Постановление от 18 мая 2021 г. по делу № А40-147521/2020

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-24399/2021

Дело № А40-147521/20
г. Москва
18 мая 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 мая 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 18 мая 2021 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи И.М. Клеандрова,

судей В.В. Лапшиной, А.Н. Григорьева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИП ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 24.03.2021

по делу № А40-147521/20, вынесенное судьей П.А. Марковым,

об отказе во включении требования ИП ФИО2 в размере 10 189 405,47 рублей в реестр требований кредиторов ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ», в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

при участии в судебном заседании:

в/у ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ» - ФИО3 – лично, опр. АсГМ от 23.11.2020

от ИП ФИО2 – ФИО4 дов. от 09.11.2020

от ООО «ТЭР» - ФИО5 дов. от 01.01.2021

Иные лица не явились, извещены.



У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.08.2020 принято к производству заявление ИП ФИО2 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ». Определением суда от 23.11.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3 Сообщение о введении в отношении должника наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» №224 от 05.12.2020.

В Арбитражный суд города Москвы поступило требование ИП ФИО2 в размере 10 189 405,47 рублей о включении в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы суда от 24.03.2021 отказано во включении требования ИП ФИО2 в размере 10.189.405,47 рублей в реестр требований кредиторов ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ».

Не согласившись с определением суда, ИП ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 24.03.2021 по делу №А40-147521/20 перейти к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции и принять новый судебный акт, которым включить требование ИП ФИО2 в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ» в размере 10 189 405,47 рублей. Привлечь к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований ООО «Волгастройтрест».

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылался на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение норм материального и процессуального права. Вместе с тем, заявитель жалобы считает, что факт принятия судом решения о права и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, является безусловным основанием для отмены судебного акта.

В судебном заседании представитель ИП ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме. Заявил ходатайство о приобщении дополнительных доказательств к апелляционной жалобе.

Временный управляющий ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ» ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ООО «ТЭР» возражал на доводы апелляционной жалобы, указывая на их необоснованность.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени ее рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства ИП ФИО2 о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Волгастройтрест», поскольку основания для привлечения в порядке, предусмотренном в ст. 51 АПК РФ – отсутствуют.

В соответствии с частью 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Из оспариваемого судебного акта не усматривается, что в нем разрешается вопрос о правах и обязанностях названного лица.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора (при условии, что судебный акт может повлиять на их права или обязанности), могут сами вступить в дело на стороне истца или ответчика или могут быть привлечены к участию в деле по ходатайству стороны (или по инициативе суда); о вступлении в дело третьего лица либо о привлечении третьего лица к участию в деле или об отказе в этом арбитражным судом выносится определение.

В соответствии с частью 3.1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение об отказе во вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, может быть обжаловано лицом, подавшим соответствующее ходатайство, в срок, не превышающий десяти дней со дня вынесения данного определения, в арбитражный суд апелляционной инстанции.

С учетом изложенного оснований для привлечения указанного лица третьим лицом у суда первой инстанции не было, иное ИП ФИО2 ни в ходатайстве, ни в апелляционной жалобе не аргументировано и не доказано.

Доказательств того, что судебный акт, который будет принят по настоящему делу, может повлиять на права и обязанности ООО «Волгастройтрест», не представлено.

Согласно части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Поскольку ИП ФИО2 не обосновал невозможность представления дополнительных доказательств в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в приобщении дополнительных доказательств отказано судом апелляционной инстанции.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований ИП ФИО2 указывает, что 18.07.2019 между ООО «Волгастройинвест» (займодавец) и ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ» (заемщик) заключен договор займа № б/н, в соответствии с которым заемщику предоставлен заем в размере 1.000.000 рублей на срок до 30.11.2019 под 15% годовых. В качестве доказательства перечисления заемных денежных средств в дело представлены платежные поручения №№128 от 18.07.2019, 134 от 30.07.2019.

Между ООО «Волгастройинвест» (займодавец) и ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ» (заемщик) 16.08.2019 заключен договор займа №б/н, в соответствии с которым заемщику предоставлен заем в размере 4.460.000 рублей на срок до 30.11.2019 под 15% годовых. В качестве доказательства перечисления заемных денежных средств в дело представлены платежные поручения №№137 от 16.08.2019, 138 от 19.08.2019, 144 от 22.08.2019.

12.11.2019 между ООО «Волгастройинвест» (цедент) и ИП ФИО2 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) №б/н, в соответствии с которым право цеденту уступлено право требования к должнику в размере 5.667.115,08 рублей, из которых, 5.460.000 рублей – сумма основного долга, 207.115,08 рублей – проценты по договорам займа.

В связи с неисполнением должником обязательства по возврату займов, заявителем начислены проценты по состоянию на 22.12.2020 в размере 1.115.391,78 рублей.

17.07.2019 между ООО «ДОМСТРОЙ» (займодавец) и ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ» (заемщик) заключен договор займа №б/н, в соответствии с которым заемщику предоставлен заем в размере 2.000.000 рублей на срок до 30.11.2019 под 15% годовых. В качестве доказательства перечисления заемных денежных средств в дело представлены платежные поручения №№433 от 17.07.2019, 440 от 30.07.2019, 463 от 12.09.2019.

02.09.2019 между ООО «ДОМСТРОЙ» (займодавец) и ООО «ГК «МАКС ИНЖИНИРИНГ» (заемщик) заключен договор займа №б/н, в соответствии с которым заемщику предоставлен заем в размере 1.000.000 рублей на срок до 30.11.2019 под 15% годовых. В качестве доказательства перечисления заемных денежных средств в дело представлены платежные поручения №№464 о 12.09.2019.

12.11.2019 между ООО «ДОМСТРОЙ» (цедент) и ИП ФИО2 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) №б/н, в соответствии с которым право цеденту уступлено право требования к должнику в размере 3.114.904,12 рублей, из которых, 3.000.000 рублей – сумма основного долга, 114.904,12 рублей – проценты по договорам займа.

В связи с неисполнением должником обязательства по возврату займов, заявителем начислены проценты по состоянию на 22.12.2020 в размере 614.013,70 рублей.

Согласно расчету кредитора, размер неисполненного должником обязательства составляет 10 189 405,47 рублей.

Суд первой инстанции, отказывая во включении требования ИП ФИО2 в реестр требований кредиторов должника обоснованно исходил из следующего.

Поскольку требование рассматривается в деле о банкротстве, во избежание создания искусственной задолженности в реестре требований кредиторов, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия задолженности должника. Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Проверка обоснованности требования кредитора в деле о банкротстве предполагает иные, повышенные стандарты доказывания, исключающие возможность включения в реестр требований, не подтвержденных достоверными и относимыми доказательствами и заявленными с целью установления контроля над процедурой банкротства со стороны аффилированных с должником лиц.

В то же время, предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга.

В качестве доказательств перечисления денежных средств должнику во исполнение обязательств по договору займа кредитором представлены копии платежных поручений. Однако, представленные копии платежных документов не заверены банком.

Абзацем 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», определено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Указанные разъяснения направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или квитанции к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований.

По смыслу указанных разъяснений, заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только свою возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в оправдательных документах.

Договоры займа между ООО «Волгостройтрест» и ООО «ГК «МАКС Инжиниринг» заключены 18.07.2019 на сумму 1.000.000 рублей и 16.08.2019 на сумму 4.460.000 рублей.

Вместе с тем, согласно сообщению, размещенному в журнале «Вестник государственной регистрации» часть 1 № 40(756) от 09.10.2019/1068 (https://www.vestnik-gosreg.ru/), 09.09.2019 единственным участником ООО «Волгастройтрест» принято решение о ликвидации ООО «Волгастройтрест».

Платежные поручения № 137 от 16.08.2019, № 138 от 19.08.2019, № 144 от 22.08.2019 к договору процентного займа б/н от 16.08.2019, заключенному между ООО «Волгастройтрест» и ООО «ГК «МАКС Иннжиниринг» содержат ошибку в назначении платежа, а именно: «общая сумма займа указана в размере 5 000 000,00 рублей». Между тем, согласно условиям договора, сумма займа составляет 4.460.000 рублей.

Кроме того, в дело не представлено документов, позволяющих достоверно установить финансовую возможность общества в предоставлении займа, и поступление денежных средств от общества на счета должника.

Учитывая указанные обстоятельства суд приходит к выводу о том, что в дело не представлены достаточные доказательства, указывающие на реальность сделки и наличие цели на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой.

Договоры займа между ООО «Домстрой» и ООО «ПС «МАКС Инжиниринг» заключены 17.09.2019 на сумму 2.000.000 рублей и 02.09.2019 на сумму 1.000.000 рублей.

Между тем, согласно сообщению, размещенному в журнале «Вестник государственной регистрации» часть 1 № 40(756) от 09.10.2019/1045 (https://www.vestnik-gosreg.ru/), 02.09.2019 единственным участником ООО «Домстрой» принято решение о ликвидации ООО «Домстрой».

Кроме того, денежные средства по договорам займа со стороны ООО «Домстрой» в пользу ООО «ГК «МАКС Инжиниринг» перечислены после принятия решения о своей ликвидации, о чем свидетельствует платежное поручение № 463 от 12.09.2019 по договору займа б/н от 17.07.2019 на сумму 200.000 рублей, № 464 от 12.09.2019 по договору займа б/н от 02.09.2019 на сумму 1.000.000 рублей.

Суд первой инстанции, принимая во внимание короткий промежуток времени между предоставлением займа и принятием решения о ликвидации общества, пришел к обоснованному выводу, что возникают сомнения в добросовестности осуществления обществом хозяйственной деятельности, учитывая, что целью коммерческих организаций является извлечение прибыли.

Кроме того, в дело не представлено документов, позволяющих достоверно установить финансовую возможность общества в предоставлении займа, и поступление денежных средств от общества на счета должника. Более того, в дело не представлены достаточные доказательства, указывающие на реальность сделки и наличие цели на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой.

Вместе с тем, согласно договору уступки права требования (цессии) от 12.11.2019 между ООО «Волгастройтрест» и ИП ФИО6, в реквизитах сторон адрес цессионария значится как: <...>., тогда как согласно Договору уступки права требования (цессии) от 12.11.2019 между ООО «Домстрой» и ИП ФИО6, в реквизитах сторон адрес цессионария значится как: <...>. Кроме того, в ИНН цессионария допущена ошибка в цифре.

Наряду с этим, в уведомлении о состоявшейся уступке прав требования ООО «Домстрой» в пользу ИП ФИО6 от 12.11.2019 представлена ошибочная информация, о том, что задолженность возникла из договоров займа от 17.07.2019, и 02.09.2019, заключенных между ООО «Волгастройтрест» и ООО «ГК «МАКС Инжиниринг».

Срок возврата займов по договорам истек 30.11.2019, между тем в течение года до 29.12.2020 со стороны ИП ФИО6 действия, направленные на истребование задолженности по договорам займов в судебном порядке не предпринимались.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При наличии убедительных доказательств невозможности поставки бремя доказывания обратного возлагается на ответчика.

В соответствии с п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что договоры займа, договоры цессии, на которых основаны требования кредитора, являются мнимыми сделками, совершенными лишь с целью искусственного создания задолженности стороны сделки перед другой стороной.

Так как проверка природы возникших между истцом и ответчиком отношений на признаки мнимости в соответствии со ст. 170 ГК РФ и искусственный характер направлен на защиту интересов одних участников гражданского оборота от не добросовестного поведения других участников гражданского оборота, недопущения злоупотребления правом. При этом данная проверка не может ставиться в зависимость о наличии истца и ответчика в процедурах банкротства, так как в основу мнимой сделки уже положено противоправное поведения, она совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия и у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. В связи, с чем суд не может уклониться от проверки данных доводов и не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям (определение ВС РФ от 13.07.2018 по делу за № 308-ЭС18-2197, определение ВС РФ от 23.08.2018 по делу за № 305-ЭС18-3533, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 30.01.2018 по делу № А40-247956/2015).

В определении от 05.02.2018 по делу за № 305-ЭС17-14948 Верховный Суд РФ указал, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию. Закон предоставляет независимым кредиторам, а также арбитражному управляющему, право обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (ч. 3 ст. 16 АПК РФ, п. 24 постановления № 35). Однако по объективным причинам, связанным с тем, что они не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному упомянутыми лицами, независимые кредиторы и арбитражный управляющий ограничены в возможности представления достаточных доказательств, подтверждающих их доводы.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Из правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 9 информационного письма от 25.11.2008 № 127 «Обзор применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр.

В силу Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что требование является необоснованным, поскольку не подтверждено надлежащими доказательствами, в действиях сторон прослеживаются признаки явной недобросовестности и злоупотребления правом, в связи с чем оснований для включения требования в реестр требований кредиторов должника не имеется.

Оснований для иных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, которым судом первой инстанции дана правильная оценка и иной оценки апелляционный суд не усматривает.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность судебного акта, не содержат оснований, установленных статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда.

Оценив все имеющиеся доказательства по делу, апелляционный суд полагает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого судебного акта судом нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 24.03.2021 по делу № А40-147521/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу ИП ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: И.М. Клеандров

Судьи: А.Н. Григорьев

В.В. Лапшина