Постановление от 17 января 2024 г. по делу № А53-9691/2020

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-9691/2020
город Ростов-на-Дону
17 января 2024 года
15АП-20163/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 января 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,

судей Деминой Я.А., Долговой М.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

в отсутствие представителей,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Брокеройл» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 18.11.2023 по делу № А53-9691/2020 о процессуальном правопреемстве по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ТрейдОйл-Логистик» о замене кредитора ФИО2 на него в реестре требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник) общество с ограниченной ответственностью «КиСС» в лице конкурсного управляющего ФИО4 обратилось в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве и замене кредитора - ФИО2 на общество с ограниченной ответственностью «КиСС» в части задолженности в размере 8 445 221,30 руб.

От ООО «ТрейдОйл-Логистик» поступило ходатайство о процессуальном правопреемстве с требованием произвести процессуальное правопреемство на стороне заявителя, заменив ООО «КиСС» по его заявлению «О процессуальном правопреемстве с ФИО2 на нового кредитора ООО «КиСС» в третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО3 в сумме 8 445 221,30 рублей», поступившему в суд 14.03.2023 посредством подачи документов в электронном виде через «Мой арбитр», на нового заявителя этих требований ООО «ТрейдОйл-Логистик».

Определением от 21.07.2023 суд произвел замену заявителя общества с ограниченной ответственностью «КиСС» в лице конкурсного управляющего ФИО4 на общество с ограниченной ответственностью «ТрейдОйл-Логистик» (ОГРН <***>). Принят отказ ООО «КиСС» от заявления.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.11.2023 произведена замена кредитора по делу №А53-9691/2020 - ФИО2 на правопреемника - общество с ограниченной ответственностью «ТрейдОйл-Логистик» (ОГРН <***>) в реестре требований кредиторов ФИО3 в части задолженности в размере 8 445 221,30 руб. Учитывать указанное требование как единое консолидированное требование с требованием ФИО2 и подлежащее удовлетворению после полного удовлетворения требований ФИО2.

Определение мотивировано тем, что само по себе предоставление обеспечения в пользу лица, входящего в группу компаний, не свидетельствует о заключении договора о покрытии, напротив, данное поведение является стандартным для участников хозяйственных правоотношений. Кроме того, на момент предоставления обеспечения у должника и входящих в группу компаний лиц отсутствовали признаки неплатежеспособности.

Общество с ограниченной ответственностью «Брокеройл» обжаловало определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просило определение отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что правило о переходе прав кредитора в порядке суброгации к поручителю, исполнившему обязательство, является диспозитивным, и применяется, если иное не предусмотрено договором поручителя с должником или не вытекает из отношений между ними. Апеллянт указал, что с учетом пункта 5 Обзора судебной практики, в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора входят вопросы наличия /отсутствия между должником и давшим за него обеспечение залогодателем - ООО «КиСС» аффилированности (групповой связанности) и скрытого внутригруппового соглашения о покрытии. Последовательное предоставление ФИО3 собственного поручительства по кредитам, одновременно обеспечиваемым залогом имущества других участников группы, с достаточной степенью вероятности свидетельствует о том, что предоставление ООО «КиСС» залога по кредиту должника перед банком обусловлено наличием в группе скрытого договора о покрытии на случай необходимости погашения внешнего долга путем реализации предмета залога в пользу банка. Как полагает податель жалобы, заявителем не раскрыты причины предоставления обеспечения по кредитным обязательствам другого лица; не представлено доказательств, что в правоотношениях по обеспечению кредитных обязательств должника общество действовало самостоятельно, независимо друг от друга, каждый в собственном экономическом интересе, а их поведение не было скоординировано ФИО3 и продиктовано их внутригрупповым участием. Податель жалобы указал, что у заявителя отсутствовали собственные экономические интересы в обеспечении кредитных обязательств должника; целью предоставления обеспечения для ООО «АЗС Сервис» и ООО «КиСС» являлось получение выгоды не для себя лично, а для группы лиц в целом.

В судебное заседание от ООО «Брокеройл» посмтупило ходатайство об истребовании в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации:

- из Межрайонной ИФНС России №4 по Ростовской области (код 6174) (347375, <...>), сведения о расчетных счетах в банках и в иных кредитных учреждениях, которые были открыты: - ООО «Фирма Донбай» (ИНН <***>) с 30.12.1991 года; - ООО «АЗС-Сервис» (ИНН <***>) с 06.10.1992 года; - ООО «Тогус» (ИНН <***>) с 21.12.1998 года; - ООО «КиСС» (ИНН <***>) с 03.03.1994 года; - ООО «Донбайнефтегаз» (ИНН <***>) с 17.11.2010 года; - ФИО3 (ИНН <***>) со дня учета сведений об этом в ИФНС;

- из банков (иных кредитных учреждений), в которых у ООО «Фирма Донбай» (ИНН <***>); ООО «АЗС-Сервис» (ИНН <***>); ООО «Тогус» (ИНН <***>); ООО «КиСС» (ИНН <***>); ООО «Донбайнефтегаз» (ИНН <***>); ФИО3 (ИНН <***>) были открыты расчетные счета - развернутые выписки по операциям на указанных счетах со дня их открытия по день закрытия;

- у ФИО3 (<...>) - оборотно-сальдовые ведомости по дебету счета 50 «Касса», кассовые книги и книги покупок и продаж: ООО «Фирма Донбай» (ИНН <***>); ООО «АЗС-Сервис» (ИНН <***>); ООО «Тогус» (ИНН <***>); ООО «КиСС» (ИНН <***>); ООО «Донбайнефтегаз» (ИНН <***>).

В силу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Рассмотрев заявленное ходатайство об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что оно не подлежит удовлетворению, поскольку имеющиеся в материалах дела доказательства достаточны для рассмотрения настоящего обособленного спора по существу.

Помимо этого, в судебное заседание от ООО «Брокеройл» поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства. Ходатайство мотивировано тем, что в назначенный день представитель ООО «Брокеройл» не сможет принять участие в судебном заседании в связи с занятостью в другом процессе в г. Архангельск.

В силу части 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине. Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий (часть 5 указанной статьи).

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного заседания, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что приведенные заявителем обстоятельства не являются препятствием для рассмотрения спора по существу, с учетом представленных в материалы обособленного спора доказательств. Таким образом, обособленный спор может быть рассмотрен по имеющимся в материалах дела доказательствам, основания для отложения судебного разбирательства отсутствуют.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 156 АПК РФ счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 22.04.2021 (резолютивная часть решения объявлена 20.04.2021) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Определением от 11.01.2022 суд включил требование общества с ограниченной ответственностью коммерческого банка «Современные Стандарты Бизнеса» в размере 49 598 061,09 руб., в том числе 49 598 061,09 руб. - задолженность, в третью очередь реестра требований кредиторов должника - ФИО3.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 27.10.2022 (резолютивная часть 20.10.2022) произведена замена кредитора по делу №А53-9691/2020 - ООО коммерческого банка «Современные Стандарты Бизнеса» на правопреемника -ФИО2 в реестре требований кредиторов ФИО3 в части задолженности в размере 46 803 947,58 руб.

14.03.2023 по электронной системе «Мой Арбитр» поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «КиСС» в лице конкурсного управляющего ФИО4 о процессуальном правопреемстве и замене кредитора - ФИО2 на общество с ограниченной ответственностью «КиСС» в части задолженности в размере 8 445 221,30 руб.

В последующем, от ООО «ТрейдОйл-Логистик» поступило ходатайство о замене ООО «КиСС» на нового заявителя этих требований ООО «ТрейдОйл-Логистик» ввиду заключения 21.06.2023 между ООО «ТрейдОйл-Логистик» и ООО «КиСС» в лице конкурсного управляющего ФИО4 договора уступки прав требования, в соответствии с которым ООО «КиСС» (цедент) уступило ООО «ТрейдОйл-Логистик» (цессионарию) право требования к ООО «Фирма Донбай» в сумме 8 445 221,30 рублей.

Замена заявителя произведена определением от 21.07.2023.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Нормы Закона о банкротстве не содержат каких-либо особенностей в отношении регулирования вопросов о процессуальном правопреемстве в рамках дела о банкротстве, в связи с чем, при рассмотрении вопроса о процессуальном правопреемстве в деле о банкротстве следует руководствоваться положениями статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании части 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Из данной нормы следует, что процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с одним и тем же материальным правоотношением. Следовательно, передача процессуального права без установления материального правопреемства невозможна.

Указанные положения должны применяться с учетом особенностей осуществления процедур банкротства, в том числе особенностей порядка предъявления денежных требований к должнику, включения и исключения требований из реестра, объема процессуальных прав и обязанностей лиц с учетом их статуса в деле о банкротстве.

Основанием для процессуального правопреемства является переход субъективных материальных прав и обязанностей от одного лица к другому. Процессуальное правопреемство обуславливается правопреемством в материальном праве (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.07.2011 № 9285/10).

Обращаясь в суд с настоящим требованием заявитель указал, что определением от 11.01.2022 суд включил требование общества с ограниченной ответственностью коммерческого банка «Современные Стандарты Бизнеса» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее - банк) в размере 49 598 061,09 руб., в том числе 49 598 061,09 руб. -задолженность, в третью очередь реестра требований кредиторов должника - ФИО3.

Определением суда от 27.10.2022 произведена замена банка в реестре требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Фирма Донбай» на нового кредитора - ФИО2 в сумме 46 803 947,58 руб. (остатка задолженности) в третьей очереди реестра требований кредиторов.

Указанные требования были включены на основании имеющейся задолженности по заключенным между ООО «Фирма Донбай» и ООО КБ «ССтБ» договорам о предоставлении кредитной линии от 08.08.2017 № КЛЗ 1/080817-СтФД, в соответствии с которым заимодавец предоставляет заемщику кредит в размере 40 500 000 руб., а заемщик обязуется возвратить указанную сумму не позднее 06.08.2020 и внести в срок до 08.08.2018 плату за пользование в размере 486 000 руб., процентная ставка кредита составляет 14 % годовых; и от 21.09.2017 № КЛЗ 1/210917-СтФД, в соответствии с которым заимодавец предоставляет заемщику кредит в размере 15 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить указанную сумму не позднее 18.09.2020 и внести в срок до 21.09.2018 плату за пользование в размере 180 000 руб., процентная ставка кредита составляет 14 % годовых.

В обеспечение исполнения обязательств ООО «Фирма «Донбай» по указанным кредитным договорам между КБ «ССтБ» и третьим лицом ООО «КиСС» был заключен договоры о последующей ипотеке (залоге недвижимости) №3 ПЗл/080817от 08.08.2017. и №3 ПЗл/210917 от 21.09.2017.

Решениями Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-20514/2020-87-103 от 22.06.2020 и А40-19710/20-25-142 от 19.06.2020 в пользу КБ «ССтБ» обращено взыскание на предмет залога (недвижимое имущество), переданное по договору о последующей ипотеке (залоге недвижимости) №3 ПЗл/080817 от 08.08.2017 и по договору о последующей ипотеке (залоге недвижимости) №3 ПЗл/210917 от 21.09.2017г., в том числе:

АЗС: здание магазина, общая площадь: 46,3 кв. м, литер: А; Операторская, площадь общая: 26,3 кв. м, литер: Г; Уборная, площадь: 1,7 кв. м, литер: 1; Гараж, площадь: 52,2 кв. м, литер: Б; Навес, площадь: 140 кв. м, литер: г; Мощение, площадь: 1499 кв. м, литер: 8; Маслоуловитель, площадь: 10,1 кв. м, литер 3; Канализация ливневая, длиной: 46 м, литер: 4; Колодец, объем: 6 куб.м, литер 11, инвентарный номер: 7515, расположены по адресу: <...>, кадастровый (или условный) номер: 61:48:0030190:377;

Площадка, площадью: 25 кв. м., инвентарный номер: 7515, Литер: 14, расположена по адресу: <...>, кадастровый (или условный) номер: 61:48:0030190:1948;

1 топливораздаточная газовая колонка с 1 насосом и 1 емкостью 10 м3, площадью: 5.1 кв. м., инвентарный номер: 7515. Литер: VI., расположена по адресу: <...>, кадастровый (или условный) номер: 61:48:0030190:1949;

Земельный участок, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер: 61:48:0030190:28, категория земель - земли населенных пунктов, разрешенное использование - для иных видов использования, характерных для населенных пунктов, площадью 2020 кв.м.,

Земельный участок, расположенный по адресу: г. Волгодонск, Ростовской области, ул. Прибрежная, 8, установлено относительно ориентира АЗС, расположенного в границах участка, кадастровый номер 61:48:0030190:223, категория земель - земли населенных пунктов, площадью 523 кв.м.

Определен способ реализации предмета залога (недвижимого имущества) путем продажи с публичных торгов, с установлением начальной продажной цены в общем размере 10 446 023 рубля 70 коп.

В отношении ООО «КиСС» также было открыто конкурсное производство решением Арбитражного суда Ростовской области по делу №А53-12919/2021 от 04.08.2021 конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В ходе проведения процедуры банкротства ООО «КиСС» указанное заложенное имущество реализовано конкурным управляющим с торгов.

Требования основного кредитора ФИО2, включенные определением Арбитражного суда Ростовской области по делу №А53-12919/2021 от 22.12.2022 в РТК ООО «КиСС» в размере 10 674 000 руб. как обеспеченные залогом за счет его реализации погашены в сумме 8 445 221,30 руб. (платежным поручение №8 от 16.01.2013г. на сумму 7 808 261,45 руб. и платежным поручением №12 от 20.01.2023 – 636 959,85 руб.).

В результате за счет средств залогодателя - третьего лица ООО «КиСС», вырученных от реализации залога были частично исполнены обязательств ООО «Фирма «Донбай» перед правопреемником КБ «ССтБ» ФИО2 по договору о предоставлении кредитной линии от 08.08.2017 № КЛЗ 1/080817-СтФД.

Во исполнение обязательств по договору о предоставлении кредитной линии с лимитом задолженности № КЛЗ1/080817-СтФД, заключенному между ООО «Фирма Донбай» и ООО КБ «Современные Стандарты Бизнеса», между банком и должником ФИО3 также заключен договор поручительства №1П/080817 от 08.08.2017, в соответствии с условиями которого, должник принял на себя обязательства отвечать перед банком за исполнение обязательств ООО «Фирма Донбай» по договору №КЛЗ1/080817-СтФД от 08.08.2017, а также договор поручительства № №1П/210917 от 21.09.2017, в соответствии с условиями которого, должник принял на себя обязательства отвечать перед банком за исполнение обязательств ООО «Фирма Донбай» по договору №КЛЗ 1/210917-СтФД от 21.09.2017.

Согласно пункту 1 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364 - 367 настоящего Кодекса, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 365 ГК РФ к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

Также в соответствии с п.1 ст.387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств, в частности: 3) вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

К поручителю/залогодателю, исполнившему обязательство, переходят все права кредитора, в том числе требования, обеспечивающие основное обязательство, поскольку поручитель/залогодатель, исполнивший обязательство, не может находиться в худшем положении, чем первоначальный кредитор (определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.07.2016 № 51-КГ16-8, от 31.05.2016 № 32-КГ16-4).

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2023 № 26 «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве», при наличии оснований для замены кредитора на исполнившего обязательство поручителя по правилам подпункта 3 пункта 1 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации к такому поручителю требование кредитора переходит в пределах суммы, установленной в реестре требований кредиторов должника по обеспеченному обязательству (статья 365 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, погашение обязательств заемщика по кредитному договору за счет имущества поручителя и залогодателя в рамках дела о банкротстве последнего является основанием для перехода к нему прав требования к должнику в соответствующей части, и, соответственно, проведении замены кредитора в порядке процессуального правопреемства в деле о банкротстве основного заемщика.

Как указано ранее, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Фирма Донбай» №А53-37915/2018 определением Арбитражного суда Ростовской области от 11.04.2023 произведена замена кредитора ФИО2 в реестре требований кредиторов должника на нового кредитора - ООО «КиСС» в сумме 8 445 221,30 руб. в третьей очереди реестра требований кредиторов.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023 по делу №А53-37915/2018 определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.04.2023 по делу № А53-37915/2018 дополнено абзацем следующего содержания:

«Конкурсному управляющему учитывать указанное требование как единое консолидированное требование с требованием ФИО2 и подлежащее удовлетворению после полного удовлетворения требований ФИО2».

В остальной части определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.04.2023 по делу № А53-37915/2018 оставлено без изменения, апелляционные жалобы -без удовлетворения.

Данное постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда оставлено без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 11.01.2024 (резолютивная часть).

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

По смыслу приведенной процессуальной нормы преюдициальное значение приобретают лишь те фактические обстоятельства, установление которых судом ранее (по другому делу) основано на оценке спорных правоотношений в определенном объеме. Преюдициальное значение судебного акта следует воспринимать с учетом тех или иных особенностей ранее рассмотренного дела: предмета и основания заявленных требований, предмета доказывания, доводов участников спора, выводов суда по существу спора в связи с конкретными доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле, и исследованными и оцененными судом. При этом одна лишь оценка конкретного доказательства (в той или иной части) не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное для окончательного вывода о преюдиции.

Данная позиция о преюдициальности вынесенных ранее судебных актов изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2023 № 301-ЭС23-11499.

В рассматриваемом случае установлено, что замена кредитора в рамках дела о банкротстве ООО «Фирма Донбай» произведена по идентичным основаниям (за счет средств залогодателя - ООО «КиСС», вырученных от реализации залога были частично исполнены обязательств ООО «Фирма «Донбай» перед правопреемником КБ «ССтБ» ФИО2 по договору о предоставлении кредитной линии от 08.08.2017 № КЛЗ 1/080817-СтФД).

Таким образом, обстоятельства взаимоотношений между группой лиц, установленные судом в постановлении суда апелляционной инстанции от 25.09.2023 по делу №А53-37915/2018 не подлежат доказыванию при рассмотрении настоящего спора.

Как установлено судом первой инстанции, учредителями заемщика ООО «Фирма Донбай» (ИНН <***>) являются ФИО3 (ИНН <***>) с размером доли 44,5% уставного капитала; ФИО6 (ИНН <***>) с размером доли 44,5% уставного капитала; ФИО7 (ИНН <***>) с размером доли 11% уставного капитала; единоличным руководителем является ФИО3 (ИНН 6143М683373).

Учредителями залогодателя ООО «АЗС-Сервис» (ИНН <***>) являются ФИО3 (ИНН <***>) с размером доли 50/о уставного капитала и ФИО8 (ИНН <***>) с размером доли 50% уставного капитала, а руководителем организации - ФИО3 (ИНН <***>).

Учредителем залогодателя ООО «Тогус» (ИНН <***>) является ФИО3 (ИНН <***>) с размером доли 100% уставного капитала, единоличным руководителем - ФИО3 (ИНН <***>).

Учредителем залогодателя ООО «КиСС» (ИНН <***>) является ФИО3 (ИНН <***>) с размером доли 100% уставного капитала, единоличным руководителем - ФИО3 (ИНН <***>).

Учредителем поручителя ООО «Донбайнефтегаз» (ИНН <***>) является ФИО3 (ИНН <***>) с размером доли 50% уставного капитала, доля в размере 50% уставного капитала принадлежит самому обществу (ранее эта доля принадлежала ФИО6), единоличным руководителем является – ФИО3 (ИНН <***>).

Таким образом, на момент получения кредита и предоставления по нему обеспечения (08.08.2017 и 21.09.2017) учредителем и руководителем должника ООО «Фирма Донбай», залогодателей ООО «АЗС-Сервис», ООО «Тогус», ООО «КиСС» и поручителя ООО «Донбайнефтегаз» являлся ФИО3.

Действующее законодательство не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может признать переход прав кредитора к третьему лицу несостоявшимся, если установит, что, исполняя обязательство за должника, третье лицо действовало недобросовестно, исключительно с намерением причинить вред кредитору или должнику по этому обязательству.

Исходя из сложившейся судебной практики, при рассмотрении требования о включении в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В ситуации, когда лицо, оспаривающее возможность перехода права новому кредитору по мотиву допущенного злоупотребления правом, представляет достаточно серьезные доказательства и приводит убедительные аргументы в пользу того, что третье лицо при заявлении требования о переходе к нему прав кредитора действует недобросовестно, на него переходит бремя доказывания того, что исполнение произведено не с целью причинения вреда.

При оценке допустимости включения требований аффилированных лиц следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между сторонами, а также поведение потенциального кредитора в период как предшествующий банкротству, так и после возбуждения дела.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2022 № 305-ЭС21-15871(2), при разрешении вопроса о судьбе требования, приобретенного аффилированным цессионарием, в рамках дела о банкротстве заемщика следует исходить из существования трех ключевых моделей, упомянутых в Обзоре:

- если требование приобретено у независимого кредитора при отсутствии у должника признаков имущественного кризиса, то оно подлежит включению в основную очередь реестра (пункт 2 Обзора);

- если требование приобретено у независимого кредитора в условиях имущественного кризиса должника, то очередность удовлетворения такого требования понижается (пункт 6.2 Обзор);

- если требование приобретено за счет средств, ранее предоставленных должником цессионарию по договору покрытия, то такое требование не подлежит установлению в реестре (пункт 5 Обзора).

Одним из условий квалификации правоотношений сторон, как совершенных в рамках договора покрытия, является наличие у них компенсационной природы, то есть приобретение требования у независимого кредитора должно быть обусловлено безвозмездным получением цессионарием каких-либо активов от должника либо экономической группы, в которую входит должник.

При этом сами по себе названные разъяснения (в том числе при реальности первоначального долга) не препятствуют квалификации действий аффилированного цессионария в качестве злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) при наличии соответствующих оснований.

Указанный подход применим и в ситуации, когда аффилированная с должником компания перечисляет внешнему кредитору должника денежные средства во исполнение договора, на основании которого производится уступка требования к должнику, однако из анализа внутригрупповых отношений усматривается, что наряду с договором цессии, заключенным аффилированным лицом (цессионарием) с внешним кредитором (цедентом), вероятнее всего, цессионарием и должником также заключен договор о покрытии (о предоставлении должнику компенсации за изъятый у него актив путем совершения аффилированным лицом (цессионарием) платежа в пользу независимого кредитора должника), компенсационная природа которого не предполагает реализацию цессионарием прав кредитора.

Исходя из изложенного, одним из условий квалификации правоотношений сторон, как совершенных в рамках договора покрытия, является наличие у них компенсационной природы, то есть приобретение требования у независимого кредитора должно быть обусловлено безвозмездным получением цессионарием каких-либо активов от должника либо экономической группы, в которую входит должник.

Исполнение аффилированным лицом обязательств по обеспечительной сделке после признания должника банкротом и после признания банкротом поручителя не является обстоятельством, имеющим значение для разрешения вопроса об очередности удовлетворения требования (правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.06.2023 № 306-ЭС22-29354 по делу № А57-7507/2021).

Для решения вопроса об обоснованности требования и очередности его исполнения имеют значение аффилированность и сложившиеся взаимоотношения между должником и заявителем требования на момент заключения обеспечительной сделки, а не на момент исполнения обязательств поручителем условий обеспечительной сделки.

При вынесении постановления от 25.09.2023 по делу № А53-37915/2018 суд апелляционной инстанции исследовал вопрос о предоставлении обеспечения (залога) ООО «КиСС» по договору о предоставлении кредитных линий от 08.08.2017, и пришел к выводу, что в материалы дела не представлены доказательства того, что должник ООО Фирма «Донбай» находился в состоянии имущественного кризиса в момент заключения договора залога.

Судом апелляционной инстанции в постановлении от 25.09.2023 проанализированы рассмотренные в рамках дела о банкротстве ООО Фирма «Донбай» обособленные споры об оспаривании сделок свидетельствуют об отсутствии доказательств неплатежеспособности должника в 2017 году. Данный вывод основан на судебных актах, которыми отказано в признании недействительными сделок, совершенных должником в 2017 году, в связи с отсутствием признаков неплатежеспособности (определения от 25.01.2021 по делу № А53-37915/2018, от 09.02.2021 по делу № А53-37915/2018, от 02.03.2021 по делу № А53-37915/2018, от 30.05.2021 по делу № А53-37915/2018).

Таким образом, суд пришел к выводу, что из представленных в материалы дела доказательств не усматривается, что предоставленный ООО «КиСС» залог являлся формой компенсационного финансирования, учитывая, что наличие признаков имущественного кризиса у должника на момент заключения договора залога не доказано, что могло бы свидетельствовать о предоставлении должнику компенсационного финансирования.

Установление наличия общего для всей группы конечного бенефициара, перемещения активов внутри этой группы, уменьшившего имущественную сферу должника, последующего исполнения обязательства должника членом группы и обычной природы взаимодействия аффилированных лиц (предполагающей, как правило, скоординированность поведения, максимальный учет интересов друг друга, оптимизацию внутренних долговых обязательств, конфиденциальность информации о внутригрупповых соглашениях), предполагает необходимость предоставления доказательств реальности сложившихся между должником и кредитором правоотношений. А также раскрытия оснований внутригруппового движения денежных средств, подтверждения тому, что расчетные операции, опосредующие перемещение активов внутри группы, оформлены в соответствии с действительным экономическим смыслом и обусловлены разумными экономическими целями. Для правильного разрешения спора, прежде всего, необходимо исследовать внутригрупповые отношения, в том числе сложившиеся между должником и залогодателем, поскольку может иметь место следующая ситуация, когда у одного члена группы были изъяты денежные средства в пользу другого члена той же группы, который погасил долг первого перед независимым кредитором.

В рамках дела о банкротстве ООО «Фирма Донбай» конкурсный управляющий должника произвел анализ расчетного счета должника и указал следующее. В соответствии с выпиской по расчетному счету <***> в ООО «КБ «ССтБ» на счет ООО фирма «Донбай» поступили денежные средства по кредитному договору КЛЗ 1/210917-СтФД от 21/09/2017 в сумме 55 500 000 руб. Кредитные денежные средства были израсходованы на собственные хозяйственные нужды, а также перечислены ООО «Донбайнефтегаз» и ООО «Тогус».

При этом конкурсный управляющий должника указал, что в настоящее время в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) оспариваются платежи, произведенные должником в пользу ООО «Тогус» за период с 26.11.2015 по 19.07.2018 в сумме 105 169 498 руб. и ООО «Донбайнефтегаз» в период с 30.11.2015 по 04.05.2018 в сумме 78 757 800 руб. по мотиву отсутствия реального встречного представления.

Кроме того, конкурсный управляющий должника заявил довод о реальности отношений по договору о покрытии в Группе компаний «Донбай» и о погашении ООО «КиСС» задолженности должника перед независимым кредитором в рамках данного договора в счет компенсации за изъятие у должника кредитных ресурсов в пользу одного из членов группы, а также покрытия обязательств ООО «КиСС» перед ООО фирма «Донбай». Конкурсный управляющий указал, что согласно книге продаж должника за период с 2015 года ООО фирма «Донбай» поставила ООО «Кисс» товар на общую сумму 36 981 591,45 руб. с учетом НДС. В соответствии с выпиской по расчетным счетам должника оплата ООО «Кисс» за поставленную продукцию на расчетные счета должника поступила не в полном объеме. Разница между суммой поставленного товара и произведенной оплатой составляет 13 602 591,45 руб. с учетом НДС. При этом должник не предпринимал меры к взысканию задолженности с ООО «КИСС» в судебном порядке. По мнению конкурсного управляющего должника, данная сумма (13 602 591,45 руб.) согласуется с размером фактического произведенного покрытия ООО «Кисс» (8 455 221,30 руб.) за счет предмета залога последнего. По мнению конкурсного управляющего должника, анализ движения денежных средств по расчетным счетам должника подтверждает факт наличия внутри группы скрытого соглашения о покрытии, а также свидетельствуют о том, что в правоотношениях между ООО «КиСС» и должником данный залог представлял собой внутригрупповые расчеты.

Вместе с тем, доводы ООО «БрокерОйл» о погашении ООО «КиСС» задолженности ООО «Фирма Донбай» перед независимым кредитором в рамках договора покрытия, в счет компенсации за ранее изъятые у ООО «Фирма Донбай» (перераспределенные) активы в пользу других членов аффилированной группы, признана судом апелляционной инстанции необоснованными, документально неподтвержденными.

Заявители не представили доказательства, подтверждающие, какое имущество или денежные средства, в каком размере, изымались у должника в пользу ООО «КиСС». При этом, в рамках рассмотрения настоящего дела о банкротстве судом проверялись доводы управляющего о представлении должником денежных средств ООО «КиСС» по недействительным сделкам. Конкурсный управляющий оспорил платежи в сумме 604 000 руб., совершенные в период с 28.11.2015 по 19.07.2018.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Ростовской области от 31.05.2021 в удовлетворении отказано. Отказывая конкурсному управляющему в удовлетворении заявленного требования, суд исходил из того, что из материалов дела не следует, что для какой-либо из стороны оспариваемые платежи носили убыточный характер либо имелись признаки злоупотребления правом. Фактически перечисление денежных средств совершено в процессе обычной хозяйственной деятельности Фирмы Донбай и ответчика. Доказательств того, что данные операции совершены в целях исполнения противоправных, мнимых или притворных сделок, либо совершенных в целях злоупотребления правом, материалы дела не содержат.

Сведения о том, что денежные средства, перечисленные ООО «КиСС», вернулись в адрес должника или его бенефициаров (в том числе ФИО3), отсутствуют.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 31.05.2021 установлено, что должник арендовал у ООО «КиСС» магазин (являвшиеся предметом залога перед банком) по договору аренды от 01.01.2012, по которому и осуществлялись реальные платежи, то есть доходы от пользования имуществом ООО «КиСС» получал должник, и неравноценного изъятия (перераспределения) денежных средств в пользу ООО «КиСС» не осуществлялось. Конкурсный управляющий ООО «КиСС» представил в материалы дела выписку по счету общества, из которой следует, что ООО Фирма «Донбай» перечислило в 2017 году на расчетный счет ООО «КиСС» денежные средства в размере 148 000 руб. за аренду магазина от 11.01.2017. От ООО «Донбайнефетегаз» поступили денежные средства в размере 35 000 руб. - оплата комиссионных согласно договору № 18 от 01.01.2015. Иных поступлений от аффилированных лиц общество не получало. Напротив, ООО «КиСС» оплатило ООО «Фирма Донбай» за ГСМ, реализуемые на АЗС ООО «КиСС», 1 290 000 руб. Конкурсный управляющий должника заявил довод о том, что согласно книге продаж должника за период с 2015 года ООО фирма «Донбай» поставило ООО «Кисс» товар на общую сумму 36 981 591,45 руб. с учетом НДС.

В соответствии с выпиской по расчетным счетам должника оплата ООО «КиСС» за поставленную продукцию на расчетные счета должника поступила не в полном объеме. Разница между суммой поставленного товара и произведенной оплатой составляет 13 602 591,45 руб. с учетом НДС. Возражая против указанного довода, конкурсный управляющий ООО «КиСС» представил выписку банка ПАО «Возрождение» по счету № 40702810100600140161 за период 2013 - 2017 годы, из которой следует, что ООО «КиСС» перечислило на счет ООО «Фирма Донбай» по договору поставки № 1 от 01.01.2004 за ГСМ 55 386 500 руб. УБ. Таким образом, довод конкурсного управляющего должника основан на анализе хозяйственных операций, совершенных в 2015 году, что является необоснованным с учетом того, что взаимоотношения имеют длительный характер. Кроме того, предыдущий конкурсный управляющий должника ФИО9 в период с 12.12.2019 по 23.12.2020 провел финансовый анализ имущественного состояния должника, по результатам которого выявлена дебиторская задолженность, за счет взыскания которой предполагалось восстановление платежеспособности должника.

Указанный финансовый анализ положен в основу судебного акта о прекращении процедуры конкурсного производства и введении в отношении должника процедуры внешнего управления. Так, из финансового анализа следует, что дебитором ООО «Фирма Донбай» является ООО «КиСС» с суммой задолженности в размере 604 000 руб., а не как указывает конкурсный управляющий должника - в сумме более 13 млн. руб. Таким образом, довод конкурсного управляющего должника о покрытии задолженности в сумме более 13 млн. руб. путем реализации предмета залога не подтвержден документально. Представленная конкурсным управляющим ООО «КиСС» выписка по счету общества опровергает довод апелляционных жалоб о том, что ООО «КиСС» исполнило обязательство за должника перед независимым кредитором в рамках договора покрытия за предоставление залога по кредиту. Реализация заложенного имущества ООО «КиСС» осуществлялась не добровольно в соответствии с договоренностями с основным должником, а ввиду признания ООО «КиСС» банкротом, то есть под контролем суда и в целях удовлетворения требований независимых кредиторов (ФИО2).

Довод о том, что договор залога, на котором ООО «КиСС» основывает свои требования, заключен исключительно для создания подконтрольной ФИО3 фиктивной кредиторской задолженности, для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов, отклонен судом как необоснованный.

Конкурсный управляющий должника в дополнении к отзыву указал, что денежные средства, полученные должником по кредитному договору от 08.08.2017,заключенному между должником и КБ «ССтБ», направлены в адрес ООО «Донбайнефтегаз», на погашение ссудной задолженности по кредитным договорам в банке «Возрожение», на пополнение оборотных средств, приобретение нефтепродуктов, перечислены в пользу аффилированных лиц: ООО «Тогус», ООО «Донбайнефтегаз». Анализ движения денежных средств по расчетным счетам ООО «КиСС» свидетельствует о том, что денежные средства от указанных или иных аффилированных лиц из денежных средств, предоставленных должнику в рамках заключенных кредитных договоров, не поступали. В данном случае в материалах дела отсутствует совокупность доказательств, свидетельствующих о погашении ООО «КиСС» обязательств перед ФИО2 за должника в счет соглашения о покрытии.

Таким образом, суд пришел к выводу, что представленные в материалы дела доказательства не дают оснований полагать наличие устного либо письменного договора о покрытии. Критериями наличия сокрытого от суда и независимых кредиторов соглашения о покрытии являются обстоятельства изъятия полученных должником от кредитора денежных средств в пользу другого члена той же группы, наличие общего для всей группы конечного бенефициара, перемещение активов внутри этой группы, уменьшившее имущественную сферу должника, последующее исполнение обязательства должника членом группы, скоординированность поведения членов группы, максимальный учет интересов друг друга, оптимизацию внутренних долговых обязательств, конфиденциальность информации о внутригрупповых соглашениях. Таким образом, для констатации наличия договора о покрытии необходимо установить наличие достаточных доказательств реальности отношений по договору о покрытии и о погашении задолженности должника в рамках спорного обязательства в счет компенсации за изъятые у должника ранее кредитные ресурсы в пользу одного из членов группы. Соответствующие обстоятельства судом не установлены.

В материалы дела не представлены доказательства того, платежи носили транзитный характер, что денежные средства внутри группы свободно перемещались вне хозяйственных оснований. Получение залога от лица, входящего в одну группу лиц с должником, с точки зрения нормального гражданского оборота является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора. Доказательства того, что требования правопреемника Банка погашены за счет средств должника, отсутствуют. Доказательства выдачи кредитором залога с целью компенсации негативных результатов его воздействия на хозяйственную деятельность должника либо сокрытия кризисной ситуации от кредиторов, транзитного характера перечислений с целью создания искусственной задолженности, в материалы дела не представлены. Само по себе исполнение залогодателем, связанным с должником, долговых обязательств последнего за счет собственных средств (реализации в рамках дела о банкротства ООО «КиСС» залогового имущества), является правомерным поведением.

Согласно пункту 5 Обзора судебной практики от 29.01.2020 не подлежит удовлетворению заявление о включении в реестр требования аффилированного с должником лица, которое основано на исполнении им обязательства должника внешнему кредитору, если аффилированное лицо получило возмещение исполненного на основании соглашения с должником.

В деле отсутствуют доказательства получения кредитором возмещения от должника, а также доказательства погашения ООО «КиСС» долга перед банком (ФИО10) денежными средствами должника или за счет иного имущества должника.

Оценивая доводы лиц, участвующих в деле, о том, что должник и ООО «КиСС» входят в одну группу компаний, а погашение ООО «КиСС» задолженности должника представляет собой внутригрупповые расчеты, и данное требование не подлежит включению в реестр, судебная коллегия в постановлении от 25.09.2023 исходила из того, что сама по себе аффилированность ООО «КиСС» по отношению к должнику и лицам, входящим в группу, не является основанием для отклонения его требования в этой части, так как исполнение обязательств состоялось после возбуждения в отношении должника процедуры банкротства и данное обстоятельство не позволяет рассматривать такое погашение как способ компенсационного финансирования должника, а само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

С учетом совокупности обстоятельств, установленных в постановлении суда апелляционной инстанции от 25.09.2023 по делу №А53-37915/2018 при рассмотрении заявления о замене кредитора в деле о банкротстве основного заемщика, суд первой инстанции в рамках данного дела о банкротстве поручителя ФИО3 правомерно пришел к выводу о неподтвержденности доводов о наличии в отношениях сторон договора о покрытии. Кроме того, судом апелляционной инстанции в постановлении от 25.09.2023 по делу № А53-37915/2018 установлено отсутствие финансового кризиса в момент заключения договора поручительства.

В связи с этим, основания для отказа в удовлетворении заявления о процессуальной замене кредитора либо о субординировании требований отсутствуют.

При этом, суд первой инстанции верно учел, что порядок исполнения требования ООО «ТрейдОйл-Логистик» по отношению к требованиям ФИО2 необходимо определить с учетом позиции пункта 9 постановления Пленума ВС РФ № 26, согласно которому если должник по основному обязательству находится в процедуре банкротства и поручитель предоставил исполнение, недостаточное для полного удовлетворения требования кредитора (в том числе когда в соответствии с договором ответственность поручителя ограниченна), судам необходимо учитывать следующее.

Такой поручитель в силу пункта 4 статьи 364 Гражданского кодекса Российской Федерации не вправе конкурировать с кредитором за распределение конкурсной массы должника по основному обязательству. В частности, он не вправе получить удовлетворение требования, перешедшего к нему на основании закона, либо требования, вытекающего из договора о покрытии расходов поручителя, до полного удовлетворения требования кредитора.

В деле о банкротстве должника по основному обязательству требование предоставившего частичное исполнение поручителя, являющегося правопреемником на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации, и требование кредитора в непогашенной части учитываются в реестре требований кредиторов как единое консолидированное требование (статьи 71 и 100 Закона о банкротстве.

При определении пропорции, на основе которой конкурсная масса распределяется между всеми кредиторами, данное требование берется в расчет целиком, как если бы это было одно требование, принадлежащее одному лицу.

Поступившие в пользу консолидированного требования средства расходуются сначала на погашение требования кредитора по основному обязательству, а в случае полного его погашения - на удовлетворение требования поручителя.

Права кредитора в деле о банкротстве по консолидированному требованию осуществляет кредитор по основному обязательству как лицо, имеющее приоритет на получение исполнения, до момента полного погашения его требования. Число голосов, принадлежащих кредитору по основному обязательству на собрании кредиторов, определяется исходя из общего размера всего консолидированного требования.

При таких обстоятельствах, статус поручителя (залогодателя), частично исполнившего основное кредитное обязательство перед кредитором ФИО2, должен определяться по правилам пункта 9 постановления Пленума ВС РФ № 26.

Доводы апелляционной жалобы являлись предметом рассмотрения при обжаловании судебного акта о замене исполнившего поручителя (залогодателя) в деле основного заемщика и были судами отклонены. Основания для переоценки сделанных ранее выводов в силу статьи 69 АПК РФ и в соответствии с позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2023 № 301-ЭС23-11499, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 18.11.2023 по делу № А53-9691/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева


Судьи Я.А. Демина


М.Ю. Долгова