Постановление от 6 апреля 2025 г. по делу № А41-94277/2019

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, https://10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-1893/2025

Дело № А41-94277/19
07 апреля 2025 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена  27 марта  2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  07 апреля 2025 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи   Терешина А.В.,

судей: Муриной В.А., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 24.01.2024,

от конкурсного управляющего ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС» ФИО4 - ФИО5 по доверенности от 19.02.2025 (посредством  веб-конференции),

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 27.01.2025 по делу  № А41-94277/19,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 21.05.2020 ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС» (далее – Должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Московской области от 25.08.2021 конкурсным управляющим утверждена ФИО4 (член Ассоциации СРО «ЦААУ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес СРО: 115184, <...>).

13.12.2023 г. в Арбитражный суд Московской области поступило заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника к ответчику ФИО2 со следующими требованиями: признать договор купли-продажи транспортного средства АУДИ Q7 VIN: <***> от 25.02.2020 г заключенный между ФИО2 (ИНН: <***>, дата рождения: 19.09.1983) и ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС» (ИНН <***>, ОГРН <***>) недействительным, применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 (ИНН: <***>, дата рождения: 19.09.1983) вернуть в конкурсную массу ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС» (ИНН <***>, ОГРН <***>), транспортного средства АУДИ Q7 VIN: <***>».

Определением от 27.01.2025 Арбитражный суд Московской области признал договор купли-продажи от 25.02.2020 г. автомобиля АУДИ Q7 VIN: <***>, заключенный между ФИО2 (ИНН: <***>, дата рождения: 19.09.1983) и ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС» (ИНН <***>, ОГРН <***>), недействительной сделкой, применил последствия недействительности сделки и обязал ФИО2 (ИНН: <***>, дата рождения: 19.09.1983) возвратить в конкурсную массу ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС» (ИНН <***>, ОГРН <***>) автомобиль АУДИ Q7 VIN: <***> – в течение 15 рабочих дней с момента вступления в законную силу настоящего определения суда.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобой,  в которой просит определение суда первой инстанции отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Из материалов дела следует, что согласно Договору купли-продажи автомобиля от 25.02.2020 года (далее – Договор) ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС», в лице генерального директора ФИО6, заключило договор купли-продажи транспортного средства АУДИ Q7 VIN: <***> (далее – ТС) с ФИО2 (далее – Ответчик), по цене 1 650 000 руб.

Согласно представленной копии паспорта транспортного средства 77 ОТ № 104959 от 10.07.2018 г, данный паспорт транспортного средства (далее – ПТС) является дубликатом, выданным 10.07.2018 года взамен ранее утраченного (раздел Особые отметки), собственником указан ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС», в ПТС отсутствуют сведения о новом собственнике.

Полагая, что указанная сделка совершена при неравноценном встречном исполнении, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании ее недействительной, по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Производство по делу о банкротстве возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 06.11.2019, оспариваемый договор купли-продажи заключен 25.02.2020, то есть в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.01.2020 в отношении должника введена процедура – наблюдение.

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться, исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Таким образом, целью продажи является передача собственного имущества за соразмерное встречное представление.

Согласно представленному в материалы дела Договору купли-продажи автомобиля физическому лицу от 25.02.2020 года (далее – Договор), Должник в лице генерального директора ФИО6, заключил договор купли-продажи транспортного средства АУДИ Q7 VIN: <***> (далее – ТС) с ФИО2 (далее – Ответчик), по цене 1 650 000 руб.

Согласно преамбуле представленного Акта приемки-передачи автомобиля от 25.02.2020 года (далее -Акт передачи) ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС» 25.02.2020 года в городе Москва передало ТС не Ответчику, а ФИО6.

Согласно п. 2 Акта передачи, автомобиль был осмотрен Покупателем, эксплуатационные качества проверены, номера сверены.

Покупатель не имел претензий к Продавцу по качественным характеристикам автомобиля.

Согласно представленной копии паспорта транспортного средства 77 ОТ № 104959 от 10.07.2018 г, данный паспорт транспортного средства (далее – ПТС) является дубликатом выданным 10.07.2018 года взамен ранее утраченного (раздел Особые отметки), собственником указан ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС», в ПТС отсутствуют сведения о новом собственнике.

Согласно представленной Ответчиком Дефектной ведомости по ремонту транспортного средства №81 от 01.03.2020 г. (далее – Дефектная ведомость), ИП ФИО7 ИНН: <***>, ОГРН: <***>, Адрес: ХМАО-Югра, г. Сургут, пр-т. Комсомольский, д. 44/1, кв. 79 тел.: <***>, датой начало работ и датой окончания работ указано: 01.03.2020. Далее представлена табличная часть, из которой следует, что Заказчик: ФИО2 (Ответчик), далее перечислены идентифицирующие сведения об автомобиле, указан пробег 158 352 км, далее указано, что стоимость ТС по согласованию сторон не определена. Ниже в документе представлена таблица с двумя колонками, поименованы колонка 1 Причина дефекта колонка 2 Наименование работ, и далее в три строчки перечислены: Причина дефекта: Двигатель не развивает мощность. Наименование работ: Ремонт ДВС, замена турбонагнетателя. Причина дефекта: Автоматическая коробка переключения передач в аварийном режиме. Наименование работ: Ремонт АКПП. Причина дефекта: Пневмоподвеска работает не корректно. Наименование работ: Ремонт, замена пневмобаллонов. Далее в Дефектной ведомости перечисляются п. 1-8 в которых перечислены общие условия, о сроках ремонта, гарантии, о сроках когда нужно забрать автомобиль, о судьбе замененных деталей, в п.6 указано, что эта Дефектная ведомость является Договором, далее идет указание на необходимость согласовывать дополнительные работы и согласие на обработку персональных данных. Подпись за Заказчика – Ответчик, за Исполнителя – ФИО7

Заявитель ссылается на то, что Дефектная ведомость свидетельствует, о неисправности двигателя и коробки передач, а также, что 01.03.2020 г. ТС было доставлено на ремонт в автосервис ИП ФИО7 в котором производили ремонт ДВС, заменили турбонагнетатель, отремонтировали АКПП, заменили пневмобаллоны в пневмоподвеске.

Согласно п. 6 представленного Ответчиком заключения специалиста № 24-02-011 от 01.02.2024 г. (далее - Заключение специалиста) о стоимостной экспертизе транспортного средства AUDI Q7 гос. № Е612ОВ777 VIN <***> на момент совершения сделки 25.02.2020 года, рыночная стоимость неповрежденных автомобилей, подобных рассматриваемому AUDI Q7 находится в интервале                   3 050 000,00 - 4 000 000,00 руб, что соответствует оценке сделанной конкурсным управляющим и представленной в приложении к заявлению об оспаривании сделки.

В заключении специалист расчетным путем (снижением рыночной стоимости аналогичных автомобилей на 50%) приходит к рыночной стоимости ТС 1 727 000 рублей при допущении, что перечисленные в Дефектной ведомости неисправности имелись на момент совершения сделки (стр. 11 Заключения специалиста).

Однако представленное Заключение специалиста не может быть принято в качестве достоверного доказательства в подтверждение рыночной стоимости ТС поскольку оно составлено при допущении, что неисправности, перечисленные в Дефектной ведомости составленной (01.03.2020) были у ТС при его приобретении (25.02.2020) без установления были ли фактически произведены данные работы по устранению неисправностей ТС и когда возникли неисправности и в результате чего.

Сведения, содержащиеся в представленном Ответчиком заключении специалиста носят предположительный характер, заключение специалиста было подготовлено специалистом без надлежащего осмотра транспортного средства, что противоречит п. 3.2 - 3.4 Методического руководства по определению стоимости автотранспортных средств с учетом естественного износа и технического состояния (РД 37.009.015-98), так в соответствии с п.п. 3.4.3., 3.4.4. во время осмотра эксперт должен определить дефекты АМТС и занести их в "Акт осмотра транспортного средства" в раздел "ПРИ ОСМОТРЕ УСТАНОВЛЕНО" среди прочих данных эксперт должен зафиксировать: подвергалось ли транспортное средство восстановительным работам ранее и каков их объем, характер и качество; производилась ли замена агрегатов, дорогостоящих комплектующих изделий.

Конкурсным управляющим было заявлено о фальсификации представленной Ответчиком Дефектной ведомости, в целях включения в нее недостоверных сведений о дефектах транспортного средства, представленная дефектная ведомость не подтверждает ни неисправности ТС, ни произведенного ремонта.

Для проверки обоснованности заявления о фальсификации доказательств, определением Арбитражного суда Московской области от 05.08.2024 г., была назначена судебная экспертиза, перед экспертом был поставлен вопрос:

Подвергалось ли транспортное средство AUDI Q7, VIN <***> 86, восстановительным работам, перечисленным в дефектной ведомости по ремонту транспортного средства № 81 от 01.03.2020 г. и каков их объем, характер и качество, производилась ли при этом ремонте замена агрегатов, дорогостоящих комплектующих изделий?

В материалы дела (согласно КАД 01.10.2024) поступило заключение эксперта.

В заключении эксперт указывает на стр 17 абзац 1, что никаких наряд-заказов, подтверждающих и конкретизирующих проведенные работы, в распоряжении эксперта не имеется.

В результате осмотра автомобиля эксперт пришел к следующему выводу: «Доподлинно неизвестно, подвергалось ли автотранспортное средство Audi Q7 (государственный регистрационный знак - <***>, VIN - <***>, окрашенное эмалью коричневого цвета) восстановительным работам, перечисленным в дефектной ведомости по ремонту транспортного средства № 81 от 01.03.2020 г. и каков их объем, характер и качество, производилась ли при этом ремонте замена агрегатов, дорогостоящих комплектующих изделий. Двигатель автомобиля не имеет: существенных повреждений, каких-либо следов демонтажа/монтажа и замены старого двигателя на новый, проведенных над ним ремонтных работ. На его передней стороне образовались области ржавчины.

Одна из них как раз находится в месте указания номера двигателя, где, помимо возникновения ржавчины, скопилось еще много грязи.

В ходе осмотра эту грязь и особенно, ржавчину не удалось как-то окончательно счистить и устранить, поэтому номер двигателя остался нечитаем.

Данный факт может указывать на то, что он долго эксплуатировался на автомобиле и, возможно, является оригинальным, установленным при сборке автомобиля на заводе. Также во время диагностики автотранспортного средства было установлено следующее обозначение двигателя - CVMD 3,0 л TDI/183 кВт.

Оно только последней буквой отличается от указанного в документах на автомобиль (CVMD вместо CVM).

У турбонагнетателя (турбокомпрессора) не было обнаружено никаких повреждений.

Также каких-либо явных следов, указывающих на демонтаж оригинального (смонтированного изначально) турбокомпрессора, а также на замену его новым, выявлено не было, к тому же не было обнаружено следов его ремонта.

У автоматической коробки переключения передач отсутствуют какие-либо повреждения.

Нет также следов ее демонтажа и замены на новую, проводимых над нею ранее каких-либо ремонтных работ. П-ны задних колес никак не повреждены.

Одновременно с этим каких-либо явных следов, указывающих на демонтаж пневмобаллонов, на замену оригинальных на новые, на их ремонт, обнаружено не было.»

Таким образом, в отсутствии других доказательств в том числе наряд-заказов, подтверждающих и конкретизирующих проведенные работы, осмотр автомобиля экспертом не установил следов ремонта указанных в дефектной ведомости по ремонту транспортного средства № 81 от 01.03.2020 г.

Судом установлено, что рыночная стоимость переданного должником имущества на момент совершения сделки составляла от 3 050 000 до 4 000 000 рублей, что подтверждается справкой об определении рыночной стоимости имущества (Оценка основана на ценах в объявлениях на Авто.ру)

В связи с чем отчуждаемый автомобиль по договору купли-продажи от 25.02.2020 г, не имел существенных недостатков и его рыночная стоимость на момент передачи находится в интервале 3 050 000  - 4 000 000 руб.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, доказательств равноценности встречного предоставления, в материалы дела не представлено.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности совокупности обстоятельств для признания оспариваемого договора недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

б) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановления N 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на лицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Под неплатежеспособностью должника в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества представляет собой превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Согласно пункту 7 Постановления N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из материалов дела следует, что оспариваемая сделка договор купли-продажи транспортного средства АУДИ Q7 VIN: <***> от 25.02.2020 г заключенный между ФИО2 (ИНН: <***>, дата рождения: 19.09.1983) и ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС» (ИНН <***>, ОГРН <***>), совершена после принятия заявления о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПРОМТЕХНОПОЛИС» и введения процедуры – наблюдение.

При этом доводы ответчика о равноценности встречного исполнения не нашли документального подтверждения.

В результате заключения оспариваемого договора из конкурсной массы должника выбыл актив за счет которого кредиторы могли бы получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника.

В результате совершения спорной сделки конкурсная масса должника уменьшилась, чем причинен вред имущественным правам самого должника и кредиторов.

Действия сторон сделки не были направлены на восстановление платежеспособности должника.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о том, что управляющим доказана совокупность условий, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемой сделки недействительной, является обоснованным.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу должника спорное транспортное средство.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что судом необоснованно отказано в проведении повторной экспертизы подлежат отклонению апелляционной коллегией.

В соответствии с п. 2 ст. 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза.

При этом вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статьям 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу. Удовлетворение ходатайства о проведении повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Фактически доводы ответчика по существу сводятся к изложению сомнений в достоверности и правильности экспертного заключения, представленного конкурсным управляющим.

Судом установлено, что в заключении эксперта указаны нормативные, методические и технические средства, использованные в исследовании. Выводы эксперта, в достаточной степени, мотивированны и не содержат противоречий.

Достаточных аргументов, ставящих под сомнение выводы эксперта, заявителем не приведено.

По смыслу части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 20 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" повторная экспертиза назначается, если: выводы эксперта противоречат фактическим обстоятельствам дела, сделаны без учета фактических обстоятельств дела; во время судебного разбирательства установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта; необоснованно отклонены ходатайства участников процесса, сделанные в связи с экспертизой; выводы и результаты исследований вызывают обоснованные сомнения в их достоверности; при назначении и производстве экспертизы были допущены существенные нарушения процессуального закона.

Из буквального толкования указанной нормы права, в совокупности с рекомендациями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в АПК РФ, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

Учитывая изложенное, для проведения повторной экспертизы, суд должен установить наличие сомнений в обоснованности заключения или наличие противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов.

Поскольку сомнений в обоснованности заключения, квалификации эксперта у апелляционного суда, так же как и у суда первой инстанции не возникло, оснований для назначения по делу повторной экспертизы не имелось.

Отвод эксперту, лицами, участвующими в деле, не заявлялся.

Апелляционным судом не установлено нарушений порядка проведения экспертизы, предусмотренных ст. ст. 82, 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", в связи с чем у апелляционного суда, отсутствуют основания сомневаться в достоверности выводов экспертизы.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел. Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Иная оценка заявителем фактических обстоятельств дела и иное толкование им положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 27.01.2025 по делу  №А41-94277/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.


Председательствующий судья


А.В. Терешин

Судьи


В.А.  Мурина            Н.В. Шальнева