Постановление от 29 ноября 2017 г. по делу № А70-8801/2016

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-8801/2016
29 ноября 2017 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 ноября 2017 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Зориной О.В.,

судей Семёновой Т.П., Смольниковой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-13748/2017) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 11 сентября 2017 года по делу № А70-8801/2016 (судья Глотов Н.Б.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Трансфлот» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Трансфлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>),


при участии в судебном заседании представителей:

от ФИО2 - представитель ФИО4, по доверенности № 72 АА 1127876 от 27.02.2017, сроком действия два года,



установил:

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 22.08.2016 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Трансфлот» (далее – ООО «Трансфлот») введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО3.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» № 162 от 03.09.2016.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2016 определение Арбитражного суда Тюменской области от 22 августа 2016 года по делу № А70-8801/2016 отменено в части отказа в удовлетворении ходатайства о введении в отношении ООО «Трансфлот» процедуры конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. ООО «Трансфлот» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

03.07.2017 конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскании с ФИО2 в конкурсную массу ООО «Трансфлот» денежных средств в размере 11 695 055 руб. 43 коп.

До рассмотрения заявления по существу конкурсный управляющий представил заявление об уточнении требований, просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашений требований кредиторов ООО «Трансфлот» в размере 11 796 810 руб. 67 коп.

ФИО2 заявлено ходатайство о приостановлении производства по заявлению до проведения расчетов с кредиторами должника.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 11 сентября 2017 года по делу № А70-8801/2016 заявленные требования удовлетворены. ФИО2 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО2 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами и до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В обоснование своей жалобы ее податель указал, что не располагает оригиналами документов по хозяйственной деятельности ООО «Трансфлот» в связи с их непередачей ФИО5 Податель жалобы настаивает на готовности передать конкурсному управляющему документы, полученные от ФИО5 по акту от 30.10.2014, т.е. учредительные документы должника. ФИО2 ссылается на то, что с 2004 года по 2014 год ФИО5 являлся учредителем ООО «Трансфлот» с долей в уставном капитале в размере 60 %, а также единоличным исполнительным органом общества. Считает, что ФИО5 должен быть привлечен в качестве соответчика по заявлению конкурсного управляющего. Однако оценка судом соответствующему ходатайству не дана.

Податель жалобы указывает, что для разрешения настоящего спора имеет преюдициальное значение постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2016 по делу №А70-8801/2016, которым отменена процедура наблюдения в отношении ООО «Трансфлот» и введена процедура конкурсного производства. В постановлении указано, что в 2014, 2015 и 2016 годах (то есть в период, когда ФИО2 являлась ликвидатором и директором) ООО «Трансфлот» какую-либо финансовую деятельность не осуществляло.

Кроме того, ФИО2 настаивает на том, что все имеющиеся копии документов по хозяйственной деятельности ООО «Трансфлот» переданы ею в процедуре наблюдения, о чем подписан акт приема-передачи. Считает выводы суда первой инстанции о наличии вины ФИО2 и привлечение к субсидиарной ответственности необоснованными. Полагает, что конкурсным управляющим не доказано, что в ситуации, когда хозяйственная деятельность должником не велась, именно действия ответчика по передаче документов реально могли бы повлиять на удовлетворение требований кредиторов.

В жалобе ФИО2 просила привлечь к участию в споре в качестве соответчика ФИО5

В письменном отзыве конкурсный управляющий возразил против доводов апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просила его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. Поддержала ходатайство о привлечении соответчика, изложенное в апелляционной жалобе.

В судебном заседании был объявлен перерыв в течение дня.

После перерыва представитель не явилась.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Отказывая в удовлетворении ходатайства о привлечении соответчика, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В силу части 1 статьи 46 АПК РФ иск может быть предъявлен в арбитражный суд к нескольким ответчикам.

На основании части 5 статьи 46 АПК РФ при невозможности рассмотрения дела без участия другого лица в качестве ответчика арбитражный суд первой инстанции привлекает его к участию в деле как соответчика по ходатайству сторон или с согласия истца.

В силу части 3 статьи 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о соединении нескольких требований, о замене ненадлежащего ответчика, а также иные правила, установленные только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Непривлечение судом соответчика не является основанием для перехода к рассмотрению дела по правилам рассмотрения дела в суде первой инстанции.

В силу пункта 4 части 4 статьи 270 АПК РФ таким основанием может быть только принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 29 постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», при отмене судебного акта суда первой инстанции на основании пункта 4 части 4 статьи 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции должен отметить, какой вывод суда первой инстанции, изложенный в мотивировочной и/или резолютивной части решения, касается прав или обязанностей не привлеченных к участию в деле лиц, а также мотивировать необходимость их привлечения.

Судебный акт считается принятым в отношении прав и обязанностей лица, не участвующего в деле, если данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора (пункт 1 указанного постановления).

Суд апелляционной инстанции не усматривает признаков того, что обжалуемый судебный акт каким-то образом непосредственно затрагивает права или обязанности ФИО5 К указанному лицу, при наличии достаточных оснований, конкурсный управляющий вправе обратиться с самостоятельным заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

При этом возможность предъявления указанного заявления не влияет на права и обязанности ответчика в настоящем обособленном споре – ФИО2 При рассмотрении указанного заявления пределы доказывания суда ограничиваются наличием или отсутствием оснований для привлечения именно ФИО2 к субсидиарной ответственности. Вопросы недобросовестных действий иных лиц не исследуется как выходящие за пределы доказывания по спору.

Поэтому оснований для перехода к рассмотрению заявления по правилам рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции и для привлечения соответчика суд апелляционной инстанции не усматривает.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 268, 272 АПК РФ, изучив его материалы, доводы апелляционной жалобы и письменного отзыва, проверив законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дополнен главой III.2. «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

На основании пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку заявление конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности подано 03.07.2017, оно правильно рассмотрено судом первой инстанции по правилам главы III.2. Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий в силу пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве обладает правом на подачу настоящего заявления.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2);

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4).

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Согласно пункту 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего лица. Вместе с тем, исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

Как следует из материалов дела, с момента создания ООО «Трансфлот» (02.11.2004) ФИО2 являлась участником ООО «Трансфлот» с долей 40% в уставном капитале общества.

В дальнейшем, единственным участником общества ФИО2 принято решение от 30.10.2014 № 4 о ликвидации ООО «Трансфлот» в связи с прекращением хозяйственной деятельности и назначении ликвидатором ФИО2

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ по состоянию на 23.12.2016 ФИО2 являлась единственным участником ООО «Трансфлот» с долей 100% в уставном капитале общества, а также ликвидатором общества.

05.02.2015 в Единый государственный реестр юридических лиц в отношении ООО «Трансфлот» (ИНН <***>) внесена запись (ГРН № 2157232059378) о составлении промежуточного ликвидационного баланса.

03.03.2015 на основании представленных документов МИФНС № 14 по Тюменской области осуществлена государственная регистрация прекращения деятельности ООО «Трансфлот» в связи с ликвидацией (ГРН 2157232098670).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 15.10.2015 по делу № А70-10985/2015, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2016 и постановлением Арбитражного суда ЗападноСибирского округа от 06.06.2016, удовлетворено заявление ФИО6 к МИФНС №14 по Тюменской области о признании недействительной записи в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности ООО «Трансфлот» (ОГРН <***>) от 03.03.2015 за государственным регистрационным номером 2157232098670, суд обязал МИФНС России №14 по Тюменской области аннулировать данную запись в ЕГРЮЛ.

Решением № 8 единственного участника ООО «Трансфлот» от 03.08.2016 на должность директора ООО «Трансфлот» назначена ФИО2 (т. 18, л.д. 94), чьи полномочия распространялись вплоть до утверждения конкурсным управляющим должника ФИО3

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что исходя из нормы подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве ФИО2 с 30.10.2014 являлась лицом, контролирующим должника, и, соответственно, субъектом, которое в силу Закона о банкротстве может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.


Как верно указал суд первой инстанции, нормами подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия руководителя, пока не доказано иного.

Бремя доказывания отсутствия своей вины в том, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие ее действий и (или) бездействия, несет ФИО2

Суд апелляционной инстанции учитывает, что ведение текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организация бухгалтерского и налогового учета возложены действующим законодательством на руководителя общества.

ФИО2 вплоть до утверждения конкурсного управляющего являлась единоличным исполнительным органом общества.

Доказательств прекращения отношений ФИО2 и общества до признания должника банкротом и утверждения конкурсного управляющего в деле нет.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как указывает конкурсный управляющий, бухгалтерская и иная документация должника, имущество общества, бывшим руководителем должника ФИО2 конкурсному управляющему не переданы.

В силу разъяснений, данных в пункте 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае отказа или уклонения указанных лиц от передачи перечисленных документов и ценностей арбитражному управляющему он вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об их истребовании по правилам частей 4 и 6 – 12 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В определении об их истребовании суд указывает, что они должны быть переданы арбитражному управляющему; в случае неисполнения соответствующего судебного акта суд вправе выдать исполнительный лист, а также наложить на нарушивших свои обязанности лиц штраф (часть 9 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Тюменской области от 23.03.2017 суд обязал бывшего руководителя должника ООО «Трансфлот» ФИО2 передать конкурсному управляющему ФИО3 оригиналы следующих документов должника:

- свидетельство о регистрации ОГРН, свидетельство о постановке на учет ИНН, учредительные документы (устав, учредительный договор, решения, протоколы, и иные свидетельства о внесении записей в ЕГРЮЛ);

- правоустанавливающие документы на движимое и недвижимое имущество, земельные участки, принадлежащие ООО «Трансфлот», технические паспорта, ПТС и др.;

- договоры, соглашения, контракты, планы, сметы, калькуляции, акты выполненных работ, накладные, акты приема - передачи, заключенные со всеми юридическими и физическими лицами за период с 2008г. по 2016г., в том числе документацию по кадровому учету ООО «Трансфлот»;

- бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность ООО «Трансфлот», в том числе: информацию о ведении бухгалтерского учета ООО «Трансфлот» в электронном виде при помощи программного обеспечения 1 С-Бухгалтерия, документы первичного бухгалтерского учета, бухгалтерской отчетности (квартальные и годовые балансы с отметкой налоговой инспекции), внебюджетные фонды и органы статистики (расчетные ведомости), с соответствующими отметками о принятии; свидетельства, подтверждающие право собственности на основные средства, недвижимость, транспорт;

- сертификаты, лицензии и свидетельства, подтверждающие неимущественные права ООО «Трансфлот»;

- судебные акты;

- распоряжения, приказы, в том числе по личному составу ООО «Трансфлот»;

- трудовые договоры, ведомости начисления и выплаты заработной платы, личные дела работников ООО «Трансфлот»;

- номера расчетного и иных счетов ООО «Трансфлот», наименование и реквизиты обслуживающих учреждений банков;

- наименование и адреса организаций, в которых ООО «Трансфлот» является учредителем (частником), сведения о доле участия;

- печати, штампы ООО «Трансфлот».

Факт уклонения ФИО2 от передачи конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документацию должника установлен и не подлежит доказыванию в настоящем споре (часть 2 статьи 69 АПК РФ).

Как указывает конкурсный управляющий, определение суда не исполнено, бухгалтерская и иная документация должника, необходимая для проведения в полном объеме всех мероприятий процедуры конкурсного производства, бывшим руководителем должника ФИО2 конкурсному управляющему не переданы.

Суду первой инстанции представитель ФИО2 пояснил, что часть документации ответчик имеет намерение передать конкурсному управляющему, а иные документы не могут быть переданы, т.к. не были получены ФИО2 от ФИО5, который являлся единоличным исполнительным органом должника в период с 11.10.2014 по 30.11.2014.

В жалобе ФИО2 настаивает на готовности передать конкурсному управляющему документы, полученные от ФИО5 по акту от 30.10.2014, т.е. учредительные документы должника. Утверждает, что иные документы должника у нее отсутствуют.

В материалах дела имеется акт приема-передачи документов от 30.10.2014, согласно которому ФИО5 передал ФИО2 устав, учредительный договор, свидетельства о государственной регистрации и о постановке на учет ООО «Трансфлот», протоколы, приказы, заявление о выходе из состава участников общества и тд. (т. 19 л.д. 107).

Между тем, суд апелляционной инстанции учитывает, что ФИО2 с 30.10.2014 исполняла функции ликвидатора, а дальнейшем единоличного исполнительного органа общества вплоть до признания ООО «Трансфлот» банкротом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции – на момент спорных отношений) общество обязано хранить перечисленные в этом пункте документы, касающиеся создания и деятельности общества, а также иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Указанные документы общество хранит по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества (пункт 2 статьи 50 названного Закона).

В силу пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно пункту 4 статьи 29 указанного закона при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации.

На основании пункта 4 статьи 62 Гражданского кодекса РФ с момента назначения ликвидационной комиссии (ликвидатора) к ней переходят полномочия по управлению делами юридического лица.

С учетом доводов ФИО2, мер к получению документов бухгалтерского учета и иных документов общества, после назначения ликвидаторам ею не предпринято.

Иного из материалов дела не следует.

Ссылаясь на получение по акту от 30.10.2014 документы согласно перечню (главным образом, документы о создании, учредительные документы общества), ФИО2 не представила доказательств предъявления к бывшему руководителю требований о передаче всей документации общества, предусмотренной действующим законодательством. Так, переписка между ФИО2 и ФИО5 по вопросу предоставления документов отсутствует. Требования о предоставлении документации в судебном порядке не заявлялось.

При этом подобное бездействие ФИО2, которая с 30.10.2014 получила полномочия по управлению делами должника (сначала в качестве ликвидатора, в дальнейшем, - в качестве руководителя), не может расцениваться в качестве добросовестного и разумного.

Исчерпав возможные меры по получению документации об бывшего руководителя, ФИО2, как минимум должна была принять меры по восстановлению документации. Однако надлежащих мер ни по получению документации, ни по ее восстановлению, ФИО2 не предпринято. Иного из материалов дела не следует. При том, что она осуществляла руководство деятельностью общества в течение 2 лет. Кроме того, ФИО2 был составлен ликвидационный баланс, формирование которого, как верно указал суд первой инстанции, не могло осуществляться без наличия документации должника.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что ФИО2 являлась учредителем общества с долей 40 процентов в уставном капитале, а в дальнейшем с 30.10.2014 - единственным участником общества. То есть, имела право на участие в управлении делами общества в порядке, установленном настоящим Федеральным законом и уставом общества, получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке, даже не будучи ликвидатором и руководителем должника.

Поэтому суд апелляционной инстанции не принимает во внимание доводы подателя жалобы о том, что контролирующим должника лицом являлся только ФИО5

Доводов и доказательств, свидетельствующих о наличии между ФИО2 и ФИО5 внутрикорпоративного конфликта, не представлено. Из материалов дела этого не следует.

Сведений о том, что документация была утрачена, уничтожена, не имеется.

Обстоятельств, объективно препятствующих передаче документации, не установлено.

Мотивов и причин неполучения документации от ФИО5, обусловленных добросовестными интересами, подателем жалобы не раскрыто.

С учетом этого, факт отсутствия у ФИО2 документации не может считаться установленным.

Напротив, коль скоро ФИО2, действуя неразумно и недобросовестно, не предприняла мер по истребованию и восстановлению документации должника, коль скоро она предприняла недобросовестные действия по добровольной ликвидации должника при наличии у него обязательств перед кредитором ФИО6, это свидетельствует о намеренном сговоре двух участников по сокрытию имущества и обязательств должника, по уклонению от исполнения этих обязательств с использованием процедуры добровольной ликвидации.

При наличии в обществе двух участников и предусмотренных законодательством положениях о проведении отчетных годовых собраний участников, осведомленность участника с долей в уставном капитале 40% предполагается.

Доказательств того, что ФИО2 была отстранена от корпоративного управления, в деле нет.

Таким образом, ФИО2 как бывший директор общества обязана была передать всю документацию, касающуюся деятельности общества, конкурсному управляющему.

В отсутствие доказательств обратного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что ФИО2 не могла не располагать сведениями о хозяйственной деятельности, экономическом состоянии подконтрольного ему юридического лица.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что не имеет правового значения то, что конкурсному управляющему передана какая - то часть документации должника, не связанная с реальной возможностью формирования конкурсной массы. Та часть документации, которая помогла бы установить историю расходования активов, управляющему не передавалась, несмотря на то, что как указывает сам податель жалобы, на балансе должника находилось достаточно активов для расчетов с кредиторами.

Поскольку в рамках настоящей процедуры банкротства у конкурсного управляющего отсутствовали документы бухгалтерского учета должника, проведение мероприятий по формированию конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов было невозможным.

Как указывает податель жалобы, в постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2016 по делу №А70-8801/2016, имеющим преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора, указано, что в 2014, 2015 и 2016 годах (то есть в период, когда ФИО2 являлась ликвидатором и директором) ООО «Трансфлот» какую-либо финансовую деятельность не осуществляло.

Между тем данный вывод в постановлении сделан только на основании отчетов о финансовых результатах должника. При этом в постановлении указано, что сведений об имуществе, достаточном для удовлетворения требований, не представлено.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

При этом, преюдициальное значение могут иметь только те фактические обстоятельства, которые ранее судом устанавливались.

Недоказанность фактических обстоятельств в одном деле не означает невозможности доказывать их при рассмотрении другого дела (с другим предметом или основанием).

Доводы подателя жалобы о фактическом прекращении обществом хозяйственной деятельности с момента принятия решения о ликвидации – 30.10.2014 материалами настоящего обособленного спора опровергаются.

Так, ООО «Трансфлот» является правообладателем трех судов (выписка из Государственного судового реестра – т. 19 л.д. 35).

Между ООО «Трансфлот» в лице ликвидатора ФИО2 (заказчик) и ООО «МП-ИНВЕСТСТРОЙ» (исполнитель) также был заключен договор подряда от 29.10.2015 на проведение работ по ремонту судна самоходного «РП-3», расположенного в районе бассейна реки Черная речка причал Сургут, принадлежащего заказчику на праве собственности.

Определением от 11.08.2017 по делу №А70-8801/2016 Арбитражный суд Тюменской области обязал бывшего руководителя ООО «Трансфлот» ФИО2 передать конкурсному управляющему ООО «Трансфлот» ФИО3 имущество должника (речные суда), а именно:

1. «БС-300» идентификационный номер ОИ-06-2206; Тип и назначение -несамоходное, сухогрузное; Проект № 944; Класс судна Р-1,2; год и место постройки 1967 г., г. Тюмень;

2. «РП-3» идентификационный номер ОИ-09-3765; Тип и назначение - самоходное, буксирное; Проект № Р-14; Класс судна Р-1,2 (лед); год и место постройки 1973 г., г. Котлас;

3. «КПЛ-5-30 №37» идентификационный номер ОИ-08-3328; Тип и назначение плавкран; Год постройки, номер проекта-1969, Р-12А, г. Омск; Общая мощность/грузоподъемность-Тип 64 23/30, 1 шт., 330 единиц мощности (1Х330)/5, которые являются собственность ООО «Трансфлот».

Изложенное свидетельствует о том, что общество располагало активами, сведения о которых не раскрыты бывшим руководителем должника, местоположение речных судов не сообщено ФИО2 конкурному управляющему ФИО3

При этом сведения о составе имущественного комплекса ООО «Трансфлот» получены конкурсным управляющим по его запросам из компетентных органов.

В письменных возражениях суду первой инстанции конкурсный управляющий также указал, что техникой должника в спорный период фактически пользовалось третье лицо - ООО «Флотсервис». Однако документы-основания нахождения техники у третьего лица, на основании которой могла бы быть взыскана дебиторская задолженность, не представлены.

Обстоятельства пользования имуществом должника подтверждаются вступившими в законную силу судебными актами.

С учетом этого, суд апелляционной инстанции не может не согласиться с выводом суда первой инстанции, что ФИО2 активным образом пыталась скрыть имущество должника, создать ситуацию, при которой у конкурсного управляющего, конкурсных кредиторов будут отсутствовать сведения о реальной хозяйственной деятельности ООО «Трансфлот».

Обратного не доказано.

Никаких доказательств отсутствия своей вины в банкротстве должника и невозможности удовлетворить требования кредиторов ФИО2 не представила.

Поэтому оснований для освобождения ФИО2 от субсидиарной ответственности не имеется.

Факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче указанных документов свидетельствует о наличии оснований для привлечения ответственного лица к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Ничего этого ответчик не доказала.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

По расчету конкурсного управляющего, сумма непогашенных требований (реестровых, за реестром, текущих обязательств) составила 11 796 810 руб. 67 коп.

Суду первой инстанции конкурсный управляющий ФИО3 и ФИО2 сделали заявление, что в настоящее время конкурсная масса должника полностью не сформирована, в судах общей юрисдикции имеются споры о правомерности требований ФИО7 (определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.12.2016 включена в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Трансфлот» в размере 4 985 965 руб.).

Следовательно, в настоящее время не представляется возможным определить разницу между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, которые будут получены, то есть размер ответственности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности.

В такой ситуации, придя к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции приостановил производство по настоящему заявлению конкурсного управляющего в части определения размера ответственности ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами и до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Самостоятельных возражений относительно приостановления производства по заявлению суду апелляционной инстанции не заявлено, поэтому оснований для переоценки выводов суда первой инстанции по этому вопросу у суда апелляционной инстанции не имеется (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Согласно пункту 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Поэтому возможность привлечения к субсидиарной ответственности прежнего руководителя должника ФИО5, родственника ответчицы, с учетом наличия оснований не препятствует привлечению к такой же ответственности и ФИО2 в полном размере.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Тюменской области от 11 сентября 2017 года по делу № А70-8801/2016.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьями 270 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 11 сентября 2017 года по делу № А70-8801/2016 (судья Глотов Н.Б.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Трансфлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-13748/2017) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.


Председательствующий


О.В. Зорина

Судьи


Т.П. Семёнова

М.В. Смольникова