Она (ФИО7) на основании приказа начисляла премии, выплаты и надбавки. Приказ подготавливался ФИО9, она (ФИО7) его согласовывала, а ФИО1 – подписывала. Когда ФИО1 находилась в отпуске, ее обязанности исполняла ФИО8, которая подписывала приказы о начислении повышенных премий, надбавок и выплат, размер которых уже был согласован с ФИО1

Выполняя указания ФИО1, ей (ФИО7) приносили денежные средства в марте 2015 года ФИО8 – 20 005 рублей, она отдала – 20 005 рублей; в апреле 2015 года ФИО8 – 16 195 рублей, ФИО10 – 20 005 рублей, она отдала – 16 195 рублей; в мае 2015 года ФИО8 – 22 084 рубля, ФИО9 – 8 607 рублей, ФИО11 – 8 212 рублей, она отдала – 28 579 рублей; в июне 2015 года ФИО8 – 28 579 рублей, ФИО9 – 10 759 рублей, ФИО11 – 8 897 рублей, она отдала – 25 404 рубля; в июле 2015 года ФИО8 – 28 579 рублей, ФИО9 – 3 381 рублей, ФИО11 – 4 692 рубля, она отдала – 28 579 рублей; в августе 2015 года ФИО8 – 28 579 рублей, ФИО9 – 10 759 рублей, ФИО11 – 6 963 рубля, она отдала – 28 579 рублей; в сентябре 2015 года ФИО8 – 27 218 рублей, ФИО9 – 10 759 рублей, ФИО11 – 10 266 рублей, она отдала – 16 330 рублей; в октябре 2015 года ФИО8 – 23 383 рубля, ФИО9 – 8 608 рублей, ФИО11 – 12 319 рублей, она отдала – 18 186 рублей; в ноябре 2015 года ФИО2 – 28 579 рублей, ФИО9 – 5 575 рублей, ФИО11 – 6 160 рублей, она отдала – 20 784 рубля; в декабре 2015 года ФИО8 – 5 715 рублей, ФИО9 – 6 455 рублей, ФИО11 – 7 080 рублей, она отдала – 28 579 рублей; в феврале 2016 года ФИО8 – 26 674 рубля, ФИО9 – 6 456 рублей, ФИО11 – 6 160 рублей, она отдала – 28 579 рублей; в марте 2016 года ФИО8 – 25 720 рублей, ФИО9 – 6 993 рублей, ФИО11 – 10 266 рублей, она отдала – 28 579 рублей; в апреле 2016 года ФИО8 – 14 350 рублей, ФИО10 – 28 579 рублей, ФИО9 – 13 526 рублей, ФИО3 – 12 320 рублей, она отдала – 25 857 рублей.

В апреле 2016 года для ФИО1 были собраны денежные средства в сумме 94 632 рубля, из них 60 000 рублей было приготовлено для передачи ФИО1, 12 апреля 2016 года с 12 до 13 часов в рабочем кабинете последней она передала ФИО1 40 000 рублей, остальную сумму в размере 20 000 рублей она должна была отдать позже, о чем и сообщила ФИО1, что не хватает ее (ФИО7) части денег в размере 20 000 рублей.

Утром 13 апреля 2016 года она (ФИО7) обратилась в Управление ФСБ России по Ульяновской области с заявлением, в котором сообщила о преступной деятельности ФИО1 Сотрудниками УФСБ по Ульяновской области в присутствии понятых ей были вручены денежные средства в размере 20 000 рублей, которые она должна была передать ФИО1, поскольку 12 апреля 2016 года передала ей только 40 000 рублей из 60 000 рублей. В тот же день, примерно в период с 15 часов 00 минут до 15 часов 30 минут, она (ФИО4) пришла в кабинет ФИО1, где передала ей указанные 20 000 рублей, после чего та была задержана.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО8 показала, что по распоряжению ФИО1 она и другие сотрудники учреждения в 2014, 2015, 2016 годах передавали ФИО1 через ФИО7 денежные средства, начисляемые им в заработную плату в качестве повышенных премий. Об этом ФИО1 говорила ей в кабинете в присутствии ФИО7 и ФИО10 После того, как ФИО1 сообщила о необходимости передачи ей денежных средств, ее заработная плата заметно стала выше, до этого ее заработная плата практически всегда была постоянной с учетом всех положенных ей надбавок. Каждый месяц ФИО7 называла ей и другим сотрудникам сумму, которую необходимо передать для ФИО1 Требование ФИО1 о передаче денежных средств она объясняла тем, что ее заработная плата меньше, чем заработная плата ее заместителей. Ей известно, что денежные средства ФИО1 передавали также сама ФИО7, ФИО11, ФИО9, ФИО10 Ее заработная плата состояла из оклада и стимулирующих и компенсационных надбавок. За счет каких надбавок было завышение заработной платы, ей не известно, всегда отдавала ту сумму, которую ей называла ФИО7 На некоторых ее расчетных листах данная сумма была обозначена карандашом. Обычно денежные средства, предназначаемые для ФИО1, передавались ФИО7 после 10 числа каждого месяца, поскольку заработная плата на банковские карты поступала после 10 числа. Когда ФИО7 передавала деньги ФИО1, ей не известно. Однако ей известно, что часть денежных средств по указанию ФИО1 оставалась на общие нужды, на что конкретно тратились остатки денег, ей не известно, распоряжалась ими также ФИО1 Какими-либо документами приход и расход данных денег не оформлялся. Сама она возражать указанию ФИО1 не решалась, поскольку та являлась ее непосредственным руководителем, и она боялась потерять работу. Когда ФИО1 уходила в отпуск, она исполняла ее обязанности, в том числе подписывала приказы о начислении премий, размер которых заранее был определен ФИО1 С марта 2015 года передала для ФИО1 денежные средства в следующих суммах: в марте 2015 года 20 005 рублей, в апреле 2015 года 16 195 рублей, в мае 2015 года 22 084 рубля, в июне 2015 года 28 579 рублей, в июле 2015 года 28 579 рублей, в августе 2015 года 28 579 рублей, в сентябре 2015 года 27 218 рублей, в октябре 2015 года 23 383 рубля, в ноябре 2015 года 28 579 рублей, в декабре 2015 года 5 715 рублей, в феврале 2016 года 26 674 рубля, в марте 2016 года 25 720 рублей, в апреле 2016 года 14 350 рублей.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО9 в целом дала показания, аналогичные показаниям свидетелей ФИО7 и ФИО8, пояснив, что в 2014 года главный бухгалтер ФИО7 сообщила ей, что теперь в ее заработную плату будут начисляться повышенные премии, которые она должна будет передавать ФИО7 для ФИО1 Это было распоряжение ФИО1, и, поскольку она являлась ее руководителем, перечить по данному поводу не стала, а отдавала ежемесячно денежные средства, сумму которых каждый раз называла ФИО7 За счет каких выплат производилось данное повышение заработной платы, ей не известно. До того, как ФИО7 сообщила о распоряжении ФИО1, ее заработная плата практически каждый месяц была одинаковая, а после разговора – увеличилась. Также ей было известно, что денежные средства для ФИО1 передают ФИО11, ФИО8 и ФИО10 Размер повышенных премий определяла сама ФИО1, она (ФИО36) подготавливала приказы о премировании, отдавала на согласование ФИО7, а та относила на подпись ФИО1 Какая-то часть денег собранных для ФИО1 оставалась, и эти остатки денежных средств хранились в сейфе у ФИО7, но распоряжалась ими только ФИО1, она покупала на них цветы, небольшие подарки ко дню рождения сотрудников, какие-то траты были при переезде учреждения. Для ФИО1 она отдала следующие суммы: в мае 2015 года 8 607 рублей, в июне 2015 года 10 759 рублей, в июле 2015 года 3 381 рубль, в августе 2015 года 10 759 рублей, в сентябре 2015 года 10 759 рублей, в октябре 2015 года 8 608 рублей, в ноябре 2015 года 5 575 рублей, в декабре 2015 года 6 455 рублей, в январе 2016 года она не отдавала деньги, в феврале 2016 года 6 456 рублей, в марте 2016 года 6 993 рубля, в апреле 2016 года 13 526 рублей.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании показала, что работает в <данные изъяты>» <данные изъяты> с 2006 года, ее руководителями являлись ФИО1 и главный бухгалтер ФИО7 Весной в 2015 года ФИО7 сообщила ей, что ФИО1 недовольна своей заработной платой, поэтому в ее (ФИО3) заработную плату будут начисляться повышенные премии, которые она должна будет ежемесячно передавать ФИО7, а та – ФИО1 Также ей стало известно, что аналогичным образом передают денежные средства для ФИО1 ФИО7, ФИО9, ФИО10 и ФИО8 Отказаться выполнить данное указание она не могла, поскольку боялась быть уволенной. Заработная плата в основном приходила на банковскую карту 10 числа каждого месяца, получив заработную плату, практически всегда на следующий день предназначенные для ФИО1 деньги она передавала ФИО7, сумму ей называла ФИО7, каждый месяц сумма была разной. Процент надбавки устанавливала ФИО1, она сама единолично могла определять любой процент выплаты, кроме премии за качество, который определялся коллегиально комиссией. Обычно завышенными были ежемесячные премии либо премии за интенсивность. Когда ФИО7 передавала деньги ФИО1, ей не известно. Те суммы, которые она передавала для ФИО1, можно было проследить по расчетным листам. До распоряжения ФИО1 ее (ФИО37) заработная плата каждый месяц была практически одинаковой. Практически все собираемые деньги передавались ФИО1, но какая-то часть оставалась, данной частью распоряжалась ФИО1 Для ФИО1 она отдала следующие суммы: в мае 2015 года 8 212 рублей, в июне 2015 года 8 897 рублей, в июле 2015 года 4 692 рубля, в августе 2015 года 6 963 рубля, в сентябре 2015 года 10 266 рублей, в октябре 2015 года 12 319 рублей, в ноябре 2015 года 6 160 рублей, в декабре 2015 года 7 080 рублей, в феврале 2016 года 6 160 рублей, в марте 2016 года 10 266 рублей, в апреле 2016 года 12 320 рублей.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО10 показала, что она состоит в должности заместителя руководителя учреждения с 2005 года. По распоряжению ФИО1, которая являлась руководителем учреждения, дважды передавала денежные средства, предназначенные для последней, в частности в апреле 2015 года передала 20 005 рублей, в апреле 2016 года передала 28 579 рублей, деньги для ФИО1 передавала ФИО7 Сумму, которую необходимо было отдать, называла ФИО7 В 2014 года ФИО1 приглашала к себе в кабинет ее, ФИО7 и ФИО8, в ходе беседы пояснила, что ее заработная плата значительно меньше, чем заработная плата заместителей, сказала, что ей нужно будет передавать денежные средства, которые будут начисляться вместе с заработной платой в качестве повышенной премии. Возражать ФИО1 она не стала. Какие конкретно премии завышались, ей не известно.

Таким образом, показания допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО7, ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО8 опровергают показания подсудимой ФИО1 о том, что к начислению вышеуказанным сотрудникам премий в увеличенном размере она непричастна и никаких денежных средств от них не получала, и подтверждают факты начисления указанным свидетелям премий в увеличенном размере и последующего получения ФИО1 денежных средств наличными через ФИО7

Кроме того, показаниями указанных свидетелей подтверждается тот факт, что начисление премий в увеличенном размере производилось по указанию их руководителя ФИО1

Не доверять показаниям свидетелей ФИО7, ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО8 у суда оснований не имеется, поскольку их показания по основным юридически значимым моментам последовательны, непротиворечивы и согласуются с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании. Поводов для оговора ФИО1 указанными свидетелями в судебном заседании установлено не было, как и не было установлено наличие неприязненных отношений между этими свидетелями и подсудимой. Именно показания свидетелей ФИО7, ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО8 суд признает достоверными, достаточными и изобличающими ФИО1 в инкриминируемом ей преступлении.

Доводы ФИО1 о том, что ФИО7 имеет повод ее оговаривать, поскольку имел место факт увольнения отца ФИО7 из учреждения, суд находит несостоятельным. Как пояснила в судебном заседании свидетель ФИО7, действительно ее отец ФИО14 работал в <данные изъяты>» <данные изъяты> и был уволен ФИО1 в связи с наличием у него судимости. В последующем ее отец обжаловал увольнение в судебном порядке и был восстановлен на работе. Суд полагает, что имевший место факт увольнения отца ФИО7, который в последующем был восстановлен на работе, сам по себе не может свидетельствовать о наличии у свидетеля оснований оговаривать ФИО1, поскольку в конечном итоге данная ситуация не имела для семьи ФИО7 негативных последствий, которые бы в дальнейшем послужили основанием оговаривать ФИО1 в совершении преступления. Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что ФИО7 не является единственным свидетелем, сообщившим о преступной деятельности ФИО1

Доводы стороны защиты о том, что свидетели ФИО11. ФИО9, ФИО10 и ФИО8 также оговаривают ФИО1, поскольку находятся в хороших отношениях как с ФИО7, так и между собой, суд находит надуманными, и расценивает данный довод как способ защиты от предъявленного обвинения. Вышеуказанные свидетели являются сотрудниками одного учреждения, и тот факт, что между ними имеют место быть хорошие отношения, не может свидетельствовать о том, что указанные свидетели оговаривают подсудимую.

Также суд находит несостоятельными доводы стороны защиты о том, что ФИО1, принимая 13 апреля 2016 года денежные средства от ФИО7, полагала, что они являются платой ФИО7 за крем, который подсудимая привезла для нее из <данные изъяты>. Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля ФИО7, данных ею в ходе предварительного следствия, и которые она подтвердила в судебном заседании, следует, что каких-либо долговых обязательств у нее перед ФИО1 не было, крем был привезен ей в подарок.

Не ставят под сомнения вышеуказанные показания свидетелей и доводы стороны защиты о том, что инкриминируемые периоды, когда ФИО7 передавала последней денежные средства, ФИО1 находилась в отпуске, в том числе с выездом за пределы России. Так, в судебном заседании было установлено, что ФИО1 находилась в очередных отпусках с 02 марта по 16 марта 2015 года, 02 июля 2015 года, с 10 августа по 16 августа 2015 года, с 01 марта по 15 марта 2016 года, тогда как согласно показаниям свидетеля ФИО7, и установлено в судебном заседании, последняя собирала денежные средства, предназначаемые для ФИО1, в указанные месяцы с 10 по 31 марта 2015 года, с 10 по 31 августа 2015 года, с 10 по 31 марта 2016 года, при этом денежные средства ФИО1 всегда передавала после того, как та выходила из отпуска.

Помимо показаний вышеуказанных свидетелей, вина ФИО1 в инкриминируемом ей преступлении также подтверждается и показаниями допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля старшего оперуполномоченного по особо важным делам Управления ФСБ России по Ульяновской области ФИО18, который в судебном заседании показал, что в марте 2016 года в Управление поступила информация о том, что руководитель ФКУ «Главною бюро медико-социальной экспертизы по Ульяновской области» ФИО1 причастна к незаконному получению денежных средств от подчиненных ей сотрудников. В целях проверки полученной информации был организован и проведен комплекс оперативно-розыскных мероприятий. В ходе проведения ОРМ было установлено, что 22 марта 2016 года при встрече ФИО7 и ФИО8 последняя передала ФИО7 20 000 рублей для последующей их передачи ФИО1, при этом ФИО7 пояснила ФИО8, что она должна передать еще 5 720 рублей. Далее 12 апреля 2016 года при встрече указанных лиц ФИО8 передала ФИО7 14 350 рублей для последующей передачи ФИО1, в этот же день ФИО7 в кабинете ФИО1 передала последней денежные средства в сумме 40 000 рублей, которые ранее были получены от сотрудников учреждения ФИО8, ФИО10, ФИО6 и ФИО9 Также было зафиксировано, что в ходе данной встречи ФИО7 сообщила ФИО1, что в переданных денежных средствах еще не хватает ее (ФИО4) денежных средств. 13 апреля 2016 года в связи с заявлением ФИО7 о преступлении, было проведено мероприятие «оперативный эксперимент» с участием ФИО7, которой в присутствии понятых были вручены денежные средства в размере 20 000 рублей, именно эту сумму ФИО7 должна была отдать ФИО1, поскольку накануне уже передала ей 40 000 рублей. В этот же день ФИО7 встретилась с ФИО1 в кабинете последней и передала ей ранее врученные денежные средства, после чего ФИО1 была задержана. Кроме того, 13 апреля 2016 года в УФСБ России по Ульяновской области с заявлениями обратились и другие работники данного учреждения, которые также сообщили о передаче ФИО1 денежных средств из их заработной платы.

В судебном заседании была также допрошена в качестве свидетеля ФИО15, которая 13 апреля 2016 года участвовала в качестве понятой при проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», указанный свидетель пояснила, что в ее присутствии, а также в присутствии еще одной понятой ФИО7 были вручены денежные средства в размере 20 000 рублей. Примерно через два часа она и еще одна понятая совместно с сотрудниками УФСБ по Ульяновской области и следователем зашли в кабинет ФИО1 – руководителя ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ульяновской области», расположенного по адресу: <адрес>. В это время в кабинете находилась ФИО1 и ФИО7, которой ранее были вручены денежные средства. В ходе осмотра кабинета ФИО1 из сумки достала денежные средства и кошелек, среди всех обнаруженных денежных средств были и те денежные средства, которые ранее вручались ФИО7 По окончании оперативного эксперимента все участвующие лица расписались в протоколе осмотра места происшествия, зафиксировав правильность отраженного в нем процессуального действия.

Обстоятельства, изложенные в показаниях свидетелей, объективно подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, факт получения ФИО1 13 апреля 2016 года денежных средств от ФИО7 в размере 20 000 рублей объективно подтверждается материалами проведенного оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент».

В частности, из содержания протокола вручения денежных средств от 13 апреля 2016 года следует, что в указанный день ФИО7 в присутствии понятых были вручены денежные средства в размере 20 000 рублей (т.1 л.д.151-152).

Факт передачи ФИО7 указанных денежных средств ФИО1 объективно подтверждается протоколом осмотра предметов от 01 июня 2016 года, согласно которому объектом осмотра явился CD-R диск с видеозаписью «оперативного эксперимента», проведенного 13 апреля 2016 года с участием ФИО7, на видеозаписи зафиксирован факт передачи ФИО7 денежных средств ФИО1, которые последняя убрала в ящик своего рабочего стола (т.3 л.д.107-126).

В последующем денежные средства, которые ФИО7 в ходе оперативного эксперимента передала ФИО1, были обнаружены в рабочем кабинете последней, что подтверждается протоколом осмотра места происшествия от 13 апреля 2016 года, из содержания которого следует, что в служебном кабинете руководителя <данные изъяты>» ФИО1 в числе прочего были обнаружены и изъяты денежные средства в размере 20 000 рублей, которые незадолго до этого были вручены ФИО7 для передачи ФИО1, указанные денежные средства в последующем были осмотрены в установленном законом порядке (т.1 л.д.90-107, т.2 л.д.1-35).

Также из содержания протокола осмотра места происшествия от 29 марта 2017 года с участием ФИО7 следует, что объектом осмотра явилось административное здание, расположенное по адресу: <адрес> (прежнее местонахождение <данные изъяты>). Участвующая в осмотре свидетель ФИО7 указала на кабинет №, пояснив, что ранее данный кабинет являлся служебным кабинетом ФИО1, в котором она (ФИО7) ежемесячно с марта 2015 года по март 2016 года передавала ФИО1 по ее указанию денежные средства, собранные ею (ФИО7), ФИО6, ФИО9, ФИО10, ФИО8 (т.1 л.д.192-195).

Также в ходе предварительного следствия были осмотрены и другие видеозаписи, полученные при проведении оперативно-розыскных мероприятий «Наблюдение», подтверждающие факты сбора и передачи денежных средств, предназначенных для ФИО1

В частности факт передачи ФИО8 22 марта 2016 года денежных средств ФИО4 в размере 20 000 рублей для их последующей передачи ФИО1 объективно подтверждается протоколом осмотра предметов от 01 июня 2016 года, из содержания которого следует, что объектом осмотра являлся CD-R диск с видеозаписью результатов ОРМ «Наблюдение» от 22 марта 2016 года, на которой зафиксирован разговор между ФИО7 и ФИО8 в машине последней, где ФИО7 передает ФИО17 для последующей передачи ФИО1 денежные средства в размере 20 000 рублей, и ФИО7 сообщает ФИО8, что та должна еще передать для ФИО1 5 720 рублей, объясняя каким образом складывается такая сумма, на что ФИО8 соглашается (т.3 л.д.107-126).

В судебном заседании свидетели ФИО8 и ФИО7 подтвердили, что 22 марта 2016 года состоялась их встреча в автомобиле ФИО8, где последняя передала ФИО7 деньги в размере 20 000 рублей, предназначенные для ФИО1, это была часть начисленной ФИО8 завышенной премии за февраль 2016 года, при этом ФИО8 должна была передать ФИО7 для ФИО1 еще 5 720 рублей, а всего 25 720 рублей.

Также при осмотре предметов был осмотрен CD-R диск с видеозаписью, полученной в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», проведенного 12 апреля 2016 года, на которой зафиксировано как ФИО7 подходит к автомобилю, в котором сидит ФИО8, в ходе разговора между ними последняя передает ФИО7 денежные средства в размере 14 350 рублей, поясняя для кого они предназначены (т.3 л.д.107-126).

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО7 и ФИО8 подтвердили тот факт, что 12 апреля 2016 года действительно между ними состоялась встреча, где ФИО8 передала ФИО7 денежные средства в размере 14 350 рублей для последующей передачи ФИО1, которые являются повышенной премией, начисленной ФИО8 за март 2016 года.

Показания ФИО7 в той части, что 12 апреля 2016 года она в служебном кабинете ФИО1 передала последней денежные средства в размере 40 000 рублей, пояснив при этом ФИО1, что еще не хватает ее (ФИО7) денежных средств в размере 20 000 рублей, объективно подтверждается протоколом осмотра CD-R диска с видеозаписью, полученной в ходе проведенного 12 апреля 2016 года оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», на которой зафиксирован факт того, как ФИО7, находясь в служебном кабинете ФИО1, передает последней денежные средства, поясняя при этом, что там нет ее (ФИО7) части денег из-за проблем, возникших с банковской картой (т.3 л.д.107-129).

При проведении оперативно-розыскных мероприятий суд не усматривает каких-либо существенных нарушений Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», которые влекли бы исключение результатов оперативно-розыскных мероприятий из числа доказательств по делу.

В ходе оперативно-розыскных мероприятий сотрудники правоохранительных органов выполняли свои служебные обязанности, в связи с чем никакой личной заинтересованности в исходе дела не имели. У суда отсутствуют объективные данные, которые давали бы основание считать, что доказательства по делу сфальсифицированы. Проводимые мероприятия являлись проверкой поступившей оперативной информации о причастности подсудимой к незаконному получению денежных средств от подчиненных ей сотрудников, которая, в конечном итоге, подтвердилась.

Доводы стороны защиты о том, что оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО1 были проведены без достаточных законных оснований, нельзя признать состоятельными. Так, из содержания постановлений от 21 марта 2016 года, 12 апреля 2016 года (два постановления) и 13 апреля 2016 года усматривается, что оперативно-розыскные мероприятия «Наблюдение» и «Оперативный эксперимент» проводились с целью выявления, пресечения и раскрытия возможной противоправной деятельности ФИО1, связанной с получением денежных средств от подчиненных ей сотрудников. Все вышеуказанные постановления утверждены уполномоченным должностным лицом.

Доводы стороны защиты о признании протокола вручения денежных средств ФИО7 недопустимым доказательством ввиду того, что свидетель ФИО18 в судебном заседании пояснил, что денежные средства, которые были вручены ФИО7, принесла сама ФИО7, не могут служить основанием для исключения из числа допустимых доказательств оспариваемого протокола вручения денежных средств.

В судебном заседании было установлено, что денежные средства ФИО7 вручались в присутствии понятых, номера купюр фиксировались в протоколе вручения денежных средств, с которым ознакомились все участвующие лица, подтвердив своими подписями правильность отраженного в нем мероприятия. При этом, вопреки доводам стороны защиты, факт принадлежности врученных денежных средств тому либо иному конкретному лицу либо органу, не имеет какого-либо процессуального значения.

Доводы стороны защиты о том, что в материалах дела отсутствует заявление ФИО7 о добровольном участии в проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», не ставит под сомнение обоснованность и законность его проведения, поскольку допрошенные в судебном заседании свидетель ФИО18, а также сама ФИО7 подтвердили, что участие последней в «оперативном эксперименте» было добровольным, никакого давления на свидетеля ФИО7 со стороны правоохранительных органов оказано не было.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что указанные доказательства были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются допустимыми и не нарушают право подсудимой на защиту.

Помимо вышеприведенных доказательств, показания свидетеля ФИО7 о том, каким образом рассчитывалась сумма, необходимая для передачи ФИО1, согласуется с исследованным в судебном заседании заключением специалиста № от 08 апреля 2017 года, в выводах которого указаны сведения о размере денежных средств, подлежащих передаче ФИО1, с учетом представленных на исследование ведомостей по заработной плате за 2015 и 2016 годы и показаний самой ФИО7 о порядке расчета завышенных премий, подлежащих передаче ФИО1 Выводы указанного заключения в целом подтверждают показания свидетеля ФИО7 о том, каким образом рассчитывались суммы завышенных премий, начисляемых ФИО7, ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО8 в 2015 и 2016 годах, в последующем подлежащих передаче ФИО1 (т.3 л.д.143-161).

При этом суд, считая доказанным размер причиненного преступными действиями ФИО1 ущерба, исходит из фактического размера денежных средств, которые, с учетом показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО7, ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО8, были переданы ФИО1, называвшей конкретные суммы, которые следовало передать ей каждым из сотрудников через ФИО7

Суд принимает во внимание содержащиеся в заключении специалиста выводы, касающиеся расчета подлежащих передаче подсудимой денежных сумм, и полагает, что имеющиеся незначительные расхождения относительно переданных подсудимой сумм денежных средств в сравнении с показаниями вышеуказанных свидетелей были обусловлены тем, что при расчете размера денежных средств специалист исходил из сведений документального характера и показаний свидетеля ФИО7 в части сложившегося общего порядка определения премий, но без учета показаний свидетелей в той части, в которой они конкретизируют обстоятельства, связанные с передачей ФИО1 денежных средств, в зависимости от того или иного определенного периода времени, уточняют факты передачи ей денежных средств в виде части получаемых накануне повышенных премий либо же их формирования из сумм премий, начисленных им за предыдущие месяцы.

В целом показания свидетелей и заключение специалиста не содержат существенных противоречий, взаимодополняют друг друга и позволяют установить фактические обстоятельства дела, а потому суд учитывает их в подтверждение выводов о виновности ФИО1 в содеянном в совокупности с иными доказательствами.

Доводы стороны защиты о признании данного доказательства недопустимым ввиду того, что из заключения специалиста не понятно на основании какого постановления следователя было проведено исследование, поскольку отсутствуют сведения о дате вынесения такого постановления, не являются основанием для признания данного заключения недопустимым доказательством, поскольку данное заключение содержит сведения об уголовном деле, по материалам которого проводится исследование, перечень вопросов, поставленных перед специалистом, который совпадает с перечнем вопросов, указанных в постановлении следователя о назначении документального исследования от 06 апреля 2017 года, с которым сторона защиты была ознакомлена, что в свою очередь не ставит под сомнение законность оснований, послуживших для проведения данного исследования.

Также суд находит необоснованными и доводы стороны защиты, просившей признать недопустимым доказательством вышеуказанное заключение специалиста, указывая на то, что в исследуемой части заключения отсутствует как таковое исследование, поскольку нет сведений об исследуемых документах, не отражены полные сведения о принадлежности расчетных ведомостей к какой-либо организации, о том, кто их составлял и подписывал, и кто был ответственным за их составление. Вопреки доводам стороны защиты из содержания заключения специалиста № следует, что для проведения исследования были предоставлены расчетные ведомости по заработной плате за 2015, 2016 года и протокол дополнительного допроса свидетеля ФИО7 от 09 сентября 2016 года. В исследовательской части заключения приведены расчеты денежных средств, подлежащие передаче ФИО1, с учетом ведомостей по заработной плате и показаний свидетеля ФИО7 о том, каким образом рассчитывались суммы, подлежащие передаче ФИО1

То обстоятельство, что в исследовательской части заключения специалиста не приведены подробно сведения о принадлежности расчетных ведомостей к какой-либо организации, о том, кто их составлял и подписывал, и кто был ответственным за их составление, никоим образом не умаляет данный документ с точки зрения доказательственного значения, который в соответствии с положениями пункта 3.1 части 2 статьи 74 УПК РФ является доказательством по уголовному делу и оценивается судом в совокупности со всеми исследованными в судебном заседании доказательствами.

Показания свидетеля ФИО7 о завышенных премиях, начисляемых ей (ФИО7), ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО8, размер которых устанавливался ФИО1 и которые в последующем подлежали передаче последней, объективно подтверждаются имеющимися в материалах дела копиями приказов по основной деятельности за 2015 и 2016 годы, отражающих сведения о премировании вышеуказанных лиц, а также расчетными ведомостями по заработной плате за 2015 и 2016 годы, обнаруженными и изъятыми 14 апреля 2016 года при проведении обыска в помещениях ФКУ <данные изъяты> которые в последующем в установленном законом порядке были осмотрены (т.3 л.д.100-106, т.2 л.д.1-35, 171-314).

Тот факт, что ФИО8 – <данные изъяты>, ФИО11 – <данные изъяты>, ФИО9 – <данные изъяты>, ФИО10 – <данные изъяты> и ФИО7 – <данные изъяты> являлись работниками <данные изъяты>, руководителем которого являлась ФИО1 подтверждается копиями их должностных инструкций, а также копиями их личных дел, включающих в себя в числе прочего копии трудовых договоров, обнаруженными и изъятыми 14 апреля 2016 года при проведении обыска в помещениях <данные изъяты>, которые в установленном законом порядке были также осмотрены (т.2 л.д.1-35, 51-53, 54-56, 67-59, 60-62, 134-142, 143-147, 148-155, 156-163, 164-170, т.3 л.д.100-106).

Факт замещения ФИО1 в период осуществления преступной деятельности должности руководителя <данные изъяты> подтверждается копией личного дела ФИО1, в том числе приказом руководителя <данные изъяты> №л от 08 сентября 2010 года, приказами Министра <данные изъяты> №-кр от 12 сентября 2013 года и №-кр от 11 сентября 2015 года, копией трудового договора от 08 сентября 2010 года, из содержания которого следует, что ФИО1 являясь <данные изъяты> – единственным исполнительным органом Учреждения, самостоятельно решает все вопросы деятельности Учреждения, за исключением вопросов, отнесенных законодательством РФ к ведению иных органов; вправе в числе прочего применять к работникам Учреждения меры дисциплинарного взыскания и поощрения в соответствии с действующим законодательством; обязана в числе прочего обеспечивать своевременную выплату заработной платы, надбавок, пособий и иных выплат работникам Учреждения в денежной форме (т.2 л.д.1-35, 63-133).

Согласно положению об оплате труда работников <данные изъяты>, которое является приложением к коллективному договору, утвержденному ФИО1 и председателем совета трудового коллектива учреждения, ФИО1, являясь руководителем учреждения, назначала каждому работнику учреждения ежемесячные и квартальные премии, ежемесячные надбавки, выплаты стимулирующего характера, выплаты за работу в выходные и праздничные дни, ежемесячно и ежеквартально определяла денежное вознаграждение работников возглавляемого ей учреждения. При этом максимальным размером указанные выплаты не ограничены (т.3 л.д.171-207).

Анализируя всю совокупность представленных доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд приходит к выводу о том, что ФИО1, используя свое служебное положение, занимая должность руководителя <данные изъяты>, из корыстных побуждений путем присвоения похитила денежные средства в размере 789 060 рублей, то есть в крупном размере, принадлежащие <данные изъяты>, при установленных выше обстоятельствах.

Признавая подсудимую виновной, суд берет за основу показания свидетелей ФИО7, ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО8 о передаче ФИО1 по ее указанию денежных средств, начисляемых им в заработную плату в виде повышенных выплат, а также показания свидетеля ФИО7 об обстоятельствах своего участия в оперативно-розыскном мероприятии «Оперативный эксперимент»; показания свидетеля ФИО18 о результатах проведенных в отношении ФИО1 оперативно-розыскных мероприятиях «Наблюдение» и «Оперативный эксперимент»; полученные в ходе проведения оперативно-розыскной деятельности видеозаписи, подтверждающие факты сбора ФИО7 денежных средств с сотрудников учреждения и передачи денежных средств ФИО1; приказы о премировании; заключение специалиста, подтверждающее показания ФИО7 в части метода расчета суммы, необходимой для передачи ФИО1; документы, подтверждающие служебное положение ФИО1, а также подчиненных ей сотрудников ФИО7, ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО8; иные доказательства.

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств суд квалифицирует действия подсудимой ФИО1 по части 3 статьи 160 УК РФ как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

Давая вышеуказанную юридическую оценку содеянному, суд исходит из того, что ФИО1, являясь руководителем <данные изъяты>, противоправно, из корыстных побуждений обратила вверенные ей денежные средства в крупном размере в свою пользу против воли собственника и распорядилась ими по своему усмотрению.

Суд считает, что квалифицирующий признак преступления «совершенное лицом с использованием своего служебного положения» нашел свое подтверждение в ходе судебного заседания, поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что ФИО1 на основании приказа руководителя <данные изъяты> №л от 08 сентября 2010 года, приказов <данные изъяты> №-кр от 12 сентября 2013 года и №-кр от 11 сентября 2015 года, была назначена на должность руководителя – главного эксперта по медико-социальной экспертизе <данные изъяты>, и на основании Устава Учреждения осуществляла управление Учреждением на основе единоначалия, организовывала работу и несла персональную ответственность за его деятельность в пределах своей компетенции, была наделена полномочиями по изданию приказов и распоряжений, даче указаний, обязательных для всех работников Учреждения, имела заместителей. Кроме этого, согласно трудовому договору ФИО1, последняя, являясь единоличным исполнительным органом учреждения, осуществляла текущее руководство его деятельностью, имела право на осуществление в установленном порядке приема на работу работников учреждения, а также заключение, изменение и расторжение трудовых договоров с ними; распределение обязанностей между своими заместителями, а в случае необходимости, передачу им части своих полномочий в установленном порядке; поощрение работников учреждения; привлечение работников учреждения к дисциплинарной и материальной ответственности в соответствии с законодательством РФ.

При этом способом совершения хищения денежных средств явилось непосредственное использование ФИО1 своих организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций, исходя из занимаемого ею служебного положения и реализации в связи с этим полномочий, связанных с распоряжением денежными средствами <данные изъяты>, вверенных ей в связи с занимаемой ею должностью.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1, начисляя работникам заработную плату, включающую в себя различные премии и иные выплаты, строго руководствовалась вышеуказанным положением об оплате труда, что в свою очередь подтверждается периодическими финансовыми проверками Учреждения, по итогам которых каких-либо нарушений, связанных с начислением оплаты труда, выявлено не было, при этом максимальный размер премий ничем ограничен не был, не может свидетельствовать о непричастности ФИО1 к инкриминируемому ей преступлению, исходя из установленных фактических обстоятельств дела.

В судебном заседании на основании совокупности исследованных доказательств с достоверностью установлено, что ФИО1 реализуя свой преступный умысел, направленный на присвоение, выбрала способ хищения вверенных ей денежных средств, исключающий выявление ее преступной деятельности, которой она придала видимость законной, используя свое служебное положение (под видом легального премирования подчиненных сотрудников), в результате чего на протяжении достаточно длительного периода времени продолжала реализацию своей преступной деятельности, причинив в итоге <данные изъяты> ущерб в крупном размере.

С учетом примечания 4 к статье 158 УК РФ, из содержания которого следует, что крупным размером в статьях главы 21 УК РФ, за исключением частей шестой и седьмой статьи 159, статей 159.1, 159.3, 159.5 и 159.6, признается стоимость имущества, превышающая 250 000 рублей, нашел свое подтверждение и квалифицирующий признак преступления «совершенное в крупном размере», поскольку судом признан доказанным факт причинения преступными действиями ФИО1 ущерба на сумму 789 060 рублей.

Приходя к такому выводу, суд исходит из того, что органами следствия инкриминировалась сумма ущерба, причиненного <данные изъяты> в размере 843 692 рубля, при этом в судебном заседании было установлено, что в апреле 2016 года для ФИО1 были собраны денежные средства в размере 94 632 рубля, однако из указанной суммы подсудимой 12 апреля 2016 года было передано лишь 40 000 рублей, после чего преступная деятельность ФИО1 была пресечена при передаче ей в ходе оперативно-розыскного мероприятия 20 000 рублей. Таким образом, денежными средствами в размере 20 000 рублей, а также оставшейся частью денежных средств в размере 34 632 рубля из числа изначально предназначавшихся для подсудимой (в общей сумме 94 632 рубля), то есть всего в размере 54 632 рубля ФИО1 реально не поступали в ее распоряжение, а поэтому суд исключает указанную сумму из размера причиненного ущерба.

С учетом пояснений свидетелей в судебном заседании о том, что часть денежных средств оставалась на общие нужды после передачи ФИО1 необходимой суммы, которую она ежемесячно называла, суд не находит оснований для уменьшения размера причиненного преступными действиями подсудимой материального ущерба в остальной части, поскольку в судебном заседании установлено, что оставшимися денежными средствами распоряжалась только ФИО1, несмотря на то, что хранились они в сейфе учреждения, при этом подсудимая сама определяла цели, на которые тратила оставшиеся денежные средства. Кроме того, как пояснила в судебном заседании свидетель ФИО7, в декабре 2015 года для ФИО1 была собрана сумма 47 829 рублей, и, поскольку в указанный месяц она должна была передать подсудимой деньги в сумме 60 000 рублей, недостающую сумму она взяла из тех денежных средств, которые оставались в сейфе, ранее собранных для ФИО1

ФИО1 на учетах в психиатрической и наркологической больницах не состоит, поведение подсудимой в судебном заседании не вызывает сомнений в ее вменяемости, в связи с чем суд признает ФИО1 вменяемой и подлежащей уголовной ответственности.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимой, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни ее семьи.

ФИО1 не судима, к административной ответственности не привлекалась, по месту жительства характеризуется положительно, в конфликтных ситуациях, нарушении общественного порядка и злоупотреблении спиртными напитками замечена не была, жалоб и заявлений на нее не поступало, по месту осуществления трудовой деятельности характеризуется с положительной стороны, как высокопрофессиональный специалист.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств у ФИО1 суд признает и учитывает состояние здоровья подсудимой и ее родственников, трудовые заслуги ФИО1, которая имеет высшую квалификационную категорию, наличие почетных грамот, поощрений, а также те обстоятельства, что ФИО1 является <данные изъяты>

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

Обсуждая вопрос о мере наказания, суд с учетом содеянного, всех обстоятельств дела, данных о личности подсудимой и ее материального положения, а также исходя из совокупности смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих обстоятельств, приходит к выводу, что достижение целей наказания, в том числе исправления ФИО1, предупреждения совершения ею новых преступлений и восстановления социальной справедливости, возможно в условиях назначения ей наказания в виде штрафа.

При этом суд не усматривает оснований для применения в отношении подсудимой при назначении наказания положений статьи 64 УК РФ, поскольку по делу отсутствуют какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, а также иные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления.

Размер наказания в виде штрафа суд определяет с учетом предусмотренных частью 3 статьи 46 УК РФ требований, принимает при этом во внимание тяжесть совершенного ФИО1 преступления, а также учитывает ее имущественное положение, в частности то, что в настоящее время она является <данные изъяты>

Исходя из положений статьи 43 УК РФ, суд считает, что иное наказание не будет способствовать восстановлению социальной справедливости и исправлению подсудимой.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ.

Учитывая, что возможность применения положений статьи 73 УК РФ в случае назначения наказания в виде штрафа не предусмотрена законом, правовых оснований к обсуждению вопроса об условном осуждении не имеется.

Прокурором Засвияжского района г.Ульяновска был предъявлен гражданский иск о возмещении материального ущерба и взыскании с ФИО1 в пользу <данные изъяты> в счет возмещения материального ущерба 843 692 рублей. Данные исковые требования были подтверждены в судебном заседании государственным обвинителем.

Представитель потерпевшего ФИО13 исковые требования прокурора поддержала, просила иск удовлетворить в полном объеме.

Подсудимая ФИО1 с исковыми требованиями не согласилась, просила отказать в удовлетворении заявленного гражданского иска.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса РФ заявленный гражданский иск о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, подлежит частичному удовлетворению на сумму 789 060 рублей, поскольку приговором признана доказанной виновность подсудимой в присвоении принадлежащих <данные изъяты> денежных средств на указанную сумму.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется положениями статьи 81 УПК РФ. При этом изъятые у ФИО1 денежные средства в размере 39 500 рублей суд полагает необходимым вернуть подсудимой, поскольку доказательств их преступного происхождения стороной обвинения не представлено, в рамках производства по делу на них не налагался арест с целью обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска либо их возможной конфискации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 160 УК РФ, и назначить ей наказание в виде штрафа в размере 300 000 (трехсот тысяч) рублей.

Штраф подлежит оплате по следующим реквизитам: УФК по Ульяновской области (Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Ульяновской области), юридический адрес: 432970, <...> д,124, ИНН/КПП <***>/732501001, л/с <***> в УФК по Ульяновской области, БИК 047308001 Отделение Ульяновск р/с <***>, КБК 41711621010016000140 (денежные взыскания (штрафы) и иные суммы, взыскиваемые с лиц, виновных в совершении преступлений, возмещение ущерба имуществу), ОКТМО 73701000 – Муниципальное образование Ульяновской области город Ульяновск.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск прокурора Засвияжского района г.Ульяновска удовлетворить частично, взыскать с ФИО1 в пользу <данные изъяты> в счет возмещения причиненного материального ущерба 789 060 (семьсот восемьдесят девять тысяч шестьдесят) рублей.

Вещественные доказательства:

- 13 билетов Банка России достоинством по 1 000 рублей каждый с номерами и сериями: №; ГН №; КВ 5573253; чГ №; ВБ №; ьО №; МЧ №; кБ №; ьЗ №; КИ №; СИ №; ОЬ №, 5 билетов достоинством по 5 000 рублей каждый с номерами и сериями: еч №; гл №; ге №; АО №; гт №; 1 билет Банка России достоинством 500 рублей с серией и номером: ЕА №; 1 билет Банка России достоинством 1 000 рублей с серией и номером: ег №, хранящиеся в камере вещественных доказательств отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Ульяновской области, – вернуть ФИО1;

- 4 билета Банка России достоинством по 5 000 рублей каждый с номерами и сериями ИЭ №; БО №; ИЭ №; ИЧ №, которые вручались ФИО7 в ходе ОРМ «Оперативный эксперимент», хранящиеся в камере вещественных доказательств отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Ульяновской области, – вернуть в УФСБ России по Ульяновской области;

- расчетную ведомость за март 2016 года; Устав <данные изъяты>», утвержденный приказом <данные изъяты> от 19.05.2011 № у, на 14 листах; Изменения в Устав, утв. Приказом № от 25.09.2012 № на 5 листах; Изменения в Устав, утв. <данные изъяты> от 01.07.2013 № на 1 листе; Изменения в Устав, утв. <данные изъяты> от 29.01.2013 № на 1 листе; Изменения в Устав, утв. <данные изъяты> от 06.04.2015 № на 1 листе; Должностная инструкция главного экономиста ФИО6 № от 14.10.2014 на 4 листах; Должностная инструкция начальника планово-финансового отдела – заместителя главного бухгалтера ФИО9 № от 14.10.2014 на 5 листах; Должностная инструкция главного бухгалтера ФИО7 № от 14.10.2014 на 5 листах; Должностная инструкция заместителя руководителя по общим вопросам деятельности учреждения ФИО10 № от 14.10.2014 на 6 листах; Должностная инструкция главного экономиста ФИО6 № от 14.10.2014 на 4 листах; Должностная инструкция заместителя руководителя по экспертной работе - врача по <данные изъяты> ФИО8 № от 14.10.2014 на 6 листах; Личное дело ФИО1 № начато 05.01.2005 года на 124 листах; Личное дело ФИО8 №; № начато 01.04.2005 года на 147 листах; Личное дело ФИО9 №, № начато 03.02.2005 года на 97 листах; Личное дело ФИО10 №, № начато 01.01.2005 года на 75 листах; Личное дело ФИО7 №, № начато 01.02.2005 года на 75 листах; Личное дело ФИО6 №, № начато 01.01.2005 года на 75 листах; Папку Расчетные ведомости за 2016 год; Папку Расчетные ведомости за 2015 год; Папку Расчетные ведомости за 2014 год; Папку Расчетные ведомости за 2013 год; Папку-скоросшиватель с названием «Приказы по основной деятельности» <данные изъяты>. Начато 01.01.2016. Окончено 01.04.2016; Папку-скоросшиватель с названием «Приказы по основной деятельности» <данные изъяты>. Начато 01.01.2015. Окончено 30.04.2015; Папку-скоросшиватель с названием «Приказы по основной деятельности» <данные изъяты>. Начато 01.05.2015. Окончено 01.10.2015; Папку-скоросшиватель с названием «Приказы по основной деятельности» ФКУ <данные изъяты>. Начато 30.10.2015. Окончено 31.12.2015; Папку-скоросшиватель с названием «Приказы по основной деятельности № 1» <данные изъяты>. Начато 01.01.2014. Окончено 30.04.2014; Папку-скоросшиватель с названием «Приказы по основной деятельности № 2» <данные изъяты>. Начато 01.05.2014. Окончено 01.09.2014; Папку-скоросшиватель с названием «Приказы по основной деятельности № 3» <данные изъяты>. Начато 02.09.2014. Окончено 31.12.2014; Папку-скоросшиватель с названием «Приказы по основной деятельности» <данные изъяты>. Начато 01.01.2013. Окончено 01.07.2013; Папку-скоросшиватель с названием «Приказы по основной деятельности № 2» <данные изъяты>. Начато 01.07.2013. Окончено 26.12.2013, хранящиеся при материалах уголовного дела, – вернуть <данные изъяты>

- цифровой носитель информации диск CD-R, рег.№ от 25.03.2016 с аудиозаписью разговора ФИО7 и ФИО17 от 22.03.2016, цифровой носитель информации диск CD-R, рег.№ от 12.04.2016 с видео и аудио записями разговора ФИО7 и ФИО17 от 12.04.2016; цифровой носитель информации диск CD-R, рег.№ от 12.04.2016 с аудиовидеозаписью встречи ФИО1 и ФИО7 12.04.2016; цифровой носитель информации диск CD-R, рег.№ от 13.04.2016 с аудиовидеозаписью встречи ФИО1 и ФИО7 13.04.2016, хранящиеся при материалах уголовного дела – хранить при материалах уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Засвияжский районный суд г.Ульяновска в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Председательствующий И.А. Леонтьева