Постановление от 22 июля 2025 г. по делу № А50-17317/2022

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-11238/2022-ГК
г. Пермь
23 июля 2025 года
Дело № А50-17317/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 июля 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Бояршиновой О.А.,

судей Балдина Р.А., Коневой О.Ф.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем Седининой Д.А.,

с участием:

от процессуального истца: ФИО1, паспорт, доверенность от 29.05.2025, диплом;

от материального истца: ФИО2, паспорт, доверенность от 10.10.2024, диплом;

от ответчика, ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 26.08.2022, диплом;

от ответчика, ФИО5: ФИО5 (лично), паспорт; ФИО4, паспорт, доверенность от 28.07.2022, диплом;

иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу процессуального истца, ФИО6, на решение Арбитражного суда Пермского края от 24 февраля 2025 года по делу № А50-17317/2022      

по иску ФИО6 действующей в интересах общества с ограниченной ответственностью «Березка» (ОГРН <***>,                         ИНН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), ФИО5,

третьи лица: ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10,  ФИО11, ФИО12, в лице законного представителя матери ФИО11, ФИО13, в лице законного представителя матери ФИО11, ФИО14, ФИО15, в лице законного представителя матери ФИО14, ФИО16 Зибар Низами-Гзы, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО8, в лице законного представителя ФИО7, ФИО23,

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

установил:

истец ФИО6 (далее – процессуальный истец, ФИО6, действуя в интересах общества с ограниченной ответственностью «Березка» (далее – материальный истец, общество «Березка») как его участник, обратилась в Арбитражный суд Пермского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО5 (далее – ФИО5) о признании недействительными:

-        договор купли-продажи жилого помещения между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и обществом «Березка» фактически заключенный 13.09.2018, датированный 30.09.2018;

-        дополнительное соглашение к указанному договору от 01.08.2020;

-        соглашение о расторжении указанного договора от 01.07.2022 с дополнительным соглашением к нему от 13.07.2022.

В порядке применения последствий недействительности сделки процессуальный истец ФИО6 просит:

-        обязать ФИО3 возвратить в собственность общества «Березка» следующие жилые помещения, расположенные на 5 этаже здания общежития по адресу: <...>:

Кадастровый номер помещения

Площадь помещения

59:03:0400068:3449

18,6 кв.м.

59:03:0400068:3454

18,1 кв.м.

59:03:0400068:3455

18,5 кв.м.

59:03:0400068:3456

400,5 кв.м.

59:03:0400068:3457

17,9 кв.м.

59:03:0400068:3458

19,2 кв.м.

59:03:0400068:3459

18,1 кв.м.

- взыскать с ФИО3 и ФИО5 солидарно в пользу общества «Березка» 13 534 891 руб. 71 коп., в том числе: стоимость жилых помещений площадью 261,3 кв.м., отчужденных ФИО3 в пользу третьих лиц, за вычетом суммы произведенной оплаты по договору в размере 6 367 791 руб. 24 коп., денежные средства, уплаченные обществом ФИО3 по соглашению о расторжении договора в размере 119 495 руб. 88 коп., проценты за пользование денежными средствами в размере 2 675 404 руб. 59 коп., доходы, которые ФИО3 должен был получить в виде платы за пользование жилыми помещениями площадью 510,9 кв.м. в размере 4 372 200 руб. (с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, в лице законного представителя матери ФИО11, ФИО13, в лице законного представителя матери ФИО11, ФИО14, ФИО15, в лице законного представителя матери ФИО14, ФИО16 Зибар Низами-Гзы, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО8, в лице законного представителя ФИО7, ФИО23.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 24.02.2025 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО6 обратилась в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит решение отменить.

Заявитель жалобы выражает несогласие с выводом суда об отсутствии оснований для признания сделок недействительными как крупных, совершенных без одобрения, поскольку цена отчужденного имущества не просто превышает 25% балансовой стоимости активов общества, но составляет 50,46% балансовой стоимости активов общества. Несмотря на это, суд пришел к выводу, что сделка не является крупной, поскольку не выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности общества и не соответствует качественному критерию и не приводит к существенному изменению масштабов деятельности общества. Однако делая соответствующие выводы, суд на предмет соответствия количественному критерию анализирует не сделку по продаже 772,2 кв.м. помещений, а сделку по продаже 261,3 кв.м., которая сторонами не заключалась. Выводы суда не имеют ничего общего с реально заключенной и оспариваемой истцом сделкой, которая была заключена в отношении помещений площадью 772,2 кв.м. по цене 18 013 000 руб. (более 50% балансовой стоимости активов). Площадь отчужденных помещений составляет 27,82% от общей площади жилых помещений, принадлежащих обществу, что является существенной долей всех жилых помещений в масштабе деятельности по основному виду деятельности - аренда или управление собственным или арендуемым имуществом. Вывод суда о том, что оспариваемая сделка совершена в рамках обычной хозяйственной деятельности неверный и основан на том, что в течение 2017-2018 годов обществом заключено шесть договоров купли-продажи, которые ФИО6 не оспаривались. При этом, масштабы сделок являются несопоставимыми. Площади отчужденных по шести указанным договорам помещений находятся в интервале от 17,5 до 18,9 кв.м., а цена колеблется от 600 000 руб. до 670 000 руб. Кроме того, покупателями по данным договорам являются различные физические лица, тогда как оспариваемая сделка в отношении многократно большего помещения заключена с одним лицом - ФИО3, супругом директора и участника общества ФИО5 Кроме того, судом не учтено, что цена, по которой изначально была заключена сделка, снижена до 8 078 000 руб., т.е. в 2,22 раза, что само по себе свидетельствует о том, что оспариваемая сделка не является сделкой, заключенной в рамках обычной хозяйственной деятельности. Оспариваемое дополнительное соглашение к договору от 01.08.2020 и соглашения о расторжении договора от 01.07.2022 с дополнительным соглашением к нему от 13.07.2022 также требовали самостоятельного одобрения, на что прямо указано в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», однако суд вопрос о необходимости их отдельного одобрения в соответствии с требованиями ст. 46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» фактически не анализировал и не рассматривал. Кроме того, оспариваемый договор заключен не только с нарушением требований закона, но также с нарушением ограничений, установленных Уставом общества, о чем ФИО3, являющийся супругом директора и участника Общества ФИО5, не мог не знать.

Вывод суда о том, что оспариваемыми сделками обществу не причинен ущерб, основан не на анализе условий реально заключенных сделок, а на произведенном судом самостоятельном расчете рыночной стоимости помещения. При этом, назначение судебной экспертизы было обусловлено именно тем, что суд не обладает специальными знаниями в области оценочной деятельности. Расчет рыночной стоимости 1 кв.м. помещений, произведенный судом, не обладающим квалификацией в области оценочной деятельности, не может быть признан достоверным. Данный расчет не имеет доказательственного значения и не может быть положен в основу вывода об отсутствии причинения вреда интересам общества.

Кроме того, судом необоснованно отказано в удовлетворении требований о признании сделки мнимой. Цена проданных ФИО3 помещений в совокупности составила 9 220 000 руб, однако общество этих денег не получило, поскольку изначально намерение сторон при заключении сделки сводилось к тому, чтобы ФИО3 как титульный собственник реализовал наиболее ликвидные помещения, получил денежные средства от их продажи, а затем вернул обществу неликвидную часть, состоящую из коридоров и мест общего пользования, которые в итоге и были возвращены обществу. Поведение сторон оспариваемой сделки в настоящем деле также свидетельствует о наличии в их действиях признаков злоупотребления правом, что является основанием для признания сделки недействительной не только по корпоративным основаниям, но также на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ, о чем истцом было заявлено изначально, однако судом данным доводам надлежащая правовая оценка не дана.

Также, по мнению апеллянта, заявленные исковые требования о применении последствий недействительности оспариваемых сделок неверно квалифицированы судом как требования о возмещении убытков.

Судом безосновательно отказано в удовлетворении заявления истца о фальсификации в отношении представленных документов, подтверждающих оплату по спорному договору, заявление истца о фальсификации доказательств в отношении представленных ответчиками в материалы дела фотографий судом не рассмотрено.

Также истец не согласен с выводом суда о пропуске срока исковой давности, считает данный вывод незаконным, противоречащим доказательствам, имеющимся в материалах дела, и сделанным с нарушением норм материального права. Суд применил срок исковой давности в отношении оспариваемого договора без учета того, что соглашением от 01.08.2020 были измены условия сделки, которые существенно ухудшились для общества. При этом в отчете по итогам 2020 года было указано об отсутствии сделок с заинтересованностью, что свидетельствует о сокрытии от ФИО6 информации о совершении сделки и ее условиях. При таких обстоятельствах исчисление срока давности в отношении договора, условия которого были изменены, что является самостоятельной сделкой, невозможно с указанной судом даты - апрель 2019 года. В отношении оспаривания соглашения о расторжении договора от 01.07.2022 и дополнительного соглашения к нему от 13.07.2022 срок исковой давности не может считаться пропущенным, поскольку данные соглашения заключены в период рассмотрения спора судом.

До судебного заседания от процессуального истца поступило ходатайство о назначении повторной экспертизы, поскольку по результатам проведенных экспертиз, по мнению процессуального истца, экспертами не даны достоверные и однозначные ответы на поставленные судом вопросы.

Материальный истец, ответчики возражают против назначения повторной экспертизы, представили отзывы на апелляционную жалобу, считают решение законным и обоснованным.

Судом апелляционной инстанции ходатайство процессуального истца о назначении повторной судебной экспертизы рассмотрено по правилам статьи 159 АПК РФ и отклонено.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В силу части 2 статьи 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Данные нормы не носят императивного характера, а предусматривают рассмотрение ходатайства и принятие судом решения о его удовлетворении либо отклонении. При этом удовлетворение ходатайства о проведении, в том числе экспертизы является правом, а не обязанностью суда.

Суд апелляционной инстанции считает, что в данном случае, основания для назначения повторной судебной экспертизы, предусмотренные статьями 82, 87, 268 АПК РФ, отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что процессуальным истцом было заявлено аналогичное ходатайство в суде первой инстанции, удовлетворении которого было отказано с учетом того, что в заключении эксперта отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, экспертное заключение основано на материалах дела, в представленном экспертном заключении выводы носят последовательный непротиворечивый характер, квалификация и компетентность эксперта не оспорены, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, сомнений в правильности и обоснованности результатов экспертизы у суда не имеется; обстоятельств, наличие которых может свидетельствовать о неверно избранной экспертом методике исследования при проведении экспертизы не установлено.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель процессуального истца доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал, просит решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ответчиков, с жалобой не согласились, просили решение оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в соответствии со ст.ст. 156 и 266 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, общество «Березка» (ранее - ООО «Президент») создано и зарегистрировано в установленном законом порядке 05.11.2002.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ участниками общества на дату 17.02.2016 и по настоящее время являются: ФИО6 и ФИО5 с размером по 50% долей в уставном капитале общества.

С 21.03.2018 ФИО5 является генеральным директором общества «Березка».

Из раздела «Сведения о видах экономической деятельности по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности» выписки из      ЕГРЮЛ в отношении общества с ограниченной ответственностью «Березка» следует, что основным видом деятельности общества является - «аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом», дополнительным видом деятельности, в том числе, - «покупка и продажа собственного недвижимого имущества».

Истец указал, что в ноябре 2020 года в целях проверки и подтверждения правильности годовых отчетов и бухгалтерских балансов общества «Березка» ФИО6 обратилась в общество с требованием о предоставлении документов для проведения аудиторской проверки. В связи с непредставлением запрашиваемых документов ФИО6 обратилась в арбитражный суд с иском об истребовании документов у общества. Решением суда по делу № А50-1188/2021 от 27.08.2021 исковые требования были удовлетворены. В числе прочих документов ФИО6 был получен по описи от 20.04.2022 договор купли-продажи недвижимого имущества от 30.09.2018, заключенный по факту 13.09.2018 , между ООО «Березка» (Продавец) и ИП ФИО3 (Покупатель). К договору было представлено дополнительное соглашение от 01.08.2020 об уменьшении стоимости недвижимого имущества, а так же изменении порядка расчетов по договору.

ФИО6 указывает на то, что ей как участнику общества не было известно о заключении договора купли-продажи и дополнительного соглашения к нему. При этом никаких решений об одобрении заключения договора купли-продажи и дополнительного соглашения участником не принималось. Истец указывает на нарушение правил о совершении крупных сделок и с заинтересованностью при заключении договора купли-продажи и дополнительного соглашения к нему, установленных в пункте 1 статьи 46 и в пункте 1 статьи 45 Федерального Закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО).

В исковом заявлении ФИО6 ссылается на то, что в результате заключения указанных сделок ООО «Березка» причинен ущерб, поскольку исходя из справки ООО «Бизнес Эксперт» № 302 от 03.05.2022, стоимость спорного имущества составила 27 027 000 руб., соответственно сделка изначально заключена на невыгодных для общества условиях, стоимость реализованного имущества была ниже рыночной стоимости в 1,5 раза, условия сделки в виде длительной отсрочки оплаты (более 7 лет), отсутствие обременений в виде залога до момента полной оплаты также свидетельствуют о причинении ущерба интересам общества.

Впоследствии истец ФИО6 дополнила предмет исковых требований, включив в требование признание недействительным также соглашения о расторжении указанного договора от 01.07.2022 с дополнительным соглашением к нему от 13.07.2022, указывая на то, что соглашение о расторжении договора и дополнительное соглашение к нему являются самостоятельной сделкой с заинтересованностью и нуждаются в новом одобрении. ФИО6 не давала согласия на заключение соглашения о расторжении договора купли-продажи, вопрос об одобрении указанной сделки не ставился перед общим собранием участников общества. Условия, на которых заключено соглашение о расторжении договора, противоречат интересам общества. Стоимость помещений, площадью 261,3 кв.м., которые не могут быть возвращены ФИО3 в связи с продажей, занижена по сравнению со стоимостью продажи этих помещений ФИО3 Стоимость помещений, которые не могут быть возвращены, составляет 2 773 464 руб. 79 коп., тогда как ФИО3 получил в результате их продажи 9 220 000 руб., исходя из представленных им договоров, т.е. цена помещений, которые не могут быть возвращены в общества, занижена на 6 446 535 руб. 21 коп.

Кроме этого истец дополнил основания для оспаривания сделок, указывая на то, что оспариваемая сделка купли-продажи является мнимой согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ, поскольку совершена для вида без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. По мнению истца у сторон оспариваемой сделки не было волеизъявления на передачу ФИО3 права собственности в отношении спорных помещений, сделка была заключена в целях снижения издержек общества на осуществление кадастрового учета отдельных помещений и их государственной регистрации для осуществления их дальнейшей продажи.

Полагая, что договор купли – продажи, соглашение о расторжении с дополнительными соглашениями к нему заключены с ФИО3 с нарушением положений ст. 46 Закона об ООО, выразившемся в отсутствии его одобрения участниками общества, как крупной сделки, наличием у оспариваемой сделки признаков мнимости и притворности, и что оспариваемой сделкой обществу причинен значительный ущерб, истец обратился в суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции руководствовался ст. 10, 166, 168, 174, 181, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), положениями Закона об ООО  пришел к выводу, что оспариваемые сделки являются крупными, заключенными с заинтересованностью, при этом истец не доказал, что при их заключении имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях сторон сделки в ущерб интересам общества. Доказательств наличия у общества убытков в результате заключения оспариваемых сделок, не представлено. Кроме того суд установил, что срок исковой давности истцом пропущен.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу, выслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены принятого судебного акта.

Согласно пункту 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

На основании положений пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ и пункта 1 статьи 8 Закона об ООО участники общества (корпорации) вправе участвовать в управлении делами общества (корпорации).

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель). По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации) - пункт 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях; при этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Как установлено судом первой инстанции, заключенные между предпринимателем ФИО3 и обществом «Березка» сделки не выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности общества «Березка», истцом не представлено доказательств несения обществом убытков ввиду их заключения, а так же доказательств того, что их заключение противоречило интересам общества либо интересам его участников, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. При этом само по себе наличие факта аффилированности сторон сделки не свидетельствует о намерении причинить вред обществу.

Довод жалобы о несогласии с выводом суда об отсутствии оснований для признания сделок недействительными как крупной сделки, совершенной без одобрения, при наличии заинтересованности, отклоняется в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 46 Закона об ООО крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Из пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» следует, что для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 46 Закона об ООО):

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности. При оценке возможности наступления таких последствий на момент совершения сделки судам следует принимать во внимание не только условия оспариваемой сделки, но также и иные обстоятельства, связанные с деятельностью общества в момент совершения сделки. Например, сделка по приобретению оборудования, которое могло использоваться в рамках уже осуществляемой деятельности, не должна была привести к смене вида деятельности.

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

Принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является компетенцией общего собрания участников общества (абзац первый пункта 3 статьи 46 Закона об ООО).

По смыслу приведенных положений законодательное регулирование института согласия на совершение (одобрение) крупных сделок направлено на введение механизма контроля со стороны участников общества за совершением обществом сделок, затрагивающих саму суть хозяйственной деятельности общества. Упомянутые сделки могут приводить к имущественным последствиям, сходным с реорганизацией или ликвидацией юридического лица, и не должны заключаться от имени хозяйственного общества вопреки воле его участников, выступающих владельцами предприятия.

Оспаривание крупных сделок допускается постольку, поскольку цели деятельности юридического лица не предполагали возможность совершения единоличным исполнительным органом юридического лица такой сделки по своему усмотрению без получения согласия участников, а другая сторона сделки - знала или должна была знать о совершении сделки с нарушением корпоративных процедур, то есть действовала недобросовестно (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.09.2024 № 308-ЭС24-3124).

При оценке того, является ли сделка крупной, суд должен сделать вывод о том, привело ли или могло бы привести совершение спорной сделки к невозможности осуществления хозяйственным обществом его деятельности, в том числе одного или нескольких относительно самостоятельных видов деятельности, либо к существенному изменению видов деятельности юридического лица, то есть приоритетным является качественный критерий (пункт 1.2. Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.09.2024 № 308-ЭС24-3124).

При этом сделка может быть признана крупной, даже если формально балансовая стоимость выбывших активов не превысила 25 процентов общей балансовой стоимости активов (количественный критерий), но отчужденный актив являлся ключевым для общества - его утрата не позволяет юридическому лицу вести свою деятельность или ее отдельные виды. Равным образом сделка может быть признана крупной и в ситуации, когда непосредственно после ее совершения формально не произошла кристаллизация (созревание) признаков невозможности осуществления обществом его деятельности или существенного изменения видов деятельности юридического лица, однако в будущем исполнение взятых на себя обязательств может привести к таким последствиям (пункт 1.2. Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.09.2024 № 308-ЭС24-3124) .

В абзаце втором пункта 6 статьи 45 Закона об ООО указано, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность лиц, указанных в пункте 1 данной статьи - члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 ГК РФ), если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

Как следует из приведенных положений, возможность оспаривания сделки, в отношении которой имеется заинтересованность, является специальной корпоративно-правовой разновидностью основания для признания сделки недействительной, когда она совершена в ущерб интересам представляемого лица при наличии сговора (пункт 2.3 Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.09.2024 № 308-ЭС24-3124) .

Особенность этого специального средства защиты заключается в том, что необходимым является доказывание факта заинтересованности лица в заключении сделки и недобросовестности другой стороны сделки.

Недобросовестность контрагента по сделке - осведомленность другой стороны сделки о том, что она являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение, предполагается, если заинтересованное в совершении сделки лицо, в частности, генеральный директор общества, и другая сторона сделки связаны друг с другом (являются аффилированными лицами).

При этом круг лиц, в отношении которых необходимо установление факта аффилированности, не может определяться формально, ограничиваясь лишь сторонами самой оспариваемой сделки.

При разрешении спора о признании сделки с заинтересованностью недействительной суд вправе принять во внимание, кто является конечным выгодоприобретателем исполнения установленного обязательства, с учетом возможности непосредственного удовлетворения конечным приобретателем своего экономического интереса за счет реализации или использования переданного по сделке имущества (возможность отчуждения имущества от имени юридического лица, право на получение ликвидационной квоты при ликвидации юридического лица и т.п.).

Исходя из сложившейся на уровне Верховного Суда Российской Федерации устойчивой практики, на лицо, в отношении которого представлена достаточная совокупность доказательств фактической аффилированности, может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Судебной коллегии по экономическим спорам от 16 июня 2023 г. № 305-ЭС22-29647, от 28 сентября 2020 г. № 310-ЭС20-7837, от 6 августа 2018 г. № 308-ЭС17- 6757(2,3), от 28 мая 2018 г. № 301-ЭС17-22652(3), от 26 мая 2017 г. № 306- ЭС16-20056(6), от 15 июня 2016 г. № 308-ЭС16-1475 и др.).

Суд первой инстанции установил, что оспариваемые сделки являются сделками с заинтересованностью, поскольку от имени продавца - общества «Березка» в лице генерального директора выступала ФИО5, которая в свою очередь является супругой покупателя предпринимателя ФИО3

Кроме этого, судом первой инстанции установлено, что оспариваемые сделки, имеют признак крупности сделки (по количественному (стоимостному) признаку), поскольку предметом сделки является объект недвижимого имущества, цена которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату. В частности, балансовая стоимость активов общества на 31.12.2017 года составляет 35 697 тыс. руб., следовательно, 25 % от балансовой стоимости соответствует 8 924 250 руб., цена предмета оспариваемой сделки превышает указанный порог.

При этом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности убыточности оспариваемых сделок и причинения ущерба интересам общества.

Доказательств того, что оспариваемые сделки привели к существенным изменениям масштабов деятельности общества или к смене его вида деятельности, истцом не представлено.

Так согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности общества «Березка является – «аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом», дополнительным видом деятельности, в том числе, - «покупка и продажа собственного недвижимого имущества».

Таким образом, реализация части помещений на 5-том этаже здания общежития, принадлежащих на праве собственности обществу «Березка», не выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности общества, что также подтверждается тем обстоятельством, что в период 2018 -2019 годов общество «Березка» реализовывало жилые помещения третьим лицам, согласно представленным в материалы дела шести договорам купли-продажи, которые ФИО6 не оспаривались.

Кроме того, обществу принадлежит здание общежития общей площадью 5 417,5 кв.м., в том числе жилой 2 784,9 кв.м., расположенное по адресу: <...>. С учетом всех оспариваемых истцом сделок, в том числе соглашения о расторжения договора, дополнительных соглашений к ним, в конечном итоге к предпринимателю ФИО3 перешло по договору купли-продажи часть помещений, ранее принадлежавших обществу «Березка», общей площадью 261, 3 кв.м., что составляет не более 5% от всех принадлежащих обществу «Березка» помещений. Следовательно, оспариваемые истцом сделки совершены в пределах обычной хозяйственной деятельности общества «Березка» и не требуют одобрения участниками общества в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 46 Закона об ООО.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что обществом «Березка», ответчиками ФИО5 (директор общества) и ФИО3 (покупатель) даны разумные и убедительные пояснения об обстоятельствах и целях совершения оспариваемых сделок.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что спорному жилому помещению, которое находилось на 5-том этаже 5-тиэтажного здания, 1959 года постройки, требовался капитальный ремонт, комнаты с 2014 года обществом в найм или аренду не сдавались, в них никто не проживал, по причине ненадлежащего санитарного и технического состояния, при этом общество несло расходы по содержанию принадлежащего ему на праве собственности помещения.

Продажа помещения площадью 772,2 кв.м. была для общества «Березка» вынужденной мерой, финансовое состояние общества не позволяло произвести ремонт как помещений 5 этажа, так и здания в целом, а также продолжать содержать спорное помещение.

Согласно пояснениям «Березка», начиная с октября 2018 года по дату закрытия кредита (март - апрель 2024 года) своими оборотными средствами общество погасило кредит и проценты в сумме 9 502 705, 82 руб. перед ПАО «Сбербанк», что позволило обществу уйти от процедуры банкротства.

Судом правомерно приняты во внимание пояснения директора общества «Березка» относительного финансового состояния организации, а также принятие на общество кредитных обязательств.

Из отзыва ФИО5 (л.д. 214-217 т.2.) и пояснений ООО «Березка» (л.д. 198- 213 т.2.) следует, что 03.02.2014 генеральный директор общества ФИО24 по указанию участника общества истицы ФИО6, которая на тот период обладала 80 % долей в уставном капитале ООО «Березка» подписал между ООО «АвтоВИА» и ООО «Президент» (прежнее наименование ООО «Березка») договор о совместной деятельности по долевому инвестированию строительства № АВ-025/и458/030213 от 03.02.2014, согласно которому стороны соглашения должны были внести в совместную деятельность по строительству жилого дома в г.Невьянске соответственно 25 млн. руб. и 15 млн. руб., строительство дома должно было быть завершено не позднее 12.10.2015, с дальнейшим уточнением срока – до 13.10.2018. На дату заключения инвестиционного соглашения директором ООО «АвтоВИА» был ФИО25 – племянник ФИО26 – супруга ФИО6 В связи с отсутствием в ООО «Президент» (ныне - ООО «Березка») свободных денежных средств общество в лице прежнего директора ФИО24 заключило с ПАО Сбербанк два договора об открытии невозобновляемой кредитной линии от 20.02.1014 на сумму – 9 500 000 руб. сроком до 20.02.2024 , процентная ставка 13,5 % годовых, от 17.03.2014 на сумму 7 000 000 руб. сроком до 17.03.2024 , процентная ставка 13,5 % годовых. Денежные средства в сумме 9 500 000 руб. были перечислены ООО «АвтоВИА» 26.02.2014, в сумме 5 500 000 руб. – 26.03.2014. В связи с тем, что ООО «АвтоВИА» свои обязательства по передаче жилья ООО «Березка» исполнять не стало, а возврат денежных средств осуществлялся небольшими платежами и в 2018 году прекратился, ООО «Березка» обратилось в суд за взысканием оставшегося долга по инвестиционному соглашению. Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.08.2021 по делу № А50-29546/2021 исковые требования ООО «Березка» удовлетворены частично, с ООО «АвтоВИА» взыскана задолженность в размере 1 950 500 руб., проценты по ст. 395 ГК РФ в размере 331 234 руб. На сегодняшний день ООО «Березка» получен акт о невозможности исполнения решения суда, в связи с отсутствием у должника ООО «АвтоВИА» имущества, остаток долга составил 1 950 000 руб. Указанные обстоятельства подорвали финансовую деятельность общества, количество проживающих в общежитии уменьшалось, поскольку требовались значительные вложения в ремонт здания 1959 года постройки, в общежитии остались проживать в основном малоимущие, многодетные семьи и пенсионеры, задолженность за жилье росла. В результате чего было принято решение о продаже комнат на двух верхних этажах общежития. Однако продать имущество в том состоянии, в каком оно находилось, было невозможно. Следовало отремонтировать помещение, произвести перепланировку, узаконить ее, поставить появившиеся после перепланировки помещения на кадастровый учет, зарегистрировать их в установленном законном порядке и только после этих процедур искать покупателей. Начиная с 2017 года ООО «Березка» было убыточным, источников получения денежных средств для исполнения заемных обязательств и содержания имущества не было.

При этом ФИО6 на собрания участников общества для решения вопроса по кредитным обязательствам с ПАО Сбербанк (перекредитование, реструктуризация) не являлась. Покупателей на имеющиеся объекты недвижимости не было, в связи с чем, был заключен договор на помещения 5 этажа, общей площадью 772,2. кв.м. с ИП ФИО3 Денежные средства, которые поступали от ИП ФИО3 за приобретенные помещения поступали в общество и шли на погашение кредитов и процентов по ним. За весь период кредитования, который был перечислен в общество «АвтоВИА» по договору инвестирования без встречного предоставления, обществом «Березка» было оплачено основного долга и процентов 22 552 007,82 , из которых от ООО «АвтоВИА» было получено только 13 049 500 руб.

Изложенные в отзыве, письменных пояснениях обстоятельства, подтверждаются представленными ООО «Березка» и ответчиками доказательствами, а именно: бухгалтерским балансом общества на 31.12.2018; отчетом о финансовых результатах за январь - декабрь 2018 (по итогам финансового года 2018 у общества «Березка» убыток 1 458 тыс. руб.), налоговыми декларациями, упрощенной финансовой отчетностью за 2020, 2021, расшифровкой долга и процентов по кредитам, перечисленным в ООО «АвтоВИА», договором о совместной деятельности по долевому инвестирования строительства от 03.02.2014 с ООО «АвтоВИА» № АВ[1]025/И458/030213, дополнительным соглашением № 1 от 28.04.2014 к нему, письмом ООО «АвтоВИА» № 97 от 29.09.2016, решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.08.2021 по делу № А60- 29546/2021, Постановлением Верхнепышминского РОСП ГУФССП по Свердловской области от 15.04.2022 об окончании исполнительного производства и возвращении копии исполнительного листа, актом сверки взаимных расчетов за период 01.01.2014 по 06.07.2021 с копиями платежных поручений и копии простого векселя, бухгалтерскими справками ООО «Березка» от 2022, договором № 1221/6984/029/14 об открытии невозобновляемой кредитной линии от 20.02.2014, заключенным с ОАО «Сбербанк России», соглашением № 12/6984/0691/029/14С01 от 20.02.2014, договором № 1221/6984/038/14 об открытии невозобновляемой кредитной линии от 17.03.2014, заключенным с ОАО «Сбербанк России», соглашением № 12/6984/0691/038/14С01 от 12.03.2014, карточками ООО «Березка» по счету 51 с приложениями расшифровки и процентов за периоды с января 2016 по октябрь 2022, ведомостями начисленных процентов по кредитным договорам за период с 01.02.2014 по 12.10.2022, выписками операций по расчетным счетам ООО «Березка», письмами ПАО «Сбербанк», письмами ООО «Березка» (том 3).

Доказательств опровергающих вышеназванные обстоятельства истцом не представлено.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что по состоянию на дату совершения договора купли – продажи помещений имущество требовало капитальных вложений, тогда как общество в силу наличия кредитных обязательств, отсутствия свободных денежных средств не имело возможности провести капитальный ремонт.

Суд первой инстанции правомерно учтено, что здание общежития , принадлежащего на праве собственности ООО «Березка», расположено в г. Березники, Пермского края. Общеизвестными фактами, которые в силу части 1 статьи 69 АПК РФ, не нуждаются в доказывании, являются факты наличия провалов в городе Березники в результате проседания грунта, нахождения большей части жилой застройки над шахтами предприятия «Уралкалий».

В связи с чем, ПАО «Уралкалий» ежегодно осуществляет осмотр строений, проводит техническое состояние основных конструкций зданий , находящихся в зоне негативного влияния провала, на наличие трещин. В материалы дела ответчиками представлены акты визуального осмотра технического состояния здания по адресу: <...> от 10.04.2014, от 08.04.2015, от 10.08.2016, от 07.04.2017, от 26.09.2019, от 06.07.2020, от 11.10.2021, от 18.07.2022, от 07.07.2023, выполненные ПАО «Уралкалий», согласно которым на здании имеются участки разрушения кирпичной кладки стен, разрушение отмостки здания (л.д. 172-189 т. 13)

Из письма ООО «Березка» за подписью генерального директора ФИО24 от 29.03.2017 в адрес Пермского отделения № 6984 Березниковского отделения филиала Сбербанка следует, что с начала 2016 года обществом неоднократно поднимался вопрос вывода из залоговой массы , по имеющимся кредитным договорам 4-го и 5-го этажей, находящегося в залоге здания общежития по адресу: <...> с целью капитального ремонта, реконструкции и последующей продажи отдельных комнат в общежитии физическим лицам. Прежде чем принимать решение по реконструкции 4-го и 5-го этажей была проведена определенная работа, приглашена проектная организация ООО «Базис» для обследования здания и оценочных действий. После проведения обследования обществу было рекомендовано принять меры для организации срочного капитального ремонта здания общежития, особенно 4-го и 5-го этажей, учитывая, что после ввода в эксплуатацию здания (1959 года) капитальных ремонтов не производилось. Первоначальная стоимость вложений по средним расчетам составляет порядка 4,7 – 5 млн. рублей. (л.д.9 т.2).

Из справки ООО «Верхнекамский центр экспертизы и оценки» 28.09.2018 за № 410/09.2018 следует, что состояние встроенного жилого помещения , кадастровый номер 59:03:0400068:3340, общей площадью 772,0 кв.м., этаж 5, по адресу: <...> не годное для эксплуатации, сдача в аренду не представляется возможным, для предоставления объекта в аренду в качестве жилых помещений (комнаты) необходимо провести капитально-восстановительный ремонт (л.д.32 т.2).

Техническое состояние и описание спорного объекта недвижимости на 30.06.2020г. содержится в Отчете № 0659/08.2022, выполненном ООО «ВЦЭО» и фотографиях, приложенных к Отчету, из которого следует, что объект не используется, требуется косметический, местами капитальный ремонт (л.д. 20- 69 т.2

Из фотоотчетов спорного помещения эксперта ФИО27, эксперта ФИО28 на даты осмотра в рамках проводимых судебных экспертиз (л.д.157-162 т.10, л.д. 111-115 т. 13) усматривается фактическое состояние части помещений 5 этажа общежития, свидетельствующие о необходимости проведения либо капитального, либо косметического ремонта помещений.

Судом первой инстанции обосновано приняты показания свидетелей ФИО7, ФИО29, ФИО30, опрошенных в судебном заседании 31.07.2023, из которых следует, что ремонт помещений на 5 этаже общежития начался в 2018 году, до этого на 5 этаже никто не проживал, поскольку техническое состояние помещения было неудовлетворительное: пробегала крыша, на стенах была плесень, полы деревянные сгнили, проводка старая, горела, окна старые, в некоторых местах были выбиты, батареи текли, унитазов в общих туалетах не было (протокол с/з л.д.190-192 т.12).

Суд первой инстанции, оценивая доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ пришел к верному выводу, что истцом не представлено доказательств, что спорные жилые помещения на 5-том этаже здания общежития до 2018 года сдавались ООО «Березка» в аренду или каким-либо иным способом эксплуатировались и от их использования общество получало доход.

Тогда как в силу статьи 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел обоснованному выводу, что оспариваемые истцом сделки совершены обществом «Березка» в лице генерального директора ФИО5 в соответствии с критериями разумности и экономической целесообразности их совершения для общества и его участников.

Оснований полагать, что имущество было продано по заниженной стоимости, у суда апелляционной инстанции также не имеется.

Для определения рыночной стоимости спорного объекта в рамках настоящего дела судом первой инстанции были назначены судебные экспертизы:

- Определением суда от 22.12.2022 по делу № А50-17317/2022 назначена судебная оценочная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «Р-Консалтинг» ФИО27;

Определением суда от 08.08.2023 по делу назначена судебная оценочная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «Регион-Эксперт» ФИО28;

- Определениями суда от 12.02.2024, от 17.05.2024 по делу назначена повторная судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ФБУ Пермская ЛСЭ Минюста России.

При определении рыночной стоимости спорного объекта недвижимого имущества на дату заключения спорной сделки судом первой инстанции приняты во внимание выводы, изложенные в заключении № 547/10-3/24-46 от 23.08.2024 экспертом ФБУ Пермская ЛСЭ Минюста России ФИО31, поскольку данное экспертное заключение соответствует критериям относимости (статья 67 АПК РФ) и допустимости (статья 68 АПК РФ) доказательств, выводы заключения достаточны, конкретны и обоснованы, по форме и содержанию заключение отвечает требованиям действующего законодательства, в том числе нормам статей 8, 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Оснований сомневаться в полноте, ясности и достоверности заключения эксперта судом не установлено. Доказательств, опровергающих выводы эксперта, не представлено.

Согласно заключению эксперта № 547/10-3/24-46 от 23.08.2024 экспертом ФБУ Пермская ЛСЭ Минюста России ФИО31 были сделаны следующие выводы:

1.      Рыночная стоимость жилого помещения с кадастровым номером 59:03:0400068:3340, площадью 772,2 кв.м., расположенного на 5 этаже здания по адресу: <...> на 30.09.2018   с учетом его технического состояния на указанную дату с учетом документов, представленных процессуальным истцом ФИО32: объяснения в отношении технического состояния помещения от 16.05.2024; договор купле-продажи жилого помещения между ООО «Березка» и ФИО33 от 17.09.2018, договор купле - продажи жилого помещения между ООО «Березка» и П-ными от 17.09.2018, договор купле-продажи жилого помещения между ООО «Березка» и ФИО30 от 14.04.2018, договор купле-продажи жилого помещения между ООО «Березка» и ФИО5 от 30.03.2018; CD-диск с файлами, представленными по запросу суда ПАО «Сбербанк» сопроводительным письмом №270-22Е/0255918838 от 07.12.2022 составляет 12 827 023 руб.

2.      Рыночная стоимость жилого помещения с кадастровым номером 59:03:0400068:3340, площадью 772,2 кв.м., расположенного на 5 этаже здания по адресу: <...> на 30.09.2018   с учетом его технического состояния на указанную дату с учетом документов, представленных ООО «Березка», ИП ФИО3.: пояснения ИП ФИО3 по повторному ходатайству эксперта о предоставлении дополнительных материалов от 16.05.2024, пояснения ООО «Березка» по техническому состоянию объекта от 16.05.2024, Акты визуального осмотра технического состояния здания ОАО «Уралкалий» от 10.04.2014,        от 08.04.2015, от 10.08.2016, от 07.04.2017, от 26.09.2019, от 06.07.2020,       от 11.10.2021, от 18.07.2022, от 07.07.2023; оригиналы фотография в количестве 32 штук от ответчиков; протокол судебного заседания от 31.07.2023 составляет 11 829 289 руб.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, произведенный судом первой инстанции расчет, согласно которому средняя цена 1 кв.м. проданного предпринимателю ФИО3 недвижимого имущества составила 22 629 руб., что выше рыночной стоимости спорного имущества, определенной в заключении № 547/10-3/24-46 (16 610 руб. за 1 кв.м. при стоимости объекта 12 827 023 руб.; 15 318 руб. за 1 кв.м. при стоимости объекта 11 829 289 руб.), является обоснованным.

Данный расчет произведен судом первой инстанции исходя из площади реализованного объекта и стоимости жилого помещения, установленной экспертным заключением, и заключается лишь в математическом действии, специальных познаний суду первой инстанции при определении стоимости кв.м не требовалось.    

Довод жалобы о том, что оспариваемые сделки носят мнимый характер, отклоняется на основании следующего.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам относятся мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Мнимая сделка не предполагает исполнения. Если же сделка исполнялась, она не может быть признана мнимой.

Так в соответствии со сложившейся судебной практикой для признания сделки мнимой необходимо однозначно установить, что ее стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

В этой связи наличие обстоятельств, свидетельствующих о реальном исполнении сторонами договора, свидетельствует о том, что данная сделка не являлась мнимой (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.10.2002 № 6282/02, от 01.11.2005 № 2521/05).

Такие обстоятельства установлены судом первой инстанции в процессе рассмотрения дела.

В данном случае судом установлено, что сделка купли-продажи жилого помещения, заключенная между обществом «Березка» и предпринимателем ФИО3 13.09.2018, датированная 30.09.2018, и все последующие сделки в отношении спорного имущества исполнялись реально, покупателем жилого помещения предпринимателем ФИО3 была произведена перепланировка жилого помещения, произведен выдел комнат в отдельные жилые помещения, расходы на перепланировку и техническое оформление нес непосредственно предприниматель ФИО3, в приобретенных помещениях предприниматель ФИО3 производил ремонт, им осуществлялась продажа помещений третьим лицам, он нес расходы по коммунальным расходам за приобретенные жилые помещения, предприниматель ФИО3 произвел оплату за приобретенные помещения, регистрация сделок с недвижимым имуществом происходила в установленном законом порядке.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оспариваемые сделки являются реальными и исполнялись сторонами, что в свою очередь исключает признание их мнимыми сделками.

Поскольку иная действительная воля всех участников сделки, материалами дела не подтверждается, доказательства несоответствия волеизъявления всех сторон их действиям, доказательства наличия иных намерений у каждой стороны отсутствуют, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда, что бесспорных оснований, позволяющих квалифицировать сделки в качестве мнимых, а также доказательств злоупотребления сторонами правом при их совершении, не имеется.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу приведенных норм для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Между тем наличие у сторон умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу, материалами дела не подтверждается, доказательств того, что сделки являются мнимыми или притворными не представлено.

Существенных оснований полагать, что спорная сделка посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, в связи с чем ничтожны, судом первой инстанции также не установлено.

Таким образом, основания для признания договора купли - продажи жилого помещения между предпринимателем ФИО3 и обществом «Березка» фактически заключенного 13.09.2018, датированного 30.09.2018, дополнительного соглашения к указанному договору от 01.08.2020, соглашения о расторжении указанного договора от 01.07.2022 с дополнительным соглашением к нему от 13.07.2022, недействительными, у суда первой инстанции отсутствовали.

Кроме того, суд первой инстанции верно руководствовался истечением срока исковой давности для оспаривания сделки - купли - продажи жилого помещения между предпринимателем ФИО3 и обществом «Березка» фактически заключенного 13.09.2018, датированного 30.09.2018, дополнительного соглашения к указанному договору от 01.08.2020, о применении которого было заявлено суду ответчиком, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

По общему правилу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В силу части 1 статьи 8 Закона об ООО участник общества имеет право участвовать в управлении делами общества, получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами, а также иной документацией в установленном его учредительными документами порядке.

В соответствии со статьей 33 Закона об ООО к компетенции общего собрания участников общества, которое проводится не реже одного раза в год, относятся в том числе вопросы об образовании исполнительных органов общества, досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему, утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов.

Ненадлежащее отношение участника к осуществлению своих прав, отсутствие осмотрительности и заботливости при осуществлении своих прав и обязанностей влечет негативные последствия для самого участника.

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 разъяснено, что срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе, когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе, если оно непосредственно совершало данную сделку.

В силу разъяснений, изложенных в п.п. 3, 4 п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 в тех случаях, когда в соответствии с пунктом 2 настоящего Постановления момент начала течения срока исковой давности определяется в зависимости от того, когда о том, что сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, узнал или должен был узнать участник (акционер), предъявивший требование, следует учитывать следующее: предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом); если приведенные выше правила не могут быть применены, то считается, что участник (акционер) в любом случае должен был узнать о совершении оспариваемой сделки более года назад (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников (акционеров) и не запрашивал информацию о деятельности общества.

Суд первой инстанции верно указал, что ФИО6, будучи участником общества с размером 50% долей в уставном капитале общества, действуя с должной степенью заботливости и осмотрительности, имела неограниченный доступ ко всей документации общества и должна была узнать об обстоятельствах заключения оспариваемой сделки не позднее сроков, установленных для проведения годовых общих собраний.

ФИО6 в свою очередь длительное время не интересовалась деятельностью общества «Березка», не принимала участия в общих собраниях участников общества и не требовала их проведения, не запрашивала документы о деятельности общества, не требовала проведения собраний, не участвовала в управлении делами длительное время.

Вместе с тем действий, направленных на реализацию корпоративных прав, ФИО6 предпринято не было. При этом обстоятельств сокрытия от нее оспариваемой сделки суд не установил. Обратного из материалов дела не следует (статья 65 АПК РФ).

Специфика корпоративных прав предполагает необходимость совершения участником общества активных действий в целях их реализации. Разумное и добросовестное осуществление корпоративных прав, проявление интереса к деятельности общества позволяет участнику своевременно узнать о заключенных обществом сделках и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделок недействительными, что, в свою очередь, обеспечивает возможность защитить нарушенное право.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что годичный срок исковой давности следует признать пропущенным процессуальным истцом.

Ссылки заявителя жалобы на то, что судом не рассмотрено заявление о фальсификации фотографий помещений, представленных ФИО5 с отзывом на иск от 17.11.2022, которые, по мнению истца, содержат впечатанную дату осмотра 11.08.2017 (л.д. 48 т. 10), поскольку согласно фотоизображениям представленным по запросу суда ПАО «Сбербанк» с актом осмотра от 21.08.2017 (диск ПАО «Сбербанк» л.д. 103 т. 17) состояние помещений на фотографиях ответчика существенно отличается, судом апелляционной инстанции не принимается.

Исходя из положений ст. 161 АПК РФ заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.

В абз. 2 п. 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» (далее - Постановление № 46) разъяснено, что в силу ч. 3 ст. 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам ст. 161 АПК РФ заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

Исходя из положений ч. 1 ст. 64, ч. 2 ст. 65, ст. 67 АПК РФ не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, которое заявлено в отношении доказательств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, а также если оно подано в отношении документа, подложность которого, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства (п. 39 Постановления № 46).

По смыслу положений абз. 2 п. 3 ч. 1 ст. 161 АПК РФ наличие заявления о фальсификации доказательства не является безусловным основанием для назначения судебной экспертизы с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными доказательствами в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что заявление о фальсификации доказательства должно иметь процессуальный смысл в виде влияния последствий своего удовлетворения на исход дела, то есть на характер принятого по его результатам решения суда.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, заявление о фальсификации судом было исследовано и ему дана правильная правовая оценка.

Согласно протоколу судебного заседания от 15.05.2023 заявление истца о фальсификации доказательств, с дополнениями, поступившими 11.05.2023, было исследовано судом (т. 11 л.д. 57). По результатам исследования судом указано, что доказательствам, представленным в дело, будет дана надлежащая правовая оценка в порядке ст. 71 АПК РФ.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены состоявшегося решения.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных статьей 270 АПК РФ оснований для отмены или изменения судебного акта, решение арбитражного суда от 24.02.2025 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Пермского края от 24 февраля 2025 года по делу № А50-17317/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационногопроизводства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.


Председательствующий


О.А. Бояршинова


Судьи


Р.А. Балдин 


О.Ф. Конева