Постановление от 21 апреля 2023 г. по делу № А63-5929/2018

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Ессентуки Дело № А63-5929/2018

21.04.2023

Резолютивная часть постановления объявлена 18.04.2023

Постановление изготовлено в полном объёме 21.04.2023


Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Годило Н.Н., судей: Джамбулатова С.И., Макаровой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы коммерческого банка «Интеркоммерц» (ООО) и финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 30.12.2022 по делу № А63-5929/2018, принятое по заявлению финансового управляющего должника ФИО3 о признании недействительной единой сделки по отчуждению принадлежащего ФИО2 жилого дома и земельного участка (земельный участок, кадастровый номер 39:17:010015:18, вид разрешенного использования объекта недвижимости: эксплуатация индивидуального жилого дома, адрес: местонахождение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: <...>, площадь: 2479 кв. м; жилое здание, кадастровый номер: 39:17:010015:254, расположенное по адресу: Калининградская область, <...>, площадь 178,3 кв. м), оформленную цепочкой последовательных сделок: договор дарения жилого дома и земельного участка от 24.02.2016, заключенного ФИО2 и ФИО4 (далее – ФИО4), договор купли-продажи недвижимого имущества от 01.11.2021, заключенного ФИО4 и ФИО5 (далее – ФИО5); применении последствий недействительности сделки – в виде возврата земельного участка и жилого дома в конкурсную массу ФИО2; об аннулировании Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестра) в Едином государственном реестре недвижимости записи о государственной регистрации права собственности Шевчука Т.Г. и ФИО4 и восстановлении записи о государственной регистрации права собственности должника на жилое здание и земельный участок (уточненные требования),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник, ФИО2) финансовый управляющий должника ФИО3 (далее – ФИО3) обратилась в суд с заявлением о признании недействительной единой сделки по отчуждению принадлежащего ФИО2 жилого дома и земельного участка (земельный участок, кадастровый номер 39:17:010015:18, вид разрешенного использования объекта недвижимости: эксплуатация индивидуального жилого дома, адрес: местонахождение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: <...>, площадь: 2479 кв. м; жилое здание, кадастровый номер: 39:17:010015:254, расположенное по адресу: Калининградская область, <...>, площадь 178,3 кв. м), оформленную цепочкой последовательных сделок: договор дарения жилого дома и земельного участка от 24.02.2016, заключенного ФИО2 и ФИО4 (далее – ФИО4), договор купли-продажи недвижимого имущества от 01.11.2021, заключенного ФИО4 и ФИО5 (далее – ФИО5); применении последствий недействительности сделки – в виде возврата земельного участка и жилого дома в конкурсную массу ФИО2; об аннулировании Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестра) в Едином государственном реестре недвижимости записи о государственной регистрации права собственности Шевчука Т.Г. и ФИО4 и восстановлении записи о государственной регистрации права собственности должника на жилое здание и земельный участок (уточненные требования).

Определением суда от 30.12.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Коммерческий банк «Интеркоммерц» (ООО) и финансовый управляющий должника обжаловали определение суда, просили его отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Апелляционные жалобы мотивированы тем, что материалами дела подтверждается наличие оснований для признания сделок недействительными, сделки совершены с целью создания видимости добросовестного приобретателя.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 с доводами жалоб не согласился, просил определение суда оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения.

Определением суда от 21.03.2023 судебное разбирательство по апелляционным жалобам отложено на 18.04.2023. Шевчуку Т.Г. предложено представить доказательства, подтверждающие финансовую возможность приобретения спорных объектов недвижимости (имущественное состояние на дату приобретения объектов), а также раскрыть обстоятельства приобретения спорной недвижимости.

От Шевчука Т.Г. поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просил определение суда оставить без изменения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, отзывов, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 30.12.2022 по делу № А63-5929/2018 подлежит отмене, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, 24.02.2016 между ФИО2 (даритель) и его дочерью ФИО4 (одаряемая) заключен договор дарения, согласно которому даритель безвозмездно передает в собственность одаряемой спорный жилой дом и земельный участок.

Впоследствии, 19.11.2020 между ФИО4 (продавец) и Шевчуком Т.Г. (покупатель) заключен договор купли-продажи спорного жилого дома и земельного участка.

Согласно пункту 3.1 договора стоимость объектов недвижимости определена в размере 22 000 000 руб., из которых стоимость земельного участка - 6 000 000 руб., стоимость жилого дома - 16 000 000 руб.

Пунктом 3.2 договора предусмотрено периодическая оплата имущества в период с 19.11.2020 по 31.08.2021.

Переход права собственности по договору дарения и по последующей сделке купли-продажи зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области 15.08.2016 и 01.11.2021 соответственно.

Определением суда от 28.05.2018 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов.

Решением суда от 26.12.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6

Определением суда от 26.07.2019 финансовым управляющим должника утверждена ФИО3

Ссылаясь на то обстоятельство, что договоры дарения и купли-продажи являются единой сделкой, направленной на безвозмездное отчуждение в пользу аффлированных лиц принадлежащего должнику имущества при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами с целью причинения им вреда, финансовый управляющий должника обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании данной единой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 9 постановления Пленума № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суд первой инстанции указал, что финансовым управляющим не представлено доказательств наличия у должника на момент заключения договора дарения неисполненных обязательств перед кредиторами, тем самым не доказано наличие у должника признака неплатежеспособности и совершения сделки с целью причинения вреда кредиторам. При этом, у должника после дарения оспариваемого имущества имелось иное ликвидное движимое и недвижимое имущество (автомобиль, земельные участки, нежилое здание, доли в уставных капиталах коммерческих организациях). Кроме того, договор дарения заключен за два года до введения в отношении должника процедуры банкротства, что также свидетельствует об отсутствии в действиях участников договора дарения признаков злоупотребления гражданскими правами. Поскольку судом не установлено наличие оснований недействительности договора дарения, то последующий заключенный в рамках единой цепочки договор купли-продажи также не может быть признан недействительным.

Между тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции ввиду следующего.

Как установлено апелляционным судом, решением Черемушкинского районного суда г. Москвы от 18.10.2017 по делу № 2-5425/17 с ФИО2 в пользу ООО КБ «Интеркоммерц» взыскана задолженность по кредитному договору от 03.04.2015 № 0000-15-000004-121013 в размере: основной долг - 6 438 319,19 долларов США; просроченный основной долг - 468 070,81 долларов США; проценты - 3518,20 долларов США; просроченные проценты - 279 139,95 долларов США; неустойка на просроченный основной долг - 22 148,77 долларов США; неустойка на просроченные проценты - 17 648, 43 долларов США. Всего указанным решением с должника в пользу заявителя взыскано 7 228 845,35 долларов США по курсу ЦБ РФ на день исполнения решения суда, а также государственная пошлина в размере 66 000 руб.

В последующем ООО КБ «Интеркоммерц» обратилось в суд с заявлением о включении задолженности в реестр, дополнительно начислив суммы процентов за пользование кредитом за период с 18.10.2017 (дата принятия решения Черемушкинского районного суда г. Москвы) по 21.05.2018 (до даты оглашения резолютивной части определения о введении процедуры реструктуризации долгов), а также произвел дополнительное начисление штрафных санкций за указанный период.

Таким образом, общая сумма задолженности ФИО2 перед ООО КБ «Интеркоммерц» составила 9 988 214,72 долларов США или 618 678 010,33 руб.

Определением суда от 02.11.2018 признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов требования ООО КБ «Интеркоммерц» в сумме 618 678 010,33 руб., из которых 280 951 000 руб. как обеспеченные залогом имущества должника.

При рассмотрении материалов настоящего обособленного спора и давая оценку преюдициального характера вышеуказанных судебных актов, суд первой инстанции указал, что данные судебные акты не содержат информацию относительно момента, с которого ФИО2 прекратил исполнение обязательств по кредитному договору и у него возникла задолженность перед банком, в связи с чем, определением от 24.08.2022 предложил ООО КБ «Интеркоммерц» представить расчет ссудной задолженности по кредитному договору <***> от 03.04.2015.

Во исполнение определения 13.09.2022 банком через систему «Мой арбитр» представлена копия расчета задолженности, которая заверена представителем конкурсного управляющего банка ФИО7, имеющим право действовать без доверенности от имени ООО КБ «Интеркоммерц».

Таким образом, вывод суда первой инстанции об отсутствии полномочий ФИО7 является необоснованным и противоречит фактическим обстоятельствам дела.

Судом первой инстанции также не учтено, что как пояснил банк, представленный им расчет задолженности полностью идентичен тому, который был ранее представлен при рассмотрении заявления банка о включении в реестр требований кредиторов должника.

При таких обстоятельствах, у суда первой инстанции отсутствовали основания для не проверки представленного банком расчета и принятия его при установлении момента возникновения у должника просрочки исполнения обязательства.

Поскольку по оспариваемому договору отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации, следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция договора дарения недвижимости предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации (пункт 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации). Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (пункт 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

Согласно представленному расчету, начисление неустойки на несвоевременное погашение ссудной задолженности произведено банком с 01.04.2016, в то время как договор дарения зарегистрирован лишь 15.08.2016.

Следовательно, на момент заключения договора дарения и его регистрации должник уже начал допускать просрочку исполнения кредитных обязательств, размер которых является существенным и значительно превышает стоимость безвозмездно отчужденного имущества.

Таким образом, признаки неплатежеспособности сформировались у должника начиная с 2016 года, а в дальнейшем осуществлялось лишь наращивание долговых обязательств.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, содержащимся в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П, установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу. Факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу.

В постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2004 № 2045/04, от 03.04.2007 № 13988/06, определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.07.2018 № 307-АД18-976 и Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 06.11.2014 № 2528-О, сформулирован правовой подход, согласно которому освобождение от повторного доказывания преюдициально установленных фактических обстоятельств спора не исключает их различной правовой оценки, зависящей от характера конкретного спора.

Преюдициальными являются установленные по ранее рассмотренному делу обстоятельства, но не выводы о правовой квалификации правоотношений и толковании правовых норм.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что вышеуказанными судебными актами установлен факт наличия у должника неисполненных обязательств перед кредитором - ООО КБ «Интеркоммерц», размер которых составляет более 600 000 000 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Материалами дела подтверждается, что одаряемая - ФИО4 является дочерью должника, что не оспаривается сторонами, то есть в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику и она не могла не знать о признаках неплатежеспособности у должника.

Учитывая, что договор дарения совершен между заинтересованными лицами, соответственно, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов в данном случае презюмируется.

В результате совершения оспариваемой сделки из конкурсной массы должника без встречного предоставления выбыло имущество должника, в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Таким образом, заключая договор дарения жилого дома и земельного участка в пользу своей дочери должник действовал недобросовестно, с целью причинения вреда кредиторам.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недействительности договора дарения на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Давая оценку последующего договору купли-продажи, апелляционная коллегия также учитывает, что истинная воля сторон сделки была направлена на вывод имущественного актива посредством создания цепочки сделок и затруднения его возврата должнику.

В свою очередь, согласно пункту 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021 сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, может прикрываться цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

В соответствии с частью 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной по основаниям части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как следует из материалов дела, договор купли-продажи между ФИО4 и Шевчуком Т.Г. был заключен 19.11.2020, в то время как регистрация перехода права собственности на спорное имущество произведена Росреестром спустя год - 01.11.2021, то есть после поступления в суд заявления финансового управляющего должника о признании сделки должника недействительной.

Причин столь длительном бездействии по регистрации договора купли-продажи, а также подтверждения заключения договора именно 19.11.2020 сторонами не представлено.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что к недобросовестному поведению лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание должником такого способа распоряжения имуществом, которое приводит к уменьшению его активов в ущерб его собственным интересам, связанным с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота.

Что касается процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, то в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают участники сделки и лица, заявляющие об их недействительности и наличии признаков злоупотребления правом.

Предъявляя иск о недействительности сделки, заявитель должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие объективных сомнений в добросовестности и разумном характере заключения сделки. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений заявителя переходит на стороны сделки, которые должны раскрыть свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле происходило заключение договора, обосновать причины его заключения и экономический смысл.

Схожий правовой подход относительно распределения бремени доказывания и раскрытия сторонами сделок всех обстоятельств их заключения изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 по делу № А03-6737/2020.

Оценивая обстоятельства заключения последующего договора купли-продажи, суд апелляционной инстанции предлагал Шевчуку Т.Г. представить доказательства, подтверждающие финансовую возможность приобретения спорных объектов недвижимости (имущественное состояние на дату приобретения объектов), а также раскрыть обстоятельства приобретения спорной недвижимости.

В отзыве на апелляционные жалобы ФИО5 указал, что оплата по договору произведена ФИО4 наличными денежными средствами, полученными им от ФИО8 по договору займа от 16.11.2020. Наличие у ФИО8 финансовой возможности предоставления займа подтверждено продажей им векселя на сумму 52 млн. руб. Информация о продаже получена ФИО5 от знакомого, занимающегося риэлторскими услугами.

Вместе с тем, приведенные ФИО5 пояснения даны абстрактно и не раскрывают всех реальных обстоятельств заключения договора купли-продажи.

Так, в частности не даны объяснения о личности риэлтора; размещении объявления о продаже недвижимости; причинах ее продажи и покупки; о переговорах о покупке; об обстоятельствах покупки и передачи денежных средств.

Также Шевчуком Т.Г. не раскрыта экономическая целесообразность приобретения жилого дома за столь существенную сумму и именно за счет заемных средств; не обоснован механизм расчета с ФИО8; сведения о финансовой состоятельности, позволяющей обеспечить возврат займа ФИО8

В отсутствие данных пояснений и раскрытия объективных сомнений в реальности договора купли-продажи, возможности покупателя возвратить полученный долг, представленный договор займа от 16.11.2020 с ФИО8 и предъявление им к досрочному погашению векселя на сумму 52 млн. руб. не свидетельствует о реальном возмездном характере сделки.

Указанные обстоятельства ставят под сомнение статус Шевчука Т.Г. как добросовестного и не заинтересованного приобретателя имущества, при этом названные сомнения Шевчуком Т.Г. тем или иным образом не опровергнуты.

Фактически все документы, оформляющие расчеты между сторонами, составлены лишь для вида, реальность встречных обязательств не доказана.

Таким образом, Шевчуком Т.Г. не представлено достоверных доказательств наличия финансовой возможности оплаты по спорному договору купли-продажи.

То обстоятельство, что договор дарения заключен в 2016 году, а договор купли-продажи в 2020 году, само по себе не свидетельствует об отсутствии взаимосвязи и единой цели заключения данных договоров, поскольку исходя из хронологической последовательности сделок стороны путем совершения данных сделок преследовали цель недопущения обращения взыскания на спорные объекты недвижимости: так, сделка по дарению заключена непосредственно в момент прекращения исполнения должником кредитных обязательств, а последующий договор купли-продажи в отсутствие реального факта передачи денежных средств и его регистрация совершены уже после подачи финансовым управляющим заявления об оспаривании первоначальной сделки.

Совершение в условиях неплатежеспособности должником и ответчиками цепочки взаимосвязанных сделок дарения и купли-продажи между аффилированными лицами, объединенной общей целью (вывод ликвидного имущества должника), в результате чего должник лишился ликвидного актива, свидетельствует о заключении оспариваемых сделок при злоупотреблении правом сторонами сделок и наличии оснований для признания их недействительными в силу статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В данном случае должник и заинтересованные с ним лица, очевидно понимающие возможность обращения взыскания на спорное имущество, произвели ряд взаимосвязанных сделок, направленных на отчуждение в пользу заинтересованных лиц ликвидного недвижимого имущества, имеющего значительную стоимость, за счет которого могли быть удовлетворены денежные требования кредиторов. Иная цель отчуждения имущества не доказана; разумных экономических мотивов дарения имущества в пользу своей дочери в период действия неисполненного кредитного договора не приведено.

Последовательные сделки являются ничтожными по признаку мнимости, подлежат оценке не как самостоятельные отдельные сделки, а как взаимосвязанные сделки, направленные на достижение одного результата - исключение из состава находящегося в преддверии банкротства должника спорного имущества и передаче его по цепочке в итоге формальному покупателю – Шевчуку Т.Г.

Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В случае подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, оспаривающее сделку лицо вправе по правилам статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи; также возбужденное вне рамок дела о банкротстве тем же судом дело по иску о виндикации может быть объединено судом с рассмотрением заявления об оспаривании сделки - их объединенное рассмотрение осуществляется в рамках дела о банкротстве.

Вместе с тем, исходя из обстоятельств заключения сделок и субъектного состава сделок прослеживается устоявшаяся последовательность действий по выводу имущества из собственности должника посредством заключения ряда последовательных сделок с целью искусственного создания фигур добросовестных приобретателей и усложнения процедуры возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.

В силу разъяснений в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.10.2017 по делу № А32-29459/2012 нельзя признать ни ФИО4, ни Шевчука Т.Г. добросовестными покупателями.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.10.2017 по делу № А32-29459/2012, согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 9 информационного письма от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения», явно заниженная цена продаваемого имущества может свидетельствовать о том, что приобретатель не является добросовестным. Намереваясь приобрести имущество по явно заниженной стоимости, покупатель, проявляя обычную при таких обстоятельствах степень осмотрительности, должен предпринять дополнительные меры, направленные на проверку юридической судьбы вещи.

Действуя добросовестно и разумно ФИО5 должен был принять во внимание тот факт, что первая сделка по дарению имущества совершена с должником в период подозрительности со своей дочерью.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации № 310-ЭС15-7328 по делу № А35-2362/2013 от 17.07.2015 приведен правовой подход о том, что приобретение имущества по заниженной стоимости и осведомленность приобретателя об этом являются достаточными основаниями, указывающими на недобросовестность приобретателя и основанием для удовлетворения иска об истребовании имущества, независимо от возражений приобретателя о том, что он является добросовестным приобретателем.

Так, банком представлены заключение оценщика ФИО9, согласно которому стоимость спорного имущества составляет более 37 млн. руб., в то время как по договору купли-продажи установлена стоимость 22 млн. руб.

С учетом вышеизложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционные суд приходит к выводу о недействительности договора дарения, заключенного между ФИО2 и ФИО4, и договора купли-продажи, заключенного между ФИО4 и Шевчуком Т.Г., как единой сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

Таким образом, в условиях безвозмездного отчуждения имущества должника в порядке применения последствий недействительности сделки следует применить одностороннюю реституцию в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Ставропольского края от 30.12.2022 по делу № А63-5929/2018, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с не соответствием выводов, изложенных в определении, фактическим обстоятельствам дела, подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 30.12.2022 по делу № А63-5929/2018 отменить, принять новый судебный акт.

Заявление финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 удовлетворить.

Признать недействительными сделками договор дарения жилого дома и земельного участка от 24.02.2016, заключенный между ФИО2 и ФИО4, договор купли-продажи недвижимого имущества от 01.11.2021, заключенный между ФИО4 и ФИО5.

Применить последствия недействительности сделки, в виде возврата в конкурсную массу ФИО2, земельного участка, кадастровый номер 39:17:010015:18, вид разрешенного использования объекта недвижимости: эксплуатация индивидуального жилого дома, адрес: местонахождение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: <...>, площадь: 2 479 кв.м; жилое здание, кадастровый номер: 39:17:010015:254, расположенное по адресу: Калининградская область, <...>, площадь 178,3 кв.м.

Настоящее постановление является основанием для аннулирования в Едином государственном реестре записи о государственной регистрации права собственности ФИО5 (от 01.11.2021 № 39:17:010015:254-39/021/2021-2), ФИО4 (от 15.08.2016 № 39-39/003-39/011/033/2016-1936/2) на жилое здание, кадастровый номер: 39:17:010015:254, расположенное по адресу: Калининградская область, <...>, площадь 178,3 кв.м., и восстановлении записи о государственной регистрации права собственности ФИО2 на жилое здание, кадастровый номер: 39:17:010015:254, расположенное по адресу: Калининградская область, <...>, площадь 178,3 кв.м; на земельный участок, кадастровый номер 39:17:010015:18, вид разрешенного использования объекта недвижимости: эксплуатация индивидуального жилого дома, адрес: местонахождение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: <...>, площадь: 2 479 кв.м., и восстановлении записи о государственной регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок, кадастровый номер 39:17:010015:18, вид разрешенного использования объекта недвижимости: эксплуатация индивидуального жилого дома, адрес: местонахождение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: <...>, площадь: 2479 кв.м.

Взыскать с ФИО4 и ФИО5 в пользу ФИО3 по 3 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины по заявлению.

Взыскать с ФИО4 и ФИО5 в доход федерального бюджета по 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционным жалобам.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции.


Председательствующий Н.Н. Годило


Судьи С.И. Джамбулатов


Н.В. Макарова