Постановление от 6 марта 2024 г. по делу № А40-133029/2020

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-912/2024

Дело № А40-133029/20
г. Москва
06 марта 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 февраля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 марта 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Вигдорчика Д.Г.,

судей Веретенниковой С.Н., Лапшиной В.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИФНС России № 36 по г. Москве

на определение Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2023 по делу № А40- 133029/20,

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 по обязательствам ОАО «Дирекция Единого заказчика Гагаринского района»,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ОАО «Дирекция Единого заказчика Гагаринского района»,

при участии в судебном заседании:

от ИФНС России № 36 по г. Москве: ФИО5 по дов. от 13.02.2024

от ФИО4: ФИО6 по дов. от 24.03.2022

ФИО4 лично, паспорт

ФИО3 лично, паспорт

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2020 ОАО «Дирекция Единого заказчика Гагаринского района» (ИНН <***>, ОГРН <***>), признана несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2 (ИНН <***>, адрес для направления корреспонденции: 305048, Россия, <...>), являющегося членом Союза «СРО АУ «Стратегия».

Сообщение об открытии конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» №11(6973) от 23.01.2021.

01.12.2021г. в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление (с учетом ст. 49 АПК РФ) конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО4 ФИО7 (ИНН <***>), ФИО8 (773403616433), ФИО3 (772979949291), ГКУ Департамент Городского Имущества Города Москвы (ИНН <***>).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 06.07.2022г., оставленным без изменения постановлением Девятого апелляционного арбитражного суда от 03.10.2022г., постановлением Арбитражного суда Московского округа 22.12.2022г., заявление конкурсного управляющего ОАО «Дирекция Единого заказчика Гагаринского района» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворено частично, привлечены солидарно ФИО3, ФИО8, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Дирекция Единого заказчика Гагаринского района».

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 11.08.2023г. определение Арбитражного суда г. Москвы от 06.07.2022г., постановление Девятого апелляционного арбитражного суда от 03.10.2022г. и постановление Арбитражного суда Московского округа 22.12.2022г. – в обжалуемой части привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Дирекция Единого заказчика Гагаринского района» и в части солидарного взыскания с указанных лиц денежных средств в размере 150 639 036,21 руб. отменены, обособленный спор в указанной части направлен на новое рассмотрение.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2023 г. суд отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 по обязательствам ОАО «Дирекция Единого заказчика Гагаринского района».

Не согласившись с указанным определением, ИФНС России № 36 по г. Москве подана апелляционная жалоба.

В обоснование требований апелляционной жалобы заявитель указывает на наличие признаков неплатежеспособности; вывод денежных средств в период деятельности руководителей; работы по договорам выполнялись силами должника.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-Ф3) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Суд учитывает тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-Ф3) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-Ф3 (аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 05.10.2020 № 306-ЭС20-13389(1,2) по делу № А12-26889/2018).

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. В силу подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Указанные нормы презюмируют наличие причинно-следственной связи признания Должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся, либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017 N 305-ЭС17- 13426, от 10.07.2018 N 309-ЭС18-8773, от 13.08.2018 N 305-ЭС18-11260).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в соответствии с пп. 3 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Если размер основного долга, установленного ненормативным правовым актом, превышает 50% от общего размера требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов по основной сумме задолженности, то это является доказательством факта-основания презумпции, предусмотренной пп. 3 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, а, следовательно, считается доказанным и факт-предположение, а именно невозможность полного погашения требований кредиторов вызвана действиями лиц, указанных в п. 5 ст. 61.11. Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, решением ИФНС России № 36 по г. Москве от 30.09.2015 № 14/866 назначено проведение выездной налоговой проверки в отношении ОАО ДЕЗ Гагаринского района.

Так, в период с 30.09.2015 по 24.07.2016 налоговой инспекцией в отношении ДЕЗ Гагаринского района проводилась выездная налоговая проверка за период с 01.01.2012 по 31.12.2014, в рамках которой уполномоченным органом установлено, что в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль и завышению налоговых вычетов по НДС за счет создания фиктивного документооборота и списания на затраты расходов по работам (услугам) должник в проверяемый период подписывал договоры с техническими контрагентами на работы (услуги), которые выполнялись его собственными силами, а именно:

– с ООО «Стройэкспулатация» (запись о прекращении деятельности в ЕГРЮЛ от 26.09.2016) подписаны договор от 20.12.2011 № 3Э-12 (ФИО3) и дополнительное соглашение к нему от 25.10.2012 № 2 (ФИО8), а также договор от 29.12.2012 № 3Э-13 (ФИО8);

– с ООО «СтройКом» (30.01.2019 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений об адресе) подписаны договоры от 24.12.2013 № 3Э-14 и № 4Э-14 (ФИО8);

– с ООО «Технострой» (запись о прекращении деятельности в ЕГРЮЛ от 19.09.2016) подписан договор от 14.12.2013 № 5Э-14 (ФИО8).

Вынесенным по результатам проведения выездной налоговой проверки решением от 16.01.2017 № 14/258 должнику была доначислена недоимка в сумме 72 538 935 руб., взысканы пени в размере 20 666 156 руб. 31 коп., а также назначен штраф в размере 8 923 599 руб.

Указанное решение налогового органа было обжаловано ДЕЗ Гагаринского района в судебном порядке: вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 12.11.2019 по делу № А40-127481/2017 в удовлетворении требований отказано.

Впоследствии в отношении должника проводились камеральные налоговые проверки, по результатам которых уполномоченным органом вынесены три решения о доначислении за I - III кварталов 2015 года НДС в совокупном размере 22 941 758 руб.

Дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении ДЕЗ Гагаринского района возбуждено 06.08.2020 по заявлению уполномоченного органа, перед которым у должника имеется задолженность, возникшая вследствие его привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Согласно реестру требований кредиторов должника размер задолженности налогового органа по основному долгу, образовавшийся в результате привлечения ОАО ДЕЗ Гагаринского района к налоговой ответственности, составляет 97,01% от общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

При таких обстоятельствах, в настоящем случае применима презумпция вины контролирующих лиц по основаниям, предусмотренным пп. 3 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Задолженность ОАО ДЕЗ Гагаринского района перед ФНС России образовалась на основании Решения от 16.01.2017 № 14/258 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенного по результатам выездной налоговой проверки Инспекцией ФНС России № 36 по г. Москве.

Проверяемый период - 01.01.2012 по 31.12.2014. Сумма основного долга перед уполномоченным органом составляет 72 538 935 рублей.

По результатам мероприятий налогового контроля установлено, что ОАО ДЕЗ Гагаринского района необоснованно уменьшило доходы от реализации на сумму затрат по эксплуатации, техническому обслуживанию, санитарному содержанию и текущему ремонту жилищного и нежилого фонда при привлечении к указанным работам (услугам) подконтрольных контрагентов: ООО «Стройэксплуатация» (ИНН <***>), ООО «Стройком» (ИНН <***>) и ООО «Технострой» (ИНН <***>).

Из указанных договоров следует, что ООО «Стройэксплуатация», ООО «Стройком» и ООО «Технострой» принимают на себя обязательства по эксплуатации, техническому обслуживанию, санитарному содержанию и текущему ремонту жилищного и нежилого фонда.

В ходе контрольных мероприятий установлено, что вышеуказанные работы выполнялись силами ОАО ДЕЗ Гагаринского района, следовательно, привлечение вышеуказанных организаций было направлено исключительно на получение должником необоснованной налоговой выгоды, выраженной в занижении доходов от реализации, подлежащих налогообложению и ухода от налогообложения по налогу на прибыль, налогу на добавленную стоимость и налогу на доходы физических лиц. Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.11.2019г. по делу № А40-127481/17-108-140 и решениями налогового органа о привлечении в административной ответственности.

В соответствии с п. 5.1 Устава ОАО «ДЕЗ Гагаринского района», органами управления общества являются общее собрание акционеров, совет директоров, единоличный исполнительный орган.

Высшим органом управления общества является общее собрание акционеров (п.6.1 Устава).

Руководство текущей деятельностью общества осуществляет единоличный исполнительный орган - генеральный директор.

Основные вопросы, входящие в компетенцию генерального директора, перечислены в разделе 8.3 Устава, проанализировав которые можно сделать вывод, что генеральный директор осуществляет все мероприятия по организации хозяйственной деятельности должника под руководством собрания акционеров и совета директоров.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ в проверяемый период функции единоличного исполнительного органа должника осуществляли:

- ФИО3 в период с 14.01.2011 по 17.10.2012;

- ФИО8 в период с 18.10.2012 по 01.07.2014;

- ФИО4 в период с 02.07.2014 по 16.01.2017.

Единственным акционером должника являлся Департамент городского имущества города Москвы.

По мнению заявителя, ФИО3, ФИО4 осуществляли фактический контроль действий должника в периоды, по которым решениями налогового органа установлено неправомерное уклонение от уплаты налогов при заключении фиктивных сделок с недействующими юридическими лицами.

Как утверждал заявитель, учитывая, что задолженность не погашена до настоящего времени, материалами дела подтверждается, что по состоянию на 20.01.2013 (срок уплаты НДС за 2012 год) должник уже обладал признаками неплатежеспособности, а аффилированность сторон подтверждает осведомленность о данном факте.

Таким образом, по мнению заявителя, материалами налоговой проверки, а также судебными актами установлен вывод активов должника (перечисление денежных средств) по фиктивным договорам в пользу ООО «Стройэксплуатация», ООО «СтройКом,, ООО «Технострой» (установлено решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.11.2019 по делу № А40-127481/17-108-1406), и в результате совершения сделки причинен вред независимым кредиторам, так как в условиях обычной хозяйственной деятельности, кредиторы могли рассчитывать на полное погашение своих требований.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного управляющего должника с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО4, ФИО3 по обязательствам ОАО «Дирекция Единого заказчика Гагаринского района» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Апелляционная коллегия, учитывая повторное рассмотрение обособленного спора, полагает необходимым обратить внимание на выводы Верховного суда РФ.

В анализируемый уполномоченным органом в рамках выездной налоговой проверки период и вплоть до возбуждения настоящего дела о банкротстве сначала в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, а затем в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве содержались нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по основанию невозможности удовлетворения требований кредиторов вследствие их виновного поведения, не отвечающего критериям добросовестности и разумности.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Таким образом, судебное разбирательство о привлеченииконтролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основаниюневозможности погашения требований кредиторов должно в любомслучаесопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Для удовлетворения подобного рода исков требуется установление недобросовестных действий ответчиков, исключая влияние иных объективных причин ухудшения финансового положения должника.

Процесс доказывания того, что невозможность погашения требований кредиторов обусловлена неправомерными действиями ответчиков, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Одна из таких презумпций доведения должника до банкротства действиями контролирующих лиц введена в действие Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 222-ФЗ), а именно пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве был дополнен абзацем пятым о том, что данное основание считаетсядоказанным в ситуации, когда требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого должник привлечен к ответственности за налоговые правонарушения, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

При этом пунктом 9 статьи 13 Закона № 222-ФЗ установлено, что положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к поданным после 01.09.2016 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в связи с чем суды правомерно при рассмотрении настоящего обособленного спора руководствовались приведенной презумпцией.

Однако судами не учтено, что указанная презумпция, как и иные изложенные в Законе о банкротстве, является опровержимой и не лишает ответчиков возможности доказывать отсутствие оснований для удовлетворения предъявленных к ним требований.

Так, из материалов обособленного спора усматривается, что в суде первой инстанции ответчиками приводились доводы со ссылками на конкретные доказательства о том, что объективной причиной банкротства ДЕЗ Гагаринского района послужило не привлечение его к ответственности за совершение налогового правонарушения, а создание в июне 2015 года акционером общества (департаментом) нового юридического лица (ГБУ города Москвы «Жилищник Гагаринского района») с переводом на него значительной части активов и деятельности должника.

Ответчики в суде первой инстанции приводили доводы о том, чтопо состоянию на 2014 год активы должника составляли 189 961 тыс. руб., на 2015 год - 193 502 тыс. руб., а в 2016 году уменьшились до 76 570 тыс. руб. ФИО4 обращала внимание на то, что исходя из финансового анализа конкурсного управляющего за период с 31.12.2016 по 31.12.2019 убыточную деятельность должник начал вести только с 2018 года.

Ответчики указывали, что в случае сохранения за ДЕЗ Гагаринского района имущества, необходимого для ведения его нормальной хозяйственной деятельности, должник, несмотря на причиненный непосредственно ему ущерб, имел реальную возможность погасить требования уполномоченного органа.

Однако в нарушение положений статей 71, 168, 170, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приведенные доводы и представленные в их подтверждение доказательства не получили какой-либо правовой оценки со стороны судов первой и апелляционной инстанций. Суд округа указанные недостатки не устранил.

Судами также не учтено, что в отсутствие доказательств совместного умысла и согласованности противоправных действий всех трех сменяющих друг друга директоров оснований для возложения на них субсидиарной ответственности в солидарном порядке не имелось.

Так, в силу абзаца восьмого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Аналогичные положения содержит действующая норма пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в отношении которой пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой являются совместными.

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их действия привели к такому банкротству, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суды первой и апелляционной инстанций, утверждая, чтопоследовательно сменившие друг друга руководители должникадействовали совместно и реализовывали противоправную схему напротяжении длительного времени, никаким образом данный вывод немотивируют. Судами не установлено обстоятельств и не приведенодоказательств, которые бы свидетельствовали о том, что ФИО3,ФИО8 и ФИО4 действовали согласованно, скоординировано и преследовали одно единое намерение по получению незаконной налоговой выгоды либо являлись аффилированными по отношению друг к другу лицами.

В отсутствие доказательств соучастия ответчиков в реализации единого намерения по неправомерному получению должником налоговой выгоды у судов не имелось правовых оснований для возложения на них субсидиарной ответственности в солидарном порядке без выяснения роли каждого и причиненного непосредственно им ущерба.

В свою очередь, ФИО3 пояснял, что из всех указанных в решении налогового органа договоров подписал от имени должника только один - от 20.12.2011 № 3Э-12 с ООО «Стройэксплуатация». При этом из решения уполномоченного органа усматривается, что НДС был доначислен только начиная с IV квартала 2012 года, а доначисленный в период его руководства размер налога на прибыль является несущественным.

ФИО3 со ссылкой на представленную в материалы дела копию трудовой книжки утверждал, что в действительности его полномочия как руководителя ДЕЗ Гагаринского района прекращены 02.07.2012, а не 17.10.2012, как установлено судами исходя из даты внесения в ЕГРЮЛ соответствующей записи.

Однако суды не учли, что по смыслу подпункта 8 пункта 1 статьи 48 и статьи 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» генеральный директор как единоличный исполнительный орган акционерного общества приобретает полномочия на осуществление без доверенности действий от его имени с момента его избрания уполномоченным органом акционерного общества, а не с момента внесения в ЕГРЮЛ соответствующей записи. Законодательство не связывает возникновение либо прекращение полномочий исполнительного органа юридического лица с моментом внесения соответствующих сведений в ЕГРЮЛ.

ФИО4 обращала внимание, что не подписала ни одного из приведенных в решении налогового органа договоров, а лишь совершала исполнение по уже заключенным предшествующим руководителем должника договорам.

При этом оба ответчика со ссылкой на представленные в материалы дела доказательства настаивали на том, что перечисленные в решении налогового органа контрагенты должника являлись победителями торгов, проведенных в порядке Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», и не являлись техническими, вели хозяйственную деятельность, оказывали аналогичные услуги в иных округах, участвовали в судебных спорах, страховали ответственность и имели иные признаки реальных хозяйствующих субъектов.

Однако суды первой и апелляционной инстанций, сославшись на вынесенные в рамках арбитражного дела № А40-127481/2017 судебные акты как преюдициально значимые для рассматриваемого спора, от установления указанных обстоятельств и оценки представленных доказательств уклонились. Судом округа допущенные процессуальные нарушения не были устранены.

Вместе с тем в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судами не учтено, что ни ФИО3, ни ФИО4 не являлись участвующими в деле № А40-127481/2017 лицами, а к моменту начала судебного разбирательства полномочия ФИО4 как руководителя ДЕЗ Гагаринского района уже были прекращены.

Таким образом, суд в настоящем обособленном споре, учитывая обстоятельства ранее рассмотренного дела, должен был исследовать и дать оценку представленным не участвовавшими ранее лицами доводам и доказательствам, изложить соответствующие мотивы их принятия или непринятия.

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, не усматривает оснований для отмены судебного акта и полагает, что судом первой инстанции учтены выводы Верховного суда РФ.

Так, из материалов обособленного спора усматривается, что объективной причиной банкротства ДЕЗ Гагаринского района послужило не привлечение его к ответственности за совершение налогового правонарушения, а создание в июне 2015 года акционером общества (департаментом) нового юридического лица (ГБУ города Москвы «Жилищник Гагаринского района») с переводом на него значительной части активов и деятельности должника.

Суд первой инстанции указал, что ответчики приводят обоснованные доводы о том, что по состоянию на 2014 год активы должника составляли 189 961 тыс. руб., на 2015 год - 193 502 тыс. руб., а в 2016 году уменьшились до 76 570 тыс. руб. Исходя из финансового анализа конкурсного управляющего за период с 31.12.2016 по 31.12.2019 убыточную деятельность должник начал вести только с 2018 года.

В случае сохранения за ДЕЗ Гагаринского района имущества, необходимого для ведения его нормальной хозяйственной деятельности, должник, несмотря на причиненный непосредственно ему ущерб, имел реальную возможность погасить требования уполномоченного органа.

В материалы дела не представлено доказательств, которые бы свидетельствовали о том, что ФИО3 и ФИО4 действовали согласованно, скоординировано и преследовали единое намерение по получению незаконной налоговой выгоды либо являлись аффилированными по отношению друг к другу лицами.

В отсутствие доказательств соучастия ответчиков в реализации единого намерения по неправомерному получению должником налоговой выгоды у суда отсутствуют правовые основания для возложения на них субсидиарной ответственности в солидарном порядке без выяснения роли каждого и причиненного непосредственно им ущерба.

В свою очередь, ФИО3 пояснил, что из всех указанных в решении налогового органа договоров подписал от имени должника только один - от 20.12.2011 № 3Э-12 с ООО «Стройэксплуатация». При этом из решения уполномоченного органа усматривается, что НДС был доначислен только начиная с IV квартала 2012 года, а доначисленный в период его руководства размер налога на прибыль является несущественным. Данные обстоятельства подтверждены материалами дела.

ФИО3 со ссылкой на представленную в материалы дела копию трудовой книжки утверждает, что в действительности его полномочия как руководителя ДЕЗ Гагаринского района прекращены 02.07.2012, а не 17.10.2012, как указано заявителем.

По смыслу подпункта 8 пункта 1 статьи 48 и статьи 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» генеральный директор как единоличный исполнительный орган акционерного общества приобретает полномочия на осуществление без доверенности действий от его имени с момента его избрания уполномоченным органом акционерного общества, а не с момента внесения в ЕГРЮЛ соответствующей записи.

Законодательство не связывает возникновение, либо прекращение полномочий исполнительного органа юридического лица с моментом внесения соответствующих сведений в ЕГРЮЛ.

В связи с этим полномочия ФИО3 как руководителя должника прекращены именно 02.07.2012.

ФИО4 также указывает, что не подписала ни одного из приведенных в решении налогового органа договоров, а лишь совершала исполнение по уже заключенным предшествующим руководителем должника договорам. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

При этом в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие, что перечисленные в решении налогового органа контрагенты должника являлись победителями торгов, проведенных в порядке Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», и не являлись техническими, вели хозяйственную деятельность, оказывали аналогичные услуги в иных округах, участвовали в судебных спорах, страховали ответственность и имели иные признаки реальных хозяйствующих субъектов.

Ссылка заявителя на преюдициальное значение вынесенных в рамках арбитражного дела № А40-127481/2017 судебных актов отклоняется судом, поскольку ни ФИО3, ни ФИО4 не являлись участвующими в деле № А40-127481/2017 лицами, а к моменту начала судебного разбирательства полномочия ФИО4 как руководителя ДЕЗ Гагаринского района уже были прекращены.

Таким образом, судом не установлено виновных действий ответчиков ФИО3 и ФИО4, которые привели к невозможности полного погашения требований кредиторов должника, в связи с этим причинно-следственная связь между деянием и объективным банкротством общества также отсутствует.

Учитывая данные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что заявителем не доказан весь состав обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Дирекция Единого заказчика Гагаринского района».

Судом также проверено наличие оснований для взыскания с ФИО3 и ФИО4 убытков.

Согласно абз. 3 п. 20 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Судом не установлено наличие противоправных действий ФИО3 и ФИО4, их вины в причинении обществу убытков, в связи с чем суд не нашел оснований для взыскания с ответчиков убытков.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что с учетом специфики деятельности должника и порядка заключения контрактов с привлеченными специалистами, руководитель не наделен правом самостоятельного на свое личное усмотрение заключение договоров с организациями, оказывающими услуги должнику.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Таким образом, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Для удовлетворения подобного рода исков требуется установление недобросовестных действий ответчиков, исключая влияние иных объективных причин ухудшения финансового положения должника.

Порядок привлечения лиц для оказания услуг должнику регламентирован Федеральным законом «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» от 05.04.2013 N 44-ФЗ, Федеральным законом «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» от 18.07.2011 N 223-ФЗ.

Привлечение лиц для оказания услуг происходит на основании результатов закупок и тендеров, договор заключается с выигравшей организацией.

На момент вступления ФИО4 в должность руководителя должника указанные организации уже были привлечены бывшим руководством для оказания услуг, являлись победителями тендеров в том числе и в других районах города Москвы. В связи с чем, у Ответчика отсутствовали основания для отказа в заключении контрактов с указанными организациями на будущие периоды.

Суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со ст. 71 АПК РФ.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.12.2023 по делу № А40- 133029/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ИФНС России № 36 по г. Москве – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Д.Г. Вигдорчик

Судьи: С.Н. Веретенникова

В.В. Лапшина

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.