Постановление от 13 ноября 2018 г. по делу № А51-8991/2018

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-8991/2018
г. Владивосток
13 ноября 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 ноября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 ноября 2018 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего О.Ю. Еремеевой,

судей Л.А. Мокроусовой, Г.Н. Палагеша,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ВладПартнер ДВ»,

апелляционное производство № 05АП-7941/2018

на решение от 04.09.2018

судьи В.В. Краснова

по делу № А51-8991/2018 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ВладПартнер ДВ» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Находкинской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании незаконным решения от 22.03.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары №10714040/020218/0003609,

при участии:

от ООО «ВладПартнер ДВ»: представитель ФИО2, по доверенности от 29.08.2018 сроком действия до31.08.2019, паспорт;

от Находкинской таможни: в судебном заседании 30.10.2018 - представитель ФИО3, по доверенности от 16.11.2017 сроком действия на 1 год, удостоверение; в судебном заседании 01.11.2018 - представитель ФИО4, по доверенности от 28.09.2018 сроком действия на 1 год, удостоверение; в судебном заседании 06.11.2018 - представитель ФИО5, по доверенности от 04.07.2018 сроком действия на 1 год, удостоверение;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ВладПартнер ДВ» (далее - заявитель, общество, декларант, ООО «ВладПартнер ДВ») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Находкинской таможни (далее - таможня, таможенный орган) от 22.03.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары (далее – ДТ) №10714040/020218/0003609.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 04.09.2018 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым решением, ООО «ВладПартнер ДВ» обратилось в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе ее податель, выражая несогласие с выводом суда о том, что представленные декларантом коммерческие документы не относятся к товару, задекларированному по спорной декларации, указывает, что несмотря на выявленные несоответствия по упаковке товара, а именно вместо 8 бобин в одном пакете упаковано 20 бобин, количество пряжи осталось прежним, о чем свидетельствует вес товара. Полагает, что предоставленные декларантом коммерческие документы соотносятся со сведениями, указанными в экспортной декларации, а также в спорной ДТ, в связи с чем экспортная декларация безосновательно не принята таможней в качестве документа, подтверждающего заявленную таможенную стоимость товаров. Отмечает, что поставка товара на условиях FOB согласована сторонами в спецификации, что не противоречит пункту 4.2 контракта.

В судебном заседании представитель общества доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, дал аналогичные пояснения, ходатайствовал о приобщении к материалам дела копии протокола изъятия вещей и документов №10714000-644/2017 от 06.09.2017 и копии акта приема-передачи имущества на ответственное хранение от 06.09.2017.

Таможенный орган в представленном в материалы дела отзыве с учетом дополнения к нему, поддержанном представителями в судебном заседании, с доводами апелляционной жалобы не согласился, считает, что судом первой инстанции выяснены все обстоятельства дела и им дана надлежащая оценка, в связи с чем решение отмене или изменению не подлежит. В обоснование изложенных возражений таможенный орган ходатайствовал о приобщении к материалам дела спецификации №4 от 17.07.2017 и ДТ №10714040/130917/0031634 с приложением.

Данные ходатайства были судом апелляционной инстанции рассмотрены и на основании статей 159, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) удовлетворены, в результате чего в материалы дела были приобщены указанные выше дополнительные документы, как связанные с обстоятельствами настоящего спора и устраняющие неполноту материалов дела.

В судебном заседании 30.10.2018 апелляционной коллегией в порядке статьи 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 01.11.2018, а в судебном заседании 01.11.2018 – перерыв до 06.11.2018, о чем лица, участвующие в деле, были уведомлены путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

Из материалов дела судебной коллегией установлено следующее.

02.02.2018 на таможенный пост Морской порт Восточный Находкинской таможни обществом была подана №10714040/020218/0003609 для помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления товара «пряжа из полиэфирных волокон» общей стоимостью 4469,07 долларов США.

Товар, задекларированный в ДТ №10714040/020218/0003609, ввезен на таможенную территорию Евразийского экономического союза морским транспортом из Китая на условиях поставки FOB Shanghai в счет исполнения обязательств по внешнеторговому контракту от 11.07.2017 №CT-VP-01, заключенному между компанией «Chunqiao Trading Limuted» (продавец) и ООО «ВладПартнер ДВ» (покупатель). Таможенная стоимость определена декларантом методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

По результатам проведенного контроля заявленной обществом таможенной стоимости таможенным органом 02.02.2018 было принято решение о проведении дополнительной проверки, которое содержало в себе уведомление об обнаружении признаков недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товара, а также запрос о предоставлении дополнительных документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров.

Во исполнение указанного решения в подтверждение заявленной таможенной стоимости декларант направил имеющиеся в его распоряжении дополнительные документы.

Посчитав, что сведения, использованные обществом при заявлении таможенной стоимости товара, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, таможня 22.03.2018 приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, путем изменения значений граф 12, 45, 46 и 47.

Не согласившись с указанным решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, который в удовлетворении заявленных требований отказал, посчитав, что таможенная стоимость и сведения, относящиеся к ее определению, не основаны на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Исследовав материалы дела, проверив в порядке, предусмотренном статьями 268, 270 АПК РФ правильность применения судом норм материального и процессуального права, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе и отзыве на нее, заслушав в судебном заседании пояснения лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции полагает, что обжалуемое решение суда подлежит отмене в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса).

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 4 указанной статьи таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Из материалов дела усматривается, что при таможенном оформлении ввезенного товара обществом вместе с ДТ №10714040/020218/0003609 посредством системы электронного декларирования представлены контракт от 11.07.2017 №CT-VP-01, дополнительное соглашение от 21.07.2017, спецификация от 17.07.2017 №4, инвойс от 19.07.2017 №СЕVP/04, упаковочный лист, коносамент, договор транспортной экспедиции от 14.06.2017 №644, счет за перевозку от 03.08.2017 №14291, платежное поручение об оплате фрахта от 07.08.2017 №6, паспорт сделки, письмо продавцу от 25.08.2017, ответ инопартнера, прайс-лист от 09.07.2017 и другие документы.

В рамках таможенного контроля таможенной стоимости товаров, начатой до выпуска товаров, общество представило дополнительные документы, включая коммерческие документы на бумажном носителе, дополнительные соглашения к контракту, поручение на организацию перевозки от 16.06.2017 №2, акт оказания услуг, экспортную декларацию с переводом, ведомость банковского контроля, заявления на перевод в подтверждение оплаты предыдущих поставок по контракту, выписку по счету, бухгалтерские документы о поставке товаров на учет, пояснение по условиям продажи и пояснения о невозможности представить иные запрошенные документы.

Анализ указанных документов показывает, что согласно спецификации от 17.07.2017 №4 и инвойсу от 19.07.2017 №СЕVP/04 стороны договорились о поставке товаров общей стоимостью 8904,45 долларов США.

Фактически в спорной ДТ заявлена только часть товара, указанного в спецификации инвойсе, в связи с чем стоимость товара не соответствует стоимости всей товарной партии, указанной в коммерческих и товаросопроводительных документах.

Вместе с тем, положения контракта с учетом дополнительных соглашений, спецификации и инвойса подтверждали цену сделки, содержали сведения о наименовании, количестве и фиксированной цене товара, согласованных между сторонами внешнеэкономической сделки.

Факт перемещения указанного в декларации товара и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта таможней не оспаривается. Доказательств наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможня не представила.

Основания невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 2 статьи 39 Кодекса, таможенным органом, не установлены.

Кроме того, в целях определения таможенной стоимости товаров на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС обществом, учитывая условие поставки FOB Shanghai, были произведены дополнительные начисления на сумму транспортных расходов в размере 19062 рубля 33 копейки.

Величина транспортных расходов подтверждена договором транспортной экспедиции от 14.06.2017 №644, поручением на организацию перевозки от 16.06.2017 №2, счетом от 03.08.2017 №14291, платежным поручением об оплате фрахта от 07.08.2017 №6, актом оказания услуг от 03.08.2017 №14291 и включена в структуру таможенной стоимости пропорционально весу товара, так как спорная ДТ подана на часть товара, ввезенного в контейнере №MRKU3876691.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что документы, представленные декларантом в таможенный орган, содержат достоверные и достаточные сведения, подтверждающие заявленную декларантом таможенную стоимость ввезенного товара. Следовательно, оснований сомневаться в условиях поставки товара и в особенностях, составляющих его стоимость, у таможенного органа не было.

Между тем по результатам таможенного контроля таможня пришла к выводу о недостоверности заявленной таможенной стоимости товаров, считая, что представленные декларантом коммерческие документы не подтверждают заявленную стоимость товаров, содержат противоречивые сведения о количестве и цене поставляемого товара и не подтверждают заявленные в ДТ сведения о фактически перемещаемых в рамках рассматриваемой сделки товарах.

Отклоняя указанные доводы таможенного органа, с которыми ошибочно согласился суд первой инстанции, судебная коллегия исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что в августе 2017 года обществом была подана в таможню ДТ №10714040/170817/0027811, в которой был заявлен товар «пряжа» на бобинах, в том числе: товар №1 артикул 9.5S (цвет черный 323 шт., цвет серый 82 шт.) всего 405 пакетов, товар №2 артикул 15S цвет серый всего 23 пакета, товар №3 артикул 8S цвет черный всего 200 пакетов. Всего 628 мест на общую сумму согласно декларации и представленным коммерческим документам - 8904,45 долларов США.

По результатам фактического контроля товаров таможенным органом установлено несоответствие весовых характеристик товаров, а также количественных характеристик в единицах измерения, отличных от (кг), в связи с чем декларанту отказано в выпуске товаров, заявленных в ДТ №10714040/170817/0027811.

Также в результате таможенного досмотра выявлен товар, по количеству превышающий заявленный в ДТ №10714040/170817/0027811, а именно: товар №1 артикула 9.5S черного цвета превышает заявленный на 3876 бобин; артикула 9.5S серого цвета превышает заявленный на 984 бобин; товар №2 артикула 15S серого цвета превышает заявленный на 276 бобин. Незадекларированный обществом товар в ДТ №10714040/170817/0027811 был изъят в соответствии с протоколом изъятия вещей и документов от 06.09.2017 №10714000-644/2017 в рамках дела об административном правонарушении.

13.09.2017 декларантом на таможенной пост Морской порт Восточный подана ДТ №10714040/130917/0031634 на часть товара из заявленного в ранее поданной ДТ №10714040/170817/0027811 стоимостью 4435,38 долларов США, выпуск которого осуществлен таможней 14.09.2017.

Впоследствии общество подало в таможенный орган спорную декларацию №10714040/020218/0003609 (спорная декларация), в которой задекларирован товар, который ранее был изъят таможенным органом в соответствии с протоколом изъятия вещей и документов от 06.09.2017 №10714000-644/2017, а именно «пряжа» на бобинах: товар №1 артикул 9.5S (черный цвет 323 шт., серый цвет 82 шт.) всего 405 пакетов; товар №2 артикул 15S серый цвет всего 23 пакета. Всего 428 мест на общую сумму согласно декларации 4469,07 долларов США.

По мнению таможенного органа, весь товар, заявленный в спецификации от 17.07.2017 №4, инвойсе от 19.07.2017 №СЕVP/04 и упаковочном листе от 19.07.2017, был задекларирован и выпущен в свободное обращение по ДТ №10714040/130917/0031634, в связи с чем представленные при подаче спорной декларации коммерческие документы не подтверждают заявленную таможенную стоимость спорных товаров.

Действительно, по всем трем декларациям (№10714040/170817/0027811, №10714040/130917/0031634, №10714040/020218/0003609) в подтверждение заявленных сведений декларантом были представлены одни и те же коммерческие документы, в том числе спецификация от 17.07.2017 №4 и инвойс от 19.07.2017 №СЕVP/04, анализ которых показывает, что стороны договорились о поставке товара – «пряжа различного состава на бобинах» в количестве 628 пакетов, по 8 бобин в пакете, общей стоимостью 8904,45 долларов США, в том числе цвет черный артикул 9.5S 323 пакета, цвет серый артикул 9.5S 82 пакета, цвет серый артикул 15S 23 пакета и цвет черный артикул 8S 200 пакетов.

При этом ввезенная товарная партия пряжи стоимостью 8904,45 долларов США в количестве 628 пакетов первоначально была задекларирована в ДТ №10714040/170817/0027811, в выпуске которой, как уже отмечалось ранее, было отказано, в связи с чем декларантом были поданы последующие ДТ №10714040/130917/0031634 и №10714040/020218/0003609 на этот же товар стоимостью 4435,38 долларов США и 4469,07 долларов США соответственно.

Иными словами, в ДТ №10714040/130917/0031634 обществом был задекларирован товар, за исключением изъятого таможенным органом в соответствии с протоколом изъятия вещей и документов от 06.09.2017 №10714000-644/2017, тогда как в ДТ №10714040/020218/0003609 была заявлена изъятая часть товара.

В свою очередь, делая вывод о том, что изъятое количество товара, впоследствии задекларированное обществом в спорной ДТ, отсутствовало в коммерческих документах по сделке, и что весь товар, указанный в спецификации и коммерческом инвойсе, был задекларирован в ДТ №10714040/130917/0031634, таможенный орган оставил без должного внимания то обстоятельство, что, несмотря на выявленные в ходе таможенного досмотра по первоначально поданной ДТ несоответствия по упаковке товара, выражающиеся в том, что вместо 8 бобин в пакете было упаковано по 20 бобин пряжи, количество самой пряжи в пакетах осталось неизменным, что подтверждено пояснениями инопартнера (т.1, л.д. 174) и о чем свидетельствует вес товара.

Так, в ДТ №10714040/130917/0031634 обществом был задекларирован товар весом брутто 9558,37 кг, в соответствии с протоколом изъятия вещей и документов от 06.09.2017 №10714000-644/2017 таможенным органом изъят и передан по акту приема-передачи имущества на ответственное хранение от 06.09.2017 представителю ПЗТК ООО «Атлантик ДВ» товар весом брутто 6463,104 кг, который впоследствии был заявлен обществом в спорной ДТ.

Арифметическая сумма указанных значений (9558,37 кг + 6463,104 кг) составляет 16021,48 кг, что сопоставляется с общим весом брутто товаров, обозначенным в упаковочном листе на товарную партию общей стоимостью 8904,45 долларов США.

Таким образом, учитывая, что при формировании товарной партии пряжи в количестве 628 пакетов стоимостью 8904,45 долларов США грузоотправителем отгружены пакеты с бобинами не по 8 штук в каждом пакете, а другого размера и количества, что повлекло изменение количества бобин, тогда как вес пакета и количество пряжи в пакете осталось неизменным, у коллегии отсутствуют основания полагать, что на изъятую часть товара, впоследствии задекларированную в спорной ДТ, представленные декларантом коммерческие документы не распространялись.

Ссылку таможенного органа на то, что в ДТ №10714040/130917/0031634 декларант заявил количество мест 628, что соответствует общему количеству товара согласно спецификации от 17.07.2017 №4 и инвойсу от 19.07.2017 №СЕVP/04, коллегия признает несостоятельной, поскольку, как следует из решения Арбитражного суда Приморского края от 15.03.2018 по делу №А51-30466/2017 по спору между теми же сторонами, оставленного без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2018, в ДТ №10714040/130917/0031634 заявлена только часть товара, указанного в спецификации и инвойсе.

По правилам части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Учитывая изложенное, апелляционная коллегия считает, что факт декларирования в ДТ №10714040/130917/0031634 части товара от согласованного сторонами общего количества партии, не подлежит повторному исследованию и доказыванию в рамках настоящего дела.

Таким образом, принимая во внимание, что ввезенная товарная партия пряжи в количестве 628 пакетов стоимостью 8904,45 долларов США была частично на стоимость 4435,38 долларов США задекларирована в ДТ №10714040/130917/0031634, а оставшаяся часть в количестве пряжи 428 пакетов стоимостью 4469,07 долларов США – в спорной ДТ, то таможенный орган безосновательно не принял представленные декларантом коммерческие документы по сделке в качестве подтверждающих сведения о таможенной стоимости ввезенных товаров.

Довод таможенного органа о том, что представленная в ходе таможенного контроля экспортная декларация не может быть принята в качестве документа, подтверждающего заявленную таможенную стоимость, апелляционной коллегией также отклоняется, поскольку анализ имеющейся в материалах дела экспортной декларации показывает, что совокупность отраженных в данном документе сведений о товаре согласуется в данными коммерческих документов по сделке и сведениями о товаре, оформленном посредством подачи спорной декларации и ДТ №10714040/130917/0031634, в том числе по наименованию товара, стоимостным характеристикам по всей партии, в разрезе товарной позиции и за единицу товара, количественным показателям и весовым характеристикам.

В этой связи ссылки таможенного органа на то, что в экспортной декларации описание состава пряжи отличается от описания состава товара, указанного в прайс-листе и коммерческих документах, судом апелляционной инстанции не принимается, поскольку не означает утрату данным документом своего информационного характера, связанного со стоимостью ввозимого товара.

Довод таможенного о том, что при проверке инвойса от 19.07.2017 №CTVP/04 и спецификации от 17.07.2017 №4 установлено, что в них указаны условия поставки FOB Shanghai, отличные от указанных в контракте от 11.07.2017 №CT-VP-01, коллегией отклоняется, как не состоятельный.

В соответствии с пунктом 1.1 внешнеторгового контракта продавец поставляет покупателю на условиях CFR порт Восточный (INCOTERMS 2010), товары производства стран Азии в ассортименте, количестве и ценам, указанным в спецификациях к настоящему контракту, составляющих его неотъемлемую часть.

Дополнительным соглашением от 21.07.2017 к контракту стороны дополнили пункт 1.1 контракта следующими словами: Также по согласованию сторон допускается поставка товара на условиях FOB (Инкотермс 2010).

По условиям пункта 4.2 контракта окончательный пункт поставки товара и условия поставки указываются в спецификациях к настоящему контракту.

Как следует из представленной в материалы дела спецификации от 17.07.2017 №4, стороны договорились о наименовании, количестве, а также согласовали общую стоимость поставки. Кроме этого в спецификации указаны условия поставки FOB Shanghai, данный документ подписан сторонами и скреплен печатями, из чего следует, что стороны согласовали цену, количество, ассортимент товара, а также условия поставки.

Указание таможенного органа по тексту оспариваемого решения на то, что в результате таможенного досмотра установлено, что заявленный артикул товара 9.5S отсутствует, что не позволяет сопоставить ввезенный товар с коммерческими документами, не согласуется с фактическими обстоятельствами, так как в соответствии с протоколом изъятия вещей и документов от 06.09.2017 №10714000-644/2017 по ДТ №10714040/170817/0027811 таможенным органом был изъят, в том числе товар с указанным артикулом, который впоследствии был задекларирован в спорной ДТ.

Отклоняя довод таможни о несоответствии выявленных в результате фактического контроля весовых характеристик товара, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из акта таможенного досмотра №10714040/250817/002183 от 25.08.2017, фактический вес брутто товаров составил 16021,47 кг, а вес, заявленный в ДТ №10714040/170817/0027811 – 15780,00 кг.

Между тем, различие в весовых характеристиках, установленное при проведении таможенного досмотра по первоначально поданной декларации на товарную партию, согласованную сторонами внешнеэкономической сделки, не могло повлиять на правомерность определения таможенной стоимости по спорной ДТ ввиду того, в прайсе поставщика цена за товар определена за пакет весом в 25 кг с погрешностью в 5%, фактический вес товара согласно акту таможенного досмотра соответствует весу пакета с учетом погрешности (15787,84 кг/628 = 25,13 кг), цена согласованна сторонами в спецификации от 17.07.2017 №4 за пакет с пряжей на бобинах как за единицу товара в долларах США, а не за килограммы, в связи с чем данные расхождения не могли повлиять на правильность определения таможенной стоимости.

Что касается довода таможенного органа о невозможности принять представленные декларантом в ходе проведения проверочных мероприятий банковские платежные документы, то отклоняя таковой по причине необоснованности, коллегия исходит из следующего.

По правилам пункта 1 Перечня документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров (действующего на дату таможенного оформления), при определении таможенной стоимости по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами лицом, заполнившим ДТС, должны быть представлены банковские документы (если счет-фактура оплачен в зависимости от условий внешнеторгового контракта), а также другие платежные документы, отражающие стоимость товара.

Как установлено судом апелляционной инстанции, согласно пункту 5.1 контракта от 11.07.2017 №CT-VP-01 оплата за каждую партию товара осуществляется путем банковского перевода в долларах США на основании выставленного инвойса на счет продавца в течение 180 дней с момента окончания таможенного оформления на территории РФ. Аналогичные условия оплаты за товар указаны в спецификации и инвойсе.

В ходе проведения дополнительной проверки декларант представил в распоряжение таможенного органа дополнительные соглашения и заявления на перевод, в том числе от 04.10.2017 №4, в подтверждение оплаты товара в рамках контракта по предыдущим поставкам, при этом оплата товара, задекларированного в спорной ДТ, на момент декларирования и проведения дополнительной проверки произведена не была, о чем декларантом были даны соответствующие пояснения, и что условиям контракта не противоречит.

Из материалов дела усматривается, что часть товаров на сумму 4435,38 долларов США, поставленных по спецификации от 17.07.2017 №4, которые были задекларированы в ДТ №10714040/130917/0031634, оплачены покупателем по заявлению на перевод от 04.10.2017 №4, оставшаяся часть товаров на сумму 4469,07 долларов США, задекларированная по спорной ДТ, оплачена декларантом не была.

Данный факт подтверждается представленной в ответ на решение о проведении дополнительной проверке ведомостью банковского контроля, в разделе V «Итоговые данные расчетов по контракту» которой указано, что поставлено товаров по контракту на общую сумму 302968,77 долларов США, а оплачено в общей сложности 298499,70 долларов США, в связи с чем долг поставщику в размере 4469,07 долларов США равен стоимости товаров, задекларированных по спорной ДТ.

Таким образом, в спорной ситуации на момент исполнения запроса таможни оплата согласованной в спецификации от 17.07.2017 №4 партии товара стоимости 8904,45 долларов США в полном объеме не произошла, поскольку оплачена была только часть этого товара на сумму 4435,38 долларов США, заявленного в ДТ №10714040/130917/0031634, что и послужило мотивом для представления документов по предыдущим поставкам.

Названное поведение декларанта не имеет явных признаков уклонения от представления документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, поскольку непредставление платежных документов об оплате спорных товаров стоимостью 4469,07 долларов США в ходе таможенного контроля было обусловлено объективными причинами их отсутствия в распоряжении общества.

Давая оценку доводу таможни о том, что по результатам проведения сравнительного анализа уровень таможенной стоимости однородных товаров превысил индекс таможенной стоимости товаров по спорной декларации, судебная коллегия исходит из разъяснений пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 №18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 12.05.2016 №18), согласно которым примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Как подтверждается материалами дела, по данным ИСС Малахит на дату регистрации спорной декларации отклонение в меньшую сторону заявленного индекса таможенной стоимости от средневзвешенного индекса таможенной стоимости по наименованию товаров составило по товару №1: по ФТС 52,94%, по РТУ 64,88%, по товару №2 по ФТС и РТУ – 56,41%.

В этой связи следует признать, что выявленные отклонения в заявленной таможенной стоимости по сравнению со стоимостью идентичных, однородных товаров по сведениям таможенного органа могли послужить основанием для направления декларанту в соответствии с пунктом 4 статьи 325 Кодекса запроса о предоставлении дополнительных документов и сведений в подтверждение заявленной таможенной стоимости товаров.

Между тем данные отклонения были объяснены декларантом путем представления запрошенных дополнительных документов, включая доказательства оплаты предыдущих поставок, экспортной декларации и прайс-листа продавца, что в совокупности свидетельствует о представлении документального подтверждения заявленной таможенной стоимости и о принятии мер по устранению сомнений таможни в достоверности заявленной таможенной стоимости.

В свою очередь наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта от 11.07.2017 №CT-VP-01, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Соответственно утверждение таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении спорного товара нормативно и документально необоснованно.

Таким образом, учитывая, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений настоящего Кодекса, в том числе в части недостоверности и (или) неполноты проверяемых сведений, тогда как представленные обществом документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, судебная коллегия приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары.

Делая указанный вывод, апелляционная коллегия принимает во внимание, что товар, заявленный в спорной ДТ, был ввезен на таможенную территорию Евразийского экономического союза 07.08.2017, что подтверждается отметкой в коносаменте, тогда как в качестве источников ценовой информации для расчета таможенных пошлин, налогов была использована информация о стоимости товаров по ДТ №10104070/101017/0006964, №10605020/251217/0008872, что нельзя признать разумным отклонением по смыслу пункта 2 статьи 45 ТК ЕАЭС, из содержания которого не следует возможность применения ценовой информации о товарах, ввезенных позже ввоза оцениваемых товаров.

Кроме того, в рассматриваемом случае таможенный орган воздержался от документального подтверждения того обстоятельства, что в период с 07.05.2017 по 07.08.2017 на таможенную территорию Евразийского экономического союза не ввозились иные товары, сведения о стоимости которых могли быть использованы для определения таможенной стоимости спорных товаров.

В этой связи доводы апелляционной жалобы о корректности выбора источников ценовой информации, как сопоставимых по коммерческим, качественным и техническим характеристикам с оцениваемыми товарами, не влияет на правильность разрешения настоящего спора.

С учетом изложенного коллегия приходит к выводу о том, что названные обстоятельства в совокупности с недоказанностью таможенным органом оснований для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости свидетельствуют о противоречии оспариваемого решения закону и о нарушении этим решением прав и законных интересов декларанта.

В силу части 2 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемые решения органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, суд принимает решение о признании данных решений незаконными.

Принимая во внимание, что аргументы таможенного органа об отсутствии документального подтверждения заявленной таможенной стоимости не нашли подтверждение материалами дела, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оспариваемое решение от 22.03.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары (далее – ДТ) №10714040/020218/0003609, не соответствует закону и нарушает права и законные интересы декларанта, в связи с чем заявленные требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Согласно пункту 3 части 4 статьи 201 АПК РФ в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должно содержаться указание на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

По смыслу главы 24 АПК РФ возложение обязанности совершить определенные действия не является самостоятельным требованием, а рассматривается в качестве способа устранения нарушения прав и законных интересов заявителя и должно быть соразмерно нарушенному праву с учетом обстоятельств дела.

Как разъяснено в пункте 30 Постановления Пленума ВС РФ от 12.05.2016 №18, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, влияющего на исчисление таможенных платежей, в целях полного восстановления прав плательщика на таможенные органы в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных (взысканных) платежей, окончательный размер которых определяется таможенным органом на стадии исполнения решения суда.

Таким образом, учитывая обстоятельства настоящего спора и предмет заявленных требований, коллегия считает, что соразмерным и адекватным способом устранения нарушения прав и законных интересов заявителя является обязание таможенный орган возвратить обществу излишне уплаченные (взысканные) таможенные платежи по спорной декларации.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленных требований на основании пункта 2 статьи 269, части 1 статьи 270 АПК РФ подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований. Соответственно апелляционная жалоба общества подлежит удовлетворению.

Нарушения норм процессуального права судом апелляционной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судебные расходы по уплате госпошлины по заявлению и апелляционной жалобе на основании статьи 110 АПК РФ подлежат отнесению на таможенный орган.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 04.09.2018 по делу №А51-8991/2018 отменить.

Признать незаконным решение Находкинской таможни от 22.03.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары №10714040/020218/0003609, как несоответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

Обязать Находкинскую таможню возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ВладПартнер ДВ» излишне уплаченные (взысканные) таможенные платежи по ДТ №10714040/020218/0003609, окончательный размер которых определить на стадии исполнения постановления суда апелляционной инстанции по делу №А51-8991/2018.

Взыскать с Находкинской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «ВладПартнер ДВ» судебные расходы по уплате государственной пошлины по заявлению в сумме 3000 (три тысячи) рублей, по апелляционной жалобе в сумме 1500 (одна тысяча пятьсот) рублей, всего 4500 (четыре тысячи пятьсот) рублей.

Арбитражному суду Приморского края выдать исполнительные листы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

О.Ю. Еремеева

Судьи

Л.А. Мокроусова

Г.Н. Палагеша