Постановление от 27 февраля 2025 г. по делу № А60-7462/2024

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail:17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-821/2025(1)-АК

Дело №А60-7462/2024
28 февраля 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 февраля 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей                                 И.П. Даниловой, Т.В. Макарова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания О.А. Моор,

в отсутствии лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу уполномоченного органа межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №29 по Свердловской области

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 19 декабря 2024 года

о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении  гражданина от исполнения обязательств,

вынесенное судьей И.Р. Имамовой

в рамках дела №А60-7462/2024

о признании ФИО1 (ИНН <***>) несостоятельной (банкротом),

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 15.02.2024 поступило заявление ФИО1 (далее – ФИО1, должник) о признании её несостоятельной (банкротом), которое определением от 22.02.2024 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.03.2024 (резолютивная часть от 05.03.2024) ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества сроком до 05.09.2024, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – ФИО3), член союза «Межрегиональный центр арбитражных управляющих».

Сведения о введении процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ» №51(7741) от 23.03.2024.

В Арбитражный суд Свердловской области 23.08.2024 поступило заявление финансового управляющего должника ФИО3 о завершении процедуры реализации имущества ФИО2 с приложением отчета о своей деятельности, реестра требований кредиторов и иных документов; освобождении должника от исполнения обязательств; перечислении с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области в пользу финансового управляющего денежного вознаграждения в размере 25 000,00 рублей по представленным реквизитам.

В Арбитражный суд Свердловской области 28.08.2024 поступило ходатайство межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №29 по Свердловской области (далее – МИФНС России №29 по Свердловской области, уполномоченный орган) о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств.

Финансовым управляющим должника ФИО3 представлен отзыв на ходатайство уполномоченного органа, в котором управляющий просил применить к должнику положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении гражданина от исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.12.2024 (резолютивная часть от 05.12.2024) процедура реализации имущества ФИО2 завершена. В отношении должника применены положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств, за исключением требований кредиторов, указанных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Определено перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области в пользу ФИО3 денежные средства в размере 25 000,000 рублей в качестве вознаграждения финансового управляющего по представленным реквизитам.

Не согласившись с принятым судебным актом, уполномоченный орган подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 19.12.2024 отменить в части, принять по делу новый судебный акт в указанной части, не применять в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств.

Заявитель жалобы указывает на то, что основная часть задолженности по обязательным платежам, включенная в реестр требований кредиторов ФИО1, возникла на основании результатов проведения в отношении должника выездной налоговой проверки. По результатам проведения мероприятий налогового контроля уполномоченным органом составлен акт выездной налоговой проверки от 07.07.2020 №10-24/1, вынесено решение от 30.12.2020 №10-24/4 о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения. Согласно акту налоговой проверки №10-24/1 от 07.07.2020, ИФНС Росси №29 по Свердловской области в ходе проведения проверки выявлено, что денежные средства, поступившие на расчетный счет ФИО1 в проверяемый период в размере 168 505 767,08 рубля, не были связаны с предпринимательской деятельностью. Доход, полученный ФИО1 в 2016-2018 годах в размере 168 505 767,08 рубля, подлежал налогообложению налогом на доходы физических лиц по ставке 13% и не связан с предпринимательской деятельностью. Реальность совершения сделок с организациями не подтверждена в ходе проверки. В результате бездействия налогоплательщика не определена налоговая база по налогу на доходы физических лиц в размере 168 505 767,08 рубля и не уплачен налог на доходы физических лиц в размере 21 905 750,00 рублей. Согласно решению уполномоченного органа №10-24/4 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.12.2020 инспекцией сделан вывод о необходимости на основании статьи 101 НК РФ привлечь ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения, а также начислить по состоянию на 30.12.2020 штраф в размере 5 279 605,00 рублей, недоимку в размере 21 926 146,00 рублей, пени в размере 5 678 392,52 рубля. Как указывает апеллянт, в действиях ФИО1 усматривался состав преступления, предусмотренный частью 2 статьи 198 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), в связи с тем, что затронуты общественные отношения в сфере формования бюджета и государственных внебюджетных фондов за счет налогов и сборов; материалы, содержание признаки состава преступления, были направлены в следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области. Уполномоченным органом  выявлено, что ФИО1 являлась участником схемы уклонения от налогообложения в особо крупном размере и обналичивания (незаконному «выводу») денежных средств. ФИО1 осознанно использовала «технических» контрагентов с целью создания формального документооборота, представляла фиктивные документы и налоговую отчетность с неверными показателями. Материалами проверки установлены факты и обстоятельства, свидетельствующие об умышленных действиях ФИО1, направленных на получение денежных средств от недобросовестных контрагентов с целью их  дальнейшего обналичивания, путем перечисления денежных средств с расчетных  счетов контрагентов на расчетные счета, принадлежащие ФИО1 Соответствующие выводы также подтверждаются решением Асбестовского городского суда Свердловской области от 04.08.2022 по делу №2а-466/2022, которым решение по выездной налоговой проверке от 30.12.2020 №10-24/4 признано законным и обоснованным (решение суда первой инстанции оставлено без изменения определением Свердловского областного суда от 15.12.2022 №33а-18308/2022, определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 02.08.2023 №88а-13382/2023). Полагает, что установленные в ходе мероприятий налогового контроля обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном поведении должника, направленном на неправомерное освобождение от обязательств перед кредиторами и восстановление платежеспособности путем освобождения от обязательств по погашению сформированной задолженности.

До начала судебного заседания от должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что положения статьи 61 Закона о банкротстве и статьи 223 АПК РФ, на которые ссылается уполномоченный орган, не распространяются на определения суда о завершении процедуры банкротства в отношении должника, поэтому заявителем был пропущен срок на апелляционное обжалование. ФИО1 ранее являлась индивидуальным предпринимателем и осуществляла предпринимательскую деятельность, в ходе которой оплачивала налоги по упрощенной системе налогообложения «доходы минус расходы». Однако, в результате проведенной налоговой проверки уполномоченный орган пришел к выводу о том, что ФИО1 фактически должна была исчислять налоговую базу не по УСН как индивидуальный предприниматель, а как физическое лицо уплатить НДФЛ 13%, так как доходы не относились к предпринимательской деятельности, поэтому привлек ФИО1 к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ (неуплата налога в результате неправильного исчисления налога). Также на ту сумму денежных средств, которая поступила ФИО1 на счета, открытые для предпринимательства, уполномоченный орган доначислил налог по ставке 13% (НДФЛ), в связи с чем и образовалась задолженность перед уполномоченным органом. ФИО1, не согласившись с решением налогового органа, обжаловала его в судебном порядке. Решением Асбестовского городского суда от 04.08.2022 в удовлетворении заявления ФИО1 было отказано. Таким образом, в действиях ФИО1 отсутствует такой состав правонарушения, как умышленная неуплата налогов. Задолженность фактически перед налоговой образовалась в связи с незнанием ФИО1 налогового законодательства, которое регулирует определение налоговой базы и исчисление самого налога. Тот факт, что в действиях ФИО1 отсутствует какое-либо намеренное или злостное уклонение от уплаты налогов подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 от 30.12.2021 по статье 198 УК РФ. В данном постановлении прямо указано, что в ходе проверки собраны объективные доказательства, которые свидетельствуют об отсутствии достаточных оснований для возбуждения уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного статьей 198 УК РФ, поскольку отсутствует обязательный признак – уклонение от уплаты налогов. Равно как отсутствует и иной обязательный признак данного преступления – прямой умысел, направленный на уклонение от уплаты налогов. В рамках настоящего дела не установлено умышленное, целенаправленное злоупотреблением правом со стороны должника, которое направлено на злостное уклонение от погашения требований уполномоченного органа. Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о принятии должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается. В настоящем деле также отсутствуют доказательства того, что ФИО1 действовала при злоупотреблении правом или ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб уполномоченному органу. Кроме того, решениями налогового органа в действиях ФИО1 не установлена вина в форме умысла, ФИО1 не привлекалась к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) (умышленная неуплата налогов). ФИО1 на протяжении всей процедуры банкротства оказывала финансовому управляющему полное содействие в передаче всех необходимых документов и сведений, а также в передаче имущества и имущественных прав. МИФНС России №29 по Свердловской области 27.02.2023 вынесла в отношении ФИО1 постановление по делу об административном правонарушении, согласно которому ФИО1 в силу пункта 1 статьи 213.4 Закона о банкротстве была обязана обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве не позднее 01.02.2023. Таким образом, указанным постановлением, которое вынес непосредственно уполномоченный орган, фактически подтверждается позиция уполномоченного органа о том, что ФИО1 следовало пройти процедуру банкротства в порядке Закона о банкротстве. Согласно определению ВС РФ №304-ЭС22-25484 от 21.04.2023 по делу №А70-1042/2017 институт банкротства граждан предусматривает своей целью освобождение лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, в виде освобождения от обязательств. Из указанного следует, что до банкротства ФИО1 уполномоченный орган фактически признавал возможность освобождения ФИО1 от исполнения обязательств в порядке Закона о банкротстве, тогда как в настоящий момент уполномоченный орган занял противоположную позицию, хотя фактические обстоятельства возникновения задолженности не изменились. Уполномоченный орган в данной части действует непоследовательно, что можно квалифицировать как злоупотребление правом, поэтому в ходатайстве уполномоченного органа об отказе от применения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств необходимо отказать. Материалами дела подтверждается отсутствие в ее действиях злостное и умышленное уклонение от уплаты налогов при злоупотреблении правом. ФИО1 в процедуре банкротства оказывала полное содействие управляющему. В процедуре банкротства было реализовано имущество должника и денежные средства были направлены на погашение задолженности перед уполномоченным органом.

От финансового управляющего должника ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на то, что ФИО1 ранее была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, деятельность прекращена 17.02.2020. Задолженность ФИО1 перед налоговым органом возникла при осуществлении деятельности в качестве индивидуального предпринимателя. В ходе выездной налоговой проверки налоговым органом установлено, что из общей суммы поступлений на расчетные счета ИП ФИО1 в размере 188 258 535,00 рублей, поступления в сумме 168 505 767,08 рубля являются доходом физического лица, полученным вне осуществления предпринимательской деятельности. По результатам проверки вынесено решение о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.12.2020 №10-24/4, на основании которого ФИО1 доначислен налог на доходы физических лиц, а также пени и штрафы (решение выездной налоговой поверки (ВНП) №10-244 от 30.12.2020). Должник привлечен к ответственности, в т.ч. по пункту 1 статьи 122 НК РФ (неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений). Однако, пункт 1 статьи 122 НК РФ, по которому привлечен должник, предполагает отсутствие умысла в совершенных действиях, в отличие от пункта 3 статьи 122 НК РФ, который прямо говорит об этом. Также должником в судебном порядке оспорено решение налогового органа. Из анализа решения Асбестовского городского суда Свердловской области от 04.08.2022 по делу №2а-466/2022 и апелляционного определения Свердловского областного суда от 15.12.2022 по тому же делу прямо не следует указание на умысел или грубую неосторожность должника, в противном случае действия должника были бы квалифицированы по пункту 3 статьи 122 НК РФ. Отсутствие в действиях ФИО1 какого-либо намеренного или злостного уклонения от уплаты налогов подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 30.12.2021 по статье 198 УК РФ. Финансовый управляющий полагает возможным применить пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, поскольку из сложившейся судебной практики следует, что само по себе привлечение должника к налоговой ответственности не является безусловным основанием для неприменения в отношении него правил об освобождении от обязательств (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 16.08.2022 №Ф09-3586/22 по делу №А71-13456/2018, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 29.05.2023 №Ф08-4491/2023 по делу №А22-3142/2021). Материалы дела не содержат достоверных доказательств наличия умысла в совершенных действиях ФИО1. Таким образом, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для неприменения к должнику правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований, не заявленных в ходе процедур банкротства, за исключением требований кредиторов, указанных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве, не имеется.

Лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации (далее – АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

От уполномоченного органа поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы в обжалуемой части (в части применения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств) в порядке, предусмотренном статьей  266 и частью 5 статьи 268 АПК РФ.

Возражений против проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части не заявлено.

Из материалов дела следует, что по завершении процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим представлено ходатайство о завершении процедуры банкротства по основаниям, предусмотренным статьей 213.28 Закона о банкротстве, ссылаясь на завершение всех предусмотренных в процедуре банкротства должника мероприятий. Одновременно представлены документы, подтверждающие объем проведенных финансовым управляющим мероприятий в процедуре банкротства и расчеты с кредиторами.

Уполномоченным органом заявлено ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Завершая процедуру банкротства в отношении должника ФИО1, применяя к ней правила об освобождении от исполнения обязательств, в том числе незаявленных в процедуре банкротства, суд первой инстанции исходил из того, что все мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве, завершены, основания для продления процедуры банкротства, основания для неосвобождения гражданина от обязательств, предусмотренные пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, не установлены.

Судебный акт обжалуется только в части применения к должнику предусмотренного пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве правила об освобождении от обязательств.

В связи с чем, судебный акт в остальной части судом апелляционной инстанции не проверяется.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта в обжалуемой части в силу следующих обстоятельств.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что реализация имущества гражданина - это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

По смыслу приведенных норм арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника.

Материалами дела установлено, что по истечении срока процедуры реализации имущества финансовым управляющим во исполнение требований пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве представлен отчет о результатах проведения реализации имущества гражданина.

Финансовым управляющим заявлено ходатайство о завершении процедуры реализации имущества.

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования двух кредиторов МИФНС России №29 по Свердловской области, АО КБ «Локо-банк» в общем размере 41 539 390,92 рубля. Требования кредиторов погашены частично в сумме 329 740,75 рубля, что составляет 1,3% от суммы требований включенных в реестр.

Текущие расходы в процедуре банкротства составили 45 259,25 рубля.

Финансовым управляющим должника в процедуре реализации имущества сделаны запросы и получены сведения государственных органов.

Финансовым управляющим должника предприняты меры по выявлению, формированию, оценке и реализации имущества должника, выявлено имущество, а именно 1/4 в праве общей долевой собственности на часть жилого дома, состоящего из 3-х комнатной квартиры, 59,9 кв.м, по адресу: <...> д.*, кв.*, кадастровый номер 66:06:0000000:3955*, стоимостью 421 600,00 рублей; 1/4 доли в общей долевой собственности на земельный участок, назначение - для ведения личного подсобного хозяйства (приусадебный земельный участок), по адресу: <...> уч.*, жилой дом, кадастровый номер 66:06:1701028:155*, стоимостью 67 000,00 рублей; гаражный бокс, 22,6 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская область, р.п. Рефтинский, гаражный кооператив №19, бокс №9, кадастровый номер 66:69:0000000:2434**, стоимостью 250 000,00 рублей (доля бывшего супруга составила 125 000,00 рублей), общей стоимостью 329 740,75 рубля.

В конкурсную массу должника поступили денежные средства в размере 546 000,00 рублей, из которых 46 000,00 рублей (март – август 2024гг.) – доход от профессиональной деятельности, 250 000,000 рублей – от продажи на торгах имущества (гаража) должника, 125 000,00 рублей – выплата доли бывшему супругу должника ФИО4 за проданный на торгах гараж, 250 000,00 рублей – поступление д/с от ФИО4 по претензии от 18.04.2024.

Какое-либо иное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу должника, не выявлено.

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния должника, признаков фиктивного и преднамеренного банкротства не установлено, сделан вывод об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника.

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения имущества должника и формировании конкурсной массы, не представлены.

Доказательств того, что финансовым управляющим не совершены еще какие-либо действия, направленные на поиск имущества должника с целью погашения требований кредиторов, в материалы дела не представлено и судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, суд обоснованно пришел к выводу о наличии оснований, предусмотренных статьей 213.28 Закона о банкротстве, для завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Выводы суда первой инстанции в указанной части являются верными и не обжалуются сторонами.

От уполномоченного органа поступило ходатайство о неприменении к должнику положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств, мотивированное недобросовестностью действий ФИО1 Так, ФИО1, в период ведения предпринимательской деятельности (с 13.12.2010 по 17.02.2020) применяла упрощенную систему налогообложения с основным видом деятельности – распиловка и строгание древесины. В период с 18.06.2019 по 12.02.220 инспекцией проведена выездная налоговая проверка финансово[1]хозяйственной деятельности ФИО1 по всем налогам, сборам, страховым взносам. Проверяемый период с 01.01.2016 по 31.12.2018. Проверка проведена совместно с отделом ОЭБ и ПК МО МВД России «Асбестовский», по результатам которой составлен акт выездной налоговой проверки от 07.07.2020 №10-24/1, вынесено решение о привлечении ФИО1 к ответственности за нарушение налогового правонарушения №10-24/4 от 30.12.2020. Согласно акту налоговой проверки №10-24/1 от 07.07.2020 уполномоченным органом в ходе проведения проверки выявлено, что денежные средства, поступившие на расчетный счет ФИО1 в проверяемый период в размере 168 505 767,08 рубля, не были связаны с предпринимательской деятельностью. Доход, полученный ФИО1 в 2016-2018 годах в размере 168 505 767,08 рубля, подлежал налогообложению налогом на доходы физических лиц по ставке 13% и не связан с предпринимательской деятельностью. Реальность совершения сделок с организациями не подтверждена в ходе проверки. В результате бездействия налогоплательщика не определена налоговая база по налогу на доходы физических лиц в сумме 168 505 767,08 рубля и не уплачен налог на доходы физических лиц в размере 21 905 750,00 рубля. Согласно решению №10-24/4 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.12.2020 инспекцией сделан вывод о необходимости на основании статьи 101 НК РФ привлечь ФИО1 к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения в виде штрафа в размере 5 279 605,00 рублей, начислены недоимка 21 926 146,00 рублей и пени 5 678 392,52 рубля. Уполномоченным органом в действиях ФИО1 усматривался состав преступления, предусмотренный частью 2 статьи 198 УК РФ. Материалы, содержащие признаки состава преступления, были направлены в следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области. Инспекцией выявлено, что ФИО1 являлась участником схемы уклонения от налогообложения в особо крупном размере и обналичивания (незаконному «выводу») денежных средств, осознанно использовала «технических» контрагентов с целью создания формального документооборота, представляла фиктивные документы и налоговую отчетность с неверными показателями. Налоговый орган сослался на то, что установленные в ходе проверок обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном поведении должника.

Финансовый управляющий должника просил в удовлетворении ходатайства кредитора отказать и применить к должнику правила об освобождении от обязательств. Указывал на то, что должник ранее была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, деятельность прекращена 17.02.2020. Задолженность ФИО1 перед налоговым органом возникла в ходе осуществления деятельности в качестве индивидуального предпринимателя. По результатам налоговой проверки установлено, что из общей суммы поступлений на расчетные счета ИП ФИО1 в размере 188 258 535,00 рублей, поступления в сумме 168 505 767,08 рубля являются доходом физического лица, полученным вне осуществления предпринимательской деятельности, вынесено решение о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.12.2020 №10-24/4, на основании которого ФИО1 доначислен налог на доходы физических лиц, а также пени и штрафы (решение выездной налоговой поверки (ВНП) №10-244 от 30.12.2020). Должник привлечена к ответственности, в т.ч. по пункту 1 статьи 122 НК РФ (неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений). Пункт 1 статьи 122 НК РФ, по которому привлечен должник, предполагает отсутствие умысла в совершенных действиях, в отличие от пункта 3 статьи 122 НК РФ. Решением Асбестовского городского суда Свердловской области от 04.08.2022 по делу №2а-466/2022 и апелляционным определением Свердловского областного суда от 15.12.2022 по тому же делу не установлено умысла или грубой неосторожности должника, в противном случае действия должника были бы квалифицированы по пункту 3 статьи 122 НК РФ. Постановлением от 30.12.2021 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по статье 198 УК РФ.

Оценив доводы уполномоченного органа, проанализировав материалы настоящего дела, сопоставив их пояснениями финансового управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства кредитора в силу следующего.

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

Из разъяснений, данных в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45), следует, что согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в данном абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Таким образом, исходя из положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение должника от неисполненных им обязательств зависит от добросовестности его поведения при принятии и исполнении таких обязательств, а также сотрудничества с судом и финансовым управляющим непосредственно при проведении процедуры банкротства.

Если обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества должника, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающим дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего. Такое заявление может быть подано указанными лицами в порядке и сроки, предусмотренные статьей 312 АПК РФ. О времени и месте судебного заседания извещаются все лица, участвующие в деле о банкротстве, и иные заинтересованные лица.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статьи 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 АПК РФ, абзаца 19 статьи 2, статьи 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств.

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором, изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнение обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга, ведет явно роскошный образ жизни (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 по делу №310-ЭС20-6956 и от 31.10.2022 №307-ЭС22-12512).

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе дать пояснения и представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При этом согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как указывалось выше, должник ФИО1 ранее была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, деятельность прекращена 17.02.2020.

По результатам выездной налоговой проверки решением налогового органа ФИО1 была привлечена к ответственности за совершение налогового правонарушения, в том числе по пункту 1 статьи 122 НК РФ.

Требования уполномоченного органа, в том числе основанные на результатах данной налоговой проверки, включены в реестр требований кредиторов должника.

Согласно пункту 1 статьи 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога или других неправомерных действий (бездействия) влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога.

В соответствии с пунктом 3 статьи 122 НК РФ деяния, предусмотренные пунктом 1 статьи 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов).

Субъективная сторона налогового правонарушения, ответственность за которое предусмотрена статьей 122 НК РФ, может выражаться как в форме неосторожности (пункт 1 статьи 122 НК РФ), так и в форме умысла (пункт 3 статьи 122 НК РФ).

Согласно Письму ФНС России от 13.07.2017 №ЕД-4-2/13650@ налоговое правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, не осознавало противоправного характера своих действий (бездействия) либо вредного характера последствий, возникших вследствие этих действий (бездействия), хотя должно было и могло это осознавать.

Например, к налоговому правонарушению привела низкая квалификация либо временная нетрудоспособность бухгалтера организации, однако, согласно сложившейся практике, не могут быть правомерными основаниями невиновности организации личностные и профессиональные обстоятельства сотрудников организации, что в итоге влечет, например, налоговую ответственность в виде штрафа размером 20% от неуплаченных сумм, предусмотренную пунктом 1 статьи 122 Кодекса.

Примером умышленности совершения налогового правонарушения, влекущей применение налоговой ответственности в виде штрафа 40% от неуплаченных сумм, предусмотренную пунктом 3 статьи 122 Кодекса, является совокупность действий налогоплательщика, направленных на построение искаженных, искусственных договорных отношений, имитация реальной экономической деятельности подставных лиц (фирмы-однодневки).

Действия налогоплательщика, повлекшие неуплату или неполную уплату суммы налога, квалифицируются как правонарушение, ответственность за которое предусмотрена пунктом 3 статьи 122 НК РФ, в случае, если налогоплательщик преследовал цель неправомерного уменьшения налоговой обязанности.

При этом состав вмененных правонарушений не обладает какими-либо квалифицирующими признаками, которые свидетельствовали бы об умысле, особой недобросовестности.

В рассматриваемом случае вина должника в форме умысла уполномоченным органом при проведении камеральной проверки не установлена и не установлены обстоятельства, отягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения.

Должник ФИО1 привлечена к налоговой ответственности на основании пункта 1 статьи 122 НК РФ (неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений), а не по пункту 3 статьи 122 НК РФ (умышленная неуплата налогов).

Согласно выработанной правоприменительной практике привлечение должника к налоговой ответственности не является безусловным основанием для неприменения в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). Данные основания в действиях должника не установлены.

Учитывая изложенное, ввиду отсутствия доказательств умышленного причинения должником вреда кредитору и факта неустановления налоговым органом вины должника в форме умысла, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для отказа в применении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Недобросовестного поведения гражданина, фактов сокрытия имущества, уклонения от исполнения обязательств по представлению сведений в ходе процедуры не зафиксировано.

Доказательств наличия у должника скрытых источников дохода и их использование должником по собственному усмотрению без ведома финансового управляющего, в материалах дела не имеется.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 по делу №304-ЭС17-76, №А03-23386/2015, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему, также не установлено.

Оснований для оспаривания сделок, совершенных должником в период подозрительности, финансовым управляющим не выявлено.

Доказательства того, что должник действовала незаконно, в том числе совершила мошеннические действия, злостно уклонялась от погашения кредиторской задолженности, уплаты налогов и (или) сборов, предоставила кредиторам заведомо ложные сведения, скрыла или умышленно уничтожила имущество, в деле отсутствуют.

Сам факт неисполнения должником принятых на себя обязательств перед кредиторами в силу объективных обстоятельств, равно как и отсутствия у него для этого достаточного имущества, не может служить основанием для отказа в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, в дело не представлено (статья 65 АПК РФ).

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о принятии должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается.

Вступившим в законную силу судебным актом должник не привлекалась к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство, совершенные им в рамках настоящего дела о банкротстве.

В рассматриваемом случае, проанализировав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции обоснованно завершил процедуру банкротства в отношении должника, не усмотрев оснований для ее продления, и правомерно применил в отношении должника правило об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

С учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, при недоказанности наличия совокупности условий для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств,  противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления им заведомо ложных сведений, а также, исходя из социально-реабилитационных начал института потребительского банкротства, оснований для неприменения к должнику правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований, не заявленных в ходе процедур банкротства, за исключением требований кредиторов, указанных в пунктах 5, 6 статьи 213.28  Закона о банкротстве, не имеется.

В случае выявления фактов сокрытия гражданином имущества или незаконной передачи гражданином имущества третьим лицам конкурсные кредиторы, требования которых не были удовлетворены в ходе реализации имущества гражданина, вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о пересмотре определения о завершении реализации имущества гражданина и предъявить требование об обращении взыскания на указанное имущество (п. 1 ст. 213.29 Закона о банкротстве).

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства получили надлежащую оценку. Оснований для переоценки установленных судом обстоятельств и для изменения правовых выводов апелляционный суд не усматривает.

Ссылка апеллянта на то, что уполномоченным органом в действиях ФИО1 усматривался состав преступления, предусмотренный частью 2 статьи 198 УК РФ, материалы, содержание признаки состава преступления, были направлены в следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области, отклоняется, поскольку, как следует из материалов дела, постановлением заместителя руководителя следственного отдела по городу Асбест следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области от 30.12.2021 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по сообщению об уклонении от уплаты НДФЛ за период с 01.01.2016 по 31.12.2017 по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, то есть за отсутствием в ее деянии состава преступления, предусмотренного статьей 198 УК РФ.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции в обжалуемой части отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

Согласно статье 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации уполномоченный орган освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 19 декабря 2024 года по делу №А60-7462/2024 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.М. Зарифуллина


Судьи


И.П. Данилова


Т.В. Макаров