Постановление от 3 ноября 2023 г. по делу № А65-10508/2023

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№11АП-16372/2023

Дело № А65-10508/2023
г. Самара
03 ноября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 31 октября 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 03 ноября 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Романенко С.Ш.,

судей Коршиковой Е.В., Митиной Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ответчика – представители ФИО2, по доверенности от 28.04.2023, ФИО3, по доверенности от 17.05.2023,

в отсутствии иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании 31 октября 2023 года в помещении суда в зале № 7 апелляционную жалобу Министерства земельных и имущественных отношений Республики Татарстан на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.08.2023, по делу № А65-10508/2023 (судья Пармёнова А.С.),

по иску Министерства земельных и имущественных отношений Республики Татарстан, г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "Маиголь", г. Набережные Челны (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании права собственности Республики Татарстан на причал-штумповку в низовом судовом канале производственной базы, нежилое здание с кадастровым номером 16:52:010301:310, площадью 359,1 кв.м., расположенное по адресу: <...> здание, 63, об истребовании из чужого незаконного владения ООО «Маиголь» в пользу Республики Татарстан причал-штумповку в низовом судовом канале производственной базы, нежилое здание с кадастровым номером 16:52:010301:310, площадью 359,1 кв.м., расположенное по адресу: <...> здание, 63 и передать его по акту приема-передачи в течение месяца после вступления решения в законную силу,

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан, - АО «Бюро технической инвентаризации Республики Татарстан» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

У С Т А Н О В И Л:

Министерство земельных и имущественных отношений Республики Татарстан, г.Казань обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Маиголь", г. Набережные Челны о признании права собственности Республики Татарстан на причал-штумповку в низовом судовом канале производственной базы, нежилое здание с кадастровым номером 16:52:010301:310, площадью 359,1 кв.м., расположенное по адресу: <...> здание, 63, об истребовании из чужого незаконного владения ООО «Маиголь» в пользу Республики Татарстан причал-штумповку в низовом судовом канале производственной базы, нежилое здание с кадастровым номером 16:52:010301:310, площадью 359,1 кв.м., расположенное по адресу: <...> здание, 63 и передать его по акту приема-передачи в течение месяца после вступления решения в законную силу.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 12 февраля 2008г. по делу № А55-10148/2007 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой считает принятое решение незаконным и необоснованным, просит решение отменить, исковые требования удовлетворить.

При этом в жалобе заявитель указал, что Минземимущество РТ считает решение необоснованным, незаконным и просит его отменить по нижеследующим основаниям.

Основание подачи иска явилось обращение в адрес Министерства земельных и имущественных отношений Республики Татарстан гражданина ФИО4 (вх. № 48322 от 19.12.2022) по вопросу приобретения объекта недвижимости . Суд данный факт оставил без должного внимания, и не привлек в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4, обладающего информацией, имеющей существенное значение для дела.

Из анализа плана приватизации Управления производственно-технологической комплектации ГК «Камгэсэнергострой» (УПТК ГК «Камгэсэнергострой»), информация, изложенная в обращении гражданина ФИО4, представляется достоверной ввиду включениия имущества, в перечень объектов, не подлежащих приватизации УПТК ГК «Камгэсэнергострой» и закрепляемых за предприятием на праве хозяйственного ведения (Приложение №3).

План приватизации Управления производственно-технологической комплектации ГК «Камгэсэнергострой» был утвержден постановлением Государственного комитета Республики Татарстан по управлению государственным имуществом №141 от 18.04.1995.

Управления производственно-технологической комплектации ГК «Камгэсэнергострой» было преобразовано в акционерное общество открытого типа «Управление производственно-технологической комплектации».

Республике Татарстан на праве государственной собственности принадлежит причал-штумповка, как не вошедшее в уставный капитал при приватизации.

Из технического паспорта на причал-штумповку производственнойбазы, расположенной в нижнем бьефе НКГЭС и выписки из ЕГРНусматривается идентичный инвентарный номер 2980 и условный номер16:52:010301:0070:0087 на нежилое здание с кадастровым номером16:52:010301:310, площадью 359,1 кв. м ,расположенное по адресу: <...> здание 63, что подтверждает совпадающие характеристики объекта недвижимости.

Согласно сведениям выписки из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости причал-штумповка незаконно был присвоен ОАО «Управление производственно-технологической комплектации» (ИНН: <***>) и реализован в 2007 г. по договору купли-продажи ООО «КАМА-И» (ИНН: <***>) без документов подтверждающих право собственности. В последующем обе организации были ликвидированы.

С 11.12.2008 по настоящее время объект зарегистрирован в собственности ООО «Маиголь» (ИНН: <***>).

Минземимущество РТ обратилось с иском в целях восстановления права собственности Республики Татарстан на указанный объект недвижимости и истребованию объекта из чужого незаконного владения.

В решение суда неверно дана ссылка на то что судом по делу установлено, что спорное имущество во владении истца не находилось, что также установлено при рассмотрении дела № А65-13813/2017. Под данным номером было рассмотрено иное дело, не имеющее отношение к данному иску и участникам процесса.

Сведения о месте и времени судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: WWW.11ааs.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

В судебном заседании представители ответчика возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, считают решение суда первой инстанции законным и обоснованным, просили оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание представители иных лиц, участвующих в деле не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом в соответствии с частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев представленные материалы и оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, выслушав представителей ответчика, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд установил.

Как следует из материалов дела, истцу при получении обращения от гражданина ФИО4 (вх. № 48322 от 19.12.2022) по вопросу незаконного приобретения объекта недвижимости (гидротехнического сооружения грузовой причал, расположенного на берегу реки Кама в городе Набережные Челны), стало известно, что принадлежащее на праве собственности Республике Татарстан недвижимое имущество находится в незаконном владении ответчика.

При проверке информации поступившей от гражданина ФИО4 в результате анализа плана приватизации Управления производственно-технологической комплектации ГК «Камгэсэнергострой» (УПТК ГК «Камгэсэнергострой»), истец установил, что причал-штумповка в низовом судовом канале, административно — бытовое здание с кадастровым номером 16:52:010301:310 площадью 359 кв. м., расположенное по адресу <...> здание. 63, включены в перечень объектов, не подлежащих приватизации УПТК ГК «Камгэсэнергострой» и закреплены за предприятием на праве хозяйственного ведения (Приложение №3 к плану приватизации).

План приватизации Управления производственно-технологической комплектации ГК «Камгэсэнергострой» был утвержден постановлением Государственного комитета Республики Татарстан по управлению государственным имуществом №141 от 18.04.1995.

Управления производственно-технологической комплектации ГК «Камгэсэнергострой» было преобразовано в акционерное общество открытого типа «Управление производственно-технологической комплектации».

Республике Татарстан на праве государственной собственности принадлежит причал-штумповка в низовом судовом канале, нежилое здание с кадастровым номером 16:52:010301:310 общей площадью 359,1 кв. м по адресу: <...> здание 63, как не вошедшее в уставный капитал при приватизации.

Из технического паспорта на причал-штумповку производственной базы, расположенной в нижнем бьефе НКГЭС и выписки из ЕГРН усматривается идентичный инвентарный номер 2980 и условный номер 16:52:010301:0070:0087 на нежилое здание с кадастровым номером 16:52:010301:310, площадью 359,1 кв. м., расположенное по адресу: <...> здание 63, что подтверждает совпадающие характеристики объекта недвижимости.

Как указал истец, по данным из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости причал-штумповка незаконно был присвоен ОАО «Управление производственно-технологической комплектации» (ИНН: <***>) и реализован в 2007 г. по договору купли-продажи ООО «КАМА-И» (ИНН: <***>) без документов подтверждающих право собственности. В последующем оба общества были ликвидированы. С 11.12.2008 по настоящее время объект находится в собственности ответчика, ООО «Маиголь» (ИНН: <***>).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с исковым заявлением о признании права собственности Республики Татарстан на спорное имущество и истребовании его в собственность Республики Татарстан.

Ответчик исковые требования не признал, в отзыве (л.д. 124-129) отметил, что принадлежащий ответчику объект и объект, не подлежащий приватизации, различны, ответчик является добросовестным приобретателем, истцом пропущен срок исковой давности для защиты своего права.

Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего исследования представленных доказательств, суд первой инстанции обосновано отказал в иске в силу следующего.

В пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.2013 N 153 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения" разъяснено следующее. Выбор способа защиты вещного права, квалификация спорного отношения судом и в итоге разрешение вещно-правового конфликта зависит от того, в чьем фактическом владении находится спорное имущество. В отсутствие фактического владения истцом спорным имуществом надлежащим (способным восстановить его нарушенное право) способом защиты является виндикационный иск, заявленный к лицу, в чьем фактическом владении находится спорное имущество.

Суд, установив фактические обстоятельства дела и цель обращения истца в суд, самостоятельно должен определить нормы права, которые необходимо применить к спорным правоотношениям.

Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 № 2665/12.

Судом по делу установлено, что спорное имущество во владении истца не находится, с 2011 г. находилось в фактическом владении ответчика.

Рассмотрев требования истца, суд первой инстанции правомерно установил, что целью обращения истца с иском является истребование спорного имущества из чужого незаконного владения ответчика.

Согласно ст. 301, п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения, а если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

По смыслу данных норм, суд должен установить, что имущество выбыло из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, в силу указанных обстоятельств.

Как разъяснено в п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что, по смыслу п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Из содержания указанных норм и их разъяснения следует, что одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию при обращении в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения, является выбытие имущества из владения собственника по воле либо помимо его воли.

При этом судом первой инстанции верно указано, что обязанность доказывания факта выбытия имущества из владения собственника помимо его воли лежит на истце.

Обстоятельства, связанные с выбытием имущества у собственника - по воле или помимо воли, - на квалификацию лица в качестве добросовестного приобретателя не влияют. Эти обстоятельства влияют на возможность либо невозможность истребования имущества у добросовестного приобретателя.

О наличии воли на выбытие имущества из владения могут свидетельствовать действия, направленные на передачу владения иному лицу, а также представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, документов для регистрации перехода права собственности.

Как следует из положений указанных норм, а также разъяснений, содержащихся в пунктах 32, 36 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации года № 10/22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», к числу юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению судом при рассмотрении виндикационного иска, относятся наличие права собственности истца на истребуемое имущество; наличие спорного имущества в натуре и нахождение его у ответчика; незаконность владения ответчиком спорным имуществом; отсутствие между истцом и ответчиком отношений обязательственного характера по поводу истребуемого имущества.

Как установлено на основании представленных в материалы дела доказательств, при приватизации Управления производственно-технологической комплектации ГК «Камгэсэнергострой» утвержден План приватизации постановлением Государственного комитета Республики Татарстан по управлению государственным имуществом №141 от 18.04.1995, в приложении № 3 которого указаны объекты, не подлежащие приватизации по состоянию на 1 января 1994 г., в том числе, причал штумповка в низовом судовом канале.

Управление производственно-технологической комплектации ГК «Камгэсэнергострой» было преобразовано в акционерное общество открытого типа «Управление производственно-технологической комплектации».

По договору купли-продажи № 01/01 Ос от 01.01.2004 ОАО «Управление производственно-технологической комплектации» (продавец) передало в собственность ООО «КАМА-И» (покупателя) имущество, перечисленное в п. 1.1 договора, в том числе, причал штумповка в низовом судовом канале, инвентарный номер 01236, расположенный по адресу: РТ, г. Набережные Челны, Нижний Бьеф Нижнекамской ГЭС.

Согласно п. 1.2 вышеназванного договора имущество принадлежит продавцу на праве собственности на основании плана приватизации ОАО «УПТК», утвержденного постановлением Государственного комитета Республики Татарстан по управлению государственным имуществом №141 от 18.04.1995.

В материалах реестрового дела, а также в представленном ответчиком оригинале Плана приватизации имеется Акт оценки стоимости зданий и сооружений Базы № 2 по состоянию на 1.01.1994 г., в числе которых указан причал штумповка в низовом судовом канале, год ввода в эксплуатацию 12.74 с новой оценочной стоимостью 76107,5.

В перечне объектов, не подлежащих приватизации (приложение № 3 к плану приватизации) указан причал штумповка в низовом судовом канале, год ввода в эксплуатацию 12.74 с новой оценочной стоимостью 24352,9.

В последующем на основании договора купли-продажи от 13.11.2008 зарегистрирован переход права собственности от продавца (ООО «Кама-И») к покупателю (ответчику) на причал-штумповку производственной базы длиной 359,08 м., инв. № 2980, лит 1, по адресу: РТ, г. Н. Челны, Нижний Бьеф НКГЭС, кадастровый номер 16:52:010301:0070:0087, принадлежащий продавцу на праве собственности согласно свидетельству о государственной регистрации права сери 16-АА№ 555555 от 2.11.2007.

Согласно выписке из ЕГРН по состоянию на 6.04.2023 нежилое здание причал-штумповка производственной базы с кадастровым номером 16:52:010301:70, инв. № 2980, условный номер 16:52:010301:0070:0087, расположенный по адресу: <...> площадью 359,1 м., на земельном участке с кадастровым номером 16:52:010301:70,находится в собственности ответчика.

Таким образом суд первой инстанции верно указал, что на основании анализа плана приватизации ОАО «УПТК», утвержденного постановлением Государственного комитета Республики Татарстан по управлению государственным имуществом №141 от 18.04.1995, невозможно сделать однозначный вывод о том, что объект, не подлежащий приватизации и объект принадлежащий ответчику объекты идентичны, поскольку в плане приватизации имеется два объекта с одним наименованием - причал штумповка в низовом судовом канале, но с разной оценочной стоимостью.

Разрешая заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности суд первой инстанции со ссылкой на нормы статей 195, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации обоснованно пришел к следующему .

К виндикационным искам подлежит применению общий срок исковой давности. Течение срока исковой давности по делам об истребовании имущества из чужого незаконного владения следует исчислять с того момента, когда собственник узнал или должен был узнать о том, что имущество выбыло из его владения.

В пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. При этом сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов срок исковой давности исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец, указывая, что срок исковой давности не пропущен, ссылается на письмо гражданина ФИО4 (л.д. 25), направленное истцу вх. № 48322 от 19.12.2022, в котором ФИО5 сообщил истцу о незаконной приватизации спорного объекта.

Между тем, в 2015 г. ответчик обратился к истцу с просьбой о передаче в пользование акватории, примыкающей к спорному объекту без проведения аукциона.

В письме № 1-30/6063 от 1.06.2015 (л.д. 64) истец сообщил ответчику о том, что, несмотря на нахождение на земельном участке объекта недвижимости - причала-штумповки, право на заключение договора водопользования приобретается по результатам аукциона, исключение для собственников объектов недвижимости, примыкающих к водному объекту не предусмотрено.

Таким образом, суд первой инстанции верно отметил, что истец не позднее 01.06.2015 имел сведения о нахождении во владении ответчика спорного имущества.

В соответствии с п. 12 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 N 126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения" течение срока исковой давности по иску об истребовании движимого имущества из чужого незаконного владения начинается со дня обнаружения этого имущества.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что истец как минимум с 01.06.2015 знал о нахождении спорного имущества во владении ответчика, тогда как с иском обратился 12.04.2023, истцом пропущен срок исковой давности для защиты своего права, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что основания для удовлетворения иска отсутствуют.

Ссылка заявителя жалобы на то, что судом не привлечен к участию в деле ФИО4 несостоятельна и не принимается апелляционным судом, поскольку обжалуемый судебный не влияет на права и обязанности указанного лица, обратного истцом не представлено.

Податель заявления в Министерство земельных и имущественных отношений Республики Татарстан ФИО4 не имеет никакого отношения к предмету спора, ни в качестве физического лица, ни в качестве учредителя (участника) юридических лиц (ОАО «Управление производственно-технологической комплектации», ООО «Кама-И»,), являвшихся собственниками причал-штумповки в низовом судовом канале производственной базы.

Вопрос о привлечении ФИО4 ставился в судебном заседании суда первой инстанции, однако апеллянт не заявила ходатайство о его (ФИО4) привлечении в качестве третьего лица, как заявляющего, так и не заявляющего самостоятельные требования.

Вышеизложенное свидетельствует об отсутствие оснований, предусмотренных ст. 50-51 АПК РФ, для привлечения ФИО4 в качестве третьего лица.

Доводы заявителя жалобы несостоятельны и не принимаются апелляционным судом, поскольку спорный объект не входит состав имущества, не подлежащего приватизации.В соответствии с Планом приватизации Управления производственно-технической комплектации ГК «Камгэсэнергострой», утвержденным постановлением Государственного комитета Республики Татарстан по управлению государственным имуществом № 141 от 18.04.1995г. (далее - План), среди прочего имущества был приватизирован объект с наименованием «причал штумповка в низовом судовом канале».

В соответствии со ст. 65 АПК РФ, каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований.

Вместе с тем, истец указывает на соответствие объекта с наименованием «причал-штумповка» нежилому зданию с кадастровым номером 16:52:010301:310 общей площадью 359,1 кв.м, расположенному по адресу: <...> зд. 63. сравнивая технический паспорт объекта и выписку из ЕГРН.

Следует отметить, что План не содержит информации о кадастровых номерах имущества, как подлежащего приватизации, так и не подлежащего приватизации.

При этом, исходя из анализа текста Плана, усматривается, что не подлежащее приватизации имущество обозначено на листе № 3 основного текста плана с формулировкой «перечень и стоимость объектов, не подлежащих приватизации и закрепляемых за предприятием на праве полного хозяйственного ведения (оперативного управления) ... УГМ КГЭС (приложение № 3)» (п. 2, разд. II).

Приложение № 3 к Плану (лист приложений к Плану № 120), устанавливая перечень объектов, не подлежащих приватизации, содержит один пункт с наименованием «причал штумповка в низовом судовом канале» со стоимостной оценкой по состоянию на январь 1994 года - 24352,9 т.р.

В соответствии же с актом оценки стоимости зданий и сооружений Базы № 2 по состоянию на 01.01.1994 объект с наименованием «причал штумповка в низовом судовом канале» имеет стоимость в 3 раза выше - 76107,5 т.р. (лист приложений к Плану № 26).

Исходя из разной стоимости объектов, очевидно, что данные не объекты не идентичны, не тождественны друг другу (опечатки в данном случае исключены в связи с разницей в используемых для формирования числа цифрах), что каждый из этих объектов является самостоятельным объектом, отличным один от другого.

Объект с наименованием «причал штумповка в низовом судовом канале», о котором идет речь на листе приложений к Плану № 26, подлежал приватизации в составе производственной Базы № 2 с ценой 76107,5 т.р., к УГМ КГЭС отношения не имеет.

Указанный объект расположен в пределах Базы № 2 территориально. УГМ КГЭС расположено на соседнем участке, что подтверждается заключением кадастрового инженера исх. № 12/2023 от 05.06.2023г. со схемой расположения земельных участков.

Наличие одинакового наименования в Приложении № 3 к Плану (лист приложений к Плану № 120) объекта не свидетельствует о тождестве объектов, при этом свидетельствует о наличие в составе комплекса УГМ КГЭС аналогичного объекта.

Косвенно указанное подтверждается тем, что База № 2 являлась единым производственным объектом (прилагаем чертежи расположения базы). Перечисление составных частей Базы № 2, подлежащих приватизации, указаны в акте оценки стоимости зданий и сооружений Базы № 2 по состоянию на 01.01.1994.

Следует обратить внимание, что по объекту № 5 (гражд. оборона), например, не подлежащему приватизации, имеется совпадение в части стоимости - 7611,3т.р., как на листе № Плана, и в приложении, на странице № 22 одного из приложений к Плану, так и в отдельном приложении № 1 (лист приложений к Плану № 116), указывающем на факт того, что данный объект не подлежит приватизации.

Кадастровым инженером ФИО6 было составлено заключение исх. № 12/2023 от 05 июня 2023 года, согласно выводам которого:

«На Схеме построенной на основании сведений ЕГРН отображено местоположение границ земель УГМ ГК «КамГЭСэнергострой» и выделены границы земельного участка ООО «МАИГОЛЬ» с кадастровым номером 16:52:010301:70. По Схеме видно, что земли УГМ ГК «КамГЭСэнергострой» и земельный участок ООО «МАИГОЛЬ» не накладываются и являются разными участками.»

У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, признавшего наличие оснований для отказа в иске.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, всем доводом в решении была дана надлежащая правовая оценка.

Иных доводов в обоснование апелляционной жалобы заявитель не представил, в связи с чем Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.08.2023, по делу № А65-10508/2023, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по оплате госпошлины по апелляционной жалобе в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя жалобы. Однако, заявитель жалобы на основании подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты госпошлины, в связи с чем госпошлина взысканию в доход федерального бюджета не подлежит.


Руководствуясь статьями 266-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.08.2023, по делу № А65-10508/2023 - оставить без изменения, апелляционную жалобу Министерства земельных и имущественных отношений Республики Татарстан - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий С.Ш. Романенко

Судьи Е.В. Коршикова


Е.А. Митина