Апелляционное определение от 30 июля 2019 г. по делу № 2-6/2019

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 20-АПУ 19-8


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ Гор.Москва 3 0 июля 2019 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда

Российской Федерации в составе председательствующего Безуглого Н.П., судей Климова А.Н. и Сабурова Д.Э, при секретаре Димаковой Д.Н.

рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционным жалобам

осуждённого ФИО1, адвокатов Мудунова К.М. и Муртазалиева

Х.Н. на приговор Верховного Суда Республики Дагестан от 7 марта 2019

года, которым

ФИО1, <...> ранее не судимый, <...>,

осуждён по ч.ч. 4, 5 ст. 33, ч.1 ст. 30, п.п. «а», «в», «з» ч. 2 ст. 126 УК РФ

к 5 годам 6 месяцам лишения свободы сроком с ограничением свободы на

6 месяцев; по ч.ч. 4,5 ст. 33, п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ к 7 годам 6 месяцам

лишения свободы со штрафом в размере 100 000 рублей с ограничением

свободы на 8 месяцев; в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности

преступлений путем частичного сложения наказаний, окончательно

назначено Омарову М.М. наказание в виде лишения свободы на 8 лет со штрафом в размере 100 000 рублей с ограничением свободы на 1 год, с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии строгого режима; на основании ст. 53 УК РФ установлены Омарову М.М. следующие ограничения: запрещено в течение 1 года после отбытия лишения свободы уходить из дома после 22 часов и до 6 часов утра, изменять место жительства, выезжать за пределы территории муниципального образования по месту фактического проживания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбытием наказания в виде ограничения свободы и обязать его 1 раз в месяц являться в названный специализированный орган для регистрации;

он же, ФИО1, оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 222 УК РФ (по эпизоду о незаконном обороте пистолета системы «ТТ» и патронов к нему) и по ч. 3 ст. 222 УК РФ (по эпизоду о незаконном обороте самодельного переделанного пистолета и патронов к нему) в связи с непричастностью к преступлениям на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, признано за ним право на частичную реабилитацию;

ФИО2, <...>

<...>

<...>

<...> судимый приговором

Московского районного суда г. Твери от 9.04.2007 г. по ч. 2 ст. 228.1

УК РФ к 5 годам лишения свободы, освобожден 15.03.2010 г. по

отбытию наказания, зарегистрированный и проживающий по адресу:

<...>

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 222 УК РФ (по эпизоду о незаконном обороте пистолета системы «ТТ» и патронов к нему) и по ч. 3 ст. 222 УК РФ (по эпизоду о незаконном обороте самодельного переделанного пистолета и патронов к нему) в связи с непричастностью к преступлениям на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, признано за ним право на частичную реабилитацию;

он же, ФИО2, осуждён по ч. 1 ст. 30, п.п. «а», «в», «з» ч. 2 ст. 126 УК РФ к 5 годам лишения свободы с ограничением свободы на 9 месяцев, по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ к 8 годам лишения свободы со штрафом в размере 100 000 рублей, с ограничением свободы на 1 год; по

ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году лишения свободы, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено Алискантову Я.А. наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет, со штрафом в размере 100 000 рублей, с ограничением свободы на 1 год и 6 месяцев, с отбыванием исправительной колонии строгого режима; на основании ст. 53 УК РФ установлены Алискантову Я.А. следующие ограничения: запрещено в течение 1 года и 6 месяцев после отбытия лишения свободы уходить из дома после 22 часов и до 6 часов утра, изменять место жительства, выезжать за пределы территории муниципального образования по месту фактического проживания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбытием наказания в виде ограничения свободы и обязать его 2 раза в месяц являться в названный специализированный орган для регистрации.

Заслушав доклад судьи Климова А.Н., выступления в режиме видеоконференц-связи осуждённых ФИО1 и ФИО2, адвокатов Мудунова К.М. и Муртазалиева Х.Н., полагавших приговор отменить, и дело направить на новое судебное рассмотрение или осуждённых оправдать, мнение прокурора Абрамовой З.Л., полагавшей приговор по ч. 1 ст. 228 УК РФ в отношении ФИО2 изменить, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в склонении А. к похищению К. из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору, в пособничестве ему, а также его брату ФИО2 в совершении данного преступления советами, указаниями и предоставлением информации, не доведенном до конца по не зависящим от него обстоятельствам.

Он же, ФИО1, признан виновным в пособничестве советами, указаниями и предоставлением информации А. и ФИО2 в совершении вымогательства денег у К. в сумме 100 000 000 рублей, под угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, в целях получения имущества в особо крупном размере.

ФИО2 признан виновным в приготовлении к похищению человека из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору, не доведённом до конца по независящим от него

обстоятельствам.

Он же, ФИО2, признан виновным в вымогательстве денег у К. в особо крупном размере, под угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, а также в незаконном хранении наркотического средства в значительном размере без цели сбыта.

Данные преступления совершены ФИО1 и ФИО2 в период с 26 июня по 21 июля 2017 года в гор. Махачкале при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах (с дополнениями):

Адвокат Мудунов К.М. в интересах осуждённого ФИО1 в жалобе от 11.03.2019 утверждает, что постановленный приговор противоречит фактическим обстоятельствам дела, его выводы не подтверждаются рассмотренными в судебном заседании доказательствами и судом не учтены важные сведения, которые могли существенно повлиять на принятое решение по делу. Также указывается, что в приговоре не приведены мотивы, по которым суд, при наличии очевидных противоречий, принял за основу одни доказательства и отверг другие, не учёл доводы защиты о фальсификации доказательств по делу, и суд не принял должных мер к их всестороннему, полному и объективному исследованию. Версия защиты об инсценировке обращения А.. и Б. с заявлением о готовящемся похищении министра К. и вымогательстве у него денег с целью оговора ФИО1 в судебном заседании не опровергнута, и в этой связи суд незаконно отказал в ходатайстве о допросе в качестве свидетеля бывшего Главы Республики А. с целью выяснения вопросов о том, что ему известно об обстоятельствах данного уголовного дела, сообщал ли ему министр К. о планируемом его похищении; имелась ли у руководства РД информация об уголовном преследовании самого К .; какие национальные программы успешно выполнил министр К .; сообщал ли ФИО1 об его преследовании за преступления в отношении К .? Считает, что объявление К . в международный розыск является фикцией и попыткой во ать его допросу как по данному уголовному делу, так и по уголовным делам о хищении бюджетных средств в РД. В целях объективного и всестороннего рассмотрения уголовного дела суд обязан был удовлетворить ходатайство защиты о необходимости сделать запрос в Интерпол, в ОУР УМВД РФ по гор. Махачкале по обстоятельствам

розыска К. и имеющимся сведений о нахождении его на Украине. Материалы ОРМ («Оперативный эксперимент», «Наблюдение», «Оперативное внедрение») содержат в себе ложные сведения о планируемом похищении К. с целью вымогательства у него денег по заказу Омарова М.М. При этом автор жалобы приводит подробный анализ структуре, содержанию, результатам ОРД, предлагая иную версию произошедших событий, и даёт собственную оценку роли и действиям А.Б. А.А. К. в проведённых мероприятиях. Полагает, что именно в целях оговора Омарова М.М. было специально выделено в отдельное производство уголовное дело в отношении А. которое было рассмотрено судом в особом порядке без должной проверки всех имеющихся в нём доказательств с целью сокрытия более тяжкого преступления - особо крупного хищения бюджетных средств при участии министра К. и других высокопоставленных руководителей РД. Об этом свидетельствуют имеющиеся в деле сведения о скрытии фактов оперативной разработки Омарова и А. в феврале-марте 2017 года, и по судебному запросу сотрудники УФСБ по РД не представили План ОРМ в отношении указанных лиц, а также Азизова, внедрённого к А Утверждает, что Омаров, как опытный сотрудник органов, никогда не мог бы дать А телефон с кодом своего сына, а СМС «Птичка в клетк свидетельствует о содействии А сотрудникам оперативной службы. Суд в полной мере не учёл показания А в судебном заседании о том, что Омаров к преступлению не причастен, что похищение К

и подбор исполнителей он спланировал самостоятельно. В заседании ФИО2 Яхя также отверг свою вину в предъявленном ему обвинении, который в данном случае использовался вслепую. В инсценировке похищения К были задействованы А Б , А , Э

а ис прио

оле ронов того, он знал, что его ведут оперативники, но не сообщил об этом ни А , ни Б

, что свидетельствует о ложности . В м

лях конспирации умышленно скрыты факты встречи 18.07.2017 братьев А А в доме ФИО1, А . с Б да вие преднамеренн ло з мер видеонаблюдения дома ФИО1, так как они могли опровергнуть их версию. После инсценировки похищения К оперативная группа специально задержала А предполагаемой встречи с ФИО1, когда тот лей

из квартиры, указанной К., так как в реальности такая встреча не могла произойти. В судебном заседании А. показал, что он не говорил Б. о планируемом похищении человека в Кизляре, однако материалами ОРМ этот факт подтверждается, но органами следствия он не проверялся, и в судебном заседании следователь И. по данному случаю ничего не смог пояснить, что также свидетельствует о тенденциозности предварительного следствия и фабрикации в отношении него уголовного дела. Кроме того органы предварительного следствия не установили источник происхождения такой большой суммы денег у К. и своевременно не привлекли его к уголовной ответственности. Просит приговор отменить и дело направить в тот же суд на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе от 10.06.2019 адвокат Мудунов К.М. в интересах осужденного ФИО1 в целом приводит аналогичные доводы и добавляет, что действия, вменённые подзащитному со слов А. являются абсурдными и надуманными, а доводы защиты об инсценировке похищения К. и фальсификации ОРМ в постановленном приговоре не опровергнуты. ФИО1, как опытный руководитель охраны министра, не мог предоставить А. для связи телефон его сына, поскольку имел реальную возможность обеспечить его рацией. Кроме того, А. не располагал денежными средствами для приискания орудий и исполнителей преступления, а органы следствия ФИО1 таких обстоятельств не вменили. Поскольку с февраля-марта 2017 года А. и ФИО1 находились на прослушке УФСБ, то в материалах дела должны были содержаться с этого периода сведения об их контактах с А. и Б. однако они отсутствуют, что свидетельствует о мнимости оперативной разработки А и фабрикации обращения Б и А в правоохранительные органы от 14.06.2017. Также отмечает, что «внедрение» никак незадокументировано и в материалах дела скрыты обстоя а знакомства А и Б В этой связи суд незаконно отказал защите в повторном допро для выяснения перечисленных выше вопросов. Выявленные в прослушивания телефонных переговоров сведения о планируемом похищении А конкретного лица в г. Кизляре никак не выяснялись в хо тельного следствия, что свидетельствует об односторонности расследования и ложности показаний А , который не мог в действительности доверить ранее не известному в криминальных кругах Б похищение министра Республики. А привлёк в исполнителя похищения своего брата

Яху, поскольку ему пообещали не привлекать брата к уголовной ответственности. Свидетели О. и О. показали, что к ним в дом действительно приходил А. просил передать ему рацию и идти с ним, но Омаровы отказались, что подтверждает правильность версии защиты о причастности А. к похищению телефона и фабрикации доказательств по делу. Судом в должной мере не учтены показания А. о том, что его брат к преступлению не причастен, а обнаруженный во время его задержания пистолет ТТ ему (З<...>) не принадлежит, так как был ему подложен. Обращает внимание на то, что «оперативный эксперимент» был умышленно прерван на задержании с деньгами А. хотя, по версии следствия, его ждал Омаров для получения денежной доли в 30%, что свидетельствует об имитации этого задержания с целью последующего оговора Омарова. Из стенограмм переговоров усматривается, что после получения денег планировалось убийство К. однако следствием этот вопрос также не выяснялся, что свидетельствует о провокации этого преступления. Отмечает, что видеозаписи от 18.07.2017 из домовладения Омарова не приобщены к делу в целях сокрытия присутствия в доме А. который, якобы, не знал заказчика преступления. В служебные обязанности Омарова не входил анализ успешности реализации министром К. каких-то строительных программ, поэтому версия обвинения в этой части является надуманной. Считает, что сотрудники правоохранительных органов подтолкнули братьев Алискантовых к похищению К.., а после их задержания - заставили оговорить Омарова М.М. с тем, чтобы создать доказательства его причастности к преступлению. В жалобе приводится подробный анализ имеющимся в деле доказательствам, делается вывод об их фальсификации, незаконности проведенных ОРМ и недоказанности вины Омарова в инкриминированных ему деяниях. Просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение и по поводу перечисленных выше нарушений вынести частное определение в адрес Генерального прокурора РФ и СК РФ.

Осуждённый ФИО1 в целом приводит аналогичные доводы и

утверждает, что постановленный приговор противоречит фактическим обстоятельствам дела, так как в его основу положены сфальсифицированные доказательства. Отмечает, что клочок бумаги, который в день преступления он якобы передал А. вместе с телефоном сына, сфабриковали сотрудники следствия и оперативной службы, и он не согласен с выводами почерковедческой экспертизы, проведенной экспертами ФСБ. Его версия подтверждается фактом подмены изъятого у А. отрезка бумаги, поскольку

на почерковедческую экспертизу был представлен другой бумажный отрезок, о чём свидетельствуют визуальный осмотр листа дела 207 тома № 3 и листа дела 162 тома № 7. Обращает внимание на непоследовательные и неконкретные показания по этому вопросу свидетеля И., и утверждает, что СМС-сообщение на его телефон от А. сфальсифицировано, так как он не мог ему передать телефон своего сына А., являющегося действующим оперативным сотрудником. В этой связи суд в должной мере не учёл показания свидетелей О. и О. о похищении данного телефона А. который предварительно узнал у них код его разблокировки. Приговор постановлен с нарушениями ст. ст. 21, 73, 81 УПК РФ, и в нём не указаны точное время, место и способ планируемого вымогательства имущества у К., в том числе, когда и при каких обстоятельствах он давал конкретные указания соучастникам преступления. Суд незаконно сослался, как на доказательство, на ранее постановленный приговор в отношении А. поскольку к его преступлению он не имеет никакого отношения. Обращает внимание на непоследовательность и противоречивость показаний А. который является заинтересованным в исходе дела лицом, и его показания не подтверждены другими объективными доказательствами. Считает, что судом нарушены требования ст. ст. 14, 302 УПК РФ, так как все неустранённые по делу сомнения были истолкованы в пользу обвинения. Просит приговор отменить и его оправдать за непричастностью к совершению преступления.

Адвокат Муртазалиев Х.М. в интересах осуждённого ФИО2

Я.А. отмечает, что постановленный приговор противоречит фактическим обстоятельствам дела, предварительное следствие и судебное разбирательство проведены неполно и с обвинительным уклоном. Результаты ОРД по настоящему делу сфальсифицированы, и все полученные по ним доказательства являются незаконными и недостоверными. Б. сотрудничая с правоохранительными органами, умышленно склонил А. к совершению похищения К. якобы с целью возврата долга, и ФИО2 также был введён в заблуждение и ничего не знал противоправных намерениях Б. Обращение А. и Б. в правоохранительные органы от 14.06.2017 о готовящемся А.. похищении К. было инсценировано, после чего сфабриковано задержание А. который дал ложную явку с повинной об ФИО1, якобы о заказчике преступления, и ФИО2, как о его пособнике. Считает, что явка ФИО2 с повинной не соответствует требованиям ч.1 ст. 142 УПК РФ, так как она была

написана оперативником, и в судебном заседании Алискантов Я.А. её подлинность не подтвердил. Полагает, что в ходе расследования было нарушено право Алискантова Я.А. на защиту, поскольку после задержания ему не предоставили свидание со вступившем по согласшению в дело адвокатом. Протокол задержания Алискантова Я.А. составлен несвоевременно, с нарушением ч.1 ст.92 УПК РФ и в отсутствие защитника по соглашению. Дознаватель незаконно отказал в ходатайстве защитника о назначении в отношении Алискантова Я.А. судебно- медицинской экспертизы, поскольку на его теле видны были следы ссадин и гематом. Протокол допроса Алискантова Я.А. в качестве подозреваемого от 21.07.2017 составлен в отсутствие адвоката, поскольку тот вступил в дело 23.07.2017, и поэтому все полученные в этот период доказательства суд обязан был по ходатайству защиты признать недопустимыми. Также суд нарушил требования ст. 14 УПК РФ, и имеющиеся по делу противоречия и сомнения незаконно истолковал в пользу обвинения. Просит приговор отменить и полностью оправдать Алискантова Я.А.

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к выводу о том, что приговор в отношении ФИО2 подлежит изменению, а в отношении ФИО1 - оснований для его отмены или изменения не усматривается.

Несмотря на отрицание ФИО1 и ФИО2 своей причастности к инкриминированным деяниям, их вина в совершении перечисленных выше преступлений подтверждается совокупностью следующих преступлений.

Так, из явки ФИО2 с повинной от 9 августа 2017 г. усматривается, что он совместно с братом А. и другими лицами участвовал в похищении министра строительства, архитектуры и ЖКХ Правительства Республики Дагестан К. вымогательстве у него денег в сумме 30 000 000 рублей, и к этим преступления также причастен и ФИО1 (т. 6 л.д. 119-121).

Суд явку с повинной ФИО2 обоснованно признал допустимым и достоверным доказательством, поскольку приведенные в нем сведения согласуются с показаниями ФИО2 от 11 августа 2017 г. (т. 6 л.д. 142-149), протоколом проверки его же показаний на месте от 18 августа 2017 г. (т.6 л.д. 175-197), явкой А. с повинной (т.4 л.д.244-246), его же показаниями в качестве обвиняемого (т.5 л.д.51- 62, т.7 л.д.135-137, т. 8 л.д.81-92), в том числе и с выходом на место (т.5

л.д. 104-154), показаниями А. на очной ставке с Омаровым М.М. (т. 8 л.д. 198-217), в которых он подробно рассказал об обстоятельствах похищения и вымогательства денег у К. при соучастии Омарова М.М. и Алискантова Я.А., показаниями потерпевшего К. данным на предварительном следствии, показаниями свидетелей Б.Э. А.К. С.А. А.Х. Г.., А.М. И.Г. К.И. Н.Н. А. на предварительном следствии, результатами оперативно-розыскных мероприятий, расшифровками аудио, видеозаписей материалов ОРМ и другими доказательствами, перечисленными в приговоре.

Доводы адвоката Муртазалиева Х.Н. о нарушении права ФИО2 на защиту на предварительном следствии, недопустимости его явки с повинной и протоколов допросов в качестве подозреваемого тщательно проверялись в судебном заседании и обоснованно признаны несостоятельными, о чём суд подробно мотивировал свои выводы в постановленном судебном решении, и оснований сомневаться в их правильности у судебной коллегии не имеется.

Вопреки утверждениям апеллянтов, в приговоре дана надлежащая оценка показаниям самого осуждённого ФИО1, его сыновей - свидетелей О.О. в том числе и об обстоятельствах передачи телефона А. сообщившему, что телефон и отрезок бумаги с цифрами «20 10 89» - кодом доступа к базовым данным телефона, передал ему лично ФИО1 в своем доме ночью 20 июля 2017 года, куда он приехал для того, чтобы сообщить о состоявшемся похищении К. выдвижении ему требований о передаче денег за освобождение, а также для выяснения наличия информации о похищении министра и получения дальнейших указаний.

Показания А. в этой части правомерно признаны достоверными, поскольку они согласуется с протоколом задержания и личного досмотра А. в ходе которого у него были изъяты мобильный телефон, принадлежащий О. отрезок бумаги с записями (т.З л.д.193-195). Кроме того, они также согласуются со стенограммой его переписки от 21.07.2017 с ФИО1 (т.7 л.д. 159- 172), расшифровкой ОРМ прослушивания телефонных переговоров (т.9 л.д.35) и заключением почерковедческой экспертизы № 243 (т.7 л.д.248- 249).

Доводы осуждённого Омарова М.М. о подмене во время предварительного следствия вещественного доказательства - отрезка бумаги с написанными на нём цифрами, изъятого у А. (т.З л.д.207), и направлении на почерковедческую экспертизу подложного доказательства (т.7 л.д. 162) противоречат материалам настоящего уголовного дела и признаются судебной коллегией несостоятельными.

С утверждениями защитников о склонении А. сотрудниками МВД и УФСБ России по РД к похищению потерпевшего К. об инсценировке вымогательства у него денег и фальсификации результатов оперативно-розыскной деятельности в целях незаконного привлечения к уголовной ответственности именно ФИО1 и ФИО2 согласиться нельзя, поскольку содержащиеся в их апелляционных жалобах оценочные суждения и версии опровергаются совокупностью согласующихся между собой доказательств, непосредственно исследованных в судебном заседании, допустимость, относимость, достаточность и достоверность которых не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции.

В судебном заседании действительно не представилось возможным допросить по обстоятельствам дела потерпевшего К. в связи с тем, что он объявлен в международный розыск и в отношении него 29.03.2017 Кировский районный суд гор. Махачкалы заочно избрал меру пресечения в виде заключения под стражу. Между тем, показания потерпевшего К. данные им на предварительном следствии, исследовались в судебном заседании и им дана оценка в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами.

С доводами апелляционных жалоб о неполноте и односторонности судебного разбирательства согласиться нельзя, поскольку в нём представителям обеих сторон были созданы равные условия в предоставлении доказательств, и нарушений норм уголовно- процессуального закона, которые могли бы существенно повлиять на принятое по делу решение, судебной коллегией не установлено.

Постановленный приговор отвечает требованиям ст. ст. 307, 308 УПК РФ, достаточно полно мотивирован, и в нём суд указал, почему он принял за его основу одни доказательства и отверг другие.

Утверждения осужденного ФИО1, адвокатов Мудунова К.М. и Муртазалиева Х.Н. об ошибочности вывода суда о виновности ФИО1

М.М. и Алискантова Я.А. в совершении преступлений основаны на их субъективной оценке исследованных в судебном заседании доказательств, и с приведенными в их жалобах различными суждениями, умозаключениями, версиями и предложениями судебная коллегия согласиться не может.

Вопреки доводам апеллянтов, фактические обстоятельства настоящего уголовного дела установлены правильно, и действиям ФИО1 и ФИО2 дана надлежащая юридическая оценка, о чём суд подробно мотивировал свои выводы в приговоре, и оснований сомневаться в их обоснованности у судебной коллегии не имеется.

Вместе с тем, постановленный приговор в отношении ФИО2 подлежит изменению, поскольку со дня совершения им преступления, предусмотренного ч.1 ст.228 УК РФ, истекли два года (21 июля 2017 года), и на основании п. «а» ч. 1 ст. 78, ч. 2 ст. 15 УК РФ, а также в соответствии с п.З ч.1 ст.24 УПК РФ осуждённый ФИО2 подлежит освобождению от наказания, назначенного за данное деяние.

При определении ФИО1 и ФИО2 наказания суд в полной мере учёл характер и степень общественной опасности совершённых ими преступлений, их положительные характеристики, возраст ФИО1, длительность его трудовой деятельности и достигнутые им высокие результаты по службе, а также смягчающие их ответственность обстоятельства, которые в приговоре суда достаточно полно отражены и проанализированы.

Оснований для применения к ФИО1 и ФИО2 положений ст. ст. 64 и 73 УК РФ, изменения в силу ч.б ст. 15 УК РФ категорий совершённых ими преступлений, а также для дальнейшего смягчения назначенного осуждённым наказания судебная коллегия не усматривает.

В связи с освобождением ФИО2 от ответственности по ч.1 ст.228 УК РФ, окончательное наказание ему назначается с соблюдением положений ст. ст. 6, 60 и ч. 3 ст. 69 УК РФ

Исходя из изложенного, руководствуясь ст. ст. 389 '389 ,389 ,389 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Верховного Суда Республики Дагестан от 7 марта 2019 года в отношении ФИО2 изменить:

освободить его от наказания, назначенного по ч.1 ст.228 УК РФ, на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ и п.З ч.1 ст.24 УПК РФ - за истечением сроков давности;

в соответствии с ч.З ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных ч.1 ст.30, пп. «а», «в», «з» ч.2 ст. 126, п. «б» ч.З ст. 163 УК РФ, путём частичного сложения наказаний, окончательно ФИО2 назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 100 000 рублей, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев;

на основании ст. 53 УК РФ установить ФИО2 следующие ограничения: запретить в течение 1 года и 6 месяцев после отбытия лишения свободы уходить из дома после 22 часов и до 6 часов утра, изменять место жительства, выезжать за пределы территории муниципального образования по месту фактического проживания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбытием наказания в виде ограничения свободы и обязать его 2 (два) раза в месяц являться в названный специализированный орган для регистрации.

В остальном приговор в отношении ФИО2, а также тот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осуждённого ФИО1, адвокатов Мудунова К.М. и Муртазалиева Х.Н. - без удовлетворения.

ПредседательствующийСудьи: