Постановление от 3 октября 2018 г. по делу № А52-593/2016

106/2018-52375(1)

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001 E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-593/2016
г. Вологда
03 октября 2018 года


Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября 2018 года. В полном объёме постановление изготовлено 03 октября 2018 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Виноградова О.Н., судей Журавлева А.В. и Чапаева И.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

при участии финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 на определение Арбитражного суда Псковской области от 09 июля 2018 года по делу

№ А52-593/2016 (судья Булгаков С.В.),

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Псковской области от 15.09.2016 индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в его отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3.

Финансовый управляющий должника, ссылаясь на положения статей 10 и 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также статьи 61.1 и 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве») (далее – Закон о банкротстве) 03.11.2016 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора купли- продажи от 30.10.2014 земельного участка с кадастровым номером 60:13:0130761:36, заключенного должником и ФИО4, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 действительной рыночной стоимости данного имущества в размере 1 946 685 руб. 34 коп. (с учетом уточнений требований, принятых судом в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Также 08.11.2016 финансовый управляющий Лукьянов А.С. обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи

от 30.10.2014 земельного участка с кадастровым номером 60:13:0130922:1 и находящегося на нем навеса-склада площадью 1341,1 кв.м. с кадастровым номером 60:13:0130922:14, заключенного ФИО2 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 стоимости имущества в размере 1 821 695 руб. 04 коп.

Определением от 19.03.2018 заявления финансового управляющего должника объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5.

Определением суда от 09.07.2018 в удовлетворении требований финансового управляющего должника отказано.

Финансовый управляющий с данным определением суда не согласился, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, в апелляционной жалобе просил его отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы апеллянт изложил аргументы, аналогичные по смыслу и содержанию доводам, приведенным суду первой инстанции, также указал на неверную, по его мнению, оценку данных доводов судом предыдущей инстанции. Кроме того, финансовый управляющий должника указывает на необоснованный отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства апеллянта о проведении в рамках настоящего обособленного спора повторной судебной экспертизы.

Финансовый управляющий должника в заседании суда апелляционной инстанции поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Должник и ФИО4 в отзывах на апелляционную жалобу возражали относительно её удовлетворения.

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Псковской области в отзыве на апелляционную жалобу просила определение суда от 09.07.2018 отменить, апелляционную жалобу финансового управляющего должника удовлетворить в полном объеме. Ходатайствовала о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие её представителя.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» (далее – Постановление № 57).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления № 57, судебный акт (копия судебного акта) считается полученным лицом, которому

он в силу положений процессуального законодательства высылается посредством его размещения на официальном сайте суда в режиме ограниченного доступа, на следующий день после дня его размещения на указанном сайте.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, по состоянию на 30.10.2014 за должником было зарегистрировано право собственности в отношении следующего недвижимого имущества:

- навес-склад площадью застройки 1341,10 кв.м. по адресу: <...> строение 91-93, кадастровый номер 60:13:0130922:14 (далее – навес-склад);

- земельный участок площадью 1 512 кв.м. по адресу: <...> кадастровый номер 60:13:0130922:1 (далее – участок-1);

- земельный участок площадью 1 459 кв.м. по адресу: <...> кадастровый номер 30:12:0130761:36 (далее – участок-2);

В последующем, 30.10.2014 должником и ФИО4 заключены договоры купли-продажи, в соответствии с условиями которых должник продал ФИО4 земельный участок за 200 000 руб. по одному договору, и навес-склад и земельный участок за 100 000 руб. и 150 000 руб., соответственно – по другому договору. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договоров, что не оспаривается сторонами.

В дальнейшем, 01.05.2015 по договорам купли-продажи ФИО4 реализовала ФИО6 участок-2 за 100 000 руб., а участок-1 и находящийся на нём навес-склад – за 100 000 руб. и 150 000 руб. соответственно.

Затем, 17.03.2016 участок-2 ФИО6 реализовал обществу с ограниченной ответственностью «Техно-Инвест-Сервис» по договору купли- продажи за 150 000 руб., 07.07.2016 участок-1 и навес-склад по договору подарил ФИО4

ФИО4 03.11.2016 по договору купли-продажи реализовала участок-1 и навес-склад ФИО5 за 300 000 руб. и

1 400 000 руб. соответственно.

Согласно сведениям, полученным финансовым управляющим должника и содержащимся в кадастровых паспортах на указанные объекты, кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером 60:13:0130922:1 составляет 291 695 руб. 04 коп., земельного участка с кадастровым номером 30:12:0130761:36 – 1 946 378 руб. 95 коп., а находящегося на нем навеса-склада с кадастровым номером 60:13:0130922:14 – 1 515 443 руб.

Учитывая данные обстоятельства, финансовый управляющий

ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлениями об оспаривании названных сделок, сославшись при этом на их заключение между

заинтересованными лицами (должником и супругой его сына) в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве, при наличии несоответствия цены сделок действительной рыночной стоимости спорных объектов (земельных участков и навеса-склада) и признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на дату их заключения.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований финансового управляющего должника в полном объеме.

Апелляционная инстанция не находит оснований для несогласия с принятым по делу судебным актом в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 231.32 Закона о банкротстве).

При этом пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) (пункт 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 года № 154-ФЗ).

Судом первой инстанции установлено, что должник на момент совершения сделок являлся индивидуальным предпринимателем, следовательно, сделки могут быть оспорены по специальным основаниям законодательства о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате

ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как видно из материалов дела, спорные договоры заключены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Частью 1 статьи 82 АПК РФ предусмотрено, что для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Для целей проверки доводов заявителя и по инициативе финансового управляющего должника, с согласия иных участников настоящего обособленного спора судом назначены экспертизы по установлению действительной рыночной стоимости предметов спора на дату заключения должником и ФИО4 договоров купли продажи.

Согласно выводам эксперта (заключения эксперта от 25.12.2017

№ 08/ПЭ-17 и № 08-1/ПЭ-17), действительная рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 60:13:0130761:36 по состоянию на 30.10.2017 составляла 885 600 руб. 00 коп., действительная рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 60:13:0130922:1 по состоянию на 30.10.2014 – 221 000 руб., стоимость навеса-склада площадью 1341,1 кв.м. с кадастровым номером 60:13:0130922:14 составляла 983 000 руб. 00 коп. При

этом эксперт также пришел к выводу, что в результате произведенных улучшений навеса склада по состоянию на 03.11.2016 стоимость земельного участка с кадастровым номером 60:13:0130922:1 составляла 299 376 руб., а стоимость 1 кв.м. объекта капитального строительства (навес-склад) –

5 379 руб. 00 коп.

Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 12 постановления от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ).

Заключения эксперта от 25.12.2017 № 08/ПЭ-17 и № 08-1/ПЭ-17, по мнению суда апелляционной инстанции, соответствуют требованиям статей 82, 86 АПК РФ.

Выводы эксперта по поставленным вопросам не являются противоречивыми, сформулированы ясно; экспертом даны пояснения по вопросам, поставленным на разрешение.

Объективных оснований не доверять выводам предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперта у суда апелляционной инстанции не имеется.

Процедура привлечения эксперта к проведению судебной экспертизы соблюдена. Предусмотренных законом оснований для отвода эксперта не установлено.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что заключения эксперта от 25.12.2017 № 08/ПЭ-17 и № 08-1/ПЭ-17 являются допустимыми и относимыми доказательствами по настоящему по делу.

В свете изложенного, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении ходатайства финансового управляющего должника о проведении повторной судебной экспертизы.

Вместе с тем доказательств того, что сделки были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и другая сторона сделок знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделок, суду не предъявлено.

Так, доказательств наличия у должника признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества на дату совершения сделок в материалах дела не имеется.

При этом ссылка апеллянта на наличие непогашенных должником обязательств перед кредиторами, превышающей стоимость имущества должника, правомерно отклонена судом первой инстанции.

Вопреки аргументам апеллянта, при определении размера кредиторской задолженности, имевшей место на дату совершения оспариваемых сделок, суд первой инстанции правомерно учел лишь ту задолженность, которая была просрочена и впоследствии включена в реестр требований кредиторов должника. В условиях превышения активов должника над его кредиторской задолженностью на момент совершения сделок оснований для вывода об из совершении во вред интересам кредиторов у суда не имелось.

Доводы апеллянтов о наличии в действиях сторон признаков злоупотребления правом также подлежат отклонению.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что поскольку сделки оспариваются в рамках дела о банкротстве, то при установлении того заключены ли они с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелись у сторон сделок намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть были ли сделки направлены на уменьшение конкурсной массы.

В рассматриваемом случае доказательств наличия в поведении сторон цели причинить вред третьим лицам суд не усматривает.

Как установлено арбитражным судом, сделки заключены почти за два года до возбуждения дела о банкротстве должника; на дату совершения сделок у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества, а доказательств обратного финансовым управляющим не представлено. При этом ФИО4 не могла и не должна была знать о наличии таких признаков.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно и обоснованно отказал в удовлетворении требований финансового управляющего должника.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и учтены Арбитражным судом Псковской области при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу,

влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем данные аргументы признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Псковской области от 09 июля

2018 года по делу № А52-593/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа.

Председательствующий О.Н. Виноградов

Судьи А.В. Журавлев

И.А. Чапаев