Постановление от 1 сентября 2025 г. по делу № А50-11406/2023

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14596/2023(4)-АК

Дело № А50-11406/2023
02 сентября 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 26 августа 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 02 сентября 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шаркевич М.С.,

судей Иксановой Э.С., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Охотниковой О.И.,

при участии:

от ФИО1: ФИО2, паспорт, доверенность от 11.09.2023,

от ООО «Арт Полиграф»: ФИО3, паспорт, доверенность от 12.08.2025,

конкурсный управляющий ФИО4, паспорт, её представитель ФИО5, паспорт, доверенность от 17.01.2025,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Пермского края от 14 мая 2025 года

о признании недействительной сделки по перечислению должником в пользу ФИО1 денежных средств в размере 2 493 000 руб., применении последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А50-11406/2023

о признании общества с ограниченной ответственностью «Полистил» (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

третьи лица: ФИО6, ФИО7,

установил:

ООО «Вектор К Пласт» 05.05.2023  обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Полистил» (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 12.05.2023 заявление принято к производству.

Определением суда от 05.06.2023 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утверждена ФИО4

 Решением суда от 04.12.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

02.12.2024 от конкурсного управляющего в арбитражный суд поступило заявление о признании недействительной сделки по перечислению должником в пользу ФИО1 (далее – ответчик) денежных средств в размере 2 493 000 руб.

В порядке ст.51 АПК РФ суд привлек ФИО6, ФИО7 к участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

От конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении требований, просит признать недействительной сделкой (группу сделок) следующие перечисления с расчетного счета ООО «Полистил» в пользу ФИО1:

 01.03.2022 – 900 000 руб.,

31.03.2022 – 900 000 руб.,

24.05.2022  – 350 000 руб., 

06.07.2022 – 10 000 руб.,

06.07.2022  – 250 000 руб.,

21.07.2022  – 50 000 руб.,

13.09.2022 – 33 000 руб.; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ООО «Полистил» 2 493 000 руб.; возникшие в результате признания недействительной сделки требования ФИО1 к ООО «Полистил» считать подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Определением суда от 14.05.2025 (резолютивная часть от 13.05.2025) заявление удовлетворено. Сделка по перечислению ООО «Полистил» в пользу ФИО1 денежных средств в размере 2 493 000 руб. признана недействительной,  применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 493 000 руб.; восстановлено право требования ФИО1 к ООО «Полистил» на общую сумму 2 493 000 руб.

Не согласившись с принятым определением, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в соответствии с которой просит названное определение отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Апеллянт ссылается на истечение годичного срока исковой давности. Оспаривает выводы суда о том, что конкурсный управляющий узнал об оспариваемом договоре займа только в процессе судебного разбирательства в рамках рассмотренного обособленного спора, поэтому срок давности подлежит исчислению с февраля 2025 года. Отмечает, что в ходе наблюдения бывший руководитель должника передал управляющему все документы общества, раскрыл структуру работы предприятия, правоотношения должника с ФИО1, в связи с чем полагает, что договоры займа от августа 2021 года были переданы бывшим директором в распоряжение арбитражного управляющего в период проведения анализа ФХД должника в период наблюдения, а не впервые в судебном заседании в феврале 2025 года. Обращает внимание суда на то, что договоры займа от 5 и 8 августа 2021 года не оспаривались конкурсным управляющим, оспаривались платежи по возврату займа. Апеллянт также ссылается на отсутствие признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых платежей. Отмечает, что из анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «Полистил» за 2020-2022 годы следует, что коэффициент текущей ликвидности был равен 0,74 ед., что свидетельствует об отсутствии трудностей, связанных с погашением текущей кредиторской задолженности. Согласно показателям финансового состояния должника на конец 2022 года совокупные активы должника составляли 29 234 тыс.руб. при краткосрочной кредиторской задолженности 20 026 тыс.руб. Дебиторская задолженность составляла 14 573 тыс.руб. На момент возврата заемных средств от ООО «Полистил» ФИО1 общество обслуживало свои обязательства перед своими поставщиками. Указывает на то, что  ФИО1 не владел информацией о неисполнении обществом долгов перед другими кредиторами, действия ФИО1 по получению выданного ранее займа не имели цели причинения вреда кредиторам. Полагает, что наличие неисполненных обязательств у должника перед кредиторами на момент совершения сделки (формальное превышение над пороговой суммой 300 000 руб.) само по себе не свидетельствуют о неплатежеспособности должника, и не является безусловным основанием для признания сделки недействительной. Суд не исследовал вопрос о причине и сроке возникновения дефолта у ООО «Полистил».

От конкурсного управляющего и кредитора ООО «Арт Полиграф» поступили возражения на апелляционную жалобу.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы апелляционной жалобы подержал; конкурсный управляющий и его представитель, представитель ООО «Арт Полиграф» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в порядке ст. 121, 123 АПК РФ, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, своего представителя для участия в судебное заседание не направили, дело рассмотрено в их отсутствие (ч. 3 ст. 156 АПК РФ).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между ФИО1 и ООО «Полистил» подписаны следующие договоры займа:

- от 05.08.2021 № 05/08-2021 на сумму 800 000 руб. для пополнения оборотных средств под 5,5% на срок до 31.12.2022. Указано, что заем будет осуществляться с карты ФИО8 на расчетный счет ООО «Полистил».

- от 10.08.2021 № 10/08-2021 на сумму 3 300 000 руб. для пополнения оборотных средств под 5,5% на срок до 31.12.2022. Указано, что заем будет осуществляться с карты ФИО8 на расчетный счет ООО «Полистил».

Во исполнение данных договоров супругой ФИО1 – ФИО7 были внесены денежные средства на счет общества, что подтверждается чеком-ордером от 10.08.2021 на сумму 2 400 000 руб.

В дальнейшем, с расчетного счета ООО «Полистил» в пользу ФИО1 были перечислены следующие суммы с указанием на возврат займов: 01.03.2022 – 900 000 руб., 31.03.2022 – 900 000 руб., 24.05.2022 – 350 000 руб., 06.07.2022 – 10 000 руб., 06.07.2022 – 250 000 руб., 21.07.2022  – 50 000 руб., 13.09.2022 – 33 000 руб. Всего: 2 493 000 руб.

Ссылаясь на то, что предоставление займов являлось компенсационным финансированием, а его изъятие при наличии финансового кризиса у должника, наличии иных независимых кредиторов причинило  вред имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в суд с требованием о признании названных выше перечислений недействительной сделкой. В качестве последствий недействительности сделок конкурсный управляющий просил привести стороны в первоначальное состояние.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения)  судебного акта в связи со следующим.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником или другими лицами за счет должника, может быть признана недействительной в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Законе.

В силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных абзацами 3 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. В частности, если стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

В силу указанной нормы и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оспариваемые сделки совершены в период с 01.03.2022 по 13.09.2022, то есть в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (заявление о признании должника банкротом принято судом 12.05.2023).

Исходя из сложившейся на уровне Верховного Суда Российской Федерации устойчивой практики, аффилированность может быть доказана, в том числе, в отсутствие формально-юридических связей между лицами (фактическая аффилированность), в частности, когда корпоративные связи имеют сложный, непрозрачный характер и их трудно выявить (например, в связи с использованием офшорных организаций), либо в совершение сделок намеренно вовлечены лица, формально не входящие в корпоративную структуру.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам оборота. В упомянутых случаях судом на лицо, в отношении которого представлена достаточная совокупность доказательств фактической аффилированности, может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Таким образом, для целей установления фактической аффилированности сторон сделки должна быть представлена достаточная совокупность доказательств (часть 2 статьи 71 АПК РФ).

Вступившим в законную силу постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024 установлены следующие обстоятельства.

Между должником и ФИО9 заключен договор денежного займа от 18.04.2013 № 1, по которому общество «Полистил» получило денежные средства в сумме 10 000 000 руб. под 11 % годовых на срок до 20.04.2016.

Между должником и ФИО10 заключены договоры денежного займа от 15.07.2013 № 2, от 30.09.2013 № 4, от 17.02.2014 № 5, от 14.03.2014 № 6 и от 23.04.2014 № 7, по которым общество «Полистил» получило денежные средства в сумме 1 500 000 руб. под 24 % годовых на срок до 17.07.2016, денежные средства в сумме 1 670 000 руб. под 14% годовых на срок до 30.09.2017, денежные средства в сумме 800 000 рублей под 14% годовых на срок до 17.02.2018, денежные средства в сумме 800 000 руб. под 14% годовых на срок до 14.03.2018, денежные средства в сумме 1 500 000 руб. под 14% годовых на срок до 30.04.2018 соответственно.

Между должником и ФИО11 заключен договор денежного займа от 26.08.2013 № 3, по которому общество «Полистил» получило денежные средства в сумме 2 500 000 руб. под 24 % годовых на срок до 25.08.2016.

Всего по названным договорам должник получил денежные займы от физических средств на пополнение оборотных средств на сумму 18 770 000 руб.

ФИО12 01.08.2018 по договорам цессии приобретены права требования к обществу «Полистил» по всем семи договорам займа.

Между ФИО12 и обществом «Полистил» заключено дополнительное соглашение от 01.01.2020 к договорам займа, согласно которому размер задолженности составляет 26 498 005 руб., стороны изменили процентную ставку за пользование займами, установив ее равной 7,55% годовых.

Согласно договору уступки права требования (цессии) от 02.08.2021 ФИО12 уступил свои права по всем указанным выше договорам денежного займа новому кредитору ФИО1

ФИО1 вручил должнику досудебную претензию от 31.08.2021 с требованием погасить сумму долга.

В ответ на претензию общество «Полистил» признало наличие долга, но попросило об отсрочке до 30.11.2021.

Позже, 13.12.2021, ФИО1 вновь направил претензию руководителю должника о досрочном возврате долга, в ответ на которую должник сообщил об отсутствии у него денежных средств для обслуживания долга.

Неисполнение требований претензии послужило основанием для обращения ФИО1 в арбитражный суд с иском. Решением Арбитражного суда Пермского края от 25.04.2022 по делу № А50-31887/2021 с должника в пользу ФИО1 взыскано 19 585 721 руб. 50 коп., в том числе 18 113 262 руб. 23 коп. основного долга, 1 472 459 руб. 32 коп. процентов за пользование займом.

Согласно протоколу общего собрания учредителей от 18.01.2013 № 1, учредителем общества «Полистил» с размером доли 7000 руб., что составляет 70% уставного капитала, является ФИО12, с ноября 2015 года ФИО12 владеет 100% доли в уставном капитале.

С 28.07.2014 по 14.04.2023 ФИО6 являлась директором общества «Полистил», с 17.08.2018 владеет 100% доли в уставном капитале общества. С 14.04.2023 директором должника стал ФИО13

ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 11.08.2021, то есть спустя 9 дней с момента приобретения прав требования к должнику у ФИО12

От ФИО6 получены пояснения о том, что она обязанностей и функций участника общества никогда не исполняла, 100 % долей в обществе владела номинально, зарегистрировала ее на себя в августе 2018 года по просьбе фактических собственников, оплата за долю реально не производилась, никаких решений ей как участником общества не принималось, во время руководства ФИО6 осуществлялся только текущий ремонт и наладка оборудования; ФИО12, ФИО11 и ФИО1 являются родственниками и фактически управляли делами общества как 100% участники. ФИО11 с 2013 по 2016 годы являлся генеральным директором АО «Газпром газораспределение Пермь», с 2016 по 2018 годы – генеральным директором ООО «Газпром межрегионгаз Пермь». В это же время ФИО9 и ФИО10 последовательно являлись руководителям обособленного подразделения ООО «Уралгазсервис» в г. Кудымкар, то есть находились в отношениях соподчинения с ФИО11 Указанные пояснения документально не были опровергнуты.

ФИО11 является отцом  супруги ФИО1.(брак зарегистрирован в 2017 году), ФИО12 является племянником ФИО11

Апелляционный суд пришел к выводу о том, что  между ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО14, ФИО1 и должником фактически возникли правоотношения из участия в уставном капитале общества.

Так, уставный капитал общества был сформирован в минимальной сумме, общество свою хозяйственную деятельность смогло вести только после приобретения оборудования и его установки. Для этого ФИО11, ФИО10, ФИО9 предоставили денежные средства по договорам займа в общей сумме 18 846 000 руб. (семь договоров). Займы были предоставлены на 3-4 года. После истечения сроков выдачи займов они не истребовались. Вместо этого, права требования по всем семи договорам были уступлены ФИО12 по договорам уступки от 01.08.2018. ФИО12 также займы не истребовал, 01.01.2020 было заключено дополнительное соглашение, которым должник признал наличие долга по займам, изменена процентная ставка, а также установлен график платежей. После чего ФИО12 уступил свои права требования к должнику ФИО1 по договору уступки от 02.08.2021. 21.12.2021 ФИО1 обратился с иском к должнику о взыскании задолженности по названным выше договорам займа, между тем после вынесения судебного акта в его пользу к принудительному исполнению его также не обратил.

Из изложенного следует, что указанные лица в данной ситуации действовали с единственной целью - перераспределение риска утраты крупного вклада на случай неуспешности коммерческого проекта, повлекшей банкротство подконтрольной организации. Однако в ситуации прибыльности данного проекта все преимущества относились бы на этих контролирующих лиц.

Таким образом, заявленные требования вытекают из факта участия, так как предоставление займов имело целью дофинансирование общества - пополнение оборотного капитала (доказательств обратного материалы дела не содержат), в связи с чем не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов.

Избранная контролирующими лицами процедура финансирования должника уже в момент ее выбора приводила к очевидному дисбалансу прав должника и прав независимых кредиторов, поскольку при наделении имуществом происходило и увеличение обязательств должника, исполнение которых не представлялось возможным, ввиду отсутствия у должника денежных средств и имущества.

При изложенных обстоятельствах, заявленные ФИО1 требования признаны судом подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (пункт 2 ст. 69 АПК РФ).

Таким образом, ФИО1 является фактически аффилированным по отношению к должнику лицом, принимавшим участие в докапитализации общества - пополнении его оборотного капитала.

В рассматриваемом случае, договоры займа между ФИО1 и должником были заключены 05 и 10 августа 2021 года после приобретения прав требования к должнику по договору цессии от 02.08.2021 при наличии задолженности по основному долгу в размере 19 585 721 руб. 50 коп.

При этом при наличии задолженности в соответствующем размере ФИО1 вновь предоставляются займы должнику со сроком возврата 31.12.2022.

Данные обстоятельства, с учетом ранее установленных, также свидетельствуют о корпоративном характере рассматриваемых займов.

Спорные перечисления в общей сумме 2 493 000 руб. произведены в период с 01.03.2022 по 13.09.2022.

При этом на момент данных перечислений, у должника уже имелись неисполненные обязательства перед независимыми кредиторами:

- ООО «Вектор К Пласт» (правопреемник ООО «Русь»), сумма основного долга 1 470 000 руб. возникла с 27.06.2021,

- ООО «Арт Полиграф», сумма основного долга 5 062 692,90 руб. возникла с 22.04.2020,

- ООО «НКХ Трейд», сумма основного долга 3 553 000 руб. возникла с 18.08.2021.

Требования данных кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника, не погашены.

Таким образом, возврат ответчику денежных средств в размере 2 493 000 руб. в счет исполнения обязательств по ранее возникшим правоотношениям из договоров займа, фактически опосредующих правоотношения по компенсационному финансированию должника, то есть в пользу внутреннего кредитора, осуществлен при наличии задолженности перед независимыми внешними кредиторами.

При этом являясь фактически аффилированным по отношению к должнику лицом, ФИО1 не мог не знать о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами.

В свою очередь наличие неисполненных обязательств перед кредиторами, требования которых были впоследствии включены в реестр требований кредиторов, указывает на наличие у должника признаков неплатежеспособности в период совершения спорных платежей.

Основанием для возврата денежных средств указано исполнение обязательств по договорам займа, между тем их исполнение не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов.

Таким образом, факт осведомленности сторон сделки о причинении вреда должнику и кредиторам, а также факт причинения спорной сделкой вреда должнику и кредиторам подтверждается материалами дела. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов в данном случае предполагается, ввиду совершения сделок с заинтересованным лицом при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Совокупность установленных судом первой инстанции обстоятельств с очевидностью свидетельствует о том, что предоставление ФИО1 займов должнику является компенсационным финансированием,  соответственно платежи по возврату займов должником в пользу ФИО1, являются возвратом компенсационного финансирования.

В данном случае ФИО1 (аффилированным лицом) и должником созданы условия для максимально возможного погашения обязательств, возникших из отношений по компенсационному финансированию (для изъятия этого финансирования) в ущерб интересам независимых кредиторов, то есть для переложения на последних риска утраты компенсационного финансирования, что очевидно свидетельствует о нарушении их имущественных интересов.

Таким образом, заявление конкурсного управляющего о признании оспариваемой сделки недействительной как подозрительной направлено на защиту прав внешних кредиторов, понесших от данных сделок имущественные потери.

Удовлетворение ответчиком (аффилированным лицом) своего требования путем возврата займа влечет причинение вреда имущественным правам кредиторов и подпадает под признаки подозрительной сделки, предусмотренные п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае установлена вся совокупность обстоятельств подозрительной сделки, в связи с чем оспариваемые платежи являются недействительными по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку доказательств, выходящих за пределы признаков подозрительной сделки, не представлено, определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), оснований для квалификации оспариваемой сделки как причиняющей вред на основании ст.ст. 10 и 168 ГК РФ не имеется.

Согласно ч. 2 ст. 167 ГК РФ и ст. 61.6 Закона о банкротстве при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

С учетом действительности договоров займа, суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки в виде двусторонней реституции.

В силу ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

На основании п. 2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда заявитель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 32 Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ); в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Конкурсный управляющий ФИО4 утверждена решением суда от 04.12.2023 (резолютивная часть от 27.11.2023).

Руководствуясь положениями п. 2 ст. 126, ст. 129 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в п. 32 Постановления № 63, п. 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», исходя из того, что ФИО4 конкурсным управляющим должника утверждена решением суда от 27.11.2023 (объявлена резолютивная часть), при этом ранее исполняла обязанности временного управляющего должника и анализировала перечисления по счету должника, указывала ФИО15 в качестве аффилированного контрагента должника, именно с этой даты (27.11.2023) у нее возникли предусмотренные ст. 129 Закона о банкротстве полномочия, соответственно заявление об оспаривании платежей поступило в арбитражный суд за пределами годичного срока исковой давности (02.12.2023).

Конкурсным управляющим 15.04.2023 заявлено ходатайство о восстановлении срока исковой давности, мотивированное тем, что полный текст решения о признании должника несостоятельным (банкротом) опубликован на сайте Арбитражного суда Пермского края 05.12.2023.

Апелляционная коллегия полагает ходатайство конкурсного управляющего подлежащим удовлетворению, учитывая неочевидность для него даты начала течения срока исковой давности, а также незначительность пропуска (4 дня).

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 14 мая 2025 года по делу № А50-11406/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.


Председательствующий


М.С. Шаркевич


Судьи


Э.С. Иксанова


М.А. Чухманцев