Решение от 9 июля 2025 г. по делу № А08-5361/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Народный бульвар, д.135, <...>

Тел./ факс <***>, 32-85-38

сайт: http://belgorod.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А08-5361/2022
г. Белгород
10 июля 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 июня 2025 года. Полный текст решения изготовлен 10 июля 2025 года.

Арбитражный суд Белгородской области в составе судьи  Петряева А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Поданёвой О.Л.,

 рассматривает в судебном заседании дело по исковому заявлению ООО "БЕЛДОРСТРОЙ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ООО "МОТУС" (ИНН <***>, ОГРН <***>), третьи лица ФИО1, ФИО2,Страховое Акционерное Общество «ВСК» (ИНН<***>), АО «Альфастрахование» (ИНН <***>)

о взыскании ущерба за не подлежащее восстановлению транспортное средство марки КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, регистрационный знак  <***> в размере 2 079 100 руб., стоимости восстановительного ремонта транспортного средства марки 3010 KD, 2018 года выпуска, регистрационный знак <***> в размере 407 000 руб., расходов по транспортировке поврежденных транспортных средств в размере 36 492 руб. 53 коп., убытков в размере 2 767 076 руб. 26 коп. (с учетом уточнения искового заявления в порядке ст. 49 АПК РФ),

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: не явился, уведомлен надлежащим образом;

от ответчика: не явился, уведомлен надлежащим образом;

от третьих лиц:

от ФИО1: не явился, уведомлен надлежащим образом;

от ФИО2: не явился, уведомлен надлежащим образом;

от САО «ВСК»: не явился, уведомлен надлежащим образом;

АО «Альфастрахование»: не явился, уведомлен надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

Истец ООО "БЕЛДОРСТРОЙ" (далее – истец), обратился в суд с иском к ООО "МОТУС" (далее – ответчик), уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о взыскании ущерба за не подлежащее восстановлению транспортное средство марки КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, регистрационный знак <***> в размере 2 079 100 руб., стоимости восстановительного ремонта транспортного средства марки 3010 KD, 2018 года выпуска, регистрационный знак <***> в размере 407 000 руб., расходов по транспортировке поврежденных транспортных средств в размере 36 492 руб. 53 коп., убытков в размере 2 767 076 руб. 26 коп.

Представители истца, ответчика, третьих лиц в судебное заседание не явились, о дне, времени и месте его проведения уведомлены надлежащим образом, ходатайств о рассмотрении дела в отсутствии своих представителей не заявили.

Суд, руководствуясь ст. 121-123, 156 АПК РФ, а также учитывая то, что стороны, третьи лица извещены надлежащим образом, доказательства извещения приобщены к материалам дела, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом уведомленных представителей истца, ответчика, третьих лиц.

Исследовав и оценив в силу ст.ст. 71, 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, отзывах на исковое заявление, арбитражный суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 18.02.2022 г. в 02 час 00 мин. на 30 км автомобильной дороги «Белгород М-4 Дон» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств, принадлежащих ООО «Белдорстрой»: автомобиля КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, регистрационный знак <***>, автомобиля  Газон 3010 KD, 2018 года выпуска, регистрационный знак <***> (далее – Газон Некст); трактора «Беларус» 1221.3, 2020 года выпуска, регистрационный знак ЕХ 4206 31 (далее – Трактор), и транспортного средства – автомобиля КАМАЗ 65209-59, регистрационный знак <***>, принадлежащего ООО «Мотус» на праве собственности, под управлением водителя ФИО2

В результате указанного происшествия транспортным средствам, принадлежащим ООО «Белдорстрой», был причинен ущерб. Данный факт зафиксирован сотрудниками ОГИБДД ОМВД России по Корочанскому району Белгородской области.

ООО «Белдорстрой» обратилось в страховые организации за возмещением реального ущерба.

В связи с невозможностью восстановления транспортного средства – КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, регистрационный знак <***>, САО «ВСК» была произведена страховая выплата в максимальном размере 400 000 руб.

Затраты на восстановительный ремонт транспортного средства – автомобиля  Газон 3010 KD, 2018 года выпуска, регистрационный знак <***> были возмещены АО «АльфаСтрахование» в размере 281 900 руб.

Затраты на восстановительный ремонт транспортного средства – трактора Беларус 1221.3, 2020 года выпуска, регистрационный знак ЕХ 4206 31, были возмещены САО «ВСК» в размере 33 150 руб.

По мнению истца, ДТП произошло по вине водителя автомобиля КАМАЗ 65209-59, регистрационный знак <***> –  ФИО2

Истец полагает, что в соответствии со ст. 1079 ГК РФ, владелец источника повышенной опасности несет ответственность за вред, причиненный при его использовании.

Полученные истцом страховые возмещения не достаточны для возмещения причиненного ущерба в полном объеме.

Также подлежат оплате расходы, связанные с необходимостью транспортировки поврежденных транспортных средств.

Кроме того, истцом в ходе рассмотрения дела также были заявлены требования о взыскании убытков, в виде понесенных им в  период с февраля по ноябрь 2022 г. расходов по оплате услуг по перевозке грузов (аренде сторонних транспортных средств), привлечение которых обусловлено повреждением принадлежащих ООО «Белдорстрой» в ДТП 18.02.2022 г. автомобилей.  

В целях досудебного урегулирования возникшего спора истец обратился к ответчику с письменной претензией №12-42 от 26.04.2022 г. Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения.

Вышеуказанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.

Пунктом 1 статьи 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В соответствии со статьей 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Пунктом 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевшему предоставлено право предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной указанным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Согласно абзацу второму пункта 15 статьи 12 Закона об ОСАГО, страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего (за исключением легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации), может осуществляться путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя).

Согласно преамбуле Закона об ОСАГО данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.

В отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064 ГК РФ) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй статьи 3 Закона об ОСАГО). Страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, так и специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме – с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой.

В силу абзаца второго пункта 23 статьи 12 Закона об ОСАГО с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным законом.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – постановление Пленума № 31), причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ).

Если в ходе разрешения спора о возмещении причинителем вреда ущерба по правилам главы 59 ГК РФ суд установит, что страховщиком произведена страховая выплата в меньшем размере, чем она подлежала выплате потерпевшему в рамках договора обязательного страхования, с причинителя вреда подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба (то есть действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемой по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом утраты товарной стоимости и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора) и надлежащим размером страхового возмещения (пункт 65 постановления Пленума № 31).

Из приведенных норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, чье транспортное средство повреждено в результате дорожно-транспортного происшествия, обладает правом на полное возмещение причиненного ему ущерба. При этом компенсационные механизмы не ограничиваются одним лишь страховым возмещением, осуществляемым в порядке Закона об ОСАГО, и предусматривают возможность предъявления требований (в части, не подпадающей под страховое покрытие) к причинителю вреда непосредственно.

Из определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 18.02.2022 г., вынесенного старшим инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Корочанскому району Белгородской области следует, что 18.02.2022 г. в 02 час. 00 мин. на 30 км федеральной автомобильной дороги «Белгород М-4 Дон» водитель ФИО2, управляя автомобилем КАМАЗ, регистрационный знак <***> в составе прицепа SCHMITZ государственный регистрационный знак АХ 8274 31, совершил наезд на стоящий автомобиль КАМАЗ, регистрационный знак <***>, с последующим наездом на автомобиль Газон 3010 KD, регистрационный знак <***> и наездом на трактор, регистрационный знак ЕХ 4206 31.

В момент ДТП автомобили получили механические повреждения.

В ходе выяснения обстоятельств дорожно-транспортного происшествия было установлено, что водитель ФИО2, управляя автомобилем КАМАЗ, регистрационный знак <***> в составе прицепа SCHMITZ государственный регистрационный знак АХ 8274 31, в нарушении Правил дорожного движения, вел транспортное средство со скоростью, не обеспечивающей постоянного контроля за движением, без учета особенностей и состояния транспортного средства, дорожных и метеорологических условий, при возникновении опасности для движения своевременно не принял мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, в результате чего совершил наезд на автомобиль КАМАЗ, регистрационный знак <***>, с последующим наездом на автомобиль Газон 3010 KD, регистрационный знак      <***> и наездом на трактор, регистрационный знак ЕХ 4206 31.

В возбуждении дела об административном правонарушении в отношении водителя ФИО2 сотрудником ОГИБДДД ОМВД России по Корочанскому району Белгородской области отказано в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения, т.к. ответственность нормами КоАП не предусмотрена.  

Факт ДТП 18.02.2022 г. и повреждения указанных транспортных средств подтверждается материалами дела, в частности административным материалом, сторонами не оспаривался.

Определением суда от 19.01.2023 г. по ходатайству сторон назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено эксперту ООО «Оценочная фирма Профессионал» ФИО3

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Установить стоимость восстановительного ремонта (с учетом износа и без учета износа) транспортного средства марки 3010 KD, 2018 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, а в случае невозможности восстановления транспортного средства размер реального ущерба, понесённого ООО «Белдорстрой»?

2. Установить стоимость восстановительного ремонта (с учетом износа и без учета износа) транспортного средства марки КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, а в случае невозможности восстановления транспортного средства размер реального ущерба, понесённого ООО «Белдорстрой»?

3. Имел ли техническую возможность водитель КАМАЗ 65209-55 государственный регистрационный знак № <***> ФИО2 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации избежать столкновения (наезда) с автомобилями КАМАЗ 6520-73 государственный регистрационный знак № <***> и 3010 KD («Газель») государственный регистрационный знак № <***>?

4. Каким образом с технической точки зрения, должны были действовать в сложившейся дорожно-транспортной ситуации участники ДТП для обеспечения безопасности?

В материалы дела представлено заключение эксперта № 36-2022 от 23.06.2022 г.

Определением от 27.11.2023 г., в связи с недостатками экспертного заключения    № 36-2022 от 23.06.2022 г., судом назначена повторная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «Союз Оценка» ФИО4

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Установить стоимость восстановительного ремонта (с учетом износа и без учета износа) транспортного средства марки 3010 KD, 2018 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, а в случае невозможности восстановления транспортного средства размер реального ущерба, понесённого ООО «Белдорстрой»?

2. Установить стоимость восстановительного ремонта (с учетом износа и без учета износа) транспортного средства марки КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, а в случае невозможности восстановления транспортного средства размер реального ущерба, понесённого ООО «Белдорстрой»?

3. Имел ли техническую возможность водитель КАМАЗ 65209-55 государственный регистрационный знак № <***> ФИО2 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации избежать столкновения (наезда) с автомобилями КАМАЗ 6520-73 государственный регистрационный знак № <***> и 3010 KD («Газель») государственный регистрационный знак № <***>?

4. Каким образом с технической точки зрения, должны были действовать в сложившейся дорожно-транспортной ситуации участники ДТП для обеспечения безопасности?

По результатам проведения повторной экспертизы в материалы дела представлено заключение эксперта № 433-2023 от 16.02.2024 г.

Согласно выводам экспертного заключения № 433-2023 от 16.02.2024 г.:

1. Стоимость восстановительного ремонта (с учетом износа и без учета износа) транспортного средства марки 3010 KD, 2018 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, составляет: без учета износа – 688 900 руб., с учетом износа – 433 300 руб.;

2. Стоимость восстановительного ремонта (с учетом износа и без учета износа) транспортного средства марки КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, составляет: без учета износа – 4 536 700 руб., с учетом износа – 972 000 руб.

Рыночная стоимость транспортного средства марки КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, регистрационный знак <***>, составляет 2 971 800 руб.

Стоимость годных к дальнейшей реализации остатков транспортного средства марки КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, регистрационный знак <***>, составляет 492 700 руб.

Так как предполагаемые затраты на восстановительный ремонт (4 536 700 руб.) превышают рыночную стоимость транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия (2 971 800 руб.), проведение восстановительного ремонта является экономически нецелесообразным, в связи с этим размером реального ущерба является разница между рыночной стоимостью транспортного средства КАМАЗ 6520-73 и стоимостью его годных к дальнейшей реализации остатков (492 700 руб.). Размер реального ущерба, причиненного транспортному средству марки КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, составляет 2 479 100 руб.

3. При заданных исходных данных, остановочный путь автопоезда в составе КАМАЗ 65209-55 государственный регистрационный знак <***> в составе прицепа SCHMITZ государственный регистрационный знак АХ 8274 31 при заданных условиях значительно меньше его расчетного удаления в момент возникновения опасности      (107,1 м < 225 м) следовательно, можно сделать вывод о том, что водитель автопоезда имел техническую возможность предотвратить столкновение путем применения экстренного торможения с остановкой автопоезда до места столкновения.

При заданных исходных данных, расстояние, на котором водитель автопоезда в составе КАМАЗ 65209-55 государственный регистрационный знак <***> и прицепа SCHMITZ государственный регистрационный знак АХ 8274 31 может совершить перестроение с правой полосы на левую в направлении движения на расстояние 4,4 метра, не превышает расстояние, с которого водитель в состоянии обнаружить стоящие на его полосе препятствия (74,9 м < 225 м), следовательно, можно сделать вывод о том, что водитель ФИО2 располагал, в данном случае, технической возможностью совершить перестроение своего транспортного средства до зоны расположения препятствий (транспортных средств, приступающих к осуществлению дорожных работ), со сменой полосы своего движения, что, с учетом исследования в части технической возможности к экстренной остановки автопоезда в пределах своей полосы до места расположения препятствий с возможностью исполнения требований пункта 10.1 Правил, позволяет сделать вывод о том, что водитель автопоезда в составе КАМАЗ 65209-55 государственный регистрационный знак <***> и прицепа SCHMITZ государственный регистрационный знак АХ 8274 31 имел техническую возможность предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие.

4. В данной дорожно-транспортной обстановке водителю автопоезда в составе КАМАЗ 65209-55 государственный регистрационный знак <***> и прицепа SCHMITZ государственный регистрационный знак АX 8274 31 ФИО2 следовало руководствоваться требованиями пунктов 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения РФ.

В данной дорожно-транспортной обстановке водителям автомобилей КАМАЗ 6520-73 государственный регистрационный знак <***> и 3010 KD («Газель») государственный регистрационный знак <***> следовало руководствоваться требованиями пунктов 3.4, 3.5 Правил дорожного движения РФ, а также требования ОДМ 218.6.019-2016 «Рекомендации по организации движения и ограждению мест производства дорожных работ», однако, с учетом того факта, что участники выполнения данных работ не имели возможности организовать должное обеспечение предупреждения проведения данных работ (в связи с кратковременным сроком между прибытием к месту проведения работ и моментом возникновения ДТП), то данные требования необходимо применять учетом данного условия.

Выводы экспертизы были подтверждены экспертом в ходе судебного заседания 20.05.2024 г.

Эксперт в установленном порядке был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ.

Оценивая указанное заключение повторной экспертизы, суд первой инстанции исходит из следующего.

Арбитражный суд оценивает заключение эксперта по правилам, установленным статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с позиций соблюдения процессуальной формы назначения и проведения экспертизы, соответствия этого доказательства требованиям относимости, допустимости и достоверности, а также взаимной связи с другими доказательствами, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доказательство лишь в том случае признается судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Каждое доказательство оценивается арбитражным судом наряду с другими доказательствами, при этом никакие другие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закреплено правило, согласно которому обстоятельства дела, которые в силу закона должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

При проведении повторной экспертизы, назначенной определением суда от 27.11.2023 г., эксперт руководствовался представленными на исследование материалами дела, результатами осмотра транспортных средств, осмотра участка местности, где произошло ДТП.

На основании части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд исследовал по существу содержание экспертного заключения как одного из источника доказательств, представленных в материалах дела.

Исследование показало, что повторная судебная экспертиза проведена в полном соответствии с требованиями статей 82, 83 и 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в заключении эксперта № 433-2023 от 16.02.2024 г. отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, в связи с чем у суда отсутствуют основания для непризнания выводов экспертов в качестве доказательства по делу.

Кроме того, процессуальным законодательством установлены особые правила оспаривания результатов проведенной по делу судебной экспертизы.

Так, в силу части 2 статьи 87 АПК РФ, в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Ответчиком заявлено о проведении повторной судебной экспертизы, производство которой просил поручить экспертам ООО «Центр судебных экспертиз и независимой оценки».

В удовлетворении ходатайства ответчика о проведении повторной экспертизы судом отказано.

Доказательств, опровергающих выводы повторной экспертизы, в материалы дела не представлено, о фальсификации экспертного заключения в порядке, предусмотренном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не заявлено.

Суд отмечает, что результаты экспертизы не имеют преимущественного значения при оценке имеющихся в деле доказательств и в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оцениваются наряду с другими доказательствами.

Истцом исковые требования уточнены в порядке статьи 49 АПК РФ с учетом выводов повторной экспертизы.

Из смысла правовых позиций, сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 10.03.2017 № 6-П, а также с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункте 65 Постановления Пленума № 31 следует, что если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. Лицо, чье транспортное средство повреждено в результате дорожно-транспортного происшествия, обладает правом на полное возмещение причиненного ему ущерба. При этом компенсационные механизмы не ограничиваются одним лишь страховым возмещением, осуществляемым в порядке Закона об ОСАГО, и предусматривают возможность предъявления требований (в части, не подпадающей под страховое покрытие) к причинителю вреда непосредственно.

Как указано выше, в соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

Таким образом, истец вправе требовать от ответчика как владельца источника повышенной опасности полного возмещения причиненного ущерба.

Определяя размер подлежащего возмещению вреда, суд принимает во внимание следующие обстоятельства.

Как следует из административного материала по факту ДТП и содержащихся в нем объяснений работников ООО «Белдорстрой» – ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, поврежденные транспортные средства, принадлежащие истцу, участвовали в производстве дорожных работ (ямочного ремонта).

Данное обстоятельство в ходе рассмотрения дела истцом не оспаривалось.

Отношения, возникающие в связи с использованием автомобильных дорог и осуществлением дорожной деятельности в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 08.11.2007 № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», в силу п. 6 ст. 3 которого, дорожная деятельность – деятельность по проектированию, строительству, реконструкции, капитальному ремонту, ремонту и содержанию автомобильных дорог; содержание автомобильной дороги представляет собой комплекс работ по поддержанию надлежащего технического состояния автомобильной дороги, оценке ее технического состояния, а также по организации и обеспечению безопасности дорожного движения.

На основании ч. 1 ст. 17 того же Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ, содержание автомобильных дорог осуществляется в соответствии с требованиями технических регламентов в целях обеспечения сохранности автомобильных дорог, а также организации дорожного движения, в том числе посредством поддержания бесперебойного движения транспортных средств по автомобильным дорогам и безопасных условий такого движения.

Статьей 12 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» установлено, что ремонт и содержание дорог на территории Российской Федерации должны обеспечивать безопасность дорожного движения. Обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог при их содержании установленным техническим регламентам и другим нормативным документам возлагается на лица, осуществляющие содержание автомобильных дорог.

По смыслу положений п. 13 Приложения № 3 к Правилам дорожного движения «Основные положения по допуску ТС к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения» (далее – Основные положения), должностные и иные лица, ответственные за состояние дорог, железнодорожных переездов и других дорожных сооружений, обязаны: содержать дороги, железнодорожные переезды и другие дорожные сооружения в безопасном для движения состоянии в соответствии с требованиями стандартов, норм и правил; информировать участников дорожного движения о вводимых ограничениях и об изменениях в организации дорожного движения с помощью соответствующих технических средств, информационных щитов и средств массовой информации; принимать меры к своевременному устранению помех для движения, запрещению или ограничению движения на отдельных участках дорог, когда пользование ими угрожает безопасности движения.

Согласно п. 14 Основных положений должностные и иные лица, ответственные за производство работ на дорогах, обязаны обеспечивать безопасность движения в местах проведения работ. Эти места, а также неработающие дорожные машины, строительные материалы, конструкции и тому подобное, которые не могут быть убраны за пределы дороги, должны быть обозначены соответствующими дорожными знаками, направляющими и ограждающими устройствами, а в темное время суток и в условиях недостаточной видимости – дополнительно красными или желтыми сигнальными огнями. По окончании работ на дороге должно быть обеспечено безопасное передвижение транспортных средств и пешеходов.

В соответствии с п. 15 Основных положений соответствующие должностные и иные лица в случаях, предусмотренных действующим законодательством, в установленном порядке согласовывают: проекты организации дорожного движения в городах и на автомобильных дорогах, оборудование дорог техническими средствами организации движения; производство любых работ на дороге, создающих помехи движению транспортных средств или пешеходов.

В ходе осмотра места дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 18.02.2022 на 30 км федеральной автомобильной дороге «Белгород-М4 «Дон – Москва – Воронеж - Ростов-на-Дону – Краснодар - Новороссийск», где осуществлялось производство дорожных работ, установлено, что дорожные работы велись без временных дорожных знаков.

На основании чего, 18.02.2022 должностным лицом ОГИБДД ОМВД России по Корочанскому району Белгородской области было вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования.

Вступившим в законную силу постановлением Корочанского районного суда Белгородской области по делу № 5-256/2022 от 21.04.2022 г. к административной ответственности за совершение административного правонарушения предусмотренного ч. 1 ст. 12.34 КоАП РФ (несоблюдение требований по обеспечению безопасности дорожного движения при строительстве, реконструкции, ремонте и содержании дорог, железнодорожных переездов или других дорожных сооружений) был привлечен заместитель генерального директора ООО «Белдорстрой» по эксплуатации автомобильных дорог ФИО1

Корочанским районным судом Белгородской области по делу № 5-256/2022 установлено, что в соответствии с государственным контрактом №           035410000842000100, заключенным между ФКУ УПРДОР Москва - Харьков (Заказчик) и ООО «Белдорстрой» (Исполнитель), исполнитель по заданию заказчика принял на себя обязательства по оказанию услуг по содержанию автомобильной дороги Белгород - Новый Оскол -Советское и искусственных сооружений на ней. Согласно п. 7.3.36 государственного контракта, ответственность за безопасность движения в зоне оказания услуг несет исполнитель.

Согласно объяснению мастера строительных и монтажных работ ООО «Белдорстрой» ФИО9, на 18.02.2022 под его руководством были запланированы дорожные работы на 30 км федеральной автомобильной дороге «Белгород - М4 «Дон - Москва – Воронеж - Ростов-на-Дону – Краснодар - Новороссийск», ему были переданы транспортные средства: КАМАЗ для прикрытия, газель, два трактора МТЗ, после остановки транспортных средств вышли из транспортного средства для ограждения места предстоящего производства работ, и сразу в их КАМАЗ въехал КАМАЗ с полуприцепом. На момент дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 18.02.2022, дорожные работы начаты не были.

Схема организации дорожного движения при проведении ремонтных работ на федеральной автомобильной дороге «Белгород - М4 «Дон - Москва - Воронеж -       Ростов-на-Дону – Краснодар - Новороссийск», разработана ООО «Белдорстрой» и утверждена ФКУ УПРДОР.

Однако заместитель генерального директора по эксплуатации автомобильных дорог ООО «Белдорстрой» ФИО1 не уведомил подразделение Госавтоинспекции о производстве дорожных работ в виде ямочного ремонта федеральной автомобильной дороги «Белгород - М4 «Дон - Москва – Воронеж - Ростов-на-Дону –Краснодар - Новороссийск», не согласовав с ними схему организации движения, чем нарушил п. 15 Приложения № 3 к Правилам дорожного движения «Основные положения по допуску ТС к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения».

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе административный материал по факту ДТП, материалы административного дела            № 5-256/2022 Корочанского районного суда Белгородской области по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что причиной произошедшего 18.02.2022 г. дорожно-транспортного происшествия с участием транспортных средств ООО «Белдорстрой» и ООО «Мотус» явилось не только виновное поведение водителя ответчика ФИО2 – несоблюдение им пункта 10.1. Правил дорожного движения «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил», но и действия должностных лиц истца, что выразилось в несоблюдении требований по обеспечению безопасности дорожного движения при строительстве, реконструкции, ремонте и содержании дорог, железнодорожных переездов или других дорожных сооружений.

Данное обстоятельство установлено вступившим в законную силу судебным актом Корочанского районного суда Белгородской области по делу № 5-256/2022 – постановлением по делу об административном правонарушении от 21.04.2022 г.

По смыслу приведенных выше нормативно-правовых актов в области безопасности дорожного движения, информирование участников дорожного движения о вводимых ограничениях и об изменениях в организации дорожного движения с помощью соответствующих технических средств, информационных щитов, запрещению или ограничению движения на отдельных участках дорог, когда пользование ими угрожает безопасности движения должно производиться заблаговременно до начала выполнения соответствующих дорожных работ, что в рассматриваемой ситуации работниками истца не обеспечено.

То обстоятельство, что на транспортных средствах ООО «Белдорстрой» имелись знаки о дорожных работах, знаки аварийной остановки, были включены проблесковые маячки и стробоскопы, что следует из объяснений работников ООО «Белдорстрой», данных сотрудникам ГИБДД, а также водителя ООО «Мотус» ФИО2, не может быть оценено судом как принятие всех предусмотренных нормативно-правовыми актами в области безопасности дорожного движения мер для безопасного производства дорожных работ, в том числе с учетом ночного времени и неблагоприятных погодных условий.

Фактически дорожная техника находилась на автомобильной дороге без установления соответствующих предупредительных дорожных знаков о производстве дорожных работ, что следует также из объяснений ФИО6, который пояснял сотрудникам ГИБДД о том, что находился в прицепе трактора с целью извлечения из его кузова дорожных знаков для их выставления.

Установление вины находится в компетенции арбитражного суда, рассматривающего дело, а материалы административного производства (независимо от результата его завершения) являются лишь одним из доказательств, оцениваемых арбитражным судом применительно к вопросу о вине (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.10.2009 № ВАС-13039/09).

Обстоятельства, установленные судом общей юрисдикции, должны учитываться арбитражным судом. Если арбитражный суд придет к иным, нежели содержащиеся в судебном акте суда общей юрисдикции, выводам он должен указать соответствующие мотивы.

Данный подход согласуется с правовой позицией, изложенной в пункте 16.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» и определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 309-ЭС16-1553 по делу № А50-4727/2012.

Учитывая обстоятельства произошедшего ДТП, материалы административного дела № 5-256/2022 Корочанского районного суда Белгородской области, а также установленные в ходе рассмотрения настоящего дела, суд приходит к выводу о наличии нарушений ПДД и нормативно-правовых актов в области обеспечения безопасности дорожного движения, приведших к наезду автомобиля КАМАЗ, регистрационный знак     <***> в составе прицепа SCHMITZ государственный регистрационный знак         АХ 8274 31 на стоящий автомобиль КАМАЗ, регистрационный знак <***>, с последующим наездом на автомобиль Газон 3010 KD, регистрационный знак <***> и наездом на трактор, регистрационный знак ЕХ 4206 31, как в действиях водителя ООО «Мотус» ФИО2, так и в действиях работников ООО «Белдорстрой».

Следовательно, в спорном ДТП имеет место обоюдная вина работников как истца, так и ответчика.

Выводы экспертного заключения № 433-2023 от 16.02.2024 г. о том, что водитель ФИО2 располагал технической возможностью совершить перестроение своего транспортного средства до зоны расположения препятствий (транспортных средств, приступающих к осуществлению дорожных работ), со сменой полосы своего движения, т.е. имел техническую возможность предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие не могут свидетельствовать об отсутствии вины работников ООО «Белдорстрой» в произошедшем ДТП.

Согласно ст. 86 АПК РФ, экспертное заключение является доказательством по делу, подлежащим оценке наряду с остальными доказательствами.

Статьей 71 АПК РФ предусмотрено, что арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса.

Факт нарушения требований нормативно-правовых актов  области обеспечения безопасности дорожного движения установлен материалами дела.

Кроме того, из заключения эксперта, а также его пояснений, данных в судебном заседании 20.05.2024 г. следует, что данный вывод был сделан исходя из представленных материалов дела, осмотра места ДТП.

Так, экспертом в заключении указано, что «при заданных исходных данных, расстояние, на котором водитель автопоезда в составе КАМАЗ 65209-55 государственный регистрационный знак <***> и прицепа SCHMITZ государственный регистрационный знак АХ 8274 31 может совершить перестроение с правой полосы на левую в направлении движения на расстояние 4,4 метра, не превышает расстояние, с которого водитель в состоянии обнаружить стоящие на его полосе препятствия (74,9 м < 225 м), следовательно, можно сделать вывод о том, что водитель ФИО2 располагал, в данном случае, технической возможностью совершить перестроение своего транспортного средства до зоны расположения препятствий (транспортных средств, приступающих к осуществлению дорожных работ), со сменой полосы своего движения, что, с учетом исследования в части технической возможности к экстренной остановки автопоезда в пределах своей полосы до места расположения препятствий с возможностью исполнения требований пункта 10.1 Правил, позволяет сделать вывод о том, что водитель автопоезда в составе КАМАЗ 65209-55 государственный регистрационный знак <***> и прицепа SCHMITZ государственный регистрационный знак АХ 8274 31 имел техническую возможность предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие».

Суд полагает необходимым отметить следующее. Для установления объективной возможности обнаружения стоящего на проезжей части автомобиля, расстояния, на котором он мог быть обнаружен водителем движущегося сзади транспортного средства, т.е. «исходных данных» и соответственно определения наличия (отсутствия) технической возможности избежать столкновения, необходимо проведение соответствующего эксперимента при сходных погодных условиях и условиях видимости на месте произошедшего ДТП.

Объективные исходные данные с учетом указанных судом условий для установления действительных значений видимости для водителя транспортного средства КАМАЗ 65209-55 государственный регистрационный знак <***> отсутствуют.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперт обязан проводить исследования на строго научной и практической основе, всесторонне и в полном объеме и его заключение должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Таким образом, вывод эксперта по данному вопросу является условным.

Предположительные заключения не могут являться надлежащим доказательством при рассмотрении дела, свой вывод суд не может мотивировать на основании сделанного экспертом предположения действительного и при определенном условии.

Истцом были уточнены исковые требования с учетом определенного в повторном экспертном заключении размера вреда, а также произведенных страховых выплат.

На основании пункта 2 статьи 1081 ГК РФ при невозможности определить степень вины доли признаются равными.

При таких обстоятельствах, с учетом того, что причиной возникновения ДТП послужило нарушение ПДД как работником ответчика, так и работниками истца, вина в ДТП является обоюдной, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о возмещения ущерба частично: за не подлежащее восстановлению транспортное средство марки КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, регистрационный знак <***> с ООО «Мотус» в пользу ООО «Белдорстрой» подлежит взысканию сумма в размере 1 039 550 руб., также подлежит взысканию стоимость восстановительного ремонта транспортного средства марки 3010 KD, 2018 года выпуска, регистрационный знак <***> в размере 203 500 руб.

Истцом также заявлено о взыскании расходов по транспортировке поврежденных транспортных средств в размере 36 492 руб. 53 коп.

Как следует из материалов дела, транспортировка поврежденных транспортных средств осуществлялась с привлечением трала VOLVO, регистрационный знак <***>, и принадлежащего ООО «Белдорстрой» автокрана, регистрационный знак <***>.

Общая стоимость затрат ООО «Белдорстрой» на транспортировку составила 36 492 руб. 53 коп.

В подтверждение данных расходов в материалы дела представлен договор на перевозку грузов автомобильным транспортом №418/20-БДС от 22.10.2020 г. между ООО «Белдорстрой» и ИП ФИО10, транспортная накладная №152231 от 18.02.2022 г., акт №4 от 28.02.2022 г., путевой лист №10661 от 18.02.2022 г., платежное поручение №3198 от 29.03.2022 г., расчет затрат на транспортировку имущества.

Рассматривая данные требования, суд приходит к следующим выводам.

Расходы на транспортировку поврежденных транспортных средств явились следствием причинения ущерба имущества истца в результате ДТП, что является основанием для возмещения данных расходов по правилам о взыскании убытков.

Расчет стоимости транспортировки транспортных средств ответчиком фактически не оспорен.

Таким образом, с учетом установленной судом обоюдной вины, данное требование подлежит удовлетворению частично в размере 18 246,27 руб.

Истцом также заявлено требование о взыскании расходов на аренду и транспортные услуги, оказанные иными транспортными средствами взамен поврежденного автомобиля КАМАЗ, которые понесены в период с февраля по ноябрь 2022 г., в размере 2 767 076 руб. 26 коп.

Данные расходы заявлены без учета размера НДС, а также расходов на ГСМ.

Рассматривая данное требование, суд исходит из следующего.

По смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации при взыскании реального ущерба в размере произведенных расходов, необходимым условием их взыскания является цель расходования денежных средств для восстановления нарушенного права. Размер таких убытков должен подтверждаться доказательствами, обосновывающими с разумной степенью достоверности их размер.

По смыслу норм статей 15, 1064 ГК РФ возмещение внедоговорных убытков – это мера гражданско-правовой ответственности, в силу чего по требованию о взыскании убытков обстоятельствами, подлежащими доказыванию, являются: противоправность действий (бездействий) ответчика, размер понесенных убытков, причинная связь между действиями ответчика и возникшими убытками истца, вина ответчика. Отсутствие или недоказанность заинтересованным лицом наличия этих квалифицирующих признаков для взыскания убытков или одного из этих признаков влечет за собой отказ в защите соответствующего права.

По правилам арбитражного судопроизводства каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доказательства представляются лицами, участвующими в деле (часть 1 статьи 66 АПК РФ). При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в частности по представлению доказательств (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 41 АПК РФ).

Согласно п. 5 ст. 393 ГК РФ размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

По смыслу п. 2 ст. 15 ГК РФ к убыткам потерпевшего могут быть только те расходы, которые обоснованно необходимы для восстановления нарушенного права, то есть для восстановления такого имущественного положения потерпевшего, которое существовало на момент такого нарушения.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7) под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Исходя из пункта 5 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В обоснование размера причиненных убытков истец представил договор на перевозку грузов автомобильным транспортом №58/17-БДС от 28.03.2017 г. с ООО «БелСпецСнаб», договор на перевозку грузов автомобильным транспортом №108/19-БДС от 10.04.2019 г. с ИП ФИО11, договор аренды строительной техники №446/22-БДС от 01.07.2022 г. с ООО «Универсал-сервис», товарно-транспортные накладные, акты оказанных услуг, универсальные-передаточные документы, платежные поручения.

Оценивая представленные истцом документы в обоснование данных исковых требований, суд приходит к выводу, что привлечение к хозяйственной деятельности ООО «Белдорстрой» транспортных средств сторонних организаций является обычной для данного юридического лица с учетом основного направления его коммерческой деятельности – строительство, ремонт, обслуживание дорог. Об этом свидетельствует и даты заключения договоров с ООО «БелСпецСнаб», ИП ФИО11, представленными в качестве доказательств – 2017 г. и 2019 г.

Согласно представленным истцом сведениям, на его балансе по состоянию на 31.12.2022 г. числилось 108 единиц техники грузового автомобильного транспорта вида «самосвал», из них 8 штук приобретены в декабре 2022 г. по причине нехватки собственного автопарка, 12 штук являлись комбинированными дорожными машинами, а также 5 единиц техники – грузовых бортовых марки ГАЗон  NEXT (том 5, л.д. 101-104).

Таким образом, истец обладает достаточным парком собственной грузовой техники.

Данные обстоятельства позволяют суду сделать вывод о том, что предъявленные ко взысканию расходы истца по уплате арендной платы за пользование транспортным средством, услуг по грузоперевозке не являются обычным последствием повреждения в результате ДТП транспортного средства, принадлежащего истцу.

В связи с этим, суд приходит к выводу, что заявленные ко взысканию истцом расходы по оплате оказанных транспортных услуг, аренде строительной техники не находятся в причинно-следственной связи с фактом повреждения автомобилей в ДТП 18.02.2022 г. в связи  недоказанностью данного факта.

Из договора от 01.07.2022 г. с ООО «Универсал-сервис», в частности приложения №1 к нему следует, что сторонами согласована стоимость аренды бульдозера, сведений о стоимости аренды транспортных средств – самосвалов, данный договор не содержит.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить следующее обстоятельство.

Согласно положениям пунктов 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно заключения повторной судебной экспертизы рыночная стоимость автомобиля КАМАЗ 6520-73 государственный регистрационный знак <***>, составляет 2 971 782 руб.

Данная стоимость складывается из следующего: стоимость автомобиля КАМАЗ 6520-73, 2015 г. выпуска составляет 2 272 082 руб. и 699 700 руб. – стоимость установленного на нем дополнительного оборудования в виде пескоразбрасывательной установки.

Таким образом, стоимость автомобиля КАМАЗ 6520-73, 2015 г. выпуска – самосвала, без дополнительного оборудования определяется судом равной 2 272 082 руб.

Истцом же по предоставленным им документам заявлено о взыскании убытков за использование аналогичного транспортных средства в общей сумме более 2 767 707,26 руб., что нельзя признать разумным, добросовестным.

Кроме того, сведений о несении расходов связанных с оплатой услуг, арендой транспортных средств с установленным дополнительным оборудованием в виде пескоразбрасывательной установки, как на поврежденном транспортном средстве суду, не представлено.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, оценки представленных доказательств, доводов и возражений участников спора, суд приходит к выводу, что достоверные и бесспорные доказательства несения расходов в указанной сумме именно с целью восстановления нарушенного права истца в данной части в материалы рассматриваемого дела не представлены, что исключает наличие оснований для взыскания с ответчика убытков в размере 2 767 076,26 руб.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что основания для удовлетворения заявленных истцом требований в части взыскания убытков в размере 2 767 076,26 руб. отсутствуют.

С учетом изложенного, уточненные исковые требования истца подлежат удовлетворению частично.

Сторонам в определениях суда разъяснены положения части 2 статьи 268 АПК РФ о том, что дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по делу относится на стороны, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Согласно разъяснениям, изложенным в 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление Пленума № 1), при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику – пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В связи с частичным удовлетворением исковых требований, уплаченная истцом государственная пошлина за рассмотрение исковых требований, заявления об обеспечении иска относится на ответчика в сумме 9 709,73 руб.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции истцом понесены расходы по оплате повторной судебной экспертизы в сумме 70 000 руб., ответчиком понесены расходы по оплате первоначальной судебной экспертизы в размере 40 000 руб.

Распределение расходов по судебной экспертизе осуществляется по правилам статьи 110 АПК РФ и пункта 24 Постановления Пленума № 1. Следовательно, с учетом частичного удовлетворения иска, расходы по оплате судебных экспертиз подлежат отнесению на стороны: с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате проведенной по делу повторной судебной экспертизы в размере 16 691,17 руб., с истца в пользу ответчика подлежат взысканию расходы по оплате первоначальной судебной экспертизы в размере 30 464 руб.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела разъяснено», что суд вправе осуществить зачет судебных издержек, взыскиваемых в пользу каждой из сторон, и иных присуждаемых им денежных сумм как встречных (часть 4 статьи 1, статья 138 ГПК РФ, часть 4 статьи 2, часть 1 статьи 131 КАС РФ, часть 5 статьи 3, часть 3 статьи 132 АПК РФ).

В связи с увеличением размера исковых требований, недоплаченная часть государственной пошлины  подлежит взысканию со сторон в доход федерального бюджета пропорционально размеру удовлетворенных требований: 8 931 руб. – с ООО «Белдорстрой», 2 796 руб. – с ООО «Мотус». 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд первой инстанции

Р Е Ш И Л:

Уточненные исковые требования ООО "БЕЛДОРСТРОЙ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) удовлетворить частично.

Взыскать с  ООО "МОТУС" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу  ООО "БЕЛДОРСТРОЙ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) ущерб за не подлежащее восстановлению транспортное средство марки КАМАЗ 6520-73, 2015 года выпуска, регистрационный знак <***> в размере 1 039 550 руб., стоимость восстановительного ремонта транспортного средства марки 3010 KD, 2018 года выпуска, регистрационный знак <***> в размере 203 500 руб., расходы по транспортировке поврежденных транспортных средств в размере 18 246,27 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 709,73 руб., расходы по оплате проведенной по делу повторной экспертизы в размере 16 691,17 руб.  

Взыскать с ООО "БЕЛДОРСТРОЙ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО "МОТУС" (ИНН <***>, ОГРН <***>) расходы по оплате проведенной по делу экспертизы в размере 30 464 руб.  

В результате зачета взыскать с ООО "МОТУС" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО "БЕЛДОРСТРОЙ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) денежные средства в размере 1 257 233 руб. 17 коп.

Взыскать с ООО "БЕЛДОРСТРОЙ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 8 931 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела судом первой инстанции.

Взыскать с ООО "МОТУС" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 2 796 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела судом первой инстанции.

Исполнительный лист выдается после вступления судебного акта в законную силу по ходатайству взыскателя.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Белгородской области.


Судья

  А.В. Петряев