Постановление от 10 сентября 2018 г. по делу № А03-19269/2016

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


город Томск Дело № А03-19269/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 10 сентября 2018 года


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Кудряшевой Е.В.,

судей Иванова О.А.,

Логачева К.Д.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, помощником судьи Мозгалиной И.Н. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы публичного акционерного общества «Сбербанк России» (№ 07АП-1527/2017(6)), арбитражного управляющего ФИО2 (07АП-1527/2017(7)) на определение от 08.05.2018 Арбитражного суда Алтайского края (ФИО3) по делу № А03-19269/2016 о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (город Славгород Алтайского края, ОГРНИП 304221023700025, ИНН <***>) по заявлению ФИО4 о признании незаконными действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО2 при исполнении им обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено: публичное акционерное общество страховая компания «Росгосстрах», город Люберцы, Московская область.

В судебном заседании приняли участие:

от ПАО «Сбербанк России»: ФИО5 на основании доверенности от 23.03.2017,

УСТАНОВИЛ:

определением от 09.11.2016 Арбитражного суда Алтайского края по заявлению ПАО «Сбербанк России» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО4

Определением суда от 30.01.2017 заявление о признании ИП ФИО4 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2 Объявление о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» 11.02.2017.

Решением суда от 31.05.2017 (резолютивная часть объявлена 30.05.2017) ИП ФИО4 признана несостоятельной (банкротом) и в отношении нее открыта процедура реализации имущества сроком до 30.10.2017, финансовым управляющим имуществом должника утверждён ФИО2 Объявление опубликовано в газете «Коммерсантъ» 10.06.2017.

22.01.2018 в Арбитражный суд Алтайского края поступило заявление ФИО4, г.Славгород Алтайского края (далее – должник, ИП ФИО4) о признании незаконными действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО2 (далее – ФИО2) при исполнении им обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ИП ФИО4, выразившихся в:

начислении и выплате мораторных процентов ПАО «Сбербанк России» в размере 896 678 руб.63 коп.,

выплате процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 1 200 050 руб. 37 коп.;

оплате текущих налогов на сумму 852 124 руб. 16 коп., реестровых налогов – 224 783 руб. 61 коп.;

непринятии мер по списанию обязательных платежей должника, подпадающих под действие Федерального закона от 28.12.2017 №436-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (о налоговой амнистии);

непринятии мер по снижению кадастровой стоимости объектов недвижимости (земельных участков и расположенных на них нежилых помещений), принадлежащих должнику;

выставлении на торги и продаже имущества ИП ФИО4 по заниженной стоимости,

причинении арбитражным управляющим должнику убытков.

Заявление со ссылкой на статьи 20.3, 20.6, 60, 126, 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) обосновано наличием со стороны финансового управляющего многочисленных грубых нарушений, ущемлением прав и законных интересов должника, что привело к причинению последнему убытков.

Определением от 23.01.2018 суд принял заявление к производству, и в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлек участию в деле в качестве третьего лица для рассмотрения обособленного спора публичное акционерное общество страховая компания «Росгосстрах» (далее – ПАО СК «Росгосстрах»).

16.03.2018 должник уточнил заявление, просил признать незаконными действия финансового управляющего ФИО2, выразившиеся:

в распределении денежных средств, поступивших в конкурсную массу должника ФИО4 в части: начисления и выплаты мораторных процентов в ПАО Сбербанк в сумме 896 678,63 руб.; оплаты в составе текущих платежей реестровой задолженности по налогу на имущество и земельному налогу в сумме 334 438,91 руб., не включенной в реестр; оплаты реестровых налогов и обязательных платежей, подлежащих списанию в сумме 40 207,38 руб.;

в ненаправлении денежных средств в общем размере 1 213 886,25 руб. на погашение требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника;

в непринятии мер по проверке обоснованности безакцептного списания денежных средств со счета должника в сумме 79 299,86 руб. по инкассовым поручениям в период с 05.07.2017 по 30.10.2017; по списанию обязательных платежей должника, подпадающих под действие Федерального закона от 28.12.2017 № 436-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (о налоговой амнистии); по снижению кадастровой стоимости объектов недвижимости (земельных участков и расположенных на них нежилых помещения), принадлежащих должнику; по оспариванию начальной цены заложенного имущества, предложенной ПАО «Сбербанк России», и выставлении на торги и продаже имущества должника по заниженной стоимости;

в несовершении финансовым управляющим ФИО2 действий по возврату излишне уплаченных налогов и сборов;

взыскать с арбитражного управляющего ФИО2 убытки в размере выплаты мораторных процентов в ПАО «Сбербанк России» в сумме 896 678,63 руб., в размере оплаты в составе текущих платежей реестровой задолженности по налогу на имущество и земельному налогу в сумме 334 438,91 руб., не включенной в реестр; в размере погашения налогов и обязательных платежей, подлежащих списанию в сумме 40 207,38 руб.;

обязать финансового управляющего перечислить зарезервированные на специальном счете проценты по вознаграждению финансового управляющего в сумме 1200 050,37 руб. на основной счет должника и направить их на погашение требований кредиторов, включенных в реестр;

отстранить ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) должника.

28.04.2018 заявитель просил дополнить просительную часть требованием об отказе финансовому управляющему ФИО2 в выплате процентов по вознаграждению в полном объеме в сумме 1 200 050 руб. и взыскании с последнего убытков в указанной сумме, в остальной части поддержал ранее заявленные требования.

Определением от 08.05.2018 Арбитражного суда Алтайского края (резолютивная часть объявлена 27.042018) действия арбитражного управляющего ФИО2 при исполнении им обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ИП ФИО4, выразившиеся: - в начислении и выплате мораторных процентов кредитору ПАО «Сбербанк России» в сумме 896 678,63 руб.; - в выплате суммы процентов по вознаграждению финансового управляющего в сумме 1 200 050,0 руб.; - в оплате в составе текущих платежей реестровой задолженности по налогу на имущество и земельному налогу, не включенной в реестр требований кредиторов должника, в сумме 331 067,50 руб. признаны незаконными. С арбитражного управляющего ФИО2 в пользу ИП ФИО4 взысканы убытки в размере 2 427 796 руб. 13 коп., ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве индивидуального предпринимателя ФИО4, г.Славгород Алтайского края (ОГРНИП 304221023700025, ИНН <***>). В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

ПАО Сбербанк и арбитражный управляющий ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение в части признания действий арбитражного управляющего незаконными и отстранения его от исполнения обязанностей финансового управляющего, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права.

ПАО Сбербанк в обоснование апелляционной жалобы указывает на ошибочность выводов суда об отсутствии правовых оснований для начисления и выплаты залоговому кредитору мораторных процентов в процедуре реализации имущества гражданина. По мнению кредитора, действия финансового управляющего по перечислению денежных средств в размере 1 200 050 руб. до вынесения судебного акта считает соответствующими требованиям закона, и отнесение данных денежных средств к убыткам должника полагает ошибочным. В части перечисления денежных средств в бюджет, считает, что финансовым управляющим приняты все меры по установлению обязательств должника.

Арбитражный управляющий ФИО2 в обоснование апелляционной жалобы указывает, что исходил из законодательно установленных положений о применении главы VII Закона о банкротстве к отношениям, связанным с банкротством граждан, неурегулированным главой Х Закона, следовательно, из обязанности начислить и выплатить кредитору ПАО Сбербанк мораторные проценты. Заявитель считает, что для удовлетворения требования финансового управляющего о выплате вознаграждения, обязанность обращаться в суд с соответствующим ходатайством отсутствуют, поскольку размер процентов определен пунктом 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве. Полагает, что удовлетворяя соответствующее требование налогового органа, действовал разумно и добросовестно, следовательно, вина арбитражного управляющего в спорной ситуации отсутствуют. По мнению арбитражного управляющего факт причинения убытков должнику и кредиторам отсутствует, так как производство по делу о банкротстве в отношении должника не завершено.

Уполномоченный орган в отзыве считает судебный акт подлежащим отмене в части признания незаконными действий арбитражного управляющего по оплате в составе текущих платежей реестровой задолженности по налогу на имущество и земельному налогу, не включенной в реестр требований кредиторов должника, в сумме 331 067,50 руб. и взыскании в этой части убытков. В остальной части считает судебный акт законным и обоснованным.

Судебное заседание откладывалось для представления участниками обособленного спора документально обоснованных пояснений по существу рассматриваемого обособленного спора.

В связи с заменой в составе суда судьи Фроловой Н.Н. на судью Логачева К.Д., рассмотрение обособленного спора начато с самого начала.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ПАО Сбербанк поддержал доводы апелляционной жалобы по основаниям, в ней изложенным, согласился с доводами апелляционной жалобы арбитражного управляющего.

Иные участвующие в деле о банкротстве лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили.

В соответствии с положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

В судебном заседании объявлялся перерыв.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ. Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

Возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило.

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено лишь в части признания незаконными действий финансового управляющего ФИО2 и отстранении его от исполнения обязанностей финансового управляющего.

В части отказа в удовлетворении жалобы должника на действия финансового управляющего, законность и обоснованность судебного акта не подлежит проверке.

Дополнительные доказательства, представленные во исполнение определения суда апелляционной инстанции подлежат приобщению к материалам дела в соответствии с частью 2 статьи 268 АПК РФ в целях полного и всестороннего исследования обстоятельств дела.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзыва, проверив законность и обоснованность определения арбитражного суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, исходя из доводов апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судебный акт подлежит изменению в обжалуемой части, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве предусмотрено, что арбитражный суд рассматривает жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действиями арбитражного управляющего.

По смыслу указанной нормы основанием удовлетворения жалобы кредитора о нарушении его прав и законных интересов действиями (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушение такими действиями прав и законных интересов данного кредитора.

Интересы должника и его кредиторов могут быть соблюдены при условии соответствия действий арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, которые регламентируют его деятельность по осуществлению процедур банкротства.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основной круг прав и обязанностей финансового управляющего определен в статьях 20.3, 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий финансового управляющего незаконными и отстранения его от исполнения возложенных на него обязанностей.

С момента возбуждения производства по делу о банкротстве должника все процедуры банкротства осуществляются под контролем арбитражного суда, в том числе за деятельностью арбитражного управляющего.

Полагая, что возложенные на финансового управляющего обязанности, исполняются им ненадлежащим образом, должник обратился в суд с настоящей жалобой.

Суд первой инстанции признал заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции, проверив законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части, пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела на основании представленных доказательств.

Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом:

- или факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей);

- или факта несоответствия этих действий требованиям разумности;

- или факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности.

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если неправомерными или недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям добросовестности и разумности.

При отсутствии нарушения прав и законных интересов жалоба в деле о банкротстве не может быть удовлетворена в любом случае, даже если действия арбитражного управляющего действительно не соответствуют закону.

Институт обжалования действий арбитражного управляющего в деле о банкротстве (в отличие от привлечения его к административной ответственности) имеет целью реальную защиту и восстановление нарушенных материальных прав кредиторов (уполномоченного органа).

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная в названной норме, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу названной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер убытков и причинно-следственную связь между первым и вторым обстоятельствами.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, в ходе процедуры реализации имущества гражданина с расчетного счета должника произведена оплата текущих налогов в сумме 852 124,16 руб., из которых:

79 299,86 руб. – списаны банком по инкассовым поручениям Межрайонной ИФНС России № 9 по Алтайскому краю;

772 824,30 руб. - оплачены 08.12.2017 в бюджет по платежным поручениям на основании полученного финансовым управляющим имуществом должника ФИО2 письма Межрайонной ИФНС России № 9 по Алтайскому краю от 07.12.2017 № 05-40/010370.

Из текста указанного письма усматривается, что у ИП ФИО4 имеется задолженность по текущим платежам, в том числе:

по транспортному налогу: 18 420 руб. – основной долг, 30,39 руб. – пени;

по налогу на имущество физических лиц: 3 676,6 руб. – основной долг, 5,03 руб. – пени;

по земельному налогу: 749 456,9 коп. – земельный налог, 1 235,38 руб. – пени.

На основании налогового уведомления №39994445 от 12.10.2017, с учетом письменных пояснений налогового органа, а также представленных в материалы дела налоговых уведомлений № 725777, № 527240, судом первой инстанции установлено, что в указанную сумму текущей задолженности, налоговый орган включил также задолженность, образовавшуюся до возбуждения дела о банкротстве, а именно:

по земельному налогу в сумме 328 780,0 руб. - за 2015 год, 371 руб. - за 2014 год, 370,90 руб. - за 2013 год;

по налогу на имущество физических лиц в сумме 920 руб. – за 2015 год; 625,6 руб. - за 2014 год.

Поскольку вышеуказанная задолженность но налогам в реестр требований кредиторов должника включена не была, что не опровергалось уполномоченным органом в ходе рассмотрения заявления, суд первой инстанции пришел к выводу, что оснований для перечисления денежных средств в счет ее погашения на сумму 331 067,50 руб. у финансового управляющего не имелось.

Давая оценку доводу ФИО2 об отсутствии у него информации о фактическом размере текущей задолженности перед бюджетом ввиду непередачи должником всей документации, суд первой инстанции признал его необоснованным, поскольку указанные обстоятельства не являются основанием для освобождения арбитражного управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей.

Письмо Межрайонной ИФНС России № 9 по Алтайскому краю от 07.12.2017 № 05-40/010370, содержащее сведения о наличии задолженности, носит информационный характер и первичным документом, подтверждающим задолженность, не является.

Финансовый управляющий, действуя разумно и добросовестно, должен был убедиться в достоверности этих сведений на основании анализа налоговых деклараций и уведомлений налогового органа, однако указанных мер не предпринял. Доказательства обращения финансового управляющего в налоговый орган с целью получения первичных документов для последующего расчета текущей задолженности в материалах дела отсутствуют.

Доказательств принятия своевременных мер, направленных на возврат денежных средств, ошибочно перечисленных в адрес налогового органа, финансовым управляющим также не представлено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, действия финансового управляющего по оплате в составе текущих платежей реестровой задолженности по налогу на имущество и земельному налогу, не включенной в реестр требований кредиторов должника, не могут быть признаны добросовестными, разумными и обоснованными.

Суд апелляционной инстанции, также отмечает, что с введением в отношении должника процедуры банкротства, требования к нему должны предъявляться и удовлетворятся в соответствии положениями Закона о банкротстве, и установленном данным законом порядке и очередностью.

При таких обстоятельствах, действия финансового управляющего по перечислению в бюджет денежных средств в сумме 331 067,50 руб., которые не были установлены в рамках дела о банкротстве гражданина, привели к причинению убытков должнику и его кредиторам, поскольку указанные денежные средства могли быть направлены на погашение реестровых требований.

Признавая обоснованными доводы жалобы должника относительно несоответствия Закону о банкротстве действий финансового управляющего по выплате процентов по вознаграждению в сумме 1 200 050 руб., суд первой инстанции установил следующее.

Право финансового управляющего на получение процентов к своему вознаграждению в процедуре реализации имущества должника предусмотрено пунктами 1 и 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу второму пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок. Данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.

Из материалов дела следует, что на расчетный счет должника поступили денежные средства в размере 17 157 980 руб. 84 коп., в том числе: 909 594 руб. – арендные платежи от сдачи в аренду залогового имущества; 16 233 982, 70 руб. – выручка от реализации залогового имущества; 14 404,14 руб.- социальная пенсия.

Финансовый управляющий произвел расчет процентов по вознаграждению, размер которых составил 1 200 050 руб. 37 коп.

Двумя платежами 07.12.2017 на сумму 983 050 руб. 37 коп. и 13.12.2017 на сумму 217 000 руб. ФИО2 произвел выплату начисленного вознаграждения.

Вместе с тем, исходя из общего принципа, который усматривается из положений в пункта 4 статьи 20.3, статьи 20.7 Закона о банкротстве и изложен в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве», правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частно-правовой встречный характер и вознаграждение управляющему подлежит выплате, если арбитражный управляющий надлежащим образом исполнял свои обязанности.

При рассмотрении вопроса о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего суду следует учитывать, в частности, имелись ли случаи признания судом незаконными действий этого управляющего, или необоснованными понесенных им за счет должника расходов, или недействительными совершенных им сделок, причинил ли он убытки должнику, а также имелись ли периоды, когда управляющий фактически уклонялся от осуществления своих полномочий.

Каких-либо исключений и особенностей в данной части глава X «Банкротство граждан» Закона о банкротстве не содержит.

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции, что законодательство о банкротстве не позволяет арбитражному управляющему осуществлять действия по распоряжению конкурсной массой путем направления денежных средств на уплату процентов по вознаграждению арбитражного управляющего до определения их размера и взыскания с должника в соответствующем судебном акте (абзац третий пункта 12.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97).

Вопреки доводам апелляционных жалоб, денежные средства на выплату процентов по вознаграждению подлежали резервированию на специальном счете должника до рассмотрения судом заявления финансового управляющего об их выплате.

Вместе с тем, с таким заявлением ФИО2 в суд не обращался.

Доводы апелляционных жалоб о праве арбитражного управляющего перечислить на свой счет проценты в отсутствие судебного акта, установившего их размер, основаны на неверном толковании норм права.

При таких обстоятельствах, действия финансового управляющего, выразившиеся в перечислении процентов по вознаграждению в общем размере 1 200 050 руб., не соответствуют требованиям Закона о банкротстве и лишили кредиторов и должника возможности заявить свои возражения.

Давая оценку доводу жалобы должника о необоснованном начислении финансовым управляющим с последующей выплатой залоговому кредитору ПАО «Сбербанк России» мораторных процентов в размере 896 678 руб. 63 коп., суд первой инстанции исходил из следующего.

Факт начисления и последующего перечисления залоговому кредитору ПАО «Сбербанк России» мораторных процентов в размере 896 678 руб. 63 коп. подтверждается материалами дела и финансовым управляющим не оспаривается.

Согласно пункту 2 статьи 213.19 Закона о банкротстве на сумму требований конкурсного кредитора или уполномоченного органа, включенных в план реструктуризации долгов гражданина, утвержденный арбитражным судом, начисляются проценты в размере ставки рефинансирования, установленной Банком России на дату утверждения плана реструктуризации долгов гражданина.

Соглашением между финансовым управляющим и конкурсным кредитором может быть предусмотрен меньший размер подлежащих уплате процентов или более короткий срок начисления процентов по сравнению с предусмотренными настоящим пунктом размером или сроком.

Начисление процентов, предусмотренных настоящей статьей, осуществляется финансовым управляющим после удовлетворения в полном объеме требований кредиторов в соответствии с реестром требований кредиторов и при условии достаточности у гражданина денежных средств для уплаты процентов.

Период начисления процентов начинается с даты введения реструктуризации долгов гражданина и оканчивается датой вынесения арбитражным судом определения о прекращении производства по делу о банкротстве гражданина, либо датой удовлетворения указанных требований гражданином или третьим лицом в ходе реструктуризации долгов гражданина, либо датой вынесения определения об отмене плана реструктуризации долгов гражданина и о признании его банкротом.

Таким образом, по смыслу приведенной нормы права требования кредиторов о начислении и выплате процентов могут быть предъявлены только с даты введения процедуры реструктуризации долгов гражданина и утверждения арбитражным судом плана реструктуризации долгов гражданина, поскольку в указанном плане отражается расчет источников дохода, за счет которого производится погашение долгов перед кредитором, а также предусмотрена возможность выплата процентов в соответствии с пунктом 2 статьи 213.19 Закона о банкротстве.

Поскольку план реструктуризации долгов гражданина ИП ФИО4 не утверждался, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что кредитора ПАО Сбербанк право на получение мораторных процентов за процедуру реструктуризации долга, не возникло.

Соответственно у финансового управляющего отсутствовали правовые основания для начисления и выплаты залоговому кредитору ПАО Сбербанк мораторных процентов за период с 30.01.2017 по 29.05.2017, что повлекло убытки для должника.

В соответствии с пунктом 12 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий может быть освобожден или отстранен арбитражным судом от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина в случаях и в порядке, которые предусмотрены статьей 83 настоящего Федерального закона в отношении административного управляющего.

Пунктом 5 статьи 83 Закона о банкротстве установлено, что арбитражный управляющий может быть отстранен от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе, в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение нарушило права или законные интересы этого лица, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки, причиненные должнику или его кредиторам.

Исходя из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 56 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», отстранение арбитражного управляющего по ходатайству собрания кредиторов либо лица, участвующего в деле о банкротстве, связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2, пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

В пункте 7 Информационного письма от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» разъяснено, что при рассмотрении вопроса об отстранении конкурсного управляющего по жалобе лиц, участвующих в деле о банкротстве (абзац 3 пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве), необходимо установить, повлекло ли или могло ли повлечь допущенное им нарушение причинение убытков должнику или его кредиторам.

Нарушение конкурсным управляющим прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, само по себе не является основанием для отстранения данного конкурсного управляющего. Если эти нарушения не повлекли причинение убытков у лица, требующего отстранения конкурсного управляющего, и не создали ситуации, в которой такие убытки могли возникнуть, конкурсный управляющий не может быть отстранен по основанию, предусмотренному абзацем 3 пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве.

Отстранение конкурсного управляющего должно использоваться в той мере, в какой оно позволяет восстановить нарушенные права или устранить угрозу их нарушения (абзац третий пункта 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»).

В пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» разъяснено, что отстранение представляет собой меру, направленную на пресечение действий, составляющих нарушение права, в будущем, направленную также на то, чтобы не допустить действий (бездействия) конкурсного управляющего, угрожающих, в частности, целостности конкурсной массы, в будущем.

Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции о возможности применения вышеизложенных разъяснений к спорным отношениям.

Учитывая, что финансовым управляющим ФИО2 допущены существенные нарушения требований Закона о банкротстве, данные нарушения повлекли нарушение прав и законных интересов должника и его кредиторов, причинение им убытков, подлежащих взысканию с финансового управляющего, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО4

Вопреки доводам апелляционных жалоб, установленные судом первой инстанции обстоятельства, подтверждают наличие оснований для отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего. Доводы ПАО Сбербанк и арбитражного управляющего выражают несогласие с выводами суда в этой части, и основаны на иной оценке установленных судом обстоятельств.

Вместе с тем, суд признает обоснованными доводы апелляционных жалоб в части ошибочности вывода суда первой инстанции об отсутствии положений, устанавливающих возможность и порядок начисления мораторных процентов в процедуре реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Согласно пункту 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве на сумму требований конкурсного кредитора, уполномоченного органа в размере, установленном в соответствии со статьей 4 Закона о банкротстве, начисляются проценты в порядке и в размере, которые предусмотрены настоящей статьей.

При этом следует учитывать, что по своей правовой природе проценты, начисленные в порядке пункта 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве, являются специальной ответственностью должника, предусмотренной Законом о банкротстве, а не финансовой санкцией в виде процентов за пользование чужими денежными средствами, и подлежат удовлетворению одновременно с погашением основного долга по денежным обязательствам и требований к должнику об уплате обязательных платежей в порядке очередности, установленной статьей 134 Закона о банкротстве.

Из смысла вышеуказанных норм права следует, что мораторные проценты входят в состав процентов по требованию залогового кредитора, погашаемых в силу абзаца первого пункта 1 и абзаца первого пункта 2 статьи 138 Закона о банкротстве преимущественно перед требованиями остальных кредиторов.

В силу общих положений статьи 18.1 Закона о банкротстве, которая распространяется и на процедуру несостоятельности гражданина, залоговый кредитор имеет преимущественное право на погашение своих требований за счет реализации предмета залога по отношению к иным кредиторам третьей очереди.

Пунктами 1, 2 статьи 138 Закона о банкротстве предусмотрено, что на погашение требований конкурсного кредитора по обязательству, обеспеченному залогом имущества должника, направляется определенная данным Законом часть средств, вырученных от реализации предмета залога, но не более чем основная сумма долга.

Согласно положениям пункта 4 статьи 213.26 Закона о банкротстве продажа предмета залога осуществляется в порядке, установленном пунктами 4, 5, 8 - 19 статьи 110 и пунктом 3 статьи 111 настоящего Закона, с учетом положений статьи 138 данного Закона с особенностями, установленными настоящим пунктом.

Исходя из изложенного, обязательство перед залоговым кредитором подлежит погашению в полном объеме за счет, средств, вырученных от предмета залога, включая мораторные проценты, на получение которых вправе был претендовать залоговый кредитор.

Пунктом 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве определены особенности порядка удовлетворения требований залогового кредитора в деле о банкротстве должника-гражданина.

Так, восемьдесят процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, направляется на погашение требований кредитора по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника.

Денежные средства, оставшиеся от суммы, вырученной от реализации предмета залога, вносятся на специальный банковский счет гражданина, открытый в соответствии со статьей 138 настоящего Федерального закона, в следующем порядке:

- десять процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований;

- оставшиеся денежные средства для погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога.

Денежные средства, предназначавшиеся для погашения требований кредиторов первой и второй очереди и оставшиеся на специальном банковском счете гражданина после полного погашения указанных требований, включаются в конкурсную массу.

Денежные средства, оставшиеся после полного погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога, направляются на погашение части обеспеченных залогом имущества гражданина требований конкурсных кредиторов, не погашенной из стоимости предмета залога в соответствии с настоящим пунктом.

Денежные средства, оставшиеся после полного погашения расходов, предусмотренных настоящим абзацем, и требований кредиторов, обеспеченных залогом реализованного имущества, включаются в конкурсную массу. Не удовлетворенные за счет стоимости предмета залога требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества гражданина, удовлетворяются в составе требований кредиторов третьей очереди.

Как следует из материалов дела, арендные платежи от сдачи в аренду залогового имущества оставили 909 594 руб. 00 коп., выручка от реализации залогового имущества – 16 233 982 руб. 70 коп., а всего 17 143 576 руб. 70 коп.

80 % от суммы, вырученной от реализации предмета залога и арендных платежей от сдачи в аренду залогового имущества, составляет 13 714 861 руб. 36 коп.

Требования ПАО Сбербанка, включенные в реестр требований кредиторов, и погашенные в процедуре реализации имущества – 13 452 994 руб. 54 коп.

Соответственно, мораторные проценты, начисленные за процедуру реализации имущества гражданина, подлежали выплате за счет средств, вырученной от реализации предмета залога и арендных платежей от сдачи в аренду залогового имущества в пределах 80 %. Соответственно действия финансового управляющего по выплате 261 866 руб. 82 коп. (из расчета: 13 714 861 руб. 36 коп. - 13 452 994 руб. 54 коп.) в пользу залогового кредитора ПАО Сбербанк, являются правомерными.

В этой связи основания для признания действий арбитражного управляющего ФИО2 в этой части и взыскания с него убытков в размере 261 866 руб. 82 коп. у суда первой инстанции отсутствовали.

Выводы суда первой инстанции в этой части основаны на неверном толковании норм права.

Разрешая вопрос по существу, суд апелляционной инстанции считает, что в удовлетворении жалобы должника в части признания незаконными действий арбитражного управляющего ФИО2 выразившиеся в начислении и выплате мораторных процентов кредитору ПАО «Сбербанк России» размере 261 866 руб. 82 коп., а также взыскании с арбитражного управляющего ФИО2 в пользу должника убытков в сумме 261 866 рублей 82 копеек следует отказать.

В остальной обжалуемой части выводы суда первой инстанции являются правильными и основания для отмены судебного акта у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Остальные доводы апелляционных жалоб по существу сводятся к иному пониманию и толкованию выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем не могут служить основанием для отмены оспариваемого определения.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктами 3 и 4 части 1 статьи 270, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 08.05.2018 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-19269/2016 изменить в части признания незаконными действий арбитражного управляющего ФИО2 выразившиеся в начислении и выплате мораторных процентов кредитору ПАО «Сбербанк России» и взыскании с арбитражного управляющего ФИО2 в пользу должника убытков в сумме 261 866 рублей 82 копеек.

Принять в этой части новый судебный акт, изложив в следующей редакции.

Признать незаконными действия арбитражного управляющего ФИО2 при исполнении им обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве индивидуального предпринимателя ФИО4, г.Славгород Алтайского края (ОГРНИП 304221023700025, ИНН <***>), выразившиеся: - в начислении и выплате мораторных процентов кредитору ПАО «Сбербанк России» в сумме 634 811 рублей 81 копейки; - в выплате суммы процентов по вознаграждению финансового управляющего в сумме 1 200 050 рублей; - в оплате в составе текущих платежей реестровой задолженности по налогу на имущество и земельному налогу, не включенной в реестр требований кредиторов должника, в сумме 331 067 рублей 50 копеек.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4, г.Славгород Алтайского края (ОГРНИП 304221023700025, ИНН <***>) убытки в размере 2 165 929 рублей 31 копейку.

В остальной части определение от 08.05.2018 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-19269/2016 оставить без изменения, а апелляционные жалобы публичного акционерного общества «Сбербанк России» и арбитражного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.


Председательствующий Е.В. Кудряшева


Судьи О.А. Иванов


К.Д. Логачев