Постановление от 16 июня 2024 г. по делу № А59-5919/2022

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А59-5919/2022
г. Владивосток
17 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 июня 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Д.А. Самофала,

судей С.Н. Горбачевой, Л.А. Мокроусовой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания К.В. Плетнёвой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Теплоэнергетическая компания Мосэнерго»,

апелляционное производство № 05АП-939/2024

на решение от 20.12.2023

судьи О.А. Портновой

по делу № А59-5919/2022 Арбитражного суда Сахалинской области

по иску акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к акционерному обществу «Теплоэнергетическая компания Мосэнерго» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о взыскании 1 688 986 173 руб. 12 коп. убытков в порядке суброгации,

третьи лица: публичное акционерное общество энергетики и электрификации «Сахалинэнерго», акционерное общество «Сахалинская ГРЭС-2», акционерное общество «Энрегоремонт»,

при участии:

от истца: представитель ФИО1 (в режиме веб-конференции) по доверенности от 20.07.2023, сроком действия по 19.07.2024, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 13672), паспорт; представитель ФИО2 по доверенности от 03.08.2023, сроком действия 02.08.2024, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 4698),

от ответчика: представитель ФИО3 по доверенности от 29.12.2023, сроком действия до 31.12.2024, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 10671), паспорт, представитель М.О. Шиц (в режиме веб-конференции)  по доверенности от 20.10.2023, сроком действия до 31.12.2024, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 1039), паспорт,

от третьих лиц: не явились, извещены, 



УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Страховое общество газовой промышленности» (далее – истец, АО «СОГАЗ») обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с иском к акционерному обществу «Теплоэнергетическая компания Мосэнерго» (далее – ответчик, АО «ТЭК Мосэнерго») о взыскании убытков в порядке суброгации в размере 1 688 986 173 руб. 12 коп. (с учетом уточнений, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены публичное акционерное общество энергетики и электрификации «Сахалинэнерго» (далее – ПАО «Сахалинэнерго»), акционерное общество «Сахалинская ГРЭС-2» (далее – АО «Сахалинская ГРЭС-2»), акционерное общество «Энрегоремонт» (далее – АО «Энрегоремонт»).

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 20.12.2023 исковые требования удовлетворены, с АО «ТЭК Мосэнерго» в пользу АО «СОГАЗ» взыскано 1 688 986 173 руб. 12 коп. убытков в порядке суброгации, распределены судебные расходы.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обжаловал его в порядке апелляционного производства. По тексту апелляционной жалобы просит решение Арбитражного суда Сахалинской области от 20.12.2023 отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований АО «СОГАЗ» к АО «ТЭК Мосэнерго» в полном объеме. В обоснование доводов жалобы ответчик указывает, что договором страхования от 30.12.2021 № 22 РТК 0043 (далее - договор страхования) предусмотрено условие, исключающие переход к страховщику права требования к ответчику. Ссылается на пункт З.4. договора страхования, согласно которому любые права суброгации не применяются, в том числе, в отношении лиц, с которыми заключены соглашения о строительно-монтажных работах, подряде застрахованного имущества. Ответчик считает, что единственным лицом, с которым заключено соглашение о строительно-монтажных работах на Сахалинской ГРЭС-2 является АО «ТЭК Мосэнерго» (на основании договора генерального подряда от 23.01.2015 №СГРЭС-15/0002). Соответственно, учитывая положения пункт 3.4. договора страхования, запрет на суброгацию установлен, в том числе, в отношении АО «ТЭК Мосэнерго». Таким образом, у АО «СОГАЗ» отсутствует право на обращение с иском к ответчику по суброгации. Апеллянт в обосновании настоящего довода также ссылается на обстоятельства, которые установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2023 по делу №А40-65880/2023, которое, по мнению ответчика, имеет преюдициальное значение для настоящего спора.

АО «ТЭК Мосэнерго»  указывает, что к страховщику в принципе не могло перейти право требования от АО «Сахалинская ГРЭС-2», так как последнее не является выгодоприобретателем по договору страхования. АО «ТЭК Мосэнерго». Полагает, что суд первой инстанции ошибочно посчитал, что выгодоприобретателем по договору страхования является АО «Сахалинская ГРЭС-2». Договор страхования заключен между АО «СОГАЗ» и ПАО «Сахалинэнерго», каких-либо упоминаний об АО «Сахалинская ГРЭС-2» в качестве выгодоприобретателя по договору страхования ни сам договор, ни приложения к нему не содержат. В связи этим, как полагает апеллянт, договор страхования заключен в пользу ПАО «Сахалинэнерго», подтверждением чему является выплата именно ему страхового возмещения. Считает, что к АО «СОГАЗ» по суброгации могли перейти только те требования, которые имело именно ПАО «Сахалинэнерго» к лицу, ответственному за убытки.

По мнению АО «ТЭК Мосэнерго», в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства того, что причиной наступления страхового случая являются некачественно выполненные ответчиком работы. Апеллянт полагает, что экспертное заключение АО «ХЭТК» от 08.05.2022 №2897-2022 составлено с грубыми нарушениями требований законодательства. Указывает, что выводы, изложенные в экспертном заключении, опровергаются результатами испытаний, проведенных ФГБОУ ВО «Комсомольский-на-Амуре государственный университет», зафиксированных в протоколе испытаний от 25.05.2022 №2205-01. Экспертное заключение изготовлено специалистами АО «ХЭТК» с многочисленными нарушениями требований объективности, достоверности и обоснованности, предъявляемых действующим законодательством. По мнению АО «ТЭК Мосэнерго», экспертизу, проведенную АО «ХЭТК», не представляется возможным назвать независимой в виду аффилированности экспертной организации с АО «Сахалинская ГРЭС-2» и ПАО «Сахалинэнерго». Апеллянт также отмечает, что экспертиза АО «ХЭТК» проводилась по заказу ПАО «Сахалинэнерго», а не в рамках следственной проверки в уголовном деле.

Апеллянт также указывает, что акт №3 расследования причин аварии составлен с грубыми нарушениями требований действующего законодательства. Кроме того, ответчик приводит доводы о том, что судом первой инстанции неверно применены нормы материального права: вместо порядка проведения технического расследования причин аварий, инцидентов и случаев утраты взрывчатых материалов промышленного назначения, утвержденного приказом Ростехнадзора от 08.12.2020 N 503 "Об утверждении Порядка проведения технического расследования причин аварий, инцидентов и случаев утраты взрывчатых материалов промышленного назначения" (далее - Порядок N 503), суд первой инстанции ошибочно применил правила расследования причин аварий в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 28.10.2009 N 846 (далее - Правила N 846);

АО «ТЭК Мосэнерго», по его мнению, не является лицом, ответственным за убытки, возмещенные в результате страхования. Как считает ответчик, страховые компании, к которым перешли права требования на возмещение ущерба (суброгация), могут их предъявить только к непосредственному причинителю вреда. Считает, что с требованием по суброгации страховщик может обратиться только к непосредственному исполнителю работ, то есть в данном случае, по мнению ответчика, к АО «Энергоремонт». АО «ТЭК Мосэнерго», являясь генподрядчиком, не отвечает за деликт привлеченного субподрядчика - АО «Энергоремонт».

От истца потупил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 АПК РФ приобщен к материалам дела.

По тексту письменного отзыва истец выразил несогласие с доводами жалобы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Истец в части перехода к страховщику прав требования к ответчику считает, что из буквального содержания пункта 3.4. договора страхования следует, что право суброгации не применяются к контрагентам страхователя (ПАО «Сахалинэнерго») его аффинированным лицам. При этом, АО «ТЭК Мосэнерго» не является лицом - подрядчиком, исполнителем работ, услуг, с которым страхователем, как заказчиком, заключены соглашения о строительно-монтажных   работах,   проектировании,   наладке,   обслуживании, диагностике, ремонте, подряде застрахованного имущества, а также лицом, с которым страхователь заключил соглашение об освобождении от ответственности, что обеспечивает право АО «СОГАЗ» на взыскание убытков в порядке суброгации. АО «СОГАЗ» также указывает, что поскольку между АО «Сахалинская ГРЭС-2» (выгодоприобретатель), ПАО «Сахалинэнерго» и АО «СОГАЗ» 08.09.2022 заключено трехстороннее соглашение, согласно которому выгодоприобретатель назначает получателем страхового возмещения страхователя, то именно страхователь осуществляет организацию восстановления поврежденного имущества. В соответствии с пунктом 8 соглашения от 08.09.2022 выгодоприобретатель передает страховщику право требования к лицу, виновному за наступление страхового случая, возмещения в порядке суброгации сумм страхового возмещения, выплаченных страховщиком по факту события. По мнению истца, решение Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2023 по делу № А40-65880/2023 в настоящем споре не может являться доказательством обоснованности позиции ответчика. Как указывает истец, указанное решение не содержит выводов о том, что право суброгации не перешло к АО «СОГАЗ», напротив суд отмечает, что буквально пункт 3.4. договора страхования содержит запрет на реализацию данного права, т.е. предъявления претензий/иска. Вместе с тем, истец отмечает, что фактически в пункте 7 соглашения от 08.09.2022 стороны лишь подтверждают действительную волю сторон при заключении договора страхования и повторно указывают, что при заключении договора страхования исходили из того, что положения пункта 3.4. договора страхования применяются только в отношении контрагентов страхователя - подрядчиков, исполнителей. При этом, истец ссылается на то, что сторонами заключено соглашение об окончательном урегулировании от 27.11.2023, согласно пункту 7 которого положения пункта 3.4 договора не применяются к АО «ТЭК Мосэнерго».

Истец в части доводов о том, что АО «Сахалинская ГРЭС-2» не является выгодоприобретателем по договору страхования также возражает. Указывает, что договор страхования заключен без указания имени или наименования выгодоприобретателя (страхование «за счет кого следует»), но в интересах неопределенного круга лиц, которые смогут подтвердить интерес в сохранении имущества. По мнению истца, из договора страхования и правил страхования прямо следует, что договор страхования заключен, в том числе в пользу выгодоприобретателей, которым в настоящем споре является собственник застрахованного имущества - АО «Сахалинская ГРЭС-2». Факт того, что АО «Сахалинская ГРЭС-2» является выгодоприобретателем, подтверждают стороны правоотношений в соглашении об урегулировании от 08.09.2022 и в соглашении об окончательном урегулировании от 27.11.2023. При этом, определением Арбитражного суда Сахалинской области от 12.12.2022 по настоящему делу, которым отказано в удовлетворении ходатайства ответчика о передаче дела по подсудности, имеются выводы, что выгодоприобретателем является АО «Сахалинская ГРЭС-2».

В части доводов апеллянта об отсутствии надлежащих доказательств того, что причиной наступления страхового случая являются некачественно выполненные ответчиком работы, истец также выражает несогласие. АО «СОГАЗ» полагает, что представленный ответчиком протокол испытаний от 25.05.2022 № 2205-01 ЦКИ «Новые материалы и технологии» ФГБОУ ВО «Комсомольский-на-Амуре государственный университет» не может служить допустимым доказательством, поскольку составлен с нарушениями ГОСТ Р 58973-2020. «Национальный стандарт Российской Федерации. Оценка соответствия. Правила к оформлению протоколов испытаний». Протокол не содержит данные о заказчике и изготовителе, юридическом адресе, так и о фактическом адресе места осуществления деятельности заказчика. При этом, согласно письму ФГБОУ ВО «КиНАУ» от 09.08.2023 № 2308-01 заказчиком «со слов представителей заказчика указано ПАО «РусГидро». Кроме того, в первоначально представленном в материалы дела протоколе содержатся сведения, что заказчиком выступает ООО «КЭМ».  Истец также полагает, что подготовленное ООО «Экспертный центр «Базис» заключение специалиста № 0010/01/2023-Б по результатам рецензирования экспертного заключения от 08.05.2022 № 2997-2022, не является надлежащим доказательством, поскольку само построено на недопустимых доказательствах. Так, фотоснимки, положенные в основу вывода данной рецензии о дефекте опоры, были созданы 30.01.2023, т.е. спустя год после аварии на Сахалинской ГРЭС. Специалист построил свои выводы на РД 153-34.0-20.340-98 «Методические указания по контролю за состоянием металлических напорных трубопроводом гидроэлектростанций», описывающих работу проточного тракта гидротурбины, которые не используется на Сахалинской ГРЭС-2 в принципе.

АО «СОГАЗ» считает, что заключение эксперта АО «ХЭТК» от 08.05.2022 № 2897-2022 является надлежащим доказательством и соответствует всем требованиям. В обосновании чего представил заключение ООО «Региональное СМУ» от 20.02.2024 № R303/23, согласно которому причины события, произошедшего 30.04.2022, при котором произошло возгорание на Сахалинской ГРЭС-2 с повреждением генерирующего оборудования коренной причиной наступления события, в рамках которого 30.04.2022 на территории Сахалинской ГРЭС-2 произошел отрыв штуцера от напорного масляного коллектора системы регулирования ТА-2 с последующим возгоранием, являются дефекты изготовления данного сварного соединения, допущенные при монтаже (Приложение № 3). В отношении возражений по акту № 3 расследования причин аварии, произошедшей 30.04.2022, истец ссылается на его обращение в Ростехнадзор с запросом от 02.02.2024 № СГ-15353 в котором он просил сообщить, соответствует ли действующему законодательству порядок формирования комиссии и состав комиссии, проводившей расследование причин аварии, произошедшей 30.04.2022 на территории Сахалинской ГРЭС-2. Согласно ответу Ростехнадзора от 14.02.2024 № 10-00-09/502 порядок формирования комиссии ПАО «Сахалинэнерго» и состав комиссии соответствует действующему законодательству.

В части того, что ответчик не является ответственным за убытки, истец ссылается на то, что материалы дела не содержат доказательств, опровергающих презумпцию вины ответчика в недостатках (дефектах) выполненных работ. Актом № 3 расследования причин аварии, произошедшей 30.04.2022, вина прямо подтверждена. По мнению истца, материалами дела с разумной степенью достоверности доказано, что авария произошла вследствие ненадлежащего исполнения договора.

Третьи лица отношение к апелляционной жалобе не выразили, отзывы на неё не представили.

Определением от 20.05.2024 судебное разбирательство откладывалось на 05.06.2024.

Представленные письменные пояснения со стороны, как истца, так и ответчика апелляционным судом приобщены к материалам дела.

Кроме того, рассмотрев ходатайство истца о приобщении к материалам дела дополнительных документов, а именно: правил страхования имущества предприятий Страховщика в ред. от 11.11.2014; правил страхования машин и механизмов от поломок страховщика в ред. от 11.11.2014; заключения ООО «Региональное СМУ» от 20.02.2024 № R303/23 по определению причины события, произошедшего 30.04.2022, при котором произошло возгорание на Сахалинской ГРЭС-2; запроса АО «СОГАЗ» от 02.02.2024 № СГ-15353; письма Ростехнадзора от 14.02.2024 № 10-00-09/502, апелляционный суд в порядке статьи 268 АПК РФ удовлетворил его частично. Апелляционный суд посчитал возможным приобщить к материалам дела правила страхования имущества предприятий Страховщика в ред. от 11.11.2014; правил страхования машин и механизмов от поломок страховщика в ред. от 11.11.2014 в качестве обосновании позиции стороны. В остальной части в приобщении дополнительных доказательств, а именно: заключения ООО «Региональное СМУ» от 20.02.2024 № R303/23 по определению причины события, произошедшего 30.04.2022, при котором произошло возгорание на Сахалинской ГРЭС-2; запроса АО «СОГАЗ» от 02.02.2024 № СГ-15353; письма Ростехнадзора от 14.02.2024 № 10-00-09/502, апелляционный суд отказывает, поскольку указанные доказательства датированы после вынесения обжалуемого судебного акта и не могли являться предметом исследования судом первой инстанции.

Третьи лица, извещённые надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, для участия в нём явку своих представителей не обеспечили, что не препятствует проведению заседания суда в порядке статей 156, 256 АПК РФ в отсутствие представителей третьих лиц.

В судебном заседании представители ответчика поддержали свои доводы, изложенные в тексте апелляционной жалобы, в частности отметили, что пунктом 3.4 договора страхования прямо предусмотрено, что любые права суброгации не применяются в отношении лиц, с которыми заключены соглашения о подряде застрахованного имущества. Обратили внимание апелляционного суда на то, что решение Арбитражного суда г. Москвы от 14.08.2023 по делу №А40-65880/2023 вступило в законную силу.

Представители истца отклонили доводы апелляционной жалобы по мотивам, приведенным в отзыве на неё. Считают, что право требования по суброгации перешло к АО «СОГАЗ» на основании договора страхования, также считают, что в настоящем случае пункт 3.4 договора страхования относится лишь к контрагентом ПАО «Сахалинэнерго» (страхователя), при этом АО «ТЭК Мосэнерго» заключен договор подряда с АО «Сахалинская ГРЭС-2». Кроме того, представители истца ссылаются на отсутствие преюдициального значения для настоящего дела, вступившего в законную силу решения Арбитражного суда г. Москвы от 14.08.2023 по делу №А40-65880/2023.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, а также письменные дополнения сторон, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции установил основания для отмены обжалуемого судебного акта в виду следующего.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 23.01.2025 между АО «Сахалинская ГРЭС-2» (заказчик) и АО «ТЭК Мосэнерго» (генподрядчик) заключен договор генерального подряда на строительство объекта «Строительство Сахалинской ГРЭС» № СГРЭС-15/002 (далее - договор подряда).

Согласно пункту 14.1 договора ответчик обязался выполнить или обеспечить выполнение всего объема работ в соответствии с технической документацией и передать заказчику завершенный строительством, полностью оборудованный, смонтированный, прошедший гарантийные испытания, подключенный к внешней инфраструктуре, эксплуатируемый объект, обеспечивающий достижение гарантированных эксплуатационных показателей, вместе со всей относящейся к нему документацией.

Под объектом стороны договора понимают: «Строительство Сахалинской ГРЭС-2. Основной производственный комплекс. Внутриплощадочные объекты (1 -я очередь)», расположенный в пределах Строительной Площадки и включающий в себя предусмотренные Проектом Объекта здания, сооружения, инженерные коммуникации, Оборудование, являющееся совокупностью опасных производственных объектов, подлежащих регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору».

Цена договора подряда - 29 миллиардов рублей (пункт 75.1 договора подряда).

В разделе 58 договора подряда указано, что достижение объектом фактического завершения оформляется актом по форме Приложения № 6.

До подписания акта фактического завершения и акта по форме КС-14 подписывается акт КС-11, который не является приемкой объекта и не является подтверждением достижения объектом фактического завершения.

Акт фактического завершения и акт по форме КС-14 подписываются одновременно, о чем указано в пункте 58.5 договора подряда, подписание таких документов определяют начало течения гарантийного срока.

В договоре подряда также установлено, что при обнаружении недостатков работ в течение гарантийного срока, заказчик обязан уведомить подрядчика, который направляет своего представителя для расследования причин возникновения недостатков.

Согласно пункту 87.4 договора подряда, в период гарантийного срока на объекте обеспечивается присутствие специалистов подрядчика (АО «ТЭК Мосэнерго»).

Арбитраж предусмотрен в Арбитражном суде Сахалинской области (пункт 13.2 договора подряда).

Заказчиком и генподрядчиком 22.11.2019 составлен акт приемки законченного строительство объекта формы КС-14.

Изложенное свидетельствует о том, что фактически строительство объекта завершено составлением указанного акта от 22.11.2019 и объект передан в АО «Сахалинская ГРЭС-2». Данное обстоятельство не оспаривается сторонами.

Гарантийный срок по договору подряда - 24 месяца, гарантии не распространяются на случаи нарушения правил эксплуатации Объекта Заказчиком (пункт 78.5 договора подряда).

Впоследствии, 20.04.2018 АО «Сахалинская ГРЭС-2» и ПАО «Сахалинэнерго» заключен договор аренды № СГРЭС-18/12-САХ-18/0546 (далее - договор аренды), по условиям которого в аренду ПАО «Сахалинэнерго» передан Комплекс имущества Сахалинской ГРЭС-2, получивший разрешение на ввод объекта в эксплуатацию,    созданный    в    рамках    реализации    инвестиционного    проекта «Строительство Сахалинской ГРЭС-2 (1-ая очередь)», непосредственно используемый в процессе производства и передачи электрической и тепловой энергии и принадлежащий Арендодателю на праве собственности, расположенный по адресу: Сахалинской область, Томаринский район, 6 км. севернее с. Ильинское, Сахалинская ГРЭС-2.

Перечень имущества, входящий в состав комплекса имущества Сахалинской ГРЭС-2, указан в Приложении № 1 к договору.

Срок аренды составляет 364 дня с момента (даты) передачи Комплекса имущества Сахалинской ГРЭС-2 по акту приема-передачи имущества.

Пунктом 4.2.2 договора аренды установлена обязанность ПАО «Сахалинэнерго» заключить договор страхования Комплекса имущества Сахалинской ГРЭС-2 от рисков, могущих повлечь уничтожение и/или порчу Комплекса имущества Сахалинской ГРЭС-2.

ПАО «Сахалинэнерго» и АО «СОГАЗ» 30.12.2021 заключен договор страхования, согласно которому страховщик (АО «СОГАЗ») обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить страхователю (ПАО «Сахалинэнерго») или назначенному им лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы), при условии, что сумма возмещения убытков по одному страховому случаю не будет превышать указанный в договоре лимит ответственности страховщика по каждому страховому случаю с учетом предусмотренных договором под-лимитов.

Договор включает в себя кроме условий, входящих в настоящий текст, также и условия, содержащиеся в Правилах страхования имущества предприятий страховщика в ред. от 11.11.2014 (далее - Правила 1, Приложение №1) к договору и в Правилах страхования машин и механизмов от поломок страховщика в ред. от 11.11.2014. (далее - Правила 2, Приложение №2 к Договору), к Договору, с учетом письменного заявления страхователя на страхование от «10» декабря 2021 г. (далее - заявление, Приложение №3 к договору). В случае противоречия положений Правил положениям договора преимущество имеют положения договора.

Договор заключен на срок, соответствующий указанному в договоре периоду страхования, и вступает в силу с начала этого периода страхования. Страхование, обусловленное настоящим договором, распространяется на страховые случаи, происшедшие после вступления договора в силу, а именно: с 00 ч. 00 мин. «01» января 2022 года по 24 ч. 00 мин. «31» декабря 2022 года (12 мес.)

Страхование имущества предусмотрено «От всех рисков».

Максимальный лимит возмещения по одному и каждому страховому случаю установлен в соответствии с Приложением № 5 к договору по каждому страховому случаю, сверх указанных в договоре франшиз, в отношении всех рисков, кроме нижеуказанных рисков, в отношении которых установлены отдельные максимальные лимиты возмещения.

В договоре страхования его стороны определили размер страховой премии - 51 362 224,94 руб., которая уплачивается: первый страховой взнос в размере 10% общей страховой премии уплачивается не позднее 31.01.2022; второй страховой взнос в размере 40% общей страховой премии уплачивается не позднее 31.03.2022; третий страховой взнос в размере 50% общей страховой премии уплачивается не позднее 30.06.2022.

Платежными поручениями от 28.01.2022 № 11995, от 29.03.2022 № 4703 и от 27.06.2022 № 110410 ПАО «Сахалинэнерго» оплатило в пользу АО «СОГАЗ» 5 316 222,49 руб. - 1 страховой взнос, 20 544 889,98 руб. - 2 страховой взнос и 25 681 112,47 руб. - 3 страховой взнос.

Далее, 30.04.2022 на спорном объекте произошла авария.

Как следует из акта № 3 расследования причин аварии, произошедшей 31.04.2022, причиной аварии указан дефект монтажа, дефект сварного соединения (шва), ответственное лицо - указан ответчик по делу.

Согласно страховому акту № 22 РТК 0043DN002 в связи с наступлением 30.04.2022 страхового случая, по договору страхования от 30.12.2021, действующему с 01.01.2022 по 31.03.2022, на основании извещения о наступлении страхового случая от 30.04.2022, при указании выгодоприобретателем АО «Сахалинская ГРЭС-2», произошедшее событие признано страховым случаем, указана сумма убытка, подпадающего под страховое возмещение - 563 300 0000 руб.

Платежным поручением от 09.09.2022 № 33316 АО «СОГАЗ» в пользу ПАО «Сахалинэнерго» выплачено 530 000 000 руб. страхового возмещения.

Кроме того, согласно страховому акту от 16.06.2023 № 22 РТК 0043DN002/02 при изложенных выше аналогичных обстоятельствах указана сумма убытка, подпадающего под страховое возмещение 1 023 300 руб., с учетом выплаты 530 000 000 руб., к выплате определено 460 000 000 руб.

Платежным поручением от 16.06.2023 № 63007 АО «СОГАЗ» в пользу ПАО «Сахалинэнерго» выплачено 460 000 000 руб. страхового возмещения.

Страховым актом от 28.11.2023 № 22 РТК 0043DN002/03 при изложенных выше аналогичных обстоятельствах указана сумма убытка, подпадающего под страховое возмещение - 1 688 986,12 руб., с учетом выплаты 530 000 000 руб. и 460 000 000 руб., к выплате определено 698 986 173,12 руб.

Платежным поручением от 21.11.2023 № 22955 АО «СОГАЗ» в пользу ПАО «Сахалинэнерго» выплачено 698 986 173,12 руб. страхового возмещения.

Общая сумма страхового возмещения составила 1 688 986 173,12 руб. после вычета безусловной франшизы и годных остатков.

Выплатив 1 688 986,12 руб. страхового возмещения, АО «СОГАЗ» направило в адрес  ПАО «Сахалинэнерго» претензии от 12.09.2022 № СГ-124179, от 04.10.2022 № СГ136634 с требованиями о выплате суммы убытков в порядке суброгации.

Вышеуказанные претензии были оставлены АО «ТЭК Мосэнерго» без удовлетворения, что послужило основанием для обращения  АО «СОГАЗ» в Арбитражный суд Сахалинской области с рассматриваемыми требованиями.

Суд первой инстанции при рассмотрении спора верно квалифицировал возникшие между сторонами правоотношения, как регулируемые нормами главы 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), с применением общих норм об обязательствах.

Повторно оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции усматривает  основания для удовлетворения апелляционной жалобы исходя из следующего.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 ГК РФ, одним из которых является возмещение убытков (абзац 9 статьи 12 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

На основании пункта 2 статьи 393 ГК РФ убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

По правилам статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи).

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в  пункте 12 Постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Реализация такого способа защиты как возмещение убытков возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, наличие причинно-следственной связи между действиями и его последствиями и вины правонарушителя.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

В силу пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу статей 15, 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Таким образом, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение причинителем вреда незаконных действий (бездействия); наличие у субъектов гражданского оборота убытков с указанием их размера; наличие причинной связи между неправомерным поведением и возникшими убытками; наличие вины лица, допустившего правонарушение. Отсутствие хотя бы одного из названных условий исключает ответственность лица по требованию о возмещении убытков.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исковые требования мотивированы ненадлежащим выполнением ответчиком обязательства в рамках договора подряда, вследствие чего истец понес убытки в порядке суброгации.

По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену (пункт 1 статьи 740 ГК РФ).

Согласно статье 721 ГК РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 724 ГК РФ, если иное не установлено законом или договором подряда, заказчик вправе предъявить требования, связанные с ненадлежащим качеством результата работы, при условии, что оно выявлено в сроки, установленные настоящей статьей. Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока.

Если иное не предусмотрено договором подряда, гарантийный срок (пункт 1 статьи 722 ГК РФ) начинает течь с момента, когда результат выполненной работы был принят или должен был быть принят заказчиком (пункт 5 статьи 724 ГК РФ).

В силу статей 309, 310, 314 ГК РФ обязательства должны выполняться надлежащим образом и в установленный срок. Односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

Пунктом 1 статьи 723 ГК РФ предусмотрено, что в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, потребовать от подрядчика возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397).

Согласно статье 754 ГК РФ, подрядчик несет ответственность перед заказчиком за допущенные отступления от требований, предусмотренных в технической документации и в обязательных для сторон строительных нормах и правилах, а также за недостижение указанных в технической документации показателей объекта строительства.

В порядке статьи 756 ГК РФ при предъявлении требований, связанных с ненадлежащим качеством результата работ, применяются правила, предусмотренные пунктами 1 - 5 статьи 724 настоящего Кодекса.

При этом предельный срок обнаружения недостатков, в соответствии с пунктами 2 и 4 статьи 724 настоящего Кодекса, составляет пять лет.

В силу пункта 4 статьи 724 ГК РФ в случае, когда предусмотренный договором гарантийный срок составляет менее двух лет и недостатки результата работы обнаружены заказчиком по истечении гарантийного срока, но в пределах двух лет с момента, предусмотренного пунктом 5 настоящей статьи, подрядчик несет ответственность, если заказчик докажет, что недостатки возникли до передачи результата работы заказчику или по причинам, возникшим до этого момента.

Как усматривается из материалов дела, 23.01.2025 между АО «Сахалинская ГРЭС-2» и АО «ТЭК Мосэнерго» заключен договор генерального подряда, по результатам которого построен объект – Сахалинская ГРЭС-2 (1-ая очередь).

Гарантийный срок по договору подряда  составляет 24 месяца, гарантии не распространяются на случаи нарушения правил эксплуатации объекта заказчиком (пункт 78.5 договора подряда).

Спорный объект передан АО «Сахалинская ГРЭС-2» на основании, составленного заказчиком и генподрядчиком акта формы КС-14 приемки законченного строительство объекта от 22.11.2019.

Далее, 20.04.2018 Комплекс имущества Сахалинской ГРЭС-2, получивший разрешение на ввод объекта в эксплуатацию,    созданный    в    рамках    реализации    инвестиционного    проекта «Строительство Сахалинской ГРЭС-2 (1-ая очередь)», непосредственно используемый в процессе производства и передачи электрической и тепловой энергии и принадлежащий Арендодателю на праве собственности, расположенный по адресу: Сахалинской область, Томаринский район, 6 км. севернее с. Ильинское, Сахалинская ГРЭС-2 на основании договора аренды АО «Сахалинская ГРЭС-2» передан в аренду ПАО «Сахалинэнерго».

Перечень имущества, входящий в состав Комплекса имущества Сахалинской ГРЭС-2, указан в Приложении № 1 к договору аренды.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона «Об электроэнергетике» Комплекс имущества Сахалинской ГРЭС-2 является объектом электроэнергетики и имеет следующие характеристики: Установленная электрическая мощность - 120 МВт, Установленная тепловая мощность - 18,2 Гкал/ч, Используемое топливо - бурый уголь марки БРЗ Солнцевского и Горнозаводского месторождений; Аварийное топливо - мазут марки М-100.

Комплекс имущества Сахалинской ГРЭС-2 предоставляется арендатору для использования в целях производства и передачи электрической и тепловой энергии, в состоянии, позволяющем использовать его в соответствии с указанными целями.

Согласно пункту 1 статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Срок аренды составляет 364 дня с даты передачи Комплекса имущества Сахалинской ГРЭС-2 по акту приема-передачи имущества.

Поскольку срок аренды установлен 364 дня, то согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Информационном письме от 11.01.2002 N 66 "Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой", указанный договор аренды является краткосрочным, государственную регистрацию не проходил.

Согласно пункту 4.2.2 договора аренды ПАО «Сахалинэнерго» обязано заключить договор страхования Комплекса имущества Сахалинской ГРЭС-2 от рисков, могущих повлечь уничтожение и/или порчу Комплекса имущества Сахалинской ГРЭС-2.

Во исполнение возложенной на ПАО «Сахалинэнерго» обязанности по страхованию арендованного имущества, 30.12.2021 ПАО «Сахалинэнерго» заключил договор страхования с АО «СОГАЗ».

В силу пункта 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с пунктом 1 статьи 930 ГК РФ имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

Договор страхования имущества, заключенный при отсутствии у страхователя или выгодоприобретателя интереса в сохранении застрахованного имущества, недействителен (пунтк 2 статьи 930 ГК РФ).

Договор страхования имущества в пользу выгодоприобретателя может быть заключен без указания имени или наименования выгодоприобретателя (страхование "за счет кого следует"). При заключении такого договора страхователю выдается страховой полис на предъявителя. При осуществлении страхователем или выгодоприобретателем прав по такому договору необходимо представление этого полиса страховщику (пункт 3 статьи 930 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 944 ГК РФ сказано, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем (пункт 2 статьи 944 ГК РФ).

В пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 N 75 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования" сказано, что при возникновении спора о действительности договора страхования имущества в связи с отсутствием интереса у лица, в пользу которого заключен договор, обязанность доказывать отсутствие интереса лежит на лице, предъявившем требование.

Из материалов дела усматривается, что 30.04.2022 на объекте произошла авария, признав инцидент страховым случаем, истец осуществил выплату страхового возмещения в размере 1 688 986 173 руб. 12 коп.

Между тем, ответчик ссылается на отсутствие его вины в произошедшей аварии. Считает, что АО «ТЭК Мосэнерго» не является лицом, ответственным за убытки, возмещенные в результате страхования.

В силу части 1 статьи 67 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

Согласно статье 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии с нормами частей 1, 2, 4, 5 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При этом, на основании статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы, объяснения лиц, участвующих в деле, и иных участников арбитражного процесса, полученные путем использования систем видеоконференц-связи (часть 2).

Статья 75 АПК РФ не исключает, а статья 89 АПК РФ прямо допускает представление в суд любых документов и материалов в качестве доказательств, если они содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения спора.

Истец в качестве доказательств, подтверждающую вину ответчика в произошедшей аварии, представил акт №3 расследования причин аварии и экспертное заключение АО «ХЭТК» от 08.05.2022 №2897-2022.

Актом №3 расследования причин аварии установлено следующее: «30.04.2022 в 11:44 на маслосиетеме произошел отрыв штуцера диаметром 57 мм напорного маслопровода на правый регулирующий клапан (далее -РК) ГА-2 по границе сварного шва от напорного коллектора масла диаметром 219 мм, после ГМН, с выбросом масла под давлением 15 кг/см2, с последующим попаданием масла па горячие части ГПЗ11-2 и возгоранием. Эксплуатация напорного маслопровода осуществлялась в соответствии с обязательными требованиями, установленными законодательством в сфере электроэнергетики и промышленной безопасности.

Оперативный персонал Сахалинской ГРЭС-2 действовал в соответствии с требованиями пункт 4.4.14, пункт 4.4.29 Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей в Российской Федерации, утвержденных приказом Минэнерго России от 19.06.2003 №229 (далее - ГГГЭ), которыми предусматривается необходимость проведения мероприятий по предотвращению протечек масла и попадания его в охлаждающую систему и окружающую среду при эксплуатации систем маслоснабжения турбоустановки, а также немедленный останов турбины персоналом при отказе в работе защит или при их отсутствии в случае обнаружения разрыва или сквозной трещины на неотключаемых участках маслопроводов и трубопроводах пароводяного тракта.

В соответствии с Федеральными нормами и правилами в области промышленной безопасности «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств», утвержденными приказом Ростехнадзора от 15.12.2020 № 533 (до этого действовали аналогичные Ф1111. утвержденные приказом Ростехнадзора от 11.03.2013 № 96), распространяющимися на тепло- и электростанции, на которых хранятся и транспортируются горючие вещества, указанные в подпункте "в" пункта 1 приложения № 1 к Федеральному закону от 21.07.1997 "О промышленной безопасности опасных производственных объектов", порядок организации и проведения работ по техническому обслуживанию и ремонту технологического оборудования должен быть определен в нормативных технических документах эксплуатирующей организации (стандарты, положения, инструкции, технологические карты) по техническому обслуживанию и ремонту технологического оборудования и технических устройств с учетом условий их эксплуатации, оценки вероятности и последствий отказа, требований нормативных документов, инструкций производителей (пункт 346 в приказе № 533, пункт 11.1 в приказе № 96), что выполняется.

Эксплуатация системы маслоснабжения, в том числе порядок проведения мероприятий по техническому обслуживанию, осуществляется па основании: Инструкции по эксплуатации системы регулирования турбины К-60-12,8, утвержденной главным инженером АО «Сахалинская ГРЭС», 22.1 1.2019; Инструкции по эксплуатации системы смазки паровой турбины К-60-12,8, утвержденной главным инженером АО «Сахалинская ГРЭС», 22.1 1.2019.

В соответствии с Инструкцией по эксплуатации системы регулирования турбины К-60-12,8 периодический осмотр напорного маслопровода оперативным персоналом па смене не проводится, поскольку маслопровод заключен в защитный короб (согласно проектной документации «Строительство 1-ой очереди Сахалинской ГРЭС-2»).

В соответствии с пунктом 2.4 Инструкции по эксплуатации системы регулирования турбины К-60-12,8 демонтаж защитных приспособлений (кожуха, ограждения) производится по наряду-допуску. Вскрытие маслопровода возможно только при проведении плановых работ (капитальный, текущий ремонты) или в аварийных ситуациях (обнаружение течей масла). Оснований для выдачи наряда-допуска не было. Визуальная возможность при обходах и осмотрах выявления оперативным персоналом скрытых повреждений отсутствовала.

В соответствии с требованиями пунктов 5.4, 5.7 Инструкции по эксплуатации системы смазки паровой турбины К-60-12,8 при периодических осмотрах системы смазки (1 раз в 2 часа) контролируется: отсутствие трещин, свищей, наличие неплотности фланцевых соединений, протечку через арматуру, дренажи, воздушники, пробоотборники; вибрация оборудования и трубопроводов; уровень масла в маслобаке.

Контроль указанных параметров выполняется ежемесячно. На дату возникновения аварийной ситуации, замечаний не было, что подтверждается копиями оперативных журналов котлотурбипного цеха (КТЦ), которые подтверждают периодичность обходов 1 раз к 2 часа оспенного и вспомогательного оборудования КТЦ. Сверхнормативная вибрация не наблюдалась. Факты протечек масла до возникновения и в момент аварии, такие как снижение уровня масла в главном маслобаке (далее - ГМБ) или рост уровня масла в баке сбора утечек не наблюдались, что подтверждается показаниями автоматического рабочего места блочного щита управления (далее - АРМ БЩУ).

В 2021 году Сахалинским управлением Ростехнадзора была проведена проверка соблюдения требований промышленной безопасности, в том числе на объекте «Площадка главного корпуса». Нарушений в эксплуатации технического устройства «Система маслопроводов ТГ-2» не выявлено.

С момента ввода энергоблока № 2 в эксплуатацию проводились проверки в рамках осуществления федерального государственного энергетического надзора, оценки готовности работы оборудования в отопительный период. Надлежащее состояние устройств и оборудования подтверждается получением паспорта готовности к работе в отопительный сезон 2021-2022. Замечания к работе «Система маслопроводов ТГ'-2» отсутствовали.

На основании экспертного заключения АО «ХЭТК» от 08.05.2022 № 2897-2022 по результатам оценки фактического состояния с определением причины повреждения сварного соединения напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2 ОП «Сахалинская ГРЭС» ПАО «Сахалинэперго» определено, что «отрыв штуцера напорного маслопровода па правый регулирующий клапан после главного маслопасоса произошел вследствие длительного, постепенного развития усталостной трещины, возникшей в сечении, наиболее ослабленном дефектом сварки в виде непровара, получившее развитие, в условиях воздействия переменных (изменяющихся цикличных) напряжений при вибрационных нагрузках со стороны присоединяемого трубопровода системы регулирования турбоагрегата». Определение данного дефекта (непровар в корне углового сварочного шва) в процессе эксплуатации невозможно по причине визуально неопределяемой.

Причиной аварии указан некачественный контроль за выполнением сварочных работ со стороны АО «ТЭК Мосэнерго».

Дефект сварного соединения в виде непровара, выполненного персоналом АО «Энергоремонт» (экспертное заключение АО «ХЭТК» от 08.05.2022 № 2897-2022).

Выброс масла из системы регулирования ТГ-2 и его возгорание.

Дефект сварного соединения приварки штуцера напорного маслопровода на правый регулирующий клапан к патрубку напорного маслопровода системы регулирования турбоагрегата ст. №2 в виде непровара».

Таким образом, согласно акту №3 расследования причин аварии, причиной аварии является дефект монтажа, дефект сварного соединения (шва), ответственным лицом признано АО «ТЭК Мосэнерго».

Представленный акт №3 расследования причин аварии подписан комиссией, созданной на основании приказа ПАО «Сахалинэнерго» от 30.04.2022, в составе работников НРЭС, ПАО «Сахалинэнерго», ПАО «РусГидро», Ростехнадзора, Департамента энергетики Сахалинской области.

Возражения ответчика относительно акта № 3 расследования причин аварии, апелляционным судом не принимаются.

Как ранее указывалось, спорный объект является объектом электроэнергетики.

Согласно статье 21 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ (ред. от 02.11.2023) "Об электроэнергетике" порядок расследования причин аварий в электроэнергетике утверждает Правительство Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации об электроэнергетике.

Такие правила утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 28.10.2009 N 846 (ред. от 24.05.2017) "Об утверждении Правил расследования причин аварий в электроэнергетике" (далее - Правила № 846).

Согласно пункту 2 Правил № 846 под аварией понимаются технологические нарушения на объекте электроэнергетики и (или) энергопринимающей установке, приведшие к разрушению или повреждению сооружений и (или) технических устройств (оборудования) объекта электроэнергетики и (или) энергопринимающей установки, неконтролируемому взрыву и (или) выбросу опасных веществ, отклонению от установленного технологического режима работы объектов электроэнергетики и (или) энергопринимающих установок, полному или частичному ограничению режима потребления электрической энергии (мощности), возникновению или угрозе возникновения аварийного электроэнергетического режима работы энергосистемы.

На основании пунктов 4 и 5 Правил № 846 к субъектам, уполномоченным вести расследование причин аварий, относятся: а) федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на осуществление федерального государственного энергетического надзора, либо его территориальный орган (в случае, если в результате аварии наступили последствия, перечисленные в пункте 4 Правил); б) собственник, иной законный владелец объекта электроэнергетики и (или) энергопринимающей установки либо эксплуатирующая их организация осуществляют расследование причин аварий, в результате которых произошли обстоятельства, перечисленные в пункте 5 Правил.

Федеральным органом исполнительной власти в области промышленной безопасности и федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного энергетического надзора является Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор), согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 30.07.2004 N 401 "О Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору".

Участие представителя Ростехнадзора в расследовании причин аварии на опасном объекте предусмотрено законом в качестве лица, возглавляющего комиссию по расследованию причин аварии, а на объекте электроэнергетики статус участвующего в комиссии представителя Ростехнадзора зависит от обстоятельств аварии, изложенных в пунктах 4 и 5 Правил № 846.

В разделе II Правил расследования установлен порядок расследования причин аварий.

Согласно пункту 7 Правил расследования собственник, иной законный владелец объекта электроэнергетики и (или) энергопринимающей установки либо эксплуатирующая их организация незамедлительно уведомляют о возникновении аварии диспетчерский центр субъекта оперативно-диспетчерского управления в электроэнергетике, в операционной зоне которого находятся объект электроэнергетики и (или) энергопринимающая установка, а также орган федерального государственного энергетического надзора в соответствии с порядком передачи оперативной информации об авариях в электроэнергетике, утверждаемым федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере топливно-энергетического комплекса, в том числе по вопросам электроэнергетики (далее - уполномоченный орган в сфере электроэнергетики).

Решение о расследовании причин аварии принимается не позднее 24 часов с момента получения органом федерального государственного энергетического надзора информации (пункт 8 Правил расследования).

В соответствии с пунктом 9 Правил расследования орган федерального государственного энергетического надзора, принявший решение о расследовании причин аварии, уведомляет об этом уполномоченный орган в сфере электроэнергетики в срок не позднее 48 часов с момента принятия такого решения.

Приказом руководителя органа федерального государственного энергетического надзора (его заместителя) оформляется решение о расследовании причин аварии, создается комиссия по расследованию причин аварии (далее - комиссия) и определяется ее состав (пункт 10 Правил расследования).

Действия комиссии в ходе расследования причин аварии оформляются протоколом и подписываются председателем комиссии (пункт 19).

Согласно пункту 20 Правил №846 расследования результаты расследования причин аварий, указанных в пунктах 4 и 5 настоящих Правил, оформляются актом о расследовании причин аварии (далее - акт расследования), форма и порядок заполнения которого утверждаются уполномоченным органом в сфере электроэнергетики.

Форма акта о расследовании причин аварий в электроэнергетике и порядок ее заполнения во исполнение Правил N 846 утверждена приказом Минэнерго России от 02.03.2010 N 90.

Акт расследования причин аварии от 30.04.2022 № 3 соответствует указанной форме, в акте отражено:

- в разделе 1.3 Учетные признаки аварии: повреждение основного оборудования электростанции, а также отключение такого оборудования действием автоматических защитных устройств или оперативным персоналом вследствие недопустимых отклонений технологических параметров или ошибочных действий оперативного персонала (соответствует подпункту 2 пункта 5 Правил 846).

Акт составлен с участием представителя Ростехнадзора, акт никем не оспорен.

В акте также указана в разделе 1.4 Классификация видов оборудования: - Турбинное оборудование.

Правилами № 846 определена классификация случаев, которая служит основанием для решения вопроса о субъекте, осуществляющем составление акта расследования причин аварии, принимая во внимание, что в качестве причин аварии в акте указано повреждение основного оборудования электростанции, а также отключение такого оборудования действием автоматических защитных устройств или оперативным персоналом вследствие недопустимых отклонений технологических параметров или ошибочных действий оперативного персонала, указанный случай отнесен к числу случаев, когда акт составляется собственником иным законным владельцем, суд приходит к выводу о том, что расследование причин аварии в данном случае, должно проводиться собственником или эксплуатантом объекта, что и имело место в спорной ситуации.

Таким образом, акт N 3 по форме и содержанию соответствует требованиям Правил N 846, а также приказа Минэнерго РФ от 02.03.2010 N 90.

Доводы ответчика о необходимости применения при составлении акта расследования причин аварии Порядок № 503, апелляционным судом не принимаются.

Согласно пункту 4 Правил 846, федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на осуществление федерального государственного энергетического надзора, либо его территориальный орган (далее - орган федерального государственного энергетического надзора) осуществляет расследование причин аварий, в результате которых произошли повреждения энергетического котла, турбины, генератора, силового трансформатора (автотрансформатора), а также обрушение несущих элементов технологических зданий, сооружений объекта электроэнергетики и (или) энергопринимающей установки, иные нарушения, в числе которых повреждение основного оборудования электростанции, а также отключение такого оборудования действием автоматических защитных устройств или оперативным персоналом вследствие недопустимых отклонений технологических параметров или ошибочных действий оперативного персонала, не поименовано.

Как указано в Приказе Ростехнадзора от 02.03.2021 N 81 (ред. от 20.10.2023) "Об утверждении перечней нормативных правовых актов (их отдельных положений), содержащих обязательные требования, оценка соблюдения которых осуществляется в рамках государственного контроля (надзора), привлечения к административной ответственности" Порядок № 503 применяется организациями, осуществляющими деятельность в области промышленной безопасности.

Таким образом, учитывая, что Правила № 846 подлежат применению субъектами электроэнергетики в случае повреждения основного оборудования электростанции, а также отключения такого оборудования действием автоматических защитных устройств или оперативным персоналом вследствие недопустимых отклонений технологических параметров или ошибочных действий оперативного персонала, то  установленные постановлением Правительства РФ и применяемые к объектам электроэнергетики правила правомерно применены при составлении акта расследования причин аварий.

Неучастие ответчика при составлении акта №3 не является достаточным основанием для сомнения в действительности данного акта, который составлен специальной комиссией в соответствии с Правилами № 846.

Ссылка АО «ТЭК Мосэнерго» на аффилированность лиц, составивших акт, апелляционным судом не принимается, как неподтверждённая надлежащими доказательствами.

Кроме того, истец, полагая, что причиной аварии стало ненадлежащее выполнение ответчиком работ на объекте по договору подряда, повлекшее возникновение указанной аварии, ссылается на экспертное заключение АО «ХЭТК» от 08.05.2022 №2897-2022.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в том числе согласно постановлению от 30.12.2022 об отказе в возбуждении уголовного дела, 30.04.2022 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), по факту пожара на территории ОП «Сахалинская ГРЭС-2» ПАО «Сахалинэнерго».

03.05.2022 старший следователь Холмского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Сахалинской области вынес постановление о назначении судебной технической экспертизы в рамках уголовного дела № 12202640022000016, возбужденного 30.04.2022 по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 293 УК РФ, по факту пожара на территории ОП «Сахалинская ГРЭС-2» ПАО «Сахалинэнерго», согласно которому в ходе предварительного следствия установлено, что 30.04.2022 в 11 часов 44 минуты на территории турбинного отделения котлотурбинного цеха ОП «Сахалинская ГРЭС-2» ПАО «Сахалинэнерго», расположенного по адресу: Сахалинская область, Томаринский район, Ильинское шоссе, 1, произошел пожар.

В ходе осмотра места происшествия установлено повреждение трубы маслопровода от напорного коллектора главного масляного насоса турбоагрегата (станционный номер 2), что могло привести к пожару.

С целью технического диагностирования, металлографического исследования и определения достоверной причины повреждения трубы маслопровода от напорного коллектора главного масляного насоса турбоагрегата назначена судебная технологическая экспертиза, производство которой поручено экспертам АО «ХЭТК».

Перед экспертами поставлен вопрос: Какова причина отрыва трубы маслопровода от напорного коллектора главного масляного насоса турбоагрегата (станционный номер 2)?

Экспертам разрешен демонтаж напорного коллектора главного масляного насоса турбоагрегата станционный номер 2 и штуцера маслопровода регулирующего клапана (правого) турбоагрегата № 2, а также производство демонтажа и вырезок.

30.12.2022 старшим следователем Холмского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Сахалинской области отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 293 УК РФ по сообщению о пожаре на территории ОП «Сахалинская ГРЭС» МАО «Сахалинэнерго», так как уголовное дело № 12202640022000016 по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 293 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием события преступления.

В то же время, в рамках проведенной экспертизы старшим следователем Холмского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Сахалинской области технической экспертизы подготовлено экспертное заключение АО «ХЭТК» от 08.05.2022 №2897-2022, в котором отражено следующее: «по результатам оценки фактического состояния с определением причины повреждения сварного соединения напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. №2 ОП «Сахалинская ГРЭС» причиной повреждения сварного соединения приварки штуцера к патрубку напорного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. №2 ОП «Сахалинская ГРЭС» ПАО «Сахалинэнерго» явилось длительное постепенное развитие усталостной трещины, возникшей в сечении, наиболее ослабленном дефектом сварки в виде непровара, и, получившее развитие, в условиях воздействия переменных (изменяющихся цикличных) напряжений при вибрационных нагрузках со стороны присоединяемого трубопровода системы регулирования турбоагрегата.

Указанный вывод сделан по результатам визуального и измерительного контроля, установлено, что сварное соединение напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст.№2 (соединение патрубка черт. МТ-271583 (деталь сборочной единицы «Блок» черт. БТ-271577) и штуцера 086 57x3-200 - деталь поз.112 узла БТ-275655) не соответствует требованиям п.6.1.4, п.18.3.4 РТМ-1с и сборочному чертежу БТ-275655 СБ».

В заключении АО «ХЭТК» указано, что для проведения экспертизы представлены элементы поврежденного напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2:

- фрагмент патрубка размером 0219x9 мм, черт. МТ-271583-1 (деталь сборочной единицы «Блок» черт. БТ-271577) с участком повреждения по сварному соединению;

- штуцер 086 по ОСТ 3410.761-97 размером 057x3 мм-200 (деталь позиции 112 узла БТ- 275655) с фланцевым соединением и участком повреждения по зоне термического влияния сварного соединения.

Согласно заключению АО «ХЭТК» исследование металла поврежденного сварного соединения приварки штуцера к патрубку напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2 проводилось по следующей программе:

- химический анализ основного металла штуцера, патрубка и наплавленного металла сварного соединения;

- визуальный осмотр и фрактографический анализ поверхности разрушения, анализ характера развития трещин в сварном соединении;

- изготовление стандартных образцов и проведение механических испытаний на статическое растяжение основного металла патрубка с определением уровня механических свойств;

- отбор образцов, изготовление шлифов и проведение металлографического исследования микроструктуры основного металла штуцера, патрубка и наплавленного металла сварного соединения по всей толщине стенки в зоне повреждения, вблизи зоны повреждения и на расстоянии с определением величины зерна, структурных составляющих, их ориентации и видоизменения в зависимости от технологии изготовления и воздействия условий эксплуатации;

- выявление неметаллических включений и анализ характера (особенностей) образования и развития трещин в металле сварного соединения;

- измерение твердости основного металла и зоны термического влияния сварного соединения;

- оценка результатов исследования на соответствие металла поврежденного сварного соединения критериям качества действующих НТД для технологических трубопроводов.

По результатам визуального и фрактографического анализа установлено:

- повреждение сварного соединения приварки штуцера к патрубку напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2 представляет собой отрыв штуцера от патрубка, в основном, по зоне термического влияния (ЗТВ) сварного соединения со стороны штуцера и частично (~ 20% от всей площади излома) по зоне термического влияния (ЗТВ) сварного соединения со стороны патрубка, что является зоной статического долома;

- на наружной поверхности сварного соединения визуально видны образовавшиеся трещины по наплавленному металлу, а также по линии сплавления штуцера и металла шва; трещины распространяются от наружной поверхности к внутренней; по мере продвижения трещин изменяется их траектория: трещины зарождались в плоскости поперечного сечения относительно штуцера, а затем по мере увеличения скорости роста отклоняются от плоскости поперечного сечения, изменяя угол наклона от 45 до 90 градусов по отношению к направлению основных напряжений, рис. 2; 4а,б,в; 6а,б;

- повреждение сварного соединения имеет все характерные признаки усталостного разрушения:

- хрупкий бездеформационный излом без утонения толщины стенки;

- на изломе разрушения выявлены характерные зоны: зона начало образования и равномерно-ускоренного усталостного развития трещины с притертой, пришлифованной поверхностью;

- зона избирательного длительного развития трещины с образованием характерных усталостных бороздок и зона статического долома;

- зона образования и начала развития трещины с притертой, пришлифованной поверхностью выявлена в наиболее ослабленном сечении сварного соединения - в месте дефекта сварки в виде непровара, рис. 56; 6а,в,г,д;

- зона с усталостными бороздками - это микрорельеф усталостного излома в виде повторяющихся удлиненных впадин и выступов, не пересекающихся между собой и ориентированных

- перпендикулярно локальному направлению развития трещины на данном микроучастке; усталостные бороздки образуются при длительном (ступенчатом) развитии трещины; наличие впадин и выступов (ступенек) на поверхности трещины является характерным признаком влияния циклических (переменных) напряжений при усталостном разрушении, статический долом сварного соединения произошел в виде отрыва штуцера с участком металла шва (~ 20%) от патрубка по зоне термического влияния;

- усталостное разрушение детали возникает в результате действия напряжений, периодически и многократно изменяющихся в процессе циклического нагружения при эксплуатации.

Объектом лабораторного исследования является поврежденное сварное соединение приварки штуцера к патрубку напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2 ОП «Сахалинская ГРЭС» ПАО «Сахалинэнерго». Лабораторные исследования производились на представленных вырезках фрагмента патрубка и штуцера с фланцевым соединением.

По результатам химического анализа установлено:

- химический состав основного металла патрубка размером 0219x9 мм напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2 ОП «Сахалинская ГРЭС» соответствует марочному составу углеродистой стали марки 20 в соответствии с требованиями ГОСТ 1050-2013 и ТУ 14-ЗР-55-2001;

- химический состав основного металла штуцера 086 размером 057x3 соответствует марочному составу углеродистой стали марки 20 в соответствии с требованиями ГОСТ 1050-2013;

- химический состав наплавленного металла сварного соединения приварки штуцера к патрубку напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2 ОП «Сахалинская ГРЭС» ПАО «Сахалинэнерго» соответствует электродам типа Э50А марки УОНИ 13/55 в соответствии с требованиями СО 15334.003-01;

- массовая доля химических элементов представлена в протоколе химического анализа от 07.05.2022 № 129-131.

По результатам визуального осмотра и фрактографического анализа поврежденного сварного соединения установлено:

- повреждение сварного соединения приварки штуцера к патрубку напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2 представляет собой отрыв штуцера от патрубка по зоне термического влияния (ЗТВ);

- повреждение сварного соединения имеет все характерные признаки усталостного разрушения: хрупкий бездеформационный излом без утонения толщины стенки, зона начало образования и равномерно-ускоренного усталостного развития трещины с притертой, пришлифованной поверхностью, зона избирательного длительного развития трещины с образованием характерных усталостных бороздок и зона статического долома;

- зона образования и начала развития трещины с притертой, пришлифованной поверхностью выявлена в наиболее ослабленном сечении сварного соединения - в месте дефекта сварки в виде непровара;

- усталостные бороздки образуются при длительном (ступенчатом) развитии трещины; наличие впадин и выступов (ступенек) на поверхности излома является характерным признаком влияния циклических (переменных) напряжений при усталостном разрушении;

- усталостное разрушение детали возникает в результате действия напряжений, периодически и многократно изменяющихся в процессе циклического нагружения при эксплуатации.

По результатам механических испытаний и измерения твердости установлено: механические свойства   основного металла патрубка размером 0219x9 мм напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2 ОП «Сахалинская ГРЭС» при температуре +20°С имеют высокий уровень и удовлетворяют как требованиям ГОСТ 8731 -74 для бесшовных горячедеформированных труб из стали марки 20 в состоянии поставки, так и требованиям ТУ 14-ЗР-55-2001 для труб из стали марки 20;

- твердость основного металла патрубка размером 0219x9 мм напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2 по Бринеллю составляет 136-Н40 НВ, что удовлетворяют требованиям ГОСТ 8731-74 для бесшовных горячедеформированных труб из стали марки 20 в состоянии поставки;

- твердость зоны термического влияния сварного соединения приварки штуцера к патрубку напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2 по Виккерсу составляет 162-Н72 HV 5 (по Бринеллю составляет 153-163 НВ) и считается удовлетворительной;

- микроструктура основного металла патрубка и штуцера по толщине стенки в зоне разрушения, вблизи зоны разрушения и на расстоянии находится в удовлетворительном состоянии, и соответствует структуре металла труб из стали 20: светлые зерна феррита и темные зерна перлита с сохранением пластинчатого строения;

- микроструктура металла по ширине зон термического влияния сварного соединения со стороны патрубка и штуцера находится в удовлетворительном состоянии, и состоит из феррита, перекристаллизованного перлита и цементита;

- микроструктура наплавленного металла сварного соединения находится в удовлетворительном состоянии и состоит из перлита сорбитообразного, структурно-свободных сфероидов цементита и феррита по границам кристаллитов;

- в наплавленном металле и околошовной зоне ЗТВ сварного соединения участков с мартенситной структурой и величиной зерна номер 1 и крупнее не выявлено;

- температурное воздействие при возгорании масла не вызвало структурных и аномальных изменений в объёме исследуемого основного металла патрубка и штуцера, а также по ширине зон термического влияния и наплавленного металла сварного соединения.

Согласно экспертному заключению АО «ХЭТК», причиной повреждения сварного соединения приварки штуцера к патрубку напорного масляного коллектора системы регулирования турбоагрегата ст. № 2 ОП «Сахалинская ГРЭС» ПАО «Сахалинэнерго» является длительное постепенное развитие усталостной трещины в условиях воздействия переменных (циклических, изменяющихся) напряжений; образование и развитие повреждения произошло в сечении, наиболее ослабленным дефектом сварки в виде непровара.

Ответчик, в свою очередь, возражая относительно представленных истцом доказательств, представил со своей стороны рецензию от 13.02.2023, подготовленную ООО ЭЦ «Базис» и протокол  испытаний от 25.5.2022 №2205-01, составленный Центром коллективного пользования «Новые материалы и технологии» ГБОУ ВО «Комсомольсий-на Амуре государственный университет».

В соответствии с выводами рецензии от 13.02.2023, подготовленной ООО ЭЦ «Базис» по заказу ответчика, установлены нарушения требований Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" (далее – Закон № 73-ФЗ ) при проведении экспертизы АО «ХЭТК», а именно:

- статьи 8 Закона № 73-ФЗ в части того, что эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных»;

- статьи 25 Закона № 73-ФЗ в части того, что в заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены: содержание и результаты исследований с указанием примененных методов.

Экспертом ООО ЭЦ «Базис» проведено исследование по вопросу о том, что могло явиться причиной/причинами повышенной вибрации на напорном масляном коллекторе системы регулирования турбоагрегата ст. №2 ОП «Сахалинская ГРЭС» ПАО «Сахалинэнерго»?

Эксперт указал, что согласно фотографиям, представленным на рассмотрение Специалиста (илл. 1-3, Приложение 2), накануне аварии 30.04.2022, по крайней мере, два участка маслопровода имели незакрепленные U-образныехомуты.

Вследствие самоотвинчивания гаек, не имеющих стопорения, состояния опор могут рассматриваться как дефекты опор - опоры становятся «неработающими», то есть не выполняющими свое функциональное назначение: восприятие весовых и вибрационных нагрузок, действующих на локальный участки трубопровода.

При этом жесткость локальной колебательной системы маслопровода на участках с «неработающими» опорами существенно ослабляется (снижается). Вместе с изменением жесткости меняется и сам характер вибраций, воспринимаемых участками трубопровода вблизи источника возбуждения (насосы, и пр. роторные машины), и неизбежно передаваемых далее, на участки трубопровода с ослабленной жесткостью.

В исследуемом случае при самопроизвольном отвинчивании гаек на хомутах жесткость трубопровода на трех участках (поскольку две рядом стоящие опоры стали «неработающими») существенно изменилась и как следствие, понизилась собственная частота локальной колебательной системы «патрубок - штуцер».

То есть, в описанном случае возникновения «неработающих» опор вследствие самоотвинчивания крепежных гаек, неизбежно вызвало возмущающие силы в широком спектре частот, в том числе, и на частотах, близких к собственным частотам Коллектора.

Резко возросло силовое воздействие вибрации, возникшей при «неработающих» опорах на собственной частоте Коллектора. С учётом конфигурации Коллектора (геометрических размеров: более жесткий патрубок и менее жесткий штуцер) за счет большого рычага штуцера вибрационное воздействие было способно создавать в зоне сварного шва значительные изгибающие усилия. В отсутствие должного контроля за уровнем вибраций со стороны персонала, ответственного за такой контроль, изгибающие усилия привели к образованию трещины в зоне термического влияния (ЗТВ), расположенной на штуцере.

Таким образом, с высокой вероятностью причиной повышенной вибрации на напорном масляном коллекторе системы регулирования турбоагрегата ст. №2 ОП «Сахалинская ГРЭС» ПАО «Сахалинэнерго», по мнению эксперта ООО ЭЦ «Базис», могли явиться неквалифицированные действия персонала, занимавшегося обслуживанием опор «Маслопровода регулирования», заключающиеся в том, что своевременно не был устранен недостаток в креплении хомутов на каждой из опор на трубопроводе Дн = 57, а именно: с высокой вероятностью на каждом из резьбовых концов хомутов опор маслопровода регулирования, фотографии которых были представлены Специалисту, имелось только по одной крепежной гайке, при отсутствующей второй контргайке.

В то время, как согласно техническим требованиям, содержащимся в конструкторской документации на маслопровод регулирования (БТ- 275655 СБ), крепить каждый из хомутов опор маслопровода Дн = 57 необходимо с использованием стопорения гаек способом «Контргайка» в соответствии с рекомендациями для трубопроводов тепловых электростанций и требованиями стандарта (п.4.3.1 и п. 4.3.4 ГОСТ Р 70116-2022).

Между тем, исследовав представленную ответчиком рецензию на проведенную экспертизу, суд апелляционной инстанции оценивает ее критически. Представленная рецензия не опровергает недостоверность внесудебного экспертного заключения. Выводы специалиста, сделанные в рецензии, на которую указал ответчик в апелляционной жалобе, являются выражением его личного субъективного мнения и не свидетельствуют о наличии оснований для признания заключения эксперта недопустимым доказательством. Кроме того, лицо, ее составившее, не предупреждалось об ответственности за составление заведомо ложного экспертного заключения.

В статье 25 Закона N 73-ФЗ предусматривается, что в заключении эксперта или комиссии экспертов должно быть отражено предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Когда экспертное заключение АО «ХЭТК» выполнено в рамках следственной проверки в уголовном деле, исследование основано на изучении вещественного доказательства по делу - демонтированного с разрешения следователя напорного коллектора главного масляного насоса турбоагрегата станционный номер 2 и штуцера маслопровода регулирующего клапана (правого) турбоагрегата № 2.

Вместе с тем, в рецензии указано, что внесудебное экспертное заключение выполнено не объективно, без учета требований о необходимости научного обоснования и не содержит данных о результатах исследований с указанием примененных методов, когда в заключении АО «ХЭТК» отражены как методы исследования, включая визуальный и измерительный контроль, так и выводы с их научным и практическим обоснованием.

Апеллянт  также в обоснование своей позиции об отсутствии его вины, в наступившей аварии, а также в качестве опровержения выводов  АО «ХЭТК», ссылается на протокол испытаний от 25.05.2022 №2205-01, составленный Центром коллективного пользования «Новые материалы и технологии» ГБОУ ВО «Комсомольсий-на Амуре государственный университет», из которого следует, что для проведения дополнительных исследования причины разрушения сварного соединения штуцера и патрубка напорного масляного коллектора системы регулирования АО «ХЭТК» были представлены образцы, на основании внешнего осмотра которых установлено, что разрушение сварного соединения произошло по характерному механизму усталостного разрушения. В результате длительного постепенного развития усталостной трещины в условиях воздействия переменных напряжений при вибрационных нагрузках.

Зарождение трещины в представленном для исследования сварном соединении произошло в зоне термического влияния на штуцере в результате циклических нагрузок, превысивших предел усталости (выносливости) материала штуцера.

Так как дефект сварного соединения «не сплавление корня шва» и место разрушения усталостной трещины находятся в разных зонах (не сплавление корня шва со стороны коллектора, усталостная трещина в теле штуцера) и дефект сварки не сплавление корня шва находится с внутренней стороны, а развитие трещины произошло с наружной. Данный дефект не является концентратом для развития усталостной трещины.

Апелляционный суд учитывает, что в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 30.12.2022 указано, со ссылкой на заключение АО «ХЭТК», что причиной аварии стало развитие усталостной трещины в связи с непроваром.

Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации В пункте 13 Постановления от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" разъяснено, что заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

В соответствии со статьей 89 АПК РФ такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства

Кроме того, в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 30.12.2022 также имеется ссылка также на протокол испытаний от 25.05.2022 № 2205-01.

В постановлении указано, что со стороны АО «ТЭК Мосэнерго» и его подрядчиков, а также со стороны Сахалинэнерго и ГРЭС действий, свидетельствующих о нарушении правил безопасности при ведении строительных (в отношении подрядчика) и нарушения требований промышленной безопасности опасных производственных объектов (в отношении заказчика и эксплуатанта) не установлено.

В действиях работников АО «ТЭК Мосэнерго» также не установлено события преступления по статье 238 УК РФ в виде несоблюдения требований безопасности при производстве работ, поскольку такое нарушение в качестве уголовно преследуемого устанавливается в случае, когда потерпевшим является гражданин, а не юридическое лицо.

Вместе с тем, оценивая указанные внесудебные заключения экспертов, апелляционный суд учитывает, что  заключение АО «ХЭТК» имеет сведения о примененных методах исследования, которые, помимо визуального осмотра, включали также иные способы исследования. При этом, протокол испытаний от 22.05.2022 таких сведений не содержит.

Заключение АО «ХЭТК» подготовлено организацией, имеющей лицензию на осуществление деятельности по проведению экспертизы промышленной безопасности в соответствии с постановление Правительства Российской Федерации от 16.09.2020 N 1477 (ред. от 06.09.2022) "О лицензировании деятельности по проведению экспертизы промышленной безопасности", исследования проведены в аккредитованных лабораториях.

Поскольку заключения внесудебной экспертизы АО «ХЭТК» соответствуют требованиям действующего законодательства Российской Федерации, то суд первой инстанции правомерно принял их в качестве надлежащих доказательств по делу.

Заключения внесудебной экспертизы АО «ХЭТК» ответчиком в установленном законом порядке не оспорены, приведенные в них выводы не опровергнуты; ответчик в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции о назначении по делу судебной экспертизы в порядке статьи 82 АПК РФ не заявил.

Доводы ответчика относительного того, что обстоятельства обнаружены после истечения гарантийного срока, который составят 24 месяца, апелляционным судом не принимаются.

Как ранее указывалось, предельный срок обнаружения недостатков, в соответствии с пунктами 2 и 4 статьи 724 настоящего Кодекса, составляет пять лет.

В силу пункта 4 статьи 724 ГК РФ в случае, когда предусмотренный договором гарантийный срок составляет менее двух лет и недостатки результата работы обнаружены заказчиком по истечении гарантийного срока, но в пределах двух лет с момента, предусмотренного пунктом 5 настоящей статьи, подрядчик несет ответственность, если заказчик докажет, что недостатки возникли до передачи результата работы заказчику или по причинам, возникшим до этого момента.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно установлен факт, что причиной аварии на объекте явилось ненадлежащее качество выполненных ответчик строительных работ по договору подряда, выявленное в период гарантийной эксплуатации объекта.

При этом, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, не является доказательством отсутствия вины ответчика в причиненных убытках.

Вместе с тем, установленные обстоятельства о наличии вины ответчика в возникших убытках, в настоящем споре не являются основаниями для удовлетворения требований АО «СОГАЗ» на основании следующего.

По мнению, ответчика на основании пункта 3.4 договора страхования право суброгационного требования не может быть применено к нему, как лицу, с которым заключено соглашение о строительно-монтажных работах. В подтверждение указанных доводов, ответчик представил подготовленное по его заказу заключение специалиста ООО ОК «Юдис» от 17.05.2023, согласно которому абзац 4 пункта 3.4, расположенный на стр. 24 Договора страхования имущества, машин и оборудования от поломок № 22 РТК 0043 от «30» декабря 2021 г., содержит в себе два самостоятельных условия:

Любые права суброгации не применяются в отношении:

- лиц, с которыми заключены соглашения о строительно-монтажных работах, проектировании, наладке, обслуживании, диагностике, ремонте, подряде Застрахованного имущества;

- а также в отношении других лиц, с которыми Страхователь заключил соглашения об освобождении от ответственности (статья 965 Гражданского Кодекса Российской Федерации).

Поскольку ответчик является лицом, с которым заключен договор о строительно-монтажных работах, то на него суброгационные требования истца не распространяются.

В силу статьи 965 ГК РФ к страховщику, выполнившему перед страхователем обязанности по выплате страхового возмещения, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое имел страхователь к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

При этом, формулировка в законе «если договором имущественного страхования не предусмотрено иное» подразумевает диспозитивность т.е. предоставляет сторонам договора право изменять правило о переходе права требования к страховщику, и именно поэтому отказ от суброгации должен специально оговариваться соглашением сторон договора страхования.

В пункте 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 N 75 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования" указано, что страховщик при страховании риска убытков, причиненных контрагентами страхователя, приобретает права в порядке суброгации, если иное не предусмотрено договором имущественного страхования. Положения гражданского законодательства о страховании позволяют исключить право страховщика по договору имущественного страхования (страхования предпринимательского риска) на суброгацию в случаях, когда это предусмотрено договором страхования.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54 по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 ГК РФ, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют.

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В пункте 3.4 договора страхования АО «СОГАЗ» и ПАО «Сахалинэнерго» установили, что любое освобождение страхователя от ответственности, вступившее в силу до убытка по настоящему договору, не повлияет на исполнение условий настоящего договора или право страхователя получить возмещение по настоящему договору.

Любые права суброгации не применяются в отношении:

- страхователя;

- филиалов и представительств, дочерних и зависимых обществ, компаний или корпораций, или других корпораций или компаний, связанных со Страхователем посредством собственности или управления;

- лиц, с которыми заключены соглашения о строительно-монтажных работах, проектировании, наладке, обслуживании, диагностике, ремонте, подряде Застрахованного имущества, а также в отношении других лиц, с которыми Страхователь заключил соглашения об освобождении от ответственности (статья 965 Гражданского Кодекса Российской Федерации);

- по усмотрению Страхователя в отношении его арендаторов или арендодателей.

Из материалов дела усматривается, что АО «СОГАЗ», ПАО «Сахалинэнерго» и АО «Сахалинская ГРЭС-2» после возникновения страхового случая и за один день до выплаты страхового возмещения заключили соглашение от 08.09.2022.

В пункте 7 соглашения от 08.09.2022 его стороны установили, что страхователь и страховщик подтверждают, что при заключении договора страхования имущества от 30.12.2021 №22 РТК 0043 исходили из того, что положения пункта 3.4. договора применяются только в отношении контрагентов страхователя - подрядчиков, исполнителей. страхователь подтверждает, что АО «ТЭК Мосэнерго» не является лицом - подрядчиком, исполнителем работ, услуг, с которым страхователем, как заказчиком, заключены соглашения о строительно-монтажных работах, проектировании, наладке, обслуживании, диагностике, ремонте, подряде застрахованного имущества, а также лицом, с которым страхователь заключил соглашение об освобождении от ответственности (статья 965 ГК РФ).

Таким образом, в силу пункта 7 соглашения от 08.09.2022 положения пункта 3.4 договора страхования применяются только в отношении контрагентов страхователя - подрядчиков, исполнителей.

В силу положений части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Принцип обязательности судебных актов установлен статьей 16 АПК РФ: вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для всех государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации (часть 1 статьи 16 АПК РФ). Отнесение тех или иных обстоятельств к преюдициально установленным означает запрет заново устанавливать, оспаривать или опровергать те же обстоятельства с целью замены ранее сделанных выводов на противоположные. Преюдициально установленные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь, не могут быть повторно исследованы и пересмотрены судом.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П, преюдициально установленный факт принимается при рассмотрении дела до его опровержения.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2023 по делу N А40-65880/2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2023 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 09.04.2024, соглашение от 08.09.2022 между АО «СОГАЗ», ПАО «Сахалинэнерго» и АО «Сахалинская ГРЭС-2» в части пункта 7, изменяющего условия пункта 3.4 договора страхования от 30.12.2021 № 22 РТК, признано недействительным на основании пункта 1 статьи 10 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ.

Вопреки доводам истца, обстоятельства, установленные в рамках дела N А40-65880/2023, имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора по существу.

Суды трёх инстанций в рамках рассмотрения дела № А40-65880/2023 пришли к выводам, что соглашение от 08.09.2022 заключено с целью отменить условие договора страхования, исключающее переход права требования по суброгации.

Пунктом 7 Соглашения от 08.09.2022 стороны изменили пункт 3.4 договора страхования, указав, что неприменение прав по суброгации относится только к контрагентам Страхователя, выполнявших работы на Сахалинской ГРЭС-2, что нарушает права не только истца, но и целого ряда лиц, включая связанных со Страхователем посредством собственности или управления.

Наличие договора страхования с условием, исключающим переход права требования по суброгации к истцу, обеспечивало защиту имущественных интересов АО "ТЭК Мосэнерго" при наступлении страхового случая.

Изменение данного условия уже после наступления страхового случая является злоупотреблением правом, так как такими действиями ответчики намеренно стремятся причинить вред АО "ТЭК Мосэнерго" путем взыскания с него убытков, от которых он был защищен до заключения Соглашения.

Суд первой инстанции в рамках рассмотрения настоящего дела, пришел к выводу, что указанное в пункте 3.4 договора страхования условие об исключении суброгации не применимо к ответчику, а касается случаев привлечения к выполнению строительно-монтажных работ иных лиц, привлеченных после передачи Объекта, завершенного строительством, в аренду.

Однако, суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанным выводом суда первой инстанции.

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 43 Постановления от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" установлено, что условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Таким образом, указанное условие в пункте 3.4 договора страхования содержит явный запрет на переход к страховщику прав по суброгации в отношении лиц, с которыми заключено соглашение о подрядных работах в отношении застрахованного имущества - Сахалинской ГРЭС-2 вне зависимости от того, с какими конкретно лицами оно заключено.

При этом, страхователь не является заказчиком строительства Сахалинской ГРЭС-2, не заключал и в принципе не мог заключать договоры подряда в отношении застрахованного имущества, так как является эксплуатирующей организацией объекта Сахалинская ГРЭС-2 с момента ввода его в эксплуатацию, то есть уже после того, как были выполнены все подрядные работы на объекте.

В связи с чем, суд первой инстанции делая вывод о том, что пункт 3.4 договора страхования относится лишь к выполнению строительно-монтажных работ иных лиц, привлеченных после передачи объекта, завершенного строительством, в аренду, не учел, что данное неприменимо на практике.

Ссылка истца на соглашение от 27.11.2023 между АО «СОГАЗ», ПАО «Сахалинэнерго» и АО «Сахалинская ГРЭС-2», апелляционным судом не принимается.

Согласно пункту 7 соглашения об окончательном урегулировании от 27.11.2023 положения пункта 3.4 договора страхования не принимаются к АО «ТЭК Мосэнерго». АО «ТЭК Мосэнерго» не является лицом - подрядчиком, исполнителем работ, услуг, с которым страхователем, как заказчиком, заключены соглашения о строительно-монтажных работах, проектировании, наладке, обслуживании, диагностике, ремонте, подряде имущества, а также лицом, с которым страхователь заключил соглашение об освобождении от ответственности (статья 965 ГК РФ). Положения указанного пункта соглашения применяются к отношениям сторон, возникшим с 30.12.2021 в силу пункта 2 статьи 425 ГК РФ.

Кроме того, в пункте 8 соглашения об окончательном урегулировании от 27.11.2023 его стороны установили, что к страховщику, выплатившему страховое возмещение по факту события, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое выгодоприобретатель имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Проанализировав соглашение от 27.11.2023 между АО «СОГАЗ», ПАО «Сахалинэнерго» и АО «Сахалинская ГРЭС-2», апелляционный суд заключил, что указанным соглашением его стороны подтвердили позицию отраженную в соглашение от  08.09.2022. В то время как соглашению от 08.09.2022 в части пункта 7 арбитражными судами трёх инстанций дана правовая оценка в рамках рассмотрения дела № А40-65880/2023.

Так, указывая, что АО "ТЭК Мосэнерго" не является лицом - подрядчиком, исполнителем работ, услуг, с которым страхователем, как заказчиком, заключены соглашения о строительно-монтажных работах, проектировании, наладке, обслуживании, диагностике, ремонте, подряде застрахованного имущества, изменяя условия договора страхования уже после наступления страхового случая является злоупотреблением правом, так как такими действиями АО «СОГАЗ», ПАО «Сахалинэнерго» и АО «Сахалинская ГРЭС-2» намеренно стремятся причинить вред истцу путем взыскания с него убытков, от которых он был защищен до заключения соглашения.

Таким образом, учитывая положения пункта 3.4 договора страхования, с учетом признания в части пункта 7 соглашения от  08.09.2022, изменяющего условия пункта 3.4 договора страхования недействительным, требования АО «СОГАЗ» к АО «ТЭК Мосэнерго» о взыскании суммы убытков в порядке суброгации в размере 1 688 986 173 руб. 12 коп. не подлежат удовлетворению.

При изложенных обстоятельствах, ссылка на пункт 8 соглашения об окончательном урегулировании от 27.11.2023 также не принимается.

На основании части 2 статьи 269 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

При данных обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене ввиду неполного выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела на основании пункта 1 части 1 статьи 270 АПК РФ с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении исковых требований

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В силу положений статьи 110 АПК РФ, учитывая, что по результатам рассмотрения апелляционной жалобы судебный акт был принят не в пользу истца, судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в сумме 3 000 руб. подлежат взысканию с АО «СОГАЗ» в пользу АО «ТЭК Мосэнерго».

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд 



ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Сахалинской области от 20.12.2023 по делу №А59-5919/2022  отменить.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» в пользу акционерного общества «Теплоэнергетическая компания Мосэнерго» 3 000 (три тысячи) рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение двух месяцев.



Председательствующий


Д.А. Самофал

Судьи

С.Н. Горбачева


Л.А. Мокроусова