Постановление от 7 ноября 2023 г. по делу № А40-100462/2017

1046/2023-309161(2)


ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 09АП-64134/2023

Дело № А40-100462/17
г. Москва
07 ноября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 07 ноября 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Захарова С.Л.,

судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Лапшиной В.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.08.2023 по делу № А40-100462/17

об отказе в удовлетворении жалобы ФИО2 на действия (бездействия) арбитражных управляющих ФИО3 и ФИО4, а также о взыскании с арбитражных управляющих убытков и процентов,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «РБК Мани», при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО5 и ФИО6 по дов. от 21.04.2023 от а/у ФИО4: ФИО7 по дов. от 09.08.2023 иные лица не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «РБК Мани» (далее – должник) бывший руководитель должника ФИО2, привлеченный к субсидиарной ответственности, обратился в суд с жалобой на бездействие арбитражного управляющего ФИО3, исполнявшего обязанности конкурсного управляющего должником в период с 05.03.2018 по 29.08.2018, а также действующего конкурсного управляющего должником ФИО4 выразившееся в невзыскании дебиторской задолженности ПАО «РБК», содержащей требование о взыскании с них убытков в размере 18 000 000 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на указанную сумму с даты вступления в законную силу судебного акта и до даты фактической уплаты денежных средств в конкурсную массу.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2023 в удовлетворении жалобы было отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил его отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании представители ФИО2 поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, а представитель ФИО4 против

удовлетворения апелляционной жалобы возражал по доводам, изложенные в отзыве на неё.

Остальные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем дело рассмотрено в отсутствие представителей указанных лиц.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения участников судебного разбирательства, рассмотрев доводы, приведенные в апелляционной жалобе, апелляционный суд пришел к выводу о том, что она не подлежит удовлетворению в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2018 по настоящему делу, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (ранее являвшийся временным управляющим).

Определением от 29.08.2018 суд на основании ходатайства ФИО3 освободил его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением от 05.10.2018 (резолютивная часть от 04.10.2018) конкурсным управляющим был утвержден ФИО4

Определением от 01.07.2022 ФИО2, являвшийся руководителем должника в период с 13.03.2013 по 01.04.2014, был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным абзацем четвертым пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, далее – Закон о банкротстве).

В поданной в суд жалобе на действия ФИО3 и ФИО4 ФИО2, руководствуясь положениями статей 20.3 и 129 Закона о банкротстве, ссылался на неисполнение ими обязанности по своевременному взысканию дебиторской задолженности ПАО «РБК» в размере 18 млн. руб. по договору займа от 27.07.2012, которое по мнению заявителя, привело к убыткам на стороне должника ввиду невозможности пополнения конкурсной массы на сумму указанной задолженности.

Поскольку последствия подобных нарушений может нести ФИО2 как контролирующее должника лицо ввиду привлечения его к субсидиарной ответственности, заявитель при обращении в суд с жалобой исходил из своей заинтересованности в должном формировании конкурсной массы.

Отказывая в удовлетворении жалобы, суд первой инстанции исходил из того, что негативные последствия для конкурсной массы наступили в результате неправомерных действий самого ФИО2, за которые он привлечен к субсидиарной ответственности.

Так суд указал, что по причине неисполнения ФИО2 возложенной на него обязанности передать конкурсному управляющему ФИО3 документацию должника, последний до момента освобождения его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего не располагал информацией о выданном должником ПАО «РБК» займе и сроке его возврата, в связи с чем не мог своевременно обратиться в суд с иском о взыскании задолженности. Копия договора займа была впервые получена конкурсным управляющим ФИО4 в рамках ознакомления с материалами обособленного спора по заявлению конкурсного кредитора о привлечении ПАО «РБК» к субсидиарной ответственности (копия договора займа была представлена ПАО «РБК» с отзывом от 04.09.2018). К тому моменту срок давности обращения в суд с иском о взыскании задолженности уже истек.

Также суд первой инстанции отметил, что на основании договора уступки прав от 01.10.2012 должник уступил право требования возврата суммы займа компании RBK MONEY HOLDINGS LIMITED. Договор цессии от имени иностранной компании был подписан ФИО2, который также являлся финансовым директором

должника. На основании этого суд пришел к выводу о том, что в результате действий Барышникова по заключению договора цессии должник был лишен права требования уплаты задолженности, что повлекло необходимость обращения конкурсного управляющего в суд с иском об оспаривании данного договора.

При таких обстоятельствах, суд расценил действия ФИО2 по обращению в суд с настоящей жалобой как направленные на необоснованное переложение ответственности за свои действия на арбитражных управляющих, в связи с чем пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В апелляционной жалобе ФИО2 выражает несогласие с выводами, изложенными в оспариваемом судебном акте.

Как отмечает заявитель, вопреки выводу суда первой инстанции действия заявителя по непередаче документов управляющему не препятствовали ему исполнить обязанность по взысканию задолженности, поскольку у него имелись достаточные сведения для взыскания долга. Так заявитель указывает, что еще в рамках процедуры наблюдения ФИО3 были запрошены банковские выписки должника, из анализа которых ему стало известно о перечислении должником 30.07.2012 в пользу ПАО «РБК» денежных средств по договору займа. Также из сообщения о существенном факте от 27.07.2012, размещенного на интернет-портале Центра раскрытия корпоративной информации, конкурсному управляющему было известно о всех существенных условиях сделки, в том числе сроке возврата займа – 11.07.2015; факт осведомленности конкурсного управляющего о долге подтверждается направленной им в адрес ПАО «РБК» в августе 2018 г. претензией. Кроме того, конкурсный управляющий в сентябре 2018 г. обратился в суд с иском (дело № А40219102/18), который был оставлен без рассмотрения из-за процессуальных нарушений.

В отношении ФИО4 заявитель указывает, что если исчислять срок давности с даты открытия конкурсного производства, то последний также допустил незаконное бездействие, поскольку к моменту его утверждения конкурсным управляющим (05.10.2018) у него имелись все необходимые сведения для предъявления иска, однако он бездействовал почти 3 года и подал иск с пропуском срока давности (иск был подан конкурсным управляющим 20.09.2019). По мнению заявителя, суд пришел к ошибочному выводу о том, что до оспаривания договора цессии конкурсный управляющий не мог обратиться с иском о взыскании задолженности, поскольку ввиду ничтожности указанного договора право требования осталось за должником. Кроме того, как полагает заявитель, ничто не препятствовало конкурсному управляющему в целях избежания пропуска срока обратиться в суд с иском о взыскании задолженности и впоследствии заявить ходатайство о приостановлении производства по делу до рассмотрения обособленного спора о признании цессии недействительной.

В данном случае, по мнению заявителя, установленный в обособленном споре о привлечении к субсидиарной ответственности факт непередачи им документов должника управляющему не оправдывает незаконное бездействие ответчиков, которые зная о долге не принимали мер по его взысканию, что привело к возникновению убытков на стороне должника.

Подробно доводы заявителя излагаются в апелляционной жалобе.

Апелляционный суд, рассмотрев приведенные заявителем доводы, не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта, отмечая следующее.

В соответствии с положениями абзаца шестнадцатого статьи 2 Закона о банкротстве целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов. Эта ликвидационная процедура направлена, прежде всего, на последовательное проведение мероприятий по формированию конкурсной массы и последующую реализацию активов должника для проведения расчетов с кредиторами.

Для достижения названной цели конкурсный управляющий обязан, в частности, предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании (абзац восьмой пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, пункт 15

Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве, утвержденного Президиумом ВС РФ 11.10.2023).

В данном случае ответчикам вменялось непринятие мер по своевременному истребованию задолженности ПАО «РБК» по договору займа в размере 18 млн. руб., что привело к утрате возможности пополнения конкурсной массы.

Так из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда города Москвы от 26.01.2022 по делу № А40-199987/21 во взыскании указанной задолженности было отказано в связи с пропуском должником срока исковой давности.

Судом в указанном решении установлено, что срок исковой давности начал течь 12.07.2015 и истек 12.07.2018.

Заявитель полагал, что срок исковой давности пропущен по вине ответчиков.

Между тем, как следует из материалов дела, ФИО4 был утвержден конкурсным управляющим 04.10.2018 (дата резолютивной части определения от 05.10.2018).

По состоянию на указанную дату срок давности взыскания задолженности уже истек, в связи с чем негативные последствия отказа в удовлетворении требования о ее взыскании не могут быть поставлены в вину ФИО4

Довод заявителя о том, что Беляевский имел возможность обратиться в суд в пределах срока давности, исчисляемого с даты открытия конкурсного производства (05.03.2018), подлежит отклонению, поскольку законом не предусмотрена возможность альтернативного исчисления срока давности.

В решении суда первой инстанции по делу № А40-199987/21 четко указано, что срок давности истек через три года с момента наступления срока возврата займа по договору, то есть 12.07.2018 (абз. 8 на стр. 4). Также указано, что ни введение в отношении должника конкурсного производства, ни заключение договора цессии, на порядок исчисления давности не влияют. Указание в постановлении апелляционной инстанции от 13.04.2022 на то, что иск не был предъявлен управляющим в течение 3 лет с даты введения в отношении должника конкурсного производства не образует юридически значимого вывода, который может быть положен в основу выводов по настоящему спору.

При таких обстоятельствах, каких-либо оснований для взыскания с конкурсного управляющего Беляевского убытков (даже если предположить, что он на момент его утверждения в деле о банкротстве был осведомлен о наличии у ПАО «РБК» задолженности передо должником по договору займа) не имелось.

В свою очередь ФИО8 исполнял обязанности конкурсного управляющего должником в период с 05.03.2018 по 29.08.2018. Следовательно, ФИО8 потенциально имел возможность обратиться в суд с иском в пределах срока давности (до 12.07.2018).

Апелляционный суд также считает доказанным, что ФИО8 на момент его утверждения конкурсным управляющим знал о самом факте перечисления должником денежных средств в пользу ПАО «РБК», поскольку в процедуре наблюдения им как временным управляющим проводился анализ финансового состояния должника, в том числе запрашивались банковские выписки, в которых содержались соответствующие сведения.

Вместе с тем апелляционный суд не может в полной мере признать его осведомленным об основаниях такого перечисления. При этом апелляционный суд отмечает, что указание в выписке в качестве назначения платежа «перечисление по договору займа» само по себе не является безусловным доказательством заключения такого договора (определение ВС РФ от 29.07.2022 № 305-ЭС22-5294).

Сам договор займа, как было установлено судом первой инстанции, бывшим руководителем должника в нарушение пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве управляющему передан не был. Как было указано выше, копия договора займа была впервые получена следующим конкурсным управляющим ФИО4 в рамках ознакомления с материалами обособленного спора по заявлению конкурсного

кредитора о привлечении ПАО «РБК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (представлена последним с отзывом на заявление).

Как указывает заявитель в апелляционной жалобе, непередача управляющему договора займа не препятствовала обращению в суд с иском о взыскании задолженности, поскольку о заключении договора займа и его условиях управляющему было известно из сообщения о существенном факте от 27.07.2012, размещенного на интернет-портале Центра раскрытия корпоративной информации; то, что управляющий располагал данными сведениями, подтверждается содержанием направленной им в адрес ПАО «РБК» претензии.

Оценивая данные доводы, апелляционный суд отмечает, что в данном случае управляющему в качестве нарушения вменялось именно необращение в суд с иском в пределах срока давности. Претензия, на которую ссылается заявитель была направлена управляющим в адрес должника в августе 2018 г., то есть уже после истечения срока давности.

В данном случае заявителем не представлено доказательств того, что арбитражный управляющий ФИО3 располагал указанными сведениями в юридически значимый период (с 05.03.2018 по 12.07.2018). При этом суд соглашается с доводами, изложенными в отзыве саморегулируемой организации арбитражных управляющих на апелляционную жалобу о том, что в данном случае на управляющего не могут быть отнесены негативные последствия непроведения им аудита сообщений о существенных фактах, касающихся деятельности контрагента должника – ПАО «РБК», поскольку законом на управляющего соответствующая обязанность не возложена.

Апелляционный суд отмечает, что гражданским законодательством закреплена презумпция добросовестности участников гражданского оборота. Данная презумпция распространяется и на конкурсного управляющего, осуществляющего полномочия руководителя должника в процедуре конкурсного производства. Данная презумпция может быть опровергнута заинтересованными лицами.

В данном случае заявитель данную презумпцию не опроверг; доказательств, подтверждающих, что ФИО3 до момента истечения срока давности располагал сведениями о заключении договора займа и его условиях, однако не принял мер к истребованию задолженности, не представил.

Апелляционный суд также отклоняет доводы апеллянта, о том, что ФИО3 в рамках исполнения возложенных на него обязанностей должен был подать иск в отсутствие у него первичных документов, подтверждающих задолженность с целью минимизировать пропуск срока давности. Такой подход является абсурдным, поскольку предполагает необходимость предъявления в суд требований, в отношении которых отсутствуют достаточные доказательства их обоснованности.

Кроме того, в отсутствие у управляющего документов, подтверждающих основания перечисления денежных средств именно в рамках договора займа, спорный платеж не мог быть квалифицирован им иначе как неосновательное обогащение. Между тем срок давности по иску о неосновательном обогащении составляет 3 года с даты осуществления платежа (определение ВС РФ от 01.02.2022 № 305-ЭС21-20994). Согласно выписке, платеж был произведен должником 30.07.2012. В такой ситуации, всякий разумный управляющий на месте ФИО3 пришел бы к выводу о бесперспективности обращения в суд с соответствующим иском ввиду истечения срока давности.

После получения достаточных сведений об основаниях платежа (в том числе сроке возврата займа) ФИО9 направил в адрес контрагента претензию и обратился в суд с иском (оставлен судом без рассмотрения ввиду прекращения полномочий ФИО9 на дату обращения в суд). Вместе с тем на момент совершения указанных действий срок давности уже истек.

В данном случае апелляционный суд, повторно рассмотрев настоящий спор, приходит к выводу о том, что срок давности был пропущен управляющим исключительно в связи с непередачей ему заявителем первичных документов по займу,

в связи с чем суд первой инстанции обоснованно расценил действия заявителя по обращению в суд с настоящей жалобой как направленные на переложение ответственности за свои противоправные действия на арбитражного управляющего.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации указанные действия следует квалифицировать как злоупотребление правом, в связи с чем заявленные требования не подлежали удовлетворению.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. 176, 266-268, 271, п.1 ч.4 ст. 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.08.2023 по делу № А40100462/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: С.Л. Захаров Судьи: Е.Ю. Башлакова-Николаева

В.В. Лапшина