Постановление от 26 декабря 2024 г. по делу № А29-3927/2024

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-3927/2024
г. Киров
27 декабря 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 27 декабря 2024 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Четвергова Д.С.,

судей Ившиной Г.Г., Минаевой Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Алеевой А.А.,


при участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции представителей ответчика – ФИО1, действующего на основании доверенности от 17.02.2024 серии 50 АВ № 0696262, ФИО2, действующего на основании доверенности от 24.06.2024 серии 50 АВ № 0626897,


рассмотрев апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО3 на решение Арбитражного суда Республики Коми от 29.07.2024 по делу № А29-3927/2024


по заявлению Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Коми (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к арбитражному управляющему ФИО3

о привлечении к административной ответственности,

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной налоговой службы по Республике Коми,

установил:

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Коми (далее – Управление Росреестра, Управление, административный орган, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО3 (далее – ФИО3, арбитражный управляющий, ответчик, заявитель жалобы) к административной ответственности по части 3 и части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Республике Коми (далее – УФНС по Республике Коми, третье лицо).

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 29.07.2024 ФИО3 привлечена к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев. В удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ судом отказано.

Арбитражный управляющий с принятым решением суда первой инстанции не согласился, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В апелляционной жалобе ее заявитель указывает, что Управление нарушило порядок возбуждения административного дела; по мнению ответчика, административный орган не вправе был возбуждать дело об административном правонарушении без проведения контрольного (надзорного) мероприятий в установленном законом порядке; из положений частей 3.2 - 3.5 статьи 28.1 КоАП РФ не следует, что возбуждение дела об административном правонарушении по части 3 и части 3.1 статьи 14.13 КоАП возможно по результатам исследования уполномоченным должностным лицом Управлениям судебных актов по делу о банкротстве и отчета конкурсного управляющего. Также арбитражный управляющий обращает внимание апелляционного суда на то, что помимо протоколов об административном правонарушении иных доказательств, свидетельствующих о наличии вменяемых арбитражному управляющему правонарушениях, Управление суду первой инстанции не представило. По существу вменяемых нарушений ФИО3 указывает на отсутствие (недоказанность) события и состава административного правонарушения по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ. Так, арбитражный управляющий поясняет, что не мог заключить договор обязательного страхования ответственности арбитражных управляющих по объективным причинам (высокие страховые премии), в связи с чем, принял решение о своем выходе из саморегулируемой организации; с учетом времени, необходимого для соблюдения установленной законом процедуры освобождения ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, нарушение, связанное с отсутствием договора страхования фактически отсутствует. Расходы на привлеченных лиц (ФИО4 и ФИО5) понесены обоснованно в связи с процедурой банкротства и не превышают соответствующего лимита расходов; ссылка суда первой инстанции в данной части на обстоятельства, установленные при рассмотрении обособленного спора по делу № А29-8292/2016 (Ж-116419), является необоснованной, так как на момент составлении протоколов об административном правонарушении судебный акт по указанному обособленному спору не был вынесен и не вступил в законную силу.

Более подробно позиция ответчика со ссылками на положения действующего законодательства и конкретные обстоятельства дела приведены в апелляционной жалобе.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 20.11.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 21.11.2024 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Заявитель и третье лицо мотивированные отзывы на апелляционную жалобу арбитражного управляющего не представили.

16.12.2024 арбитражный управляющий заявил ходатайство об освобождении заявителя жалобы от уплаты государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы, поскольку взимание государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы по данной категории дел не предусмотрено.

В судебном заседании представители ответчика поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Заявитель и третье лицо явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие представителей указанных лиц.

Законность решения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда от 04.06.2018 по делу № А29-8292/2016 общество с ограниченной ответственностью «Финансово-строительная компания» (далее – ООО «ФСК», Общество, должник) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 11.10.2021 по делу № А29-8292/2016 конкурсным управляющим Общества утверждена ФИО3

В ходе непосредственного ознакомления материалами дела № А29-8292/2016, в том числе с принятыми по нему судебными актами, с отчетом конкурсного управляющего от 07.03.2023 об использовании денежных средств ООО «ФСК» и с отчетом конкурсного управляющего от 07.03.2023 о своей деятельности и результатах конкурсного производства, уполномоченное на составление протокола об административном правонарушении должностное лицо Управления выявило факты ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим требований законодательства о банкротстве, а именно:

1) в нарушение требований пункта 1 статьи 24.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ) ФИО3 не заключила договор обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве, распространяющий свое действие на период с 17.02.2023 по 15.05.2023 (эпизод № 1.1);

2) в нарушение пункта 2 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве арбитражный управляющий 21.12.2022 осуществил необоснованные расходы в виде перечисления денежных средств в сумме 160 000 руб. в счет оплаты услуг привлеченного специалиста – ФИО6, в отсутствие оснований для привлечения такого специалиста к участию в деле о банкротстве (эпизод № 1.2);

3) в нарушение пункта 2 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона № 127-ФЗ арбитражный управляющий 14.11.2022 и 15.11.2022 перечислил с расчетного счета должника денежные средства на общую сумму 110 000 руб. в счет оплаты понесенных конкурсным управляющим расходов на услуги привлеченного специалиста – ФИО5, в отсутствие оснований для привлечения такого специалиста к участию в деле о банкротстве (эпизод № 1.3);

4) в нарушение пункта 2 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве 07.11.2022 и 24.11.2022 арбитражный управляющий перечислил с расчетного счета должника денежные средства на общую сумму 30 000 руб. в счет оплаты вознаграждения конкурсного управляющего за ноябрь 2022 года в отсутствие оснований для такой выплаты на указанные даты (обязательство у должника еще не возникло) (эпизод № 1.4);

5) в нарушение пункта 4 Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденных постановлением Правительства РФ от 22.05.2003 № 299 (далее – Общие правила № 299), в разделе «Сведения о лицах, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности» отчета конкурсного управляющего отсутствуют сведения о привлечении: ФИО6 по договору № 22/во от 03.02.2022; ФИО5 по договору № ОИН-11/22 от 14.11.2022; ИП ФИО7 по договору от 01.06.2022 № 06-22 на выполнение копировально-множительных услуг (эпизод № 1.5);

6) в нарушение пункта 2 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в период с 11.10.2021 по 07.03.2023 осуществил необоснованное расходование денежных средств должника в общей сумме 367 983, 77 руб., а именно: перечислил с расчетного счета должника денежные средства на суммы 150 102 руб. в счет расходов на копировально-множительные услуг, 20 153,63 руб. в счет расходов на перелеты, транспортные расходы и расходы на проживание в гостинице и 197 728,14 руб. в счет расходов на организацию рабочих мест в отсутствие причинно-следственной связи между фактом несения данных расходов и делом о банкротстве должника (эпизод № 2.1);

7) в нарушение пункта 2 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве арбитражный управляющий 13.04.2022 необоснованно перечислил с расчетного счета должника 30 000 рублей в счет оплаты вознаграждения конкурсного управляющего за апрель 2022 года (обязательство у должника на названную дату еще не возникло), а также необоснованно осуществил перечисление денежных средств на сумму 200 000 руб. в подотчет на оплату судебных расходов при отсутствии оснований для такой выплаты на указанную дату (эпизод № 2.2);

8) в нарушение пункта 4 Общих правил № 299 в отчете конкурсного управляющего от 07.03.2023 об использовании денежных средств ООО «ФСК» - в разделе «Сведения о размерах поступивших и использованных денежных средств должника» неверно указано наименование и местонахождение банков применительно к каждому счету и каждой операции по этому счету (вместо наименования банков в таблице упомянутого раздела приведены названия подразделений банков, а также указано не местонахождение банков, а местонахождение их филиалов); - в разделе «Сведения о лицах, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности» отсутствуют сведения о привлечении: ФИО6 по договору № 22/во от 03.02.2022; ИП ФИО7 по договору от 01.06.2022 № 06-22 на выполнение копировально-множительных услуг (эпизод № 2.3).

По факту выявленных нарушений по эпизодам №№ 1.1 - 1.5 уполномоченное должностное лицо Управления составило в отношении арбитражного управляющего протокол № 00101124 об административном правонарушении, предусмотренном частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

При квалификации деяний арбитражного управляющего по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ Управлением установлено, что на момент совершения вменяемых нарушений ФИО3 уже была привлечена к административной ответственности (подвергнута административному наказанию) по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ решениями арбитражных судов по делам № А82-5986/2022 (вступило в законную силу 22.03.2023), № А42-465/2022 (вступило в законную силу 27.07.2022) с назначением административного наказания в виде предупреждения, а также по делам № А29-16557/2022 (вступило в законную силу 04.04.2023), № А31-1642/2022 (вступило в законную силу 05.09.2022), № А31-8748/2019 (вступило в законную силу 14.02.2020), А42-1078/2019 (вступило в законную силу 20.08.2019) с назначением административных наказаний в виде административных штрафов, в связи с чем  с учетом положений пункта 2 части 1 статьи 4.3, статьи 4.6 КоАП РФ, деяния по эпизодам №№ 1.1 - 1.5 квалифицированы административным органом по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ как совершенные повторно.

По факту выявленных нарушений по эпизодам №№ 2.1 - 2.3 уполномоченное должностное лицо Управления составило в отношении арбитражного управляющего протокол № 00091124 об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

18.03.2024 на основании части 3 статьи 23.1 КоАП РФ, статей 203, 204 АПК РФ упомянутые выше протоколы и иные материалы дел об административных правонарушениях вместе с заявлением о привлечении ФИО3 к административной ответственности по частям 3, 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ представлены Управлением в Арбитражный суд Республики Коми для рассмотрения по существу.

Арбитражный суд Республики Коми пришел к выводу о наличии и доказанности материалами дела в деянии арбитражного управляющего в части эпизодов №№ 1.1 – 1.4 всех элементов состава вменяемого ему административного правонарушения по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ. Эпизод № 1.5 исключен судом первой инстанции из состава административного правонарушения по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ на основании пункта 1 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ. Не усмотрев нарушений регламентированного законом порядка производства по административному делу, а также оснований для признания совершенного административного правонарушения малозначительным и применения положений статьи 2.9 КоАП РФ (кроме нарушения по эпизоду № 1.4, которое признано судом малозначительным и не учитывалось при назначении наказания), суд первой инстанции привлек ответчика к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев.

Также Арбитражный суд Республики Коми пришел к выводу о наличии и доказанности материалами дела в деянии арбитражного управляющего в части эпизода № 2.2 всех элементов состава административного правонарушения по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ. Вместе с тем, руководствуясь положениями статьи 2.9 КоАП РФ суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания совершенного административного правонарушения малозначительным, в связи с чем отказал в привлечении ответчика к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ, ограничившись объявлением в его адрес устного замечания. В части нарушений по эпизодам № 2.1 (частично) и № 2.3 суд первой инстанции, констатировав факт их наличия, указал на неверную квалификацию Управлением соответствующих нарушений по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ, поскольку большая часть данных нарушений, с учетом дат их совершения, совершены в период, когда арбитражный управляющий был подвергнут административному наказанию (с 27.07.2022 по 05.04.2024), в связи с чем они должны были быть квалифицированы по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ; при этом арбитражный суд не нашел оснований для переквалификации правонарушения, поскольку дополнительная квалификация деяний по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ ухудшает положение лица, привлекаемого к административной ответственности; в отношении части нарушений по эпизоду № 2.1 суд указал на невозможность установления периода их совершения по имеющимся материалам дела, а, соответственно, определения надлежащей квалификации деяния арбитражного управляющего.

Из содержания текста апелляционной жалобы следует, что ФИО3 не согласна с решением суда первой инстанции только в части привлечения ее к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ; в остальной части судебный акт суда первой инстанции арбитражным управляющим не обжалуется, что также было отмечено представителем ответчика в ходе рассмотрения дела в апелляционном суде.

Принимая во внимание положения части 5 статьи 268 АПК РФ, пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», а также учитывая отсутствие соответствующих возражений со стороны участвующих в деле лиц, законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверяется судом апелляционной инстанции только в указанной обжалуемой части.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы заслушав представителей ответчика, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения решения суда исходя из нижеследующего.

В соответствии с частью 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения, имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

В силу части 5 статьи 205 АПК РФ по делам о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для составления протокола об административном правонарушении, не может быть возложена на лицо, привлекаемое к административной ответственности.

На основании статьи 71 АПК РФ суд оценивает имеющиеся в материалах дела доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в материалах дела доказательств (часть 1). Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2).

Частью 1 статьи 1.6 КоАП РФ установлено, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Для привлечения к административной ответственности необходимо наличие состава административного правонарушения, включающего четыре элемента: объект, объективную сторону, субъект, субъективную сторону (статьи 2.1, 26.1, 26.2 КоАП РФ). Данные обстоятельства подлежат установлению на основании представленных административным органом соответствующих доказательств, полученных в ходе административного расследования и отвечающих требованиям статьи 26.2 КоАП РФ. В отсутствие, а равно при недоказанности хотя бы одного из элементов состава административного правонарушения лицо не может быть привлечено к административной ответственности (часть 1 статьи 24.5 КоАП РФ).

Частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ установлена административная ответственность за неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния.

Объектом данного административного правонарушения выступает порядок действий при банкротстве, в рассматриваемом случае порядок действий при банкротстве должника-гражданина.

Объективной стороной названного административного правонарушения является невыполнение правил, применяемых в ходе осуществления процедур банкротства, предусмотренных в Законе о банкротстве.

Повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния, образует состав административного правонарушения по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1 Закона о банкротстве названный Закон регламентирует среди прочего порядок и условия проведения процедур банкротства.

В силу статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности, что предполагает его осведомленность о требованиях Закона о банкротстве и участие в процедурах банкротства должника с соблюдением таких требований.

В пункте 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве закреплены обязанности арбитражного управляющего, перечень которых не является исчерпывающим и, по сути, охватывает все функции арбитражного управляющего, установленные Законом о банкротстве.

Следовательно, арбитражный управляющий, осведомленный как профессионал о своих функциях, установленных Законом о банкротстве, и допустивший их неисполнение, может быть привлечен к административной ответственности по рассматриваемым статьям.

Пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве установлено, что при проведении процедур банкротства арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно статье 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства исполнение обязательств должника осуществляется конкурсным управляющим в порядке, которые установлены главой VII данного закона.

Факты наличия со стороны арбитражного управляющего вменяемых в вину нарушений требований действующего законодательства о банкротстве, установленных положениями пункта 2 статьи 20.3, пункта 1 статьи 24.1, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, пункта 4 Общих правил № 299, существо которых подробно отражено в протоколах об административном правонарушении от 12.03.2024 № 00101124 и № 00091124 и описано судом выше, подтверждается взаимной связью и совокупностью представленных в материалы дела доказательств (за исключением эпизода № 1.5) и ФИО3 в должной степени не опровергнуты.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности нарушения по эпизоду № 1.5, связанного с нарушением порядка составления отчета о деятельности конкурсного управляющего, поскольку в протоколе об административном правонарушении от 12.03.2024 № 00091124 не конкретизирован отчет конкурсного управляющего, в котором не отражены необходимые сведения. Отсутствие подробного описания объективной стороны правонарушения является нарушением процессуальных требований, носит существенный характер, так как не позволяет всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, и не было восполнено при рассмотрении дела в арбитражном суде. Возражений в данной части против выводов суда не заявлено.

Арбитражным управляющим приведены аргументы о несогласии с наличием с его стороны нарушений по эпизодам № 1.1, № 1.2, № 1.3.

В отношении довода ответчика об отсутствии с его стороны нарушения по эпизоду № 1.1 суд полагает следующее.

Согласно пункту 2 статьи 24.1 Закона о банкротстве в течение десяти дней с даты утверждения арбитражным судом в процедурах, применяемых в деле о банкротстве (за исключением дела о банкротстве отсутствующего должника, а также должника, балансовая стоимость активов которого не превышает ста миллионов рублей), внешнего и конкурсного управляющего они дополнительно должны заключить договор обязательного страхования своей ответственности по возмещению убытков, причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве.

Из вышеприведенных положений Закона о банкротстве следует, что целью страхования ответственности арбитражного управляющего является защита имущественных прав лиц, участвующих в деле о банкротстве, предоставление названным лицам гарантии защиты их прав и охраняемых законом интересов, а также недопустимость ухудшения финансового положения в результате незаконных действий (бездействия) арбитражного управляющего.

Заключение договора страхования ответственности арбитражного управляющего является необходимым условием для осуществления арбитражным управляющим его профессиональной деятельности.

Поскольку страхование ответственности арбитражного управляющего является формой финансового обеспечения его ответственности и гарантией прав и интересов лиц, которым он может причинить убытки при осуществлении своих обязанностей, несоблюдение арбитражным управляющим требований пункта 1 статьи 24.1 Закона о банкротстве является нарушением законных интересов должника и его кредиторов и может повлечь причинение им убытков.

Как усматривается из материалов настоящего дела и дела № А29-8292/2016 (З-53117/2023), ФИО3 заключены следующие договоры обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего: от 08.02.2021 № 60/21/177/00441 с ООО «МСГ» сроком действия по 07.02.2022; от 16.02.2022 № СОАУ-11/2022-00001 с НКО ПОВС «Сотружество» со сроком действия с 17.02.2022 по 16.02.2022.

Материалами дела подтверждается и участвующими в деле лицами не оспаривается, в период с 17.02.2023 по 15.05.2023 ФИО3 осуществляла полномочия конкурсного управляющего ООО «ФСК в отсутствие действующего договора обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего.

Доказательств наличия объективных обстоятельств, препятствующих своевременному заключению договора обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего, заключение которого являлось обязательным, в дело не представлено.

Действия ФИО3, выразившиеся в осуществлении деятельности конкурсного управляющего ООО «ФСК» в период с 17.02.2023 по 15.05.2023 в отсутствие действующего договора страхования ответственности, заключение которого являлось обязательным, не соответствуют пункту 1 статьи 24.1 Закона о банкротстве и нарушают права кредиторов должника, в связи с чем указанное деяние ФИО3 правомерно признано судом первой инстанции незаконным.

Аналогичные выводы сделаны Вторым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 25.07.2024 по делу № А29-8292/2016.

Ссылка ответчика на высокие страховые премии, а также на необходимость соблюдения установленной законом процедуры освобождения от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ФСК» не принимается судом, поскольку не исключает вменяемого нарушения требований пункта 1 статьи 24.1 Закона о банкротстве. При этом суд отмечает, что арбитражный управляющий, действуя разумно и добросовестно, соблюдая должную степень заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась, не был лишен возможности, в том числе, урегулировать вопрос о страховании своей ответственности заблаговременно (продлить или заключить новый договор страхования, выяснить существенные для него вопросы в целях заключения или продления названного договора) либо, при нежелании страховать ответственность, возможности заблаговременно обратиться в арбитражный суд с самостоятельным заявлением об освобождении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего по собственному желанию в установленном законом порядке (пункт 1 статьи 144 Закона о банкротстве) до истечения срока действия ранее заключенного договора страхования. Однако таких действий, которые позволили бы исключить анализируемое нарушение, ФИО3 предпринято не было.

С учетом изложенного, нарушение по эпизоду № 1.1 признается судом доказанным.

Доводы арбитражного управляющего об отсутствии с его стороны нарушений по эпизодам № 1.2, 1.3 признаются судом несостоятельными в силу нижеследующего.

В силу пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право привлекать для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве на договорной основе иных лиц с оплатой их деятельности за счет средств должника, если иное не установлено данным Законом, стандартами и правилами профессиональной деятельности или соглашением арбитражного управляющего с кредиторами.

В то же время, в соответствии с абзацем восьмым пункта 2 указанной статьи арбитражный управляющий обязан разумно и обоснованно осуществлять расходы, связанные с исполнением возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Вовлечение в процедуру банкротства новых лиц с оплатой их услуг за счет средств должника требует от арбитражного суда оценки необходимости и обоснованности произведенных расходов и их размера, поскольку в силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при привлечении лиц для обеспечения возложенных на него обязанностей арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, в том числе привлекать их лишь тогда, когда это является обоснованным, и предусматривать оплату их услуг по обоснованной цене.

В пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве» разъяснено, что в силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при привлечении привлеченных лиц арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, в том числе привлекать их лишь тогда, когда это является обоснованным, и предусматривать оплату их услуг по обоснованной цене (абзац 1).

При рассмотрении вопроса об обоснованности привлечения привлеченного лица следует, исходя из пункта 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве, учитывать в том числе, направлено ли такое привлечение на достижение целей процедур банкротства и выполнение возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, предусмотренных Законом, насколько велик объем работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим (с учетом количества принадлежащего должнику имущества и места его нахождения), возможно ли выполнение арбитражным управляющим самостоятельно тех функций, для которых привлекается привлеченное лицо, необходимы ли для выполнения таких функций специальные познания, имеющиеся у привлеченного лица, или достаточно познаний, имеющихся у управляющего, обладает ли привлеченное лицо необходимой квалификацией (абзац 2).

Применение данных стандартов означает, что суд должен соотнести поведение управляющего с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и к своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота - бережливого хозяина бизнеса. Так, если подобное лицо, скорее всего, не стало бы нести определенные расходы по причине их завышенности (нерыночности), то наиболее вероятно, что эти расходы не оправданы. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для признания незаконными расходов управляющего не имеется

Привлечение специалистов к осуществлению полномочий арбитражного управляющего должно быть обусловлено большим объемом работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим, невозможностью выполнения им самостоятельно тех функций, для которых привлекается специалист, необходимостью для выполнения таких функций специальных познаний, имеющихся у специалиста и т.д.

При этом осуществление арбитражным управляющим деятельности по кризисному управлению предполагает наличие у него опыта и квалификации, позволяющих реализовать мероприятия банкротства наиболее оптимальным образом в соответствии с критериями эффективности.

Законодательно установлена презумпция компетентности арбитражного управляющего в области гражданского, налогового, трудового и уголовного права, гражданского, арбитражного и уголовного процесса, бухгалтерского учета и финансового анализа, оценочной деятельности и менеджмента.

В шестом абзаце пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве установлена обязанность конкурсного управляющего, помимо прочего, принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

Таким образом, само по себе право на привлечение специалиста не должно трактоваться неограниченно. При реализации данного права одновременно следует руководствоваться тем, что деятельность арбитражного управляющего должна быть направлена на минимизацию расходов должника. Затраты на осуществление полномочий конкурсного управляющего не должны быть необоснованными и чрезмерными.

Факты нарушения ФИО3 требований пункта 2 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, выразившиеся в необоснованном и неразумном расходовании арбитражным управляющим денежных средств должника на оплату услуг привлеченных специалистов (ФИО6 в сумме 160 000 руб., ФИО5 в сумме 110 000 руб.) установлен судом первой инстанции в рамках настоящего дела и подтверждается вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда Республики Коми от 15.08.2023 (оставлено без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 10.11.2023) и от 28.06.2023 по делу № А29-8292/2016, имеющими в силу части 2 статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела.

Ссылки арбитражного управляющего на то, что при выплате ФИО6 и ФИО5 денежных средств ФИО3 не вышла за пределы установленного лимита, не отменяет необоснованное привлечение указанных специалистов, а, следовательно, и необоснованное несение расходов за счет денежных средств должника.

Доводы арбитражного управляющего в анализируемой части нарушений направлены, по своей сути, на переоценку выводов состоявшихся (вступивших в законную силу) судебных актов, что является недопустимым.

Следовательно, нарушения по эпизодам № 1.2 и № 1.3 также, вопреки мнению ответчика, признаются апелляционным судом доказанным.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии в деяниях арбитражного управляющего ФИО3 события административного правонарушения, ответственность за совершение которого установлена в части 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Согласно части 1 статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии с частью 1 статьи 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Поскольку ответчик является лицом, имеющим специальную подготовку в области антикризисного управления, позволяющую осуществлять деятельность в качестве арбитражного управляющего в строгом соответствии с правилами, установленными Законом о банкротстве, он не мог не осознавать, что вменяемые ему в вину деяния носят противоправный характер.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, суд приходит к выводу о том, что ответчик имел возможность исполнить надлежащим образом нормы и правила, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но не принял все зависящие от него меры по их соблюдению.

Достаточных и надлежащих доказательств обратного ответчиком, в нарушение положений части 1 статьи 65 АПК РФ, не представлено.

Чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств, исключающих возможность соблюдения действующих норм и правил, нарушение которых послужило основанием для привлечения к административной ответственности, не установлено, в связи с чем вина арбитражного управляющего в совершении вменяемого ему административного правонарушения имеет место.

Как отмечалось выше, в части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ установлена административная ответственность за повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 указанной статьи, которое влечет дисквалификацию должностных лиц. То есть квалифицирующим признаком административного правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, является повторность.

При решении вопроса о квалификации деяний ФИО3 по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ необходимо руководствоваться определением повторности, которое дано в пункте 2 части 1 статьи 4.3 КоАП РФ.

В соответствии с указанной нормой под повторным совершением административного правонарушения понимается совершение административного правонарушения в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию в соответствии со статьей 4.6 КоАП РФ за совершение однородного административного правонарушения.

Согласно статье 4.6 КоАП РФ лицо, которому назначено административное наказание за совершение административного правонарушения, считается подвергнутым данному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления, за исключением случая, предусмотренного частью 2 настоящей статьи (часть 1).

Лицо, которому назначено административное наказание в виде административного штрафа за совершение административного правонарушения и которое уплатило административный штраф до дня вступления в законную силу соответствующего постановления о назначении административного наказания, считается подвергнутым данному наказанию со дня вступления в законную силу указанного постановления до истечения одного года со дня уплаты административного штрафа (часть 2 статьи 4.6 КоАП РФ).

Ранее ФИО3 была привлечена к административной ответственности (подвергнута административному наказанию) по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ решениями арбитражных судов по делам № А82-5986/2022 (вступило в законную силу 22.03.2023) и № А42-465/2022 (вступило в законную силу 27.07.2022) с назначением административных наказаний в виде предупреждений, а также по делам № А29-16557/2022 (вступило в законную силу 04.04.2023), № А31-1642/2022 (вступило в силу 05.09.2022), А31-8748/2019 (вступило в законную силу 14.02.2020), А42-1078/2019 (вступило в законную силу 20.08.2019) с назначением административных наказаний в виде административных штрафов.

Следовательно, нарушения, допущенные арбитражным управляющим в период с 27.07.2022 по 05.04.2024 (не ранее названной даты), обладают признаком повторности и подпадают под квалификацию по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

В этой связи в совершенных арбитражным управляющим деяниях по эпизодам №№ 1.1 - 1.4 имеется состав административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ. Нарушение по эпизоду 2.2 образует состав правонарушения по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Нарушения по эпизодам № 2.1 и № 2.3 квалифицированы Управлением по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

В то же время, как обоснованно указано судом первой инстанции, названные нарушения (часть нарушений по эпизоду № 2.1 и все нарушения по эпизоду № 2.3) с учетом дат их совершения подлежат квалификации по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Принимая во внимание положения пункта 2 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ, а также разъяснения пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», арбитражный суд не усмотрел оснований для переквалификации нарушений, поскольку в рассматриваемой ситуации дополнительная квалификация деяний по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ ухудшает положение лица, привлекаемого к административной ответственности.

В отношении части нарушений по эпизоду № 2.1 суд первой инстанции указал на невозможность установления периода их совершения по имеющимся материалам дела, а, соответственно, определения надлежащей квалификации деяния арбитражного управляющего.

Оснований не согласиться с названными выводами суда первой инстанции первой инстанции у судебной коллегии не имеется. Каких-либо возражений против выводов суда в упомянутой части участвующими в деле лицами не заявлено (в названной части судебный акт не обжалуется).

Процедура производства по делу об административном правонарушении, регламентированная нормами КоАП РФ, в данном конкретном случае административным органом соблюдена, существенные нарушения процессуальных требований, носящие неустранимый характер и свидетельствующие об объективной невозможности привлечения ответчика к административной ответственности отсутствуют.

Иное мнение арбитражного управляющего подлежит отклонению как основанное на ошибочном толковании норм права применительно к фактическим обстоятельствам настоящего дела.

Довод арбитражного управляющего о том, что в качестве единственных доказательств наличия события вменяемых административных правонарушений Управлением представлены только протоколы об административных правонарушениях от 12.03.2024 № 00091124 и № 00101124, подлежит отклонению как противоречащий представленным в дело документам.

Аргументы заявителя жалобы о том, что Управление нарушило порядок возбуждения административного дела, не принимаются судом в силу нижеследующего.

Согласно части 1 статьи 28.1 КоАП РФ поводом к возбуждению дела об административном правонарушении является, в том числе, непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения (пункт 1).

Поводами к возбуждению дел об административных правонарушениях, предусмотренных статьями 14.12, 14.13 и 14.23 настоящего Кодекса, являются поводы, указанные в пунктах 1, 2 и 3 части 1 настоящей статьи, а также заявления лиц, участвующих в деле о банкротстве, и лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, органов управления должника - юридического лица, саморегулируемой организации арбитражных управляющих, содержащие достаточные данные, указывающие на наличие события административного правонарушения (часть 1.1 статьи 28.1 КоАП РФ).

Дело об административном правонарушении может быть возбуждено должностным лицом, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях, только при наличии хотя бы одного из поводов, предусмотренных частями 1, 1.1 и 1.3 статьи 28.1 КоАП РФ, и достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения (часть 3 статьи 28.1 КоАП РФ).

Согласно пункту 4 части 4 статьи 28.1 КоАП РФ дело об административном правонарушении считается возбужденным с момента вынесения определения о возбуждении дела об административном правонарушении при необходимости проведения административного расследования, предусмотренного статьей 28.7 КоАП РФ.

Вменяемые арбитражному управляющему нарушения выявлены уполномоченным органом в ходе непосредственного ознакомления с материалами дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ФСК», по результатам которого Управлением были вынесены определения от 08.02.2024 № 005/2024 и № 006/2024 о возбуждении в отношении ФИО3 дел об административных правонарушениях по частям 3, 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ и проведении административного расследования, по результатам которого 12.03.2024 уполномоченным должностным лицом Управления составлены протоколы об административных правонарушениях № 00091124 и № 00101124, соответственно.

Следовательно, дела об административных правонарушениях возбуждены Управлением в пределах его компетенции и в соответствии с нормами статьи 28.1 КоАП РФ.

Ссылка арбитражного управляющего в обоснование анализируемого довода на положения части 3.1 статьи 28.1 КоАП РФ отклоняется судом, поскольку названная норма не подлежит применению к рассматриваемой ситуации.

Срок давности привлечения к административной ответственности, установленный частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ, за совершение рассматриваемых правонарушений на момент принятия судом первой инстанции решения не истек.

В отношении административного правонарушения по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ и эпизода № 1.4, квалифицированного по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для квалификации их в качестве малозначительных на основании статьи 2.9 КоАП РФ, в связи с чем отказал в привлечении ФИО3 к административной ответственности по данным обстоятельствам, ограничившись объявлением в адрес арбитражного управляющего устного замечания. Оснований для иной оценки выводов суда в данной части у апелляционной коллегии не имеется; в обозначенной части возражений против судебного акта не заявлено (в названной части судебный акт не обжалуется).

Повторно оценив наличие оснований для квалификации допущенного арбитражным управляющим административного правонарушения по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ (эпизоды № 1.1, № 1.2, № 1.3) в качестве малозначительного и применения положений статьи 2.9 КоАП РФ, коллегия судей полагает следующее.

Согласно статье 2.9 КоАП РФ при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенной угрозы охраняемым общественным отношениям (абзац 3 пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

В пункте 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что квалификация правонарушения как малозначительного производится с учетом конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. Такие обстоятельства, как, например, личность и имущественное положение привлекаемого к ответственности лица, добровольное устранение последствий правонарушения, возмещение причиненного ущерба, не являются обстоятельствами, свидетельствующими о малозначительности правонарушения. Данные обстоятельства в силу частей 2 и 3 статьи 4.1 КоАП РФ учитываются при назначении административного наказания.

Согласно пункту 18.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в КоАП РФ конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого установлена ответственность (абзац 2).

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 настоящего Постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. При этом применение судом положений о малозначительности должно быть мотивировано (абзац 3).

Таким образом, категория малозначительности относится к числу оценочных, в связи с чем определяется в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств совершенного правонарушения. При этом оценка правонарушения в качестве малозначительного является правом, а не обязанностью суда. По смыслу статьи 2.9 КоАП РФ оценка малозначительности деяния должна соотноситься с характером и степенью общественной опасности, причинением вреда либо угрозой причинения вреда личности, обществу или государству. Исследование вопроса о возможности применения статьи 2.9 КоАП РФ является самостоятельным этапом судебного исследования по делу.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

На основании статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1). Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2).

Допущенное ответчиком правонарушение посягает на установленный нормативными правовыми актами порядок общественных отношений в сфере правового регулирования несостоятельности (банкротства).

При этом суд обращает внимание на то, что административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена частью 3.1 статьи 14.1 КоАП РФ, относится к правонарушениям с формальным составом и считается оконченным с момента нарушения требований Закона о банкротстве. Наступление негативных последствий в таком случае для целей квалификации деяния не требуется, презюмируется самим фактом совершения противоправного деяния.

В данном случае существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается не в наступлении каких-либо материальных последствий правонарушения, а в пренебрежительном отношении ответчика к исполнению своих обязанностей в сфере несостоятельности (банкротства).

Необходимо иметь в виду, что по смыслу статьи 20 Закона № 127-ФЗ законодатель придает особый статус деятельности арбитражных управляющих, нормативно установив повышенные требования к лицам, осуществляющим такую деятельность. Ответчик является лицом, имеющим специальную подготовку в области антикризисного управления, позволяющую осуществлять деятельность в качестве арбитражного управляющего в строгом соответствии с правилами, установленными Законом о банкротстве. Поэтому арбитражный управляющий не мог не осознавать, что рассматриваемые деяния носят противоправный характер.

Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют об отсутствии со стороны арбитражного управляющего надлежащего контроля за выполнением соответствующих обязанностей. Арбитражный управляющий, являющийся профессиональным участником рассматриваемых правоотношений, допустил вменяемое правонарушение при отсутствии объективных, чрезвычайных и непреодолимых обстоятельств, не принял все зависящие от него исчерпывающие меры для соблюдения требований закона.

Кроме того, стоит также отметить и то, что допущенное правонарушение, исходя из существа вменяемых нарушений, повлекло нарушение права лиц, участвующих в деле о банкротстве должника.

Указанное в своей совокупности не соотносится с критериями добросовестного отношения обязанного лица к исполнению формальных требований публичного права.

Предмет, характер и обстоятельства выявленного административного правонарушения не позволяют исключить его существенную угрозу для охраняемых правоотношений в сфере несостоятельности (банкротства).

Какие-либо достаточные доказательства, свидетельствующие об исключительности рассматриваемого случая и о наличии оснований для применения статьи 2.9 КоАП РФ, арбитражным управляющим не представлены, и материалы дела об административном правонарушении не содержат.

Суд полагает, что возможность соблюдения требований действующего законодательства о банкротстве и недопущения выявленных нарушений зависела исключительно от действий самого арбитражного управляющего.

При этом важно отметить, что предусмотренный статьей 2.9 КоАП РФ механизм освобождения от административной ответственности не подлежит безосновательному применению.

В этой связи суд полагает, что в данном конкретном случае возбуждением дела об административном правонарушении по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, установлением вины ответчика не будут достигнуты превентивные цели административного производства, установленные частью 1 статьи 3.1 КоАП РФ. Устное замечание как мера порицания за совершение административного правонарушения не является в рассматриваемой ситуации для арбитражного управляющего достаточной для достижения указанных в статье 1.2 КоАП РФ задач законодательства об административных правонарушениях.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для освобождения арбитражного управляющего от административной ответственности, предусмотренной частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, на основании статьи 2.9 КоАП РФ, о чем правомерно и обоснованно указано судом первой инстанции в обжалуемом решении.

Часть 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ предусматривает административную ответственность совершение указанного в ней административного правонарушения в виде дисквалификации на срок от шести месяцев до трех лет.

В соответствии со статьей 3.1 КоАП РФ административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений, как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Виды административных наказаний определены статьей 3.2 КоАП РФ, в том числе дисквалификация, которая сопряжена с ограничением прав на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

Дисквалификация заключается в лишении физического лица права замещать должности федеральной государственной гражданской службы, должности государственной гражданской службы субъекта Российской Федерации, должности муниципальной службы, занимать должности в исполнительном органе управления юридического лица, входить в совет директоров (наблюдательный совет), осуществлять предпринимательскую деятельность по управлению юридическим лицом, а также осуществлять управление юридическим лицом в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации (статьи 3.11 КоАП РФ).

Согласно частям 1, 2 статьи 4.1 КоАП РФ административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с названным Кодексом. При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

С учетом существа, характера каждого правонарушения по эпизодам №№ 1.1 - 1.3 (осуществление функций конкурсного управляющего в отсутствие действующего договора страхования ответственности арбитражного управляющего, необоснованное расходование денежных средств должника),  принимая во внимание обстоятельства дела, суд апелляционной инстанции находит обоснованным применение судом первой инстанции в данном случае административного наказания в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев как наиболее адекватного правового воздействия, соответствующего обстоятельствам  рассматриваемого административного правонарушения.

По мнению судебной коллегии, назначение упомянутого выше наказания в данном конкретном случае согласуется с его превентивными целями (статья 3.1 КоАП РФ), отвечает положениям статьи 4.1 КоАП РФ, является соразмерным допущенному ответчику административному правонарушению, а также соответствует принципам законности, справедливости, дифференцированности, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности.

Оснований для иных выводов из имеющихся материалов дела, при действующем нормативно-правовом регулировании спорных правоотношений, апелляционная коллегия не усматривает.

Доводы ответчика об обратном являются несостоятельными и подлежат отклонению как, принимая во внимание вышеизложенное, основанные на ошибочном толковании норм права применительно к фактическим обстоятельствам рассматриваемого дела.

Судом апелляционной инстанции исследованы все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводов суда первой инстанции, а сводятся к иному, чем у суда, толкованию норм права и оценке обстоятельств дела, фактически направлены на их переоценку, данную судом надлежащим образом, и не могут рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта. Обжалуемое решение является законным и обоснованным, вынесенным на основании объективного и полного исследования обстоятельств и материалов дела, с учетом норм действующего законодательства.

При таких обстоятельствах, решение Арбитражного суда Республики Коми от 29.07.2024 по делу № А29-3927/2024 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 270 АПК РФ и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Ходатайство заявителя жалобы об освобождении от уплаты государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции рассмотрено и подлежит отклонению.

В обоснование соответствующего ходатайства заявитель ссылается на то, что в настоящее время федеральным законом не предусмотрено взимание государственной пошлины за рассмотрение арбитражным судом дел о привлечении к административной ответственности (пункт 13 постановления Пленума ВАС РФ от 27.01.2003 № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

Вместе с тем, пункт 13 указанного выше постановления признан не подлежащим применению на основании Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.11.2024 № 32 «О признании утратившими силу и не подлежащими применению отдельных разъяснений по вопросам применения законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в судах» в связи с изменениями, внесенными в Налоговый кодекс Российской Федерации (далее – НК РФ) Федеральным законом от 08.08.2024 № 259-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах».

С 09.09.2024 в силу пункта 19 части 1 статьи 333.21 НК РФ при подаче апелляционной жалобы государственная пошлина уплачивается физическими лицами в размере 10 000 рублей.

Если по смыслу закона освобождение от уплаты государственной пошлины предусмотрено только при обращении в суд первой инстанции, последующие действия по обжалованию судебных актов и постановлений облагаются государственной пошлиной (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, 3 (2024), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2024, ответ на вопрос 3).

В силу пункта 2 статьи 333.22 НК РФ суд, исходя из имущественного положения плательщика, вправе освободить его от уплаты государственной пошлины либо уменьшить ее размер.

В ходатайстве должно быть приведено мотивированное обоснование с приложением документов с актуальными сведениями, свидетельствующих о том, что имущественное положение заявителя не позволяет уплатить государственную пошлину в установленном размере при подаче искового заявления (заявления), апелляционной, кассационной или надзорной жалобы. Во внимание могут быть приняты предшествующие обращению в суд действия заявителя по снятию или перечислению остатка денежных средств со счета. При оценке имущественного положения заявителя суду следует устанавливать объективную невозможность уплаты государственной пошлины в необходимом размере (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, 3 (2024), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2024, ответ на вопрос 1).

Однако доказательств, свидетельствующих о тяжелом имущественном положении ФИО3, не позволяющем уплатить государственную пошлину в установленном законом размере, не представлено (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Поскольку определение Второго арбитражного апелляционного суда от 20.11.2024 не исполнено (доказательства, свидетельствующие об уплате государственной пошлины, суду не представлены), с арбитражного управляющего в доход федерального бюджета надлежит взыскать 10 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение его апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 АПК РФ, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Коми от 29.07.2024 по делу № А29-3927/2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО3 – без удовлетворения.

В удовлетворении ходатайства арбитражного управляющего ФИО3 об освобождении от уплаты государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы отказать.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО3 (ИНН: <***>) в доход федерального бюджета 10 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий                                      


Д.С. Четвергов


Судьи             


Г.Г. Ившина


Е.В. Минаева