Апелляционное определение от 11 октября 2018 г. по делу № 2-12/2018

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 11-АПУ18-17СП


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва «11» октября 2018 года

Судебная коллегия по уголовным делам

Верховного Суда Российской Федерации

в составе председательствующего Лаврова Н.Г., судей Романовой Т.А. и Кондратова П.Е., при ведении протокола секретарем Мамейчиком М.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по

апелляционным жалобам осужденных ФИО1, ФИО2, их

защитников - адвокатов И.Г.Барлевой и С.Г.Баляниной на приговор

Верховного Суда Республики Татарстан с участием присяжных заседателей от

25 мая 2018 года, по которому:

ФИО1, <...> судимости,

осужден к лишению свободы по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ (в редакции

Федерального закона РФ от 21 июля 2004 г. № 73-ФЗ) на 13 лет с отбыванием

в исправительной колонии строгого режима;

Русаков Артём Игоревич, <...>

<...>

<...>

<...> судимый 20 февраля

2008 года по ч.З ст. 30, п. «г» ч.З ст. 228.1, 64, ч.5 ст. 74, 70

УК РФ к лишению свободы на 5 лет 5 месяцев, освобождён

27 декабря 2011 года условно-досрочно на 1 год 1 месяц 17

дней,

осужден к лишению свободы по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона РФ от 21 июля 2004 г. № 73-ФЗ) на 13 лет.

На основании ч.5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний, назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на 17 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По этому же приговору оправдан ФИО3, который приговор не обжалован и в отношении которого представление не принесено.

Разрешены гражданские иски и вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Лаврова Н.Г., изложившего обстоятельства дела, доводы жалоб и возражений на них, выступление осужденных ФИО1, ФИО2, их защитников - адвокатов Барлевой ИГ. и Поддубного СВ., защитника Белавиной Ю.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Лох Е.Н., полагавшей приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

на основании вердикта коллегии присяжных от 14 мая 2018 года ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в умышленном убийстве М., совершённого группой лиц.

Преступление совершено в июле 2003 года в г. Казань Республики Татарстан при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах и дополнениях:

- осужденный ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым. Указывает, что дело рассмотрено с нарушением уголовно-процессуального закона, в деле отсутствует часть материалов предварительного расследования, собранных в 2003г., которые оправдывают его, в частности протоколы допросов, отпечатки пальцев, обуви, протокол осмотра автомобиля. Суд оставил без внимания доводы защиты о фальсификации некоторых документов, так подписи от имени свидетеля с

псевдонимом «Х<...>» и подписи от лица свидетеля С. выполнены одним и тем же лицом. Полагает, что стороне защиты необоснованно отказано в допросе свидетеля П. а заявленные председательствующему судье и старшине присяжных заседателей отводы отклонены незаконно. Обращает внимание, что вердиктом присяжных заседателей признано недоказанным нанесение им ударов потерпевшему, которые могли причинить смерть последнему, мотив из мести, а также наличие предварительного сговора с другими лицами на причинение потерпевшему смерти. Таким образом не установлена его вина в совершении им убийства. Считает, что нарушен принцип состязательности сторон, вопросный лист председательствующим сформулирован с нарушением закона, поскольку перед присяжными заседателями был поставлен правовой вопрос - о совершении действий с целью лишения жизни, вместе с тем не поставлены частные вопросы стороны защиты. Полагает, что назначенное ему наказание является несправедливым вследствие чрезмерной суровости, с учетом ограничений его размера на основании вердикта о снисхождении, а также наличия смягчающих обстоятельств и отсутствии отягчающих, суд фактически назначил ему максимально возможное наказание. Просит приговор отменить, а дело направить на новое судебное разбирательство;

- адвокат Барлева ИГ. в защиту осужденного ФИО1 указывает, что дело рассмотрено с нарушениями уголовно-процессуального закона, а приговор составлен с нарушениями требований УПК РФ, содержание вердикта в нем изложено неверно, описание в приговоре деяния, совершенное ФИО1, отличается от обстоятельств, установленных вердиктом коллегии присяжных заседателей, а именно: в вердикте отсутствует указание на совершение преступления «из личных отношений». Из вердикта неясно, кто является упомянутыми «другими лицами», с которыми осужденный совершил преступление. Полагает, что вопросный лист сформулирован неправильно, в вопросе № 1.1. вопросного листа не описаны действия соучастников преступления. По ее мнению, вердикт присяжных заседателей является неясным и противоречивым, а назначенное ФИО1 наказание является несправедливым, не соответствует тяжести содеянному и данным о его личности. Считает, что указанные нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, повлиявшими на содержание данных присяжными заседателями ответов на поставленные перед ними вопросы, а вынесенный ими вердикт нельзя признать законным. Просит приговор отменить, а дело направить на новое судебное разбирательство;

- осужденный ФИО2 считает приговор незаконным и необоснованным. Указывает, что вердикт присяжных заседателей содержит техническую ошибку, поскольку в обвинительном заключении он указан третьим соучастником, а в вопросном листе - указан вторым вместо ФИО3. Полагает, что суд нарушил его права, не исследовав

доказательства его невиновности. Просит обвинительный приговор отменить, а его оправдать;

- адвокат Балянина С.Г. в защиту осужденного ФИО2 выражает несогласие с приговором и указывает, что суд неправильно оценил вердикт присяжных заседателей, которые при ответе на вопрос № 2 исключили мотив совершения преступления «из мести», по ее мнению, поскольку другой мотив вердиктом не установлен, то указание суда об убийстве из личных отношений является незаконным и должен быть вынесен оправдательный приговор. Считает, что исходя из ответов присяжных заседателей об отсутствии предварительной договоренности между подсудимыми и другими лицами на совершение убийства с использованием предметов в качестве оружия, возможен эксцесс исполнителя. Утверждает, что конечная цель преступления не охватывалась единым умыслом исполнителей, а от действий ФИО2 потерпевшему не был причинен вред здоровью, поэтому его действия следовало квалифицировать по наступившим последствиям, т.е. по статье 116 УК РФ. Одновременно указывает о наличии у Русакова алиби, т.к. последний в день совершения преступления находился в другом месте, однако суд нарушил принцип состязательности, не приобщив документы о месте жительства Р. на показания которой сторона защиты ссылалась в подтверждения алиби, тем самым нарушил право на защиту ФИО2 Полагает, что показания потерпевшей в судебном заседании являются недопустимым доказательством, т.к. она была предупреждена об уголовной ответственности за дачу ложных показаний в середине допроса. Заявление старшины присяжных заседателей об оказании давления на нее в целях снисхождения к ФИО1 является основанием для безусловного ее отвода, которые суд не удовлетворил. Результаты голосования коллегии присяжных заседателей указывают, что голос старшины присяжных заседателей явился решающим, однако в его беспристрастности имеются сомнения. Просит обвинительный приговор отменить, а ФИО2 оправдать. В дополнениях к жалобе просит приговор отменить, а дело направить на новое судебное разбирательство.

В возражениях на жалобы осужденных и их защитников государственный обвинитель Маданов Ю.В., указывая на несостоятельность доводов жалоб, просит приговор оставить без изменения, а жалобы - без удовлетворения;

Проверив законность, обоснованность и справедливость приговора, Судебная коллегия приходит к выводу, что приговор суда постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности осужденных ФИО1 и ФИО2, основанном на всестороннем и полном исследовании материалов дела.

Как видно из материалов дела, судебное разбирательство проведено с учетом требований уголовно-процессуального закона, определяющих его особенности в суде с участием присяжных заседателей.

Коллегия присяжных заседателей сформирована в соответствии с требованиями ст. 328 УПК РФ.

Замечаний по проведенному отбору присяжных заседателей, а также ходатайство о роспуске коллегии присяжных заседателей в связи с ее тен- денциозностью, от сторон не поступило.

В судебном заседании были созданы необходимые условия для испол- нения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предос- тавленных им прав.

Доводы жалоб о том, что председательствующий ограничил сторону защиты в представлении доказательств и в выступлениях опровергаются содержанием протокола судебного заседания, из которого следует, что председательствующий судья принимал меры к исследованию в присутствии присяжных заседателей тех фактических обстоятельств уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.

Заявленные стороной защиты ходатайства, в том числе о вызове для допроса указанных в жалобе свидетелей, рассмотрены в установленном законом порядке, с учетом мнения сторон.

Оснований считать, что из уголовного дела были изъяты доказательства, оправдывающие ФИО1, не имеется. Суд разрешил ходатайства стороны защиты о признании части доказательств недопустимыми. Доводы защиты о допросе одного и того же лица под псевдонимом и без сокрытия подлинных данных о личности являются предположением и не влекут признания этих доказательств порочными.

Алиби ФИО2 было проверено в ходе судебного следствия, сторона защиты представила суду доказательства по данному вопросу.

Никто из участников процесса, в том числе сторона защиты, не возражали закончить судебное следствие с учетом исследованных доказательств.

Данных о том, что в суде с участием присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства, в материалах дела не имеется.

Согласно протоколу судебного заседания потерпевшая была допрошена с соблюдением процессуальных норм, с предупреждением об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Оснований считать ее показания в судебном заседании недопустимым доказательством не имеется. Замечания стороны защиты по данному вопросу и другие были рассмотрены председательствующим судьей в предусмотренном статьей 260 УПК РФ порядке.

Из протокола судебного заседания следует, что в судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя

объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Если кто-либо из участников процесса пытался сообщить в присутствии присяжных заседателей данные о личности подсудимых, которые могли вызвать предубеждение в оценке показаний как осужденных и свидетелей, то председательствующий в соответствии с ч. 8 ст. 335 и 336 УПК РФ останавливал участника и разъяснял присяжным заседателям, что указанные обстоятельства не должны быть приняты ими во внимание при вынесении вердикта. Таким образом, принцип состязательности в суде присяжных не был нарушен.

Данных о том, что председательствующий вел судебное разбирательство с обвинительным уклоном, в материалах дела не имеется, заявленные стороной защиты председательствующему судье и старшине присяжных заседателей отводы разрешены председательствующим в соответствии с требованием закона.

Вопреки доводам жалоб, сам по себе факт оказания давления на старшину присяжных заседателей с целью проявления снисхождения к ФИО1, не является достаточным и безусловным основанием, исключающим ее участие по делу.

Как видно из материалов дела, старшина присяжных заседателей в судебном заседании в присутствии сторон сообщила о данном факте, на вопросы председательствующего ответила, что указанные обстоятельства не повлияют на ее объективность и беспристрастность. Оснований сомневаться, что она прямо или косвенно заинтересована в исходе дела, не имеется.

Прения сторон проведены в соответствии с требованиями ст. 336 УПК РФ, в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями.

Недопустимые или не относящиеся к делу высказывания пресекались председательствующим, как того требует закон. При этом председательствующий обращал внимание присяжных заседателей не принимать в расчет такие высказывания. Замечаний по порядку судебных прений не заявлено.

После окончания прений сторон всем участникам была предоставлена возможность осуществить свое право на реплику, а подсудимым было пре- доставлено последнее слово.

Постановка вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, была осуществлена в соответствии с требованиями ст. 338 УПК РФ.

Изложенные в жалобах доводы о том, что вопросы перед присяжными заседателями сформулированы неправильно, являются несостоятельными.

Согласно вопросному листу вопросы в нем поставлены перед коллеги- ей присяжных заседателей с учетом требований ст. 252 УПК РФ.

Вопросный лист был сформулирован с учетом мнения сторон, содержание вопросов присяжным заседателям соответствует требованиям ст. 339 УПК РФ.

Вопреки изложенным в жалобе доводам, указание в вопросном листе о совершении подсудимыми действий с целью лишения жизни М. не противоречит требованиям закона, поскольку не требует собственно юридической оценки, и не выходит за пределы предъявленного обвинения.

Напутственное слово произнесено председательствующим судьей с соблюдением принципа объективности и беспристрастности, с изложением исследованных доказательств, а также позиции государственного обвинителя и позиции защиты.

Вопреки доводам жалоб осужденных и их защитников, вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным, непротиворечивым.

Из него следует, что ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в совершении убийства потерпевшего группой лиц. Указание в вердикте об исключении мотива убийства «из мести», отсутствии предварительной договоренности между подсудимыми, а также исключение «нанесения подсудимыми некоторых ударов потерпевшему», не является основанием для постановления оправдательного приговора, а также для переквалификации деяния на менее тяжкое преступление. Указанный в приговоре суда мотив совершения убийства «из личных отношений» не противоречит предъявленному обвинению, содержанию вердикта и не ухудшает положение осужденных.

Обвинительный приговор постановлен председательствующим судьей в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности осужденных.

Учитывая, что вердикт присяжных заседателей в соответствии с поло- жениями ст. 348 УПК РФ обязателен для председательствующего, доводы жалоб о неправильности выводов вердикта коллегии присяжных заседателей относительно виновности осужденных в совершении преступлений не могут быть приняты во внимание, поскольку стороны не вправе подвергать сомнению вердикт, и по этим основаниям не может быть обжалован и отменен приговор суда присяжных в апелляционном порядке.

Из материалов дела следует, что стороны по настоящему делу были ознакомлены с особенностями рассмотрения дела с участием присяжных заседателей.

В протоколе судебного заседания отражены ход и последовательность судебного разбирательства, действия участников процесса, подробное содержание показаний, основное содержание выступлений сторон и другие сведения, как того требует ст.259 УПК РФ. Поданные сторонами замечания на протокол судебного заседания были рассмотрены председательствующим судьей с соблюдением требований статьи 260 УПК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

Действия осужденных ФИО1 и ФИО2 квалифицированы в соответствии с фактическими обстоятельствами, ус- тановленными вердиктом коллегии присяжных заседателей и действием закона в период совершения преступлений.

Доводы адвоката Баляниной С.Г. о наличии в действиях других лиц эксцесса исполнителей, противоречат содержанию вердикта. Способ и другие обстоятельства совершения преступления, установленные судом, в том числе применение предметов для причинения смертельной травмы М., не является основанием для иной оценки вердикта и переквалификации действий ФИО2 на ст. 116 УК РФ.

Наказание осужденным ФИО1 и ФИО2 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом степени общественной опасности содеянного, совокупности всех обстоятельств по делу, данных о их личности.

Вердиктом присяжных заседателей ФИО1 и ФИО2 признаны заслуживающими снисхождения.

Обстоятельства, смягчающие наказание осужденных, в том числе отсутствие судимостей, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, наличие у ФИО1 четверых малолетних детей, судом учтены. Обстоятельств, отягчающих наказание осужденных, судом не установлено.

При таких данных оснований считать назначенное осужденным ФИО1 и ФИО2 наказание чрезмерно суровым, не имеется.

Поскольку ФИО1 и ФИО2 совершили преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, то несмотря на истечение сроков давности, предусмотренных ст.78 УК РФ за совершение данного преступления на момент рассмотрения дела в апелляционном порядке, Судебная коллегия не считает возможным освободить их от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности.

Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении прав осужденных на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах не содержится.

Оснований к отмене приговора или его изменению, не имеется. Поэтому апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Верховного Суда Республики Татарстан с участием присяжных заседателей от 25 мая 2018 года в отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий Судьи