Постановление от 8 октября 2024 г. по делу № А40-200751/2022

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-50825/2023

Дело № А40-200751/22
г.Москва
09 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 09 октября 2024 года



Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Петровой О.О.,

судей: Сергеевой А.С., Яниной Е.Н.,

при ведении протокола судебного заседания  секретарем Широковой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО "РУССКОЕ СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО "ЕВРОИНС" на решение Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2023 по делу № А40-200751/2022 по иску

   ИП ФИО1 КФХ ФИО2 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

к ООО "РУССКОЕ СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО "ЕВРОИНС" (ОГРН <***>, ИНН <***>),

   МИНИСТЕРСТВУ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА, ТОРГОВЛИ, ПИЩЕВОЙ И ПЕРЕРАБАТЫВАЮЩЕЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

о взыскании денежных средств

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО3 по доверенности от 02.09.2024;

от ответчика ООО "РСО "ЕВРОИНС": ФИО4 по доверенности от 19.08.2024, ФИО5 по доверенности от 09.01.2024, ФИО6 по доверенности от 09.01.2024, ФИО7 по доверенности от 09.01.2024; 



У С Т А Н О В И Л:

ИП ФИО1 КФХ ФИО2 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "РУССКОЕ СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО "ЕВРОИНС" (далее – ответчик) о взыскании страхового возмещения в размере 4 964 398 руб. 00 коп., к МИНИСТЕРСТВУ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА, ТОРГОВЛИ, ПИЩЕВОЙ И ПЕРЕРАБАТЫВАЮЩЕЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ о взыскании убытков в размере 10 000 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы 07.06.2023 по делу № А40-200751/2022 с ООО «Русское страховое общество «Евроинс» в пользу ИП ФИО1 КФХ ФИО2 взыскана сумма страхового возмещения в размере 4 964 398 руб. 00 коп.; с ООО «Русское страховое общество «Евроинс» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 47 822 руб. 00 коп.; принят отказ ИП ФИО1 КФХ ФИО2 от иска в части взыскания с Министерства сельского хозяйства, торговли, пищевой и перерабатывающей промышленности Оренбургской области убытков в размере 10 000 руб., производство по делу в указанной части прекращено.

Не согласившись с принятым решением, ООО "РУССКОЕ СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО "ЕВРОИНС" обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении исковых требований о взыскании с ООО "РУССКОЕ СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО "ЕВРОИНС" суммы страхового возмещения.

В обоснование апелляционной жалобы ООО "РУССКОЕ СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО "ЕВРОИНС" указывает на неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела и представленным доказательствам; на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными; на нарушение судом норм материального права.

В судебном заседании представители ООО "РУССКОЕ СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО "ЕВРОИНС" на удовлетворении апелляционной жалобы настаивали.

Представитель истца возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить решение суда первой инстанции без изменении.

Министерство сельского хозяйства, торговли, пищевой и перерабатывающей промышленности Оренбургской области, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы (в том числе, с учетом правил п.п. 4 - 15 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 12), явку в судебное заседание не обеспечило, ввиду чего жалоба рассмотрена в порядке ч.5 ст.156, ст.266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в его отсутствие.

В ходе рассмотрения дела ответчиком заявлено ходатайство о назначении по делу судебной технико-криминалистической экспертизы на предмет установления срока давности изготовления представленных истцом в суд документов: Акта всхожести и энергии прорастания сельскохозяйственных культур и выполнения агротехнических мероприятий № 1 от 05 июня 2021 года, Акта всхожести и энергии прорастания сельскохозяйственных культур и выполнения агротехнических мероприятий № 2 от 05 июня 2021 года, Акта обследования посевов/посадок/ сельскохозяйственных культур/ определения урожайности на корню № 1 от 15-20 августа 2021 года.

Согласно части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы, согласно статьям 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу. Удовлетворение ходатайства о проведении судебной экспертизы является правом суда, это право он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора

Согласно положениям главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, определив в соответствии с подлежащими применению нормами материального права обстоятельства, имеющие значение для дела, оценивает представленные и предлагаемые сторонами доказательства по своему внутреннему убеждению.

Вопрос о назначении экспертизы либо об отказе в ее назначении разрешается судом в каждом конкретном случае, исходя из обстоятельств дела и имеющейся совокупности доказательств, и при этом суд самостоятельно определяет достаточность доказательств.

Поскольку обстоятельства, входящие в предмет доказывания по настоящему спору, могут быть разрешены на основании представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для назначения судебной экспертизы, предусмотренных статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, ходатайство оставлено судом апелляционной инстанции без удовлетворения.

Также апелляционная коллегия отмечает, что в ходе рассмотрения апелляционной жалобы ответчиком было заявлено о фальсификации вышеуказанных Актов, однако в судебном заседании, состоявшемся 25.09.2024, представители ответчика от заявления о фальсификации отказались. В этой связи, проверка данного заявления по правилам статьи 161 АПК РФ не проводилась.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что в судебном заседании 25.09.2024 представитель истца отказался от заявленного им ранее ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы, а также дополнительной судебной агрономической экспертизы. Соответственно, данное ходатайство также не рассматривалось апелляционным судом.

Законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции проверены на основании статей 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив правильность применения норм материального и процессуального права, соответствие выводов Арбитражного суда города Москвы фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследовав материалы дела, Девятый арбитражный апелляционный суд считает решение Арбитражного суда города Москвы подлежащим отмене в части взыскания с ООО «Русское страховое общество «Евроинс» в пользу ИП ФИО1 КФХ ФИО2 суммы страхового возмещения в размере 4 964 398 руб. 00 коп., а исковые требование в этой части не подлежащими удовлетворению, в силу следующего.

Как следует из материалов дела, между ИП ФИО1 КФХ ФИО2 и ООО «Русское страховое общество ЕВРОИНС» был заключен договор сельскохозяйственного страхования (урожай сельскохозяйственных культур) № ОРБ01/21/СХ-У№2203946 от 31.05.2021.

Объект страхования – имущественные интересы страхователя (выгодоприобретателя), связанные с риском утраты (гибели) урожая сельскохозяйственной культуры, в том числе, урожая многолетних насаждений в результате воздействия событий, указанных в п.2.4 договора страхования (п.2.1 договора).

Общая страховая сумма по договору составляет 10 222 900 руб. (п.2.2 договора).

Безусловная франшиза по договору составляет 50% от страховой суммы по каждой сельскохозяйственной культуре (п.2.6 договора).

Общая страховая премия по договору составляет 132 897 руб. 69 коп. (п.2.3 договора). При этом первый страховой взнос уплачивается в сумме 66 448 руб. 85 коп. не позднее 20.07.2021 согласно п.2.3.1 договора. Платежным поручением № 132 от 23.06.2021 года истец оплатил в пользу ответчику первый страховой взнос.

В соответствии с п.2.7 договора срок действия настоящего договора – с 31.05.2021 по 01.10.2021.

При этом договор содержит п.2.8, в котором указано, что «страхование, обусловленное настоящим договором (период страхования в отношении каждой сельскохозяйственной культуры) начинается с 00 часов 00 минус дня уплаты всей суммы первого страхового взноса (п.2.3.1 договора), но не ранее дня начала посева/посадки данной сельскохозяйственной культуры, и оканчивается в 24 часа 00минут дня, указанного как дата окончания уборки урожая данной сельскохозяйственной культуры в таблице п. 2.1 настоящего договора».

Исковые требования мотивированы тем, что в период вегетации застрахованных культур имели место следующие опасные природные явления:

- засуха атмосферная с 28.04.2021 по 07.07.2021;

- засуха атмосферная с 24.07.2021 по 15.09.2021;

- суховей с 12.06.2021 по 17.06.2021;

- суховей с 28.06.2021 по 04.07.2021.

В подтверждение вышеуказанных обстоятельств истец представил справку Росгидромета от 12.11.2021.

Кроме того, истец ссылается на то, что Указом губернатора Оренбургской области от 02.07.2021 на территории страхования – Адамовский район Оренбургской области введен режим чрезвычайной ситуации.

Также в обоснование исковых требований истец представил акт обследования посевов сельскохозяйственных культур, пострадавших в результате чрезвычайной ситуации природного характера от 09.07.2021 №3, которым комиссионно с участием истца принято решение о списании погибших площадей сельскохозяйственных культур истца на 1300 га (600 га – пшеница яровая, 700 га – ячмень).

Как указал истец, в результате опасных явлений случился недобор урожая пшеницы, ячменя и овса.

Ответчик в уведомлении по решению №У-000-139692/22 от 23.03.2022 (ячмень) отказал в выплате страхового возмещения.

Ответчик в уведомлении по решению №У-000-139681/21 от 23.03.2022 (пшеница) отказал в выплате страхового возмещения.

Полагая, что отказ в выплате страхового возмещения является неправомерным, ИП ФИО1 КФХ ФИО2 обратился в суд с исковыми требованиями о взыскании с ООО «Русское страховое общество «Евроинс» страхового возмещения в размере 4 964 398 руб. 00 коп.

Принимая решение об удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что факт наступления страхового случая подтвержден, а оснований для отказа в выплате страхового возмещения у ответчика не имелось.

Суд первой инстанции учитывал, что сторонами подписаны акты №№1,2 от 05.06.2021, в соответствии с которыми состояние посевов (объекта страхования) характеризуется как хорошее, без отклонений. Суд установил, что подписывая акты, стороны признали, что по состоянию на 05.06.2021 негативного воздействия событий, предусмотренных ст.8 Федерального закона от 25.07.2011 N 260-ФЗ "О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон "О развитии сельского хозяйства" (далее – Закон №260-ФЗ), на объект страхования не зафиксировано.

Также суд указал, что ответчиком не обосновано, с какой даты события стали оказывать негативное воздействие на объект страхования до начала периода страхования – 23.06.2021. С учетом отсутствия такого обоснования суд пришел к выводу о том, что п.4.5.6 Правил, на который ссылается страховщик в качестве основания для отказа в выплате страхового возмещения, не подлежит применению.

Кроме того, суд признал относимым и допустимым доказательством экспертное заключение, полученное по результатам проведения назначенной в ходе рассмотрения дела судебной экспертизы. Согласно заключению, эксперт пришел к выводу, что совокупность событий – засуха атмосферная и суховей, имевших место после 23.06.2021, явились причиной утраты урожая.

При этом суд первой инстанции отметил, что страховщик, в нарушение пунктов 8.3.1., 8.3.2., 8.3.4. Правил страхования, ст.5 Закона № 260-ФЗ не провел экспертизу в период, когда картина состояния сельскохозяйственных культур была сохранена и имела место.

Также суд первой инстанции сделал вывод о недействительности (ничтожности) пунктов 2.8., 5.2.1 договора и пунктов 1.2.14, 4.3. Правил страхования. Суд исходил из того, что данные пункты договора и Правил страхования противоречат существу законодательного регулирования страхования с государственной поддержкой и посягают на публичные интересы в сфере государственной политики в области поддержки сельского хозяйства.

Кроме того, суд первой инстанции сделал вывод о том, что условие о дате начала периода страхования не согласовано сторонами договора № ОРБ01/21/СХ-У№2203946 от 31.05.2021 и признал обоснованными доводы истца о том, что события, обладающие признаками страхового случая, должны учитываться с даты заключения договора – 31.05.2021.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные по делу доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии обстоятельств, подтверждающих факт нарушения ответчиком договорных обязательств, и признал исковые требования законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции не может признать данные выводы суда первой инстанции обоснованными в силу следующего.

Так, апелляционная коллегия не может согласиться с выводом суда первой инстанции о несоответствии, противоречии условий страхования положениям закона, существу страхования. При этом суд апелляционной инстанции исходит из того, что соответствующий вывод основан на ошибочном толковании норм материального права.

Из материалов дела следует, что стороны при заключении Договора страхования согласовали применение в порядке ст.943 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ) Правил страхования (стандартных) урожая сельскохозяйственных культур, посадок многолетних насаждений, осуществляемого с государственной поддержкой, утвержденных Приказом ООО РСО «Евроинс» №183 от 15.05.2019 (далее – Правила страхования).

Правила страхования приняты Национальным союзом агростраховщиков в рамках его компетенции, установленной Законом № 260-ФЗ, и согласованы Банком России, Министерством сельского хозяйства РФ, Министерством финансов РФ (том 7 л.д. 23 – 24).

Положения о страховании от событий, наступивших после оплаты страховой премии, предусмотрены общими нормами страхового законодательства.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 957 ГК РФ договор страхования, если в нем не предусмотрено иное, вступает в силу в момент уплаты страховой премии или первого ее взноса.

Согласно п.2 ст.957 ГК РФ страхование, обусловленное договором страхования, распространяется на страховые случаи, происшедшие после вступления договора страхования в силу.

Аналогичный порядок страхования предусмотрен и условиями, которые суд первой инстанции признал ничтожными (п.п. 2.8, 5.2.1 договора страхования, п. 4.3 правил страхования).

Суд первой инстанции не принял во внимание, что срок действия договора страхования и период страхования не являются тождественными понятиями.

С учетом положений ст.431 ГК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что период страхования в данном случае начинается со дня уплаты всей суммы первого страхового взноса, а не с момента заключения и подписания договора страхования.

Срок действия договора определяет момент его вступления в действие и момент окончания его действия.

Таким образом, начало действия страхования может не совпадать с моментом вступления договора страхования в действие, страховое покрытие может распространяться на события, наступившие до вступления в действие договора страхования, и охватывать события, которые наступают через определенный интервал времени после начала действия договора, если начало действия срока страхования указано с более поздней даты.

С момента заключения (подписания) договора (с 31.05.2021) у страхователя появляется обязанность оплатить страховую премию в размере и в сроки, согласованные в договоре страхования.

Стороны определили в п.2.7 договора страхования дату начала действия договора, а также дату возникновения обязанности страхователя уплатить страховую премию.

Следовательно, именно с момента оплаты страховой премии начинается период страхования (т.е. период ответственности страховщика).

В данном случае первый страховой взнос перечислен истцом 23.06.2021, в связи с чем период страхования начался именно с указанного момента.

Положения Закона № 260-ФЗ устанавливают основы правового регулирования отношений по страхованию с государственной поддержкой, руководствуясь которыми стороны заключают сделки – конкретные договоры сельскохозяйственного страхования.

Суд первой инстанции не указал, каким конкретно императивным нормам Закона №260-ФЗ противоречат условия Договора страхования.

В Законе № 260-ФЗ отсутствуют императивные нормы, которые предусматривали бы страхование в отношении событий, наступивших до оплаты страховой премии.

Соответственно, для определения начала периода страхования необходимо руководствоваться положениями п.2 ст.957 ГК РФ и соответствующими ей условиями страхования (п.2.8, п.5.2.1 договора страхования, п.4.3 правил страхования).

В силу п.75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ №25) применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды.

Вместе с тем, доказательств нарушения пунктами 2.8., 5.2.1 договора и пунктами 1.2.14, 4.3. Правил страхования интересов неопределенного круга лиц в материалах дела не имеется. Оснований для вывода о наличии таких нарушений апелляционным судом не установлено.

Из содержания обжалуемого решения суда следует, что нарушение публичных интересов в сфере государственной политики в области поддержки сельского хозяйства в данном случае обусловлено отказом ответчика в выплате страхового возмещения.

Однако отказ в выплате страхового возмещения не относится к посягательству на публичные интересы. Более того, цели государственной поддержки в виде получения субсидии в счет оплаты второго страхового взноса достигнуты.

Таким образом, не может быть признан обоснованным вывод суда первой инстанции о недействительности (ничтожности) пунктов 2.8., 5.2.1 договора и пунктов 1.2.14, 4.3. Правил страхования.

Исходя из положений пункта 1 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее также – Закон РФ № 4015-1) страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Нормой пункта 2 статьи 9 Закона РФ №4015-1 установлено, что страховым случаем является совершившееся событие, которое предусмотрено договором страхования или законом и с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В силу положений подпункта 2 пункта 1 статьи 942 ГК РФ и пункта 1 статьи 929 ГК РФ страховым случаем является такое событие, которое обладает признаками, определенными договором или правилами страхования. Для возникновения права требования страхователя к страховщику о выплате страхового возмещения необходимо наступление страхового случая, наличие причинной связи между страховым случаем и наступившими последствиями, убытками.

В соответствии со статьей 8 Закона №260-ФЗ и условиями пункта 4.3 Правил страхования, страховым случаем признается утрата (гибель) урожая сельскохозяйственной культуры, в том числе урожая многолетних насаждений, утрата (гибель) посадок многолетних насаждений в результате событий, предусмотренных договором сельскохозяйственного страхования из числа указанных в пункте 4.2 правил страхования, произошедших на застрахованной территории в период страхования, установленный договором сельскохозяйственного страхования.

Следовательно, для того, чтобы признать утрату урожая страховым случаем, мало самого факта утраты урожая, необходимо, чтобы подобная утрата урожая произошла вследствие опасных природных явлений, произошедших в период страхования.

Ответственность страховщика ограничена периодом страхования, что не позволяет возлагать на страховщика обязанность выплачивать страховое возмещение за события, имевшие место до начала периода страхования.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации изложенной в пункте 23 Постановления Пленума от 27.06.2013 №20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан», стороны вправе включать в договор добровольного страхования имущества условия о действиях страхователя, с которыми связывается вступление в силу договора, об основаниях для отказа в страховой выплате, о способе расчета убытков, подлежащих возмещению при наступлении страхового случая, и другие условия, если они не противоречат действующему законодательству.

При этом в соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 14 марта 2014 года №16, согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ).

В действующем законодательстве отсутствуют императивные нормы, устанавливающие запрет на введение в текст договора страхования условий о названных в договоре страхования исключениях из страхового покрытия.

Подобная позиция также отображена в пункте 2 Обзора судебной практики Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2017 года, в соответствии с которой, если иное не предусмотрено законом или иными правовыми актами, стороны договора добровольного страхования вправе по своему усмотрению определить перечень случаев, признаваемых страховыми, а также случаев, которые не могут быть признаны страховыми.

Таким образом, сторонами в порядке статьи 421 ГК РФ определен перечень рисков, наступление которых является страховым случаем.

Коллегия считает, что арбитражным судом первой инстанции не принято во внимание, что в соответствии с условиями пунктов 4.5, 4.5.6 правил страхования не относятся к страховым случаям, и выплата страхового возмещения не производится в соответствующей части убытков, а именно: любые события, в том числе предусмотренные договором сельскохозяйственного страхования в соответствии с пунктом 4.2 правил страхования, но наступившие до начала периода страхования, установленного договором сельскохозяйственного страхования, при этом событие считается наступившим, если были достигнуты необходимые критерии независимо от того, продолжается ли событие после достижения критериев и начала периода страхования; начавшиеся до начала периода страхования, установленного договором сельскохозяйственного страхования, если с момента начала события до начала периода страхования прошло более 25 % (двадцати пяти процентов) от установленной критерием продолжительности, необходимой для признания этого события наступившим в соответствии с Приложением № 7. Если при расчете получено дробное значение, то оно округляется до ближайшего целого по правилам математического округления.

Поскольку период страхования начался с 23.06.2021, то отсчет критериев событий начинается согласно п.5.2.1 договора страхования только с 23.06.2021.

Между тем, вышеприведенные обстоятельства не были учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела.

Апелляционная коллегия также не может признать обоснованными выводы суда первой инстанции о том, что представленное в Арбитражный суд города Москвы во исполнение определения от 22.11.2022 экспертное заключение, составленное экспертом федерального государственного бюджетного учреждения государственного центра агрохимической службы «Оренбургский» ФИО8, является надлежащим доказательством по настоящему делу.

Согласно ч.4 ст.82 АПК РФ в определении о назначении судебной экспертизы суд указывает материалы и документы, предоставляемые в распоряжении судебного эксперта.

Определением от 22.11.2022 суд указал подлежащие передаче судебному эксперту документы – материалы дела №А40-200751/2022: «в распоряжение экспертной организации предоставить необходимые материалы из дела №А40-200751/22-67-1601».

В Заключении эксперта ФИО8 №АС-01 от 13.01.2023 (далее – Заключение) указано, что эксперт ФИО8 при подготовке заключения руководствовался, в том числе, копией справки Оренбургского центра по Гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды филиала ФГБУ «Приволжское УГМС» №02-02/3618 от 19.10.2022 (том 6 л.д. 9) (далее – Справка ФГБУ «Приволжское УГМС» от 19.10.2022).

Между тем, из материалов дела не следует, что вышеуказанная Справка ФГБУ «Приволжское УГМС» от 19.10.2022 была представлена в материалы дела на момент, когда соответствующие необходимые материалы из дела передавались эксперту для проведения исследования.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на противоречивость выводов, содержащихся в заключении эксперта ФИО8

Так, из заключения судебной экспертизы следует, что эксперт ФИО8 пришел к выводу, что недобор урожая яровой пшеницы произошел под воздействием атмосферной засухи с 24.07.2021 по 15.09.2021 (том 6 л.д. 13).

Согласно Акту обследования посевов сельскохозяйственных культур №3 от 09.07.2021 посевы яровой пшеницы полностью погибли по состоянию на 09.07.2021 (том 3 л.д. 67). Поэтому природные явления, которые произошли уже после полной гибели посевов пшеницы и частичной гибели посевов ячменя, не могли стать причиной такой гибели.

Судом апелляционной инстанции также установлено, что эксперт ФИО8 признал страховым случаем суховей, который не соответствовал договорным критериям по фазе развития культур.

Как следует из критериев, предусмотренных Договором страхования, страховым признается суховей, который был зафиксирован в период:

- вегетации зерновой культуры;

- цветения, налива и созревания.

В заключении эксперта ФИО8 указано, что период цветения, налива и созревания пшеницы яровой и ячменя ярового пришлись на «июль - август». При этом эксперт не указывает конкретные даты наступления указанных фаз. Между тем, формулировка «июль - август» предполагает неустановленные даты в июле и в августе.

Соответственно, из представленного в материалы дела заключения эксперта ФИО8 не представлялось возможным сделать вывод о том, что суховей с 28.06.2021 по 04.07.2021 был зафиксирован в период цветения яровой пшеницы и ярового ячменя.

Также апелляционный суд принимает во внимание, что при назначении экспертизы судом первой инстанции перед экспертом были поставлены вопросы, которые заведомо не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В материалы дела истцом представлена справка Оренбургского ЦГМС-филиала ФГБУ «Приволжское УГМС» № 02-02/3985 от 12.11.2021 (т. 2 л.д. 65), в которой указан перечень опасных природных явлений с их продолжительностью.

В определении от 22.11.2022 о назначении судебной экспертизы суд первой инстанции указал перечень природных явлений, который не соответствует данным, содержащимся в справке ФГБУ «Приволжское УГМС».

Так, суд первой инстанции с целью анализа причинно-следственной связи между явлениями и недобором урожая культур в вопросе для эксперта неверно определил два периода суховея, однако не включил другие два периода суховея (28.06.2021 - 04.07.2021, 30.07.2021 - 01.08.2021), которые отражены в вышеуказанной справе Оренбургского ЦГМС-филиала ФГБУ «Приволжское УГМС».

Кроме того, ответчик представил в материалы дело Рецензию на заключение судебного эксперта от 14.02.2023 (далее – Рецензия) (том 8 л.д. 94 - 106). Рецензией подтверждаются множественные нарушения, которые были допущены судебным экспертом и не позволяли принять его заключение в качестве допустимого доказательства.

Между тем, в обжалуемом решении суда первой инстанции не дал оценки соответствующей Рецензии, не указал мотивы, по которым отверг Рецензию и отдал предпочтение заключению судебной экспертизы.

При изложенных обстоятельствах экспертное заключение, составленное экспертом федерального государственного бюджетного учреждения государственного центра агрохимической службы «Оренбургский» ФИО8, не может быть признано соответствующим требованиям статей 8, 25 Федеральный закон от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", а также статьи 86 АПК РФ, а потому не могло быть принято в качестве надлежащего доказательства по делу.

В целях установления имеющих значение для настоящего дела обстоятельств определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2023 по настоящему делу назначена судебная агрономическая экспертиза. Проведение судебной экспертизы поручено независимому эксперту ФИО9, на разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1) В результате каких событий, состоявшихся в период вегетации яровой пшеницы (с 20.05.2021 по 09.07.2021), произошла утрата (гибель) урожая яровой пшеницы ИП ФИО1 КФХ ФИО2?

2) В результате каких событий, состоявшихся в период вегетации ярового ячменя (с 07.05.2021 по 01.08.2021), произошла утрата (гибель) урожая ярового ячменя ИП ФИО1 КФХ ФИО2?

3) С учетом сроков сева яровой пшеницы (с 20.05.2021 по 25.05.2021) определить, могли ли появиться по состоянию на 05.06.2021 всходы яровой пшеницы ИП ФИО1 КФХ ФИО2 на всей площади посева (600 га)?

4) С учетом сроков сева ярового ячменя (с 07.05.2021 по 01.06.2021) определить, могли ли появиться по состоянию на 05.06.2021 всходы ярового ячменя ИП ФИО1 КФХ ФИО2 на всей площади посева (840 га)?

5) Определить начало вегетации объекта страхования на всей застрахованной площади.

6) В зависимости от начала вегетации, с учетом п.4.5.6. правил страхования, определить дату, с которой события, предусмотренные договором страхования, стали оказывать негативное воздействие на объект страхования до начала периода страхования 23.06.2021.

7) Определить момент гибели (полной, частичной) урожая.

8) Определить момент уменьшения (недобра) урожая.

9) Определить причины гибели, уменьшения (недобора) урожая.

10) Определить объем гибели (полной, частичной), в результате событий до 23.06.2021, в результате событий после 23.06.2021.

11) Определить объем потерь (недобора) урожая, в результате событий до 23.06.2021, в результате событий после 23.06.2021.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2024, в связи с невозможностью проведения судебной экспертизы ФИО9 и поступившим от эксперта ходатайством об отказе от проведения экспертизы, произведена замена судебного эксперта, проведение судебной экспертизы поручено независимому эксперту ФИО10.

По итогу проведения исследования в материалы дела от эксперта ФИО10 поступило Экспертное заключение независимой экспертизы, проведенной на основании анализа предоставленных документов по договору сельскохозяйственного страхования (урожая сельскохозяйственных культур, осуществляемого с государственной поддержкой) №ОРБ01/21СХ-У№2203946 от 31.05.2021 между ООО «Русское страховое общество «Евроинс» и ИП ФИО1 крестьянско-фермерского хозяйства ФИО2 от 06.08.2024.

В Экспертном заключении независимым экспертом ФИО10 даны следующие ответы на поставленные перед ним вопросы:

·          По первому вопросу: на основании представленной документации определено, что утрата (гибель) урожая яровой пшеницы ИП ФИО1 КФХ ФИО2 на площади 600 га произошла в результате события – атмосферная засуха, состоявшегося в период вегетации яровой пшеницы с 20.05.21 по 09.07.2021.

·          По второму вопросу: на основании представленной документации определено, что утрата (гибель) урожая ярового ячменя ИП ФИО1 КФХ ФИО2 произошла на площади 700 га в результате следующих событий: атмосферная засуха, с 28.04 по 07.07 и с 24.07 по 19.09, суховей, с 30.07 по 01.08. Утрата (гибель) урожая ярового ячменя ИП ФИО1 КФХ ФИО2 на площади 140 га произошла в результате следующих событий: атмосферная засуха, с 28.04. по 07.07 и с 24.07 по 19.09.

·          По третьему вопросу: на основании представленной документации, с учетом сроков сева яровой пшеницы (с 20.05.2021 по 25.05.2021) и складывающихся погодных условий, по состоянию на 05.06.2021 всходы яровой пшеницы ИП ФИО1 КФХ ФИО2 на всех площади посева (600 га) появиться могли.

·          По четвертому вопросу: на основании представленной документации, с учетом сроков сева ярового ячменя (с 07.05.2021 по 01.06.2021) и складывающихся погодных условий, по состоянию на 05.06.2021 всходы ярового ячменя ИП ФИО1 КФХ ФИО2 могли появиться на площади 700 га. На площади 140 га на 05.06.2021 всходы ярового ячменя могли появиться частично.

·          По пятому вопросу: срок начала вегетации можно определить как срок начала сева застрахованной культуры. На основании представленной документации для яровой пшеницы на всей застрахованной площади срок начала вегетации с 20.05.21 по 25.05.2021; для ярового ячменя на всей застрахованной площади срок начала вегетации с 07.05.21 по 01.06.21.

·          По шестому вопросу: на основании представленной документации, определено, что примерная дата, с учетом предполагаемой фазы развития растений и складывающихся погодных условий (на основании справок Оренбургского центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды – филиала ФГБУ «Приволжское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды»), с которой события, предусмотренные договором страхования, стали оказывать негативное воздействие на объект страхования – 28.06.21, когда образовался дефицит почвенной влаги, который мог оказывать негативное воздействие на растения яровой пшеницы ярового ячменя в критические фазы развития. До начала периода страхования –23.06.21, события, предусмотренные договором страхования, которые не могли оказывать негативного воздействия на объект страхования,

·          По седьмому вопросу: на основании предоставленных документов, точный момент гибели (полной, частичной) урожая застрахованных селькохозяйственных культур (яровой пшеницы, ярового ячменя), установить невозможно, так как причиной гибели (полной, частичной) урожая послужил ряд опасных агрометеорологических явлений (засуха атмосферная, суховей), происходивших последовательно, одно за другим, в критические фазы развития растений.

·          По восьмому вопросу: на основании предоставленных документов, моментом уменьшения (недобора) урожая можно считать дату 28.05.21, когда продуктивный запас влаги в почве снизился до уровня очень низкий, при наблюдавшейся атмосферной засухе и отсутствию осадков.

·          По девятому вопросу: на основании предоставленных документов и проведенного анализа можно определить, что причиной гибели, уменьшения (недобора) урожая послужили события, а именно опасные агрометеорологические явления, такие как атмосферная засуха с 28.04 по 07.7 и с 24.07 по 19.09, а также суховей, с 30.07 по 01.08, отраженные в справке Оренбургского центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды – филиала ФГБУ «Приволжское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды» № 02-02/3985 от 12.11.2021, и наблюдавшиеся в критические фазы развития растений.

·          По десятому вопросу: на основании предоставленных документов и проведенного анализа можно определить, что в результате событий до 23.06.21 гибели (полной, частичной) не происходило. В результате событий после 23.06.2021, а именно начиная с 28.06.2021 начала происходить гибель (полная, частичная). Актом обследования посевов сельскохозяйственных культур, пострадавших в результате чрезвычайной ситуации природного характера № 3 от 09.07.2021, подтверждена полная гибель посевов яровой пшеницы на площади 600 га и частичная гибель ярового ячменя на площади 700 га в результате событий после 23.06.2021.

·          По одиннадцатому вопросу: на основании предоставленных документов определено, что в результате событий, происходивших до 23.06.21, потерь (недобора) урожая не происходило. В результате событий после 23.06.2021, начиная с 28.06.21, когда наблюдался дефицит влаги в почве на фоне атмосферной засухи, начала происходить потеря (недобор) урожая застрахованных культур, а именно яровой пшеницы на всей площади посева 600 га, ярового ячменя на всей площади 840 га. В результате событий после 23.06.2021 произошла 100% потеря урожая в результате гибели посевов яровой пшеницы на площади 600 га и ярового ячменя на площади 700 га. В результате событий поле 23.06.2021 произошел недобор урожая ярового ячменя на площади 140 га в объеме 802,2 ц или 83,9% от планируемого по договору страхования урожая.

Оценив представленное по результатам проведенной судебной экспертизы заключение по правилам статей 71, 86 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что Экспертное заключение соответствует требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ, каких-либо противоречий не содержит, соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, оснований для сомнения в компетентности эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Соответственно, Экспертное заключение, составленное независимым экспертом ФИО10, является надлежащим доказательством по делу.

Исследовав Экспертное заключение независимого эксперта ФИО10, изложенные в Экспертном заключении, в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательства апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Из Экспертного заключения следует, что причинами утраты (гибели) яровой пшеницы стала атмосферная засуха с 10.05.2021 по 07.07.2021 (вывод по первому вопросу).

Однако данное событие не может быть квалифицировано в качестве страхового случая в соответствии с условиями Договора и Правил страхования.

Так, в период страхования с 23.06.2021 атмосферная засуха наблюдалась только 15 дней, что не соответствует критериям, указанным в Приложении № 3 к договору страхования. Кроме того, в силу п.4.5.6 Правил страхования более 25% от установленной продолжительности наблюдалось до начала периода страхования (т.е. 45 дней).

Таким образом, учитывая выводы Экспертного заключения, апелляционный суд приходит к выводу о том, что гибель яровой пшеницы произошла в результате события, не обладающего признаками страхового случая.

Также эксперт ФИО10 пришел к выводу о том, что утрата (гибель) урожая ярового ячменя произошла в результате ряда опасных природных явлений, среди которых нестраховое событие атмосферная засуха с 28.04.2021 по 07.07.2021 (вывод по вопросу №2).

Процесс вегетации ярового ячменя эксперт разделил на два этапа:

- до гибели 09.07.2021 на площади 700 га;

- вегетация оставшихся после гибели 09.07.2021 посевов на площади 140 га.

Судебный эксперт отмечает, что до гибели посевов 09.07.2021 была зафиксирована только атмосферная засуха. Соответственно, данное явление стало причиной гибели посевов на площади 700 га 09.07.2021. Все остальные опасные природные явления состоялись уже после 09.07.2021, поэтому физически не могли стать причиной гибели посевов ярового ячменя на площади 700 га.

Между тем, как и в случае с утратой (гибелью) яровой пшеницы, атмосферная засуха с 28.04.2021 по 07.07.2021 не является страховым событием.

Как усматривается из материалов дела и установлено экспертом, в период страхования с 23.06.2021 атмосферная засуха наблюдалась только 15 дней, что не соответствует критериям в приложении №3 к договору страхования (не достигло критериев); Кроме того, в силу п.4.5.6 правил страхования более 25% от установленной продолжительности наблюдалось до начала периода страхования (т.е. 45 дней).

Таким образом, гибель посевов ячменя на площади 700 га произошла в результате события, не обладающего признаками страхового случая (атмосферной засухи с 28.04.2021 по 07.07.2021).

На оставшиеся посевы на площади 140 га негативное воздействие оказывал суховей с 31.07.2021 по 01.08.2021. Однако его воздействие на оставшиеся посевы ячменя не могло повлиять на права и обязанности сторон по Договору страхования в силу следующего.

Стоимость урожая на площади 140 га составляет 849 870,56 руб.:, исходя из следующего расчета: 6,83 ц/га (урожайность ячменя согласно п. 2.1 Договора страхования) ? 140 га (оставшиеся посевы ячменя) ? 888,8 руб/ц (цена урожая согласно п. 2.1 Договора страхования) = 849 870,56 руб.

Таким образом, в случае отсутствия урожая на площади 140 га размер убытков, причиненных суховеем, составил бы 849 870,56 руб.

При этом, пунктом 2.6 Договора страхования предусмотрена безусловная франшиза в размере 2 549 611,5 руб. (5 099 223 руб. (страховая сумма) ? 50 %). Убытки, менее безусловной франшизы, не подлежат возмещению по Договору страхования.

Атмосферная засуха, которая наблюдалась с 24.07.2021 по 15.09.2021 (том 2 л.д. 65) не достигла продолжительности 30 дней и к моменту завершения вегетации культур. Согласно Приложение №3 к Договору страхования окончанием периода вегетации является начало уборки культуры (том 2 л.д. 34).

Из материалов дела следует, что вегетация ячменя завершилась его уборкой 01.08.2021 (том 2 л.д. 64). Соответственно, на период вегетации ячменя пришлось только 9 дней опасного природного явления атмосферная засуха (с 24.07.2021 по 01.08.2021), что не соответствует критериям страхового события «атмосферная засуха», которое должно продолжаться не менее 30 дней.

Таким образом, Экспертным заключением подтверждается утрата (гибель) урожая ячменя в результате негативного воздействия события, не обладающего признаками страхового случая: атмосферная засуха с 28.04.2021 по 07.07.2021.

Как указано ранее, в ответе на восьмой вопрос эксперт пришел к выводу о том, что моментом уменьшения (недобора) урожая можно считать дату 28.05.2021, когда продуктивные запасы влаги в почве снизились до уровня очень низкий, при наблюдавшейся атмосферной засухе и отсутствии осадков.

Данный момент наступил до начала периода страхования, соответственно, в силу пунктов 4.3, 4.5.6 Правил страхования на Страховщика не может возложена обязанность по выплате страхового возмещения в связи с наступлением указанного события.

В ответе на девятый вопрос судебный эксперт в очередной раз отмечает негативное влияние на урожай застрахованных культур события, не обладающего признаками страхового случая: атмосферная засуха с 28.04.2021 по 07.07.2021. 

Таким образом, Экспертным заключением независимого эксперта ФИО10 подтверждено, что гибель урожая зерновых культур истца произошла от опасных природных явлений, наблюдавшихся до момента оплаты страховой премии. В силу п.4.5.6. Правил страхования такие природные явления не являются страховыми событиями, в связи с чем на ответчика не может быть возложена обязанность выплаты страхового возмещения.

Апелляционная коллегия также отмечает, что в распоряжение эксперта при назначении судебной экспертизы согласно определению Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2023 не были представлены и не учитывались экспертом Акт всхожести и энергии прорастания сельскохозяйственных культур и выполнения агротехнических мероприятий № 1 от 05 июня 2021 года, Акт всхожести и энергии прорастания сельскохозяйственных культур и выполнения агротехнических мероприятий № 2 от 05 июня 2021 года, Акт обследования посевов/посадок/ сельскохозяйственных культур/ определения урожайности на корню № 1 от 15-20 августа 2021 года.

Вышеуказанные Акты приобщены к материалам дела по ходатайству истца.

Ответчик в ходе рассмотрения настоящего спора заявил о фальсификации обозначенных выше Актов, просил исключить их из числа доказательств по делу, ссылаясь на то, что Акты изготовлены позднее указанных в них дат их составления.

В последующем ответчик отказался от заявления о фальсификации, что отражено в протоколе судебного заседания от 25.09.2024.

В то же время, суд апелляционной инстанции критически оценивает вышеуказанные Акты, принимая во внимание следующее.

Так, в судебном заседании по рассмотрению апелляционной жалобы представитель истца подтвердил, что вышеуказанные Акты в действительности оформлены в декабре 2021 года.

Между тем, период составления вышеуказанных Актов имеет существенное значение для оценки соответствующих обстоятельств.

В данном случае фактическое составление Актов в декабре 2021 года не позволяет признать данные документы достоверными доказательствами по настоящему делу.

Судом первой инстанции также не был учтен факт списания истцом сельскохозяйственных культур без письменного согласования со страховщиком, т.е. в нарушение пунктов 4.5.3, 8.5.9 Правил страхования.

Выплата страхового возмещения не производится в части количественных потерь на площади, списанной страхователем в отсутствие согласования страховщика (п.4.5.3 Правил страхования).

Апелляционной коллегией установлено, что в нарушение истцом обязанности по согласованию решения об отказе от уборки урожая, предусмотренной п.8.5.9 Правил страхования, суд первой инстанции не вычел из размера убытка количественные потери урожая культур с площади, на которой посевы списаны (не была проведена уборка урожая) без письменного согласования со страховщиком (п.п. 9.3, 9.3.1 Правил страхования).

Из материалов дела следует, что истец в отсутствие согласования ответчика списал посевы культур на площади 1 300 га, что подтверждается Актом обследования № 3 от 09.07.2021 и статистическими сведениями о собранном урожае.

Вместе с тем, доказательств, подтверждающих такого согласования на списание с ответчиком, как это предусмотрено вышеуказанными условиями Правил страхования, в материалах дела не имеется.

С учетом количественных потерь в связи со списанием размер убытков составляет 0 руб., исходя из следующего расчета:

Расчет убытка в связи с недобором урожая пшеницы:

(4 476 ц  – 0 ц  - 4 476 ц) ? 1 144,70 руб/ц – 2 561 838,5 руб. = 0 руб., где

4 476 ц (Up) – запланированный урожай (п.2.1 Договора страхования);

0 ц (Uf) – фактический урожай согласно форме 29-СХ (том 2 л.д. 58);

4 476 ц (Pn3) – количественные потери урожая на площади, списанной без согласования со страховщиком согласно форме 29-СХ (том 2 л.д. 58);

1 144,70 руб/ц – цена пшеницы, предусмотренная Договором страхования (п. 2.1 Договора страхования);

2 561 838,5 руб. – безусловная франшиза, предусмотренная п.2.6 Договора страхования.

Расчет убытка в связи с недобором урожая ячменя:

(5 737,2 ц  – 154 ц – 4 781 ц) ? 888,80 руб/ц – 2 549 611,5 руб. = 0 руб., где

5 737,2 ц (Up) – запланированный урожай (п. 2.1 Договора страхования);

154 ц (Uf) – фактический урожай согласно форме 29-СХ (том 2 л.д. 58);

4 781 ц (Pn3) – количественные потери урожая на площади, списанной без согласования со страховщиком согласно форме 29-СХ (том 2 л.д. 58);

888,80 руб/ц – цена ячменя, предусмотренная Договором страхования (п. 2.1 Договора страхования);

2 549 611,5 руб. – безусловная франшиза, предусмотренная п.2.6 Договора страхования.

В то же время, как указано ранее, даже без учета причин недобора урожая, расчет, произведенный в соответствии с п.9.3 Правил страхования, исключает возможность осуществления страховой выплаты.

Таким образом, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, установленном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд приходит к выводу о том, что у ответчика отсутствовали основания для выплаты истцу страхового возмещения. Следовательно, исковые требования ИП ФИО1 КФХ ФИО2 к ООО «Русское страховое общество «Евроинс» не подлежали удовлетворению.

При указанных обстоятельствах, оснований для удовлетворения заявленных требований к ООО «Русское страховое общество «Евроинс» о взыскании суммы страхового возмещения в размере 4 964 398 руб. 00 коп. апелляционная коллегия не усматривает.

В силу изложенного, решение суда первой инстанции подлежит отмене на основании пунктов 1, 2, 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с принятием по делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении исковых требований.

Расходы по оплате государственной пошлины за подачу искового заявления и апелляционной жалобы, а также расходы по оплате стоимости судебной экспертизы подлежат отнесению на истца в порядке, установленном статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании вышеизложенного, и руководствуясь статьями  110, 266-268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд  



П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2023 по делу № А40-200751/2022 отменить.

В иске отказать.

Взыскать с ИП ФИО1 КФХ ФИО2 в пользу ООО "РУССКОЕ СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО "ЕВРОИНС" расходы по экспертизам в размере  175 000 руб.  00 коп., расходы по госпошлине по апелляционной жалобе в размере  3 000 руб.  00 коп.

Взыскать с ИП ФИО1 КФХ ФИО2 в доход федерального бюджета госпошлину по иску в размере  47 822 руб.  00 коп.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.



Председательствующий судья:                                                                     О.О. Петрова    


Судьи                                                                                                               А.С. Сергеева 


                                                                                                                          Е.Н. Янина