Апелляционное постановление № 22-3112/2020 от 23 июля 2020 г. по делу № 1-75/2020

Судья Овчинников Е.Ю. Дело № 22-3112/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Новосибирск 24 июля 2020 года

Суд апелляционной инстанции Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего судьи Прокоповой Е.А.,

при помощнике судьи Стуловой Н.Н.,

с участием

прокурора Новосибирской областной прокуратуры Бабенко К.В.,

адвоката коллегии адвокатов <данные изъяты>, представившего удостоверение и ордер №, Б.,

осуждённого ФИО1,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката К. на приговор <данные изъяты> районного суда <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, <данные изъяты>, проживающий до задержания по адресу – <адрес>, ранее судимый:

- ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> районным судом <данные изъяты> по ч.2 ст.160 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года условно с испытательным сроком 3 года;

- ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> районным судом <данные изъяты> по п. «в» ч.2 ст.158, ч.5 ст.69 УК РФ (с учетом приговора <данные изъяты> районного суда <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ) к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 4 месяца с отбыванием в исправительной колонии общего режима,

осужден по

- ст. 319 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ сроком на 10 месяцев с ежемесячным удержанием 10 % заработка в доход государства;

- ч. 2 ст.321 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, с учетом положений п. «в» ч.1 ст.71 УК РФ, ФИО1 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 1 месяц.

На основании ч. 4 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 3 месяца.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ окончательно ФИО1 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 3 месяца 3 дня с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ и до вступления приговора в законную силу зачтено в срок отбытия наказания из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешена судьба вещественного доказательства.

УСТАНОВИЛ:

приговором <данные изъяты> районного суда <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным и осужден за:

- публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей – младшего инспектор <данные изъяты> ФКУ ИК№ ГУФСИН России по <данные изъяты> Д. (преступление № 1);

- дезорганизацию деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, то есть применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, совершенное в отношении сотрудника места лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности, – младшего инспектор <данные изъяты> ФКУ ИК№ ГУФСИН России по <данные изъяты> Д. (преступление № 2).

Преступления совершены ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес> при обстоятельствах, установленных приговором суда.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя в совершении преступлений не признал.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат К., ссылаясь на незаконность, необоснованность состоявшегося в отношении ФИО1 приговора, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, ставит вопрос об отмене обжалуемого судебного акта и оправдании его подзащитного за отсутствием в действиях последнего составов преступлений.

При этом автор жалобы считает, что выводы суда основаны на предположениях, виновность ФИО1 не подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами, а доводы последнего о не совершении им преступлений ничем не были опровергнуты.

Адвокат настаивает на том, что показания потерпевшего Д. не являются допустимым доказательством, поскольку последний заинтересован в исходе дела, оговорил ФИО1, эти показания противоречат другим доказательствам, в том числе видеозаписи произошедшего, согласно которой ФИО1 не оскорблял Д., не наносил тому удары.

Отмечает, что показания свидетелей Ш. и К. не свидетельствуют о применении ФИО1 насилия в отношении Д.; свидетель Т. подтвердил показания ФИО1 о том, что последний не бил Д., не оскорблял его.

К показаниям свидетеля Б. адвокат считает нужно отнестись критически, поскольку он является сотрудником ФКУ ИК№ ГУФСИН России по <данные изъяты> и сослуживцем потерпевшего, его показания противоречат иным доказательствам.

В судебном заседании осужденный ФИО1 в режиме видеоконференц-связи и адвокат Б. поддержали доводы апелляционной жалобы.

Прокурор Бабенко К.В. полагал, что приговор суда подлежит изменению, а апелляционная жалоба адвоката К. оставлению без удовлетворения.

Заслушав мнение участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как видно из содержания приговора, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осуждён, основаны на исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательствах, оценка которым дана в соответствии с положениями ст.ст.17, 88 УПК РФ. В этой связи доводы жалобы адвоката К. о недоказанности вины ФИО1 не являются состоятельными.

Так, в основу осуждения ФИО1 положены, в том числе:

- показания потерпевшего Д., который является сотрудником ФСИН и ДД.ММ.ГГГГ вместе с Б. находился при исполнении своих должностных обязанностей в ФКУ ИК№ ГУФСИН России по <данные изъяты>; около 17 часов 30 минут, когда он производил осмотр помещения 8 отряда колонии, осужденный ФИО1 стал от него уходить, заподозрив, что при последнем могут находиться запрещенные предметы, он пошел за ним, остановив ФИО1, стал производить его досмотр, в паховой области у осужденного был обнаружен предмет, на ощупь похожий на мобильный телефон; ФИО1 достал телефон и зарядное устройство, бросил их в сторону осужденного Т., который подобрав телефон, пошел в расположение отряда; он попытался проследовать за Т., но ФИО1 схватил его (Д.) за форменное обмундирование и за руку, резко потянул на себя и стал выкручивать левую руку, нанес два удара в область груди, в результате чего он испытал сильную физическую боль, при этом ФИО1 высказывался в отношении него нецензурной бранью, унижающей его честь и достоинство как человека и сотрудника исправительного учреждения; он пытался вырваться из рук ФИО1, в результате чего последний потерял равновесие, и они вместе упали на землю, после чего ФИО1 перестал применять силу;

- показания свидетеля Б., аналогичные показаниям потерпевшего, который также пояснил, что Д. сообщил ему, что в результате действий ФИО1 он испытал сильную физическую боль.

Суд первой инстанции обоснованно признал приведённые выше показания допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку причин для оговора ФИО1 указанными лицами выявлено не было.Оснований полагать о наличии у потерпевшего и свидетеля Б. заинтересованности в неблагоприятном для ФИО1 исходе дела, связанной с осуществлением ими профессиональной деятельности, у суда не имелось.

Тот факт, что свидетель Б. является сотрудником ФКУ ИК№ ГУФСИН России по <данные изъяты> и сослуживцем потерпевшего, не свидетельствует о невозможности признания его показаний в качестве достоверных и допустимых доказательств, поскольку согласно ст.56 УПК РФ свидетелем может быть любое лицо, которому известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи показаний. Б. не является лицом, которое в соответствии с ч.3 ст.56 УПК РФ не подлежит допросу в качестве свидетеля, поэтому ссылка на его показания в приговоре не противоречит нормам уголовно-процессуального закона, в том числе положениям ст.61 УПК РФ.

Приведенные выше показания получены в рамках требований уголовно-процессуального закона, подробны, последовательны, согласуются с показаниями свидетелей Ш. и К., данными в ходе предварительного расследования, оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, в силу которых ДД.ММ.ГГГГ сотрудником исправительного учреждения Д. при проведении личного досмотра осужденного ФИО1 был обнаружен мобильный телефон, который Д. попытался забрать, в результате чего между ними завязалась борьба, в ходе которой ФИО1 оскорблял потерпевшего, выражался грубой нецензурной бранью.

Оснований полагать, что свидетелями Ш. и К., личные данные которых засекречены, показания даны в ходе предварительного расследования под давлением администрации указанного учреждения и следственных органов, не имеется, соответствующие протоколы допросов не содержат замечаний (л.д.56-58, 59-60).

Что касается показаний свидетеля Т., изменившего их в судебном заседании, на которые обращено внимание в жалобе, то суд достаточно убедительно привёл в приговоре мотивы, по которым показания этого свидетеля не могут исключать виновность ФИО1, поскольку Т. не являлся очевидцем рассматриваемых событий, в момент конфликта ушел в расположение отряда, что следует из показаний потерпевшего и самого Т., данных в ходе предварительного следствия.

Утверждение ФИО1 о том, что он не высказывал оскорбления в адрес сотрудника исправительного учреждения, судом первой инстанции верно признано несостоятельным и расценено как избранный способ защиты, поскольку опровергается совокупностью положенных в основу его осуждения доказательств.

Кроме того, вина осужденного объективно подтверждается письменными доказательствами, перечисленными в приговоре, полученными в соответствии с требованиями закона, в том числе: выписками из приказа №-лс от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.25), суточной ведомости надзора за осужденными в ФКУ ИК№ ГУФСИН России по <данные изъяты> (л.д.26-27), должностной инструкцией (т.1 л.д.29-34), подтверждающими факт нахождения Д. ДД.ММ.ГГГГ при исполнении своих должностных обязанностей сотрудников указанного учреждения; актом изъятия ДД.ММ.ГГГГ мобильного телефона у осужденного ФИО1(л.д.43); протоколом осмотра видеозаписи, согласно которой между Д. и ФИО1 происходит борьба, в ходе которой последний заводит руку Д. за спину, в этот момент к ним подбегает Т., поднимает с земли предмет черного цвета и убегает, борьба между Д. и ФИО1 продолжается, в ходе которой они падают на землю, поднимаются и заходят в помещение (л.д.63-65).

Проверив все доводы в защиту осуждённого, доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их друг с другом с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, как каждое в отдельности, так и в совокупности, оценив имеющиеся противоречия, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела. При этом в соответствии со ст. 307 УПК РФ в приговоре приведены убедительные мотивы, по которым одни доказательства приняты во внимание, а другие отвергнуты.

На основе анализа и оценки доказательств установив обстоятельства преступления, суд дал действиям ФИО1 юридическую оценку по ст.319 УК РФ как публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей и по ч.2 ст.321 УК РФ как дезорганизация деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, то есть применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, совершенное в отношении сотрудника места лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности.

Принимая во внимание вышеизложенное, оснований для оправдания ФИО1, вопреки доводам жалобы, не усматривается.

Что касается наказания, то при решении вопрос о его виде и размере судом были выполнены требования ст.60 УК РФ, устанавливающей общие начала назначения наказания.

Наказание за каждое из преступлений назначено ФИО1 в соответствии со ст.ст.60, 63, ч.2 ст.68 УК РФ.

Вместе с тем в соответствии с ч.3 ст.50 УК РФ при назначении наказания в виде исправительных работ из заработной платы осужденного производятся удержания в доход государства в размере, установленном приговором суда, в пределах от пяти до двадцати процентов.

Как следует из обжалуемого приговора, суд, назначая ФИО1 наказание за преступление, предусмотренное ст. 319 УК РФ, в виде исправительных работ, указал на ежемесячное удержание процентов из его заработной платы в доход государства, что в силу положений ст.50 УК РФ не требовалось, а потому такое указание подлежит исключению из резолютивной части приговора, что не влияет на выводы суда о размере назначенного ФИО1 наказания по данному преступлению, по совокупности преступлений и окончательного наказания.

Мотивы решения вопросов, касающихся назначения наказания ФИО1 по совокупности преступлений в виде реального лишения свободы, назначения окончательного наказания на основании ч.4 ст.74, ст.70 УК РФ и отсутствия оснований для применения положений ст.ст.64,73 УК РФ в приговоре судом приведены и не вызывают сомнений у суда апелляционной инстанции.

Учитывая наличие обстоятельства, отягчающего наказание, оснований для решения вопроса о применении ч.6 ст.15 УК РФ по преступлению № 2 у суда не имелось.

В данном случае наказание назначено ФИО1 в пределах, установленных уголовным законом, по своему виду и размеру соответствует целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, является соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенных им преступлений и его личности, закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости. Требования об индивидуальном подходе к назначению наказания выполнены, оснований для его смягчения при рассмотрении апелляционной жалобы не выявлено.

Вид исправительного учреждения и режим отбывания наказания определены в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Иных нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора, из материалов дела судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба (основная и дополнительная) адвоката К. удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь п.9 ч.1 ст.389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор <данные изъяты> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из резолютивной части указание об ежемесячном удержании процентов из заработка в доход государства;

- считать, что по ст. 319 УК РФ ФИО1 назначено наказание в виде исправительных работ сроком на 10 месяцев с удержанием 10% заработка в доход государства.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката К. - без удовлетворения.

Судья областного суда Е.А. Прокопова