Постановление от 1 ноября 2021 г. по делу № А60-15172/2019




СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2368/2020(5,6)-АК

Дело № А60-15172/2019
01 ноября 2021 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2021 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 01 ноября 2021 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей Герасименко Т.С., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Моор О.А.,

при участии:

от заявителя жалобы, конкурсного управляющего Захаровой Ю.А. – Перепёлкин С.В., доверенность от 11.11.2020, паспорт,

от заявителя жалобы, ООО «Антарес-групп» - Кошелева Т.Б., доверенность от 28.09.2021, паспорт,

от ответчика Каплуна С.Р. – Гусаров Е.М., доверенность от 11.07.2020, паспорт; Чугунов Д.В., доверенность от 11.07.2020, паспорт,

от ответчика Рудометовой Т.В. – Алескеров А.Б., доверенность от 05.09.2020, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего Захаровой Юлии Александровны, кредитора ООО «Антарес-групп»

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 23 июля 2021 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего Захаровой Юлии Александровны о привлечении Каплуна Сергея Рудольфовича, Рудометовой Татьяны Валерьевны к субсидиарной ответственности,

вынесенное в рамках дела № А60-15172/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Труд» (ОГРН 1096606000633, ИНН 6606030565),

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.10.2019 ООО «Труд» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утверждена Захарова Ю.А.

06.11.2019 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего Захаровой Ю.А. о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

С учетом неоднократных уточнений, Захарова Ю.А. просит признать доказанным наличие оснований для привлечения Каплуна С.Р., Рудометовой Т.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Труд»; приостановить производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в части размера субсидиарной ответственности Каплуна С.Р., Рудометовой Т.В. до окончания расчетов с кредиторами.

Заявленные уточнения приняты судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2021 (резолютивная часть от 16.07.2021) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий Захарова Ю. и кредитор ООО «Антарес-групп» обратились с апелляционными жалобами.

Конкурсный управляющий в своей жалобе просит обжалуемое определение отменить, удовлетворить заявленные требования, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, которые суд считал установленными, а также на неправильное применение судом норм материального права, выразившиеся в неправильном истолковании закона и неприменении закона, подлежащего применению.

В обоснование указывает, что задолженность у должника перед ООО «Антарес-групп» начала формироваться с сентября 2015 г., долг за период май-июнь 2017 года погашен только в апреле 2018 г. принудительно, переговоров по снижению арендной платы сторонами не проводилось, занимая помещение и не освобождая его, добросовестный руководитель не мог не знать о необходимости выплаты арендных платежей за период нахождения в таком помещении. Отсутствие правовой неопределенности также подтверждается вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.01.2018 по делу № А60-53020/2017. Выводы суда о ведении должником хозяйственной деятельности в текущем режиме опровергается выписками по р/с должника, по которому в 2018 г. поступления составили 0,00 руб., а с мая по декабрь 2017 г. должник продавал имущество, денежные средства поступали в счет оплаты от третьих лиц, перечисление их осуществлялось КДЛ Каплуну С.Р. в счет оплаты займа. Представленная бухгалтерская отчетность не соответствует действительности, поскольку с мая по декабрь 2017 г. все имеющееся имущество должника было продано в пользу третьих лиц, поэтому активы в 2017 и 2018 гг. не могли превышать размер взысканной задолженности. При анализе действий КДЛ судом не учтено намеренное неосвобождение в условиях имущественного кризиса должника помещения, влекущее формирование кредиторской задолженности, а также преждевременное погашение задолженности в пользу КДЛ при наличии задолженности незаинтересованных кредиторов. Относительно не передачи конкурсному управляющему документов должника судом указано на то, что Рудометовой Т.В. предпринимаются действия по истребованию документов, однако первичная документация должна храниться руководителем, последующие запросы направлены на нивелирование ответственности, документы по отчуждению имущества запрошены Рудометовой Т.В. у контрагентов, большая часть которых исключена из ЕГРЮЛ. Совершение должником сделок в пользу Каплуна С.Р. по договору беспроцентного займа раньше положенного срока повлекло причинение вреда кредитору в связи с утратой возможности получить удовлетворение своих требований, что повлекло в дальнейшем возбуждение настоящего дела. Кроме того, конкурсный управляющий указывает на введение суд в заблуждение относительно утверждения ответчиков об отсутствии с апреля 2017 г. по январь 2018 г. возможности попасть в арендуемое помещение и его освободить, тогда как все имущество должника продано в период с мая по декабрь 2017, что без доступа в помещение, в котором оно находилось, было бы невозможно. Также, с позиции ответчиков, отсутствие доступа в помещение лишило ответчиков возможности подготовить достоверную бухгалтерскую отчетность за 2018 г., что противоречит фактическим обстоятельствам дела, так как отчетность за 2018 г. готовится и сдается в 2019 г.

Кредитор ООО «Антарес-групп» в своей жалобе просит определение отменить, заявленные требования удовлетворить, также ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам, которые суд считал установленными.

В обоснование жалобы указывает, что задолженность перед ООО «Антарес-групп» начала формироваться у должника с мая 2017 г., что прямо установлено решением арбитражного суда от 17.11.2017 по делу № А60-44667/2017. Вывод суда о ведении сторонами переговоров необоснованный, правовая неопределенность в отношениях отсутствует. Ведение должником хозяйственной деятельности, произведение оплаты иных обязательств не соответствует действительности, что подтверждается выписками с лицевого счета. Выводы суда о погашении задолженности перед кредитором в текущем порядке, по мере разрешения спора по договору аренды также полагает не соответствующими действительности, поскольку задолженность по арендной плате добровольно не гасилась, платежи 05.04.2018 и 23.04.2018 были осуществлены в рамках исполнительных производств. Также кредитор указывает на искажение бухгалтерской отчетности путем сокрытия вывода активов должника; погашения кредиторской задолженности перед Каплуном С.Р. привело к существенному затруднению проведения процедуры банкротства, невозможности определения основных активов должника и их идентификации, выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившей проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы. Каплун С.Р. как контролирующее должника лицо злоупотребил правом, совершив действия по возврату займов за счет текущей выручки должника, а не за счет его чистой прибыли. То есть Каплун С.Р. получил возврат компенсационного финансирования приоритетно требованиям независимых кредиторов.

До начала судебного заседания от кредитора ООО «Антарес-групп» поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу конкурсного управляющего, согласно которого доводы считает обоснованными, просит жалобу удовлетворить, определение отменить.

Ответчик Рудометова Т.В. в своем отзыве против жалобы конкурсного управляющего возражает, определение считает законным и обоснованным.

Ответчик Каплун С.Р. в своем отзыве возражает против апелляционных жалоб конкурсного управляющего и кредитора, считает определение законным и обоснованным, а жалобы – не подлежащими удовлетворению.

От ООО «Антарес-групп» поступили возражения на отзыв Каплуна С.Р., просит жалобы удовлетворить, определение отменить.

Явившийся в судебное заседание представитель конкурсного управляющего доводы своей жалобы поддерживает в полном объеме. Против жалобы ООО «Антарес-групп» не возражает.

Представитель кредитора ООО «Антарес-групп» доводы своей жалобы поддерживает в полном объеме, просит определение отменить. Доводы жалобы конкурсного управляющего поддерживает по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Представители ответчиков Каплуна С.Р., Рудометовой Т.В. против апелляционных жалоб возражают по основаниям, изложенным в письменных отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ст.ст.156, 266 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст.71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Как следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «Труд» зарегистрировано в качестве юридического лица 04.03.2009.

Учредителем (участником) общества «Труд» являлась Рудометова Т.В. (100% доли уставного капитала), которая выполняла одновременно функцию единоличного исполнительного органа до момента признания должника банкротом.

Судами установлено, что конечным бенефициаром общества «Труд» является Каплун С.Р., приняв во внимание то, что Рудометова Т.В. является бывшей супругой Каплуна С.Р., а последним на постоянной основе производились перечисления денежных средств на счет должника в целях ведения хозяйственной деятельности (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2019 по делу № А60-67124/2017, определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.02.2021 по настоящему делу).

Наличие у Каплуна С.Р. статуса лица, контролирующего деятельность должника, никем из лиц, участвующих в деле, не оспаривается.

Конкурсный управляющий обществом «Труд» Захарова Ю.А. обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

По мнению конкурсного управляющего, Каплун С.Р. подлежит привлечению к ответственности на основании п. 4 ст. 10, п. 5 ст. 61.10 и ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку он своими действиями (сделками) причинил вред имущественным правам кредиторов; Рудометова Т.В. подлежит привлечению к ответственности на основании п. 4 ст. 10 и п. 5 ст. 61.10, ст. 61.11 Закона о банкротстве (искажение бухгалтерской отчетности, не передача документов, причинение своими действиями (сделками) вреда имущественным правам кредиторов), а также ст. 9 Закона о банкротстве (не обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом). Конкурсный управляющий просит приостановить производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в части размера субсидиарной ответственности Каплуна С.Р., Рудометовой Т.В. до окончания расчетов с кредиторами (с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами ст. 10 Закона о банкротстве.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». Согласно переходным положениям, изложенным в п. 3, 4 ст. 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подп. 1 п. 12 ст. 61.11, п. 3-6 ст. 61.14, ст. 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 № 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам – п.1 ст. 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 ГК РФ.

Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом, согласно ч. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в п. 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137, по которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Заявление конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника поступило в арбитражный суд 06.11.2019. Обстоятельства, с которыми связано привлечение контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, имели место как до (совершение сделок, причинивших ущерб должнику и кредиторам, не обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом), так и после вступления в законную силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (не передача документов должника конкурсному управляющему должника), в связи с чем, применению подлежат соответствующие нормы материального права, действующие в спорный период.


В обоснование заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности Рудометовой Т.В. в связи с неисполнением обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, конкурсный управляющий ссылался на наличие у должника неисполненных обязательств перед ООО «Антарес-групп» по договору аренды с июля 2017 г., при этом задолженность начала формироваться еще с сентября 2015 г., о чем свидетельствует начисленная неустойка. Как полагает заявитель, общество «Труд» обязано было обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в сентябре 2017 г. Кроме того, на протяжении всего периода деятельности общество «Труд» работало в убыток.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; в иных предусмотренных Законом о банкротстве случаях.

При этом заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных данной статьей, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Под недостаточностью имущества Закон о банкротстве (ст. 2) понимает превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) указано, что если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий также настаивает на необходимости обращения в суд с заявлением в сентябре 2017 г., поскольку у должника имелась задолженность по арендной плате за июль 2017г., фактически задолженность начала формироваться с сентября 2015г.

Кредитор в жалобе указывает на возникновение у должника задолженности перед ООО «Антарес-групп» с мая 2017 г.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев указанные доводы, пришел к выводу о том, что они не опровергают выводы суда об отсутствии оснований для привлечения Рудометовой Т.В. к ответственности за неподачу заявления, которые сделаны на основании следующего.

Из материалов дела следует, что до июня 2017 г. должник осуществлял платежи по договору аренды в пользу общества «Антарес-Групп», последний платеж осуществлен 04.05.2017 в размере 270 000 руб.

ООО «Антарес-Групп» 23.08.2017 обратилось в суд с заявлением о взыскании задолженности с должника по договору аренды за период с мая по июнь 2017 г., задолженность по оплате электроэнергии за период с апреля по июнь 2017 г., неустойки.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2017 по делу № А60-44667/2017 исковое заявление общества «Антарес Групп» удовлетворено частично, с должника взысканы денежные средства в общем объеме 667 620 руб. 01 коп. Данная задолженность погашена должником в июле 2018.

Впоследствии по исковым заявлениям общества «Антарес-Групп» арбитражным судом вновь приняты решения о взыскании с общества «Труд» задолженности по договору аренды.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.03.2018 по делу № А60-62543/2017 исковое заявление удовлетворено частично.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2018 решение суда первой инстанции изменено в части, принят новый судебный акт. Исковое заявление удовлетворено полностью.

Согласно постановлению Семнадцатого арбитражного апелляционного суда № 17АП-5528/2018-ГК от 05.06.2018 (резолютивная часть объявлена 04.06.2018) с общества «Труд» в пользу общества «Антарес-Групп» взыскана задолженность по договору аренды от 06.02.2015 № 1 в следующем размере: 1 086 524 руб. 32 коп. – основной долг по арендной плате; 120 453 руб. 45 коп. – неустойка.

Таким образом, наличие задолженности по арендным платежам за период с июля по октябрь 2017 года установлено 05.06.2018.

Согласно решению Арбитражного суда Свердловской области от 21.06.2018 (резолютивная часть объявлена 15.06.2018) по делу № А60-20781/2018, оставленным в законной силе постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда № 17АП-11808/2018-ГК от 23.10.2018 (резолютивная часть объявлена 18.10.2018) с общества «Труд» в пользу общества «Антарес-Групп» взыскана задолженность по договору аренды от 06.02.2015 № 1 в следующем размере: 810 225 руб. 00 коп. – основной долг по арендной плате; 2 460 руб. 94 коп. – задолженность по электроэнергии; 82 102 руб. 80 коп. – пени.

Таким образом, наличие задолженности по арендным платежам за период с ноября 2017 г. по январь 2018 г. установлено 23.10.2018.

Согласно решению Арбитражного суда Свердловской области от 12.12.2018 (резолютивная часть объявлена 06.12.2018) по делу № А60-61997/2018 с общества «Труд» в пользу общества «Антарес-Групп» взыскана задолженность по договору аренды от 06.02.2015 № 1 в следующем размере: 1 393 935 руб. 48 коп. – основной долг по арендной плате; 2 822 руб. 72 коп. – компенсация за потребленную электроэнергию; 1 879 561 руб. 04 коп. – неустойка.

Данное решение должником не обжаловалось.

Неплатежеспособность не подлежит отождествлению с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору, само по себе наличие непогашенной задолженности перед отдельными кредиторами (контрагентами по сделкам, либо перед банком по кредитному договору) на определенный период времени не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Наличие у должника в определенный период непогашенной задолженности перед отдельным кредитором в любом случае не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке ст. 9 Закона о банкротстве, поскольку само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает необходимость инициирования процедуры несостоятельности.

Фактически ООО «Труд» полностью прекратило свою деятельность в июне 2018 г. 05.06.2018 вступило в законную силу судебное решение о взыскании долга по арендной плате в пользу общества «Антарес-Групп», который должник не смог погасить ввиду недостаточности денежных средств.

При этом судом установлено, что, несмотря на внесения оплаты по договору аренды, на сентябрь 2017 г. у должника еще имелось имущество, позволяющее выполнить имеющиеся обязательства, он осуществлял текущую деятельность, не связанную с ресторанной, осуществлял перечисление денежных средств кредиторам.

Таким образом, поскольку наличие обязательств по уплате денежных средств кредитору, которые должник не мог объективно исполнить, стало очевидным для должника 05.06.2018, суд пришел к правомерному выводу, что с наступлением указанной даты у ООО «Труд» наступают признаки объективного банкротства.

По данным бухгалтерской отчетности активы ООО «Труд» в период с 2016 г. по 2018 г. значительно превышали размер задолженности, взысканной в пользу ООО «Антарес-Групп», стоимость активов в 2017 г. в 2 раза выросла по сравнению с 2016 г.: в 2016 г. – 13 383 тыс. руб., в том числе основные средства 7 070 тыс. руб., запасы 4 233 тыс. руб.; в 2017г.– 24 365 тыс. руб., в том числе основные средства 6 080 тыс. руб., запасы 6 969 тыс. руб., дебиторская задолженность 10 058 тыс. руб., денежные средства 1 255 тыс. руб.

Действительно, как на то указывают апеллянты, сведения об активах должника на конец 2017г. не соответствуют действительности, поскольку, согласно материалам дела и пояснениям ответчиков, до конца 2017 г. должником реализовано все принадлежащее должнику имущество. Вместе с тем, из представленных в материалы дела документов следует, что по состоянию на 12.01.2018 на расчетном счете должника имелись денежные средства в сумме 1 240 275,03 руб., что соотносится, с учетом незначительного не совпадения названной и отчетной дат, с данными, отраженными в отчетности, и превышает размер имеющейся на тот момент кредиторской задолженности. Данные денежные средства в 2018г. были направлены на расчеты с кредиторами, в том числе с обществом «Антарес-Групп» (погашена задолженность за период май-июнь 2017г.).

То обстоятельство, что оплата заявителю по делу о банкротстве осуществлена не добровольно, а в рамках исполнительного производства, свидетельством объективного банкротства не является.

Ссылка конкурсного управляющего на убыточность деятельности ООО «Труд» с момента его создания применительно к рассматриваемому основанию привлечения к субсидиарной ответственности правомерно отклонена судом.

На начальном этапе жизненного цикла организации, при больших вложениях в активы, отдача по которым еще не получена, отсутствие прибыли, которая бы окупала произведенные учредителями вложения, является характерным для начала предпринимательской деятельности и само по себе не является признаком несостоятельности общества. Для проектов характерно наличие рисков на начальном этапе, которые снижаются по мере реализации проекта. Неполучение обществом «Труд» прибыли при осуществлении хозяйственной деятельности являлось предпринимательским риском общества, покрываемым финансовыми вложениями Каплуна С.Р.

Вопреки позиции апеллянтов, вывод суда о продолжении должником текущей деятельности до июня 2018 года не противоречит фактическим обстоятельствам. Действительно, должник прекратил деятельность в сфере ресторанного бизнеса (закрыл ресторан) в мае 2017 года. Однако оснований полагать, что с этого момента деятельность общества прекратилась, не имеется. Из материалов дела следует, что должником проводились мероприятия, направленные на передачу бизнеса под управление сети ресторанов «USTA-групп», затем по продаже этого бизнеса, не достигшие положительного результата по причине отказа арендодателя изменить структуру оплаты за аренду помещения и не достижения согласия по дате запуска проекта. Вопреки позиции апеллянтов, факт ведения переговоров между должником и представителями «USTA-групп», осведомленность об этом ООО Антарес-Групп», в адрес которого были направлены предложения по изменению арендной платы, подтверждается материалами дела. До сентября 2017 года у должника имелись основания полагать, что данные мероприятия могут быть реализованы. Затем должник осуществлял реализацию своего имущества, расчеты с кредиторами, арендовал помещения, оспаривал наличие и размер задолженности за аренду помещения. Само по себе не раскрытие целей использования арендованных помещений не означает их отсутствие либо не обусловленность ведением обществом деятельности. Арендные отношения также прекратились в июне 2018г.

С этого момента руководитель должника не мог не осознавать, что у должника отсутствуют источники для погашения задолженности перед кредиторами, имеет место объективное банкротство общества и необходимо исполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве должника в течение 30 календарных дней (то есть в июле 2018г.).

Однако, такое заявление руководителем не подано.

Вместе с тем, после указанной даты у должника обязательства не возникли, на что правомерно указал суд первой инстанции.

При таких обстоятельствах оснований для привлечения Рудометовой Т.В. к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом не имеется. Соответствующий вывод суда первой инстанции является верным.

Доводы апелляционных жалоб в данной части подлежат отклонению.


Также конкурсный управляющий в качестве основания привлечения Рудометовой Т.В. у субсидиарной ответственности указывал п. 4 ст. 10, ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Подпунктом 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве законодательно установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В то же время в соответствии с разъяснениями Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подп. 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель, в данном случае конкурсный управляющий, должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства, возникли ли существенные затруднения в проведении процедуры вследствие не передачи документов.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе: невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Таким образом, инициатор спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке ст. 65 АПК РФ должен доказать обстоятельства, закрепленные в п. 2, 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве, которые, в свою очередь, являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в несостоятельности должника.

При этом смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации, ее искажение указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Судом первой инстанции установлено, что обязанность по передаче документов конкурсному управляющему исполнялась Рудометовой Т.В. по мере возможности, документы финансово-хозяйственной деятельности должника конкурсному управляющему переданы: по акту приема-передачи от 26.12.2019 № 1 переданы учредительные документы, документы бухгалтерского и налогового учета за период 2016-2017 гг.; в рамках настоящего обособленного спора переданы первичные документы по сделкам с контрагентами за период с 2014 по 2016 гг., а также универсальный передаточный документ по сделке с ООО «Универсал» от 19.06.2017 на сумму 799 700 руб.; Рудометовой Т.В. предпринимаются действия по истребованию документов, которыми она не располагает, в частности, ею сделаны запросы в ООО «МЕТРО Кэш энд Керри», ООО «АШАН» о предоставлении копий кассовых чеков в подтверждение фактов приобретения продуктов питания, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности в ресторане.

Определением от 29.11.2019 по настоящему делу суд обязал Рудометову Т.В. в течение 5 дней с даты вступления определения в законную силу передать конкурсному управляющему оригиналы документов согласно перечню, содержащемуся в уточненном ходатайстве от 05.11.2019.

Арбитражным судом Свердловской области выдан исполнительный лист от 29.11.2019, за принудительным исполнением которого конкурсный управляющий не обращался, иного в материалы дела не представлено.

Кроме того, решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.10.2019 по делу № А60-15172/2019 было частично удовлетворено заявление конкурсного управляющего Захаровой Ю.А. об истребовании документов: суд обязал ООО «МЕКОНГ», Фонд «Экологосоциальных исследований», ООО ТК «Фактория» в течение 5 дней с даты вступления в силу определения суда направить непосредственно конкурсному управляющему надлежащим образом заверенные копии первичных документов, подтверждающие факт поставки оборудования обществом «ТРУД», состав и характеристики оборудования, за которое была произведена оплата.

Доказательств невозможности истребования документации в рамках исполнительных производств конкурсным управляющим не представлено.

Не предъявление исполнительных листов для принудительного их исполнения дополнительно свидетельствует о фактическом отсутствии реальной потребности в них, достаточности для ведения процедуры банкротства имеющихся в распоряжении у управляющего документов.

Документы (договоры, универсальные передаточные акты, счета, товарные накладные), подтверждающие расходование заемных денежных средств в период с 2013 по 2015 гг. на строительные, ремонтные работы в целях открытия ресторана, приобщены судом к материалам настоящего обособленного спора.

Оснований полагать, что у Рудометовой Т.В. находится еще какая-либо иная документация, не переданная конкурсному управляющему должника, и Рудометова Т.В. уклоняется от передачи конкурсному управляющему документов и сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника, не имеется.

Кроме того, судом учтено, что в силу п. 1 ст. 20.3 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе при проведении процедуры банкротства запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну.

Конкурсный управляющий как лицо, осуществляющее полномочия руководителя должника и иных органов управления (п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве), для решения задач, возложенных на него Законом о банкротстве, не лишен возможности провести самостоятельный анализ финансово-хозяйственной деятельности должника, движения денежных средств по банковским счетам, обратиться к контрагентам должника с запросами о предоставлении актов сверок, универсальных передаточных актов и иной документации в подтверждение фактов хозяйственной жизни должника, которые имели место, но по каким-либо причинам стороны договорных отношений не обменялись оригиналами первичных документов.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к правильному выводу, что документы, переданные Рудометовой Т.В., позволяют конкурсному управляющему, проанализировав движение средств по расчетному счету, установить контрагентов должника, основания для перечисления денежных средств, и, как следствие, установить наличие (отсутствие) подозрительных сделок должника, приобретение и отчуждение имущества должника. Доказательств принятия конкурсным управляющим в ходе конкурсного производства самостоятельных мер по сверке с контрагентами должника, указанными в выписке по расчетному счету в материалы дела не предоставлено. Убедительных доводов о невозможности такой сверки в ходе судебного разбирательства не приведено.

В апелляционной жалобе конкурсным управляющим приводятся аналогичные доводы, что и в суде первой инстанции; он настаивает на неправомерности действий Рудометовой Т.В. по не сохранению бухгалтерской документации, полагает, что действия ответчика по истребованию документов от контрагентов, в том числе исключенных из ЕГРЮЛ, совершены с целью избежания ответственности.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего указал, что должник передал арбитражному управляющему документы в большом объеме, их передачу и получение конкурсным управляющим не отрицается, указал, какие конкретно документы ему не были переданы Рудометовой Т.В.: документы по состоянию активов должника (имущества должника), документы о продаже имущества. С позиции конкурсного управляющего, отсутствие документов о принадлежащем должнику имуществе и о проданном имуществе не позволяет ему установить объем и фактическую стоимость активов имевшихся у должника и проданных им третьим лицам.

Судом первой инстанции установлено, что ООО «Труд» в балансах за 2014-2016 гг. в графе «основные средства» учитывалось имущество на сумму 8 157 000 руб. Данный показатель соответствует сведениям о приобретении имущества, отраженным в выписке по расчетному счету должника. В последующем данное имущество реализовано должником. Данные в выписке позволяют соотнести сведения о приобретенном и проданном имуществе.

В материалах дела имеются сведения о датах реализации имущества должника, цене продажи и покупателях, что свидетельствует об осведомленности управляющего о сделках, о наличии у него возможности получения документов непосредственно от контрагентов.

Ответчик, не располагая документацией в силу названных ею причин их не сохранения, направила в адрес контрагентов соответствующие запросы. Такое поведение ответчика, вопреки позиции управляющего, свидетельствует о попытке восполнить отсутствующую документацию. То обстоятельство, что часть контрагентов прекратила свою деятельность, недобросовестность действий ответчика по запросу у них документации не подтверждает.

Названные Рудометовой Т.В. причины не сохранения документов относительно активов должника (имущества должника), об его продаже имущества суд апелляционной инстанции находит не убедительными. Однако, при указанных выше обстоятельствах осведомленности управляющего относительно реализованного имущества и его покупателей, не принятия им действий по принудительному истребованию документов у бывшего руководителя, получения значительного пакета документации должника выводы суда о недоказанности неблагоприятных последствий для ведения процедуры банкротства, погашения требований кредиторов по заявленному основанию являются правильными.

Обоснование недействительности сделок по продаже имущества, с учетом реального поступления на расчетный счет денежных средств от продажи имущества, управляющим не приведены. Более того, исключение из ЕГРЮЛ покупателей имущества свидетельствует о невозможности оспаривания сделок с ними.

О других сделках должника, в частности о платежах в пользу аффилированных лиц (Каплуна С.Р.), управляющему было известно, однако, эти сделки им в установленном порядке не оспорены, доводы об их недействительности приведены лишь при подаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

При таком положении оснований полагать, что указанные управляющим документы была не переданы ответчиком с целью сокрытия данных о хозяйственной деятельности должника, воспрепятствования деятельности управляющего по формированию конкурсной массы, с учетом фактического получения им всей остальной документации.

Довод конкурсного управляющего об искажении бухгалтерской отчетности должника, о чем свидетельствует отражение в бухгалтерском балансе за 2018 г. тех же данных, что и в бухгалтерской отчетности за 2017 г., судом первой инстанции отклонен, поскольку данное обстоятельство не повлияло на возможность осуществления конкурсным управляющим процедур банкротства, новых кредиторов в 2018 году у общества «Труд» не появилось, сведениями о продаже имущества, отраженного в балансе должника за 2017 г., конкурсный управляющий располагал.

В материалах дела имеется нотариально удостоверенное заявление бухгалтера ООО «Труд» Николаевой Е.В. об обстоятельствах формирования отчетности за 2018 год.

Данное заявление судом как доказательство по делу не принято по тому мотиву, что нотариус не удостоверяет факты, изложенные в документе, а лишь подтверждает, что подпись на заявлении сделана определенным лицом.

Между тем, основания полагать данный документ недопустимым доказательствам отсутствуют. Нотариусом подтверждено, что указанные в данном заявлении пояснения даны именно Николаевой Е.В. , оценка указанных ею обстоятельств, в том числе с позиции их достоверности, осуществляется судом по правилам ст.71 АПК РФ.

Согласно заявлению Николаевой Е.В., она работала в ООО «Труд» с декабря 2016г. по сентябрь 2019г. бухгалтером по гражданско-правовому договору, в ее обязанности входило, в том числе формирование бухгалтерского баланса; значения по активам и пассивам в бухгалтерском балансе ООО «Труд» за 2018 г. ею были продублированы из бухгалтерского баланса за 2017 г., так как ей не были предоставлены первичные бухгалтерские документы ввиду их нахождения в помещении ресторана, в который отсутствует доступ; чтобы избежать наложения финансовых санкций за несвоевременное предоставление в налоговой отчетности и исключения возможности привлечения ее к ответственности за неисполнение договорных обязанностей она направила бухгалтерский отчет за 2018 год без согласования с руководителем ООО «Труд», фактически скопировав данные бухгалтерского баланса за 2017 год.

Данные обстоятельства подтверждены представителем ответчиков в судебном заседании суда апелляционной инстанции. Иным доказательствам по делу заявленные обстоятельства не противоречат.

Никто из участвующих в деле лиц не подтверждает достоверность данных в бухгалтерском балансе ООО «Труд» за 2018 год.

Однако, сама по себе такая недостоверность основанием для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности не является.

Управляющим не доказано, что отчетность за 2018 г. искажена с целью сокрытия данных о хозяйственной деятельности должника, что такого рода недостоверность бухгалтерской отчетности должника за 2018 год повлекла какие-либо неблагоприятные последствия для ведения процедуры банкротства должника, тем более в условиях осведомленности управляющего о продаже всего имущества должника на конец 2017 года, наличии у должника на этот момент на расчетном счете денежных средств и порядке их расходования, об отсутствии поступлений денежных средств на счет должника в 2018 году.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий также указывает на искажение бухгалтерской отчетности, указывая на отражение одних и тех же показателях как за 2017 г., так и за 2018 г., полагая при этом искаженной не только отчетность за 2018 г., но и за 2017г., поскольку в ней отражены активы, которые должником на отчетную дату отчуждены.

Согласно пояснениям ответчиков, довод об искажении бухгалтерской отчетности за 2017г. в суде первой инстанции не заявлялся. Данное обстоятельство апеллянтами не опровергнуто.

Вместе с тем, ранее установлено, что отраженные в бухгалтерской отчетности за 2017 г. данные об активах должника не соответствуют действительности, с учетом продажи всего имущества должника до отчетной даты.

Ответчики в суде апелляционной инстанции пояснили, что имущество действительно были отчуждены до конца 2017 года, но фактически в указанный период покупателям не переданы, в связи с этим имущество, фактически не выбывшее из владения должника, было отражено им в составе активов бухгалтерской отчетности за 2017 г.

Документально утверждение о фактической не передаче в декабре 2017 года проданного имущества покупателям ответчиками не представлено. В материалах дела имеется только один акт приема-передачи имущества по заключенному в декабре 2017 года договору, датированный июнем 2018 года.

Вместе с тем, отражение в отчетности за 2017 г. сведений о наличии активов, в ситуации осведомленности, как управляющего, так и кредиторов о реализации должником всего имущества до конца 2017 года, само по себе об искажении сведений отчетности, с целью сокрытия данных о хозяйственной деятельности должника, не свидетельствует, такого рода недостоверность бухгалтерской отчетности должника за 2017 год не повлекла каких-либо неблагоприятных последствий для ведения процедуры банкротства должника; иное из материалов дела и пояснений управляющего, кредиторов не усматривается.

При таком положении следует признать правильными выводы суда, который отказал в привлечении Рудометовой Т.В. к субсидиарной ответственности по данному основанию, не установив необходимой для этого совокупности условий.


В качестве основания для привлечения Рудометовой Т.В. и Каплуна С.Р. к субсидиарной ответственности по п. 4 ст. 10, п. 5 ст. 61.10 и ст. 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий ссылается на совершение ответчиками действий, в том числе по выводу денежных средств должника, которые причинили вред кредиторам, привели к невозможности погашения их требований.


В обоснование своей позиции управляющий указывает на ряд сделок, совершенный в период 2016-2017гг.

Согласно абзацу третьему п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст.ст. 61.2 и 61.3 названного Закона.

Контролирующее должника лицо не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Из разъяснений, изложенных в п. 23 Постановления N 53, следует, что установленная пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве (абзац третий п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции закона N 134-ФЗ) презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

На основании п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст.ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В п. 19 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с п. 16 названного постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) (пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (ст. 78 Закона об акционерных обществах, ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу приведенных законоположений, основывающихся на общих правилах о деликтной ответственности (ст.ст. 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)), привлечение к субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию допустимо в случае доказанности состава правонарушения, включающего в себя факт наступления вреда (невозможность полного погашения обязательств перед кредиторами), противоправность действий/бездействия делинквента (например, совершение вредоносных сделок либо извлечение из них имущественной выгоды и т.п.), а также причинно-следственную связь между вменяемыми контролирующему должника лицу деяниями и негативными последствиями на стороне конкурсной массы - объективным банкротством организации-должника, представляющим собой для целей Закона о банкротстве критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам.

Согласно разъяснений п. 22 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», учредитель (участник) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственник его имущества или другие лица, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Таким образом, необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника.

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчиков, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов должника. Формируя внутренне убеждение о наличии оснований для удовлетворения требований, суд последовательно исключает для себя иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника. Субсидиарная ответственность лиц по данному основанию наступает в зависимости от того, привели ли их действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника.

В силу п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого ст. 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно; в целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.; пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой (абзац первый п. 22 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

С позиции управляющего к объективному банкротству должника, невозможности погашения требований кредиторов привели следующие сделки/действия:

1) Переводы денежных средств с расчетного счета должника на корпоративную карту в общей сумме 756 700 руб. за период с 23.03.2016 по 03.02.2017;

2) отчуждение должником в период с 12.05.2017 по 15.12.2017 имущества, выручка от реализации которого составила 5 657 077 руб.;

3) перечисление денежных средств в пользу Каплуна С.Р.:

- по договору беспроцентного займа от 07.12.2017 № 07/12-17 перечислены со счета должника денежные средства в качестве возврата заемных средств 21.03.2017 в размере 5 000 000 руб., 08.12.2017 в размере 800 000 руб., 13.12.2017 в размере 200 000 руб.;

- по договору беспроцентного займа от 01.10.2013 № 6 в период с 21.10.2016 по 26.06.2017 в качестве возврата заемных средств перечислены денежные средства в общей сумме 3 936 600 руб.

4) продолжение аренды помещений.

По мнению конкурсного управляющего, вышеуказанные сделки совершены в отсутствие реальности заемных отношений сторон, в отсутствие доказательств, подтверждающих расходование денежных средств на хозяйственные нужды ООО «Труд», способствовали выводу денежных средств со счета должника вместо погашения уже существующих требований кредиторов.

В апелляционной жалобе конкурсным управляющим приведены аналогичные доводы, которые подлежат отклонению ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, переводы на корпоративную карту (с 23.03.2016 по 03.02.2017) осуществлялись в период ведения хозяйственной деятельности ООО «Труд». Согласно выписке по корпоративной карте ООО «Труд» денежные средства расходовались в продуктовых магазинах, таких как ООО «МЕТРО Кэш энд Керри», ООО «Гипербола», ООО «Ашан», ООО «Пятерочка» для приобретения продуктов питания, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности в ресторане «Antares Lounge». Приобретение продуктов осуществлялось именно в тот период, когда ресторан «Antares Lounge» работал, что подтверждается журналом кассира-операциониста. Покупка продуктов питания в продуктовых магазинах является обычной практикой ведения ресторанного бизнеса.

Факт расходования денежных средств с корпоративной карты на хозяйственную деятельность должника в материалы дела подтверждается заявлением шеф-повара общества «Труд» Штерцера А.А. заверенным нотариусом. Данное заявление не принято судом в качестве доказательства по делу. Между тем, основания полагать данный документ недопустимым доказательствам отсутствуют. Нотариусом подтверждено, что указанные в данном заявлении пояснения даны именно Штерцером А.А., оценка указанных ею обстоятельств, в том числе с позиции их достоверности, осуществляется судом по правилам ст.71 АПК РФ.

С учетом названных обстоятельств, периоды и размера платежей с корпоративной карты, который нельзя признать существенным, установленного ранее наличия у должника имущества, достаточного для покрытия требований внешних кредиторов, оснований полагать, что спорные действия повлекли объективное банкротство должника, привели к невозможности погашения включенных в реестр требований кредиторов, обязательства по которым возникли значительно позже периода совершения переводов на корпоративную карту и платежей по ней, отсутствуют.

Также не усматриваются основания для взыскания спорной суммы в качестве убытков ввиду недоказанности состава названного вида ответственности.

Конкурсным управляющим приведены доводы о недействительности сделок по отчуждению должником своего имущества в период с 12.05.2017 по 15.12.2017, выручка от реализации которого составила 5 657 077 руб.

С позиции управляющего, имущество продано должником по заниженной цене, чем причинен вред кредиторам, оказалось невозможным исполнение должником обязательств перед кредиторами за счет выручки от продажи имущества.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в период с 12.05.2017 по 15.12.2017 ООО «Труд» осуществило продажу всего имущества в пользу третьих лиц (ООО «Евростандарт», ООО «Универсал», ООО «ТК «АВЛ», Фонд «Эколого-социальных исследований», ООО ТК «Фактория», ООО «Стройресурс», ООО «Стандартстрой», ООО «СтройГрупп», ООО «Меконг») на общую сумму 5 952 077 руб.

Разница между ценой приобретения имущества и его продажи составила 2 343 458 руб.

Суд принял во внимание доводы Рудометовой Т.В. и Каплуна С.Р. об определении цены продажи имущества с учетом амортизации (износа), скидки при переходе на вторичный рынок, скидки на торг, кризиса на рынке ресторанного бизнеса в 2017 году, а также необходимости скорейшего освобождения арендуемых помещений, с учетом которых, а также в отсутствие доказательств иной стоимости имущества не усмотрел признаков недействительности сделок.

Управляющий в апелляционной жалобе вновь ссылается на реализацию имущества по заниженной цене, не представляя при этом подтверждающих доказательств этому.

Продажа имущества должника в условиях прекращения им деятельности в сфере ресторанного бизнеса являлась разумной, соответствующей обычной практикой в указанной ситуации, а также интересам, как должника, так и его кредиторов.

Судом установлено и управляющим не оспаривается, что все вырученные от продажи имущества денежные средства поступили на расчет должника и направлены на расчеты с кредиторами.

Фактически из доводов управляющего усматривается его несогласие не столько непосредственно с продажей имущества, а с распределением вырученных от такой реализации денежных средств, в частности, совершение за счет них платежей в пользу контролирующего должника лица – Каплуна С.Р. при наличии неисполненных обязательств перед иными, не связанными с должником кредиторами.

Из материалов дела усматривается и не оспаривается управляющим, что Каплун С.Р. в период с 21.01.2013 по 10.04.2017 перечислил на расчетный счет ООО «Труд» денежные средства в общем размере 25 120 067 руб., оформив их предоставление договорами займа. Денежные средства были предоставлены Каплуном С.Р. должнику для организации его деятельности в сфере ресторанного бизнеса и израсходованы последним на указанную цель, а также в дальнейшем на хозяйственную деятельность ресторана. Наличие между ООО «Труд» и Каплуном С.Р. именно заемных отношений, их действительность установлены судом в рамках обособленного спора о включении требований Каплуна С.Р. в реестр требований кредиторов должника. Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.02.2021 по настоящему делу требование Каплуна Сергея Рудольфовича признано судом обоснованным в размере 15 153 467 руб. и подлежащим удовлетворению в составе очереди, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Управляющим оспариваются платежи, совершенные со счета должника в пользу Каплуна С.Р. в порядке возврата заемных средств.

В период с 21.10.2016 по 26.06.2017 должником произведен возврат денежных средств по договору займа в размере 8 936 600 руб.

Суд, установив, что в указанный период у должника отсутствовала задолженность перед иными кредиторами, отсутствовали признаки неплатёжеспособности или недостаточности имущества; совершая указанные платежи, ООО «Труд» не производил безвозмездного отчуждения денежных средств, а произвел возврат ранее полученного займа, пришел к выводу о том, что погашение должником реальной задолженности не может свидетельствовать о причинении должником вреда имущественным правам кредиторов; возврат ранее полученных заемных денежных средств в период, когда у должника отсутствуют иные кредиторы, является обычной хозяйственной деятельностью, не выбивающейся из правил обычного делового оборота.

Частично с данными выводами следует согласиться.

Как установлено ранее, до мая 2017 года должник осуществлял основной свой вид деятельности, ресторан функционировал, имелся доход, за счет которого должник рассчитывался с кредиторами, был вправе продавать излишнее оборудование.

Учитывая реальный характер заемных отношений с Каплуном С.Р., при наличии дохода, позволяющего помимо расчетов по текущей деятельности ресторана осуществлять возврат заемных средств инвестору, платежи в пользу последнего совершены в порядке погашения существующей задолженности, при этом чьи-либо права не нарушены (иное из материалов дела не следует).

Однако, с мая 2017 года деятельность ресторана прекращена, начиная с указанного периода у должника начала формироваться задолженность по аренде помещения, которая в добровольном порядке не погашалась, вступивший в законную силу судебный акт был исполнен в рамках исполнительного производства лишь в апреле 2018 года. Имелись обязательства и перед другими кредиторами.

С мая по сентябрь 2017 года, как указано ранее, должник осуществлял мероприятия, направленные сперва на сохранение ресторанного бизнеса, затем на его продажу, при этом у должника увеличивались обязательства, связанные с арендой помещения, по оплате коммунальных платежей.

При наличии неисполненных обязательств перед внешними кредиторами осуществление платежей в порядке возврата заемных денежных средств, предоставленных инвестором по договорам займа, срок возврата по которым не наступил, добросовестными не являются.

Более того, осуществление таких платежей в пользу Каплуна С.Р. с сентября 2017 года, когда переговоры с представителями «USTA-групп» оказались безрезультативными, стали очевидными невозможность продолжения деятельности ресторана и его продажи, равно как отсутствие иных источников для исполнения обязательств по аренде и оплате коммунальных платежей помимо продажи оставшегося имущества, свидетельствует о направленности таких действий на вывод ликвидных активов должника, невозможность погашения требований внешних кредиторов.

У должника имелась возможность исполнения обязательств перед внешними кредиторами за счет продажи имущества.

В ситуации прекращения деятельности погашение требований внешних кредиторов за счет вырученных от продажи имущества денежных средств означало бы фактическую добровольную ликвидацию. В указанной ситуации у должника бы не возникло признаков объективного банкротства.

Однако, большая часть вырученных от продажи оборудования денежных средств была перечислена Каплуну С.Р.

На конец 2017 года было реализовано все имущество должника, при этом оставшихся не распределенными денежных средств было явно не достаточно для погашения существующей на тот момент задолженности, в частности по аренде помещений и коммунальных услуг.

Для ответчиков данное обстоятельство было очевидным.

Между тем, платежи совершены в пользу Каплуна С.Р., такие действия стали возможными исключительно в результате использования ответчиками своих прав и возможностей по контролю за деятельностью должника, его имуществом и финансовыми средствами.

Действительность обязательства должника перед Каплуном С.Р. по возврату заемных средств данный вывод не опровергает.

С учетом цели предоставления в заем должнику денежных средств (инвестирование создания и деятельности) взаимосвязанности с учредителем и руководителем должника, фактического управления деятельностью должника, исходя из которых определен статус Каплуна С.Р. как контролирующего должника лица, а характер предоставленного должнику займа как компенсационное финансирование должника, в условиях прекращения деятельности должника в первую очередь подлежали расчеты с внешними кредиторами, Каплун С.Р. вправе был претендовать на оставшиеся после таких расчетов денежные средства.

Таким образом, ответчиками совершены согласованные действия по выводу активов должника, приведшие к невозможности погашения требований внешних кредиторов.

Более того, вывод денежных средств сопровождался наращиванием задолженности перед внешними кредиторами, в частности, перед ООО «Антарес Групп».

Из материалов дела следует, что должник длительное время продолжал занимать помещения, принадлежащие ООО «Антарес Групп», в том числе и после расторжения договора аренды.

Уведомление о расторжении договора аренды направлено ООО «Антарес Групп» 03.07.2017, с 12.08.2017 договор аренды был прекращен, что подтверждается, в том числе выводами суда об этом в рамках дела № А60-53020/2017.

Фактически помещения освобождены должником лишь 05.07.2018.

По утверждению ответчиков, не освобождение должником арендованных помещений было обусловлено действиями кредиторов по ограничению доступа сотрудникам должника в них.

Согласно пояснениям ответчиков, в конце сентября 2017 г. арендодателем и ТСЖ «Жилые высотки Антарес» был ограничен доступ сотрудникам должника в арендуемое имущества, следовательно, освободить помещение не представлялось возможным. По утверждению ответчиков, Каплун С.Р. неоднократно пытался получить доступ к арендуемому помещению с целью освобождения его от имущества должника для дальнейшей передачи помещения арендодателю, однако, ООО «Антарес Групп» и связанное с ним лицо, ТМЖ «Жилые высотки Антарес» препятствовали этому, тем самым умышленно увеличивая размер задолженности ООО «Труд».

В качестве подтверждения данных обстоятельств ответчики ссылаются на установленные решением от 05.03.2018 по делу № А60-62543/2017 обстоятельства, а также на акт ТСЖ «Жилые высотки Антарес» от 29.01.2018 об ограничении доступа. При этом указанный акт в материалы дела не представлен, реальность его наличия не подтверждена.

Данное решение вынесено в рамках дела по иску ООО «Антарес Групп» о взыскании задолженности по арендной плате с ООО «Труд». Последнее оспаривало период аренды и размер задолженности по мотиву невозможности использования арендованного помещения ввиду ограничения доступа к нему со стороны арендодателя. Судом приведенные ответчиком доводы восприняты, иск удовлетворен частично.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2018 в рамках дела № А60-62543/2017 решение суда первой инстанции от 05.03.2018 изменено, исковые требования ООО «Антарес Групп» удовлетворены в полном объеме.

В рамках данного спора судом апелляционной инстанции были исследованы доводы ответчика по делу об установлении ограничений доступа в арендуемое помещение. В подтверждение своих доводов о невозможности с 28.09.2017 попасть в помещение ООО «Труд» представил в материалы дела копии фотографий опечатанной двери, а также копию акта от 25.02.2018, составленного представителем ответчика Каплуном С.Р. и председателем ТСЖ «Жилые высотки Антарес», согласно которому при попытке ответчика проникнуть в арендуемые помещения установлено, что замок заменен, проникнуть внутрь не представляется возможным. Апелляционным судом установлено, что задолженность взыскивалась с июля по октябрь 2017, в связи с чем, акт о прекращении доступа в арендуемое помещение от 25.02.2018, составленный представителями ответчика и третьего лица, не относится к рассматриваемому периоду.

Судом из пояснений допрошенного в судебном заседании свидетеля Каплуна С.Р. установлено, что арендованное помещение ООО «Труд» не использовалось, о том, что помещение опечатано, Каплуну С.Р. стало известно только 31.10.2017, имея ключи, он вошел в спорное помещение. Согласно пояснениям третьего лица, вызов сотрудников полиции был произведен ввиду отсутствия у Каплуна С.Р. полномочий на представление ООО «Труд». Сотрудники милиции не стали разбираться в спорном вопросе и уехали. Из представленных в дело фотоматериалов следует, что на двери помещения находился лист бумаги с надписью «опечатано 28.09.2017 СК». Основания, по которым дверь в помещение была опечатана, а также лицо, которое произвело эти действия, указаны не были. Доказательств того, что помещение было опечатано истцом или третьим лицом, в материалы дела не представлено. Кроме того ответчиком не указано, каким образом лист бумаги с надписью «опечатано 28.09.2017 СК» препятствовал доступу в арендованное помещение. Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание то обстоятельство, что ответчик, ссылаясь на ограничение доступа в арендуемое помещение, за разъяснением к арендодателю не обращался, требований об обеспечении доступа не заявлял. Кроме того, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.01.2018 по делу № А60-53020/2017 на ответчика была возложена обязанность освободить арендуемое помещение. При рассмотрении дела судом не установлены обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии у ответчика доступа в арендуемое помещение. ТСЖ «Жилые высотки Антарес» в рамках дела № А60-53020/2017 поясняло, что доступ сотрудникам ООО «Труд» ограничен не был.

В рамках иных дел, возбужденных по иску ООО «Антарес Групп» о взыскании с ООО «Труд» задолженности за аренду помещения за последующие периоды, факт ограничения доступа ответчику в арендованные помещения не установлен, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

При этом доводы ООО «Труд» об ограничении доступа в арендуемые помещения был предметом исследования судами первой и апелляционной инстанций в рамках дела № № А60-20781/2018 и отклонен за недоказанностью. Исковый требования ООО «Антарес Групп» в рамках дела № А60-61997/2018 должником не оспорены, отзыв не представлен.

Какие-либо документальные свидетельства наличия объективных препятствий для освобождения должником арендованных помещений и их передачи арендодателю ответчиками не представлены.

Согласно пояснениям представителей ответчиков, данным в судебном заседании суда апелляционной инстанции, их доводы об ограничении доступа в арендованные помещения полностью основаны на обстоятельствах, установленных в решении суда от 05.03.2018 по делу № А60-62543/2017, иное им не известно, доверителями не сообщено.

Между тем, как указано ранее, данное решение судом апелляционной инстанции изменено, доводы об ограничении доступа отклонены.

Судом правомерно принято во внимание, что ООО «Антарес Групп» 06.10.20217 предъявлены к ООО «Труд» в судебном порядке требования об освобождении занимаемых им помещений, ввиду не исполнения обязанности по освобождению помещений в указанный в уведомлении о расторжении договора аренды срок (01.04.2017) (дело № А60-53020/2017. Иск судом удовлетворен.

ООО «Труд» в рамках названного дела также приводил доводы о фактической невозможности освободить спорные помещения ввиду отсутствия доступа к ним. В отзыве ответчик пояснил, что 28.09.2017 спорное помещение было опечатано представителями третьего лица. 13.10.2017 при попытке попасть в спорное нежилое помещение доступ в помещение представителями третьего лица был запрещен, были вызваны сотрудники правоохранительных органов. В подтверждение своих доводов ответчик представил в материалы дела копии фотографий опечатанной двери. Иных доказательств, подтверждающих отсутствие доступа к спорным помещениям, суду не представлено. Данные доводы ответчика опровергнуты пояснениями третьего лица, которое в отзыве прямо указало, что доступ к спорным помещениям для ответчика не ограничивался, по состоянию на 15.01.2018 данные помещения им не освобождены, в них находится имущество ответчика, в том числе оборудование. При этом следует отметить, что ответчик не отрицает, что явившееся 13.10.2017 на объект лицо не представило документов, подтверждающих его полномочий на передачу объекта аренды. Доказательств опровергающих данное обстоятельство ответчик не представил.

Таким образом, доводы о невозможности освобождения ООО «Труд» помещений ввиду ограничения доступа в них был неоднократно исследован судами, отклонен за недоказанностью. Какие-либо дополнительные доказательства заявленному обстоятельству, которые не были предметом исследования ранее, ответчиками не представлены.

Более того, дополнительным доказательством наличия у сотрудников ООО «Т руд», в том числе у ответчиков доступа в помещение является реализация должником в декабре 2017 г. оборудования, находящегося в данном помещении. При наличии какого-либо ограничения доступа реализация была бы невозможна.

По утверждению ответчиков, оборудование было осмотрено покупателями до введения ограничений доступа (в мае-июне 2017 года), а фактическая передача оборудования покупателям состоялась после получения доступа в помещения в июне 2018 года.

К данным объяснениям суд апелляционной инстанции относится критически.

Какие-либо доказательства выставления на продажу оборудования в мае-июне 2017 года ответчиками не представлены.

Более того, выставление оборудования на продажу в указанный период противоречит пояснениям ответчиков и представленным ими в материалы дела документам о ведении переговоров с представителями «USTA-групп», проекте взаимодействия с названной сетью ресторанов, предполагающем продажу части оборудования«USTA-групп», а также передачу названной сети остального оборудования в аренду.

Временной разрыв между осмотром товара и заключением договоров купли-продажи, а затем между оплатой товара покупателями и передачей товара им, равный полугоду и более не соответствует требованиям действующего законодательства, регулирующим договоры купли-продажи, а также обычаям делового оборота.

Какие-либо документальные свидетельства заявленным ответчикам обстоятельствам ими не представлены. При этом с учетом характера возможных подлежащих документов ответчики должны ими располагать, у них не может возникнуть каких-либо затруднений в их представлении.

Однако, акты приема-передачи имущества в материалы дела не представлены. Столь поздняя передача имущества не могла не породить претензии со стороны покупателей, объяснений со стороны ответчиков, вместе с тем, доказательства переписки также в материалах дела не имеется.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу о недоказанности ответчиками невозможности освобождения помещения и его передачи арендодателю после прекращения договора аренды. Более того, из фактических обстоятельств дела усматривается, что ООО «Труд» в лице ответчиков не намеревался освобождать помещения, уклонялся от их передачи арендодателю. При этом истинные цели не передачи помещения суду не раскрыты.

Ответчики, длительное время являясь участниками предпринимательской деятельности, не могли не понимать, что не освобождение помещения и непередача его после прекращения договорных отношений арендодателю повлечет за собой обязательства по оплате аренды за фактическое пользование помещением.

При этом у должника денежные средства для оплаты аренды помещения после продажи всего имущества и распределения выручки отсутствовали, равно, как и возможные источники для покрытия арендной платы отсутствовали, что бесспорно было понятно ответчикам.

Совокупность действий ответчиков по выводу вырученных от продажи имущества должника денежных средств в пользу Каплуна С.Р. при наличии неисполненных обязательств перед внешними кредиторами, наращивание задолженности перед ними явилась причиной объективного банкротства ООО «Труд» и невозможности погашения включенных в реестр их требований.

С учетом изложенного необходимые условия для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по основанию, установленному п. 4 ст. 10, п. 5 ст. 61.10 и ст. 61.11 Закона о банкротстве следует признать доказанными.

Конкурсным управляющим 16.07.2021 заявлено ходатайство об уточнении, согласно которому управляющий просит, в том числе приостановить производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами; уточнение требований принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ, что отражено в протоколе судебного заседания и обжалуемом судебном акте.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац первый п. 11 ст. 61.11 закона о банкротстве).

Согласно п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.11 закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановления рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 23.07.2021 подлежит отмене на основании п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ (несоответствие выводов суда обстоятельствам дела).

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 23 июля 2021 года по делу № А60-15172/2019 отменить.

Признать доказанными наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Рудометовой Татьяны Валерьевны и Каплуна Сергея Рудольфовича.

Приостановить производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в части установления размера ответственности.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Т.Ю. Плахова



Судьи


Т.С. Герасименко



О.Н. Чепурченко