Постановление от 26 октября 2025 г. по делу № А60-9571/2023

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-6952/2025(1)-АК

Дело № А60-9571/2023
27 октября 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 20 октября 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 октября 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Иксановой Э.С.,

судей                               Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Ахметовой А.М.,

при участии:

внешнего управляющего должника – ФИО1 (паспорт),

от ФИО2: ФИО3 (паспорт, доверенность от 22.09.2025),

в режиме «Веб-конференции» посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

финансового управляющего ФИО2 – ФИО4 (паспорт),

от иных лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

финансового управляющего ФИО2 – ФИО4

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 30 июня 2025 года

о взыскании с ФИО2 в пользу должника убытков в сумме 18 874 500,38 руб.,

вынесенное в рамках дела № А60-9571/2023

о признании общества с ограниченной ответственностью «Квазар-Урал» (ООО «Квазар – Урал», ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: закрытое акционерное общество «Уралэнерго-Союз» (ЗАО «Уралэнерго-Союз», ИНН <***>),

установил:

определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.05.2023 по делу № А60-9571/2023 в отношении ООО «Квазар – Урал» (далее также – должник) введена процедура наблюдения,  временным управляющим должника утвержден ФИО1.

Сообщение о введении в отношении должника наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» №88(7533) от 20.05.2023.

Определением от 30.11.2023 (резолютивная часть от 23.11.2023) по делу №А60-9571/2023 в отношении должника введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев.

Определением от 12.01.2024 (резолютивная часть от 10.01.2024) по делу №А60-9571/2023 внешним управляющим утвержден ФИО1

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 28.02.2024 по делу № А60-41669/2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедуры реализации его имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4

07.05.2024 в арбитражный суд поступило заявление внешнего управляющего о признании денежного требования ООО «Квазар – Урал» к должнику ФИО2 обоснованным и включении этого требования в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО2

Определением Арбитражного суда от 01.07.2024 из дела № А60-41669/2023 в порядке ст. 130 АПК РФ выделено в отдельное производство заявление ООО «Квазар – Урал» в лице внешнего управляющего к ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО2 задолженности в размере 21079 794,05 руб. Указанный обособленный спор объединен в одно производство для совместного рассмотрения с делом №А60-9571/2023.

Определением от 19.07.2024 заявление внешнего управляющего общества «Квазар – Урал» к ФИО2 квалифицировано в качестве заявления о взыскании убытков с бывшего руководителя должника – общества «Квазар – Урал» ФИО2 в деле о банкротстве общества «Квазар – Урал», назначено судебное заседание для рассмотрения спора.

07.10.2024 от внешнего управляющего поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, на основании которого он просит: взыскать с ФИО2 в пользу «Квазар – Урал» убытки в размере 21 079 794,05 руб., данное уточнение принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

Определением от 03.04.2025 в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ЗАО «Уралэнерго-Союз».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.06.2025 (резолютивная часть от 17.06.2025) заявление удовлетворено частично. С ФИО2 в пользу ООО «Квазар – Урал» взысканы убытки в сумме 18874 500,38 руб. В удовлетворении требований в остальной части отказано.

Финансовый управляющий ФИО2, не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований внешнего управляющего.

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что часть денежных средств в сумме 8 440 530 руб., полученных ФИО2 от должника, не может быть признана убытками, так как денежные средства не расходовались ФИО2 на свои нужды, а были перечислены ФИО2 сотрудникам ООО «Уралэнерго-Союз», ООО «Квазар-Екатеринбург», ООО «Индуктивность», входящим в группу компаний с ООО «Квазар-Урал», то есть фактически находились в группе компаний и расходовались на ее нужды, в том числе на выплату заработной платы следующим сотрудникам: ФИО5 – 33 000 руб., ФИО6 – 909 000 руб., ФИО7 – 498 000 руб., ФИО8 – 61 650 руб., ФИО9 – 49 500 руб., ФИО10 – 35 500 руб., ФИО11 – 25 000 руб., ФИО12 – 380 000 руб., ФИО13 – 6 148 880 руб., ФИО14 – 25 000 руб., ФИО15 – 129 000 руб., ФИО16 – 146 000 руб. Вхождение в одну группу компаний подтверждается тем, что участниками /учредителями, директорами данных обществ являются родственники ФИО2, общества расположены по одному и тому же адресу. ООО «Квазар-Урал» не признано банкротом, в связи с чем не понятно, в чью пользу взыскиваются убытки: в интересах кредиторов или группы компаний; внешний управляющий говорил о том, что план внешнего управления будет в скором времени выполнен, требования кредиторов погашены полностью, при таких обстоятельствах предъявление требований о взыскании убытков, превышающих размер требований кредиторов, направлено на компенсацию потерь самого должника, заявлено в интересах лиц, обладающих правом на получение ликвидационной квоты – группы компаний, что недопустимо. Суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание перечисления на сумму 487 000 руб. от ФИО2 в адрес работников ООО «Квазар-Урал»: ФИО17 – 22 000 руб., ФИО18 – 356 600 руб., ФИО19 – 98 400 руб., ФИО20 – 10 000 руб.; из ответа ФИО17 на запрос финансового управляющего от 09.02.2025 следует, что 22 000 руб. были перечислены в счет погашения задолженности по заработной плате, образовавшейся в ООО «Квазар-Урал», к ответу приложен расчетный лист, из которого следует, что ООО «Квазар-Урал» выплатило заработную плату только на сумму 30 315 руб., остаток задолженности составляет 50 299,30 руб., следовательно, 22 000 руб. были перечислены ФИО2 в счет погашения долга по заработной плате; из ответа ФИО18 от 03.02.2025 следует, что денежные средства, перечисленные ФИО2, были выплатой заработной платы, командировочными или подотчетными денежными средствами для выполнения служебных обязанностей в ЗАО «Уралэнерго-Союз» и ООО «Квазар-Урал»; ФИО19 является участником ООО «Квазар-Урал» с долей 50% в уставном капитале; ФИО20 являлась работником ООО «Квазар-Урал», что подтверждается ответом Социального фонда России от 09.10.2024; с 05.02.2020 до 05.04.2023 являлась единственным участником и директором в ООО «Квазар-Екатеринбург»; таким образом, денежные средства в сумме 487 000 руб. не являются убытками, израсходованы на нужды должника. В связи с изложенным имеются основания для дополнительного уменьшения размера убытков на 8 927 530 руб. (8 440 530 + 487 000).

 Внешний управляющий должника в отзыве на апелляционную жалобу просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на то, что наличие аффилированности между должником и указанными организациями не говорит о том, что они являются группой компаний. Выведение ФИО2 18 838 827,34 руб. причинило вред кредиторам должника, сумма убытков покрывает требования, включенные в реестр. Отсутствие данного вывода денежных средств позволило бы не допустить формирование долгов должника в таком объеме. Внешний управляющий действует в интересах должника и его кредиторов, подать заявление о взыскании убытков является его обязанностью. Взыскание убытков позволит удовлетворить требования, включенные в реестр, погасить текущую задолженность и восстановить платежеспособность должника. Ранее имелась возможность исполнить план внешнего управления в полном объеме, однако с учетом текущей ситуации план не будет выполнен. Внешним управляющим планируется проведение собрания кредиторов с постановкой вопроса о подаче заявления о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства. Хозяйственная деятельность ООО «Квазар-Урал» самостоятельна, не зависит от других организаций, аффилированных с ним. Обязанности по выплате заработной платы сотрудника ЗАО «Уралэнерго-Союз» и ООО «Индуктивность» у должника не было, указанные апеллянтом суммы не подлежат исключению из состава убытков. Задолженности по выплате заработной платы ФИО17 в сумме 22 000 руб. должник не имел. ЗАО «Уралэнерго-Союз» и должником в рамках исполнения служебных обязанностей не конкретизировано, какая сумма расходов потрачена на интересы каждого из них, первичная документация о расходовании денежных средств на нужды ООО «Квазар-Урал» у должника отсутствует. По переводам ФИО19 – у должника отсутствует правовое основание для выплаты денежных средств (решение о распределении прибыли). Вопрос начисления и выплаты заработной платы ФИО20 за спорный период (до июля 2022) исследован судом, данная сумма учтена в составе убытков правомерно.

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддерживает, просит определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. 

Внешний управляющий должника с доводами апелляционной жалобы не согласен по основаниям, изложенным в отзыве, считает определение законным и обоснованным, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, определение – без изменения.

Представитель ФИО2 с доводами апелляционной жалобы не согласен, считает определение законным и обоснованным, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, определение – без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Квазар-Урал»  руководителем Общества до 15.12.2023 являлся ФИО2

Как следует из выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Квазар-Урал» № *0845 АО «Альфа-Банк» за период с 07.05.2019 по 07.06.2022 с расчетных счетов должника были перечислены (выданы) денежные средства ФИО2 в общей сумме 21 079 794,05 руб. с назначениями платежей в большинстве случаев: «Перечисление на командировочные расходы сотруднику ФИО2 на карт.счет №40817810806840048581».

Ссылаясь на то, что  данное перечисление было безосновательным, возврат данных денежных средств должнику не произведен, какое-либо встречное предоставление отсутствует, внешний управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с ФИО2 в пользу должника 21 079 794,05 руб. убытков (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

Взыскивая с ФИО2 18 874 500,38 руб. убытков, суд первой инстанции исходил из того, что срок исковой давности внешним управляющим не пропущен; предусмотренная ст. 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) совокупность обстоятельств установлена; ФИО2 являлся контролирующим должника лицом; ФИО2, являясь руководителем Общества, лично принимал решения о выдаче ему денежных средств; 189 757,05 руб. не подлежат взысканию с ФИО2 в качестве убытков, поскольку из них: 145 010,05 руб. в период с 15.07.2020 по 01.07.2021 перечислено ФИО2 в качестве заработной платы; 43 447 руб. перечислены 16.12.2019 со счета должника не на личный счет ФИО2, а в УФК по Свердловской области в качестве удержанного с ФИО2 НДФЛ по договору займа от 26.07.2018, 1 300 руб. перечислены 31.05.2022 со счета должника не на личный счет ФИО2, а в Уральское управление Ростехнадзора в качестве государственной пошлины за проведение аттестации ФИО2; 1 623 000 руб., а также 318 030,33 руб., 57 256,3 руб., 17 249,99 руб., полученные ФИО2 со счета должника и в последующем перечисленные работникам ООО «Квазар-Урал», в том числе ФИО21, ФИО22, ФИО23, в пределах существовавшего у Общества обязательства по выплате работникам заработной платы, не являются убытками, так как израсходованы ФИО2 на нужды должника; доводы финансового управляющего о перечислении части денежных средств ФИО2 сотрудникам обществ «Уралэнерго-Союз», «Квазар-Екатеринбург», «Индуктивность», входящих в группу компаний с обществом «Квазар-Урал» отклонены, поскольку аффилированность не свидетельствуют о том, что данные общества составляли группу компаний; оснований для вывода о несении данными обществами совместно всех обязательств перед их сотрудниками не имеется; документы первичного бухгалтерского учета, подтверждающие использование данных денежных средств как подотчетных сумм в интересах должника, а также возврат денежных средств в кассу предприятия, не представлено; виновными действиями ФИО2 должнику причинены убытки в размере 18 874 500,38 руб.

Отказывая в удовлетворении требований в остальной части, суд первой инстанции исходил из того, что оснований для исключения из состава убытков перечислений в пользу ФИО17, ФИО18 не имеется, так как обязательства по оплате труда указанных сотрудников исполнены обществом «Квазар-Урал» в полном объеме; трудовой договор с ФИО17 и справки по форме 2-НДФЛ не представлены, Общество перечислено указанному лицу 30 315 руб.; размер заработной платы в обществе «Квазар-Урал» ФИО18 составил в 2021-2022 годах 212 833,63 руб. (без учета НДФЛ), при этом Общество перечислило ему в тот же период 621 363,55 руб.; то есть  указанным лицам 378 600 руб. перечислены ФИО2 по иным основаниям, не связанным с хозяйственной деятельностью Общества.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы,  отзыва, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке  ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно п. 1 ст. 99 Закона о банкротстве внешний управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) членов коллегиальных органов управления должника, членов совета директоров (наблюдательного совета), единоличного исполнительного органа, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п.2 ст. 15) (ст. 1082 ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно п. 1 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Названные лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (п. 2 ст. 44 Закона № 14-ФЗ).

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (п. 1 ст. 50 ГК РФ).

Согласно разъяснений, изложенных в п. 35 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

На основании п. 1 ст. 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

В силу п. 2 ст. 61.20 Закона о банкротстве требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) указано, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо (п. 4 Постановления № 62).

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятия вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 6 Постановления № 62, по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

В пункте 8 Постановления № 62 разъяснено, что удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Квазар-Урал»  руководителем Общества до 15.12.2023 являлся ФИО2, следовательно, он являлся контролирующим должника лицом.

Принимая во внимание, что ФИО2, являясь руководителем общества, лично принимал решения о выдаче ему денежных средств, то есть действовал в условиях конфликта между его личными интересами и интересами общества, суд первой инстанции обоснованно указал, что именно он в силу приведенных в пп. 1 и 2 Постановления № 62 разъяснений должен представить доказательства, опровергающие факт причинения убытков или подтверждающие отсутствие его вины. Учитывая специфику дел о банкротстве, к ответчику применяется повышенный стандарт доказывания.

Согласно п. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон № 402-ФЗ) каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Согласно п. 2 ст. 9 Закона № 402-ФЗ первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания.

Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных.

Из пункта 1 статьи 10 Закона № 402-ФЗ следует, что данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета.

В силу п. 2 ст. 10 названного Закона не допускаются пропуски или изъятия при регистрации объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета, регистрация мнимых и притворных объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета.

Для целей настоящего Федерального закона под мнимым объектом бухгалтерского учета понимается несуществующий объект, отраженный в бухгалтерском учете лишь для вида (в том числе неосуществленные расходы, несуществующие обязательства, не имевшие места факты хозяйственной жизни). Под притворным объектом бухгалтерского учета понимается объект, отраженный в бухгалтерском учете вместо другого объекта с целью прикрыть его (в том числе притворные сделки).

В силу п. 3 ст. 10 Закона № 402-ФЗ бухгалтерский учет ведется посредством двойной записи на счетах бухгалтерского учета, если иное не установлено федеральными стандартами. Не допускается ведение счетов бухгалтерского учета вне применяемых экономическим субъектом регистров бухгалтерского учета.

Таким образом, все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, утвержденной руководителем экономического субъекта.

При этом хозяйственные операции должны отражаться в регистрах бухгалтерского учета.

Поскольку данные регистров бухгалтерского учета основаны на первичных документах, следовательно, содержащаяся в них информация должна быть идентична.

Из материалов дела следует, что согласно представленной внешним управляющим ФИО1 банковской выписки по счету №*0845 денежные средства должником ФИО2 перечислялись не только на командировочные расходы.

145 010,05 руб. в период с 15.07.2020 по 01.07.2021 перечислены ФИО2 с назначением платежа: «Перечисление заработной платы».

43 447 руб. перечислены 16.12.2019 со счета должника не на личный счет ФИО2, а в УФК по Свердловской области с назначением платежа: «НДФЛ, удержанный с ФИО2 по договору займа от 26.07.2018 г.».

1 300 руб. перечислены 31.05.2022 со счета должника не на личный счет ФИО2, а в Уральское управление Ростехнадзора с назначением платежа: «государственная пошлина за проведение аттестации ФИО2».

Таким образом, принимая во внимание, что ФИО2 являлся руководителем должника, то есть работником должника, он имел право на получение заработной платы, расходы должника на оплату государственной пошлины за проведение его аттестации, уплату со стороны должника налога ФИО2, начисленного в связи с его деятельностью в интересах должника.

Учитывая назначения данных платежей, а также случаи перечисления не на личный счет ФИО2, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что денежные средства на общую сумму 189 757,05 руб. не подлежат взысканию с ФИО2 в качестве убытков, поскольку таковыми для должника не являются.

Возражая относительно удовлетворения заявления о взыскании убытков финансовый управляющий ФИО2 ссылался на то, что ООО «Квазар-Урал», аффилированное с ФИО2, под видом выдачи командировочных перечисляло на его счет средства, которые последним не расходовались в целях оплаты командировочных расходов, а перенаправлялись на счета других лиц, фактически осуществляющих трудовую деятельность в ООО «Квазар-Урал».

Из материалов дела следует, что совокупный размер выплат заработной платы, осуществленных работодателем - ООО «Квазар-Урал», а также ФИО2 со своего личного счета работникам ООО «Квазар-Урал» ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34 и ФИО35 в период с 2019 по 2022 годы не превышает размер заработной платы, указанный в справках по форме 2-НДФЛ за этот же период.

При этом общий размер выплаты указанным работникам со счета ФИО2 составил 1 623 000 руб.

Таким образом, денежные средства в указанном размере, полученные ФИО2 со счета должника и в последующем перечисленные работникам ООО «Квазар-Урал» в пределах существовавшего у ООО «Квазар-Урал» обязательства по выплате работникам заработной платы, не являются убытками, так как израсходованы ФИО2 на нужды должника.

Данный вывод также является правильным.

Кроме того, суд апелляционной инстанции поддерживает следующие выводы суда первой инстанции.

Судом первой инстанции установлено, что работнику ООО «Квазар-Урал» ФИО21 в период с января 2021 года по декабрь 2022 года с учетом условий трудового договора подлежала выплате заработная плата в размере 966000 руб. Вместе с тем, со счета ООО «Квазар-Урал» ФИО21 причислено лишь 647 969,67 руб. То есть неисполненным осталось обязательство по выплате данному работнику разбитной платы на сумму 318030,33 руб.

Таким образом, денежные средства в сумме 318 030,33 руб., полученные ФИО2 со счета должника и в последующем перечисленные ФИО21 в пределах существовавшего у ООО «Квазар-Урал» обязательства по выплате работникам заработной платы, не являются убытками, так как израсходованы ФИО2 на нужды должника.

Из материалов дела следует, что работнику ООО «Квазар-Урал» ФИО22 в период с октября 2020 года по декабрь 2022 года согласно представленным справкам по форме 2-НДФЛ подлежала выплате заработная плата в размере 247 774,43 руб. Вместе с тем, со счета ООО «Квазар-Урал» ФИО22 причислено лишь 190 518,13 руб. То есть неисполненным осталось обязательство по выплате разбитной заработной платы на сумму 57256,3 руб.

Таким образом, денежные средства в сумме 57 256,3 руб., полученные ФИО2 со счета должника, и в последующем перечисленные ФИО22 в пределах существовавшего у ООО «Квазар-Урал» обязательства по выплате работникам заработной платы, не являются убытками, так как израсходованы ФИО2 на нужды должника.

Работнику ООО «Квазар-Урал» ФИО23 в декабре 2022 года согласно представленным справкам по форме 2-НДФЛ подлежала выплате заработная плата в размере 17 249,99 руб. Вместе с тем, со счета ООО «Квазар-Урал» ФИО23 денежные средства не перечислялись. То есть неисполненным осталось обязательство по выплате разбитной платы на сумму 17 249,99 руб.

Таким образом, 17 249,99 руб. руб., полученные ФИО2 со счета должника и в последующем перечисленные ФИО23 в пределах существовавшего у ООО «Квазар-Урал» обязательства по выплате работникам заработной платы, не являются убытками, так как израсходованы ФИО2 на нужды должника.

Вместе с тем, суд первой инстанции обоснованно заключил, что оснований для исключения из состава убытков перечислений в пользу ФИО17, ФИО18 не имеется, так как обязательства по оплате труда указанных сотрудников исполнены обществом «Квазар-Урал» в полном объеме.

Кроме того, трудовой договор с ФИО17 и справки по форме 2-НДФЛ не представлены. При этом обществом «Квазар-Урал» перечислено указанному лицу 30 315 руб.

Согласно справкам по форме 2-НДФЛ в отношении ФИО18 размер заработной платы в обществе «Квазар-Урал» составил в 2021-2022 годах 212833,63 руб. (без учета НДФЛ). При этом общество «Квазар-Урал» перечислено указанному лицу в этот же период 621 363,55 руб.

Таким образом, в отсутствие документов, подтверждающих, что данные перечисления связаны с хозяйственной деятельностью должника, суд первой инстанции обоснованно включил в состав убытков 378 600 руб., перечисленные ФИО2 по иным основаниям.

С учетом изложенного определен размер обосновано предъявленных к взысканию убытков в сумме 18 874 500,38 руб. (21 079 794,05 - 189 757,05 - 1 623 000 - 318 030,33 - 57 256,3 - 17 249,99).

При рассмотрении спора в первой инстанции финансовый управляющий ФИО2 – ФИО4 заявлял о том, что часть денежных средств, полученных ФИО2 от должника не могут быть признаны убытками, так как перечислены ФИО2 сотрудникам общества «Уралэнерго-Союз», общества «Квазар-Екатеринбург», общества «Индуктивность» входящих в группу компаний с обществом «Квазар-Урал».

В апелляционной жалобе финансовый управляющий ФИО2 заявил аналогичные доводы, указав, что часть денежных средств в сумме 8 440 530 руб., полученных ФИО2 от должника, не может быть признана убытками, так как денежные средства не расходовались ФИО2 на свои нужды, а были перечислены ФИО2 сотрудникам ООО «Уралэнерго-Союз», ООО «Квазар-Екатеринбург», ООО «Индуктивность», входящим в группу компаний с ООО «Квазар-Урал», то есть фактически находились в группе компаний и расходовались на ее нужды, в том числе на выплату заработной платы следующим сотрудникам: ФИО5 – 33 000 руб., ФИО6 – 909 000 руб., ФИО7 – 498 000 руб., ФИО8 – 61 650 руб., ФИО9 – 49 500 руб., ФИО10 – 35 500 руб., ФИО11 – 25 000 руб., ФИО12 – 380 000 руб., ФИО13 – 6 148 880 руб., ФИО14 – 25 000 руб., ФИО15 – 129 000 руб., ФИО16 – 146 000 руб. Вхождение в одну группу компаний подтверждается тем, что участниками/учредителями, директорами данных обществ являются родственники ФИО2, общества расположены по одному и тому же адресу.

Между тем, данные доводы были рассмотрены и обоснованно отклонены судом первой инстанции  по следующим мотивам.

Под группой компаний понимается не являющееся юридическим лицом объединение коммерческих юридических лиц, действующих в различных организационно-правовых формах и связанных между собой отношениями значительного влияния или контроля.

При этом, само по себе наличие аффилированности между должником и указанными обществами, а также нахождение их по одному и тому же адресу не свидетельствует об их вхождении в группу компаний и о наличии оснований для вывода о несении ими совместно всех обязательств перед их сотрудниками.

Как указал внешний управляющий должника, хозяйственная деятельность ООО «Квазар-Урал» самостоятельна, не зависит от других организаций, аффилированных с ним.

Внешним управляющим должника и финансовым управляющим ФИО2 в материалы дела представлены расчеты по фактам перечисления денежных средств. Внешним управляющим представлены сводные таблицы и подтверждающие документы по вопросам начисления заработной платы и фактическим выплатам заработной платы со счета ООО «Квазар-Урал», а финансовым управляющим ФИО2 – сводные расчеты по перечислению денежных средств со счета ФИО2 сотрудникам должника и иным физическим лицам.

Суд первой инстанции сопоставил эти данные, в связи с чем, правомерно уменьшил заявленные внешним управляющим требования на сумму задолженности по заработной плате сотрудников должника, погашенной с личного счета ФИО2

Апеллянт также указал на следующее. Суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание перечисления на сумму 487 000 руб. от ФИО2 в адрес работников ООО «Квазар-Урал»: ФИО17 – 22 000 руб., ФИО18 – 356 600 руб., ФИО19 – 98 400 руб., ФИО20 – 10 000 руб.; из ответа ФИО17 на запрос финансового управляющего от 09.02.2025 следует, что 22 000 руб. были перечислены в счет погашения задолженности по заработной плате, образовавшейся в ООО «Квазар-Урал», к ответу приложен расчетный лист, из которого следует, что ООО «Квазар-Урал» выплатило заработную плату только на сумму 30 315 руб., остаток задолженности составляет 50 299,30 руб., следовательно, 22 000 руб. были перечислены ФИО2 в счет погашения долга по заработной плате; из ответа ФИО18 от 03.02.2025 следует, что денежные средства, перечисленные ФИО2, были выплатой заработной платы, командировочными или подотчетными денежными средствами для выполнения служебных обязанностей в ЗАО «Уралэнерго-Союз» и ООО «Квазар-Урал»; ФИО19 является участником ООО «Квазар-Урал» с долей 50% в уставном капитале; ФИО20 являлась работником ООО «Квазар-Урал», что подтверждается ответом Социального фонда России от 09.10.2024; с 05.02.2020 до 05.04.2023 являлась единственным участником и директором в ООО «Квазар-Екатеринбург»; таким образом, денежные средства в сумме 487 000 руб. не являются убытками, израсходованы на нужды должника. В связи с изложенным имеются основания для дополнительного уменьшения размера убытков на 8 927 530 руб. (8 440 530 + 487 000).

При этом, как уточнил временный управляющий, обязанности по выплате заработной платы сотрудникам ЗАО «Уралэнерго-Союз» и ООО «Индуктивность» у должника не было и не могло быть. Исходя из имеющихся документов, задолженности по выплате заработной платы ФИО17 в сумме 22 000 руб. должник не имел.

При этом письменные доказательства имеют приоритет перед объяснениями ФИО17 как ранее было указано, трудовой договор с ним отсутствует, справки 2-НДФЛ на ФИО17 не представлены.

Ответ ФИО18 также не может быть принят во внимание, поскольку в рамках исполнения служебных обязанностей ЗАО «Уралэнерго-Союз» и должником не конкретизировано, какая сумма расходов потрачена на интересы каждого из них, первичная документация о расходовании денежных средств на нужды ООО «Квазар-Урал» у должника отсутствует.

У должника отсутствовало правовое основание для выплаты денежных средств ФИО19 (решение о распределении прибыли).

Заработная плата ФИО20 за спорный период (до июля 2022) в отсутствие подтверждающих необходимость ее выплаты документов также  учтена в составе убытков правомерно.

Таким образом, руководителем должника ФИО2 в порядке ст.65 АПК РФ документы первичного бухгалтерского учета, подтверждающие использование данных денежных средств как подотчетных сумм в интересах должника, а также операций по возврату денежных средств в кассу предприятия, не представлены.

То есть ФИО2 не представил оправдательные документы, свидетельствующие об использовании денежных средств в сумме 18 874 500,38 руб., в том числе заявленные апеллянтом 8 440 530 руб., в интересах должника.

При этом, взыскание в качестве убытков суммы, за вычетом 8 440 530 руб., апеллянт, исходя из доводов жалобы, фактически не оспаривает. А явившийся в судебное заседание представитель ФИО2 согласен с принятым судом первой инстанции решением.

В связи с изложенным, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, обстоятельства спора, установив совокупность условий, необходимых для взыскания убытков в качестве гражданско-правовой ответственности, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что виновными действиями ФИО2 должнику причинены убытки в размере 18 874 500,38 руб., и правомерно взыскал с ФИО2 данную сумму.

Доводы апеллянта о том, что ООО «Квазар-Урал» не признано банкротом, в связи с чем, не понятно, в чью пользу взыскиваются убытки: в интересах кредиторов или группы компаний; внешний управляющий говорил о том, что план внешнего управления будет в скором времени выполнен, требования кредиторов погашены полностью, при таких обстоятельствах предъявление требований о взыскании убытков, превышающих размер требований кредиторов, направлено на компенсацию потерь самого должника, заявлено в интересах лиц, обладающих правом на получение ликвидационной квоты – группы компаний, что недопустимо, отклоняются.

Как указал внешний управляющий должника, вывод ФИО2 денежных средств в сумме 18 874 500,38 руб. причинил в первую очередь вред кредиторам должника, отсутствие данного вывода денежных средств позволило бы не допустить формирование долгов должника в таком объеме.

Реестр требований кредиторов составляет 18 838 827, 34 руб. Следовательно, сумма взысканных убытков - 18 874 500,38 руб. полностью покрывает требования, включенные в реестр. Взыскание убытков позволит удовлетворить требования, включенные в реестр, погасить текущую задолженность и восстановить платежеспособность должника.

При этом, ранее, с учетом изменений и дополнений, которые были в ходе внешнего управления и утверждены собранием кредиторов, действительно существовала реальная возможность исполнить план внешнего управления в полном объеме, однако с учетом текущей ситуации план внешнего управления не будет выполнен, в связи с чем, внешним управляющим планируется проведение собрания кредиторов с постановкой вопроса о подаче заявления о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

При изложенных обстоятельствах, финансовым управляющим ФИО2 фактически не приведено доводов, не исследованных судом первой инстанции при рассмотрении спора.

Выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Кроме того, при рассмотрении спора в первой инстанции ФИО2 было заявлено о пропуске внешним управляющим общества «Квазар-Урал» срока исковой давности для предъявления требований о взыскании убытков.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (ст. 195 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель. Соответствующее требование подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве.

Поскольку данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором) (статья 200 ГК РФ).

ФИО1 утвержден временным управляющим должника 02.05.2023.

Таким образом, на дату подачи заявления о взыскании убытков (07.05.2024) трехлетний срок исковой давности для подачи заявления арбитражным управляющим общества «Квазар-Урал» не пропущен.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку судом апелляционной инстанции было удовлетворено ходатайство финансового управляющего ФИО2 о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины на срок до окончания рассмотрения дела; документы, подтверждающие уплату государственной пошлины по апелляционной жалобе, не представлены, на основании ст. 110 АПК РФ, п. 19 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации  государственная пошлина по апелляционной жалобе в сумме 10 000 руб. подлежит взысканию в доход федерального бюджета за счет конкурсной массы ФИО2

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 30 июня 2025 года по делу № А60-9571/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 за счет конкурсной массы в доход федерального бюджета 10 000 рублей госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.


Председательствующий


Э.С. Иксанова

Судьи


О.Н. Чепурченко


М.А. Чухманцев