Постановление от 24 июля 2020 г. по делу № А40-179919/2016

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-23809/2020

Дело № А40-179919/16
г. Москва
24 июля 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 июля 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Н.В.Юрковой,

судей О.И.Шведко, А.С.Маслова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы а/у ФИО2, ООО "Лекс Сервис"

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 24.03.2020 по делу № А40-179919/16 об удовлетворении жалобы ФИО3 и ФИО4, о признании незаконными действия финансового управляющего ФИО3 - ФИО2 по распоряжению имуществом, не подлежащим включению в конкурсную массу должника, об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО3,

в рамках дела о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:

ФИО3- лично, паспорт

от ООО "Лекс Сервис"- ФИО5 дов.от 27.08.2019

ФИО2-лично, паспорт

От ФИО4- ФИО6 дов.от 17.10.2019

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.10.2017 ФИО3 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утверждена ФИО2

09.12.2019 поступила жалоба ФИО3 и ФИО4, просили:

1) Признать незаконным бездействие финансового управляющего ФИО2 по передаче в распоряжение должника и иных собственников принадлежащего им имущества, которое не подлежало включению в конкурсную массу.

2) Отстранить ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 24.03.2020 по делу № А40-179919/16 жалоба ФИО3 и ФИО4 удовлетворена. Признаны незаконными действия финансового управляющего ФИО3, ФИО2, по распоряжению имуществом, не подлежащим включению в конкурсную массу должника. ФИО2 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО3

Не согласившись с определением суда, финансовый управляющий должника ФИО2, ООО "Лекс Сервис" обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили его отменить.

В судебном заседании апеллянты поддержали доводы апелляционных жалоб.

Должник и представитель ФИО4 возражали против удовлетворения апелляционных жалоб.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, в конкурсную массу должника было включено, в том числе, жилое помещение по адресу: <...> (кадастровый номер 77:09:0005001:7385, площадь 176,4 кв.м.), которое к настоящему моменту реализовано.

Ранее в этом помещении постоянно проживали и должник, и его супруга (кредитор ФИО4).

Как указывали заявители, все личные вещи (одежда, в том числе и верхняя, обувь, и пр.), предметы быта и домашнего обихода, документы, книги, вещи, представляющие высокую морально-духовную ценность (семейные фотографии, награды) находились в данном помещении. Также в квартире находились дорогостоящие вещи, принадлежащие дочери должника и его супруги.

В ходе реализации квартиры, финансовый управляющий ФИО2 не передала должнику и проживавшей и зарегистрированной в данной квартире супруге должника их личные вещи (одежду, обувь, и пр.), предметы быта и домашнего обихода, документы, книги, вещи, которые находились в данном помещении.

Принимая судебный акт, суд первой инстанции принял во внимание копии договора хранения от 07.12.2014 и договора хранения от 12.03.2015.

Признавая жалобу ФИО3 и ФИО4 на действия финансового управляющего ФИО2 подлежащей удовлетворению, суд пришел к выводу, что финансовым управляющем совершены виновные действия по реализации имущества, не принадлежащего должнику, а также действия по утилизации имущества должника, не подлежащего включению в конкурсную массу, что является нарушением Закона о банкротстве и не отвечает требованиям разумности и добросовестности.

В соответствии с п. 4 ст. 20 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в статьях 20.3, 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий финансового управляющего незаконными.

Принимая судебный акт, суд первой инстанции учел, как доказательства, копии документов:

- акта приема-передачи имущества на хранение от 12.03.2015, составленного между дочерью должника и супругой должника (л. д. 7,8);

- договор хранения от 07.12.2014, заключенный между матерью должника и супругой должника (л. д. 81,82,83);

- договор хранения от 12.03.2015, заключенный между дочерью должника и супругой должника (л. д.84. 85, 86).

Принимая во внимание, что в соответствии с вышеперечисленными документами имела место передача имущества между родственниками при неподтвержденной финансовой состоятельности передающих сторон, в отсутствии целесообразности передачи вещей на хранении ФИО4 при наличии неисполненных обязательств супругов Г-вых перед кредитными организациями и имеющихся судебных решениях о взыскании задолженности с ФИО3 и ФИО4, финансовым управляющим ФИО3 заявлено о фальсификации представленных договоров и акта приема-передачи (л.д. 87).

При этом в заявлении о фальсификации ФИО2 указано, что передача имущества реально не совершалась, в том числе и в указанные в этих документах даты. Техническая экспертиза, назначенная по делу, могла бы достоверно подтвердить или опровергнуть дату изготовления договоров и акта приема-передачи.

В определении об отложении судебного заседания от 04.02.2020 суд обязал лиц, участвующих в деле представить оригиналы документов, о фальсификации которых заявил финансовый управляющий, рассмотреть вопрос об исключении указанных документов из числа доказательств, рассмотреть вопрос о назначении судебной экспертизы, (л.д. 89).

Между тем заявители уклонились от представления подлинных документов.

Непредставление заявителями оригиналов документов, необходимых для проведения экспертизы, повлекло невозможность проведения экспертизы.

Кроме того, арбитражный суд, в нарушение ст. 161 АПК РФ, не принял иные меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе не истребовал иные доказательства, несмотря на то, что представителем кредитора ООО «ЛЕКС-СЕРВИС» было заявлено ходатайство об истребовании у передающих сторон документов, подтверждающих факт приобретения ими в собственность имущества, указанного в копиях договоров хранения, а также в копии акта приема-передачи.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства ООО «ЛЕКС-СЕРВИС».

Однако впоследствии суд первой инстанции ссылается на представленные заявителями копии договоров хранения и акта приема-передачи как на доказательства, которые подтверждают наличие в жилом помещении имущества третьих лиц.

В копиях договоров хранения указано, что передача вещи поклажедателем на хранение хранителю удостоверяется выдачей поклажедателю акта приема передачи имущества, который возвращается хранителю по окончании срока хранения (п. 1.3. договоров) (л.д. 82 и 84)).

Таким образом, если предположить, что передача имущества действительно имела место, и хранение этого имущества продолжалось вплоть до момента передачи квартиры №2, расположенной по адресу <...>, ФИО7, акты приема-передачи должны были находиться у поклажедателей, а не у Хранителя.

Представленное в материалы дела заявление ФИО8, в котором она подтверждает подписание договора хранения и акта приема-передачи от 07.12.2014, не может служить доказательством нахождения ее имущества в квартире на ул. Левитана, поскольку нотариус, свидетельствуя подлинность подписи на заявлении лишь удостоверяет, что подпись на документе сделана определенным лицом, но не удостоверяет фактов, изложенных в документе.

Дополнительным доказательством финансовой несостоятельности ФИО8, приведенным в письменных пояснениях ФИО2, служит определение Арбитражного суда города Москвы от 21.06.2017 г. по делу № А40-179919/2016, которым матери должника отказано в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов ФИО3 ввиду непредставления подлинных первичных документов, а также по причине недоказанности финансовой возможности у кредитора передать денежные средства должнику.

Совокупность указанных обстоятельств подтверждает доводы финансового управляющего о создании искусственного документооборота между сторонами и опровергает, как наличие у ФИО8 и ФИО9 имущества, так и факт его передачи третьими лицами супруге должника.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что доступ в реализуемую квартиру у ФИО2 отсутствовал, несмотря на наличие судебного акта (Определение Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2018 г. по делу № А40-179919/2016), обязывающего ФИО3 и ФИО4 предоставить такой доступ, а также возбужденного исполнительного производства по принудительному исполнению этих судебных актов.

Реализация квартиры производилась в отсутствие доступа к ней, что подтверждается судебными актами (Определении Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2019 г. по делу № А40-179919/2016, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда города Москвы от 15.04.2019, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда города Москвы от 10.07.2019, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 26.09.2019.

Покупатель недвижимости, приобретший жилое помещение, заключив договор купли-продажи, и перечислив денежные средства в конкурсную массу должника ФИО3, по условиям договора, имел право на передачу квартиры свободной от имущества третьих лиц.

Должнику и его супруге было известно о процедурах по реализации спорной квартиры, равно как и о состоявшемся публичном предложении, по результатам которого недвижимое имущество было продано ФИО7

Об указанном свидетельствуют многочисленные заявления и жалобы супруги должника.

Действуя разумно, супруги Г-вы не могли не осознавать последствия состоявшихся торгов и обязаны были самостоятельно освободить жилое помещение, передав его финансовому управляющему, а также известить третьих лиц, чье имущество по словам заявителей, находилось в квартире, о возможной судьбе этого имущества.

Имущество, которое возможно реализовать в рамках процедуры банкротства ФИО3, было принято ФИО2 под ответственное хранение.

Указанные действия были обусловлены тем, что ФИО7 настаивал на немедленном освобождении квартиры от находящегося там имущества и передачи ему квартиры.

То есть, принятие ФИО2 имущества должника осуществлялось в полном соответствии с требованиями закона и обязанностями финансового управляющего. Какие-либо возражения или претензии супругов Г-вых, равно как и третьих лиц, относительно передачи квартиры ФИО7 или освобождения ее от находящегося там имущества, отсутствовали.

Кроме того, финансовый управляющий, неоднократно предпринимала меры, направленные на извещение Г-вых о перемещении имущества для целей его передачи собственникам.

26.04.2019 ФИО2 в адрес ФИО3, его супруги ФИО4, финансового управляющего ФИО4 ФИО10 были направлены требования о представлении документов, подтверждающих принадлежность находившегося в квартире имущества ФИО4 в целях передачи принадлежащего ей имущества ее финансовому управляющему ФИО10 (л.д. 54-58).

Почтовая корреспонденция, направленная финансовым управляющим, получена ФИО10 30.04.2019 (л.д. 59), от супругов Г-вых письма возвратились за истечением срока хранения (л.д. 60, 61).

Никто из перечисленных лиц к ФИО2 для решения вопроса о передаче имущества не обращался. Ежемесячно финансовый управляющий была вынуждена нести расходы на аренду места хранения.

14.06.2019 ФИО2 повторно в адрес ФИО3. его супруги ФИО4, финансового управляющего ФИО4 ФИО10 были направлены телеграммы с требованием обеспечить явку 24.06.2019 в 10 час. 00 мин. для передачи имущества. Кроме того, в тексте телеграммы ФИО2 разъяснила, что в случае неявки в назначенное время будут приняты меры, направленные на утилизацию имущества (л.д. 62-67).

Телеграмма получена ФИО10 14.06.2019 (л.д. 68), супруги Г-вы телеграммы не получили в связи с их неявкой в организацию связи за телеграммой. Ответа от ФИО10 не поступило (л.д. 69, 70).

Таким образом, указанные выше лица неоднократно уклонились от принятия имущества, несмотря на направленные в их адрес извещения.

Действия финансового управляющего по помещению имущества, обнаруженного в квартире, на хранение в место, исключающее доступ посторонних лиц, а также последующие действия по неоднократному извещению супругов Г-вых, а также финансового управляющего ФИО4 ФИО10 полностью соответствовали порядку осуществления действий в чужом интересе, установленному статьями 980-989 ГК РФ.

Суд первой инстанции необоснованно пришел к выводу о том, что финансовым управляющим совершены виновные действия по реализации имущества, не принадлежащего должнику.

До настоящего времени ФИО2 в процедуре банкротства ФИО3 реализовано только недвижимое имущество последнего. Продажа имущества осуществлялась финансовым управляющим на торгах исключительно на основании судебного акта об утверждении Положения о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества должника.

Таким образом, судом установлена вина финансового управляющего в действиях, которые не были им совершены, либо совершались им во исполнение судебных актов, вступивших в законную силу.

Суд первой инстанции, принимая судебный акт, указал, что финансовым управляющим совершены действия по утилизации имущества должника, не подлежащего включению в конкурсную массу.

Между тем, действия по утилизации невостребованного имущества не могут быть признаны незаконными ввиду того, что между перемещением вывезенных вещей и моментом их утилизации прошло длительное время.

Все указанное время финансовый управляющий был вынужден нести расходы, связанные с хранением вещей, одновременно предпринимая меры, направленные на возврат их собственникам.

Таким образом, действия ФИО2 в значительной мере стали вынужденным следствием поведения (бездействия) должника и иных третьих лиц, которым, по словам заявителей жалобы, принадлежало имущество.

Финансовым управляющим соблюден баланс интересов, как кредиторов ФИО3, ФИО4, так и самого должника и его супруги, в целях недопущения расторжения договора купли-продажи квартиры, реализованной на торгах, жилое помещение освобождено от имущества, находившегося в нем, при этом указанное имущество помещено на хранение с целью недопущения его повреждения или утраты и передачи вещей их собственникам.

В то же время, супруги Г-вы, равно как и иные лица, не интересовались судьбой оставшегося в квартире имущества, что дало финансовому управляющему достаточные основания полагать, что вещи, находившиеся в жилом помещении, не представляют ценности и не будут никем востребованы.

В случае, если предположить, что какое-либо имущество, находящееся в жилом помещении на ул. Левитана, принадлежало бы третьим лицам (матери и дочери должника), то указанные лица должны были незамедлительно самостоятельно известить финансового управляющего и потребовать возврата вещей, поскольку ФИО2 при освобождении квартиры правомерно исходила из того, что находящиеся в передаваемом помещении вещи принадлежат должнику и его супруге.

В материалы настоящего спора не представлено доказательств того, что финансовым управляющим нарушены положения законодательства о банкротстве.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что действия должника не были направлены на удовлетворение требований кредиторов, а наоборот препятствовали реализации имущества.

Установив юридически значимые по делу обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что доказана добросовестность и разумность действий ФИО2 при реализации полномочий финансового управляющего в рамках дела о банкротстве ФИО3, в связи с чем, в удовлетворении жалобы ФИО3 и ФИО4 следует отказать.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 270, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 24.03.2020 по делу № А40-179919/16 отменить.

В удовлетворении жалобы ФИО3 и ФИО4 отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Н.В. Юркова

Судьи: А.С. Маслов

О.И. Шведко