Постановление от 15 апреля 2021 г. по делу № А71-8637/2018



СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-19822/2019(4)-АК

Дело №А71-8637/2018
15 апреля 2021 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 апреля 2021 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей Т.В. Макарова, Т.С. Нилоговой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания В.Г. Паршиной,

при участии в судебном заседании:

в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от кредитора публичного акционерного общества «Т плюс» - Овчинникова Д.А., паспорт, доверенность от 20.01.2020;

от конкурсного управляющего должника Агнеевой Елены Константиновны – Рябышев С.А., паспорт, доверенность от 12.02.2021;

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд:

лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в заседании суда апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Ижевское управление жилищным фондом» Агнеевой Елены Константиновны

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 19 января 2021 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении Сумкина Александра Павловича, Овчинникова Игоря Владимировича, общества с ограниченной ответственностью «Расчетный центр «Ижевское управление жилищным фондом» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

вынесенное судьей В.Д. Барминой

в рамках дела №А71-8637/2018

о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Ижевское управление жилищным фондом» (ИНН 1832102366, ОГРН 1121832005547) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчиков Сумкин Александр Павлович, Овчинников Игорь Владимирович, общество с ограниченной ответственностью «Расчетный центр «Ижевское управление жилищным фондом»,

установил:

01.06.2018 общество с ограниченной ответственностью «Удмуртские коммунальные системы» (далее – ООО «УКС») обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Ижевское управление жилищным фондом» (далее – ООО «УК «ИУЖФ», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 08.06.2018 принято к производству, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 08.11.2018 (резолютивная часть от 31.10.2018) в отношении ООО «УК «ИУЖФ» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден Антоновский Александр Иванович (далее – Антоновский А.И.), член ассоциации СРО АУ «Стабильность».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №207 от 10.11.2018.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.02.2019 (резолютивная часть от 18.02.2019) ООО «УК «ИУЖФ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Касимовский Николай Владимирович (далее – Касимовский Н.В.), член ассоциации СРО АУ «Стабильность».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №38 от 02.03.2019.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.10.2020 (резолютивная часть от 09.10.2020) удовлетворено заявление Касимовского Н.В. об освобождении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим должника утверждена Агнеева Елена Константиновна (далее – Агнеева Е.К.), член ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

26.11.2019 в Арбитражный суд Удмуртской Республики поступило заявление конкурсного управляющего должника Касимовского Н.В. о привлечении контролирующих должника лиц Сумкина Александра Павловича (далее – Сумкин А.П.), Овчинникова Игоря Владимировича (далее – Овчинников И.В.), общества с ограниченной ответственностью «Расчетный центр «Ижевское управление жилищным фондом (далее – ООО «РЦ «ИУЖФ») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановлении производства по обсоленному спору до окончания расчетов с кредиторами, которое определением от 27.11.2019 принято к производству суда.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.01.2021 (резолютивная часть от 13.11.2020) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении Сумкина А.П., Овчинникова И.В., ООО «РЦ «ИУЖФ» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника Агнеева К.А. обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 19.01.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Заявитель жалобы указывает на то, что факт обращения Сумкина А.П. к конкурсному управляющему должника с намерением передать имеющуюся у него документацию не может свидетельствовать о добросовестном поведении бывшего руководителя должника, напротив, Сумкин А.П. изначально не планировал осуществить передачу документации конкурсному управляющему. С момента возникновения обязанности по передаче документации до момента обращения к управляющему прошло более года. Бывший руководитель должника назначил встречу без учета срока на доставку почтового отправления, чем лишил конкурсного управляющего возможности принять необходимую документацию. У конкурсного управляющего имеются разумные сомнения в объеме и значимости документации, которую бывший руководитель намеревался передать, поскольку он ссылается на то, что документация была изъята в рамках расследования уголовного дела. Полагает, что суд первой инстанции неверно оценил фактические обстоятельства дела, неисполнение бывшим руководителем должника обязанности передать документацию в полном объеме повлекло невозможность проведения целого комплекса мероприятий, связанных с взысканием дебиторской задолженности, выявление сделок, подлежащих оспариванию, осуществление иных обязанностей конкурсного управляющего, предусмотренных Законом о банкротстве. По мнению апеллянта, сопоставляя размер требований, включенных в реестр требований кредиторов должника (5 143,303 тыс.руб.) и размер балансовых активов должника на последнюю отчетную дату, можно сделать вывод о невозможности выхода из кризисного состояния. Вывод суда первой инстанции о том, что действия руководителя должника не выходили за пределы обычного хозяйственного риска, не имеют под собой каких-либо подтверждений и основываются на неверном толковании норм права. Сумкиным А.П. и Овчинниковым И.В. был создан центр прибыли и убытков, согласно которому все денежные обязательства перед ресурсоснабжающими организациями были осуществлены ООО «УК «ИУЖФ» (центр убытков), а вновь созданный центр прибыли ООО «РЦ «ИУЖФ» получил главный актив должника – обслуживание жилищного фонда, а также дебиторскую задолженность населения по оплате полученных должником поставленных ресурсов снабжения.

До начала судебного заседания от кредитора ПАО «Т плюс» поступил отзыв, в котором просит определение отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. Указывает на то, что конкурсным управляющим должника представлены достаточные доказательства в подтверждение доводов о нарушении Сумкиным А.П., Овчинниковым И.В обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд и наличия оснований для привлечения последних к субсидиарной ответственности по данному основанию. Материалами дела установлен момент возникновения обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, совпадающих с моментом объективного банкротства должника. Должник прекратил исполнение обязательств перед кредиторами еще в октябре-ноябре 2013 года. По состоянию на 31.05.2014 задолженность должника перед ООО «УКС» составляла уже 2 040 660,65 рубля, была не исполнена более шести месяцев (ноябрь 2013 года – май 2014 года), в последующем данная задолженность была взыскана решением от 22.01.2015 №А71-9739/2014 и включена в реестр требований кредиторов. В аналогичный период времени должник прекратил исполнение обязательств также перед кредиторами: АО «Энергосбыт плюс» (в реестр требований кредиторов должника включена задолженность по делу №А71-652/2015 в размере 225 368,36 рубля, в том числе 137 882,56 рубля за период октябрь 2013 года - май 2014 года), МУП г. Ижевска «Ижводоканал» (март 2013 года - июль 2014 года, дело №А71-10413/2014, август-ноябрь 2014 года, дело №А71-511/2015). То обстоятельство, что по состоянию на 31.05.2014 еще не были вынесены судебные акты о взыскании задолженности, не может быть принято во внимание, в том числе для целей установления даты наступления признаков объективного банкротства, поскольку фактически задолженность уже имелась. Позиция конкурсного управляющего относительно определения даты наступления признаков объективного банкротства, как 04.07.2016 – дата изготовления в полом объеме решения по делу №А71-5207/2016 о взыскании с должника в пользу ООО «УКС» задолженности, не подлежит применению, поскольку имеется более раннее решение от 22.01.2015 по делу №А71-9739/2014 (ноябрь 2013 года – май 2014 года). Прекращение платежей по обязательствам было обусловлено недостаточностью имущества, превышением размера обязательств над стоимостью активов должника. Имело место общее превышение совокупного размера обязательств над стоимостью его активов, что представляет собой вторую составляющую объективного банкротства. Об общей недостаточности имущества также можно сделать вывод, исходя из исполнительных производств, которые велись в отношении должника. Как минимум по состоянию на 31.05.2014 задолженность должника перед несколькими кредиторами составляла более двух миллионов рублей, была не исполнена в течение более 6 месяцев, объективная неплатежеспособность должника наступила как минимум на 31.05.2014 (в период руководства компанией Овчинниковым И.В.). Материалами дела установлен факт осознания должником (контролирующими должника лицами) признаков объективного банкротства, обстоятельств, освобождающих должника от исполнения обязанности по подаче заявления о банкротстве, не установлено. Финансовые затруднения, начавшиеся в 2013 году, и фактически не прекратившиеся, не могут быть признаны временными. Суду не представлены какие-либо экономические расчеты об ожидаемых (планируемых) поступлениях денежных средств от населения и юридических лиц на расчетный счет должника и о порядке погашения возникшей и нарастающей задолженности перед бюджетом с учетом наступивших сроков уплаты, исходя из которых у руководителя сформировался бы экономически обоснованный план по выходу из временного финансового затруднения. Не представлены суду и доказательства того, что действия руководителя были направлены на выработку какой-либо стратегии по выводу предприятия из кризиса, и данной стратегии руководитель должника разумно придерживался. Специфика деятельности должника не освобождает последнего от исполнения обязанности по подаче заявления о собственном банкротстве. Обязанность по оплате управляющей организацией коммунальных ресурсов не ставится в зависимость от факта поступления денежных средств от населения, поскольку должник, приняв на себя обязательства управляющей компании, несет обязанность по своевременной оплате поставленных энергоресурсов и должен предпринимать все действия по их взысканию с потребителей. Материалами дела установлена вина ответчиков в наращивании кредиторской задолженности, руководителями не были приняты исчерпывающие меры по ее погашению. Должником надлежащим образом работа с дебиторской задолженностью за весь период деятельности не проводилась, финансовые и иные трудности временный характер не носили, а положение общества только усугублялось. Наращивание задолженности сопровождалось одновременным выводом активов должника. Материалами дела установлен факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия, объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований кредиторов. Бывшим руководителем должника до настоящего момента не исполнена обязанность, предусмотренная статьей 126 Закона о банкротстве, по передаче бухгалтерской документации печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника. Руководителем Должника были переданы только учредительные документы должника, иные истребуемые документы переданы не были. Доказательств умышленного уклонения конкурсного управляющего должника от приемки соответствующих документов в материалах дела не имеется. Наличие оснований для привлечения Сумкина А.П. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ИУЖФ» в связи с непередачей документации, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, является доказанным.

В судебном заседании в онлайн-режиме представитель конкурсного управляющего должника Агнеевой Е.К. поддержал, просил определение отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель кредитора ПАО «Т плюс» доводы апелляционной жалобы поддержала, просила определение отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в силу статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, определением арбитражного суда от 08.06.2018 возбуждено производство по делу о банкротстве должника.

Определением от 08.11.2018 в отношении ООО «УК «ИУЖФ» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден Антоновский А.И.

Решением арбитражного суда от 22.02.2019 ООО «УК «ИУЖФ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Касимовский Н.В.

Определением от 12.10.2020 удовлетворено заявление Касимовского Н.В. об освобождении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим должника утверждена Агнеева Е.К.

В третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования кредиторов:

- общества с ограниченной ответственностью «Удмуртские коммунальные системы» в размере 4 684 304,04 рубля, в том числе 4 344 567,90 рубля долга, 99 511,20 рубля судебных расходов, 240 224,94 рубля неустойки, процентов (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 08.11.2018);

- акционерного общества «Энергосбыт плюс» в размере 561 903,36 рубля, в том числе 543 113,79 рубля долга, 18 789,57 рубля неустойки (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.03.2019);

- автономного учреждения «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг Удмуртской Республики» г. Ижевск в размере 300 978,80 рубля, в том числе 175 150,55 рубля долга, судебных расходов, 125 828,25 рубля неустойки (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11.03.2020);

- акционерного общества «Газпром газораспределение Ижевск» в размере 92 855,79 рубля (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.04.2019);

- муниципального унитарного предприятия г. Ижевска «Ижводоканал» в размере 1 342 635,61 рубля долга, судебных расходов (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.07.2019);

- общества с ограниченной ответственностью «КоммТранс» в размере 145 086,02 рубля долга, судебных расходов (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01.08.2019);

- общества с ограниченной ответственностью «ОТИС Лифт» в размере 32 016,56 рубля, в том числе 5 990,00 рублей долга, 26 026,56 рубля процентов (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.07.2019);

- общества с ограниченной ответственностью «ЭкоЛайн» в размере 314 923,75 рубля, в том числе 213 736,70 рубля долга, 101 187,05 рубля неустойки (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.05.2019);

- Федеральной налоговой службы в размере 2 416,98 рубля пени, штрафа (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.02.2019).

Во вторую очередь реестра требований кредиторов должника включено требование уполномоченного органа в размере 12 016,98 рубля (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.02.2019).

Ссылаясь на то, что бывшим руководителем должника Сумкиным А.П. не была исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника, что привело к невозможности выявления совершенных в период подозрительности сделок, их анализа на предмет необходимости оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, невозможности пополнения конкурсной массы путем взыскания дебиторской задолженности, невозможности установления содержания принятых органами должника решений; неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) 04.09.2016; осуществление подозрительных сделок по перечислению денежных средств в пользу аффилированного лица ООО «РЦ «ИЖУФ», конкурсный управляющий должника Касимовский Н.В. обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц Сумкина А.П., Овчинникова Овчинников И.В., ООО «РЦ «ИУЖФ» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановлении производства по обсоленному спору до окончания расчетов с кредиторами.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсный управляющий, заявляя требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по передаче конкурсному управляющему документов об имуществе и имущественных правах должника, его хозяйственной деятельности, не раскрыл обстоятельства невозможности формирования конкурсной массы должника в связи с неисполнением ответчиками названной обязанности; не представил доказательств, какие именно документы не предоставлены бывшим руководителем должника; не доказал наличие обстоятельств, свидетельствующих о наличии в действиях ответчиков состава правонарушения, достаточного для их привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании положений подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве). Суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим должника не представлено достаточных доказательств в подтверждение доводов о нарушении Сумкиным А.П., Овчинниковым И.В обязанности по подаче заявления в арбитражный суд в срок, который установлен статьей 9 Закона о банкротстве и наличия оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по данному основанию. Суд указал на то, что конкурсным управляющим должника не доказано совершение контролирующими должника лицами сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в утрате возможности полного погашения их требований, равно как и совершения ими действий (бездействия), которые явились необходимой причиной банкротства должника. Суд сделал вывод о том, что ООО РЦ «ИУЖФ» не является контролирующим должника лицом. Неразумность и недобросовестность действий (бездействия) Сумкина А.П., Овчинникова И.В. не доказана, вина в действиях (бездействии) контролирующих должника лиц отсутствует.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, выслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно абзацам 1 и 2 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, а также заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, также может быть подано конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником, бывшим работником должника или уполномоченным органом.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Заявление конкурсного управляющего должника Касимовского Н.В. о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника поступило в арбитражный суд 26.11.2019, обстоятельства, с которыми связано привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место как до, так и после вступления в законную силу Закона №266-ФЗ.

С учетом изложенного, к данным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве, действовавшие в указанный период времени.

В соответствии с положениями пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 постановления №53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

В пункте 18 постановления №53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности

В соответствии с частью 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий должника Касимовский Н.В. обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: Овчинникова И.В., Сумкина А.П., ООО «РЦ «ИУЖФ».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как указано в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением (пункт 6 статьи 61.10 закона о банкротстве).

В пунктах 3 и 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 №53) указано на то, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

По смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ ООО «УК «ИУЖФ» зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонной инспекцией ФНС №11 по Удмуртской Республике 17.10.2012.

В период с 17.10.2012 по 16.12.2015 руководителем ООО «УК «ИУЖФ» являлся Овчинников И.В., в период с 16.12.2015 до момента введения в отношении должника конкурсного производства руководителем ООО «УК «ИУЖФ» являлся Сумкин А.П.

С 17.10.2012 Овчинников И.В. и Сумкин А.П. являлись учредителями должника (Сумкин А.П. – 51% доли, Овчинников И.В. – 49% доли).

С учетом указанного, суд первой инстанции обоснованно признал Овчинникова И.В. и Сумкина А.П. контролирующими должника лицами.

Доказательства, свидетельствующие о наличии у ООО «РЦ «ИУЖФ» фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, в материалы дела не представлены и судом первой инстанции не установлены.

В данном случае, из смысла действующего законодательства о банкротстве ООО «РЦ «ИУЖФ» не может быть отнесено к категории контролирующего деятельность должника лица, что исключает возможность привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должника Касимовский Н.В. указал на неисполнение Сумкиным А.П. и Овчинниковым И.В. обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника, что привело к невозможности выявления совершенных в период подозрительности сделок, их анализа на предмет необходимости оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, невозможности пополнения конкурсной массы путем взыскания дебиторской задолженности, невозможности установления содержания принятых органами должника решений.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, принимает в ведение имущества должника, распоряжается его имуществом.

Согласно пункту 1 статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон №402-ФЗ) бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года (пункт 1 статьи 29 Закона № 402-ФЗ).

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта (пункт 1 статьи 7 Закона №402-ФЗ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце 10 пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.02.2019 суд обязал руководителя ООО «УК «ИУЖФ» в течение трех дней с даты оглашения резолютивной части решения обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему Касимовскому Н.В.

04.03.2019 конкурсному управляющему должника Касимовскому Н.В. выдан исполнительный лист серии ФС №020115566, который направлен 14.03.2019 в службу судебных приставов.

29.08.2019 от УФССП по Удмуртской Республике конкурсным управляющим получено письмо о ходе исполнительного производства №16503/19/18017-ИП, согласно которому бывшему руководителю ООО «УК «ИУЖФ» неоднократно вручены предписания о предоставлении документов, которые до настоящего времени не исполнены.

Согласно пояснениям Сумкина А.П., часть документации была передана временному управляющему должника Антоновскому А.И., остальная документация была направлена почтой, что подтверждается отчетом об отслеживании почтовой корреспонденции. Кроме того, документы и сведения о хозяйственной деятельности должника были изъяты и находятся в следственном управлении УМВД России по г. Ижевску, ввиду наличия возбужденного уголовного дела №1190194001607007.

Материалами дела подтверждено и судом установлено, что Сумкин А.П. направил в адрес конкурсного управляющего должника Касимовского Н.В. письмо с требованием незамедлительно получить по акту приема-передачи остальную техническую документацию 10.02.2020 по указанному в письме адресу, в связи с невозможностью направить документацию по почте ввиду ее большого объема и ценности, а также содержащихся в ней персональных данных собственников помещений многоквартирных домов (л.д.14 т 1).

Как пояснил конкурсный управляющий должника Касимовский Н.В., указанное письмо Сумкина А.П. было направлено 04.02.2020, получено управляющим 13.02.2020. Данное действие было совершено руководителем должника по прошествии более года в момента введения в отношении должника процедуры конкурсного производства, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

Конкурсный управляющий не явился в офис должника по адресу, указанному в письме, в связи с чем, Сумкиным А.П. был составлен акт о неявке на передачу технической документации.

Доказательства, свидетельствующие о том, что конкурсным управляющим должника Касимовским И.В. предпринимались меры по получению документов должника по адресу, указанному в письме, в иные даты, в материалах дела отсутствуют. При этом, невозможность получения документации должника в иные даты конкурсным управляющим не подтверждена.

Доказательств того, что непередача каких-либо документов относительно деятельности должника привела к невозможности формирования конкурсной массы, взыскания дебиторской задолженности и погашения требований кредиторов, а также осуществления иных мероприятий в рамках процедуры банкротства в отношении должника, не представлены.

Как верно отмечено судом первой инстанции, конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства, не раскрыл обстоятельства невозможности формирования конкурсной массы должника в связи с неисполнением ответчиками названной обязанности.

Вопреки доводу конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения к ответственности за сам факт непередачи документации, законодательные опровержимые презумпции не являются основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности. Будучи процессуальным приемом упрощения процесса доказывания, они остаются при этом нормами материального права, устанавливающими негативные правила (ограничения) в поведении контролирующих должника лиц в ситуации имущественной несостоятельности предприятия.

В данном случае, при отсутствии доказательств наличия причинно-следственной связи между непередачей контролирующими должника лицами документации (не указано какой конкретно) должника конкурсному управляющему, и невозможностью удовлетворения требований кредиторов должника, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о недоказанности наличия оснований для привлечения Сумкина А.П., Овчинникова И.В. к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника.

С учетом указанного, доводы заявителя апелляционной жалобы об уклонении Сумкина А.П. от исполнения указанной обязанности, как основание для привлечения его к субсидиарной ответственности отклоняются, как необоснованные.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должника Касимовский Н.В. указал на неисполнение руководителем должника Сумкиным А.П. требования, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 04.09.2016.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Аналогичные положения содержатся в статье 61.12 Закона о банкротстве.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

По смыслу приведённых разъяснений, неподача заявления после возникновения обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечёт привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если: эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника; и эти обстоятельства как внешние признаки объективного банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 N3-П, выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а зачастую и само существование организации.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований кредиторов.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, его учредителя, которые, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Из содержания приведенных норм права следует необходимость определения точной даты возникновения у руководителя должника соответствующей обязанности.

Согласно пункту 2 статьи 33 Закона о банкротстве, в редакции, действовавшей в спорный период, заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем пятьсот тысяч рублей.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующая обязанность не исполнена им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Согласно абзацам тридцать третьему и тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Конкурсный управляющий должника указывает на то, что обязанность по обращению руководителя должника в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом возникла не позднее 04.09.2016, однако, данная обязанность не исполнена, с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) обратилось ООО «УКС» 01.06.2018.

В частности, в подтверждение наличия оснований, предусмотренных пунктом 3 статьи 9 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должника ссылается на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.07.2016 по делу №А71-5207/2016, которым с ООО «УК «ИУЖФ» в пользу ООО «УКС» взысканы денежные средства в размере 1 981 849,19 рубля долга, 209 280,12 рубля неустойки. Указанная задолженность возникла на основании договора горячего водоснабжения №К5316, в ходе исполнения которого у должника образовалась задолженность за период с ноября 2013 года по февраль 2016 года в сумме 3 446 710,53 рубля. По результатам инвентаризации, проведенной конкурсным управляющим 16.05.2019, имущества у должника не выявлено.

Согласно пояснениям ООО «УКС», должник прекратил исполнение денежных обязательств как минимум в январе 2014 года, по состоянию на май 2014 года задолженность должника составляла более двух миллионов рублей. Своевременная подача заявления привела бы к возложению функции по обслуживанию многоквартирных домов на другую управляющую компанию, что исключило бы дальнейшее наращивание кредиторской задолженности должника. Овчинников И.В. обязан был обратиться с заявлением о признании должника банкротом не позднее 31.05.2014, в дальнейшем Сумкин А.П. также не исполнил обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом.

Вместе с тем, само по себе наличие у предприятия кредиторской задолженности в размере соответствующем пункту 2 статьи 6 Закона о банкротстве не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Относительно основания для привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) ответственность руководителя должника наступает за принятие на должника, уже отвечающего признакам банкротства, дополнительных обязательств (в силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Федерального закона).

Соответственно, размер ответственности определяется размером тех обязательств, которые возникли после наступления у должника объективного банкротства.

Как следует из материалов дела, должник является управляющей компанией.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности должника является управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе.

Жилищный кодекс Российской Федерации гарантирует непрерывность осуществления деятельности по управлению, обслуживанию многоквартирных жилых домов и оказанию (предоставлению) коммунальных услуг, направленную на соблюдение прав граждан (потребителей), обеспечение безопасности эксплуатации многоквартирных жилых домов.

Согласно Правилам предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 №354 (далее - Правила предоставления коммунальных услуг) исполнитель - юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы или индивидуальный предприниматель, предоставляющие потребителю коммунальные услуги; коммунальные услуги - осуществление деятельности исполнителя по подаче потребителям любого коммунального ресурса в отдельности или 2 и более из них в любом сочетании с целью обеспечения благоприятных и безопасных условий использования жилых, нежилых помещений, общего имущества в многоквартирном доме, а также земельных участков и расположенных на них жилых домов (домовладений).

В соответствии с пунктом 14 Правил предоставления коммунальных услуг управляющая организация, выбранная в установленном жилищным законодательством Российской Федерации порядке для управления многоквартирного жилого дома приступает к предоставлению коммунальных услуг потребителям в доме с даты, указанной в решении общего собрания собственников помещений о выборе управляющей организации, или с даты заключения договора управления домом, но не ранее даты начала поставки коммунального ресурса по договору о приобретении коммунального ресурса, заключенному управляющей организацией с ресурсоснабжающей организацией.

Таким образом, заключая договоры, ресурсоснабжения, управляющая компания является исполнителем коммунальных услуг, который самостоятельно не осуществляет реализацию коммунальных услуг, а лишь выступает посредником при осуществлении расчетов, занимаясь сбором соответствующих денежных сумм с собственников жилья и их перечислением в полном размере на счета организаций, реализующих коммунальные услуги.

Часть 6.2 статьи 155 Жилищного кодекса Российской Федерации устанавливает, что управляющая организация, которая получает плату за коммунальные услуги, осуществляет расчеты за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг, с лицами, с которыми такой управляющей организацией заключены договоры холодного и горячего водоснабжения, водоотведения, электроснабжения, газоснабжения (в том числе поставки бытового газа в баллонах), отопления (теплоснабжения, в том числе поставки твердого топлива при наличии печного отопления), в соответствии с требованиями, установленными Правительством Российской Федерации.

Во исполнение Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2012 №253 утверждены требования к осуществлению расчетов за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг. Документ определяет требования, предъявляемые к управляющей организации, товариществу собственников жилья, жилищно-строительному, жилищному кооперативу и иному специализированному потребительскому кооперативу при осуществлении ими расчетов с ресурсоснабжающими организациями за ресурсы, поставляемые по заключаемым указанными лицами договорам энергоснабжения (купли-продажи, поставки электрической энергии (мощности)), теплоснабжения и (или) горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, поставки газа (в том числе поставки бытового газа в баллонах), необходимые для предоставления собственникам и пользователям помещений в многоквартирном доме или жилых домов коммунальной услуги соответствующего вида. В пункте 6 требований к осуществлению расчетов за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг указано, что платежи исполнителя (в том числе, управляющей организации) подлежат перечислению в пользу ресурсоснабжающих организаций и регионального оператора не позднее рабочего дня, следующего за днем поступления платежей потребителей исполнителю.

Таким образом, денежные средства, поступающие от потребителей коммунальных услуг, аккумулируемые на расчетном счете управляющей компании, имеют целевое назначение - оплата жилищно-коммунальных услуг, оказанных ресурсоснабжающими и обслуживающими организациями.

Управляющая компания, выступая посредником между потребителями коммунальных услуг и ресурсоснабжающей организаций, получая от потребителей денежные средства, является транзитным звеном, обеспечивающим перераспределение поступивших денежных средств между ресурсоснабжающими организациями. При этом управляющая компания не вправе иным образом определить назначение денежных средств, зачисленных на ее расчетный счет от потребителей коммунальных услуг. Названные денежные средства не являются имуществом должника и не могут быть направлены на погашение кредиторской задолженности в процедуре банкротства.

Судом первой инстанции учтено, что специфика основной деятельности должника обусловлена постоянным формированием кредиторской задолженности, оплачиваемой за счет поступлений от населения. Указанный вид деятельности не является доходным и направлен на осуществление обеспечения деятельности социальной направленности.

Руководитель должника, при осуществлении своих обязанностей добросовестно и разумно, при превышении пассивов над активами должника должен был оценивать формирование задолженности, не обеспеченной активами должника и предполагать о неплатежеспособности должника.

По данным бухгалтерской отчётности должника, структура баланса выглядела следующим образом: краткосрочная дебиторская задолженность по состоянию на 31.12.2014 – отсутствовала, по состоянию на 31.12.2015 – 745 тыс.руб., по состоянию на 31.12.2016 – 5 052 тыс.руб., по состоянию на 31.12.2017 – 8 132 тыс.руб.; оборотные активы по состоянию на 31.12.2014 – 1 083 тыс.руб., по состоянию на 31.12.2015 – 747 тыс.руб., по состоянию на 31.12.2016 – 5 052 тыс.руб., по состоянию на 31.12.2017 – 8 140 тыс.руб. При этом, обязательства должника составляли по состоянию на 31.12.2014 – 180 тыс.руб., по состоянию на 21.12.2015 – 826 тыс.руб., по состоянию на 31.12.2016 – 5 018 тыс. руб. по состоянию на 31.12.2017 8 012 тыс.руб.

В соответствии с анализом финансового состояния должника, проведенным временным управляющим должника Антоновским А.И., на последний день анализируемого периода структура имущества должника характеризуется большой долей оборотных активов (98,8% активов). Доля внеобортных активов составляет всего лишь 1,2% от итога баланса. Стоимость активов за три года очень сильно выросла – 1 183 тыс.руб. до 8 240 тыс.руб. (то есть в 7 раз). Вместе с тем, собственные средства должника снизились на 77,3%, составив на 31.12.2017 - 228 тыс.руб. (или 2,8% от всего капитала). Увеличение совокупных активов должника произошло, в основном, благодаря приросту показателя «дебиторская задолженность» на 8 132 тыс.руб., что составило 98,8% от всех положительно изменившихся видов активов. В то же время в пассиве баланса организации прирост обусловлен увеличением следующих показателей: кредиторская задолженность – 7 412 тыс.руб. (94,6%), прочие краткосрочные обязательства – 420 тыс.руб. (5,4%).

Среди отрицательно изменившихся в рассматриваемый период (с 31.12.2014 по 31.12.2017) статей баланса можно выделить «прочие оборотные активы» в активах и «нераспределенная прибыль (непокрытый убыток)» в источниках средств организации (945 тыс.руб. и -775 тыс.руб.).

Стоимость ликвидных активов на последний день анализируемого периода (31.12.2017) составила 8 140 тыс.руб., что намного (в 7,5 раза) превышает значение стоимости ликвидных активов должника на 31.12.2014. В течение рассматриваемого периода наблюдалось разнонаправленное изменение стоимости ликвидных активов должника (как повышение, так и снижение); максимальное значение составило 8 140 тыс.руб., минимальное – 747 тыс.руб. Величина краткосрочной дебиторской задолженности в течение анализируемого периода увеличилась на 8 132 тыс.руб.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 №14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника. Уменьшение чистых активов общества следует рассматривать как признак ухудшающегося финансового состояния общества, требующего принятия соответствующих мер.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В рассматриваемом случае доказательства, свидетельствующие о том, что по состоянию на дату, с которой конкурсный управляющий должника и кредитор связывают возникновение обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), у должника возникли признаки объективного банкротства, не представлены.

Как следует из протокола общего собрания учредителей ООО «УК «ИУЖФ» от 08.07.2016, были приняты следующие решения:

1. Разработать мероприятия по ускорению решения вопросов задолженности общества кредиторам. Предложить кредиторам заключение договоров взаимозачета, реструктуризации и согласования графика и структуры оплаты долга.

2. Для решения проблемы дебиторской задолженности подавать не менее 50 исков в месяц на собственников помещений многоквартирных домов, имеющих задолженность более 3-х месяцев.

3. Отказаться от процедуры банкротства и провести реструктуризацию задолженности перед кредиторами, предложить кредиторам общества переуступить задолженность собственников помещений многоквартирных домов, находящихся в управлении общества.

4. Утвердить план по оздоровлению общества. Проведение работ по оздоровлению утвердить следующим образом: наладить работу по взысканию задолженности с собственников помещений многоквартирных домов, находящихся в управлении общества, предложить кредиторам произвести взаимозачет задолженности (договор цессии) с ресурсоснабжающими организациями), предложить кредиторам произвести реструктуризацию задолженности перед ресурсоснабжающими организациями (л.д. 19, т.2).

Согласно пояснениям Сумкина А.П., его действия не выходили за пределы обычного делового риска, ООО «УК «ИУЖФ» велась хозяйственная деятельность, направлялись претензии собственникам с просьбой оплатить задолженность по оплате коммунальных услуг и за обслуживание домов (л.д.80, 97-98 т.1, л.д.14,16 т.2), корреспонденцию собственники не получали, задолженность взыскивалась в судебном порядке (л.д.79 95 т.1, л.д.6,17,49,55 т.2), заключались соглашения о погашении задолженности по оплате коммунальных услуг (л.д.81-83 т.1, л.д.8 т.2), заключались договоры с ресурсными организациями (договор на проверку загазованности подвалов, погребов, подполий и технических этажей от 01.09.2018 №2-3167-20/2018 – л.д.76-78 т.1; договор подряда от 01.02.2017 №Б/Н – л.д.92 т.1). таким образом, ООО «УК «ИУЖФ» не отвечало признакам неплатежеспособности.

Кроме того, Сумкин А.П. и Овчинников И.В. в подтверждение своих доводов указывали на следующие обстоятельства: в адрес ООО «УКС» направлялись письма с просьбой рассмотреть возможность заключения договора цессии по оплате жилищно-коммунальных услуг на МКД (21.08.2014) (л.д.18 т.2), с предложением в счет погашения долга принять задолженность граждан за коммунальные услуги, заключить договора цессии (31.08.2015), с предложением заключить договор уступки прав требования к должникам, проживающим в МКД, которые обслуживает ООО «УК «ИУЖФ», в счет погашения образовавшейся задолженности ООО «УК «ИУЖФ» (16.01.2017) (л.д.46 т.2), в адрес МУП г. Ижевска «Ижводоканал» - с предложением рассмотреть внос платы собственников помещений МКД за потребленные коммунальные ресурсы напрямую в МУП г. Ижевска «Ижводоканал», заключить договора цессии на сумму задолженности (06.09.2016) (л.д.47 т.2); в адрес АО «Газпром газораспределение Ижевск», МУП г. Ижевска «Ижводоканал», ООО «УКС» с предложением выкупить задолженность ООО «УК «ИУЖФ» перед ресурсными организациями за весь период по договорам цессии (30.10.2019).

Таким образом, судом первой инстанции сделан верный вывод о том, что Сумкиным А.П. и Овчинниковым И.В. в 2016 году предпринималась возможные меры, направленные на преодоление затруднений и улучшение финансового состояния должника.

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Доказательства, свидетельствующие о противоправности действий Сумкина А.П. и Овчинникова И.В., приведших к возникновению у должника признаков несостоятельности, совершения ими действий, направленных на ухудшение финансового состояния должника, а также наличие обстоятельств, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве и повлекших обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, в материалы дела не представлены и судом не установлены.

Судом первой инстанции также учтена специфика деятельности должника, как управляющей компании, которая заключается в сборе денежных средств с населения и оплате потребленной им энергии, водоснабжения и водоотведения, при этом обязанность по оплате подлежит исполнению вне зависимости от наличия (отсутствия) в распоряжении управляющей организации денежных средств. При этом, ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную задолженность перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с кредиторской задолженностью населения, является обычной для функционирования управляющих организаций.

При изложенных обстоятельствах, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о недоказанности совокупности необходимых обстоятельств для привлечения Сумкина А.П. и Овчинникова И.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с чем, правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований в данной части.

С учетом изложенного, доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что, сопоставляя размер требований, включенных в реестр требований кредиторов должника (5 143,303 тыс.руб.) и размер балансовых активов должника на последнюю отчетную дату, можно сделать вывод о невозможности выхода из кризисного состояния, вывод суда первой инстанции о том, что действия руководителя должника не выходили за пределы обычного хозяйственного риска, не имеют под собой каких-либо подтверждений и основываются на неверном толковании норм права, отклоняются, как необоснованные.

Как указывалось ранее, обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Само по себе наличие у предприятия кредиторской задолженности в размере соответствующем пункту 2 статьи 6 Закона о банкротстве не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

При этом заявитель должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных названной нормой Закона о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве) (пункт 18 постановления от 21.12.2017 №53).

С учетом представленных в материалы дела доказательств, арбитражный суд правомерно пришел к выводу, что наличие у Сумкина А.П., Овчинникова И.В. очевидных оснований для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом на заявленную дату, не доказано.

В обоснование заявленных требований о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на совершение подозрительных сделок по перечислению денежных средств в ООО «РЦ «ИУЖФ», являющемуся аффилированным по отношению к должнику лицом, поскольку руководителем данного лица также является Овчинников И.В., а учредителями – Овчинников И.В., Сумкин А.П.

По мнению конкурсного управляющего, данными лицами осуществлен вывод денежных средств, а также вывод ряда жилых домов из обслуживания ООО «УК «ИУЖФ», что подтверждается ответом Управления ЖКХ г. Ижевска от 23.10.2019 №6964/01-24, согласно которому 15 домов выбыли из управления должника и перешли в ООО «РЦ «ИУЖФ», заключив договоры обслуживания. В результате совершения должником указанных сделок причинен существенный вред имущественным правам кредиторов ООО «УК «ИУЖФ».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела, 03.12.2015 между ООО РЦ «ИУЖФ» (исполнитель) и ООО УК «ИУЖФ» (заказчик) заключен договор №1, по условиям которого исполнитель обязался оказать заказчику услуги по созданию базы данных номеров лицевых счетов, количество лицевых счетов и количество собственников, нанимателей и арендаторов, проживающих в жилых помещениях, многоквартирных жилых домов, для формирования начисления и приема платы за жилое помещение и коммунальные услуги от населения.

Размер вознаграждения исполнителя по договору составляет 43 434,05 рублей. Выплата вознаграждения производится заказчиком путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя не позднее 10 числа месяца следующего за расчетным.

В соответствии с пунктом 6.2. договора срок действия договора устанавливается до 31.12.2016.

В рамках исполнения договора заказчиком (должником) осуществлено перечисление исполнителю ООО РЦ «ИУЖФ» в том числе денежных средств в размере 317 734,05 рублей: платежное поручение №569 от 04.03.2016 на сумму в размере 12 000,00 рублей, платежное поручение №570 от 04.03.2016 на сумму в размере 4 000,00 рублей, платежное поручение №571 от 04.03.2016 на сумму в размере 3 100,00 рублей, платежное поручение №581 от 21.03.2016 на сумму в размере 16 634,05 рублей, платежное поручение №637 от 22.12.2016 на сумму в размере 203 000,00 рублей, платежное поручение №642 от 22.12.2016 на сумму в размере 25 000,00 рублей, платежное поручение №643 от 22.12.2016 на сумму в размере 25 000,00 рублей, платежное поручение №646 от 22.12.2016 на сумму в размере 18 000,00 рублей, платежное поручение №647 от 22.12.2016 на сумму в размере 11 000,00 рублей.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.12.2019 сделка по перечислению должником денежных средств в адрес ООО «РЦ «ИУЖФ» в размере 317 734,05 рублей признана недействительной, применены последствия недействительной сделки: взыскано с ООО «РЦ «ИУЖФ» в пользу ООО «УК «ИУЖФ» 317 734,05 рублей. Восстановлено право требования ООО «РЦ «ИУЖФ» к ООО «УК «ИУЖФ» задолженности в сумме 317 734,05 рублей.

В рамках рассмотрения указанного обособленного спора установлен факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также установлено, что стороны оспариваемой сделки, на момент ее совершения находились между собой в отношениях заинтересованности, на момент совершения спорных перечислений должник отвечал признаку неплатежеспособности (у должника имелись неисполненные денежные обязательства, в том числе перед кредиторами - МУП г. Ижевска «Ижводоканал», АО «Газпром газораспределение Ижевск», ОО «УКС», ОАО «Энергосбыт плюс»).

Вместе с тем, признание указанной сделки, с учетом активов должника (дебиторской задолженности) и неисполненных перед кредиторами обязательств, не свидетельствует о том, что данная сделка явилась причиной объективного банкротства должника, что не может быть положено в основу привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по указанным основаниям.

Относительно доводов о выводе ряда домов из обслуживания должника и избрание в качестве управляющей компании ООО «РЦ «ИУЖФ» суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пояснениям Сумкина А.П., за перевод на обслуживание домов под управление ООО «РЦ «ИУЖФ» проголосовали собственники помещений, что подтверждается протоколами общего собрания собственников помещений (л.д.53-56,62-65,71-74 т.1).

Как верно отмечено судом первой инстанции, денежные средства, перечисляемые собственниками помещений в многоквартирном доме в адрес управляющей компании, имеют целевое назначение и согласно разделу VII Жилищного кодекса Российской Федерации подлежат перечислению управляющей компанией в ресурсоснабжающие организации, обеспечивающие многоквартирный дом соответствующими услугами, указанные средства имуществом должника не являются, поскольку принадлежат собственникам помещений в многоквартирном доме.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, установив, что выплаты по указанному договору производились за фактически оказанные ООО «РЦ «ИУЖФ» услуги по содержанию, обслуживанию и содержанию общего имущества многоквартирного дома за счет денежных средств, уплаченных собственниками помещений должнику за оказанные им силами ООО «РЦ «ИУЖФ» названные услуги, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в результате исполнения договора №1 от 03.12.2015 ущемления прав кредиторов должника не произошло, в связи с чем, совершение должником данной сделки не может быть поставлено в вину ответчикам в качестве причины банкротства должника.

При этом, правом на определение управляющей компании наделены собственники многоквартирных домов. Доказательств того, что должник либо заинтересованное с ним лицо повлияли на волю собственников указанных помещений по вопросу избрания управляющей компании, в материалы дела не представлено и судом не установлено.

Следует обратить внимание, что принимая в управление дома, управляющая компания приобретает не только право взимания платы за их управление, но и принимает на себя обязательства по содержанию, управлению домами, по их ремонту и обеспечению ресурсами.

Доказательств того, что фактически работы осуществлялись должником, а плата за предоставленные услуги поступала на счет общества «РЦ «ИУЖФ» в материалы дела не представлено.

В рассматриваемом случае недобросовестное поведение контролирующих должника лиц по заключению вышеуказанной сделки, в результате которой произведено уменьшение имущества должника, должник лишился ликвидных активов, за счёт которых могла быть погашена задолженность перед кредиторами, что привело к причинению вреда кредиторам, не установлено.

При изложенных обстоятельствах, учитывая недоказанность причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения спорных сделок должника, экстраординарный характер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в удовлетворении заявленных требований о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано судом первой инстанции обоснованно.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и не находит оснований для изменения судебного акта в указанной части.

Судом не установлено злонамеренности действий ответчиков, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов.

Учитывая общий подход, закрепленный в главах 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве, в пункте 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимыми условиями возложения субсидиарной ответственности участника юридического лица являются наличие вины субъекта ответственности, а также причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Необходимо учитывать, что по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

В предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий и кредитор должны обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиком возражений и представленных в их обоснование доказательств.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в статье 10 Закона о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий/бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд конкурсного управляющего либо кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности.

В данном случае ответчиками, к которым предъявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в полной мере раскрыты обстоятельства дела, представлены доказательства отсутствия виновных умышленных действий, приведших к невозможности в полном объеме удовлетворить требования кредиторов в результате действий, которые вменяются им конкурсным управляющим.

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчика, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов общества. Наличие в рассмотренном деле таких обстоятельств применительно к заявленному основанию привлечения к субсидиарной ответственности - невозможность погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц - судом не установлено, а конкурсным управляющим в состязательном процессе не доказано.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19 января 2021 года по делу №А71-8637/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.


Председательствующий


Л.М. Зарифуллина



Судьи


Т.В. Макаров



Т.С. Нилогова