Решение от 23 мая 2023 г. по делу № А40-36105/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-36105/23-122-266
г. Москва
23 мая 2023 г.
Резолютивная часть решения объявлена 16 мая 2023года

Полный текст решения изготовлен 23 мая 2023 года


Арбитражный суд в составе:

Председательствующий: судья Девицкая Н.Е.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению: ОАО «РЖД» (107174, <...>; ОГРН <***>, Дата присвоения ОГРН: 23.09.2003, ИНН: <***>)

к Федеральной антимонопольной службе (123242, <...>, Д-242, ГСП-3),

третье лицо: ООО «СПС» (660075, <...> (лит. А), каб. 206А

об оспаривании решения и предписания от 01.12.2022 № 223ФЗ-482/22,

при участии:

от заявителя – ФИО2 (дов. от 18.01.2023г., диплом)

от заинтересованного лица – ФИО3 (дов. от 21.12.2022г., диплом)

от третьего лица – не явка, извещен





УСТАНОВИЛ:

Открытое акционерное общество «Российские железные дороги» (Заявитель, организатор закупки, ОАО «РЖД») обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании решения и предписания ФАС России от 01.12.2022 № 223ФЗ-482/22 по результатам рассмотрения жалобы ООО «СПС» на действия (бездействие) заказчика при закупке товаров, работ, услуг в соответствии с Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц».

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ООО «СПС» (Третье лицо, общество).

Представитель Заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования по доводам заявления, сославшись на недоказанность выводов административного органа об ограничении конкуренции в рамках проведенной ОАО «РЖД» закупочной процедуры, поскольку требование о необходимости перевооружения тяговых подстанций на территории одного субъекта Российской Федерации не может ограничивать количество участников закупки, тем более при технологической и функциональной взаимосвязанности подлежащих выполнению работ. Также представитель Заявителя в судебном заседании обратил внимание суда на объективную потребность организатора закупки в выполнении закупаемых работ, отсутствие целесообразности их разделения на отдельные лоты и недоказанность контрольным органом ограничения количества участников закупочной процедуры. При указанных обстоятельствах представитель Заявителя в судебном заседании настаивал на обоснованности заявленного требования и, как следствие, просил суд о его удовлетворении.

Представитель Ответчика в судебном заседании заявленные требования не признал, возражал против их удовлетворения по доводам, изложенным в представленном отзыве, пояснив суду, что вмененное Заявителю нарушение законодательства о закупках заключается в необоснованном объединении в один лот работ в отношении объектов, находящихся на значительном территориальном удалении друг от друга, что, в свою очередь, может привести к ограничению количества участников закупочной процедуры. Также, представитель антимонопольного органа в судебном заседании обратил внимание суда на безосновательное увеличение начальной (максимальной) цены контракта за счет объединения в один лот работ в отношении разных объектов, а также последующую закупку Заявителем аналогичных работ в рамках различных закупочных процедур, что, соответственно, свидетельствует в пользу вывода административного органа о допущенном организатором закупки нарушении требований действуюего законодательства о закупках. При таких данных представитель контрольного органа в судебном заседании настаивал на законности и обоснованности вынесенного по делу ненормативного правового акта и, как следствие, просил суд об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Представитель Третьего лица – ООО «СПС», будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ввиду чего дело рассмотрено в его отсутствие на основании ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что требования заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Как следует из материалов дела и установлено судом, Заявителем объявлено о проведении открытого конкурса в электронной форме № 1942/ОКЭ-ТЭ/22 на право заключения договора выполнения комплекса строительно-монтажных работ, включая поставку оборудования, по объектам: «Техническое перевооружение понизительной подстанции 110/27,5/10 ФИО4», «Техническое перевооружение трансформаторной подстанции 110/10 Большой Луг» и «ЛЭП-35 кВ от I и II СШ КРУН-35 кВ ПС ПО кВ Мегет, Иркутской ЭЧ. Технологическое присоединение ЭПУ по адресу: Иркутская область, Ангарский район, р.п. Мегет. АО «Братская электросетевая компания», расположенным в границах Восточно-Сибирской железной дороги (извещение № 1942/ОКЭ-ТЭ/22).

В соответствии с п. 1 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках в документации о конкурентной закупке должны быть указаны требования к безопасности, качеству, техническим характеристикам, функциональным характеристикам (потребительским свойствам) товара, работы, услуги, к размерам, упаковке, отгрузке товара, к результатам работы, установленные заказчиком и предусмотренные техническими регламентами в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, документами, разрабатываемыми и применяемыми в национальной системе стандартизации, принятыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о стандартизации, иные требования, связанные с определением соответствия поставляемого товара, выполняемой работы, оказываемой услуги потребностям заказчика.

Согласно п. 4 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках в документации о закупке должны быть указаны место, условия и сроки (периоды) поставки товара, выполнения работы, оказания услуги.

Во исполнение требований приведенной нормы права Заявителем разработана и утверждена закупочная документация, в соответствии с пунктом 1.2 которой предметом закупки является выполнение комплекса строительно-монтажных работ, включая поставку оборудования, по объектам «Техническое перевооружение понизительной подстанции 110/27,5/10 Гончарово». «Техническое перевооружение трансформаторной подстанции 110/10 Большой Луг». «ЛЭШ-35 кВ от I и II СШ2 КРУНЗ-35 кВ ПС4 110 кВ Мегет, Иркутской ЭЧ. Технологическое присоединение ЭПУ5 по адресу: Иркутская область, Ангарский район, р.п. Мегет. АО «Братская электросетевая компания», расположенным в границах Восточно-Сибирской железной дороги.

Начальная (максимальная) цена договора составила в настоящем случае 1 545 329 796 руб.

В соответствии с пунктом 4 технического задания (приложение № 1.1 к Конкурсной документации) (далее - Техническое задание) выполнение работ по предмету закупки осуществляется по следующим адресам:

1. Иркутская область, Шелеховский район, поселок городского типа Большой Луг, железнодорожная станция Большой Луг;

2. Иркутская область, Шелеховский район, железнодорожная станция Гончарово;

3. Иркутская область, Ангарский район, поселок Мегет, железнодорожнаястанция Мегет.

Не согласившись с данными требованиями закупочной документации, полагая приведенные требования немотивированными и необоснованно ограничивающими количество участников закупочной процедуры, Третье лицо – ООО «СПС» обратилось в антимонопольный орган с жалобой на положения закупочной документации.

Оспариваемым решением административный орган признал поданную жалобу обоснованной, а в действиях ОАО «РЖД» установил нарушение требований пункта 2 части 6.1 статьи 3, пункта 3 части 9, пункта 1 части 10 статьи 4 Закона о закупках ввиду предъявления Заявителем к участникам закупки требований, совокупность которых может обусловить безосновательное ограничение их количества. На основании решения Заявителю антимонопольным органом выдано обязательное к исполнению предписание об устранении выявленных нарушений путем корректировки закупочной документации в соответствии с выводами оспоренного по настоящему делу решения.

Не согласившись с выводами и требованиями антимонопольного органа, изложенными в оспариваемом решении, полагая собственные действия по предъявлению в закупочной документации спорных требований — не противоречащими требованиям Положения о закупках, саму закупочную документацию — соответствующей требованиям действующего законодательства Российской Федерации о закупках, а выводы антимонопольного органа об обратном – противоречащими фактическим обстоятельствам дела, Заявитель обратился в суд с требованием о признании оспариваемых ненормативных правовых актов незаконными.

Судом проверено и установлено соблюдение Заявителем срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

Положениями Закона о закупках определены общие принципы и цели проведения закупочных процедур, в том числе дочерними хозяйственными обществами, в уставном капитале которых более пятидесяти процентов долей в совокупности принадлежит, в том числе хозяйственным обществам, в уставном капитале которых доля участия Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в совокупности превышает пятьдесят процентов (п. 2 ч. 2 ст. 1 названного закона).

Согласно п. 2 постановления Правительства Российской Федерации от 18.09.2003 № 585 «О создании открытого акционерного общества «Российские железные дороги» доля принадлежащих Российской Федерации акций в общем количестве акций указанного акционерного общества составляет 100 процентов, в связи с чем, применение положений Закона о закупках является для ОАО «РЖД» обязательным, что Заявителем не оспаривается (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

При таких данных, полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемые ненормативные правовые акты, определены ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, ст. 17, ч. 1 ст. 18.1, п. 3.1 ч. 1 ст. 23 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции), 4 п. 5.3.2.8 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331.

В соответствии с п. 1 ч. 10 и ч. 13 ст. 3 Закона о закупках в антимонопольном органе в порядке, установленном ст. 18.1 Закона о защите конкуренции, может быть обжаловано осуществление заказчиком закупки с нарушением требований настоящего Федерального закона и (или) порядка подготовки и (или) осуществления закупки, содержащегося в утвержденном и размещенном в единой информационной системе положении о закупке такого заказчика. При этом, рассмотрение жалобы в антимонопольном органе ограничивается исключительно доводами, содержащимися в жалобе.

В силу ч. 11 ст. 3 Закона о закупках в случае, если обжалуемые действия (бездействие) совершены заказчиком, комиссией по осуществлению закупок, оператором электронной площадки после окончания установленного в документации о конкурентной закупке срока подачи заявок на участие в закупке, обжалование таких действий (бездействия) может осуществляться только участником закупки, подавшим заявку на участие в закупке.

При этом, одним из процессуальных поводов для обращения с жалобой в антимонопольный орган является осуществление заказчиком закупки с нарушением требований Закона о закупках и (или) порядка подготовки и (или) осуществления закупки, содержащегося в утвержденном и размещенном в единой информационной системе положении о закупке такого заказчика (п. 1 ч. 10 ст. 3 Закона о закупках).

К числу основных принципов закупочной деятельности Закон относит информационную открытость закупки, равноправие, справедливость, отсутствие дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки, целевое и экономически эффективное расходование денежных средств на приобретение товаров, работ, услуг (с учетом при необходимости стоимости жизненного цикла закупаемой продукции) и реализацию мер, направленных на сокращение издержек заказчика, отсутствие ограничения допуска к участию в закупке путем установления неизмеряемых требований к участникам закупки (ч. 1 ст. 3 Закона о закупках).

Соблюдение заказчиком основных принципов Закона о закупках предполагает неукоснительное соблюдение прав участников в любой сфере правоотношений, в том числе при формировании документации, при допуске заявок, при их оценке, при заключении договора.

В этой связи предметом обжалования в антимонопольном органе, помимо случаев, предусмотренных п. п. 1-6 ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, могут являться любые отступления заказчика (организатора закупки) от установленных законом принципов закупочной деятельности, то есть, по существу такие действия, которые осуществлены вразрез с целями и положениями Закона о закупках и нарушают права участника.

Соответственно, антимонопольный орган вправе установить в действиях заказчика любые нарушения, связанные с отступлением от вышеуказанных принципов.

В рассматриваемом случае общество «СПС» ставило вопрос о неправомерности предъявления Заявителем избыточных требований к участникам закупки, связанным с необходимостью выполнения работ на объектах железнодорожного транспорта, находящихся на значительном территориальном удалении друг от друга, что, в свою очередь, требовало от участников увеличения производственных ресурсов и мощностей и, соответственно, приводило к уменьшению их количества.

Оценивая содержание жалобы, суд признает ее полностью соответствующей требованиям п. 1 ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, поскольку эта жалоба была посвящена проведению Заявителем своей закупочной процедуры вразрез с требованиями действующего законодательства о закупках, ввиду чего у антимонопольного органа в настоящем случае отсутствовали правовые основания отказывать обществу ООО «СПС» в принятии и рассмотрении поданной им жалобы.

Оценивая же выявленные антимонопольным органом по результатам ее рассмотрения нарушения, суд признает их полностью соотносимыми как с положениями п. 1 ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, так и с доводами самой жалобы, ввиду чего полагает, что при вынесении оспоренного по делу ненормативного правового акта контрольный орган действовал строго в рамках предоставленных ему полномочий и не вышел за пределы доводов поданной жалобы. Указанные обстоятельства Заявителем в настоящем случае не оспариваются (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

Вместе с тем, удовлетворяя заявленные требования, суд соглашается с доводами Заявителя об отсутствии в его действиях нарушения законодательства о закупках и недоказанности административным органом факта ограничения (хотя бы гипотетического) спорными требованиями организатора закупки количества ее участников.

Так, претензии к закупочной документации Заявителя со стороны контрольного органа заключаются в требованиях указанной документации о необходимости выполнения работ по перевооружению объектов железнодорожного транспорта – тяговых подстанций, находящихся на удалении 17, 42 и 59 км друг от друга, поскольку указанное обстоятельство усложняет возможность выполнения работ по контракту ввиду необходимости наличия у участника закупки производственных, технологических и функциональных мощностей, позволяющих одновременно охватить указанную площадь в целях исполнения принятых на себя обязательств.

Обосновывая собственные выводы о незаконности подобного требования, Ответчик в оспариваемом решении, а также в представленном отзыве ссылается на ограничивающий характер подобного требования, поскольку предъявление спорного требования может привести к ограничению количества участников закупки и способствует отказу лицами, не обладающими достаточным количество ресурсов, в том числе субъектами малого и среднего предпринимательства, от участия в закупочной процедуре вследствие изначально завышенных требований закупочной документации, в том числе ввиду искусственного увеличения начальной (максимальной) цены договора, что, в свою очередь, усложняет возможность получения и представления обеспечения исполнения контракта.

В этой связи административный орган вменил Заявителю нарушение требований пункта 2 части 6.1 статьи 3, пункта 3 части 9, пункта 1 части 10 статьи 4 Закона о закупках.

Между тем, суд отмечает, что вмененное Ответчиком организатору закупки нарушение носит оценочный характер, и полагает, что административным органом в настоящем случае не доказано наличие в действиях Заявителя такого нарушения.

Так, при оценке приведенных Заявителем в указанной части доводов, суд принимает во внимание позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в п. 6 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с применением Закона о закупках (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 16.05.2018), согласно которой уменьшение числа участников закупки в результате предъявления к ним требований само по себе не является нарушением принципа равноправия, если такие требования предоставляют заказчику дополнительные гарантии выполнения победителем закупки своих обязательств и не направлены на установление преимуществ отдельным лицам либо на необоснованное ограничение конкуренции.

При этом, как отмечено в том же пункте Обзора, Закон о закупках не обязывает заказчиков допускать к участию в закупке всех хозяйствующих субъектов, имеющих намерение получить прибыль в результате заключения договора. Иное противоречило бы принципу целевого и экономически эффективного расходования денежных средств, сокращения издержек заказчика, закрепленному п. 3 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках и предполагающему наличие у заказчика права на установление в закупочной документации способствующих тому требований к участникам закупки.

Сама по себе невозможность участия в закупке отдельных хозяйствующих субъектов, не отвечающих предъявленным заказчиком требованиям, также не означает, что действия заказчика повлекли необоснованное ограничение конкуренции.

Кроме того, как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2022 № 305-ЭС21-21513, Законом о закупках в целях обеспечения единства экономического пространства, создания условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей юридических лиц, указанных в ч. 2 ст. 1 Закона, в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности, эффективного использования денежных средств, расширения возможностей участия юридических и физических лиц в закупке товаров, работ и услуг для нужд заказчиков и стимулирования такого участия, развития добросовестной конкуренции, обеспечения гласности и прозрачности закупки, предотвращения коррупции и других злоупотреблений установлены общие принципы и основные требования к закупке товаров, работ, услуг (ч. 1 ст. 1 Закона о закупках).

Основным документом, регламентирующим закупочную деятельность заказчика, является положение о закупке, которое должно содержать требования к закупке, в том числе порядок подготовки и проведения процедур закупки (включая способы закупки) и условия их применения, порядок заключения и исполнения договоров, а также иные связанные с обеспечением закупки положения (ч. 2 ст. 2 Закона о закупках).

В силу ч. 1 ст. 3 Закона о закупках к принципам, которыми должны руководствоваться заказчики при закупке товаров, работ, услуг, включая разработку положения о закупке, в частности, относятся равноправие (отсутствие дискриминации) участников закупки и недопустимость необоснованного ограничения конкуренции (пункт 2); целевое и экономически эффективное расходование денежных средств на приобретение товаров, работ, услуг (с учетом при необходимости стоимости жизненного цикла закупаемой продукции) и реализация мер, направленных на сокращение издержек заказчика (пункт 3).

Таким образом, заказчикам предоставлено право сформировать свою систему закупок в зависимости от особенностей осуществления деятельности, установив при необходимости дополнительные требования к участникам закупки.

Данное право согласуется с целями и задачами Закона о закупках, направленного в первую очередь на выявление в результате закупочных процедур лица, исполнение контракта которым в наибольшей степени будет отвечать целям эффективного использования источников финансирования, удовлетворения потребности заказчиков в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.08.2021 № 305-ЭС21-5801, от 27.04.2021 № 305-ЭС20-24221, от 23.04.2021 № 307-ЭС20-21065, от 31.07.2017 № 305-КГ17-2243, от 20.07.2017 № 305-КГ17-3423).

При этом Закон о закупках не обязывает заказчиков допускать к участию в закупке всех хозяйствующих субъектов, имеющих намерение получить прибыль в результате заключения договора.

В силу принципа равноправия недопустимым является предъявление различных требований к участникам закупки, находящимся в одинаковом положении, в отсутствие к тому причин объективного и разумного характера.

Исходя из этого, само по себе уменьшение числа участников закупки в результате предъявления к ним требований не является нарушением принципа равноправия, если такие требования предоставляют заказчику дополнительные гарантии выполнения победителем закупки своих обязательств и не направлены на установление преимуществ отдельным лицам либо на необоснованное ограничение конкуренции.

В свою очередь, принцип недопустимости необоснованного ограничения конкуренции ограничивает заказчика в установлении таких условий закупки, которые способны приводить к заведомой для него монополизации рынка, то есть создают возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке самого заказчика или на смежных рынках, вызывая сокращение числа хозяйствующих субъектов на них (п.17 ст. 4 Закона о защите конкуренции «О защите конкуренции»).

Приведенные правовые позиции, позволяя определить круг правомерных действий заказчика при установлении в документации о закупке, проводимой по правилам Закона о закупках, требований к участникам, отличающихся достаточной степенью строгости, указывают также на обстоятельства, наличие которых является индикатором нарушения принципов, предусмотренных п. 2 ч. 1 ст. 3 указанного Закона, и которые подлежат выяснению антимонопольным органом, а впоследствии судом в целях выявления в действиях заказчика данного нарушения.

Такие обстоятельства подразумевают фактическое, а не мнимое предоставление преимущественных условий участия в закупке для отдельных хозяйствующих субъектов, ограничение возможности участия наибольшего числа конкурентов в целях обеспечения победы в закупке данных хозяйствующих субъектов.

При этом целесообразность введения повышенных требований к участникам, включая требования к опыту и квалификации, не может выступать в качестве самостоятельного предмета оценки в отрыве от вышеуказанных обстоятельств, если только антимонопольным органом не будет доказано, что проведение закупки на таких условиях влечет за собой наступление несоизмеримых неблагоприятных последствий для конкуренции на том или ином рынке, либо в конкретном случае цели обеспечения неравноправного участия хозяйствующих субъектов в закупке превалировали над целями эффективной хозяйственной деятельности заказчика.

Между тем, как следует из материалов дела, в рассматриваемом случае административным органом не доказано обстоятельств, свидетельствующих о том, что при формировании указанных положений закупочной документации Заявителем созданы условия, при которых хозяйствующий субъект или несколько хозяйствующих субъектов поставлены в неравное положение по сравнению с другим хозяйствующим субъектом или другими хозяйствующими субъектами, либо что рассматриваемые условия были включены в документацию о закупке в интересах определенного хозяйствующего субъекта. Какого-либо анализа действительного влияния спорного требования на количество участников закупочной процедуры антимонопольным органом не проводилось, в оспариваемом решении не отражено.

В обоснование сделанных в оспариваемом решении выводов контрольный орган указывает, что объединение в один лот работ в отношении различных объектов капитального строительства, обладающих разным набором потребительских свойств, неизбежно ведет к отказу от участия в торгах лиц, заинтересованных в выполнении работ на определенном объекте капитального строительства или на определенной территории административно-территориального образования. Кроме того, по мнению административного органа, в соответствии с условиями Конкурсной документации работы по предмету закупки необходимо выполнить параллельно, в один временной период (по объекту № 1 до 31.05.2024. по объекту № 2 до 31.01.2024. по объекту № 3 до 31.05.2024), что является дополнительным препятствием для участия в проводимой закупке. Также, административный орган отмечает, что подобное укрупнение лота негативно влияет на количество участников закупки, способных принять участие в торгах, имеющих трудовые и иные ресурсы для надлежащего исполнения условий контракта, но не имеющих в наличии финансовых ресурсов, позволивших бы им практически одновременно, в определенный промежуток времени, внести (иметь в наличии) как обеспечение заявки, так и обеспечение исполнение договора.

Между тем, как указывает Заявитель, все подлежащие перевооружению тяговые подстанции расположены в границах Восточно-Сибирской железной дороги - филиала ОАО «РЖД» и административно подчинены одному структурному подразделению Заказчика - Иркутской дистанции электроснабжения (ЭЧ-5) Восточно-Сибирской дирекции по энергообеспечению Трансэнерго - филиала ОАО «РЖД».

Указанные тяговые подстанции являются соседними и предназначены для питания тяговой части (электротягового комплекса) и электроснабжения нетяговых потребителей на Иркутском участке Транссибирской железнодорожной магистрали. При этом, как настаивает Заявитель, электрифицированные железные дороги отнесены к потребителям первой категории, которые должны получать электроэнергию от двух независимых источников (тяговых подстанций) и перерыв их электроснабжения допускается только на время автоматического переключения питания с одного источника на другой.

В свою очередь, каждая тяговая подстанция также должна получать электроэнергию от двух независимых источников (по двум линиям электропередачи). При этом схема питания тяговых подстанций устроена таким образом, чтобы выход из работы одного из источников питания не мог быть причиной выхода из строя более одной тяговой подстанции.

Указанные обстоятельства в своей совокупности и взаимной связи свидетельствуют, по мнению Заявителя, о необходимости выполнения работ по перевооружению спорных тяговых подстанций одновременно и силами одного исполнителя, что обеспечит наиболее эффективное выполнение работ в рамках предполагаемого к заключению контракта.

В то же время, как явствует из текста оспоренного по настоящему делу решения, указанные доводы организатора закупки контрольным органом не опровергнуты, какой-либо оценки приведенным доводам не дано.

Кроме того, при оценке приведенных заинтересованным лицом доводов суд также считает необходимым отметить, что все тяговые подстанции находятся на территории одного субъекта Российской Федерации – Иркутской области, на территории двух соседних муниципальных образований - Шелеховский район (ТП Большой Луг, Гончарово) и Ангарский городской округ (ТП Мегет), и с учетом расстояния между ними время в пути по автомобильной дороге между двумя любыми подстанциями составляет не более 1 часа. При этом, оценить указанные действия организатора закупки в качестве безосновательного ограничения конкуренции не представляется возможным, поскольку в силу ч. 1 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) предпринимательская деятельность осуществляется хозяйствующими субъектами на свой риск и под свою ответственность, а потому отсутствие у потенциальных участников закупки должных производственных, технологических и функциональных ресурсов не может являться обоснованием безосновательности предъявленных Заявителем требований и ограничения им конкуренции в ходе проведения спорной закупочной процедуры. Гипотетический же отказ таких участников от подачи своих заявок на участие в закупке не может в настоящем случае рассматриваться в качестве необоснованного ограничения конкуренции, как безосновательно настаивает контрольный орган.

Указанные обстоятельства в своей совокупности и взаимной связи, по мнению суда, свидетельствуют о недоказанности административным органом факта допущенного организатором закупки нарушения в виде безосновательного ограничения конкуренции в ходе проведения рассматриваемой закупочной процедуры.

Кроме того, кому именно в настоящем случае были предоставлены необоснованные преимущества участия в закупочной процедуре или кто из хозяйствующих субъектов был в настоящем случае ограничен в возможности участия в закупке административным органом не указано. При этом, исходя из текста оспоренного по настоящему делу решения следует, что указанные обстоятельства контрольным органом не исследовались и не выяснялись, а все сделанные антимонопольным органом в настоящем случае выводы носят исключительно вероятностный и предположительный характер и не имеют под собой документального подтверждения, что, однако же, не является основанием к удовлетворению заявленного требования в контексте ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ.

При таких данных суд считает оспоренный по делу ненормативный правовой акт необоснованным, немотивированным, основанным исключительно на выборочной оценке контрольным органом фактических обстоятельств дела и поверхностном их изучении, а также не соответствующим критериям полноты, мотивированности и обоснованности принятого решения и сделанных административным органом в указанном решении выводов, а потому незаконным и нарушающим права и законные интересы Заявителя.

В этой связи, оценивая действия организатора закупки на предмет соблюдения требований Закона о закупках, а также требований закупочной документации, суд в настоящем случае не находит оснований для выводов о наличии в действиях Заявителя нарушений при формировании им своей закупочной документации.

При таких данных, учитывая позицию Верховного Суда Российской Федерации по вопросу допустимости установления организатором закупки повышенных требований к ее участникам в целях получения дополнительных гарантий надлежащего исполнения условий договора и недоказанность со стороны административного органа дискриминационного и ограничивающего характера такого требования суд не находит оснований для признания оспариваемого ненормативного правового акта законным и обоснованным.

Приведенные административным органом доводы об обратном, обоснованные ссылками на представленную в отзыве судебную практику, не принимаются судом во внимание, поскольку указанная практика сформировалась по иным фактическим обстоятельствам дела и не имеет для суда в настоящем случае ни общеобязательного (ст. 16 АПК РФ), ни преюдициального (ст. 69 АПК РФ), ни практикообразующего характера.

Кроме того, формулируя итоговый вывод о незаконности оспоренного по настоящему делу решения контрольного органа, суд также обращает внимание на следующие обстоятельства.

Так, согласно резолютивной части оспоренного по делу решения, антимонопольный орган вменил Заявителю нарушение требований пункта 2 части 6.1 статьи 3, пункта 3 части 9, пункта 1 части 10 статьи 4 Закона о закупках.

В соответствии с п. 2 ч. 6.1 ст. 3 Закона о закупках при описании в документации о конкурентной закупке предмета закупки в описание предмета закупки не должны включаться требования или указания в отношении товарных знаков, знаков обслуживания, фирменных наименований, патентов, полезных моделей, промышленных образцов, требования к товарам, информации, работам, услугам при условии, что такие требования влекут за собой необоснованное ограничение количества участников закупки, за исключением случаев, если не имеется другого способа, обеспечивающего более точное и четкое описание указанных характеристик предмета закупки.

Между тем, как уже было указано ранее, какого-либо ограничения конкуренции при проведении рассматриваемой закупки контрольным органом не установлено и не доказано.

Согласно п. 3 ч. 9 ст. 4 Закона о закупках в извещении об осуществлении конкурентной закупки должны быть указаны предмет договора с указанием количества поставляемого товара, объема выполняемой работы, оказываемой услуги, а также краткое описание предмета закупки в соответствии с частью 6.1 статьи 3 настоящего Федерального закона (при необходимости).

В силу пункта 1 части 10 статьи 4 Закона о закупках в документации о конкурентной закупке должны быть указаны требования к безопасности, качеству, техническим характеристикам, функциональным характеристикам (потребительским свойствам) товара, работы, услуги, к размерам, упаковке, отгрузке товара, к результатам работы, установленные заказчиком и предусмотренные техническими регламентами в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, документами, разрабатываемыми и применяемыми в национальной системе стандартизации, принятыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о стандартизации, иные требования, связанные с определением соответствия поставляемого товара, выполняемой работы, оказываемой услуги потребностям заказчика.

В то же время, оценивая содержание закупочной документации Заявителя (извещение о проведении закупки, конкурсная документация, техническое задание), суд признает, что все перечисленные в указанных нормах права сведения были исчерпывающе отражены в закупочной документации Заявителя. Каких именно сведений не хватило в настоящем случае административному органу и какова объективная сторона именно вмененного им организатору закупки нарушения, в оспариваемом решении также не указано, что уже является самостоятельным и безусловным основанием к удовлетворению заявленного требования, поскольку правильность данной квалификации (п. 3 ч. 9 ст. 4, п. 1 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках) заинтересованным лицом в настоящем случае не доказана.

При таких данных, выводы и требования антимонопольного органа, изложенные в оспариваемых ненормативных правовых актах, суд признает ошибочными, основанными на неправильном толковании и применении норм материального права и противоречащими фактическим обстоятельствам дела, поскольку, при перечисленных ранее фактических данных, у Заявителя имелись правовые основания к установлению спорного требования, а у Ответчика, в свою очередь, наоборот, не имелось никаких правовых и фактических оснований запрещать организатору закупки их установление.

При этом, необоснованное препятствование административным органом проведению закупочной процедуры Заявителя ведет к затягиванию сроков ее проведения и, как следствие, сроков удовлетворения организатором закупки испытываемых потребностей.

Следовательно, в данном случае имеются основания, предусмотренные ст. 13 ГК РФ и ч. 1 ст. 198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

Судом проверены все доводы Ответчика, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Учитывая изложенное, требования Заявителя являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Освобождение государственных органов от уплаты государственной пошлины на основании подп. 1.1 п. 1 ст. 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации не влечет за собой освобождение от исполнения обязанности по возмещению судебных расходов, понесенных стороной, в пользу которой принято решение, в соответствии со ст. 110 Кодекса.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на Ответчика.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд






РЕШИЛ:

Признать незаконными решение и предписание ФАС России от 01.12.2022 г. по делу №223ФЗ-482/22.

Обязать ФАС России устранить нарушение прав и законных интересов Заявителя в установленном законом порядке.

Взыскать с ФАС России в пользу ОАО «РЖД» госпошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья Н.Е. Девицкая