Постановление от 9 августа 2023 г. по делу № А33-21222/2022

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-21222/2022
г. Красноярск
09 августа 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена «02» августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен «09» августа 2023 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего - Юдина Д.В.,

судей: Бабенко А.Н., Барыкина М.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от заявителя (общества с ограниченной ответственностью «Висстрой»): ФИО2, представителя по доверенности от 09.01.2023, ФИО3, представителя по доверенности от 15.08.2022,

от ответчика (Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 22 по Красноярскому краю): ФИО4, представителя по доверенности от 02.08.2023, ФИО5, представителя по доверенности от 10.01.2023,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Висстрой»

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от «15» мая 2023 года по делу № А33-21222/2022,



установил:

общество с ограниченной ответственностью «Висстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – заявитель, общество) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 22 по Красноярскому краю (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – ответчик, инспекция) о признании решения от 23.05.2022 № 3 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения недействительным.

Инспекция обратилась в Арбитражный суд Красноярского края со встречным заявлением, уточненным в порядке статьи Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу о взыскании:

по КБК 18210202010060010160 «Страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в Российской Федерации, зачисляемые в Пенсионный фонд Российской Федерации на выплату страховой пенсии (перерасчеты, недоимка и задолженность по соответствующему платежу, в том числе по отмененному, за расчетные периоды, начиная с 1 января 2017 года)» в сумме 4 625 122 рублей 43 копеек по виду платежа «налог», в сумме 2 389 869 рублей 52 копеек по виду платежа «пени», в сумме 72 000 рублей по виду платежа «штраф»;

по КБК 18210202101080013160 «Страховые взносы на обязательное медицинское страхование работающего населения, зачисляемые в бюджет Федерального фонда обязательного медицинского страхования за расчетные периоды, начиная с 1 января 2017 года» в сумме 2 141 202 рублей 51 копейки по виду платежа «налог», в сумме 1 128 811 рублей 13 копеек по виду платежа «пени», в сумме 36 720 рублей по виду платежа «штраф»;

по КБК 18210102010010000110 «Налог на доходы физических лиц с доходов, источником которых является налоговый агент, за исключением доходов, в отношении которых исчисление и уплата налога осуществляются в соответствии со статьями 227, 227.1 и 228 Налогового кодекса Российской Федерации» в сумме 1 838 168 рублей 36 копеек по виду платежа «пени», в сумме 37 180 рублей по виду платежа «штраф»;

по КБК 18210202090070010160 «Страховые взносы на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством (перерасчеты, недоимка и задолженность по соответствующему платежу, в том числе по отмененному, за расчетные периоды, начиная с 1 января 2017 года)» в сумме 3665 рублей 26 копеек по виду платежа «пени».

Определением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО6 (далее – предприниматель).

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 15 мая 2023 года требования общества удовлетворены, решение инспекции от 23.05.2022 № 3 в части предложения удержать 204 000 рублей налога на доходы физических лиц, доначисления 45 208 рублей пеней по налогу на доходы физических лиц, 2174 рубля штрафа в налогу на доходы физических лиц признано недействительным. В удовлетворении заявления в остальной части отказано, инспекции в пользу общества взыскано 3000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины. Встречное требование инспекции удовлетворено частично, с общества в доход соответствующих бюджетов взыскано: пени по налогу на доходы физических лиц в сумме 1 792 959 рублей 56 копеек, штраф в сумме 35 006 рублей; страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в Российской Федерации, зачисляемые в Пенсионный фонд Российской Федерации на выплату страховой пенсии, в сумме 4 625 122 рублей 43 копеек, пени в размере 2 389 869 рублей 52 копеек, штраф в сумме 72 000 рублей; страховые взносы на обязательное медицинское страхование в сумме 2 141 202 рублей 51 копейки, пени в размере 1 128 811 рублей 13 копеек, штраф в сумме 36 720 рублей; пени по страховым взносам на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в сумме 3665 рублей 26 копеек, в доход федерального бюджета – 84 038 рублей государственной пошлины. В удовлетворении требований в остальной части отказано.

Не согласившись с данным судебным актом в части, принятым не в его пользу, заявитель обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в указанной части, в данной части принять новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель ссылается на то, что у общества отсутствует объект налогообложения, поскольку предприниматель возвратил обществу в полном объеме суммы, полученные по договору управления от 10.03.2017 (гарантийный депозит). При этом возврат предпринимателем указанных денежных средств обществу стал следствием недостижения показателей управления, что зафиксировано в совместном документе. Более того, общество не включало в расходы при исчислении налога на прибыль стоимость услуг по управлению. Кроме того, правоотношения общества и предпринимателя по договору управления не являлись трудовыми; дивиденды являются доходами от участия, не связаны с трудовыми отношениями и не являлся объектом страховых взносов. По утверждению заявителя, природа гарантийного депозита – выплаты, поступающие во временное владение, окончательная судьба которой определялась по итогам окончания периода управления, то есть в момент перечисления денежных средств они не поступали в собственность предпринимателя (физического лица) и он не мог ими распоряжаться, следовательно, указанные денежные средства не являются доходом для целей удержания налога на доход физического лица и страховых взносов. При этом, денежные средства, выплаченные предпринимателю в качестве гарантийного депозита (обеспечения), могли быть квалифицированы, как его доход только после подписания сторонами договора управления итогового акта о признании услуг по управлению оказанными надлежащим образом и в полном объеме, а не в момент перечисления денежных средств. С учетом отсутствия факта надлежащего оказания услуг (неполным объемом оказанных услуг со стороны предпринимателя), установления обязанности управляющего вернуть гарантийный депозит и последующего его возврата в полном объеме - объекта налогообложения у общества не возникло. В противном случае можно утверждать о применении к спорным правоотношениям концепции «объективного вменения», занятой судом первой инстанции, что противоречит законодательным основам регламентации налога на доходы физических лиц, так как, по сути, суд первой инстанции принудительно «вменяет» физическому лицу доход, которого у него не имеется, вдобавок возлагая при этом на общество обязанность уплатить (за физическое лицо) налог с денежных средств, которые остались в собственности самого общества.

Ответчиком представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором налоговый орган не согласился с ее доводами, просил оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Третье лицо отзыв на апелляционную жалобу не направил.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель налогового органа изложил возражения на апелляционную жалобу, просил суд оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Предприниматель, не явившийся в судебное заседание, извещен о дате и времени судебного заседания надлежащим образом. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проводится в отсутствие представителя третьего лица.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела арбитражным апелляционным судом установлены следующие обстоятельства.

В отношении общества проведена тематическая выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налога на доходы физических лиц, страховых взносов за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, по результатам которой составлен акт проверки от 18.08.2021, дополнение к акту проверки от 15.03.2022.

23.05.2022 инспекцией принято решение о привлечении к ответственности за совершение налоговых правонарушений, в виде взыскания штрафов (с учетом смягчающих обстоятельств) в общем размере 291 800 рублей. Указанным решением обществу доначислены страховые взносы в сумме 7 000 929 рублей, пени в сумме 5 725 219 рублей 25 копеек, обществу предложено удержать налог на доходы физических лиц в сумме 5 678 400 рублей и перечислить его в бюджет.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Красноярскому краю от 28.07.2022 № 2.12-14/16511@ апелляционная жалоба общества на решение от 23.05.2022 удовлетворена частично, указанное решение отменено в части исчисления штрафных санкций в размере 145 900 рублей.

Управлением Федеральной налоговой службы по Красноярскому краю 17.03.2023 вынесено решение № 2.11-28/04917 об отмене частично вынесенного инспекцией решения от 23.05.2022 недействительным. Согласно решению вышестоящего налогового органа решение инспекции отменено в части доначисления пени по налогу на доходы физических лиц за период с 01.04.2022 по 23.05.2022 в сумме 164 862 рублей 88 копеек, по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование в Пенсионный фонд Российской Федерации на выплату страховой пенсии за период с 01.04.2022 по 23.05.2022 в сумме 132 571 рубля 09 копеек, по страховым взносам на обязательное медицинское страхование в сумме 62 026 рублей 76 копеек.

Полагая, что указанное решение инспекции от 23.05.2022 является незаконным и нарушает права налогоплательщика, общество обратилось в суд с настоящим заявлением.

Инспекция обратилась в суд со встречным заявлением к обществу о взыскании недоимки, пени, штрафов.

В соответствии с резолютивной частью определения от 04.05.2023 производство по делу в части требования о признании недействительным решения от 23.05.2022 в части доначисления пени по налогу на доходы физического лица с доходов в сумме 164 862 рублей 88 копеек, пеней по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование на выплату страховой пенсии в сумме 132 571 рубля 09 копеек, пеней по страховым взносам на обязательное медицинское страхование в сумме 62 026 рублей 76 копеек прекращено.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В силу части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания оспариваемого ненормативного правового акта (действий, бездействия) недействительным необходимо наличие одновременно двух условий - несоответствие его закону или иным нормативным правовым актам и нарушение им прав и охраняемых законом интересов субъектов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт. При этом исходя из бремени доказывания, установленного статьями 65, 198, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязанность доказывания факта нарушения своих прав и законных интересов возлагается на заявителя.

Суд апелляционной инстанции полагает, что инспекция доказала законность оспариваемого решения, а общество не подтвердило факт нарушения своих прав и законных интересов при издании указанного ненормативного акта, исходя из следующих оснований.

Как следует из материалов дела, основанием для принятия оспариваемого решения послужил вывод налогового органа о получении обществом необоснованной налоговой выгоды в виде занижения налоговой базы по налогу на доходы физических лиц, страховых взносов в части доходов, выплаченных управляющему общества - предпринимателю ФИО6 Налоговым органом сделан вывод о получении обществом налоговой экономии в результате применения обществом схемы ухода от уплаты налога на доходы физических лиц и страховых взносов.

Судами вышестоящих инстанций неоднократно отмечалось, что избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса (определение Верховного Суда РФ от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920).

В силу пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В ходе проверки установлено, что заключенный между обществом и предпринимателем ФИО6 договор от 10.03.2017 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему - предпринимателю обладает признаками трудового договора и фактически регулировал трудовые отношения, услуги по этому договору носили трудовой характер, в связи с чем, суммы выплат, произведенных обществом в рамках договора, подлежали обложению налогом на доход физических лиц.

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ) по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии со статьями 57-62 Кодекса.

Статьей 56 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) установлено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Из содержания статей 16, 56 ТК РФ, а также статьи 779 ГК РФ следует, что договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ и оказание услуг, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и т.д.). Предметом трудовых правоотношений является сам процесс труда работника по определенной трудовой функции (профессии, специальности или должности) в данной организации. Предметом же гражданских правоотношений является конечный результат - продукт труда.

В трудовых правоотношениях обязанность по организации труда и его охране лежит на работодателе, в гражданских правоотношениях, связанных с трудом, исполнитель сам организует свой труд и его охрану. Трудовым правоотношениям присущ длящийся характер, они, как правило, не прекращаются после завершения работником какого-либо действия (рабочей операции) или трудового задания, поскольку работник вступает в правоотношения для выполнения определенной работы как процесса. Гражданско-правовые отношения, связанные с трудом, прекращаются по окончании выполнения конкретной работы (задания) и получения определенного результата труда.

В соответствии с пунктом 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» к характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату. О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения. К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем.

Таким образом, определяющее значение для квалификации договора между обществом и предпринимателем ФИО6 имеет анализ его содержания и исполнения на предмет наличия или отсутствия признаков гражданско-правового или трудового договора.

Налоговым органом в ходе проверки установлено, что общество создано в соответствии с решением единственного учредителя ФИО6 от 14.01.2015, 100% уставного капитала (10 000 рублей) принадлежало ФИО6 Полномочия генерального директора общества были возложены на ФИО6

Обществом 17.02.2017 в регистрирующий орган представлено заявление о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (Р14001), согласно которому внесены сведения о прекращении участия ФИО6, а также внесены сведения о новом участнике - ФИО7 (100% для участия).

Согласно решению единственного участника общества ФИО7 от 10.03.2017 № 2 прекращены полномочия генерального директора общества ФИО6., полномочия единоличного исполнительного органа общества переданы управляющему – предпринимателю ФИО6

Таким образом, ФИО6 в период с 14.01.2015 по 16.03.2017 являлся генеральным директором общества, в период с 17.03.2017 по 26.08.2020 как предприниматель осуществлял функции единоличного исполнительного органа общества.

Согласно решению единственного участника общества от 26.08.2020 предприниматель ФИО6 освобожден от должности управляющего общества, генеральным директором общества с 26.08.2020 назначается ФИО8

10.03.2017 между обществом и предпринимателем ФИО6 подписан договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющему –предпринимателю ФИО6

На основании представленного обществом заявления 10.03.2017 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись относительно физического лица, имеющего право действовать без доверенности, заявленная должность – управляющий предприниматель ФИО6

Согласно условиям договора от 10.03.2017 за выполнение обязательств по договору общество уплачивает управляющему 10 % от выручки от реализации за отчетный месяц без налога на добавленную стоимость. Оплата по договору осуществляется путем самостоятельного перечисления денежных средств управляющим на свой расчетный счет с расчетного счета общества в течение текущего месяца. Окончательный расчет производится до 5-го числа месяца, следующего за отчетным. Срок действия договора от 10.03.2017 установлен с даты подписания до 13.01.2022.

Согласно дополнительным соглашениям от 31.03.2017, 10.01.2018, 11.01.2019, 09.04.2020, размер вознаграждения управляющего поставлен в зависимость от достижения им результатов деятельности, а именно: модернизация не менее 60 % производственного комплекса общества, в том числе замена системы вентиляции в производственных помещениях общества (расположенных по адресу: г.Красноярск, ул.60 Лет Октября, 144д, строения 3, 4, 5, 6, 8, 9, 10), замена компрессоров в компрессорной на более современные и увеличенной производительности (включая закупку, монтаж и запуск в эксплуатацию оборудования - г.Красноярск, ул.60 Лет Октября, 144д), замена паропровода в помещениях складов песка (г.Красноярск, ул.60 Лет Октября, 144д, стр.6); приобретение обществом мобильного бетононасоса с высотой подъема 60 метров, производительностью 160 куб.м./час; заключение лизинговых сделок в отношении приобретения обществом транспортных средств - автобетономесителей в количестве не менее 25 единиц; полуприцепов грузовых (г/п 20 тонн) - не менее 2 единиц; обеспечение ежегодного роста товарооборота и выручки общества на величину не менее 20 % (с 2018 года - не менее 12%); обеспечение ежегодного роста объема выпускаемой продукции обществом не менее, чем на 20 % (с 2018 года - не менее 12 %); обеспечение стабильного роста клиентской базы общества (как частных, так и корпоративных покупателей) на величину не менее 25 % ежегодно (с 2018 года - не менее 12 %).

По результатам проверки инспекцией сделан вывод о том, что договор от 10.03.2017, заключенный между обществом и предпринимателем ФИО6, обладает признаками трудового договора и фактически регулирует трудовые отношения, поскольку: права и обязанности управляющего, отраженные в договоре от 10.03.2017 (без учета дополнительных соглашений), аналогичны обязанностям генерального директора общества, отраженным в уставе; выполнение работы предполагает включение управляющего в производственную деятельность организации, обеспечения ему согласно пункта 3.2 договора от 10.03.2017 необходимых помещения (трудового места), техники, мебели и другого оборудования; отношения оформлены договором, выполнение работ (оказание услуг) - актами выполненных работ, выплата вознаграждения - расходными документами, которые предусматривают систематическое исполнение услуг с их регулярной оплатой 5-го числа месяца, следующего за месяцем оказания услуг; заключенный обществом и предпринимателем договор был направлен на обеспечение деятельности общества в соответствии с его основным видом деятельности; управляющим по договору выполнялась не какая-либо конкретная разовая работа, а исполнялись определенные функции, входящие в обязанности управляющего, при этом был важен сам процесс труда, а не оказанная услуга (результат работ), отношения сторон носили продолжительный характер (договор заключался на длительный период времени - 5 лет).

Согласно условиям договора от 10.03.2017 целью управляющего являлось обеспечение прибыльности и конкурентоспособности организации, ее финансово-экономической устойчивости, законных интересов участников и работников общества, следовательно, данный договор не направлен на достижение сторонами самостоятельных коммерческих результатов, отношения сторон в рамках исполнения данного договора не являются гражданско-правовыми.

Таким образом, налоговый орган пришел к верному выводу в части того, что действительным экономическим смыслом деятельности привлеченного обществом управляющего было ведение по существу трудовой деятельности в качестве наемного руководителя.

Из материалов налоговой проверки следует, что дополнительные соглашения к договору от 10.03.2017, акты выполненных работ представлены обществом только по требованию от 22.12.2020. Ранее в рамках предпроверочных мероприятий налогового органа (2018 год) дополнительные соглашения к договору обществом не представлялись.

При анализе указанных выше документов налоговый орган пришел к обоснованным выводам о том, что дополнительные соглашения не изменяют общий перечень предоставляемых управляющим услуг, а дополняют конкретными видами работ, связанными непосредственно с осуществлением деятельности по руководству обществом в соответствии с его основным видом деятельности; формирование дополнительных соглашений с периодичностью один раз в начале календарного года, с изменением в сторону понижения требований к достижению обществом финансово-экономических показателей; дополнительные соглашения постоянно изменяют существенные условия договора от 10.03.2017, в том числе понижают установленные критерии достижения экономического результата, влияющего на размер вознаграждения, а также понижают процент вознаграждения; акты приема-сдачи оказанных услуг не содержат отсылку на дополнительные соглашения, на условия достижения показателей, определенных дополнительными соглашениями, в то время как содержат наименование услуг, носящихся общий характер, схожий с трудовыми функциями и с условиями, установленными договором от 10.03.2017; акты приема-сдачи не содержат данные о порядке формирования цены, определения стоимости конкретных оказанных услуг (работ), не отражают факт исполнения обязательств по количественным, качественным и ценовым показателям, то есть имеется произвольное определение стоимости спорных услуг, без надлежащего документального подтверждения их осуществления; договор от 10.03.2017 содержит конкретный период перечисления вознаграждения, дополнительные соглашение указывают на оплату частями в течение текущего календарного месяца, с указанием на достижения задач, направленных на модернизацию и улучшения финансово экономических показателей (общие функции, схожие с трудовыми), без привязки к конкретным показателям, которые по своему смыслу могут быть отнесены к услугам по договору гражданско-правового характера - замена паропровода, заключение лизинговых сделок в определенном количестве, обеспечение товарооборота, объема выпускаемой продукции, роста клиентской базы на определенную конкретную величину; сводный акт по своему содержанию не соответствует ежемесячным актам, поскольку в сводном акте оценивает конкретные показатели, установленные дополнительными соглашениями, в то время как ежемесячные акты говорят о выполнении управляющим работ, связанных с исполнением им общего руководства обществом.

Налоговым органом установлено, что ФИО6 является конечным бенефициарным владельцем группы компаний «Висстрой». В данную группу входит три юридических лица (ФИО6 является (или являлся) директором и учредителем данных обществ): общество с ограниченной ответственностью «Висстрой», общество с ограниченной ответственностью «Компания Вектор», общество с ограниченной ответственностью «Стройбаза-1» и предприниматель ФИО6

Общество «Висстрой» в своей финансово-хозяйственной деятельности использует привлеченные кредитные средства для пополнения оборотных средств общества. При этом для оценки возможности предоставления кредита общества «Висстрой» кредитные учреждения производят оценку финансово - хозяйственной деятельности всей группы компаний, которая состоит из трех юридических лиц (общество «Висстрой», общество «Компания Вектор», общество «Стройбаза-1») и предпринимателя ФИО6

В качестве обеспечения по всем кредитным договорам, полученным обществом «Висстрой», принимается недвижимое имущество, принадлежащее участнику группы компаний общества «Компания Вектор» (руководитель и учредитель ФИО6).

Из показаний ФИО6 следует, что свидетель являлся единственным учредителем и директором общества «Висстрой», трудовой договор с обществом «Висстрой» при приеме на работу с ним не заключался (поскольку он был единственным учредителем), заработная плата в обществе «Висстрой» до 16.03.2017 выплачивалась ему в размере 45 675 рублей, из состава учредителей общества «Висстрой» выведен по собственной инициативе, продал 100% долю ФИО7 в феврале 2017 года, с которым знаком с 2003 года.

Относительно принятого решения вывести руководителя из штата общества «Висстрой» и заключить договор на условии руководства в качестве управляющего ФИО6 пояснил, что это было одним из условий перед заключением договора купли-продажи общества: остаться руководителем общества на определенное время (не более трех лет) предложил ФИО7, в целях ввести его в курс дел, на предложение ФИО7 свидетель согласился остаться руководителем в качестве управляющего (протоколы допроса от 15.03.2021, 16.03.2021).

ФИО6 пояснил, что в период, когда он являлся руководителем общества «Висстрой» (до 16.03.2017), поступающими на расчетный счет денежными средствами распоряжался самостоятельно, после передачи ему полномочий как управляющему с 17.03.2017 основные платежи по текущим вопросам ФИО6 осуществлял без согласования с ФИО7, платежи по модернизации производства согласовывались с учредителем, договор управления расторгнут по инициативе учредителя, поскольку не выполнен ряд производственных и экономических показателей.

В результате сопоставления данных банковского досье общества «Висстрой» и предпринимателя ФИО6 установлено, что вход в систему «Банк-Клиент» и операции по перечислению денежных средств «по цепочке»: общество Висстрой» - предприниматель ФИО6 – физическое лицо ФИО6 в течение одной сессии совершаются под логином «р**а», посредством получения смс-паролей на номер мобильного телефона + 7 902 ***5048 с использованием одного IP-адреса.

По результатам проведенного анализа сведений об IР-адресах, предоставленных кредитными организациями, налоговым органом установлено, что контроль за движением денежных средств на расчетных счетах проверяемого общества осуществляется ФИО6 как в проверяемом периоде, так и после проверяемого периода, в том числе после подписания соглашения о расторжении договора управления от 26.08.2020.

Анализ перечислений по договору от 10.03.2017 показал, что перечисление денежных средств производится в произвольном порядке, выплата сумм вознаграждений управляющему не зависит ни от показателей, установленных в договоре, ни от выручки, ни от ежемесячно выплачиваемой суммы, документы о предоставлении технико-экономического обоснования установления критериев оценки эффективности деятельности управляющего на требование инспекции налогоплательщиком не представлены.

Указанные факты свидетельствуют о том, что ни управляющий, ни учредитель не проводили анализ финансово-хозяйственной деятельности общества в целях определения выплачиваемых сумм управляющему.

Работники общества «Висстрой», допрошенные в ходе проведения выездной налоговой проверки, пояснили, что учредитель общества «Висстрой» ФИО7 им лично не знаком (протоколы допросов свидетелей: от 12.02.2021 ФИО9, от 12.02.2021 ФИО10, от 18.02.2021 ФИО11, от 19.02.2021 ФИО12, от 24.02.2021 Островских В.М., от 26.02.2021 ФИО13, от 26.02.2021 ФИО13, от 02.03.2021 ФИО14, от 04.03.2021 ФИО15, от 04.03.2021 ФИО16, от 11.03.2021 ФИО17). Показаниями свидетелей подтверждено, что ФИО6 как управляющим осуществлялся полный контроль за финансово-хозяйственной деятельностью общества.

Указанный вывод подтверждается проведенным налоговым органом анализом исполнения сторонами условий договора от 10.03.2017, дополнительных соглашений к указанному договору. Так, доходы от реализации общества за 2016 год составили 238 916 рублей, с учетом условий исполнения, установленны[ дополнительными соглашениями к договору от 10.03.2017, установленного процента роста, по итогам 2017 года доходы общества должны были составить не менее 287 000 000 рублей (239+20%), среднемесячный доход должен составить не менее 24 000 000 рублей, при этом выручка от реализации продукции общества с августа 2017 года не достигала расчетной величины, а с июля 2017 года по декабрь 2017 года снизилась в 2 раза. Несмотря на такое снижение, общество не приостановило выплату гарантийного депозита, а, наоборот, в декабре 2017 года выплатило 3 100 000 рублей при установленном размере в 1 650 000 рублей. Не получив по итогам 2017 года прироста выручки от реализации продукции и товарооборота на 20%, как это прописано в дополнительном соглашении № 1, а всего лишь 2,5%, сумма ежемесячной выплаты снижена с 1 650 000 до 1 520 000 рублей или на 8%. В 2018 году выплата, производимая управляющему, не зависела от каких-либо показателей.

Таким образом, замена директора на управляющего - предпринимателя направлена лишь на минимизацию налоговой нагрузки (не имела экономически-оправданной цели).

Обществом в ходе проведения проверочных мероприятий представлен сводный акт от 26.08.2020, согласно которому в связи с неполным исполнением управляющим запланированных мероприятий, стороны определили необходимым зафиксировать объем (сумму) гарантийного депозита, подлежащего возврату обществу, в размере 43 050 000 рублей в срок, не превышающий 1 год с даты составления сводного акта, то есть не позднее 26.08.2021.

В соответствии с оборотно-сальдовой ведомостью и карточкой счета 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» за 2017,2018,2019, представленным обществом на требование от 11.02.2021, установлено наличие начислений вознаграждения предпринимателю ФИО6 с примечанием «за услуги по управлению по договору о передаче ЕИО ФИО6 Договор об управлении от 10.03.2017» в сумме 43 680 000 рублей, в том числе в 2017 году - 19 540 000 рублей, в 2018 году - 14 690 000 рублей, в 2019 году - 9 450 000 рублей, а также наличие выплат по данному договору в указанной сумме 43 680 000 рублей.

По результатам анализа актов оказания услуг предпринимателем ФИО6 в адрес общества налоговым органом установлено, что составленные управляющим отчеты не содержат в себе конкретный объем услуг, количественные показатели, поставленную задачу и ее результат и, в целом, не раскрывают полную характеристику оказанной услуги. Перечисленные услуги отражают услуги по руководству текущей деятельностью общества. Имеются виды услуг, непоименованные в перечне мероприятий, в зависимости от которых управляющему выплачивается вознаграждение и не включенные в показатели оценки его деятельности.

Таким образом, размер выплаты вознаграждения управляющему не зависел ни от показателей указанных в договоре, ни от размера выручки.

Денежные средства с расчетного банковского счета предпринимателя ФИО6 перечислялись ФИО6 с назначением платежа «перевод средств на личные нужды». Так, предпринимателем ФИО6 в период с 2018 года по 2021 год приобретено 5 объектов недвижимости стоимостью более 40 000 000 рублей Указанное свидетельствует о том, что предприниматель ФИО6 вознаграждения, полученные им по договору от 10.03.2017, считал своим заработком и тратил его на свои нужды.

Документы, подтверждающие выполнение услуг (работ) управляющим ФИО6, пояснения технико-экономического обоснования, заложенных в основу заключения договора показателей, по требованию налогового органа от 28.01.2022 обществом не представлены.

Представленные в ходе проведения налоговой проверки обществом 28.01.2021 дополнительные соглашения от 31.03.2017, 10.01.2018, 11.01.2019, 09.04.2020 к договору от 10.03.2017 существенно изменяют условия договора, а именно: предусматривают два вида оплаты управляющему (постоянная гарантированная сумма в размере 100 тыс. рублей; переменная (гарантийный депозит), которая зависит от достижения показателей).

Из анализа представленных обществом в материалы проверки документов следует, что общество не вело учет сумм, выплаченных предпринимателю ФИО6, в зависимости от вида вознаграждения (гарантийный депозит или минимальное фиксированное вознаграждение).

В связи с предположением о несоответствии дат изготовления дополнительных соглашений к договору от 10.03.2017 датам их подписания в адрес общества было направлено требование от 28.01.2022 о предоставлении оригиналов дополнительных соглашений к указанному договору от 31.03.2017, 10.01.2018, 11.01.2019, 09.04.2020. Требование от 28.01.2022 направлено налогоплательщику по телекоммуникационным каналам связи 28.01.2022, получено 07.02.2022, что подтверждается квитанцией о приеме. Согласно полученному 21.02.2022 ответу, общество отказало от представления налоговому органу оригиналов документов.

Из материалов налоговой проверки также следует, что общество уклонилось от вручения постановления о назначении технической экспертизы на давность подписания документов от 17.02.2022. Так, 18.02.2022 инспекцией по адресам регистрации общества и директора общества ФИО8 осуществлен выезд с целью вручения постановления о назначении технической экспертизы на давность подписания документов от 17.02.2022, письма о предоставлении оригиналов дополнительных соглашений и разрешения на вырезку из штрихов документа для проведения экспертизы. Генеральный директор ФИО8, а также представитель общества «Висстрой» ФИО3 отсутствовали, о чем в присутствии понятых составлены акты о невозможности вручения вышеуказанных документов от 18.02.2022.

Постановление о назначении экспертизы от 17.02.2022, письмо о предоставлении оригиналов разрешения на вырезку из штрихов документа для проведения экспертизы от 17.02.2022 и протокол от 17.02.2022 об ознакомлении с постановлением о назначении экспертизы направлены в адрес общества и ФИО8 заказной почтовой корреспонденцией 18.02.2022 (почтовый идентификатор 66007964323691, 66007964323813). Согласно сведениям сайта «Почта России», 25.02.2022 документы вручены обществу.

Оригиналы дополнительных соглашений и другие необходимые для экспертизы документы обществом в ходе проведения налоговой проверки в инспекцию не предоставлены. Фактически обществом в период проведения выездной налоговой проверки оформлен формальный пакет документов с целью придания договору от 10.03.2017 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему – предпринимателю ФИО6 признаков гражданско-правового, а не трудового договора.

Согласно представленным обществом копиям платежных поручений за период с 26.02.2021 по 24.12.2021 предпринимателем ФИО6 в течение 2021 года произведено перечисление на расчетный счет общества «Висстрой» денежных средств на общую сумму 43 051 700 рублей с назначением платежа «возврат денежных средств по соглашению от 26.08.2020 о расторжении договора о передаче полномочий исполнительного органа управляющему от 10.03.2017 без НДС».

Установлено, что предпринимателем ФИО6 возврат денежных средств производится за счет денежных средств, получаемых от взаимозависимого лица общества «Стройбаза-1» в сумме 17 000 000 рублей, за счет кредитных средств, полученных им в качестве банковского займа, в сумме 17 676 500 рублей, наличными денежными средствами в сумме 6 702 000 рублей, денежных средств, возвращенных по статье 78 Налогового кодекса Российской Федерации в сумме 1 027 500 рублей. При этом одним из поручителей ФИО6 на момент заключения кредитного соглашения от 18.11.2021, на основании которого ФИО6 предоставлены денежные средства, впоследствии перечисленные в адрес общества в связи с расторжением договора управления, являлось общество «Висстрой».

Обществом в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки представлено дополнительное соглашение от 17.05.2022 к кредитному соглашению от 18.11.2021 об исключении из текста кредитного соглашения положений о поручительстве общества «Висстрой». Согласно пункту 1.4 соглашения от 18.11.2021 поручителями по указанному соглашению являются взаимозависимые организации по отношению к предпринимателю ФИО6 ООО «Стройбаза-1», ООО «Компания Вектор». Из представленных банковских документов следует, что право единоличного распоряжения движением денежных средств по расчетным счетам общества «Стройбаза-1» и общества «Компания Вектор» принадлежит ФИО6

Таким образом, налогоплательщиком создан формальный документооборот с целью преодоления результатов налоговой проверки, о чем свидетельствует составление и предоставление документов по возврату гарантийного депозита после назначения проверки, уклонение налогоплательщика от проведения технической экспертизы с целью установления давности изготовления дополнительных соглашений, действия налогоплательщика во взаимоотношениях с управляющим противоречат условиям дополнительных соглашений, предоставление дополнительных соглашений после начала проведения проверки, отсутствие определенности в квалификации возвращенных платежей управляющим со стороны налогоплательщика.

При таких обстоятельствах, в ходе выездной налоговой проверки выявлена схема, согласно которой обществом допущено уменьшение налоговой базы по налогу на доходы физических лиц в 2017, 2018, 2019 годах в результате искажения сведений о фактах хозяйственной деятельности вследствие выплаты дохода не директору общества, а управляющему – предпринимателю ФИО6, что позволило налоговому агенту не удерживать и не перечислять в бюджет налог на доходы физических лиц, не исчислять страховые взносы, а ФИО6 – исчислить с полученного дохода налог, уплачиваемый в связи с применением упрощенной системы налогообложения по ставке 6%, и страховые взносы в виде фиксированного платежа. Данные действия имеют целью исключительно незаконную минимизацию налоговых обязательств.

Учитывая, что налоговый орган верно квалифицировал взаимоотношения общества и предпринимателя ФИО6 в качестве трудовых правоотношений, то налоговый орган обоснованно обязал общество удержать из доходов, выплаченных ФИО6, налог на доходы физических лиц, перечислить налог в бюджет, уплатить соответствующие суммы страховых взносов, пеней, штрафов.

Судом первой инстанции установлено, что предприниматель ФИО6 при исчислении налога, исчисляемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2017 – 2019 годы, учел суммы, полученные от общества, в качестве вознаграждения. В дальнейшем предпринимателем сданы уточненные налоговые декларации по упрощенной системе налогообложения за указанные периоды, в соответствии с которыми налогоплательщиком уменьшена сумма полученного от общества дохода. При этом предпринимателем исчислен налог по упрощенной системе налогообложения в размере 204 000 рублей (в отношении дохода, полученного от общества в сумме 3 400 000 рублей), в том числе 60 000 рублей за 2017 год, 72 000 рублей за 2018 год, 72 000 рублей – за 2019 год).

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанная сумма не учтена налоговым органом при определении суммы налога на доходы физических лиц, которую по результатам выездной налоговой проверки обществу предложено удержать из суммы выплаченного ФИО6 дохода. Данное обстоятельство привело к необоснованному завышению сумм налога на доходы физически лиц, пени и штрафов, начисленных по результатам проверки (соответствующий расчет представлен налоговым органом) в связи с чем судом первой инстанции требование общество удовлетворено частично, оспариваемое решения признано недействительным в части предложения удержать 204 000 рублей налога на доходы физических лиц, доначисления 45 208 рублей пеней по налогу на доходы физических лиц, 2174 рубля штрафа по налогу на доходы физических лиц, что сторонами не оспаривается.

При изложенных выше обстоятельствах, решение инспекции от 23.05.2022 № 3 в остальной части является законным и обоснованным, требования заявителя удовлетворению не подлежат.

Поскольку договор по передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества предпринимателю имеет признаки трудового договора, то полученные предпринимателем денежные средства в виде гарантированного депозита, являются заработной платой ФИО6 Последующее (в 2021 году) добровольное возращение предпринимателем обществу 43 680 000 рублей не влияет на обязанность общества в 2017,2018,2019 годах исчислить, удержать из суммы дохода налог на доходы физических лиц, перечислить суммы налога в бюджет, исчислить и уплатить в соответствующие бюджеты страховые взносы.

Вопреки позиции общества, возврат гарантийного депозита предприниматель начал осуществлять только после начала выездной налоговой проверки и после получения сообщения налогового органа от 24.09.2020, что свидетельствует об отсутствии обоснованной экономической цели на заключение соответствующей сделки.

При отсутствии первичных документов, оборотно-сальдовых ведомостей невозможно достоверно установить, что общество в расходную часть налога на прибыль организации не включало расходы по договору заключенному с предпринимателем ФИО6 от 10.02.2017 за период с 2017 по 2019. Таким образом, общество не подтвердило свой довод о непринятии к расходам при расчете налоговой базы по налогу на прибыль выплаты ФИО6 по договору от 10.03.2017.

Налоговым органом установлено, что поступившие от предпринимателя ФИО6 в адрес общества денежные средства (возврат гарантийного депозита) размещаются обществом на краткосрочные депозиты в ПАО «Росбанк».

По мнению суда апелляционной инстанции, обществом создается видимость возврата гарантийного депозита предпринимателем ФИО6 в адрес общества. Более того, установленные налоговым органом факты подтверждают умышленные действия ООО «Висстрой» и предпринимателя ФИО6 на получение необоснованной налоговой экономии.

Налогоплательщиком по данным хозяйственным операциям счет 58 «Финансовые вложения» не применялся, а использован счет 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками», который согласно Приказу Минфина РФ от 31.10.2000 № 94н «Об утверждении Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкции по его применению» предназначен для обобщения информации и расчетах с поставщиками и подрядчиками, включая операции, связанные с расчетами за приобретенные товарно-материальные ценности, принятые работы или потребленные услуги. Налогоплательщиком спорная операция (в виде «депозита») в бухгалтерском учете отражена в соответствии с договором от 10.03.2017, без учета к нему дополнительных соглашений, то есть отражена расходная операция в виде оказанной услуги.

Совокупность указанных выше обстоятельств свидетельствует о том, что фактически общество в период проведения проверки оформило формальный пакет документов с целью придания договору от 10.03.2017 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа ООО «Висстрой» управляющему предпринимателю ФИО6 признаков гражданско - правового, а не трудового договора.

Более того, ФИО6, в период с 2018 по 2021 приобретено 5 объектов недвижимости стоимостью более 40 000 000 рублей, что противоречит позиции общества о непоступлении денежных средств с собственность предпринимателя (физического лица).

При установленных выше обстоятельствах, довод общества о том, что дивиденды являются доходами от участия, не связаны с трудовыми отношениями и не являлся объектом страховых взносов, противоречит материалам дела.

В части встречного требования инспекции суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 24 Налогового кодекса Российской Федерации (далее также – НК РФ) налоговые агенты обязаны правильно и своевременно исчислять, удерживать из денежных средств, выплачиваемых налогоплательщикам, и перечислять налоги в бюджетную систему Российской Федерации на соответствующие счета Федерального казначейства.

В силу пункта 1 статьи 226 НК РФ российские организации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 225 настоящего Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Согласно пунктам 4, 6 статьи 226 НК РФ налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате с учетом особенностей, установленных настоящим пунктом. Налоговые агенты обязаны перечислять суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня, следующего за днем выплаты налогоплательщику дохода.

Положениями подпункта 1 пункта 1 статьи 420 НК РФ определено, что объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абзацах втором и третьем подпункта 1 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей статьей, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подпункте 2 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса) в рамках трудовых отношений.

В силу пункта 1 статьи 421 НК РФ база для исчисления страховых взносов для плательщиков, указанных в абзацах втором и третьем подпункта 1 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса, определяется по истечении каждого календарного месяца как сумма выплат и иных вознаграждений, предусмотренных пунктом 1 статьи 420 настоящего Кодекса, начисленных отдельно в отношении каждого физического лица с начала расчетного периода нарастающим итогом, за исключением сумм, указанных в статье 422 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 431 НК РФ в течение расчетного периода по итогам каждого календарного месяца плательщики производят исчисление и уплату страховых взносов исходя из базы для исчисления страховых взносов с начала расчетного периода до окончания соответствующего календарного месяца и тарифов страховых взносов за вычетом сумм страховых взносов, исчисленных с начала расчетного периода по предшествующий календарный месяц включительно.

Сумма страховых взносов, исчисленная для уплаты за календарный месяц, подлежит уплате в срок не позднее 15-го числа следующего календарного месяца (пункт 3 статьи 431 НК РФ).

Согласно пунктам 1, 2 и 3 статьи 75 НК РФ пеней признается установленная настоящей статьей денежная сумма, которую налогоплательщик должен выплатить в случае уплаты причитающихся сумм налогов, в том числе налогов, уплачиваемых в связи с перемещением товаров через таможенную границу Таможенного союза, в более поздние по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах сроки. Сумма соответствующих пеней уплачивается помимо причитающихся к уплате сумм налога и независимо от применения других мер обеспечения исполнения обязанности по уплате налога, а также мер ответственности за нарушение законодательства о налогах и сборах. Пеня начисляется, если иное не предусмотрено настоящей статьей и главами 25 и 26.1 настоящего Кодекса, за каждый календарный день просрочки исполнения обязанности по уплате налога начиная со следующего за установленным законодательством о налогах и сборах дня уплаты налога по день исполнения обязанности по его уплате включительно. Сумма пеней, начисленных на недоимку, не может превышать размер этой недоимки.

В силу статьи 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 настоящего Кодекса, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов). Деяния, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов).

Поскольку вывод налогового органа о трудовом характере правоотношений ФИО6 и общества является правомерным и подтвержденным по материалам дела, то инспекция обоснованно обратилась в суд с указанным встречным заявлением.

Принимая во внимание отсутствие доказательств оплаты недоимки, пени, штрафа по решению, учитывая признание судом первой инстанции оспариваемого решения недействительным в части предложения удержать 204 000 рубля налога на доходы физических лиц, доначисления 45 208 рублей пеней по налогу на доходы физических лиц, 2174 рубля штрафа по налогу на доходы физических лиц, требования налогового органа о взыскании с общества задолженности подлежат удовлетворению в части: пеней по налогу на доходы физических лиц в сумме 1 792 959 рублей 56 копеек, штрафа в сумме 35 006 рублей; страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в Российской Федерации, зачисляемые в Пенсионный фонд Российской Федерации на выплату страховой пенсии, в сумме 4 625 122 рублей 43 копеек, пеней в размере 2 389 869 рублей 52 копеек, штрафа в сумме 72 000 рублей; страховых взносов на обязательное медицинское страхование в сумме 2 141 202 рублей 51 копейки, пеней в размере 1 128 811 рублей 13 копеек, штрафа в сумме 36 720 рублей; пеней по страховым взносам на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в сумме 3665 рублей 26 копеек.

Указанные расчеты сумм проверены судом апелляционной инстанции, признаются правильными, арифметика расчетов заявителем не оспаривается. Доказательств оплаты заявленных сумм задолженности в материалы дела общество не предоставило.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу спора, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, заявленные в апелляционной жалобе доводы признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, не установлено.

В связи с чем, согласно статье 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Государственная пошлина за апелляционную жалобу, в связи с отказом обществу в удовлетворении апелляционной жалобы, распределяется на общество в порядке части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «15» мая 2023 года по делу № А33-21222/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.



Председательствующий


Д.В. Юдин

Судьи:


А.Н. Бабенко



М.Ю. Барыкин