Постановление от 22 марта 2024 г. по делу № А57-4394/2022

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-4394/2022
г. Саратов
22 марта 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 марта 2024 года.


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волковой Т. В.,

судей Антоновой О.И., Жаткиной С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дела № А57-4394/2022, рассматриваемого по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции,

по исковому заявлению акционерного общества «Инвестторгбанк» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ИП ФИО5,

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств,

при участии в судебном заседании представителей сторон: - от ИП ФИО5 представитель ФИО6 по доверенности от 18.10.2022, выданной сроком на 3 года, в материалы дела представлена копия диплома о высшем юридическом образовании.

- от ФИО3 представитель ФИО7 по доверенности от 21.06.2023 г., выданной сроком на 5 лет, служебное удостоверение адвоката обозревалось.

УСТАНОВИЛ:

11.03.2022 г. в Арбитражный суд Саратовской области с исковым заявлением обратилось Акционерное общество «Инвестторгбанк» к ФИО2, ФИО3, ФИО4 (далее «Ответчики») о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "СТРОИ – БЕТОН», взыскании в пользу Акционерного общества "ИНВЕСТТОРГБАНК", ИНН: <***>, солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам недействующего юридического лица ООО "СТРОЙ - БЕТОН", ИНН <***>, сумму в размере 602 785 733 руб. 33 коп., а также государственную пошлину в размере 200 000 руб. с ФИО4, ИНН <***>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН <***>; ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН <***>

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 25 апреля 2023 года взыскано в пользу Акционерного общества "ИНВЕСТТОРГБАНК", ИНН: <***>, солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам недействующего юридического лица ООО "СТРОЙ - БЕТОН", ИНН <***>, сумму в размере 602 785 733 руб. 33 коп., а также государственную пошлину в размере 200 000 руб. с ФИО4, ИНН <***>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН <***>; ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН <***>.

В удовлетворении требований Акционерного общества "ИНВЕСТТОРГБАНК" о взыскании в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам недействующего юридического лица ООО "СТРОЙ - БЕТОН" с индивидуального предпринимателя ФИО5, ОГРНИП <***>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – отказано.

Не согласившись с принятым решением Арбитражного суда Саратовской области от 25.04.2023 года, акционерное общество «Инвестторгбанк» обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, а именно удовлетворить исковые требования в отношении ИП ФИО5

Также не согласившись с принятым решением суда первой инстанции ФИО3, ФИО4, ФИО2 обратились в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят решение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенными в апелляционных жалобах.

Согласно части 6 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанций нормы процессуального права, являющиеся, в соответствии с частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса, основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 270 АПК РФ рассмотрение дела в отсутствие лица, участвующего в деле, не извещенного надлежащим образом о судебном разбирательстве, является безусловным основанием для отмены судебного акта.

Приведенные нормы права закрепляют процессуальные гарантии осуществления участниками арбитражного процесса конституционного права на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации) и права на осуществление судопроизводства с соблюдением принципов состязательности и равноправия.

Надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, а также иных участников арбитражного процесса о принятии искового заявления и возбуждении производства по делу, о месте и времени проведения судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия является неотъемлемой частью права лица на справедливое судебное разбирательство.

В связи с этим Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации возлагает на арбитражный суд обязанность по надлежащему извещению участников процесса, нарушение которой рассматривается как безусловное основание для отмены судебного акта.

В силу части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом направленной ему копии судебного акта или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

В соответствии с положениями части 6 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Коллегией судей установлено, что определением суда первой инстанции от 20.03.2023 производство по делу было приостановлено в связи с назначением по делу судебной экспертизы.

Определением суда первой инстанции от 13.04.2023 производство по делу было возобновлено после приостановления в связи с проведением судебной экспертизы.

Судебное заседание было назначено на 17.04.2023 на 16 часов 30 минут (по местному времени МСК+1).

В силу статьи 146 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд возобновляет производство по делу по заявлению лиц, участвующих в деле, или по своей инициативе после устранения обстоятельств, вызвавших его приостановление, либо до их устранения по заявлению лица, по ходатайству которого производство по делу было приостановлено.

Информация о принятии искового заявления или заявления к производству, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия размещается арбитражным судом на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" не позднее чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Документы, подтверждающие размещение арбитражным судом на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" указанных сведений, включая дату их размещения, приобщаются к материалам дела Коллегия судей установила, что суд первой инстанции возобновил производство по делу и назначил судебное заседание менее, чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания.

Кроме того, определение Арбитражного суда Саратовской области о возобновлении производства по делу от 13 апреля 2023 года по делу №А57-4394/2022 было опубликовано на официальном сайте суда в сети Интернет только 15.04.2023 г. 03:19:05 МСК, не в установленном порядке, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов.

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции установил отсутствие доказательств надлежащего направления определения суда от 13.04.2023 о назначении судебного заседания на 17.04.2023, в адрес всех лиц, участвующих в деле.

17.04.2023 в судебное заседание обеспечил явку представитель ИП ФИО5, иные лица явку не обеспечили, судом первой инстанции, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ, был объявлен перерыв в судебном заседании на один рабочий день до 18.04.2023 до 10 часов 02 минут (по местному времени МСК+1).

18.04.2023 в судебное заседание обеспечили явку только два участника судебного процесса представители ИП ФИО5 и ФИО4, иные лица явку не обеспечили, судом первой инстанции дело было рассмотрено по существу и была объявлена резолютивная часть решения.

Ходатайств о рассмотрении дела в отсутствие от лиц, участвующих в деле в суд первой инстанции не поступало. Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что АО «Инвестторгбанк» 14.04.2023 года было заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства для предоставления возможности ознакомления с поступившим экспертным заключением, подготовки правовой позиции по данному факту, а также вызова эксперта в судебное заседание для дачи пояснений по экспертному заключению.

Судом первой инстанции в удовлетворении заявленного ходатайства было отказано без мотивирования причин.

Таким образом, по мнению судебной коллегии, в материалах дела отсутствуют доказательства надлежащего извещения судом первой инстанции АО «Инвестторгбанк», ФИО2, ФИО3 о возобновлении производства по делу.

По мнению суда апелляционной инстанции, судом первой инстанции был нарушен фундаментальный принцип доступа к правосудию и лица, участвующие в деле были лишены возможности воспользоваться своими процессуальными правами, как то заявлять возражения относительно экспертного заключения, представлять доказательства возражать против представленных доказательств и были лишены в реализации иных своих процессуальных прав

В связи с чем, определением от 16.11.2023 года Двенадцатый арбитражный апелляционный суд перешёл к рассмотрению дела № А57-4394/2022 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

11.01.2024 АО «Инвестторгбанк» в порядке статьи 49 АПК РФ, были заявлены уточнения исковых требований. В представленных уточнениях Банком указано, что первоначальные исковые требования о привлечении к субсидиарной ответственности предъявлены к ответчикам в связи с отчуждением единственного ликвидного актива общества в пользу аффилированного лица по кратно заниженной стоимости относительно рыночной с целью причинения вреда кредитору ИТБ АО через вывод актива из-под риска обращения взыскания, что повлекло также прекращение деятельности общества и утрату возможности у Банка получить удовлетворение своего требования. При этом Банк определил сумму ущерба в размере права требования Банка к ликвидированному должнику, а именно в сумме 602 785 733 руб. 33 коп.

В представленных уточнениях Банк просит взыскать с ответчиков солидарно убытки, причиненные Банку в результате незаконных действий в размере 49 042 985 руб., что составляет разницу между рыночной стоимостью незаконно отчужденного актива Общества согласно Отчету об оценке №09/0822-И от 05.10.2022, выполненного ООО «ЭкспертКапитал» (81 032 022 руб.) и ценой фактического отчуждения актива по договору купли-продажи от 09.08.2017 (31 989 037 руб.).

Кроме того представитель истца в суде апелляционной инстанции уточнил исковые требования от 15.01.2024 вх.№1144/2024 и просил привлечь к субсидиарной ответственности наряду ранее указанными лицами индивидуального предпринимателя ФИО5, в чью пользу состоялось отчуждение имущественного комплекса ООО «СтройБетон», а также взыскать солидарно с ответчиков убытки в размере 49 042 985 руб. в пользу истца.

Данные уточнения заявленных исковых требований были приняты судебной коллегией к рассмотрению.

В соответствии с определением от 10.01.2024 председателя третьего судебного состава в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отставкой судьи Л.Ю. Луевой произведена замена судьи Л.Ю. Луевой на судью О.И. Антонову.

В связи с заменой судьи рассмотрение дела начато сначала.


В суде апелляционной инстанции производство по делу было приостановлено определением от 01.02.2024, в связи с проведением повторной судебной экспертизы.

Определением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда РФ от 26.02.2024 производство по делу было возобновлено, судебное заседание было назначено на 21 марта 2024 года на 10 часов 45 минут по местному времени (МСК+1).

Судебной коллегией установлено, что в адрес Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от ответчиков ИП ФИО5, ФИО3 поступили письменные пояснения относительно обстоятельств дела, в соответствии с которыми данные ответчики просили в удовлетворении заявленных исковых требований отказать в полном объеме.

Представители ФИО8, и ИП ФИО5 в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержали доводы, изложенные в качестве возражений против предъявленного иска, просили в удовлетворении исковых требований Банка отказать ввиду отсутствия правовых и фактических оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СТРОЙ-БЕТОН».

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

Надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

От представителя истца поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства для предоставления мотивированных возражений на письменную позицию ИП ФИО5 по результатам проведенной судебной экспертизы.

Судебная коллегия, заслушав мнения лиц, участвующих в судебном заседании, возражавших против отложения судебного заседания, определила в удовлетворении данного ходатайства истца отказать, поскольку данные письменные пояснения ответчика ИП ФИО5 были направлены электронно через систему «Мой Арбитр» и были зарегистрированы в данной системе 15.03.2024, что признается судебной коллегией заблаговременным и стороны все имели возможность ознакомиться со всеми материалами дела. Кроме того, в материалах дела также имеется доказательства направления данных пояснений посредством электронной почты непосредственно в адрес ФИО9, представляющего АО «Инвестторгбанк» при рассмотрении настоящего дела. При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что у истца имелась реальная возможность для заблаговременного ознакомления с материалами дела и подготовки своей позиции к судебному заседанию.

От АО "Инвестторгбанк" поступили письменные пояснения от 20.03.2024 вх.№ 10078/2024, согласно которым сторона поддерживает заявленные исковые требования в полном объеме и из которых следует, что истец ознакомлен с результатами судебной экспертизы в суде апелляционной инстанции, представил свою позицию и возражения по позициям сторон по существу.

Кроме того, от представителя Банка также поступило ходатайство о вызове в судебное заседание эксперта Коновальчик для дачи пояснений по существу проведенного исследования.

Судебная коллегия, рассмотрев заявленное ходатайство, считает его неподлежащим удовлетворению, поскольку у суда сомнений в связи с неясностью или недостаточной полнотой выводов экспертизы не возникло

В судебном заседании, открытом 21.03.2024 в 10 часов 45 минут после окончания исследования материалов дела на стадии судебных прений объявлялся перерыв до 15 часов 00 минут. После перерыва в судебное заседание явилась представитель ФИО3, которая поддержала ранее заявленные доводы относительно существа спора.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, заслушав лиц, участвующих в деле, всесторонне исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судебной коллегией, 05.06.2014 между ОАО «ГУОВ» и ООО «Строй-Сервис-2» был заключен договор № 2014/2-236 на выполнение работ.

Исполнение указанного договора обеспечивалось банковскими гарантиями, выданными Банком.

Банковские гарантии были обеспечены договорами поручительства № 20/бг-14-П-2 и № 21/бг-14-П-2 от 23.07.2014, заключенными между банком и ООО «СТРОЙ-БЕТОН».

01.03.2017 Банком была раскрыта банковская гарантия путем перечисления денежных средств в адрес ОАО «ГУОВ» в размере 598 368 766 руб. на основании решения Арбитражного суда г. Москвы от 12.07.2016 по делу № А40-43164/16 по платежному поручению № 396408 от 01.03.2017.

09.03.2017 Банк направил требования от 03.03.2017 об исполнении обязательств в размере 598,6 млн. руб. как ООО «Строй-Сервис 2», основному должнику, так и поручителю - ООО «СТРОЙ-БЕТОН».

07.06.2017 Банк в порядке регресса обратился с требованием о взыскании денежных средств к основному должнику и поручителям, в том числе к ООО «СТРОЙ-БЕТОН».

09.08.2017 между ООО «СТРОЙ-БЕТОН» (Продавец) и ИП ФИО5 (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого Продавец передал, а Покупатель принял в собственность следующие объекты:

- здание, назначение: нежилое, площадь 1 068,3 кв.м, инвентарный номер 63:401:001:015608180:00Б2, литер Б2, кадастровый (или условный номер) объекта 64-64- 01/036/2006-289, расположенное на земельном участке с кадастровым номером 64:48:040211:0076 площадью 13 881 кв.м., адрес (местоположение): <...> б, стоимостью 2 436 640 руб.;

- сооружение – склад готовой продукции, назначение: нежилое, площадь 1 350 кв.м, инвентарный номер 63:401:001:015608180:00В1, литер В1, кадастровый (или условный) номер объекта 64-6401/036/2006-293, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 64:48:040211:0076 площадью 13 881 кв.м., адрес (местоположение): <...> б, стоимостью 1 262 280 руб.;

- здание, назначение: нежилое, площадь 239,6 кв.м, инвентарный номер 64:40:001:015608180:00К2 литер К2, кадастровый (или условный) номер объекта 64-64- 01/036/2006-291, расположенное на земельном участке с кадастровым номером 64:48:040211:0076 площадью 13 881 кв.м., адрес (местоположение): <...> б, стоимостью 618 580 руб.;

- здание, назначение: нежилое, площадь 7 416,3 кв.м, инвентарный номер 63:401:001:015608180:Ф2ФЗ, кадастровый (или условный) номер объекта 64-64-01/036/2006- 292, расположенное на земельном участке с кадастровым номером 64:48:040211:0076 площадью 13 881 кв.м, адрес (местоположение): <...> б, стоимостью 27 489 898 руб.;

- здание, назначение: нежилое, площадь 25,7 кв.м, инвентарный номер 63:401:001:015608180:ОООЖ литер Ж, кадастровый (или условный) номер объекта 64-64- 01/036/2006-290, расположенное на земельном участке с кадастровым номером 64:48:040211:0075 площадью 166 кв.м, адрес (местоположение): <...> б, стоимостью 81 640 руб.

В соответствии с п. 2 договора купли-продажи недвижимого имущества от 09.08.2017 стороны пришли к соглашению о цене продаваемых объектов общей стоимостью 31 889 038 руб. 20 коп., в том числе НДС 18%. 31 989 037 руб.

09.08.2017 между ООО «СТРОЙ-БЕТОН» и ИП ФИО5 заключен договор о замене стороны в обязательстве, согласно которому право аренды на земельные участки с кадастровыми номерами 64:48:040211:0075, 64:48:040211:0076 перешло к новому собственнику ИП ФИО5

18.10.2018 решением Арбитражного суда Саратовской области по делу № А57- 12251/2017 с ООО «СТРОЙ-БЕТОН» в пользу Банка взысканы денежные средства в размере 602 785 733, 33 руб. Данное решение суда вступило в законную силу 25.02.2019.

04.09.2019 ООО «СТРОЙ-БЕТОН» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо на основании подп. "б" п. 5 ст. 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей".

Согласно данным налогового органа генеральным директором Общества являлись: ФИО4 (с 17.11.2016), ФИО3 (с 03.04.2018), ФИО2 (с 13.03.2019).

Участниками общества являлись: ФИО4 (100%) с 05.05.2005 по 02.03.2018, ФИО3 (100%) с 19.03.2018.

Банк обратился в Арбитражный суд Саратовской области с настоящим исковым заявлением полагая, что в результате недобросовестных действий контролирующих ООО «СТРОЙ-БЕТОН» лиц Банк лишился возможности получения удовлетворения своего права требования за счет реализации имущества поручителя ООО «СТРОЙ-БЕТОН».

Обращаясь с настоящим исковым заявлением Банк указал, что ликвидное недвижимое имущество должника ООО «СТРОЙ-БЕТОН» было продано в пользу ИП ФИО5 по существенно (кратно) заниженной цене более, чем в два раза, а стороны по сделкам являются аффилированными лицами, действовавшими недобросовестно с целью вывода спорного недвижимого имущества ООО «СТРОЙ-БЕТОН» из под риска обращения на него взыскания со стороны Банка.

Таким образом, по мнению истца, неисполнение обязательств общества «СТРОЙ-БЕТОН» его исключением из ЕГРЮЛ и предшествующими этому недобросовестными действиями ответчиков, которые повлекли неисполнение обязательств перед кредиторами, что является основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по правилам п.3.1 ст. 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Исковые требования Банка основаны, в том числе, на положениях п.3.1 ст. 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в соответствии с которыми исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Таким образом, в указанной норме предусмотрен правовой механизм, компенсирующий негативные последствия прекращения правоспособности общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур и выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Данная норма предусматривает ответственность контролирующих общество лиц и является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

По смыслу п. 3.1 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью во взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 53, ст.ст. 53.1, 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества убытки кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении юридического лица, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

Следует отметить, что само по себе исключение общества из ЕГРЮЛ, учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться (в том числе непредставление отчетности, отсутствие движения денежных средств по счетам), возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски, не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, достаточным для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в п. 3.1 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2021 г. N 20-П привлечение контролирующих общество лиц к ответственности возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Привлекаемое к ответственности лицо, опровергая доводы и доказательства истца о недобросовестности и неразумности, вправе доказывать, что его действия, повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на поведение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и невозможностью погашения требований кредиторов.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из ЕГРЮЛ в административном порядке побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (введенном Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») предусмотреть компенсирующие негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота: статья 1064 ГК РФ, пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О и др.).

Заявляя исковые требования о солидарном взыскании с ответчиков ФИО4, ФИО3 и ФИО2, ФИО5 задолженности ликвидированного Общества в сумме 602 785 733 руб. 33 коп., со ссылкой на п. 3.1 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью Банк полагает, что недобросовестные действия данных лиц лишили его как кредитора того, на что он вправе был рассчитывать при их добросовестном поведении.

Данный довод истца отклоняется судебной коллегией по следующим основаниям.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285 само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 1 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В силу п. 3 ст. 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются, следовательно, обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа общества, повлекших за собой причинение убытков, возлагается на истца.

Российское гражданское законодательство не устанавливает общего положения о презумпции недобросовестности и неразумности участника правоотношения. Равно не устанавливает презумпции наличия в действиях руководителя организации состава правонарушения.

Следовательно, при применении положений п. 3 ст. 53 ГК РФ в рассматриваемом деле следует исходить из презумпции отсутствия в действиях руководителя общества самого события правонарушения, презумпции добросовестного и разумного поведения руководителя. Согласно пункту 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданскоправовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. Отсутствие одного из элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска

Субсидиарная ответственность лиц, контролирующих юридическое лицо - должника, является гражданско-правовой, сходна по своей природе с отношениями по возмещению вреда.

В то же время по делам о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности применяется повышенный стандарт доказывания в связи с тем, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов - исключением из принципа ограниченной ответственности участников общества, данная позиция изложена в судебной практике (Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) по делу N А22-941/2006).

Инициирование судебного разбирательства по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности требований о привлечении к субсидиарной ответственности (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 30.12.2020 N Ф09-8100/20 по делу N А50-17260/2018).

По мнению судебной коллегии указанных доказательств истцом не представлено суду.

Судебная коллегия также отмечает, что не любое сомнение о намерении причинить вред кредитору (даже подтвержденное косвенными доказательствами) должно толковаться против ответчика. Такие сомнения должны с помощью согласующихся между собой доказательств ясно и убедительно подтверждать противоправность действий (решений) контролирующих лиц во вред кредитору.

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом на истца, заявившего требование о привлечении к ответственности (пункты 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ) (Определение ВС РФ от 02.02.2021 N 305-ЭС20-20172).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180 также выражена правовая позиция о том, что из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации.

Таким образом, при разрешении такого рода споров именно истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

Рассмотрев заявленные исковые требования в отношении ФИО4, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

При обращении в суд с настоящим иском Банк ссылался на совершение ФИО4 действий, направленных на вывод имущества из общества «СТРОЙ-БЕТОН» в пользу ИП ФИО5 по договору купли-продажи от 09.08.2017 на невыгодных условиях перед прекращением деятельности общества, указав, что незаконная реализация актива Общества явилась причиной неисполнения обязательств перед Банком.

Судебная коллегия, проверив доводы Банка, установила следующее.

11.08.2014 между АО «ГЛОБЭКСБАНК» и ООО «Строй-Сервис-2» (ИНН <***>) был заключен кредитный договор № <***>, в соответствии с которым заемщику была открыта кредитная линия с лимитом в размере 200 000 000, 00 рублей на период с 30.12.2015 г. включительно, с начислением процентов за пользование кредитом в размере 14% годовых.

Так же был заключен договор № 0198/14-СР-им. об ипотеке от 11.08.2014 г. с ООО «Строй-Бетон», в рамках которого были переданы в залог объекты недвижимости, расположенные по адресу: <...>, принадлежащие на праве собственности ООО «Строй-Бетон» (имущественный комплекс).

Таким образом, спорные объекты недвижимости, явившиеся в последствии предметом договора купли-продажи, на момент возникновения как права требования Банка к ООО «СТРОЙ-БЕТОН», находились в залоге у АО «ГЛОБЭКСБАНК», то есть в отношении данных объектов недвижимости были зарегистрированы и имелись ограничения, не позволяющие обратить на него взыскание в пользу другого банка – АО «ИНВЕСТТОРГБАНК» в силу следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 334, п. 1 ст. 348 Гражданского кодекса РФ в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обязательства кредитор, чьи права по обязательству обеспечены залогом, имеет право получить удовлетворение из стоимости имущества, переданного в залог.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение должником обеспеченного залогом обязательства является основанием для обращения взыскания на заложенное имущество. Если иное не предусмотрено законом, соглашением сторон или решением суда об обращении взыскания на заложенное имущество, согласованная сторонами стоимость предмета залога признается ценой реализации (начальной продажной ценой) предмета залога при обращении на него взыскания (пункт 3 статьи 340 Гражданского кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 349 Гражданского кодекса обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется по решению суда, если соглашением залогодателя и залогодержателя не предусмотрен внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное имущество.

Если соглашением сторон предусмотрен внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное имущество, залогодержатель вправе предъявить в суд требование об обращении взыскания на заложенное имущество.

Анализ приведенных положений гражданского законодательства позволяет сделать вывод о том, что обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется под контролем суда, что должно обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов залогодателя и залогодержателя.

При этом нормами действующего законодательства установлен залоговый приоритет, который означает, что при реализации предмета залога требования залогодержателя имеют преимущество перед требованиями других кредиторов залогодателя (п. 1 ст. 334 ГК РФ, ч. 4 ст. 78 Закона об исполнительном производстве).

Материалы дела указывают, что в целях реализации своего права на взыскание задолженности в сумме 40 554 392, 13 руб. по кредитному договору <***> от 11.08.2014 АО «ГЛОБЭКСБАНК» обратилось в Центральный районный суд г. Тольятти Самарской области с исковым заявлением к ООО «Строй-Сервис-2», ООО «СТРОЙ-БЕТОН», ООО «Строй-Сервси-2», ООО ЗАВОД КБИ СТРОЙ-СЕРВИС-2», ООО ЗЖБИ СТРОЙ-СЕРВИС-2», ФИО4, ФИО10 о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на заложенное имущество, в том числе то, которое является спорным по настоящему договору.

24.04.2017 Решением центрального районного суда г. Тольятти Самарской области по делу № 2-1400/2017 удовлетворены исковые требования АО «ГЛОБЭКСБАНК» и с ООО «Строй-Сервис-2», ООО «ЗАВОД КБИ СТРОЙ-СЕРВИС-2», ООО «ЗЖБИ СТРОЙ-СЕРВИС-2», ФИО4, ФИО11, солидарно взыскана задолженность по договору об открытии кредитной линии № <***> от 11.08.2014 г. в размере 40 554 392,13 руб., госпошлина 60 000,00 руб.

Как следует из решения районного суда, размер требования АО «ГЛОБЭКСБАНК» не превышал общей стоимости заложенного имущества, которая признана районным судом достаточной для погашения кредиторской задолженности.

Таким образом, судебной коллегией установлено, что АО «ГЛОБЭКСБАНК» реализовало принадлежащий ему залоговый приоритет в отношении спорного имущества, получив удовлетворение своих требований за счет обращения взыскание на спорное имущество общества «СТРОЙ-БЕТОН».

09.08.2017 г. в целях погашения взысканной в судебном порядке задолженности Общество, являющееся лицом, обязанным перед кредитором отвечать за исполнение заемщиком обязательств по кредитному договору, с согласия АО «ГЛОБЭКСБАНК» заключило договор купли-продажи недвижимого имущества с ИП ФИО5, согласно которому имущественный комплекс был продан за 31 989 037 руб.

Факт оплаты спорного имущества подтверждается имеющимся в материалах дела копиями платежного поручения №37 от 09.08.2017 на сумму 20 133 000 руб., платежного поручения №42 от 09.08.2017 на сумму 10 000 000 руб., платежного поручения №3 от 18.01.2018 на сумму 904 015,38 руб. (на основании письма ООО «СТРОЙ-БЕТОН» №2 от 18.01.2018), платежного поручения №29 от 23.03.2018 (на основании письма ООО «СТРОЙ-БЕТОН» №22 от 23.03.2018).

Таким образом, материалами дела подтверждается факт того, что 09.08.2017 ООО «СТРОЙ-Бетон» получил оплату за недвижимое имущество в сумме 30 133 000 руб.

В этот же день, а именно 09.08.2017 г. ООО «Строй-Бетон» на основании договора поручительства, произвел оплату суммы задолженности в размере 30 000 000, 00 руб., что подтверждается платежным поручением № 4 от 09.08.2017 г. на сумму 30 000 000, 00 руб. (Определение АС Саратовской от 18.06.2018 г., дело А57-11171-2017).

21.12.2017 согласно выписки из протокола №40/17, представленной в материалы дела, Комитетом по проблемным активам АО «ГЛОБЭКСБАНК» принято решение согласиться с отказом от взыскания задолженности ООО «Строй-Сервис-2» по начисленным, но неуплаченным пени по Договору об открытии кредитной линии №КР-0198-СР от 11.08.2014 в размере 4 924 307,40 руб. при условии поступления от ФИО11 суммы 11 522 338,53 руб. в счет погашения задолженности за ООО «Строй-Сервис-2» по договору поручительства №0198/14-СР-5 к кредитному договору <***> от 20.01.2017.

В дальнейшем, 10.01.2018 ФИО11, являющая солидарным должником с ООО «СТРОЙ-БЕТОН», оплатила АО «ГЛОБЭКСБАНК» 11 522 338, 53 руб. за исполнение кредитного договора.

Материалами дела подтверждается что, задолженность по договору об открытии кредитной линии № <***> от 11.08.2014 г. была полностью погашена.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что в материалах дела содержатся доказательства реального перечисления денежных средств.

Данные обстоятельства истцом не оспариваются и не документально не опровергнуты, какими либо допустимыми доказательствами.

Вместе с тем Банком заявлены доводы относительно кратного занижения стоимости имущества по договору купли-продажи от 09.08.2017 с целью причинения вреда истцу.

В целях проверки данного довода истца в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, определением суда от 17.02.2023 была назначена судебная экспертиза, проведение экспертизы поручено экспертному учреждению – ООО «Бюро по оценке имущества и аудит» (410056, ул. Вольская, д.20), эксперту ФИО12

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

1. Определить рыночную стоимость следующего объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 09.08.2017: здание (кадастровый номер 64:48:040211:718), площадь 1068,3 кв.м.

2. Определить рыночную стоимость следующего объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 09.08.2017: здание (кадастровый номер 64:48:040211:714), площадь 239,6 кв.м.

3. Определить рыночную стоимость следующего объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 09.08.2017: здание (кадастровый номер 64:48:040211:323), площадь 7416,3 кв.м.

4. Определить рыночную стоимость следующего объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 09.08.2017: сооружение (кадастровый номер 64:48:040211:717), площадь 1350 кв.м.

5. Определить рыночную стоимость следующего объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 09.08.2017: здание (кадастровый номер 64:48:040211:715), площадь 25,7 кв.м.

6. Определить рыночную стоимость права аренды земельного участка с кадастровым номером 64:48:040211:76.

7. Определить рыночную стоимость права аренды земельного участка с кадастровым номером 64:48:040211:75.

Согласно выводам эксперта, изложенным в заключение судебной экспертизы №1- 11/04-23Ч от 10.04.2023:

- Рыночная стоимость Нежилого двухэтажного здания - Здание производственного цеха, общей площадью 7416,3 кв.м., кадастровый номер 64:48:040211:323, расположенного по адресу: <...> д. №24Б, по состоянию на 09 августа 2017 года, составляет: 23 954 649 (двадцать три миллиона девятьсот пятьдесят четыре тысячи шестьсот сорок девять) рублей.

- Рыночная стоимость Нежилого семиэтажного здания - Здание бетоносмесительного цеха, общей площадью 1068,3 кв.м., кадастровый номер 64:48:040211:718, расположенного по адресу: <...> д. №246, по состоянию на 09 августа 2017 года, составляет: 3 840 539 (три миллиона восемьсот сорок тысяч пятьсот тридцать девять) рублей.

- Рыночная стоимость Нежилого сооружения - Склад готовой продукции, общей площадью 1350 кв.м., кадастровый номер 64:48:040211:717, расположенного по адресу: <...> д. №246, по состоянию на 09 августа 2017 года, составляет: 4 853 250 (четыре миллиона восемьсот пятьдесят три тысячи двести пятьдесят) рублей.

- Рыночная стоимость Нежилого двухэтажного здания - Здание компрессорной, общей площадью 239,6 кв.м., кадастровый номер 64:48:040211:714, расположенного по адресу: <...> д. №246, по состоянию на 09 августа 2017 года, составляет: 861 362 (восемьсот шестьдесят одна тысяча триста шестьдесят два) рублей.

-Рыночная стоимость Нежилого одноэтажного здания, общей площадью 25,7 кв.м., кадастровый номер 64:48:040211:715, расположенного по адресу: г. Саратов, ул. Песчано- 4 А57-4394/2022 Уметская, д. №246, по состоянию на 09 августа 2017 года, составляет: 92 392 (девяносто две тысячи триста девяносто два) рублей.

- Рыночная стоимость Права аренды сроком на 49 лет земельного участка из земель населенных пунктов, общей площадью 13881 кв.м., кадастровый номер 64:48:040211:0076, расположенный по адресу: <...> д. №24Б, по состоянию на 09 августа 2017 года, составляет: 3 858 918 (три миллиона восемьсот пятьдесят восемь тысяч девятьсот восемнадцать) рублей.

- Рыночная стоимость Права аренды сроком на 49 лет земельного участка из земель населенных пунктов, общей площадью 166 кв.м., кадастровый номер 64:48:040211:0075, расположенный по адресу: <...> д. №24Б, по состоянию на 09 августа 2017 года, составляет: 48 970 (сорок восемь тысяч девятьсот семьдесят) рублей.

Данное заключение эксперта принято в качестве надлежащего доказательства.

В суде апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела, истцом заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы ввиду имеющихся противоречиях в выводах и недостатках в экспертном заключении.

Судебной коллегией в судебном заседании суда апелляционной инстанции был допрошен эксперт ФИО12

В ходе допроса эксперту ФИО12 были заданы вопросы, однако осталось невозможным суду установить какие именно объекты-аналоги, на основании, которых он делал выводы о рыночной стоимости всех спорных объектов были им использованы в ходе экспертизы, поскольку имеются несоответствия по характеристикам объектованалогов, и какие ошибки могли быть допущены в применении понижающих коэффициентов, так как ссылки на электронные ресурсы на которые сослался эксперт в настоящее время не доступны.

На основании изложенного, определением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2024 по делу была назначена повторная судебную оценочную экспертизу, производство которой поручено Федеральному бюджетному учреждению Саратовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), находящемуся по адресу: 410003, <...>, эксперту ФИО13.

На разрешение эксперта судом апелляционной инстанции поставлены те же вопросы.

26.02.2024 в адрес Двенадцатого арбитражного апелляционного суда поступили выделенные материалы дела № А57-4394/2022 с экспертным заключением № 351/5-3, в связи с чем, определением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024 производство по делу возобновлено.

Согласно выводам эксперта, изложенным в заключении № 351/5-3 :

1. Рыночная стоимость объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 09.08.2017: здание (кадастровый номер 64:48:040211:718), площадь 1068,3 кв.м составляет 4 723 963 руб.

2. Рыночная стоимость объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 09.08.2017: здание (кадастровый номер 64:48:040211:714), площадь 239,6 кв.м. составила 1 763 899 руб.

3. Рыночная стоимость объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 09.08.2017: здание (кадастровый номер 64:48:040211:323), площадь 7416,3 кв.м. составила 40 301 455 руб.

4. Рыночная стоимость объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 09.08.2017: сооружение (кадастровый номер 64:48:040211:717), площадь 1350 кв.м. составила 3 972 172 руб.

5. Рыночная стоимость объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 09.08.2017: здание (кадастровый номер 64:48:040211:715), площадь 25,7 кв.м. составила 150179 руб.

6. Рыночная стоимость права аренды земельного участка с кадастровым номером 64:48:040211:76, по состоянию на 09.08.2017 составила 4 672 559 руб.

7. Рыночная стоимость права аренды земельного участка с кадастровым номером 64:48:040211:75, по состоянию на 09.08.2017 составила 59 760 руб.

Согласно выводами данной судебной экспертизы, проведенной рыночная ФБУ Саратовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации стоимость объектов недвижимости по спорному договору на момент совершения сделки (09.08.2017) составила 55 643 987 руб.

Возражая относительно выводов сделанных судебной экспертизой, истец ссылается на то, что не имеется возможности открыть ссылки на интернет сайты аналогов, которые указаны экспертом, вместе с тем судом апелляционной инстанции установлено, что ссылки на интернет страницы аналогов находятся в открытом доступе.

Судебная коллегия отклоняя данный довод истца установила, что при переходе по ссылке, используемой в работе экспертом, на сайте необходимо прийти регистрацию, для доступа к системе, что позволяет обратиться в интернет-ссылкам объявлениям. Таким образом судом апелляционной инстанции установлено, что представленные в экспертном заключении интернет-ссылки являются реальными и доступными.

Также истец настаивал на вызове эксперта в судебное заседание для дачи дополнительных пояснений по выводам экспертного заключения, а именно почему эксперт не выезжал на территорию имущественного комплекса, а также почему эксперт делал свои выводы на основании технического паспорта от 2006 года.

Представители ИП ФИО5 и ФИО3 возражали против вызова и допроса эксперта.

Судебная коллегия пришла к выводу о том, что ходатайство о вызове эксперта подлежит отклонению так как им полно и всесторонне были изучены материалы дела, проведен сравнительный анализ и определена рыночная стоимость каждого спорного объекта на момент совершения спорной сделки.

ИП ФИО5 представила письменные пояснения, в которых согласилась с выводами экспертного заключения, пояснила суду апелляционной инстанции что цена, уплаченная ИП ФИО5 за спорное имущество, не в 2 раза меньше, чем его рыночная стоимость, определенная экспертным путем, а с различием цены сделки в 37 % (100% - (31989037 / 50911668) * 100% = 37%) от определенной стоимости экспертом.

Также представитель ФИО3 в судебном заседании выразил согласие с выводами экспертного заключения.

Судебная коллегия принимает указанное заключение в качестве допустимого доказательства по делу, поскольку в нем отражены результаты исследований с указанием примененных методов и нормативных актов, оценка результатов исследований, выводы по поставленным вопросам и их обоснование, оснований сомневаться в квалификации эксперта у суда не имелось.

Нарушений порядка проведения экспертизы, предусмотренных ст. ст. 82, 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом официальных разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», не усматривается, в связи с чем, основания сомневаться в достоверности выводов экспертизы у судебной коллегии отсутствуют

Вместе с тем судебная коллегия установила, что выводы повторной экспертизы отличаются от выводов экспертизы при первоначальном рассмотрении дела, в связи с чем суд апелляционной инстанции оценив выводы обоих экспертных заключений, относится к выводам критически к сумме стоимости спорного имущества определенного экспертом, ФИО13 в связи с тем что и им и всеми экспертами давалась оценка стоимости каждого объекта недвижимости отдельно, но не в совокупности имущественного комплекса, в то время как фактически ИП ФИО14 был продан именно имущественный комплекс, оценка стоимости которому экспертами не давалась.

Судебная коллегия в данном случае приходит к выводу о том, что в данном случае, основываясь на имеющихся выводах экспертных заключений, цена по которой было продано имущество ООО «Строй-бетон» не может быть признана заниженной.

Судебной коллегия считает, что основанием для привлечения лица к субсидиарной ответственности является не любое несоответствие стоимости имущества, переданного по договору купли-продажи, рыночной стоимости этого имущества, а явное неравноценное встречное исполнение обязательства, свидетельствующее о выводе активов должника по заведомо заниженной цене с целью причинения ущерба кредиторам.

Вместе с тем АО «Инвестторгбанк» не представил доказательств того, что цена спорной сделке является явно заниженной и приносящей ущерб кредиторам, кроме того им не предоставлено доказательств, что аналогичный имущественный комплекс тому, что указан в спорной сделке был продан на рынке недвижимости в том же регионе по другой цене.

В суде первой инстанции истцом был представлен отчет об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества, подготовленный ООО «ЭкспертКапитал» от 05.10.2022. судебная коллегия относится критически к представленному отчету, поскольку такой отчет не может быть признан экспертным заключением, полученным в соответствии со статьей 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не может являться допустимым доказательством.

С учетом заключения двух судебных экспертизы по установлению рыночной стоимости спорного помещения судебной коллегией установлено, что цена сделки отличалась на 37 % процентов от рыночной, что, не свидетельствует о существенном расхождении этой цены с рыночной и не может свидетельствовать о совершении сделки на заведомо и значительно невыгодных для должника условиях с причинением существенного вреда кредиторам должника.

.Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 7 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Из абзаца 3 пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что если полученное одним лицом по сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного ущерба для первого и о совершении представителем юридического лица сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях.

В обоих случаях экспертом применен критерий кратности, явный и очевидный для любого участника рынка недвижимости.

Таким образом, судебная коллегия считает, что неравноценность имеет место только в тех случаях, когда цена существенно отличается от рыночной.

Следует отметить, что понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 N 5-П, наличие оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 05.05.2022 N 306-ЭС21-4742).

Таким образом, судебной практикой введен критерий кратности превышения цены имущества, определенной в оспариваемой сделки, над его рыночной при оспаривании сделок должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 305-ЭС21-19707) и кадастровой стоимостью (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.08.2022 N 305-ЭС21-21196(5)).

В названных судебных актах Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации приведена правовая позиция относительно оценки добросовестности покупателя и применения к нему критерия осведомленности о цели сделки через критерий кратности, согласно которому лишь необъяснимое двукратное или более отличие цены договора от рыночной должно вызывать недоумение или подозрение у любого участника хозяйственного оборота.


Судебная коллегия приходит к выводу, что критерий кратности превышения цены над рыночной актуален и для настоящего спора. Убедительных доводов, позволивших бы отойти от этих критериев применительно к данному обособленному спору, участниками судебного разбирательства не заявлено, истцом документально не опровергнуто.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" указано, что о наличии явного ущерба для стороны сделки свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке обществом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного обществом в пользу контрагента.

Оценив экспертное заключение, выполненное ФБУ Саратовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оплата стоимости недвижимого имущества, произведенная ИП ФИО5 в пользу Общества по договору купли-продажи от 09.08.2017 (31 989 037 руб.) не превышает допустимого отклонения от определенной экспертом рыночной цены, так как разница в стоимости составляет 37%.

В рассматриваемом случае, суд апелляционной инстанции считает, что расхождение в стоимости объектов не является существенным, а значит, его наличие вопреки доводам истца не является достаточным основанием для вывода ни о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «СТРОЙ-БЕТОН», ни о взыскании убытков в связи с совершением названной сделки купли-продажи.

С учетом изложенного, по мнению судебной коллегии различие цены сделки и экспертной оценки не свидетельствует о причинении ущерба имущественным интересам Общества, а также о цели причинения подобного ущерба, поскольку ООО «СТРОЙ-БЕТОН» получило равноценное встречное предоставление в виде соответствующего денежного эквивалента.

При таких обстоятельствах доводы истца о совершение ФИО4 недобросовестных действий по отчуждению актива ООО «СТРОЙ-БЕТОН» по кратно заниженной стоимости не нашли своего документального подтверждения при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

При указанных обстоятельствах, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания считать, что сделка по отчуждению имущества в пользу ИП ФИО5 явилась причиной неисполнения обязательства перед Банком.

Заявляя о недобросовестности ФИО4 по распоряжению имуществом ООО «СТРОЙ-БЕТОН», истцом не учтено, что на момент его продажи иным банком (АО «ГЛОБЭКС») уже были совершены в установленном порядке распорядительные меры, направленные на получение им как залогодержателем удовлетворения своих требований за счет имущества, находящегося в залоге.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в действиях ФИО4 не имелось признаков недобросовестного или неразумного поведения, так как при наличии неисполненных обязательств перед АО «ГЛОБЭКС» ООО «СТРОЙ-БЕТОН» произвело оплату суммы задолженности на основании договора поручительства.

При проверке доводов Банка о недобросовестности ФИО4 судебной коллегией также принимаются во внимание следующие обстоятельства.

Одним из условий удовлетворения требований кредиторов о привлечении к субсидиарной ответственности является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 Гражданским кодексом Российской Федерации.

Таким образом, по мнению судебной коллегии, юридически значимым обстоятельством при рассмотрении настоящего дела является установление того, возник ли долг ООО «СТРОЙ-БЕТОН» в сумме 602 785 733 руб. 33 коп. перед Банком из-за неразумности и недобросовестности ФИО4

Судебной коллегией установлено, что долг в размере 602 785 733,33 руб. возник в результате исполнения договора № 2014/2-236 от 05.06.2014, заключенного между ОАО «ГУОВ» и ООО «Строй-Сервис-2», исполнения которого обеспечивалось поручением ООО «СТРОЙ-БЕТОН».

В этой связи при установлении данного обстоятельства суд апелляционной инстанции принимает во внимание выводы, содержащиеся в судебных актах по делу №А57-9899/2017 о несостоятельности (банкротстве) основного должника - ООО «Строй-Сервис-2», согласно которым причиной образования указанной задолженности перед Банком не являются недобросовестность или неразумность действий контролирующих лиц, что установлено судебными актами.

Так, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 24.05.2021 по делу №А57-9899/2017 по обособленному спору о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Строй-Сервис-2» установлено, что между ОАО «ГУОВ» и ООО «Строй-Сервис-2» (Подрядчик) 05.06.2014 заключен договор № 2014/2-236 на выполнение работ «под ключ» по объекту- «Жилая застройка на 771 квартиру по адресу; Республика Марий Эл , г. ЙошкарОла, п. Вознесенский».

Согласно пункту 3.1 указанного договора цена договора составляет 1 083 687 660 руб. На основании пункта 4.13 Договора, ОАО «ГУОВ» перечислило на счет должника сумму аванса в размере 490 000 000 руб.

Согласно пункту 22.1 Договора, надлежащее исполнение обязательств по договору обеспечивалось банковским гарантиями, выданными Банком, №20/бг-14 от 23.07.2014, № 21/бг-14 от 23.07.2014, согласно которым Банк гарантировал ОАО «ГУОВ» выплату суммы гарантийного обязательства в погашении задолженности по возврату средств, выплаченных Бенифицаром по Договору.

Согласно условиям банковских гарантий в случае неисполнения ООО «Строй-Сервис-2» своих обязательств по Договору, Банк, не вдаваясь в существо нарушений Принципалом своих обязательств по Договору и не принимая во внимание никакие возражения Принципала, безотзывно, безусловно и без предоставления доказательств нарушения Принципалом договорных обязательств по письменному требованию Бенефициара обязуется уплатить Бенефициару сумму задолженности Принципала перед Бенефициаром путем перевода денежных средств на счета, указанные Бенефициаром в требовании.

ОАО «ГУОВ», ссылаясь на ненадлежащего выполнения работ по Договору №2014/2-236 от 05.06.2014, направило в адрес ООО «Строй-Сервис-2» уведомление №18977 об одностороннем расторжении Договора, которое было получено адресатом 23.11.2015.

В связи с расторжением этого договора по инициативе ОАО «ГУОВ» и, учитывая обязательство гаранта перед Бенифициаром, решением Арбитражный суда города Москвы от 12.07.2016 по делу №40-43164/е6-170-450 с АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) в пользу ОАО «ГУОВ» взыскана задолженность в размере 598 368 766 руб., из которых задолженность в размере 490 000 000 руб. по банковской гарантии №20/бг-14 от 23.07.2014 и 108 368 766 руб. по банковской гарантии №21/бг-14 от 23.07.2014.

В последующем определением Арбитражного суда Саратовской области от 19.01.2018 по делу №А57-9899/2017 требования Банка были включены в реестр требования кредиторов должника в размере 602 785 733,33 руб.

При рассмотрении заявления Банка о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам основного должника ООО «Строй-Сервис-2» в рамках дела №А57-9899/2017, в том числе и долга в размере 602 785 733,33 руб., который является предметом настоящего спора, была осуществлена проверка доводам Банка относительно бездействия ФИО4 как руководителя должника в спорный период, в невыполнении строительных работ по договору № 2014/2-236 от 05.06.2014, повлекшие в свою очередь взыскание с должника и поручителя (ООО «СТРОЙ-БЕТОН») денежных средств в размере 602 785 733,33 руб.

По итогам проверки данных доводов судами трех инстанций по делу №А57-9899/2017 было установлено, что действия ФИО4, как руководителя должника, были направлены на выполнение обязательств перед АО «ГУОВ», противоправность его поведения при исполнении договора № 2014/2-236 от 05.06.2014 отсутствует.

Таким образом, установив все имеющие значение для правильного разрешения спора обстоятельства, судебные инстанции по спору о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Строй-Сервис-2» пришли к выводу, что действия данного лица в связи с исполнением договора № 2014/2-236 от 05.06.2014 не содержат признаки недобросовестности или неразумности, а также не выходят за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов, в том числе АО «Инвестторгбанк».

Одной из причин задолженности по обязательствам должника, установленной судебными актами, явилось неполное исполнение Генподрядчиком АО «ГУОВ» своих обязательств по государственному контракту. Несмотря на отрицательный результат и расторжение договора, руководитель должника ФИО4 предпринял необходимые действия, направленные на исполнение обязательств по строительству многоквартирного жилого дома.

На основании ч. 1 ст. 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Законная сила судебных актов служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В настоящем споре Банк не опроверг надлежащими доказательствами установленные судебными актами по делу №А57-9899/2017 обстоятельства, в том числе факт отсутствия противоправности в действиях ФИО4

По мнению истца, после исполнения Банком гарантийных обязательств ФИО4 обладал сведениями о наличии у ООО «СТРОЙ-БЕТОН» имущества, за счет которого возможно было произвести погашение требований Банка, однако достаточных мер, направленных не его реализацию не предпринял.

По мнению истца, недобросовестность ФИО4 как участника и руководителя ООО «СТРОЙ-БЕТОН» заключалась в том, что, зная о задолженности общества по оплате убытков Банку, он не предпринимал действий по погашению суммы долга. Общество под его руководством перестало осуществлять какую-либо деятельность, в результате чего было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо. При этом взыскание суммы задолженности оказалось невозможным.

С указанными истцом выводами, несмотря на попытку их обоснования критерием добросовестности, судебная коллегия согласится не может, поскольку по сути позиция Банка сводится к вменению субсидиарной ответственности ФИО4 за сам факт того, что расчеты с Банком не были осуществлены до прекращения деятельности общества.

Вместе с тем сам по себе факт неоплаты задолженности перед кредитором не является самостоятельным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц, на что указал Верховный Суд РФ в Определении от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 по делу N А03-6737/2020.

В ситуации, когда единственный участник хозяйственного общества одновременно выполняет функции генерального директора, действительно присутствует риск того, что такой участник, ведущий дела общества во всей полноте, включая руководство его текущей деятельностью (участвующий в переговорах с контрагентами, заключающий сделки от имени общества, свободно распоряжающийся имуществом общества и т.п.) будет использовать правовую форму юридического лица только в качестве средства защиты от имущественных притязаний кредиторов по отношению к себе лично. Однако в силу презумпции добросовестности, пока не доказано иное, предполагается, что даже при высокой степени контроля за деятельностью общества участник отделяет собственную личность от личности корпорации.

Из материалов настоящего дела не следует, что ФИО4 было допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества, а также совершение недобросовестных или неразумных действий, повлекших за собой причинение вреда кредитору – АО «Инвестторгбанк».

Таким образом, судебная коллегия оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества «СТРОЙ-БЕТОН», а также взыскания убытков в связи с совершением сделки купли-продажи от 09.08.2017 не находит, в связи с чем исковые требования банка в указанной части удовлетворению не подлежат.

Рассмотрев требования Банка в отношении ФИО3 суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

ФИО3 был назначен директором Должника 03.04.2018, стал участником Общества только 19.03.2018 г.

Судом апелляционной инстанции в ходе судебного разбирательства установлено, что в период нахождения ФИО3 в должности единоличного исполнительного органа ООО «СТРОЙ-БЕТОН» сделок, направленных на отчуждение имущества, уменьшение активов Общества, совершено не было. Обратное Банком не доказано.

Сведений о совершении ФИО3 действий, направленных на причинение вреда Обществу «СТРОЙ-БЕТОН» или кредиторам, материалы дела не содержат.

Вопреки доводам истца доказательств вывода активов Должника в период занятия ФИО3 должности единоличного исполнительного органа в материалах дела отсутствуют.

Судебная коллегия установила, что договоры поручения № 20/бг-14-П-2 и № 21/бг-14-П-2, на которые ссылается Истец в обоснование своих требований, были заключены 23.07.2014, то есть до того момента, как ФИО3 стал занимать руководящую должность в органах управления ООО «СТРОЙ-БЕТОН», в связи с чем судебная коллегия считает, что обстоятельства, связанные с исполнением данных договоров не могут быть вменены ФИО3 в качестве основания для привлечения его к ответственности по обязательствам ООО «СТРОЙ-БЕТОН».

Следует отметить, что указанные банком обстоятельства совершения сделки по купли-продаже недвижимого имущества от 09.08.2017 также не могут повлечь гражданско-правовую ответственность ФИО3, который на момент ее совершения руководителем или иным контролирующим Общество лицом не являлся.

Решение суда об удовлетворении требований Банка к ООО «СТРОЙ-БЕТОН» вступило в силу 25.02.2019.

Согласно данным ЕГРЮЛ Решение о ликвидации было принято 13.03.2019 г.

Согласно ч. 3 ст. 57 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ (ред. от 16.04.2022) "Об обществах с ограниченной ответственностью" с момента назначения ликвидационной комиссии к ней переходят все полномочия по управлению делами общества. Ликвидационная комиссия от имени ликвидируемого общества выступает в суде.

Таким образом, с момента вступления в законную силу решения суда о взыскании в пользу Банка с ООО «Строй-Бетон» денежных средств до передачи полномочий ликвидатору ФИО2 прошло 16 дней, что меньше срока, отводимого управляющим органам должника для подачи заявления о банкротстве.

С момента передачи полномочий ликвидатору директор лишается полномочий на возбуждение дела о банкротстве.

По мнению судебной коллегии, само по себе исключение общество из ЕГРЮЛ не может служить безусловным доказательством совершения руководящими органами юридического лица недобросовестных действий в отсутствие доказательств недобросовестности таких лиц и целей причинения вреда кредиторам (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285). Доказательства в обоснование совершения ФИО3 подобных действий Истцом в ходе рассмотрения дела приведены не были.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что Банком не доказано совершение ФИО3 действий, заведомо направленных во вред ООО «СТРОЙ-БЕТОН» или кредиторам, доказательства его недобросовестности в материалах дела отсутствуют.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения требований Банка к ФИО3 не имеется.

Рассмотрев исковые требования к ФИО2 суд апелляционной инстанции пришёл к следующим выводам.

В обоснование привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности банком указано, что после совершения сделки по купли-продажи от 09.08.2017 ФИО4 передал корпоративный контроль данному лицу, который являлся ликвидатором Общества с 13.03.2019. При этом в качестве основания для взыскания с ФИО2 спорных сумм Банк указывает на номинальный характер участия данного лица в деятельности Общества «СТРОЙ-БЕТОН».

Однако материалы дела не содержат допустимых и достоверных доказательств того, что ФИО2 совершал какие-либо действия, направленные на возникновение задолженности ООО «СТРОЙ-БЕТОН» или её увеличение, а также действия, направленные на причинение вреда Банку как кредитору Обществу.

Сам по себе факт того, что контролирующее лицо являлось номинальным, а также факт наличия непогашенной задолженности перед Банком, не свидетельствуют о наличии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности.

Таким образом, судебная коллегия считает, что с учётом повышенного стандарта доказывания по рассматриваемой категории дел именно истцом, основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности отсутствуют.

Оснований для взыскания с ФИО2 убытков в связи с совершением сделки купли-продажи судебная коллегия также не усматривает, поскольку участником данной сделки указанное лицо не являлось.

При рассмотрении заявленных исковых требований суд принимает во внимание, что 04.09.2019 ООО «СТРОЙ-БЕТОН» было исключено их ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности ("б" п. 5 ст. 21.1 Закона № 129-ФЗ).

Однако Банком соответствующих возражений в регистрирующий орган относительно ликвидации Общества не заявлено.

Между тем, порядок исключения юридического лица, прекратившего свою деятельность, из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа предусмотрен ст. 21.1 Закона № 129-ФЗ.

Согласно подп. «б» п.5 ст. 21.1 Закона № 129-ФЗ порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случаях наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

Территориальный налоговый орган по месту нахождения юридического лица по истечению вышеуказанного срока проводит анализ, в результате которого проставляется резолюция о возможности (невозможности) принятия решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

Налоговым органом принимается решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ и в реестр вносится соответствующая запись о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

В соответствии с п. 3 ст. 21.1 Закона № 129-ФЗ решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения.

Одновременно, с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

Заявления могут быть направлены в срок не позднее, чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении.

Пунктом 4 21.1 Закона № 129-ФЗ предусмотрено, что в случае направления заявлений решение об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не принимается.

Пунктом 1 ст. 6 Закона № 129-ФЗ установлено, что сведения и документы, содержащиеся в государственных реестрах, являются открытыми и общедоступными. Публикация в Журнале "Вестник государственной регистрации" сообщения о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем исключении юридического лица, с учетом публичного и общедоступного характера данных сведений, предполагает осведомленность заинтересованных лиц.

Следовательно, заинтересованное лицо, при проявлении должной осмотрительности, может отслеживать информацию, касающуюся исключения юридического лица из ЕГРЮЛ, в журнале "Вестник государственной регистрации", а также посредством обращения к сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, тем самым, имеет возможность предпринять предусмотренные законодательством меры путем направления возражения относительно предстоящего исключения (п. 4 ст. 21.1 Закона № 129-ФЗ).

Применительно к рассматриваемому случаю регистрирующим органом порядок совершения регистрационных действий по исключению ООО «СТРОЙ-БЕТОН» был соблюден, что сторонами по делу не оспаривается.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что действуя с должной степенью осмотрительности, Банк имел возможность обратиться как с заявлением против исключения ООО «СТРОЙ-БЕТОН» из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица, так и с заявлением об оспаривании решения об исключении Общества из ЕГРЮЛ на основании ч.8 ст. 22 Закона №129-ФЗ, однако своевременно не принял мер, направленных на защиту своих интересов.

Имеющиеся у юридического лица непогашенные обязательства, о наличии которых в установленном порядке заявлено не было, не препятствует завершению процедуры исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ.

Рассмотрев исковые требования в отношении ФИО5, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В обоснование заявленных исковых требований к ИП ФИО5 Банк указал, что данное лицо, выступая приобретаем имущества ООО «СТРОЙ-БЕТОН», является аффилированным с ним лицом и сопричинителем вреда интересам истца, имевшего право претендовать на данное имущество путем обращения на него взыскания.

По мнению банка, ФИО15 приобрела имущество по кратно заниженной стоимости, что свидетельствует о ее неосновательном обогащении и применении по отношению к ней положений ст. 1080 ГК РФ.

Между тем довод Банка на наличие признаков аффилированности у сторон оспариваемой сделки не является основанием для безусловного вывода о недействительности совершаемых ими сделок и не ставит под сомнение добросовестность участников сделки, до тех пор, пока достоверными допустимыми доказательствами не будет доказано иное.

Вопреки доводам Банка, в законодательстве отсутствуют ограничения прав на заключение договоров между заинтересованными лицами, а сама по себе аффилированность сторон сделки не может непосредственно указывать на злоупотребление ими правом и не может свидетельствовать о нарушении прав и интересов заявителя, данный вывод делает судебная коллегия с учетом правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной им в Определении Верховного Суда РФ от 16.06.2020 N 309-ЭС20-8590 по делу N А47-8819/2019.

В нарушение требований ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Банк не доказал недобросовестность поведения ИП ФИО5 при приобретении имущества ООО «СТРОЙ-БЕТОН», не представил достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что ответчик ФИО5 не имела намерение ее исполнять или требовать исполнения, либо создала видимость ее исполнения, что при заключении сделок подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при их совершении.

В соответствии с сложившейся судебной практикой факт аффилированности участников сделки не только не влечет за собой признания сделок, совершенных между ними, недействительными, но даже не является основанием для понижения очередности удовлетворения требования кредитора (п. 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденный Президиумом ВС РФ 29.01.2020).

Следовательно, по мнению судебной коллегии нет оснований полагать, что в данном случае аффилированность ФИО4 и ФИО5 свидетельствует о пороках совершенной сделки или о заведомой недобросовестности участников сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в данном деле имеется отсутствие доказательств причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств перед компанией и тем, что ответчики как руководители общества, не обратились в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), а также тем, что ответчики не воспрепятствовали исключению общества из ЕГРЮЛ, поскольку ликвидация общества не является признаком недобросовестности действий контролирующих лиц юридического лица.

Правовая позиция сформирована в судебной практике по данной категории споров, относительно того, что ликвидация общества не является признаком недобросовестности действий контролирующих лиц юридического лица и судам следует учитывать, что предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов (Определении Верховного суда РФ от 02.02.2020 г. № 305-ЭС20-20172).

Вместе с тем, таких доказательств, подтверждающих факт того, что не обращение с заявлением о признании общества банкротом является недобросовестным или неразумным поведением ответчиков, как контролирующих лиц, суду апелляционной инстанции АО «Инвесторгбанк» на протяжении длительного рассмотрения спора истцом в материалы дела не представлено.

Также истцом не представлено суду доказательств, что несвоевременность погашения долга ООО «Строй-бетон» возникла именно по вине ответчиков.

Однако таких доказательств материалы дела не содержат истцом не смотря на длительное рассмотрение спора, каких либо документов об обратном не представлено.

Судебная коллегия отмечает, что ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя.

Порядок и основания привлечения единоличного исполнительною органа общества к субсидиарной ответственности по обязательствам общества установлены законом.

При этом само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности участника (руководителя) общества.

Однако, истцом, каких-либо доказательств в подтверждение того, что долг возник вследствие действий (бездействия) ИП ФИО5, его умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения обязательства перед контрагентом, суду не представлено.

ИП ФИО5 никогда не входила в состав ООО «СТРОЙ-БЕТОН», не являлась его директором либо лицом, в полномочия которого входило осуществление руководства Обществом, не имела возможности влиять на принятие решений относительно деятельности данного юридического лица, в том числе по ликвидации Общества, его банкростве, исключению из ЕГРЮЛ.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о совершении ФИО5 недобросовестных действий, которые повлекли невозможность погашения задолженности Общества перед Банком.

При таких обстоятельствах оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности у суда апелляционной инстанции не имеется.

Довод истца о том, что ФИО5 является сопричинителем вреда интересам Банка судебной коллегией отклоняется. Умысел на причинение вреда Банку материалам дела не доказан, а выводы состоявшейся по делу судебной экспертизы опровергают выводы кредитора о том, что в результате совершения сделки с Обществом истец был лишен возможности получить удовлетворение своих требований за счет проданного имущества ФИО5

Разница между рыночной стоимостью и ценой, по которой было отчуждено имущество, может быть связана с конкретными условиями деятельности Должника, а именно наличием задолженности перед Кредиторами, срочностью проведения сделки и поиска покупателя в целях погашения данной задолженности под угрозой утраты иного имущества и банкротства. Такая разница не выходит за рамки обычного предпринимательского риска, так как при продаже имущества стороны не всегда имеют возможность оценить действительную рыночную стоимость имущества.

Непосредственно действия ИП ФИО5 не привели к возникновению задолженности ООО «СТРОЙ-БЕТОН» перед Банком и к последующему исключению Общества из ЕГРЮЛ.

При указанных обстоятельствах вина ИП ФИО5 в невозможности полного погашения требований Банка отсутствует и по мнению судебной коллегии не имеется оснований для удовлетворения исковых требований к ИП ФИО5

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что требования предъявляемые к всем заявленным ответчикам о привлечении их к субсидиарной ответственности не подлежат удовлетворению, поскольку истцом не представлено доказательств того, что ответчики, исполняя свои должностные полномочия по управлению обществом, недобросовестно действовали, продавая спорное имущество, при этом не выплачивая задолженность перед истцом. Указанное спорное имущество было продано ИП ФИО5 как единственному покупателю, по цене не превышающей общей стоимости заложенного имущества, которая была признана районным судом достаточной для погашения кредиторской задолженности.

Кроме того судебная коллегия приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств того, в связи с чем при оформлении договоров поручительства не были проведены проверочные мероприятия относительно возможности возмещения образовавшихся задолженностей по договорам поручительства ООО «Строй-бетон», имеющийся на тот момент имущественный комплекс находился в залоге, в связи с чем АО «Инвестторгбанк» не мог претендовать на погашение задолженности в связи с реализацией спорного имущества.

Данные обстоятельства по мнению судебной коллегии являются основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований в полном обьеме, руководствуясь положениями статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приходит к выводу об отсутствии недобросовестности действий со стороны ответчиков.

Таким образом, правовых оснований для удовлетворения искового заявления Акционерного общества "ИНВЕСТТОРГБАНК" солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам недействующего юридического лица ООО "СТРОЙ - БЕТОН", сумму в размере 602 785 733 руб. 33 коп., а также государственную пошлину в размере 200 000 руб. с ФИО4, ИП ФИО5 (ОГРНИП <***>), ФИО2, ФИО3, а также взыскании в пользу Акционерного общества "ИНВЕСТТОРГБАНК" солидарно убытков в размере 49 042 985 руб. с ФИО4, ИП ФИО5 (ОГРНИП <***>), ФИО2, ФИО3 не имеется.

По результатам рассмотрения дела арбитражный суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 АПК РФ выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Кодекса), и принимает новый судебный акт.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1) разъясняет, что при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Истцом при обращении в арбитражный суд первой инстанции была оплачена государственная пошлина в сумме 200 000 руб., платежным поручением от 06.04.2022 №9523.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дела в арбитражных судах" в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена частично либо в полном объеме ввиду увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании не уплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств. Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований, судебные расходы за рассмотрение иска остаются на истце как на проигравшей стороне.

Также подлежит взысканию с акционерного общества «Инвестторгбанк» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9 000 рублей за рассмотрение апелляционных жалоб ФИО4, ФИО3, ФИО2, в связи с удовлетворением всех апелляционных жалоб по делу.

Кроме того судебная коллегия приходит к выводу, что подлежат взысканию с акционерного общества «Инвестторгбанк» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО5 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) денежные средства в размере 60 000 рублей, перечисленные по платежному поручению №28 от 27.01.2023 за проведение судебной экспертизы в суде первой инстанции, поскольку в удовлетворении исковых отказано в полном объеме.

Финансово-экономическому отделу Двенадцатого арбитражного апелляционного суда следует перечислить на счет Федерального бюджетного учреждения Саратовская лаборатория судебной экспертизы (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) с депозитного счета суда денежные средства в размере 145 040 руб., за проведение судебной экспертизы по делу № А57-4394/2022 в суде апелляционной инстанции.

Также Финансово-экономическому отделу Двенадцатого арбитражного апелляционного суда необходимо возвратить акционерному обществу «Инвестторгбанк» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) с депозитного счета суда денежные средства в размере 29 960 руб., перечисленные платежным поручением от 23.06.2023 №96157 за проведение судебной экспертизы по делу № А57-4394/2022 в суде апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции,




ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 25 апреля 2023 года по делу № А57-4394/2022 отменить по безусловным основаниям.

В удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Взыскать с акционерного общества «Инвестторгбанк» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО5 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) денежные средства в размере 60 000 рублей, перечисленных по платежному поручению №28 от 27.01.2023 за проведение судебной экспертизы в суде первой инстанции.

Финансово-экономическому отделу Двенадцатого арбитражного апелляционного суда перечислить на счет Федерального бюджетного учреждения Саратовская лаборатория судебной экспертизы (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) с депозитного счета суда денежные средства в размере 145 040 руб., за проведение судебной экспертизы по делу № А57-4394/2022 в суде апелляционной инстанции.

Финансово-экономическому отделу Двенадцатого арбитражного апелляционного суда возвратить акционерному обществу «Инвестторгбанк» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) с депозитного счета суда денежные средства в размере 29 960 руб., перечисленные платежным поручением от 23.06.2023 №96157 за проведение судебной экспертизы по делу № А57-4394/2022 в суде апелляционной инстанции.

Взыскать с акционерного общества «Инвестторгбанк» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9 000 рублей за рассмотрение апелляционных жалоб ФИО4, ФИО3, ФИО2

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.




Председательствующий Т.В. Волкова




Судьи О.И. Антонова




С.А. Жаткина