Постановление от 9 сентября 2018 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-13835/2017-АК
г. Пермь
10 сентября 2018 года
Дело № А50-431/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2018 года.

Постановление в полном объёме изготовлено 10 сентября 2018 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Мармазовой С.И.,

судей Васевой Е.Е., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания Балакиревой Н.Ю.,

при участии:

от лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, ФИО1 (ФИО1): ФИО2 (паспорт, доверенность от 01.09.2018),

от участника должника ФИО3: ФИО3 (паспорт);

от третьего лица – ФИО4 (ФИО4): ФИО5 (паспорт, доверенность от 19.03.2018),

от общества с ограниченной ответственностью «Прогресс-2000» (ООО «Прогресс-2000»): ФИО6 (паспорт, доверенность от 29.09.2017),

от общества с ограниченной ответственностью «ДИВ» (ООО «ДИВ»): ФИО7 (паспорт, доверенность от 17.10.2017),

от третьего лица ФИО8: ФИО8 (паспорт),

от иных лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, ФИО1, участника должника ФИО3

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 22 июня 2018 года

об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 4 590 000 руб., об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 29.04.2016, заключённого между должником и ФИО1, о признании недействительной сделкой соглашение о возврате денежных средств от 06.06.2016, заключённое между должником и ФИО1,

вынесенное судьёй ФИО9

в рамках дела № А50-431/2017

о признании общества с ограниченной ответственностью «Форум-2005» (ООО «Форум-2005», ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

третьи лица: ФИО4, Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Пермскому краю (Управление Россреестра по Пермскому краю), ФИО8, общество с ограниченной ответственностью «Бриллиант» (ООО «Бриллиант»), Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому Федеральному округу (МРУ Росинмониторинга по ПФО), Уральская государственная инспекция пробирного надзора Российской государственной пробирной палаты,

установил:

12.01.2017 ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании ООО «Форум-2005» (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.01.2017 заявление ФИО1 о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суд.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 17.03.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощённой процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждён ФИО10 (ФИО10).

Объявление об открытии в отношении должника конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №56 от 01.04.2017.

23.05.2017 ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Пермского края с требованием о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 4 100 000 руб. по соглашению о порядке возврата денежных средств от 06.06.2016.

09.06.2017 конкурсный управляющий должника ФИО10 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительными:

- договора купли-продажи от 29.04.2016 между ФИО1 и должником, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника объекта недвижимости: однокомнатной квартиры № 16 площадью 88,4 кв.м., в доме №2 по ул.Пионерской в Свердловском районе г. Перми;

- соглашения о возврате денежных средств от 06.06.2016 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 денежных средств в размере 3 060 000 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 25.07.2017 производства по требованию ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника и заявлению конкурсного управляющего об оспаривании сделок объединены в одно производство в порядке статьи 130 АПК РФ для совместного рассмотрения.

27.11.2017 между ФИО1 и конкурсным управляющим должника ФИО10 заключено соглашение о расторжении договора купли-продажи квартиры от 29.04.2016 и возврата квартиры в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.12.2017 решение Арбитражного суда Пермского края от 17.03.2017 в части включения в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ФИО1 в сумме 490 000 руб. основного долга и 4 050 руб. расходов по оплате государственной пошлины отменено по новым обстоятельствам. Судебное заседание по рассмотрению обоснованности требования ФИО1 в сумме 490 000 руб. о включении в реестр требований кредиторов должника назначено к совместному рассмотрению с требованием ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов и заявлением конкурсного управляющего ФИО10 о признании недействительными договора купли-продажи от 05.04.2017, совершённой между ФИО1 и должником, и соглашения о возврате денежных средств от 06.06.2016.

Определениями Арбитражного суда Пермского края от 19.07.2017, 28.09.2017, 11.12.2017 в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, Управление Росреестра по Пермскому краю, ФИО8, ООО «Бриллиант», Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому федеральному округу, Уральская государственная инспекция пробирного надзора Российской государственной пробирной палаты.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 22.06.2018 в удовлетворении требования ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника 4 590 000 руб. отказано, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО10 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 29.04.2016 между должником и ФИО1, применении последствий недействительности сделки, отказано, признано недействительным соглашение о возврате денежных средств от 06.06.2016 между должником и ФИО1

ФИО1, участник должника ФИО3, не согласившись с вынесенным определением, обратились с апелляционными жалобами.

ФИО1 в своей апелляционной жалобе просит определение отменить, требования ФИО1 удовлетворить, в удовлетворении требований конкурсного управляющего должника отказать. В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что передача денежных средств в сумме 5 100 000 руб. по договору купли-продажи подтверждена письменными доказательствами; судом необоснованно приняты в качестве доказательств касса за 2016 и 2017 год, необоснованно отклонено ходатайство ФИО1 о фальсификации указанных документов; судом первой инстанции оставлены без внимания доводы о том, что ненадлежащее оформление бухгалтерских документов, неотражение в кассе поступления 5 100 000 руб., невнесение указанной суммы на расчётный счёт свидетельствуют о намерении ФИО4 присвоить указанные денежные средства; в материалы дела представлены доказательства наличия у ФИО1 финансовой возможности приобретения спорной квартиры; выводы суда о соотношении цены сделки и затрат на производство электронной площадки, о состоянии электронной площадки и её последующего использования являются незаконными, поскольку не имеют отношения к настоящему обособленному спору; факт наличия аффилированности между должником и ФИО1 не подтверждён; факт совместного проживания ФИО8 и ФИО1 не влечёт заинтересованность ФИО1 к должнику; ни договор купли-продажи, ни соглашение о возврате денежных средств не отвечают признакам мнимости или притворности.

Участник должника ФИО3 в своей апелляционной жалобе просит определение отменить в части неприменения последствий недействительности соглашения о возврате денежных средств от 06.06.2016 в виде восстановления права требований должника в размере 3 060 000 руб. к ФИО1 и разрешить вопрос в этой части по существу. В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что судебный акт не содержит анализа установленных обстоятельств обособленного спора с точки зрения правовой позиции о возможности (невозможности) применения последствий недействительности соглашения о возврате денежных средств от 06.06.2016 в виде восстановления права должника в размере 3 060 000 руб. к ФИО1 или в ином виде; применение судом первой инстанции п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35 к спорным правоотношениям не соответствует закону.

ФИО1 в отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 против доводов жалобы возражает. Считает, что суд первой инстанции необоснованно отклонил заявление ФИО1 о фальсификации письменных доказательств – кассовых книг, при оценке доказательств не приняты во внимание положения законодательства, регулирующие ведение кассовой книги на предприятии; тот факт, что часть снятых с расчётного счёта денежных средств не была оприходована в кассу по приходным кассовым ордерам, а также то, что ФИО4 ссылался на принятие в кассу личных денежных средств без оформления приходных ордеров и без отражения соответствующих операций в кассе свидетельствует о нарушении кассовой дисциплины на предприятии, а, следовательно, недостоверности представленной кассы; судом не исследован вопрос о намерении ФИО4 уклониться как от исполнения обязательств по выплате действительной стоимости доли перед ООО «Прогресс-2000», так и от исполнения обязательств по сделке перед ФИО1

Управление Росреестра по Пермскому краю в отзыве на апелляционную жалобу указывает, что в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРП) в отношении спорной квартиры содержатся следующие сведения: 20.05.2003 на основании договора о долевом участии в инвестировании строительства жилья от 14.08.2000 и акта приёма-передачи квартиры № 16 от 30.12.2002 внесена запись о государственной регистрации права собственности ФИО11, запись прекращена. 22.09.2011 на основании договора купли-продажи квартиры от 17.08.2011 внесена запись о государственной регистрации права собственности ООО «Прогресс-2000», запись прекращена. 28.05.2012 на основании договора купли-продажи квартиры от 03.05.2012, дата регистрации 28.05.2012, и акта приёма-передачи недвижимого имущества от 03.05.2012, внесена запись о государственной регистрации права собственности ООО «Форум», запись прекращена. 10.05.2016 на основании постановления судебного пристава-исполнителя от 10.05.2016 внесена запись о запрете на совершение регистрационных действий, действий по исключению из госреестра, запись прекращена 01.04.2017 на основании решения Арбитражного суда Пермского края от 17.03.2017. 17.02.2017 на основании определения Арбитражного суда Пермского края от 13.02.2017 внесены записи о запрете должнику производить любые сделки по отчуждению, запрете Управлению производить регистрационные действия. Запись прекращена 01.04.2017 на основании решения Арбитражного суда Пермского края от 17.03.2017. 05.04.2017 на основании договора купли-продажи квартиры от 29.04.2016 внесена запись о государственной регистрации права собственности ФИО1, запись прекращена. 27.06.2017 на основании определения Арбитражного суда Пермского края от 09.06.2017 внесена запись о запрете Управлению производить регистрационные действия по государственной регистрации сделок по отчуждению спорного недвижимого имущества, запись актуальна. 21.12.2017 на основании соглашения от 27.11.2017 о расторжении договора купли-продажи квартиры от 29.04.2016, договора купли-продажи квартиры от 03.05.2012, дата регистрации 28.05.2012, акта приёма-передачи недвижимого имущества от 03.05.2012 внесена запись о государственной регистрации права собственности за должником, запись актуальна.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы своей апелляционной жалобы поддерживает, просит определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. С доводами апелляционной жалобы ФИО3 не согласен. Кроме того, заявил ходатайство о приобщении к материалам дела аудиозаписи от 13.08.2018, копии корректирующей справки ОУР №1 от 13.07.2018.

Данное ходатайство рассмотрено арбитражным апелляционным судом в порядке ст. 159 АПК РФ и удовлетворено на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ.

ФИО3 на доводах своей апелляционной жалобы настаивает, просит определение в обжалуемой части отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. С доводами апелляционной жалобы ФИО1 не согласна.

Представитель третьего лица ФИО4 с доводами апелляционной жалобы ФИО1 не согласен, просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Доводы апелляционной жалобы ФИО3 поддерживает.

Представитель ООО «ДИВ», ООО «Прогресс-2000», третье лицо ФИО8 доводы апелляционной жалобы ФИО1 поддерживают в части, просят определение отменить, апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить. С доводами апелляционной жалобы ФИО3 не согласны.

Иные лица, участвующие в деле, извещённые надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

От Управления Росреестра по Пермскому краю, МРУ Росинмониторинга по ПФО поступили ходатайства о рассмотрении апелляционных жалоб в отсутствие их представителей.

Данные ходатайства рассмотрены судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 АПК РФ и удовлетворены на основании ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 28.05.2012 Управлением Росреестра по Пермскому краю внесена запись о государственной регистрации права собственности должника на основании договора купли-продажи квартиры с ООО «Прогресс-2000» от 03.05.2012 и акта приёма-передачи имущества от 03.05.2012.

27.04.2016 внеочередным общим собранием участников должника ФИО4 и ФИО3 (по 50% доли в уставном капитале) принято решение об одобрении крупной сделки по продаже объекта недвижимости – квартиры по адресу: <...> по цене не менее 5 000 000 руб. (л.д. 71, т.1).

29.04.2016 между ФИО1 (покупатель) и должником в лице директора ФИО4 (продавец) подписан договор купли-продажи, в соответствии с условиями которого продавец продаёт, а приобретатель покупает в собственность и обязуется оплатить следующее недвижимое имущество: г.Пермь, Свердловский район, ул.Пионерская, д.2, кв.16 (л.д. 68 т.1).

В соответствии с п. 3 договора указанная квартира продаётся по соглашению сторон за 5 100 000 руб., уплачиваемых покупателем продавцу при подписании настоящего договора наличными денежными средствами, указанная цена подтверждена отчётом об оценке от 11.04.2016 № 16/0408-2, выполненным ООО «Оценочная компания Авангард».

Согласно п. 7 договора купли-продажи в случае, если Управление Росреестра по Пермскому краю по каким-либо причинам отказывается регистрировать переход права собственности или происходит расторжение договора, или в случае признания в суде по любому основанию настоящего договора купли-продажи квартиры недействительным, или любое третье лицо заявит свои права на указанную квартиру, то продавец обязуется вернуть покупателю сумму, уплаченную за квартиру в течение 5 рабочих дней с момента обнаружения указанных условий.

В соответствии с п. 14 договора купли-продажи покупатель несёт имущественную ответственность за нарушение сроков оплаты стоимости квартиры в размере 1% от неоплаченной суммы за каждый день просрочки. Продавец несёт ответственность за нарушение п. 11 договора – в случае наличия прав третьих лиц на указанную квартиру, не предусмотренных договором, невозможности регистрации перехода права собственности на квартиру по причинам не зависящим от покупателя, продавец обязуется осуществить возврат полученных денежных средств плюс штраф в размере 50% от цены квартиры.

В подтверждение полной оплаты по договору ФИО1 в материалы представлен её экземпляр договора, в котором имеется расписка руководителя ФИО4 о получении денежных средств в сумме 5 100 000 руб. (л.д. 41-42, т.1), а также копия квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 30.04.2016 о принятии должником 30.04.2016 денежных средств в сумме 5 100 000 руб. (л.д. 74, т.1).

Постановлением судебного пристава-исполнителя МО по ИОИП РД и ИИ УФССП России по Пермскому краю от 10.05.2016 наложен арест на имущество, принадлежащее должнику в пользу взыскателя ФИО12 (ФИО12) на основании исполнительного листа, выданного Арбитражным судом Пермского края по делу № А50-7673/2016 (л.д. 66, т.1).

11.05.2016 Управление Росреестра по Пермскому краю уведомило ФИО1 и должника о приостановлении государственной регистрации перехода собственности на квартиру до снятия запрета на совершение регистрационных действий на основании постановления судебного пристава-исполнителя МО по ИОИП РД и ИИ УФССП России по Пермскому краю от 10.05.2016 (л.д. 76, т.1).

01.06.2016 ФИО1 направила в адрес должника требование о возврате денежных средств в течение 5 рабочих дней (л.д. 30, т.1).

06.06.2016 между ФИО1 и должником в лице директора ФИО4 подписано соглашение о возврате денежных средств, по условиям которого денежные средства в сумме 5 100 000 руб. по несостоявшейся сделке купли-продажи от 29.04.2016 и предусмотренный п. 14 указанного договора купли-продажи штраф в размере 2 550 000 руб. уплачиваются должником ФИО1 в следующем порядке:

- штраф в размере 2 550 000 руб. не позднее 15.06.2016,

- сумма основного долга уплачивается по графику: 1 000 000 руб. не позднее 01.07.2016, 500 000 руб. не позднее 10.07.2016, 500 000 руб. не позднее 20.07.2016, 500 000 руб. не позднее 01.08.2016, 500 000 руб. не позднее 10.08.2016, 500 000 руб. не позднее 20.08.2016, 500 000 руб. не позднее 01.09.2016, 500 000 руб. не позднее 10.09.2016, 600 000 руб. не позднее 20.09.2016 (л.д. 29, т.1).

10.12.2016 учредителями должника ФИО4 (50% доли) и ФИО3 (50% доли) принято решение о ликвидации должника путём введения в отношении общества процедуры добровольной ликвидации, ликвидатором назначен ФИО4 Соответствующие записи внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 19.12.2016.

12.01.2017 ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.01.2017 заявление ФИО1 о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 17.03.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощённой процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждён ФИО10

27.11.2017 между ФИО1 и конкурсным управляющим должника ФИО10 заключено соглашение о расторжении договора купли-продажи квартиры от 29.04.2016 и возврата квартиры в конкурсную массу должника, в соответствии с условиями которого стороны признали, что регистрация договора купли-продажи от 29.04.2016 произошла в отсутствие правовых оснований и волеизъявления как ФИО1, так и должника и не породила правовых последствий; соглашение заключено сторонами в целях восстановления положения, существовавшего на момент подачи заявления о признании должника банкротом 12.01.2017 и на момент открытия конкурсного производства 17.03.2017; ФИО1 возвращает в конкурсную массу должника однокомнатную квартиру по адресу: <...>; соглашение является основанием для регистрации прекращения прав собственности ФИО1 на указанную квартиру (л.д. 83, т.4).

21.12.2017 право собственности на спорную квартиру зарегистрировано за должником (л.д. 79-80 т.4).

Ссылаясь на то, что право собственности у ФИО1 в отношении спорной квартиры не возникло, в связи с чем, денежные средства должны быть возвращены должником ФИО1 в соответствии с соглашением о возврате денежных средств от 06.06.2016, обязанность по возврату денежных средств ФИО1 должником исполнена лишь частично, ФИО1 обратилась в арбитражный суд с требованием о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 4 900 000 руб. по соглашению о порядке возврата денежных средств от 06.06.2016.

Ссылаясь на то, что должником совершены взаимосвязанные сделки, направленные на вывод активов должника, сделка - договор купли-продажи совершена с нарушением норм действующего законодательства, то есть ничтожна, отсутствуют доказательства оплаты в полном объёме спорной квартиры, соглашение о возврате денежных средств от 06.06.2016 является недействительной сделкой ввиду отсутствия равноценного встречного предоставления, конкурсный управляющий должника ФИО10 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора купли-продажи от 29.04.2016 между ФИО1 и должником, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника объекта недвижимости: однокомнатной квартиры № 16 площадью 88,4 кв.м, в доме №2 по ул.Пионерской в Свердловском районе г. Перми; соглашения о возврате денежных средств от 06.06.2016 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 денежных средств в размере 3 060 000 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 25.07.2017 производства по требованию ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника и заявлению конкурсного управляющего об оспаривании сделок объединены в одно производство в порядке статьи 130 АПК РФ для совместного рассмотрения.

Отказывая в удовлетворении заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 29.04.2016, применении последствий недействительности сделки, признавая недействительным соглашение о возврате денежных средств от 06.06.2016, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО1, ФИО8, ФИО7, ФИО4, ФИО3 входят в одну группу заинтересованных лиц, действующих в едином экономическом интересе, основной целью заключения договора между ФИО1 и руководителем должника ФИО4 было увеличение кредиторской задолженности, оспариваемые сделки заключены должником с заинтересованным по отношению к нему лицом, которое знало и могло знать о цели совершения указанных сделок, денежные средства при подписании договора купли-продажи от 29.04.2016 не передавались ФИО1 руководителю должника ФИО4 в сумме 5 100 000 руб., не представлено достаточных доказательств того, что ФИО1 располагала денежными средствами в размере 5 100 000 руб., необходимом для оплаты квартиры, отсутствуют основания полагать, что денежные средства возвращались должнику по соглашению от 06.06.2016, как со стороны ФИО1, так и со стороны должника имеет место злоупотребление правом, спорные сделки заключены должником накануне своего банкротства с целью увеличения кредиторской задолженности, в действиях сторон имеется сговор для фактического освобождения от исполнения обязанности погасить образовавшуюся у него задолженность перед участником общества за счёт своего имущества, должником и ФИО1 совершены действия по выводу единственного ликвидного актива, учитывая, что судом договор купли-продажи от 29.04.2016, соглашение от 06.06.2016 признаны недействительными по основаниям, предусмотренным в ст.ст. 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), оснований для признания обоснованными требований к должнику не имеется.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, отзывов, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В силу ст. 4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве» (далее - Закон о банкротстве) состав и размер денежных обязательств, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия судом такого заявления, а также в период конкурсного производства определяются на дату введения соответствующей процедуры банкротства.

Пунктом 6 ст. 16 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Согласно ст.ст. 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (ст. 310 ГК РФ).

На основании п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Согласно п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в самом Законе о банкротстве.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить, в какой период с момента принятия заявления о признании должника банкротом была заключена спорная сделка и имела ли место неравноценность встречного исполнения.

Согласно п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству арбитражного суда определением от 17.01.2017, договор купли-продажи заключён 29.04.2016, соглашение о возврате денежных средств заключено 06.06.2016, то есть в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом.

Согласно абз. 4 п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 наличие в ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих её сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путём анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

В обоснование заявленных требований об оспаривании сделок должника конкурсный управляющий ФИО10 указывает, что оспариваемые сделки направлены на вывод активов должника.

Судом установлено, что должник зарегистрирован в качестве юридического лица 27.06.2005.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 03.02.2017 по делу № А50-7673/2016 установлено, что по состоянию на 18.08.2015 участниками должника являлись ФИО13, ФИО4, ФИО3

18.08.2015 ФИО13 направил обществу заявление о выходе из общества, которое получено должником 07.09.2015 (л.д. 10, т. 1, л.д. 68-69, т. 2).

В соответствии с п. 5.5 Устава должника, общество обязано выплатить вышедшему участнику действительную стоимость доли не позднее шести месяцев со дня окончания финансового года.

Поскольку заявление ФИО13 о выходе из состава участников общества получено должником 07.09.2015, обязанность по выплате действительной стоимости доли в уставном капитале общества в силу п. 6.1 ст. 23 Закона об обществах, п. 5.5 Устава должна была быть исполнена в срок до 30.06.2016.

25.09.2015 между ФИО13 и ФИО12 заключён договор уступки права требования выплаты действительной стоимости доли в уставном капитале должника в размере 33,33% уставного капитала.

29.10.2015 в адрес должника направлено уведомление о состоявшейся уступке прав требования.

Ссылаясь на то, что действительная стоимость доли в уставном капитале общества не выплачена в установленный срок, 06.04.2016 ФИО12 обратилась в арбитражный суд с иском к должнику о взыскании действительной стоимости доли в размере 4 217 333 руб. 33 коп.

Определением Арбитражного суда Пермского края по делу № А50-7673/2016 от 10.05.2016 заявление ФИО12 об обеспечении иска удовлетворено частично; наложен арест на имущество, принадлежащее должнику и находящееся у него или иных лиц, в пределах заявленных исковых требований в сумме 4 217 333 руб. 33 коп.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 13.01.2017 в порядке процессуального правопреемства произведена замена истца – ФИО12 на её правопреемника – ООО «Прогресс-2000».

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 03.02.2017 по делу №А50-7673/2016 с должника в пользу ООО «Прогресс-2000» взысканы 3 097 000 руб. действительной стоимости доли (согласно заключению эксперта ООО «Капитал-оценка» ФИО14 № 1053 от 19.07.2016) и 41 485 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины (л.д. 20-24, т.6).

В силу ст. 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, Верховного суда Российской Федерации, изложенных в п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве», п. 13 утверждённого Президиумом ВС РФ 20.12.2016 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота предъявляются повышенные требования.

В соответствии с п.п. 1 и 2 ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В силу п.п. 1, 2, 7, 8 ч. 1 ст. 9 ФЗ "О защите конкуренции" от 26.07.2006 N135-ФЗ группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

- хозяйственное общество и физическое лицо, если такое физическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном капитале этого хозяйственного общества;

- хозяйственное общество и физическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа этого хозяйственного общества;

- физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители) дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

- лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Исходя из сложившейся судебной практики при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Как следует из судебных актов, вынесенных в рамках дела № А50-7673/2016 и размещённых в Картотеке арбитражных дел, интересы должника представлял ФИО7 (доверенность от 10.10.2015), интересы ФИО4 представлял ФИО8 (доверенность от 16.09.2015).

Согласно пояснений и представленных в материалы дела представителем ФИО3 документов, ФИО1 и ФИО8 проживают совместно с 2010 года, используют одни и те же транспортные средства (справка из материалов проверки КУСП № 17145 в ходе ОРД, сведения из базы ГИБДД), ведут совместную предпринимательскую деятельность (информация, размещённая в Интернете) (л.д. 47-62,101-102, т.6).

Судом установлено, что на основании договора оказания юридических услуг № ПГС-001 от 16.09.2015 ФИО7 и ФИО8 оказывали юридические услуги ФИО4 и ФИО3 (л.д.94-93,95,96 т.6). Данные обстоятельства подтверждены в том числе актом выполненных работ от 12.01.2017, подписанным ФИО4 и ООО «Бетта» в лице директора ФИО8 (л.д. 94, т.6).

Кроме того, ФИО8, ФИО7, ФИО1 неоднократно участвовали в судах первой и апелляционной инстанциях в качестве лиц, участвующих в деле, их представителей, например, дела №№ А50- 25599/2009, А50-19455/2014 (л.д. 63-86 т.6).

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно указал, что ФИО1, ФИО8, ФИО7, ФИО4, ФИО3 входят в одну группу заинтересованных лиц, действующих в едином экономическом интересе, следовательно, ФИО1 и должник являются фактическими аффилированными лицами.

С учётом вышеуказанного доводы ФИО1 о том, что факт наличия аффилированности между должником и ФИО1 не подтверждён, факт совместного проживания ФИО8 и ФИО1 не влечёт заинтересованность ФИО1 к должнику, отклоняются как необоснованные.

Представленная в суд апелляционной инстанции корректирующая справка от 13.07.2018 в соответствии с которой информация о совместном проживании ФИО1 и ФИО8 не подтвердилась, не может быть принята во внимание, поскольку указанные обстоятельства фактическую аффилированность должника и ФИО1 не опровергают.

27.04.2016, то есть после обращения ФИО12 в арбитражный суд с заявлением о взыскании действительной стоимости доли в размере 4 217 333 руб. 33 коп., при наличии существующего корпоративного конфликта, на внеочередном общем собрании участников должника ФИО4 (50% доли в уставном капитале), ФИО3 (50% доли в уставном капитале) принято решение об одобрении крупной сделки по продаже спорного объекта недвижимости.

Согласно экспертному заключению ООО «Капитал-оценка» № 1053 от 19.07.2016 единственным ликвидным активом должника является квартира по адресу: <...> стоимостью 5 431 000 руб. (стр. 29 отчета), финансовые активы составили – 7 602 тыс.руб. (расшифровка и документы не представлены), кредиторская задолженность – 3 780 тыс.руб. (л.д.26-109 т.5).

В соответствии с п. 14 договора купли-продажи покупатель несёт имущественную ответственность за нарушение сроков оплаты стоимости квартиры в размере 1% от неоплаченной суммы за каждый день просрочки. Продавец несёт ответственность за нарушение п. 11 договора – в случае наличия прав третьих лиц на указанную квартиру, не предусмотренных договором, невозможности регистрации перехода права собственности на квартиру по причинам не зависящим от покупателя, продавец обязуется осуществить возврат полученных денежных средств плюс штраф в размере 50% от цены квартиры.

Таким образом, стороны заключили оспариваемый договор купли-продажи квартиры, достоверно зная о невозможности регистрации перехода права собственности при наличии ареста на имущество должника, в связи с чем, как верно указано судом первой инстанции, основной целью заключения договора купли-продажи от 29.04.2016 и соглашения от 06.06.2016, между ФИО1 и руководителем должника ФИО4 являлось увеличение кредиторской задолженности в сумме 5 100 000 руб. и штрафа в сумме 2 550 000 руб.

Поскольку ФИО1 и должник являются аффилированными лицами, при совершении оспариваемых сделок стороны были осведомлены относительно цели совершения сделок, а также о наличии злоупотребления правом.

Из материалов дела следует, что уведомлением Управления Росреестра по Пермскому краю от 11.05.2016 была приостановлена регистрация сделки.

В соответствии с п. 7 договора купли-продажи от 29.04.2016 приостановление регистрации не является основанием для возврата денежных средств.

Доказательства отказа в регистрации, расторжения договора либо притязания какого-либо иного лица на спорную квартиру, в материалах дела отсутствуют.

С заявлением об отказе в государственной регистрации в Управление Росреестра по Пермскому краю стороны не обращались, договор не расторгли.

Арест на принадлежащее должнику имущество наложен определением арбитражного суда от 10.05.2016 по делу № А50-7673/2016.

Постановлением судебного пристава-исполнителя МО по ИОИП РД и ИИ УФССП России по Пермскому краю от 10.05.2016 наложен арест на имущество, принадлежащее должнику, в пользу взыскателя ФИО12 на основании исполнительного листа, выданного Арбитражным судом Пермского края по делу № А50-7673/2016 (л.д. 66, т.1).

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу об отсутствии оснований для начисления штрафа в размере 2 550 000 руб. в порядке п. 14 договора купли-продажи.

В подтверждение факта оплаты по договору купли-продажи ФИО1 в материалы представлен экземпляр договора, в котором имеется расписка руководителя ФИО4 о получении денежных средств в сумме 5 100 000 руб., а также копия квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 30.04.2016 о принятии должником 30.04.2016 денежных средств в сумме 5 100 000 руб.

Вместе с тем, наличие в представленном договоре расписки в отсутствие первичных документов о принятии должником денежных средств, доказательством фактической оплаты не является.

Доказательства, свидетельствующие о поступлении должнику денежных средств в размере 5 100 000 руб. в материалах дела отсутствуют.

Из выписки с расчётного счёта должника, кассы за 2016 год, иных бухгалтерских документов должника не усматривается поступление указанной суммы (л.д. 116-123, т.5, 108-117, т.6).

Согласно пояснениям ФИО4, он заключил договор купли-продажи квартиры с ФИО1 фиктивно без передачи денег, и по которой был специально заложен штраф в размере 2,5 млн.руб., денежных средств он не получал, но для того, что регистрация сделки была осуществлена, сделал надпись на экземпляре ФИО1 о получении денег в полном объёме; после сдачи документов на регистрацию также выдал приходный кассовый ордер, бухгалтер на следующий день оформила квитанцию к приходному кассовому ордеру от 30.04.2016 для регистрации в Управлении Росреестра, данная бухгалтерская операция фактически не отражена.

Абзацем 4 п. 5 ст. 18 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" предусмотрено, что необходимые для государственной регистрации прав документы (за исключением актов органов государственной власти и актов местного самоуправления, а также актов судов, установивших права на недвижимое имущество) представляются не менее чем в двух экземплярах, один из которых - подлинник - после государственной регистрации прав должен быть возвращен правообладателю. Копия этого документа была сверена с подлинником, заверена и представлена в суд.

Из представленных Управлением Росреестра по Пермскому краю документов следует, что на регистрацию 29.04.2016 представлены экземпляры договора купли-продажи без расписки ФИО4 в получении денежных средств в сумме 5 100 000 руб. (расписки, договор, л.д. 68, 69, 72, т.1); ФИО1 на регистрацию 04.05.2016 донесла квитанцию к приходному кассовому ордеру № 1 от 30.04.2016 (расписка, квитанция, л.д. 74,75, т.1).

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал, что факт передачи денежных средств по договору купли-продажи спорной квартиры от 29.04.2016 не подтверждён, а действия сторон сделки направлены на формальное возникновение обязательств для исполнения договора от 29.04.2016.

Учитывая вышеуказанное доводы ФИО1 о том, что передача денежных средств в сумме 5 100 000 руб. по договору купли-продажи подтверждена письменными доказательствами, судом необоснованно приняты в качестве доказательств касса за 2016 и 2017 год, необоснованно отклонено ходатайство ФИО1 о фальсификации указанных документов, судом первой инстанции оставлены без внимания доводы о том, что ненадлежащее оформление бухгалтерских документов, неотражение в кассе поступления 5 100 000 руб., невнесение указанной суммы на расчётный счёт свидетельствуют о намерении ФИО4 присвоить указанные денежные средства, отклоняются как необоснованные.

Кроме того, в силу ст.71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств (ч.6 ст.71 АПК РФ).

Из материалов дела следует, что ФИО1 было заявлено о фальсификации доказательств: кассы должника за 2016-2017 г.г.

Поскольку ФИО1 не указано, в чём именно заключается фальсификации документов, какая информация, содержащаяся на документе, является сфальсифицированной, принимая во внимание возможность рассмотрения спора по существу с учётом совокупности представленных в материалы дела доказательств, в том числе и для проверки заявления о недостоверности доказательств, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления о фальсификации определением от 04.05.2018.

В рассматриваемом случае выводы суда первой инстанции соответствуют установленным обстоятельствам и основаны на оценке всех доказательств как письменных, так и пояснений лиц, участвующих в споре, в их совокупности (ст.71 АПК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце третьем п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В подтверждение финансовой возможности приобрести спорную квартиру по договору купли-продажи от 29.04.2016 ФИО1 представлены:

- договор от 24.02.2016 между ФИО1 и ООО «Бриллиант» (покупатель) купли-продажи электронной площадки для организации торгов «ТИС-Тендер» по цене 9 000 000 руб. и акт приема-передачи от 24.02.2016 (л.д. 3-4 т.2),

- договор № 01/12-1 от 01.11.2010 комплексного обслуживания информационного комплекса предприятия между ООО «Пермская интеграционная компания» (исполнитель) и ООО «ВИОГРАНД» (заказчик), спецификация, акт приема-передачи, товарная накладная № 1565 от 17.12.2010 17/12-2010 (л.д. 112-118 т.2),

- решение единственного участника ООО «ВИОГРАНД» ФИО1 от 12.01.2016 о передаче имущества в счет погашения задолженности перед участником, акт приема-передачи от 12.01.2016 (л.дю. 1,2 т.2),

- квитанции на скупленные ценности (67 шт.) за период с 18.03.2016 по 21.04.2016 по на общую массу скупленного ювелирных изделий б/у (золота 585 пробы) 4188,771 гр. на общую сумму 6 000 005, 20 руб. (л.д. 5-71 т.2),

- сведения о зарегистрированных правах на объекты недвижимости, договор от 09.03.2011, выписка с расчётного счёта за 11-13.01.2012 (л.д. 72-80 т.2, л.д. 119-122,130-131 т.6).

Судом установлено, что ФИО1 получила от ООО «Бриллиант» в качестве оплаты по договору от 24.02.2016 ювелирные изделия из золота б/у 4143,65 гр. по цене 1448,0 руб. за 1 гр. на общую сумму 6 000 005 руб. 20 коп. С 18.03.2016 ООО «Бриллиант» снова приобрёл у ФИО1 указанные ювелирные изделия по цене 1450-1500 руб. за 1 грамм.

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, совершение сделки по продаже, а затем по покупке лома драгоценных металлов экономически невыгодно ООО «Бриллиант», т.к. принесло убыток, целесообразность заключения таких сделок сторонами не обоснована, разумные экономические мотивы не раскрыты.

Согласно договору от 24.02.2016 ФИО1 передаёт, а ООО «Бриллиант» принимает электронную площадку для организации торгов «ТИС-Тендер», включающую в себя комплекс оборудования программного обеспечения и сопутствующих прав, а взамен передаваемой площадки принимает ювелирные изделия из золота в количестве 4143 грамм 65 мг. по цене 1448 руб. за 1 грамм общей стоимостью 6 000 005 руб. 20 коп. Стоимость площадки определена сторонами в размере 9 000 000 руб. Оборудование площадки передано по акту приёма-передачи от 24.02.2016.

Электронная площадка принята ООО «ВИОГРАНД» в результате проведенных испытаний по акту от 30.12.2010 (л.д. 99 т.2).

Как следует из товарной накладной № 1565 от 17.12.2010 оборудование площадки приобретено ООО «ВИАГРАНД» по цене 900 740 руб. (л.д. 94-95т.2). Согласно спецификации на поставку оборудования ориентировочная цена оборудования составила 69 461 долларов США (л.д. 47 т.2). Сведений о дальнейшем улучшении с 2010 года и ее использовании в материалы дела не представлено.

Площадка в собственность ООО «Бриллиант» передана на основании решения единственного участника ООО «ВИАГРАНД» от 12.01.2016.

По сведениям, представленным уполномоченным органом, последняя налоговая и бухгалтерская отчётность представлена за 2010 год, в соответствии с балансом за 2010 год, активы ООО «ВИАГРАНД» (запасы) составили 20 тыс. руб.; общество ликвидировано в августе 2016 года, как недействующая организация, не осуществляющая какой-либо хозяйственной деятельности.

Согласно данным с сайта ЕФРСБ по состоянию на 27.11.2017, электронная площадка «ТИС-Тендер» не включена в СРО ЭТИ и принадлежит ООО «ВИАГРАНД» (л.д. 199 т.5).

Иные доказательства, подтверждающие наличие у ФИО1 финансовой возможности фактически внести оплату по спорной сделке в размере 5 100 000 руб., равно как и доказательства получения ФИО1 доходов в указанном размере, в материалы дела не представлены.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу об отсутствии у ФИО1 финансовой возможности оплаты по спорной сделке в размере 5 100 000 руб., и правомерно не принял во внимание представленные ФИО1 доказательства.

С учётом вышеуказанного доводы ФИО1 о том, что в материалы дела представлены доказательства наличия у ФИО1 финансовой возможности приобретения спорной квартиры, выводы суда о соотношении цены сделки и затрат на производство электронной площадки, о состоянии электронной площадки и её последующего использования являются незаконными, поскольку не имеют отношения к настоящему обособленному спору, отклоняются как необоснованные.

Судом установлено, что в дальнейшем, между ФИО1 и должником подписано соглашение о возврате денежных средств от 06.06.2016 по безвозмездному договору купли-продажи от 29.04.2016, без предварительного обращения в Управление Росреестра по Пермскому краю с заявлением об отказе от регистрации, не расторгнув договор.

В подтверждение частичного возврата денежных средств в сумме 3 060 000 руб. в материалы дела представлены копии расходных кассовых ордеров № 2 от 06.06.2016, № 3 от 10.06.2016, № 4 от 20.06.2016, № 5 от 23.06.2016, № 6 от 27.06.2016, № 7 от 05.07.2016, № 8 от 08.07.2016, № 9 от 19.07.2016, № 10 от 25.07.2016 на общую сумму 3 010 000 руб.

Вместе с тем, указанные документы не содержат расшифровки подписи получателя денежных средств, не удостоверены, подлинники не представлены, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно признал данные доказательства как ненадлежащие.

Иных доказательств, подтверждающих факт передачи должником денежных средств по указанным расходным кассовым ордерам ФИО1, в материалы дела не представлены. Наличие у должника денежных средств в сумме 3 060 000 руб. не подтверждено.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о недоказанности факта передачи должником ФИО1 денежных средств в сумме 3 060 000 руб.

Таким образом, установив, что должником совершены последовательные сделки: договор купли-продажи от 29.04.2016 и соглашение о возврате денежных средств от 06.06.2016 в преддверии процедуры банкротства должника, сделки направлены на вывод активов должника, с целью увеличения кредиторской задолженности должника, суд первой инстанции обоснованно указал, что в действиях сторон при наличии корпоративного конфликта имеет место сговор для фактического освобождения от исполнения обязанности погасить образовавшуюся у должника задолженность перед участником общества, что свидетельствует об их противоправности (ст. 10 ГК РФ).

Принимая во внимание отсутствие надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что стороны оспариваемых сделок имели действительные намерения по реальному исполнению обязательств по договорам, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о формальном характере взаимоотношений между сторонами, совершении спорных сделок для вида в целях придания видимости гражданско-правовых обязательств с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений.

При изложенных обстоятельствах, учитывая формальный характер взаимоотношений между сторонами, совершение оспариваемых сделок с целью искусственного формирования кредиторской задолженности, принимая во внимание, что являясь афиллированными лицами, должник и ФИО1 были осведомлены о цели совершения сделок, суд первой инстанции правомерно признал соглашение о возврате денежных средств от 06.06.2016 между должником и ФИО1, недействительной сделкой на основании ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

С учётом указанного доводы ФИО1 о том, что ни договор купли-продажи, ни соглашение о возврате денежных средств не отвечают признакам мнимости или притворности, отклоняются как необоснованные.

В соответствии со ст. 61.7 Закона о банкротстве арбитражный суд может отказать в признании сделки недействительной в случае, если стоимость имущества, приобретенного должником в результате оспариваемой сделки, превышает стоимость того, что может быть возвращено в конкурсную массу в результате оспаривания сделки, или если приобретатель по недействительной сделке вернул все исполненное в конкурсную массу.

Установив, что спорная квартира в настоящее время возвращена в конкурсную массу должника, право собственности на квартиру зарегистрировано за должником, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО10 о признании договора купли-продажи от 29.04.2016 недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки, применив к спорным правоотношениям положения ст. 61.7 Закона о банкротстве.

Поскольку соглашение о возврате денежных средств от 06.06.2016 признано недействительной сделкой на основании ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что правовых оснований для признания обоснованными требований ФИО1 в размере 4 590 000 руб. и включении данных требований в реестр требований кредиторов должника не имеется.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до её совершения.

Поскольку отчуждение квартиры произведено безвозмездно по договору купли-продажи от 29.04.2016, факт возврата должником денежных средств ФИО1 по соглашению от 06.06.2016 не доказан, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу том, что последствия признания сделки - соглашения от 06.06.2016, недействительной в виде восстановления задолженности должника перед ФИО1 применению не подлежит.

При изложенных обстоятельствах доводы ФИО3 о том, что судебный акт не содержит анализа установленных обстоятельств обособленного спора с точки зрения правовой позиции о возможности (невозможности) применения последствий недействительности соглашения о возврате денежных средств от 06.06.2016 в виде восстановления права должника в размере 3 060 000 руб. к ФИО1 или в ином виде, отклоняются как необоснованные.

Ссылка ФИО3 на то, что применение судом первой инстанции п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35 к спорным правоотношениям не соответствует закону, отклоняется, поскольку разъяснения, содержащиеся в данном пункте указывают, что суду при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учётом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Указанные обстоятельства подлежали установлению в рамках настоящего спора, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно исходил из данных разъяснений.

Иные обстоятельства, приведённые в апелляционных жалобах, не имеют правового значения, так как основанием для удовлетворения апелляционных жалоб не являются.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на её заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 22 июня 2018 года по делу № А50-431/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.


Председательствующий


С.И. Мармазова


Судьи


Е.Е. Васева


Т.Ю. Плахова