Постановление от 9 декабря 2024 г. по делу № А08-7256/2022

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А08-7256/2022
г. Воронеж
10 декабря 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 03 декабря 2024 года Постановление в полном объеме изготовлено 10 декабря 2024 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сурненкова А.А.,

судей Коровушкиной Е.В.,

Маховой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Бутыриной Е.А.,

при участии:

от ФИО1 – ФИО2, представитель по доверенности, предъявлен паспорт гражданина РФ, диплом о наличии высшего юридического образования;

от ФИО3 – ФИО4, адвокат по доверенности, предъявлено служебное удостоверение;

от ФИО3 – ФИО5, представитель по доверенности, предъявлен паспорт гражданина РФ, диплом о наличии высшего юридического образования;

от общества с ограниченной ответственностью «ИнтегралПлюс» - ФИО6, адвокат по доверенности, предъявлено служебное удостоверение,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 и ФИО3 на решение Арбитражного суда Белгородской области от 25.06.2024 по делу № А08-7256/2022 по исковому заявлению ФИО1 (ИНН <***>) к ФИО3 (ИНН <***>) об исключении участника из общества с ограниченной ответственностью, третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «ИнтегралПлюс» (ИНН <***> ОГРН <***>), ФИО3 (ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 обратилась в Арбитражный суд Белгородской области с иском к ФИО3 об исключении из состава участников ООО «ИнтегралПлюс» с выплатой действительной стоимости доли участия в уставном капитале в размере 6 100 000 руб., а так же расходы на уплату государственной пошлины в размере 6 000 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «ИнтегралПлюс» (ИНН <***> ОГРН <***>), ФИО3 (ИНН <***>).

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 06.12.2022 исковые требования удовлетворены. Исключен ФИО3 из состава участников ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС». Выплачена ФИО3 действительная стоимость доли участия в уставном капитале ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС» в размере 6 100 000 руб. Взысканы с ФИО3 в пользу ФИО7 понесенные расходы на уплату государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2023 года, решение Арбитражного суда Белгородской области от 06.12.2022 года оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 09.11.2023 года решение Арбитражного суда Белгородской области от 06.12.2022 года и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2023 года по делу № А08-7256/2022 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Белгородской области.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 11.06.2024 (резолютивная часть) требования ФИО1 (ИНН <***>) к ФИО3 (ИНН <***>) по выплате действительной стоимости доли в уставном капитале ФИО3 выделены в отдельное производство.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 25.06.2024 исковые требования ФИО1 (ИНН <***>) удовлетворены. ФИО3 исключен из состава участников ООО «ИнтегралПлюс» (ИНН <***> ОГРН <***>). Взыскано с ФИО3 (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН <***>) 6000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 и ФИО3 обратились в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят решение Арбитражного суда Белгородской области от 25.06.2024 отменить.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО3 в порядке п. 5 ч. 1 ст. 21 АПК РФ обратился к судебной коллегии с устным заявлением об отводе председательствующего судьи Сурненкова А.А.

Представитель третьего лица ФИО3 поддержал заявление об отводе и заявил устно самостоятельное заявление об отводе председательствующего судьи Сурненкова А.А.

Представитель ответчика заявление представителя ФИО3 поддержал.

Представители истца и третьего лица - общества с ограниченной ответственностью «ИнтегралПлюс» против удовлетворения заявления возражали.

Вопрос об отводе, заявленном судье Сурненкову А.А., согласно ч. 3 ст. 25 АПК РФ разрешен судебной коллегией в составе судей Коровушкиной Е.В., Маховой Е.В.

В соответствии со ст.ст. 21, 22, 25 АПК РФ в удовлетворении заявления ответчика ФИО3, третьего лица ФИО3 об отводе судьи Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда Сурненкова А.А. отказано, рассмотрение апелляционных жалоб продолжено в том же составе суда.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы, приведенные в своей апелляционной жалобе и дополнении, считая решение незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, без учета фактических обстоятельств дела, просил суд обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ФИО3, доводы своей апелляционной жалобе поддержал с учетом дополнений, просил суд обжалуемое решение отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ФИО1 возражал против доводов апелляционных жалоб по основаниям, изложенным в представленном суду отзыве, считая обжалуемое решение законным и обоснованным, просил суд оставить решение без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Представитель ООО «ИнтегралПлюс» доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не поддержал, считая обжалуемое решение законным и обоснованным, просил суд в удовлетворении апелляционных жалоб отказать.

Согласно части 1 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений к ним и отзыва на них, заслушав объяснения сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции считает, что решение Арбитражного суда Белгородской области от 25.06.2024 следует оставить без изменения, а апелляционные жалобы– без удовлетворения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, на дату подачи иска участниками ООО«ИНТЕГРАЛ ПЛЮС» являлись ФИО1 с долей участия – 50 процентов уставного капитала, ФИО3 с долей участия – 35% уставного капитала, ФИО3 с долей участия – 15% уставного капитала.

Истец, в обосновании требования об исключении ответчика из состава участников общества указал на грубое нарушение ответчиком своих обязанностей участника, злоупотребление правом участника с явным намерением причинить вред интересам общества и истицы. Своими действиями существенно затрудняет деятельность третьего лица и причиняет убытки обществу.

Разрешая настоящий спор по существу, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований.

Арбитражный суд апелляционной инстанции считает решение Арбитражного суда Белгородской области от 25.06.2024 законным, обоснованным и соответствующим фактическим обстоятельствам дела по следующим основаниям.

Согласно пунктам 1 и 4 статьи 65.2 Гражданского кодекса участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе участвовать в управлении делами корпорации и обязаны не совершать действия (бездействие), которые существенно затрудняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация, обязаны не совершать действия, заведомо направленные на причинение вреда корпорации.

Участник хозяйственного общества вправе требовать исключения другого участника из общества в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами общества (пункт 1 статьи 67 ГК РФ, статья 10 Закона об обществах).

Как разъяснено в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – постановление Пленума № 25), при рассмотрении дел об исключении участника из хозяйственного общества суд дает оценку степени нарушения участником своих обязанностей, а также устанавливает факт совершения участником конкретных действий или уклонения от их совершения и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

Из приведенных положений следует, что участники общества с ограниченной ответственностью, связанные друг с другом договором об учреждении общества, объединены общей целью, обязаны действовать в общих интересах и не должны подрывать доверие между участниками, противопоставляя собственные интересы интересам общества.

По своей правовой природе исключение участника из общества с ограниченной ответственностью представляет собой расторжение в судебном порядке договора об учреждении общества со стороной, допустившей существенное нарушение своих обязательств, связанных с ведением общего дела (пункты 1 и 3 статьи 307, пункт 2 статьи 450 ГК РФ).

Целью применения судом данного способа защиты является недопущение сохранения ситуации, в которой участники в значительной степени лишаются того, на что они вправе были рассчитывать при заключении или присоединении к данному договору, а не назначение санкции за правонарушение.

При определении ожиданий партнеров от ведения общего дела и оценке действий участника, к которому был предъявлен иск об исключении из общества, необходимо принимать во внимание не только коммерческий характер деятельности корпорации (направленность на систематическое извлечение прибыли), но и то, каким образом и с помощью каких средств участники планировали вести деятельность для достижения результата (осуществление конкретного инфраструктурного проекта, оказание определенного рода услуг и т.п.).

При этом равное распределение долей между двумя участниками увеличивает риски невозможности принятия решений по вопросам деятельности общества вследствие расхождения позиций участников, поскольку каждый из участников фактически получает неограниченное право вето, и, как результат, усложняет рассмотрение спора судом. Однако само по себе данное обстоятельство не предопределяет невозможность исключения одного из участников по иску другого участника.

Иное толкование указанных норм гражданского и корпоративного законодательства приводило бы к тому, что один из равноправных

участников получал бы закрепленную законом возможность недобросовестного поведения по отношению к другому.

Невозможность исключения участника, обладающего 50 и более процентами долей в уставном капитале и препятствующего деятельности общества, также потенциально влекло бы за собой наступление неблагоприятных социально-экономических последствий (например, сокращение занятости населения, нарушение деятельности градообразующих предприятий, возникновение просроченной задолженности перед контрагентами), альтернативой чему оказывалась бы ликвидация юридического лица по иску участника, то есть полное прекращение деятельности (подпункт 5 пункта 3 статьи 61 ГК РФ, пункт 29 постановления Пленума № 25).

Таким образом, обеспечение продолжения деятельности общества с ограниченной ответственностью, в котором доли участников разделены поровну, если этому будет способствовать исключение одного из участников, следует рассматривать как допустимый способ разрешения корпоративного конфликта, парализующего деятельность общества в ситуации, когда учредительными документами общества или корпоративным договором не предусмотрен иной способ разрешения конфликта, переговоры между участниками не дают положительного результата и ни одним из участников не принято решение о выходе из общества.

Из материалов дела следует, что общество было создано в 2004 году с целью реализации проекта – строительство торгово-развлекательного комплекса «Модный бульвар» с последующим осуществлением деятельности по сдачи в аренду торговых и офисных помещений в указанном здании. Такой проект был реализован участниками общества с привлечением собственных и заемных денежных средств в полном объеме – в апреле 2009. ТРК «Модный Бульвар» был открыт и начал функционировать. Таким образом, в настоящем деле рассматриваются действия ответчика, которые, по мнению истца, причиняют обществу существенный вред на стадии реализованного проекта в процессе осуществления обществом текущей хозяйственной деятельности по сдаче в аренду торговых и офисных площадей.

Если корпоративный конфликт носит затяжной характер, и его возникновение повлекло за собой череду взаимных действий обоих участников, в том числе действий, имеющих внешне правомерный характер (отказ в принятии решений, предложенных другим участником, в связи с наличием сомнений в их коммерческой целесообразности при отсутствии предложения альтернативных разумных экономических решений, систематическое блокирование принятия решений по жизненно необходимым вопросам деятельности общества и т.д.), для правильного

разрешения спора суд по результатам оценки совокупности доказательств и доводов сторон, представленных в состязательном процессе (статья 9, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), должен сделать вывод, кто из участников в действительности сохраняет интерес в ведении общего дела, а кто - стремится извлечь преимущество (собственную выгоду) из конфликта, создавая основные препятствия для достижения целей деятельности общества.

Таким образом, в рамках настоящего дела следует установить, содействует ли ответчик реализации проекта, проекта, для выполнения которого было создано общество, или его поведение направлено на достижение иных целей, в том числе, имеются ли в поведении ответчика признаки утраты им заинтересованности в продолжении деятельности общества и стремления получить собственную выгоду из блокировки принятия решений по вопросам деятельности общества.

По результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств, в соответствии с положениями ст. ст. 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что участник ООО «Интеграл Плюс» ФИО3 допускал систематическое уклонение от участия в общих собраниях участников общества, в этой связи Общество было лишено возможности принимать решения по вопросам повестки дня общего собрания участников. Непринятие таких решений существенным образом затрудняет деятельность общества. Доказательств уважительности причин неявки на собрания ответчик не представил.

Из материалов дела следует, что ФИО3 дважды сам инициировал проведение общих собраний участников ООО «Интеграл Плюс». На собрания не являлся, представителей с надлежаще оформленными доверенностями не направлял.

В требованиях к проведению внеочередных общих собраний участников ООО «Интеграл Плюс» от 24.05.2021г. (получено Обществом вх. № 13 от 28.05.2021г.) и от 15.07.2021г. (получено Обществом вх. 16 от 19.07.2021г.) ответчик вносил на повестку дня вопрос о подаче заявления в арбитражный суд о признании банкротом ООО «Интеграл Плюс».

При этом достоверных и допустимых доказательств, что Общество имеет признаки банкротства суду не представлено, равно как и оснований инициирования процедуры банкротства.

Такое поведение ответчика является недобросовестным и дезорганизуют деятельность Общества.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского

кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права подлежат защите как способами, перечисленными в этой статье, так и иными способами, предусмотренными законом. В рассматриваемом случае истец избрал в качестве способа защиты от недобросовестного поведения ответчика его исключение из общества.

Пунктом 1 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью» утв. Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2012 № 151 предусмотрено, что поскольку участник общества с ограниченной ответственностью несет обязанность не причинять вред обществу, то грубое нарушение этой обязанности может служить основанием для его исключения из общества.

Следует также учитывать, что недобросовестное поведение ответчика по отношению к Обществу носило систематический характер, имело длительный временной промежуток, разного рода проявления, но

направлено было на причинение вреда обществу и затруднение его деятельности.

Ответчик неоднократно как письменно так в иных формах действия и бездействия выражал отсутствие интереса к эффективной деятельности общества.

Именно с учётом данных обстоятельств суд области пришёл к обоснованному выводу о необходимости удовлетворения иска, как единственно возможного в данном случае способа защиты нарушенного права истца.

ООО «Интеграл Плюс» в соответствии с требованиями ст. ст. 67.1. и 103.10 Гражданского кодекса Российской Федерации понесло расходы на привлечение нотариуса в целях проведения общих собраний.

За период с 2021 года ФИО3 уклонился от участия в 3-х общих собраниях участников ООО «Интеграл Плюс», два из которых созваны по его же инициативе (12. 07. 2021 года, 31.08.2021г.), при этом Общество понесло расходы на привлечение нотариуса и рассылку уведомлений в общей сумме – 21 038 рублей.

Кроме того, общество вынуждено было отвлекать ресурсы на организацию и обеспечение собраний, которые в результате не состоялись в виде предоставления помещений, оргтехники, охраны, парковочных мест участникам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Гражданского Кодекса РФ, а так же пункта 2.1. Устава ООО «Интеграл Плюс» извлечение прибыли является основной целью деятельности коммерческой организации.

Так в повестку дня собрания 31 августа 2021 по инициативе истца включен дополнительный вопрос «о распределении части прибыли Общества в суме 200 000 (двести тысяч) рублей участникам Общества пропорционально доле участия».

Истец представителя на инициируемое ФИО3 собрание направил, но собрание признано Решением Общества от 31 августа 2021 года несостоявшимся ввиду отсутствия кворума.

Нотариусом ФИО8 составлен соответствующий Протокол фиксирования информации от 31 августа 2021 года. Тем самым по вине ФИО3 истец был лишен предусмотренной законодательством возможности получения прибыли от деятельности коммерческой организации в сумме 100000 руб., а Обществу причинен материальный ущерб.

В повестку дня общего собрания участников, назначенного на 20 апреля 2022 года по инициативе единоличного исполнительного органа Общества включен вопрос о реструктуризации задолженности по Договору

№ 601713003 об открытии невозобновляемой кредитной линии от 23 мая 2013 года, заключенному Обществом и ПАО «Сбербанк».

Права кредитора по договору перешли от ПАО «Сбербанк» к АО «База по МТС «Белгородагроснаб» на основании договора уступки прав требования.

Вопросом № 4 повестки дня собрания 31.08.2021 года участникам Общества предлагалось одобрить заключение крупных взаимосвязанных сделок – дополнительных соглашений к действующим кредитному договору, договору об ипотеке, договорам займа и договорам поручительства.

Условиями предложенных к одобрению дополнительных соглашений существенно улучшалось финансовое положение заемщика – ООО «Интеграл Плюс», а именно:

- продлевался на 3 года срок возврата кредита: с первоначально установленного срока возврата на 23 марта 2023 года, предлагалось продлить срок исполнения обязательств ООО «Интеграл Плюс» по март 2026 года;

- снижался с 1 мая 2022 года размер платы за пользование кредитными ресурсами с 11% годовых до 9,5% годовых. Только за период с 01 мая 2022 года по 15 февраля 2024 года размер платы за пользование кредитом для ООО «Интеграл Плюс» составил бы на 2 598 563, 86 рублей меньше, изначально предусмотренной кредитным договором.

Расчет переплаты процентов за пользование кредитными ресурсами произведен исходя из суммы задолженности Общества по состоянию на 01.05.2022г. – 96 273 000 рублей и разницы в действующей процентной ставки – 11% годовых и ставкой 9,5% годовых, отраженной в предлагаемым к одобрению участниками Общества дополнительных соглашениях.

Условие о сниженной процентной ставке распространялось бы по дату окончательного возврата кредита – по март 2026 года включительно.

ФИО3 реализовал своё право участника на ознакомление с проектами документов к собранию, в том числе были направлены проекты подлежащих одобрению дополнительных соглашений.

ФИО3 направил в Общество требование о включении дополнительного вопроса в повестку дня собрания.

По инициативе ответчика единоличным исполнительным органом Общества в повестку дня включен дополнительный вопрос: «о согласии на заключение Обществом крупных сделок, имеющих признаки сделок с заинтересованностью – дополнительных соглашений к кредитному договору, договору об ипотеке и договору залога с АО База по МТС «Белгородагроснаб» о предоставлении отсрочки исполнения кредитных обязательств на срок до 3 (трех) лет с условием снижения процентной ставки за пользование кредитными ресурсами до 9,5% годовых.

Дополнительные соглашения к указанным выше договорам с АО База по МТС «Белгородагроснаб», подлежат подписанию не позднее 01.03.2023г. и вступают в силу в день подписания всех дополнительных соглашений к договорам поручительства, заключенных с ФИО9, ФИО3, ФИО3 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Интеграл Плюс» перед АО «База по МТС «Белгородагроснаб»».

Судом области установлено, что фактически участником ФИО3 был перефразирован вопрос повестки дня № 4, сформулированный изначально Обществом.

Суть вопроса повестки дня не менялась, предложенные к одобрению сделки должны были в значительной мере улучшить финансовое положение ООО «Интеграл Плюс».

Однако, на очередное общее собрание участников 20 апреля 2022 года ФИО3 не явился. На собрание явился представитель ФИО3 и ФИО3 – ФИО4

До регистрации лиц, прибывших на собрание, предъявил нотариально удостоверенные доверенности от ФИО3 и от ФИО3, но ознакомившись с положениями ст. 213.30 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ о несостоятельности (банкротстве) об ограничении ФИО3 в правах управления в Обществе, отказался регистрироваться и принимать участие в очередном собрании участников, в том числе от имени участника ФИО3.

ООО «Интеграл Плюс» понесло расходы на нотариуса в сумме 5600 рублей, а так же на рассылку уведомлений о проведении собраний и включении в повестку дня собрания дополнительного вопроса, предложенного ФИО3. Почтовые расходы составили 2028 рублей.

Поскольку ФИО3 на собрание участников не явился, представитель от регистрации для участия в собрании отказался, кворум отсутствовал, собрание было не уполномочено принимать решения по вопросам повестки дня.

Вышеизложенное подтверждает доводы истца о том, что по вине ФИО3 ООО «Интеграл Плюс» было лишено возможности улучшения условий кредитования в рамках договора Договору № 601713003 об открытии невозобновляемой кредитной линии от 23 мая 2013 года.

Решением Общества от 20 апреля 2022г. очередное общее собрание участников признано несостоявшимся ввиду отсутствия кворума. Нотариусом ФИО8 составлен соответствующий Протокол фиксирования информации от 20 апреля 2022 года. Правом обжалования

указанного решения ООО «Интеграл Плюс» и удостоверенного нотариусом протокола ответчик не воспользовался.

Обстоятельства созыва и регистрации собрания общества 20.04.2022 года свидетельствуют в том числе и о полной согласованности действий ответчика ФИО3 и третьего лица – ФИО3.

Из материалов дела следует, что ответчик и третье лицо- ФИО3 являются родными братьями, совокупный размер долей составляет 50 %, что свидетельствует о возможности совершения ответчиком конкретных действий или уклонения от их совершения, влияющих на общества и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

Кроме того, участие ответчика в собрании 20.04.2022 года даже без явки его брата ФИО3 было бы достаточно для принятия решения по вопросу повестки дня об одобрении сделки, так как право ФИО3 на участие в общих собраниях Общества было ограничено ст. 213.30 Закона о банкротстве. То есть участие (голосование) на собрании 20.04.2022 года ответчика имело определяющее значение для принятия решения по вопросу одобрения сделки.

В период рассмотрения дела обществом было инициировано собрание 24.04.2024г.

По инициативе единоличного исполнительного органа Общества в повестку дня включены вопросы об одобрении крупной сделки и/или сделки с заинтересованностью по продаже имущества Общества в целях расчета с кредиторами, оплаты обязательных платежей.

Уведомления о созыве очередного собрания направлены ФИО3, ФИО10 и ФИО3.

Истец указал, что ответчиком, третьим лицом с позиции ст. 65 АПК РФ не оспаривается, фактически, очередной раз собрание не разрешило возможность одобрения крупной сделки и/или сделки с заинтересованностью по продаже имущества Общества в целях расчета с кредиторами, оплаты обязательных платежей, что ответчиком не оспорено.

Истец указал, что заняв консолидированную позицию, перечисленные участники Общества, являющиеся родственниками, через своих представителей сорвали очередную попытку единоличного исполнительного органа урегулировать корпоративный конфликт.

Представителем, как в судебных спорах, так и на собраниях с полномочиями участника Общества представителем ФИО3 (отца) и ФИО10 - является ФИО5.

Представителем как ФИО3, так и ФИО3 - выступает ФИО4.

По вопросу о возможности добровольной ликвидации Общества на собрании участников 24 апреля 2024 года представители указали, что ликвидация Общества является одним из способов разрешения корпоративного конфликта.

Но в настоящее время в арбитражном суде рассматривается спор об исключении из состава участников ФИО3. Разрешение указанного судебного спора так же является одним из способов разрешения сложившегося корпоративного конфликта, в связи с этим голосование по вопросу о ликвидации Общества является преждевременным и предложили снять шестой вопрос повестки дня с голосования.

Консолидированная позиция участников ФИО3, ФИО3/ФИО10, направленная на продолжение и усугубление корпоративного конфликта вредит деятельности Общества, существенным образом затрудняет его деятельность и делает невозможным принятие каких-либо решений высшим органом управления - общим собранием участников.

Материалы очередного общего собрания участников ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС», в том числе годовой ответ и бухгалтерский баланс Общества свидетельствуют об увеличении убытка ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС» по итогам деятельности Общества за 2023 год до суммы в размере 35 597 тысяч рублей.

Также ФИО3 07 сентября 2016 года обратился в Арбитражный суд Белгородской области с иском о признании недействительной сделкой договора аренды нежилого помещения № БП/2 от 25 апреля 2016 г., заключенного между ООО «Интеграл Плюс» и ЗАО «Торговый Дом «Перекресток». Своё требование обосновал тем, что оспариваемый договор аренды является для Общества крупной сделкой и наличием в Обществе корпоративного конфликта.

Предметом оспариваемого договора аренды являлась передача в долгосрочную аренду на рыночных условиях помещения 1-го этажа здания, расположенного по адресу <...>.

Фактически наличие в торговом центре Общества федеральной продуктовой сети, «ПЕРЕКРЕСТОК», является существенным как финансовым, так имиджевым фактором.

Источником дохода ООО «Интеграл Плюс» является выручка от сдачи в аренду недвижимого имущества, которое построено за счет привлеченных кредитных ресурсов ПАО «Сбербанк России», где основным видом экономической деятельности Общества согласно выписки из ЕГРЮЛ является: «код классификатора 68.20.2. - Аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом».

Решением от 22 ноября 2016 года исковые требования ФИО3 признаны необоснованными, в удовлетворении исковых требований отказано. Решение вступило в законную силу.

Фактически учитывая, что в обществе имеется корпоративный конфликт, где сам участник общества самостоятельно обжалует сделку общества, для целей получения прибыли обществом, в котором он состоит по заведомо несостоятельным доводам, ЗАО «Торговый Дом «ПЕРЕКРЕСТОК» направил арендодателю Уведомление об одностороннем отказе от исполнения долгосрочного договора аренды, заключенного изначально на 15 лет.

Соответственно указанные действия указывают о создании обществу препятствий для достижения прибыли, созданию обществу репетиционной и финансовой нестабильности

В последующем ООО «Интеграл Плюс» длительное время (более 2-х лет) не могло сдать в аренду пустующие площади, тем самым, Обществу причинены репутационный и финансовый ущерб, обратного ответчиком, третьим лицом не представлено.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что указанное обстоятельство негативно отразилось на репутации ООО «Интеграл Плюс», поскольку с подачи ФИО3 в общем доступе, в том числе на сайте https://kad.arbitr.ru/ была размещена негативная информация (в частности - указание ФИО3 о наличии в Обществе корпоративного конфликта), которая стала доступна неограниченному кругу лиц, потенциальным арендаторам и контрагентам ООО «Интеграл Плюс». Приведенные обстоятельства ответчиком, применительно к положениям ст. 65 АПК РФ не опровергнуты.

Тот факт, что решение суда от 22 ноября 2016 года вынесено не в пользу ФИО3 подтверждает необоснованность его претензий к оспариваемому договору, а, следовательно, на недобросовестность его поведения и злоупотребление правом по формированию негативного делового имиджа общества.

Отдельной оценке подлежит и мотив подачи такого рода иска. Предмет иска – признание недействительным договора между обществом, в котором он является участником, т.е. должен быть заинтересован в его эффективной деятельности, платежеспособным и привлекательным для покупателя арендатором.

Очевидной и исключительной целью такого поведения является причинение вреда Обществу.

Размер убытков в виде недополученного арендного дохода составил 33 745 901, 36 рублей. Расчет представлен в письменной позиции Общества от 31 марта 2023 года в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд, ответчиком с позиции ст. 65 АПК РФ, не опровергнут, контррасчет в

материалы дела не представлен, ответчиком, третьим лицом с позиции ст. 65, 161 АПК РФ не опровергнут.

Следующий эпизод недобросовестного поведения в отношении общества со стороны ответчика имел место 29 апреля 2020 года. ФИО3 направлено в адрес Общества Требование об обращении в суд с заявлением о банкротстве ООО «Интеграл Плюс».

В письме Обществу Ответчик указывает следующее: - 2 абзац 1 предложение: «С 2015 года по настоящее время я не имел и не имею технической возможности оказать Вам помощь в управлении Обществом»;3 абзац 2 предложение: «Общество с 2015 года заведомо неспособно без внешних заимствований погашать задолженность перед кредиторами»; - 3 абзац 3-6 предложения и 4 абзац: «Руководимое Вами общество имеет все признаки классического банкрота.

Именно поэтому ПАО Сбербанк в 19.02.2020 года принял решение о прекращении сотрудничества с ООО «Интеграл Плюс». Я разделяю позицию Банка: риск наступления неблагоприятных последствий от Ваших управленческих решений значительно выше, чем любая прибыль.

При этом нельзя игнорировать и репутационную составляющую: ПАО Сбербанк (недавно перешедшее под контроль Правительства РФ с выкупом контрольного пакеты у ЦБ РФ) не финансирует банкротов. С этой же позиции оставляю за собой право уведомить о сложившейся ситуации контрагентов ООО «Интеграл Плюс» - 5 абзац 1 предложение: «в связи с вышеизложенным, прошу Вас незамедлительно инициировать обращение в суд с заявлением о банкротстве ООО «Интеграл Плюс».

Из буквального толкования условий и выражений и детального анализа текста данного требования следует и свидетельствует:

а) об отсутствии фактического интереса к управлению и участию в делах общества;

б) намерении причинить вред обществу распространением сведений, порочащих его деловую репутацию (ч.11 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации) среди контрагентов;

в) намерении инициировать банкротство общества без достаточных к тому правовых оснований.

В ответном письме Общество от 01 июня 2020 года сообщило участнику ФИО3 об отсутствии просроченной задолженности и оснований для подачи заявления о несостоятельности ООО «Интеграл Плюс».

Кроме того, в указанный период действовал мораторий на подачу заявлений о банкротстве. В письме ООО «Интеграл Плюс» так же предложило выкупить долю участия ответчика в размере 12 000 000 (двенадцать миллионов) рублей. Ответа от ФИО3 на предложение Общества не последовало.

Созванные в последующем по инициативе ФИО3 Обществом собрания участников с включением в повестку дня вопроса о подаче заявления о банкротстве самим ФИО3 были проигнорированы и сорваны.

Таким образом, ни до направления указанного письма в 2020 году (как указано самим Ответчиком, с 2015 года), ни до подачи иска, ФИО3 не принимал и не принимает участия в управлении ООО «Интеграл Плюс», тем самым, нарушая требования п. 6.1. Устава Общества, положений ст. 9 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и п. 4 ст. 65.2. Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2012 № 151 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью" (далее – Информационное письмо Президиума ВАС РФ № 151), поскольку участник общества с ограниченной ответственностью несет обязанность не причинять вред обществу, то грубое нарушение этой обязанности может служить основанием для его исключения из общества.

В пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление № 25) указано, что согласно пункту 1 статьи 67 Гражданского кодекса участник хозяйственного товарищества или общества вправе требовать исключения другого участника из товарищества или общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества.

Анализ приведенных норм права и разъяснений не содержит исчерпывающий перечень действий (бездействия), которые могут привести к исключению участника из общества, устанавливая в качестве критерия оснований для его исключения из общества совершение действий, приведших к существенному затруднению деятельности общества и иным негативным последствиям, в том числе причинение участником вреда обществу.

Согласно пункту 1 статьи 67 ГК РФ достаточным основанием для удовлетворения требования об исключении участника выступает причинение существенного ущерба обществу. Возможность исключения

участника не зависит от того, могут ли быть последствия действий (бездействия) участника устранены без лишения нарушителя возможности участвовать в управлении обществом (пункт 9 Обзора от 25.12.2019).

Выбранный механизм защиты может применяться только в исключительных случаях при доказанности грубого нарушения участником общества своих обязанностей либо поведения участника, делающего невозможной или затрудняющей деятельность общества (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2014 по делу № 306-ЭС14- 14).

Вышеприведенные обстоятельства указывают, что такое поведение ответчика, как участника общества, следует расценивать как противоречащее интересам общества и существенно затрудняющее его деятельность.

При этом суд первой инстанции правомерно критически оценил довод ответчика о том, что требование мотивировано желанием избежать возможной субсидиарной ответственности.

Ответчик длительное время не принимал участия в деятельности общества, о чём сам указал в требовании от 29 апреля 2020 года.

Проанализировав отзыв ответчика от 22 ноября 2022 года, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что аргументы ответчика также подтверждает обоснованность исковых требований Истца.

Так, по утверждению ответчика, абзац 5 страницы 1 отзыва: «Участники Общества на протяжении длительного времени, фактически с 2014 года, находятся в условиях корпоративного конфликта, что, в частности, следует из материалов дел № А08- 1729/2015, А08-6493/2016, А08-2571/2017, А087256/2022.» - абзац 7 страница 3 отзыва первое предложение: «В данном случае препятствием к нормальной хозяйственной деятельности общества является появление разногласий между участниками, противоположность позиций и интересов в управлении обществом, утрата единой цели, корпоративный конфликт.»

Письмом от 31.07.2022 арендатор Индивидуальный предприниматель ФИО11 отказалась от договоров аренды в связи с наличием корпоративного конфликта. Истец утверждает, что причиной отказа от договора явилось недобросовестное поведение ответчика.

Указанное обстоятельство объективно подтверждается письмом от 17 марта 2023 года, где прямо указано на поведение ответчика, как на причину отказа от договора аренды.

Общество вследствие этого лишилось дохода от арендной платы в размере 30 086 рублей ежемесячно. Пунктами 15.5. Договора аренды нежилого помещения № ИП/31-05-19 от 31.05.2019г. и Договора аренды нежилого помещения № ОФ/31-05-19 от 31.05.2019г. предусмотрено: «Арендатор вправе отказаться от исполнения Договора до истечения Срока

Аренды в одностороннем порядке без обоснования причин, посредством направления письменного уведомления Арендодателю не менее чем за 2 (два) месяца до прекращения срока действия настоящего Договора, при этом условия о выплате Арендной Платы во всех ее составляющих на этот период сохраняются. При этом сумма Обеспечительного депозита удерживается Арендодателем в полном объеме.».

Письмо-уведомление ИП ФИО11 о расторжении договоров аренды не содержало ссылки на пункт 15.5., кроме того арендатором не был выдержан срок уведомления о выходе из сделок, предусмотренный указанным пунктом договоров.

Следовательно, расторжение договоров аренды осуществлено не в соответствии с п. 15.5., а по инициативе арендатора в связи с оценкой им своих предпринимательских рисков, вызванных распространением ФИО3 негативной информации о финансовом положении арендодателя – ООО «Интеграл Плюс».

Ущерб ООО «Интеграл Плюс» от досрочного расторжения договоров аренды арендатором ИП ФИО11 составил 61 322 рублей. Расчет представлен в письменной позиции Общества от 31 марта 2023 года в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд, ответчиком не опровергнут, контррасчет в материалы дела не представлен.

Отдельной оценки также заслуживает поведение ответчика после предъявления к нему требования об исключении из общества.

Ответчик 11 января 2023 года, достоверно зная, что его право на участие в ООО «Интеграл Плюс» оспаривается в судебном порядке и имеет место не вступившее в законную силу решение суда о его исключении, подарил принадлежавшую ему долю в размере 15% уставного капитала своей дочери – ФИО10.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

В пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» Верховный Суд Российской Федерации разъяснил,

что добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 94 ГК РФ участник общества с ограниченной ответственностью вправе выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества путем подачи заявления о выходе из общества, если такая возможность предусмотрена уставом общества.

В соответствии с положениями статей 8, 26 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Право участника общества на выход из общества может быть предусмотрено уставом общества при его учреждении или при внесении изменений в его устав по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, правовые последствия заявления о выходе из общества наступают исключительно в силу волеизъявления участника, направленного на прекращение прав участия в этом обществе.

Такое волеизъявление является односторонней сделкой, обращенной (адресованной) обществу, из которого выходит участник, поскольку для ее совершения в соответствии с законом достаточно воли одной стороны (пункт 2 статьи 154 ГК РФ).

Для порождения такой сделкой юридических последствий необходимо направление и получение обществом заявления участника.

Действующим уставом Общества не предусмотрено право участника на выход из состава общества без уведомления Общества. Общество о намерении и совершении указанной сделки уведомлялось. Сделка была сокрыта от общества.

Указанный договор заключался ответчиком исключительно из собственной выгоды, а не интересов общества, доказательств разумности своих действий, ответчик суду не представил.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Установление факта злоупотребления правом может являться основанием для признания сделок недействительными (ничтожными), о чем неоднократно указано высшими судебными инстанциями при официальном толковании действующего законодательства, в частности, указано, что злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. 10 и ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (п.9,10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что такое поведение ответчика расценивается как попытка создания условий для невозможности исполнения решения суда, и создании в обществе дополнительной дестабилизации осложненной корпоративным

конфликтом, что также является злоупотребление правом, выраженном в совершении действий в обход закона с противоправной целью.

Дарение Ответчиком доли участия в уставном капитале ООО «Интеграл Плюс» своей дочери после предъявления к нему иска об исключении из состава участников Общества, в нарушении обстоятельств не уведомления общества является злоупотреблением правом в соответствии со ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанные действия направлены на создание условий, при которых будет невозможно исполнения судебного акта, в случае удовлетворения исковых требований в рамках настоящего дела. Поведение Ответчика является недобросовестным, направлено не на разрешение сложившегося в Обществе корпоративного конфликта, а на усугубление конфликтной ситуации, существенно затрудняющей деятельность общества

Действия ответчика по отчуждению доли своей дочери, без уведомления Общества об изменении состава участников и вопреки условиям договора дарения, также привели к приостановлении операций по счетам в АО «Белгородсоцбанк», что подтверждено письмом № 14 от 08.02.2023 года.

Основой успешной хозяйственной деятельности любой коммерческой организации является возможность непрерывного движения денежных средств на расчетных счетах, обеспечение расчетов с контрагентами, исполнена налоговых обязательств. В противном случае должно презюмироваться наличие существенных затруднений в хозяйственной деятельности общества.

Дополнительным доказательством, помимо изложенных в исковом заявлении и отзыве ответчика, наличия в обществе корпоративного конфликта и совершения ответчиком действий, направленных на подачу исков (дела № А08-12102/2022 о признании договора денежного займа от 01.12.2018 и договора денежного займа от 21.01.2019, заключенных между ООО «Техноснаб» и ООО «Интеграл Плюс» мнимой сделкой (производство по делу прекращено); дела № А08-12101/2022 о признании договора денежного займа от 01.09.206 в редакции дополнительных соглашений от 01.09.2016, 31.12.2017, 26.04.2018, заключенный между ФИО12 и ООО «Интеграл Плюс» мнимой сделкой и принятии предварительных обеспечительных мер, направленных на запрет заключения сделок с имуществом общества дело № А08-10384/2022. Арбитражным судом 14 октября 2022 года вынесено Определение об отказе в обеспечении имущественных интересов.

Спорные поименованные иски не были поданы с целью защиты нарушенных права ответчика, обратного не представлено.

Ответчик, фактически действуя консолидировано с братом (третьим лицом), заблокировали деятельность общества и сделали невозможным принятие каких-либо решений высшим органом управления Общества.

Подтверждением тому служит позиция представителя Ответчика, озвученная в судебном заседании 06 июня 2024 года, который в ответ на предложение представителя Истца определить действительную рыночную стоимость доли участия, в том числе путем проведения судебной экспертизы, и разрешить спорную ситуацию озвучил консолидированную позицию от имени ФИО3 (ответчика), ФИО10 (текущего номинального собственника доли в 15%) и ФИО3, а именно: «в проведении экспертизы в рамках настоящего дела нет необходимости, поскольку доля участия ФИО3 (ответчика) может быть продана Истцу только совместно с долей участия ФИО3 (третьего лица), иначе после продажи доли ответчика, стоимость доли третьего лица существенно снизиться».

В то же время доля участия в уставном капитале ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС» в размере 35%, собственником которой в ЕГРЮЛ отражен ФИО3, по его же утверждению в рамках дела № 33-2197/2024, рассмотренного Белгородским областным судом (Апелляционное определение от 25 апреля 2024 года) принадлежит ФИО13, которой ФИО3 передал право собственности по отступному от 29 марта 2023 года во исполнение Определения Арбитражного суда Белгородской области от 30 сентября 2021 года по делу № А08-7356/2015 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3.

Кроме того, необходимо учитывать неоднократные исковые заявления действующих согласованно ответчика и третьего лица о недействительности сделок, заключаемых ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС». В рамках дела № 21594/2023, рассмотренного Свердловским районным судом города Белгорода, соистцам ФИО3, ФИО3 и ФИО10 Решением от 17 октября 2023 года отказано в удовлетворении исковых требований, судебный акт вступил в законную силу.

В рамках дела № А08-12102/2022, рассматриваемого Арбитражным судом Белгородской области, ответчиком и третьим лицом так же были заявлены требования о признании сделок ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС» недействительными. 15 апреля 2024 года от соистцов (ФИО3 и ФИО3) поступил отказ от иска, который был принят судом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) суды, арбитражные суды или

третейские суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспоренных прав.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует пункт 3 статьи 1 ГК РФ, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу положений статьи 2 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

ФЗ об ООО содержит исчерпывающий перечень для исключения участника из общества, не подлежащий расширительному толкованию, а именно: нарушение им своих обязанностей (причем - исходя из дефиниции указанной выше нормы - обязанностей именно как участника) и (или) совершение действий, приводящих к невозможности либо затруднительности деятельности общества.

Оценивая в совокупности приведенные обстоятельства, следует, что процессуальное поведение Ответчика и Третьего лица, а так же выбранный ими способ реализации своих корпоративных прав, свидетельствуют об отсутствии единой цели, для которой общество создано, извлечение прибыли; создание в обществе корпоративного конфликта; создание препятствий в нормальной хозяйственной деятельности общества, к которой участники общества должны стремиться, а также совершения действий, которые делают невозможной деятельность общества, существенно ее затрудняя, в том числе в виду систематического уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, что лишает общество возможности принимать решения по вопросам, требующим единогласия всех его участников, что влечет негативные последствия для общества и потери репутации общества.

Отсутствие ответа со стороны ответчика на предложение общества и представителя истца о выкупе его доли участия, отказ в рамках настоящего

спора определить действительную стоимость доли участия в уставном капитале, наряду с фактическим неучастием в управлении обществом, требованиями признания общества несостоятельным, является подтверждением того, что ответчик фактически преследует иные цели, нежели добросовестное участие в управлении обществом, извлечение прибыли от деятельности общества.

Участник общества в силу пункта 4 статьи 1 и пункта 1 статьи 10 ГК РФ несет обязанность не причинять вред своему обществу, поэтому грубое нарушение этой обязанности может служить основанием для его исключения из общества. При этом совершение участником действий, заведомо противоречащих интересам общества, при выполнении функций единоличного исполнительного органа и при осуществлении его полномочий, может являться основанием для исключения такого участника из общества, если эти действия причинили обществу значительный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, учитывая наличие длительного корпоративного конфликта, обстоятельства фактического поведения стороны ответчика в отсутствии участия в обществе, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для удовлетворения иска.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, понесенные расходы по уплате госпошлины правомерно отнесены на ответчика. Государственная пошлина в размере 6 000 правомерно взыскана с ФИО3 в пользу ФИО7.

Доводы заявителей апелляционных жалоб о несогласии с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения исковых требований, исключения ФИО3 из состава участников ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС», подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, являющихся, по мнению суда апелляционной инстанции, законными и обоснованными, сделанными на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

При этом, заявители апелляционных жалоб приводят доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного решения.

Из материалов дела следует, что истцом и обществом предпринимались попытки урегулировать спорную ситуацию, подтверждением тому служат:

1. Предложение ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС» о выкупе доли участия ФИО3 от 01 июня 2020 года (в ответ на письмо

Ответчика с требованием банкротить Общество) за 12.000.000 рублей – проигнорировано.

2. Предложение истца урегулировать корпоративный конфликт, озвученные в судебном заседании 11 апреля 2023 года при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции. Рассмотрение апелляционных жалоб было отложено, судом с учетом озвученных позиций было предложено урегулировать спор мирным путем (протокол судебного заседания от 11.04.2023г.). После отложения судебного разбирательства в судебном заседании 16 мая 2023 года ни ответа на предложение Общества от 01 июня 2020 года, ни иных предложений по урегулированию конфликтной ситуации от ответчика и третьего лица не последовало.

3. Предложение ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС» на очередном собрании участников 26 апреля 2023 года о продаже части имущества Общества в целях полного расчета со всеми кредиторами и оплате всех обязательных платежей – проигнорировано путем отказа представителя Ответчика (интересы участников ФИО3 и ФИО3 представлял ФИО4) от участия в общем собрании. Решение Общества о признании собрания несостоявшемся и Протокол фиксирования информации нотариусом – не обжалованы.

4. Предложение ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС» на очередном общем собрании участников 24 апреля 2024 года совместно определить источники финансирования в целях покрытия убытков Общества и расчета с кредиторами и/или дать согласие на заключение Обществом сделки по продаже имущества Общества с определением минимальной цены продажи и/или принять решение о добровольной ликвидации Общества – были отвергнуты. Причем отвергнуты с формулировкой необходимости разрешения корпоративного конфликта путем рассмотрения в судебном порядке спора об исключении участника из Общества.

5. Предложение истца в судебном заседании 06 июня 2024 года определить действительную долю участия и разрешить спорную ситуацию – отклонено указанием на необходимость покупки только в совокупности долей участия и ответчика, и ФИО3.

Судом апелляционной инстанции протокольным определением от 24.09.2024 предлагалось сторонам представить свою правовую позицию с учетом определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2024 № 305-ЭС23-30144 по делу № А40-265796/2022.

Протокольным определением от 05.11.2024 предложено ФИО3 представить письменные пояснения и доказательства того, каким образом его деятельность как участника общества была направлена на достижение поставленных целей иным способом, нежели было предложено другим лицом, в период с 2015 года и по настоящее время.

Письменных пояснений во исполнение протокольного определения от 05.11.2024 ФИО3 не представлено.

ФИО3 как участник, в отношении которого было инициировано дело об исключении, должен был представить весомые

доказательства того, что его действия были направлены на достижение поставленных целей иным способом, или того, что дальнейшая деятельность общества на данный момент уже невозможна, в том числе в связи с отпадением возможности реализации проекта, ради которого общество было создано.

Такие доказательства не были представлены ответчиком ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции.

Из материалов дела следует, что ответчик и третье лицо- ФИО3 являются родными братьями, совокупный размер долей составляет 50 %, что свидетельствует о возможности совместного совершения ответчиком ими конкретных действий или уклонения от их совершения, влияющих на общества и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

Из представленных истцом и обществом в материалы дела доказательств следует, что действия / бездействия ответчика повлекли убытки и негативные последствия для общества, существенным образом затрудняя нормальную хозяйственную деятельность, свидетельствами тому служат:

- неучастие в управлении Обществом с 2015 по 2020 года и предъявление Ответчиком требования о необходимости банкротства Общества (письмо Ответчика от 29.04.2020г.);

- неучастие в общих собраниях участников Общества, в т.ч. по вопросам утверждения годовых отчетов, распределения прибыли (главной цели создания коммерческой организации), даче согласия на заключение Обществом финансово выгодных сделок;

- предъявление искового заявления о признании недействительным договора аренды с «якорным» арендатором Общества – ЗАО ТД «ПЕРЕКРЕСТОК» (дело № А08-6493/2016);

- предъявление требований в рамках дела № А08-10384/2022 о запрете регистрирующему органу совершать действия, связанные с регистрацией прав на имущество Общества при том, что арендный доход является единственным источником выручки Общества. Целью создания Общества, а так же привлечения кредитных ресурсов у ПАО СБЕРБАНК РОССИИ, было строительство Торгово-офисного центра с последующей сдачей в аренду помещений центра третьим лицам (в том числе в долгосрочную, подлежащую регистрации);

- предъявление Ответчиком и Третьим лицом исковых требований к Обществу, в том числе о признании договоров займа о привлечении денежных средств недействительными сделками: дело № А08-12102/2022 (займ на сумму 35 410 000 рублей предоставило ООО «ТЕХНОСНАБ», единственный участник – ФИО12, дело прекращено в связи с отказом истцов от заявленных требований, дело № 2-1594/2023, рассмотрено Свердловским районным судом Белгородской области (займ на сумму 46 269 000 рублей предоставил ФИО12, суд отказал соистцам:

ФИО3, ФИО3 и ФИО14 в удовлетворении требований). В рамках указанных дел интересы ФИО3 и ФИО10 представлял один представитель – ФИО5; о взыскании задолженности по якобы выданным Обществу займам в рамках дел № А08-6169/2020 (суд отказал ФИО3 в иске);

- сокрытие Ответчиком от Общества факта дарения доли участия, что повлекло приостановку по операциям банковского счета Общества, и, как следствие, поставило под угрозу осуществление нормальной хозяйственной деятельности Общества, расчета с кредиторами и ресурсоснабжающими организациями, иные негативные последствия;

- наличие корпоративного конфликта в обществе повлекло досрочное расторжение по инициативе арендатора ИП ФИО11 договоров аренды нежилых помещений № ОФ/31-05-19 от 31 мая 2019 года и № ИП-31- 05-19 от 31 мая 2019 года. Данное обстоятельство подтверждается письменным уведомлением арендатора ИП ФИО11 и актами возврата арендуемых помещений от 31 июля 2022 года.

- негативное влияние на репутацию и хозяйственную деятельность общества оказывают письменные угрозы ответчика о распространении информации о неплатежеспособности общества, требование о подаче обществом заявления о несостоятельности. В письме ответчика от 29 апреля 2020 года ответчик прямо указывает, что с 2015 года по настоящее время не имел и не имеет возможности оказывать помощь в управлении обществом.

Судебная коллегия принимает во внимание то, что сторонним лицом – бывшим арендатором ФИО11, также была конкретизирована причина расторжения договора аренды с обществом – «распространение информации ФИО3 о наличии корпоративного конфликта и предстоящем банкротстве». Схожую информацию указывал ответчик и при оспаривании договора аренды нежилого помещения № БП/2 от 25 апреля 2016 г., заключенного между ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС» и ЗАО «Торговый Дом «Перекресток».

Данные действия ФИО3 нельзя рассматривать как разумные и обоснованные интересами общества, они напрямую направлены на создание неблагоприятное информационной среды, влекущей ухудшение финансово-экономических показателей от деятельности общества.

Перечисленные выше обстоятельства, подтвержденные материалами дела, свидетельствуют об отсутствии у ответчика заинтересованности в ведении общего дела, блокировании деятельности общества, преследовании цели на завершение осуществления обществом предпринимательской цели с возвратом произведенных инвестиций. Причем выраженное ответчиком явное несогласие с предложениями общества и истца об урегулировании корпоративного конфликта и выплате действительной стоимости доли

направлено не на реализацию совместного добросовестного участия в корпорации, а на намеренную блокировку деятельности общества с целью создать такие условия, при которых истец будет вынужден выкупить долю ответчика на его необоснованных экономически условиях.

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства наличия каких-либо альтернативных предложений со стороны ответчика по управлению обществом (помимо требования банкротства общества от 29.04.2020г. или перефразирования вопроса повестки дня собрания 20.04.2022г. об улучшении кредитных условий, но в итоге ответчик не принял участие в собрании).

Отстранение от управления обществом, действия во вред обществу, в совокупности с фактическим отказом ответчика от урегулирования конфликта являются основанием для исключения ответчика из состава участников, как единственного способа разрешения сложившейся конфликтной ситуации и продолжения нормальной хозяйственной деятельности общества.

По своей правовой природе исключение участника из общества с ограниченной ответственностью представляет собой расторжение в судебном порядке договора об учреждении общества со стороной, допустившей существенное нарушение своих обязательств, связанных с ведением общего дела (пункты 1 и 3 статьи 307, пункт 2 статьи 450 ГК РФ).

Целью применения судом данного способа защиты является недопущение сохранения ситуации, в которой участники в значительной степени лишаются того, на что они вправе были рассчитывать при заключении или присоединении к данному договору, а не назначение санкции за правонарушение.

Именно за защитой своих прав обратился добросовестный участник Общества в рамках настоящего дела.

При этом указание ответчика на фактически равное распределение долей участия (50% в совокупности с долей участия родного брата) не может быть основанием для отказа в удовлетворении иска об исключении участника, поскольку равное распределение долей между участниками только увеличивает риски невозможности принятия решений по вопросам деятельности общества вследствие расхождения позиций участников, поскольку каждый из участников фактически получает неограниченное право вето, и, как результат, усложняет рассмотрение спора судом.

Указание Ответчика о фактически равном распределении долей участия в Обществе между сторонами корпоративного конфликта содержится в последнем абзаце страницы 3 отзыва от 22.11.2022г. и абзаце 9 страницы 4 апелляционной жалобы от 06.01.20023г.

Однако само по себе данное обстоятельство не предопределяет невозможность исключения одного из участников по иску другого участника.

Иное толкование указанных норм гражданского и корпоративного законодательства приводило бы к тому, что один из равноправных

участников получал бы закрепленную законом возможность недобросовестного поведения по отношению к другому.

Обеспечение продолжения нормальной деятельности общества, в котором доли участников разделены поровну, если этому будет способствовать исключение одного из участников, следует рассматривать как допустимый способ разрешения корпоративного конфликта, парализующего деятельность общества в ситуации, когда учредительными документами общества или корпоративным договором не предусмотрен иной способ разрешения конфликта, переговоры между участниками не дают положительного результата и ни одним из участников не принято решение о выходе из Общества.

Аналогичная правовая позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2024 № 305-ЭС23-30144 по делу № А40-265796/2022.

Кроме того, в указанном определении сказано, что в ситуации, когда доли в обществе распределены поровну между участниками, действительно, не во всех случаях представляется возможным достоверно установить, кто из участников инициировал корпоративный конфликт и, таким образом, ответственен за утрату доверия между участниками, а кто - лишь поддерживал конфликт, стремясь отстоять свои законные интересы.

В связи с этим, с точки зрения Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если корпоративный конфликт носит затяжной характер, и его возникновение повлекло за собой череду взаимных действий обоих участников, в том числе действий, имеющих внешне правомерный характер (отказ в принятии решений, предложенных другим участником, в связи с наличием сомнений в их коммерческой целесообразности при отсутствии предложения альтернативных разумных экономических решений, систематическое блокирование принятия решений по жизненно необходимым вопросам деятельности общества и т.д.), для правильного разрешения спора суд по результатам оценки совокупности доказательств и доводов сторон, представленных в состязательном процессе (статья 9, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), должен сделать вывод, кто из участников в действительности сохраняет интерес в ведении общего дела, а кто - стремится извлечь преимущество (собственную выгоду) из конфликта, создавая основные препятствия для достижения целей деятельности общества.

Из материалов настоящего дела следует, что истец сохраняет интерес в ведении общего дела, тогда как ответчик стремится извлечь преимущество (собственную выгоду) из конфликта, создавая основные препятствия для достижения целей деятельности общества.

Вопреки позиции ответчика и его брата (третьего лица), совместные действия, направленные на создание препятствий в деятельности общества, не могут демонстрировать только лишь различие в коммерческих подходах участников к управлению обществом. Каждый участник общества имеет правомерный, охраняемый законом интерес в достижении хозяйственной

цели создания общества, поэтому другие члены корпорации не вправе блокировать деятельность общества, за исключением ситуации предоставления очевидных доказательств того, что дальнейшее продолжение экономической деятельности является невозможным или заведомо убыточным.

В свете указанных обстоятельств ответчик как участник, в отношении которого было инициировано дело об исключении, должен был представить весомые доказательства того, что его действия были направлены на достижение поставленных целей иным способом, или того, что дальнейшая деятельность общества на данный момент уже невозможна, в том числе в связи с отпадением возможности реализации проекта, ради которого общество было создано.

Такие доказательства не были представлены ответчиком ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции, неоднократно откладывая рассмотрение дела, предлагал ответчику с учетом правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2024 № 305-ЭС23-30144 по делу № А40-265796/2022, представить письменные пояснения и доказательства того, каким образом его деятельность как участника общества была направлена на достижение поставленных целей иным способом, нежели было предложено другим лицом, в период с 2015 года и по настоящее время.

Письменных пояснений во исполнение протокольного определения от 05.11.2024 ФИО3 не представлено.

В силу положений ст.ст.9, 65 АПК РФ лицо, не воспользовавшееся своими процессуальными правами, несет риск наступления соответствующих негативных правовых последствий своего бездействия.

Позиция ответчика о том, что правовая позиция, изложенная в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2024 № 305-ЭС23-30144 по делу № А40-265796/2022, по вопросу предмета доказывания по делам об исключении участника общества, не применима к настоящему спору – отклоняется судебной коллегией по основаниям, изложенным в настоящем постановлении, в частности, в рамках настоящего дела установлено, что две противоборствующие стороны (истец и братья ФИО15) имеют по 50% долей участия в обществе, ведут многолетний длительный корпоративный конфликт, при этом судам необходимо установить обстоятельства, подлежащие доказыванию - по результатам оценки совокупности доказательств и доводов сторон, представленных в состязательном процессе (статья 9, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), должен сделать вывод, кто из участников в действительности сохраняет интерес в ведении общего дела, а кто - стремится извлечь преимущество (собственную выгоду) из конфликта, создавая основные препятствия для достижения целей деятельности общества, а также ответчик как участник, в отношении которого было

инициировано дело об исключении, должен был представить весомые доказательства того, что его действия были направлены на достижение поставленных целей иным способом, или того, что дальнейшая деятельность общества на данный момент уже невозможна, в том числе в связи с отпадением возможности реализации проекта, ради которого общество было создано.

В свете разъяснений, данных в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2024 № 305-ЭС23-30144, бремя доказывания данных обстоятельств возложено на участника общества – ответчика по настоящему делу. В рамках рассмотрения дела в суде области, в суде апелляционной инстанции такого рода доказательств не представлено.

На основании изложенного, суд в соответствии с положениями ст.ст. 65,71 АПК РФ пришел к правомерному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований, исключения ФИО3 из состава участников ООО «ИНТЕГРАЛ ПЛЮС».

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержат, доводы заявителей апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Указания суда кассационной инстанции, в том числе на толкование процессуального законодательства, изложенные в его постановлении, обязательны для суда, вновь рассматривающего дело (часть 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции всесторонне и полно исполнил указания суда кассационной инстанции, исследовал и установил фактические обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам и правильно применил нормы материального права, не допустив при этом нарушений процессуального закона.

С учетом вышеизложенных установленных по делу обстоятельств и имеющихся в материалах дела доказательств, нельзя признать состоятельными доводы апелляционных жалоб, поскольку они не опровергают выводов суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены решения Арбитражного суда Белгородской области от 25.06.2024 не имеется.

Расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на ее заявителей.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 25.06.2024 по делу № А08-7256/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья А.А. Сурненков

Судьи Е.В. Коровушкина

Е.В. Маховая