Постановление от 4 февраля 2026 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...> e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 17АП-10312/2025(1, 2)-АК

Дело № А60-44139/2025
05 февраля 2026 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 26 января 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 февраля 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Нилоговой Т.С., судей Даниловой И.П., Петрова А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Чадовой М.Ф.,

при участии в зале судебного заседания:

от должника муниципального унитарного предприятия «Екатеринбургэнерго»: ФИО1 (доверенность от 25.12.2025, паспорт),

от временного управляющего ФИО2: ФИО3 (доверенность от 12.01.2026, паспорт),

от кредитора акционерного общества «Уралсевергаз – Независимая газовая компания»: ФИО4 (доверенность от 23.01.2026, паспорт), ФИО5 (доверенность от 01.01.2026, паспорт),

при участии в режиме видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Свердловской области:

от должника муниципального унитарного предприятия «Екатеринбургэнерго»: ФИО6 (доверенность от 03.12.2025, паспорт),

от третьего лица Департамента по управлению муниципальным имуществом Администрации г.Екатеринбурга: ФИО7, (доверенность 26.12.2025, паспорт), ФИО8 (доверенность 12.12.2024, паспорт),

от кредитора акционерного общества «Екатеринбургэнергосбыт»: ФИО9 (доверенность от 12.12.2025, паспорт),

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем


размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы должника муниципального унитарного предприятия «Екатеринбургэнерго» и Департамента по управлению муниципальным имуществом Администрации города Екатеринбурга

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 27 октября 2025 года

о признании требования акционерного общества «Уралсевергаз – Независимая газовая компания» обоснованным и введение в отношении должника процедуры наблюдения с применением правил банкротства субъектов естественных монополий,

вынесенное в рамках дела № А60-44139/2025

о признании несостоятельным (банкротом) муниципального унитарного предприятия «Екатеринбургэнерго» (ИНН <***>, ОГРН <***>) третьи лица: Департамент по управлению муниципальным имуществом (ИНН <***>, ОГРН <***>), акционерное общество «Екатеринбургская теплосетевая компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.08.2025 к производству суда поступившее 28.07.2025 заявление акционерного общества «Уралсевергаз – Независимая газовая компания» (далее – общество «Уралсевергаз», заявитель) о признании муниципального унитарного предприятия «Екатеринбургэнерго» (далее – должник, предприятие «Екатеринбургэнерго») несостоятельным (банкротом) и введении процедуры наблюдения.

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Департамент по управлению муниципальным имуществом Администрации г.Екатеринбурга (далее – Департамент) и акционерное общество «Екатеринбургская теплосетевая компания» (далее – общество «ЕТК»).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.10.2025 (резолютивная часть от 14.10.2025) требования общества «Уралсевергаз» признаны обоснованными, в отношении предприятия «Екатеринбургэнерго» введена процедура наблюдения с применением правил банкротства субъектов естественных монополий, временным управляющим должника утверждена ФИО2 (далее – ФИО2), член Ассоциации Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».


Этим же определением требования общества «Уралсевергаз» в сумме 795 745 395 руб. 61 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов предприятия «Екатеринбургэнерго».

Не согласившись с вынесенным определением суда, должник и третье лицо Департамент (собственник имущества должника) обратились с апелляционными жалобами, в которых просят обжалуемое определение суда отменить, признать заявление общества «Уралсевергаз» необоснованным, производство по делу прекратить.

В обоснование доводов апелляционных жалоб должник и Департамент указывают, что суд первой инстанции сделал неверный вывод о наличии у предприятия «Екатеринбургэнерго» признаков объективного банкротства, поскольку активы предприятия значительно превышают его кредиторскую задолженность. Также полагают, что является ошибочным вывод суда о наличии у предприятия «Екатеринбургэнерго» специальных признаков банкротства субъекта естественной монополии, поскольку не приняты во внимание выводы суда по аналогичному делу о необходимости установления возможности предприятия «Екатеринбургэнерго» рассчитаться в разумный срок с предъявленными требованиями кредиторов при обращении взыскания на имущество должника в ходе исполнительного производства, минуя процедуру банкротства, на что прямо указано в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 13.08.2025 по делу № А60-9677/2025. Отмечают, что исходя из положений статьи 197 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) для введения процедуры банкротства субъекта естественной монополии необходимо наличие доказательств того, что кредиторы исчерпали предусмотренные законом способы получения удовлетворения (в том числе частичного) в рамках проведения мероприятий исполнительного производства (окончания исполнительного производства), а не фактическая невозможность полного погашения обязательств. Указывают, что удовлетворение требований кредиторов в рамках сводного исполнительного производства № 22468/16/66062-СД в настоящее время производится путем обращения взыскания на имущество предприятия, не участвующее в производственной деятельности, которого достаточно для полного погашения задолженности предприятия; возможность удовлетворения заявленных требований путем обращения взыскания на имущество должника не исчерпана, в связи с чем, обращение общества «Уралсевергаз» в суд с заявлением о признании должника банкротом является преждевременным. Ссылаются на ошибочность выводов суда о принятии в рамках исполнительного производства всех стандартных мер по исполнению требований и их неэффективности, поскольку продолжительность периода исполнительного производства обусловлена, в том числе обстоятельствами реализации имущества предприятия «Екатеринбургэнерго», при том, что имущество предприятия передано для принудительной реализации в Территориальное управление


Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области (далее – ТУ Росимущества в Свердловской области) и на момент вынесения судом оспариваемого определения торги по продаже имущества еще объявлены не были и не проводились. Отмечают, что отсутствие продажи имущества предприятия в рамках исполнительного производства повлечет невозможность определения его реальной стоимости. Остаток задолженности по сводному исполнительному производству составляет 1,4 млрд руб., при этом, вне рамок производственной деятельности предприятия находится имущественный комплекс общей стоимостью 3,1 млрд руб., за которое предприятие получает арендные платежи от общества «ЕТК» и не использует в выработке собственной тепловой энергии, соответственно, даже частичной реализации арестованного имущества должника 1-3 очереди достаточно для окончания сводного исполнительного производства № 22468/16/98066-СД на основании пункта 1 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве). Вывод суда о том, что объекты теплосетевого хозяйства (тепловые сети, тепловые пункты и другие объекты недвижимости), сданные в аренду обществу «ЕТК», относятся к имуществу должника, взыскание на которое обращается лишь в 4-ю очередь, согласно подпункту 4 пункта 4 статьи 94 Закона об исполнительном производстве, является неверным, так как ранее в судебном акте по делу № А60-9677/2025 Арбитражный суд Уральского округа сделал однозначный вывод о том, что теплосетевое и иное имущество, переданное обществу «ЕТК», является имуществом, не участвующим в производственной деятельности предприятия, то есть относится к имуществу 3 очереди. Полное исключение из производственной и технологической деятельности должника имущества, переданного обществу «ЕТК», подтверждается Схемой теплоснабжения муниципального образования «город Екатеринбург», утвержденной приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 07.08.2025 № 172тд. Также по мнению апеллянтов, судом безосновательно непринято во внимание, что помимо объектов предприятия «Екатеринбургэнерго», переданных обществу «ЕТК», у предприятия имеется не участвующее в производственной деятельности имущество, как то: земельные участки, здания, помещения, оцененное в рамках исполнительного производства в 1,3 млрд руб., а также акции общества «ЕТК» в количестве 4 976 845 294 шт. номинальной стоимостью 4 976 845 294 руб. и рыночной стоимостью 5 000 000 000 руб., дебиторская задолженность (по состоянию на 30.06.2025) в размере 606 920 тыс.руб., что достаточно для удовлетворения требований кредиторов. Доказательства неликвидности данного имущества должника отсутствуют. Обращают внимание суда, что предприятие «Екатеринбургэнерго» является единственным предприятием, осуществляющим социально-значимую деятельность на территории города Екатеринбурга: производит обслуживание теплосетевого имущества, принятого в муниципальную собственность, а


также безхозяйного имущества. Учитывая доказанность материалами дела наличие в активах должника имущества, недоказанность кредитором исчерпания возможностей удовлетворения требований к должнику путем обращения взыскания на имущество должника в порядке исполнительного производства, обращение общества «Уралсевергаз» в суд с заявлением о признании должника банкротом является преждевременным, что вопреки позиции суда исключает возможность введения в отношении должника процедуры банкротства. Совокупность выводов суда, приведенных в обжалуемом определении, прямо противоречит выводам, указанным в судебных актах по делу № А60-9677/2025, что свидетельствует о нарушении судом положений части 2 статьи 69 АПК РФ.

Кроме того, в апелляционной жалобе Департаментом приведены доводы о том, что судебный акт по настоящему делу может повлиять на права или обязанности ТУ Росимущества в Свердловской области по отношению к предприятию «Екатеринбургэнерго», так как в ходе процедуры наблюдения при продаже имущества действуют ограничения, установленные Законом о банкротстве, что не было учтено судом, в связи с чем, имеются основания для привлечения данного лица к участию в деле в качестве третьего лица, что было проигнорировано судом первой инстанции.

В представленном отзыве на апелляционные жалобы общество «Уралсевергаз» просит в их удовлетворении отказать, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, правомерность выводов суда.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, проведенном в режиме видеоконференц-связи, представители должника и Департамента доводы своих апелляционных жалоб и жалоб друг друга поддержали, считают определение суда подлежащим отмене; представители кредиторов общества «Уралсевергаз» и акционерного общества «Екатеринбургэнергосбыт» (далее – общество «Екатеринбургэнергосбыт») и временного управляющего против удовлетворения апелляционных жалоб возражали, определение суда считают законным и обоснованным.

Представитель Департамента поддержал ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица ТУ Росимущества в Свердловской области; иные лица участвующие в судебном заседании высказали свои процессуальные позиции относительно заявленного ходатайства.

Рассмотрев ходатайство Департамента о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица ТУ Росимущества по Свердловской области, коллегия судей не усмотрел оснований, предусмотренных положениями стать 51 АПК РФ, для его удовлетворения.

Отказывая в удовлетворении ходатайства, апелляционный суд отмечает следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного


акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

По смыслу указанной нормы привлечение к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, является исключительным правом, а не обязанностью суда, и осуществление подобных процессуальных действий допускается только в случае, если судебный акт, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, может повлиять на права или обязанности указанного лица по отношению к одной из сторон.

Согласно положениям части 3 статьи 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о соединении и разъединении нескольких требований, об изменении предмета или основания иска, об изменении размера исковых требований, о предъявлении встречного иска, о замене ненадлежащего ответчика, о привлечении к участию в деле третьих лиц, а также иные правила, установленные названным кодексом только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Правовые основания для привлечения к участию в настоящем деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ТУ Росимущества в Свердловской области на стадии рассмотрения апелляционной жалобы отсутствуют, судебный акт с учетом предмета и оснований спора непосредственно права и обязанности данного лица не затрагивает, какие-либо обязательственные отношения между должником и ТУ Росимущества в Свердловской области отсутствуют. Само ТУ Росимущества в Свердловской области о необходимости своего участия в настоящем споре не заявляет, судебный акт не обжалует.

Кроме того, аналогичное ходатайство было заявлено Департаментом в суде первой инстанции и правомерно отклонено судом в связи с отсутствием оснований для привлечения третьего лица, предусмотренных статьей 51 АПК РФ.

Оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции (часть 4 статьи 270 АПК РФ) не установлено, в том числе в связи с принятием судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле (пункт 4 части 4 статьи 270 АПК РФ).

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268, 272 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, предприятие «Екатеринбургэнерго» зарегистрировано 04.06.1993, уставный капитал предприятия составляет 210 309 486 руб. 41 коп.; единственным учредителем предприятия «Екатеринбургэнерго» является Департамент.

Исходя из положений Устава предприятия, утвержденного


распоряжением Департамента от 13.12.2017, основной целью создания и предметом деятельности предприятия являются решение социальных задач в сфере жилищно-коммунального хозяйства по обеспечению тепловой энергией объектов города Екатеринбурга, юридических и физических лиц и удовлетворение потребности населения и прочих потребителей в продукции производственно-технического назначения, товаров народного потребления для нужд города Екатеринбурга, получение прибыли и обеспечение производственного и социального развития предприятия.

Основным видом деятельности предприятия «Екатеринбургэнерго» является «распределение пара и горячей воды (тепловой энергии)».

Постановлениями Региональной энергетической комиссией Свердловской области установлены тарифы на тепловую энергию на территории муниципального образования «город Екатеринбург», в том числе должнику тариф на тепловую энергию (с коллектора, из сети, на компенсацию потерь), передачу тепловой энергии (постановление от 12.12.2024 № 173-ПК), тариф на теплоноситель в воде (от 12.12.2024 № 180-ПК), тариф на горячую воду (постановления от 17.12.2024 № 235-ПК и № 241-ПК).

Таким образом, исходя из осуществляемых видов деятельности, должник является субъектом естественной монополии, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Обращаясь с заявлением о признании предприятия «Екатеринбургэнерго» банкротом и включении соответствующего требования в реестр, общество «Уралсевергаз» сослалось на наличие просроченной свыше 6 месяцев задолженности в сумме 133 927 258 руб. 92 коп. основного долга за газ, поставленного с октября 2024 года по февраль 2025 года; задолженность взыскана решениями арбитражного суда по делам № A60-71851/2024, № A60-3108/2025, № A60-21106/2025 (л.д.10).

Уточняя размер требования, подлежащего включению в реестр, общество «Уралсевергаз» дополнительно указало, что общий размер требований заявителя к должнику по оплате основного долга за газ, поставленного с мая 2019 года и по февраль 2025 года включительно, составляет 795 745 395 руб. 61 коп. основного долга, представив соответствующие договоры на поставку и транспортировку газа, решения арбитражного суда за период 2019-2025 годов с учетом ранее представленных судебных актов, таблицу о суммах взыскания, частичного исполнения и непогашенной задолженности (л.д.21-22, 23-24).

Данное уточнение принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Настаивая на обоснованности заявления о признании должника банкротом, кредитор приводил доводы о том, что должник обладает признаками объективного банкротства, мероприятия в исполнительном производстве, включая реализацию имущества, не способны обеспечить погашение долгов, на протяжении пяти лет (начиная с 01.01.2020) наблюдается только отрицательная динамика потребления и оплаты газа


должником, требования к предприятию в исполнительном производстве, несмотря на все проводимые мероприятия, только увеличиваются (с 01.04.2025 долг перед кредитором вырос еще на 104 млн руб.); согласно данным судебного пристава-исполнителя остаток задолженности должника по сводному исполнительному производству по состоянию на 01.04.2025 составляет порядка 1 450 млн руб. (перед взыскателем обществом «Уралсевергаз» - 733 млн руб.), по состоянию на 07.08.2025 – 1 456 млн руб. (перед взыскателем обществом «Уралсевергаз» - 799 млн руб.), по состоянию на 09.10.2025 – 1 542 млн руб. (перед взыскателем обществом «Уралсевергаз» - 837 млн руб.).

Возражая против заявленных требований, предприятие «Екатеринбургэнерго» указало на то, что у него отсутствуют специальные признаки банкротства субъекта естественной монополии, службой судебных приставов в рамках сводного исполнительного производства не исчерпаны меры принудительного взыскания, в связи с чем признаки объективного банкротства отсутствуют, отметив также, что предприятие является социально-значимым (обслуживает теплосетевое имущество, принятое в муниципальную собственность, и бесхозяйное имущество), а стоимость имущества превышает размер неисполненных обязательств.

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции исходил из доказанности заявителем соблюдения требований пункта 3 статьи 197 Закона о банкротстве и наличии оснований для признания заявления обоснованным, поскольку должник отвечает признакам объективного банкротства, так как не способен рассчитаться с заявителем не только из-за недостаточности ликвидного имущества, но и в силу планово-убыточной деятельности, в результате которой требования кредиторов к должнику лишь ежемесячно увеличиваются, а систематически наращиваемая задолженность не может быть истребована путем использования ординарных способов защиты в исполнительном производстве.

Проанализировав документы бухгалтерской и финансовой отчетности должника за 2021-2024 годы, отчет о финансовых результатах за 2022-2024 годы, материалы сводного исполнительного производства, сведения об активах (имуществе) должника и его стоимости, приняв во внимание результаты сводного исполнительного производства, которое ведется более 10 лет и в котором более 100 взыскателей, суд пришел к выводу о том, что имеются предусмотренные Законом о банкротстве основания для введения в отношении предприятия «Екатеринбургэнерго» процедуры наблюдения с применением правил банкротства субъектов естественных монополий.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта в связи со следующим.


Параграфом 6 «Банкротство субъектов естественных монополий» главы IX Закона о банкротстве предусмотрены специальные правила, регулирующие особенности банкротства субъектов естественных монополий.

Под субъектом естественной монополии понимается организация, осуществляющая производство и (или) реализацию товаров (работ, услуг) в условиях естественной монополии (пункт 1 статьи 197 Закона о банкротстве).

Субъект естественной монополии считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение шести месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 197 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 197 Закона о банкротстве дело о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом, если требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и об уплате обязательных платежей к должнику-субъекту естественной монополии в совокупности составляют не менее чем три миллиона рублей. Данные требования должны быть подтверждены исполнительным документом и не удовлетворены в полном объеме путем обращения взыскания на имущество должника, указанное в пунктах 1-3 части 1 статьи 94 Закона об исполнительном производстве.

В случае отсутствия у должника-организации денежных средств, достаточных для удовлетворения требований, содержащихся в исполнительном документе, взыскание обращается на иное имущество, принадлежащее данной организации на праве собственности, хозяйственного ведения (оперативного управления), за исключением имущества, на которое по законодательству Российской Федерации не может быть обращено взыскание независимо от того, где и в чьем фактическом пользовании оно находится, в следующей очередности: в первую очередь – на движимое имущество, непосредственно не участвующее в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг; во вторую очередь – на имущественные права, непосредственно не используемые в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг; в третью очередь – на недвижимое имущество, непосредственно не участвующее в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг (пункты 1-3 части 1 статьи 94 Закона об исполнительном производстве).

Из диспозиции нормы пункта 3 статьи 197 Закона о банкротстве следует, что условием для введения в отношении субъекта естественных монополий процедуры банкротства является исчерпание возможности удовлетворения требований кредиторов путем обращения взыскания на имущество должника, непосредственно не участвующее в производственной деятельности, в рамках


исполнительного производства.

Таким образом, для целей введения в отношении субъекта естественных монополий процедуры банкротства судом должна быть установлена недостаточность имущества, указанного в пунктах 1-3 части 1 статьи 94 Закона об исполнительном производстве, для удовлетворения требований кредиторов, а для признания требований кредитора необоснованными и прекращения производства по делу – наличие у должника временных финансовых затруднений, которые он может преодолеть, продолжая хозяйственную деятельность.

Разрешая настоящий спор, суд обоснованно учел сформировавшиеся в судебной практике правовые подходы, касающиеся применения судами статьи 197 Закона о банкротстве во взаимосвязи с нормами статей 46, 94 Закона об исполнительном производстве, а именно:

- формальный подход не согласуется с целями и задачами гражданско-правового регулирования и не должен приводить к ситуации, при которой должник в течение продолжительного срока не исполняет обязательства перед кредитором, продолжает наращивать задолженность, не претерпевая негативных последствий;

- неоконченное исполнительное производство не может являться безусловным и единственным основанием для отклонения требования о введении процедуры наблюдения в ситуации, когда должник не представил достаточных доказательств и экономического обоснования возможности удовлетворения требований кредиторов за счет имущества, не вовлеченного в производственную деятельность.

Следовательно, в ситуации, когда статус субъекта естественной монополии используется лишь как формальный повод избежать возбуждения дела о банкротстве, а обстоятельства дела свидетельствуют в пользу наличия признаков объективного банкротства, статья 197 Закона о банкротстве подлежит применению в системной связи с нормами закона, гарантирующими защиту прав добросовестных кредиторов.

В рассматриваемом случае материалами дела подтверждается, что заявленные требования общества «Уралсевергаз» подтверждены исполнительными документами, многократно превышают 3 млн руб. и не исполняются более 6 месяцев; задолженность в размере 869 млн руб. по состоянию на 10.10.2025 превышает имевшуюся по состоянию на 01.01.2020 задолженность в размере 81 млн руб. более чем в 10 раз.

Таким образом, за указанный период (пять лет) предприятием «Екатеринбургэнерго» многократно увеличена задолженность перед обществом «Уралсевергаз», несмотря на принимаемые в рамках исполнительного производства меры по исполнению судебных актов.

Общая тенденция к снижению у должника кредиторской задолженности не наблюдается, иное ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не доказано (статья 65 АПК РФ).


Так согласно справкам судебного пристава-исполнителя (л.д.30, 31, 52) задолженность предприятия «Екатеринбургэнерго» по длящемуся уже 10 лет сводному исполнительному производству по состоянию на 01.04.2025 составляет порядка 1 450 986 006 руб. 76 коп. (перед взыскателем обществом «Уралсевергаз» - 733 331 924 руб. 56 коп.), по состоянию на 07.08.2025 – 1 456 231 293 руб. 36 коп. (перед взыскателем обществом «Уралсевергаз» - 799 429 145 руб. 75 коп.), по состоянию на 09.10.2025 – 1 542 768 053 руб. 62 коп. (перед взыскателем обществом «Уралсевергаз» - 837 249 831 руб.).

При этом приставом выполнены следующие действия (справка пристава от 09.10.2025 – л.д.52):

- обращено взыскание на денежные средства в банках, а также на имущество должника, включая имущественные права, которые непосредственно не участвуют в деятельности по производству товаров, выполнению работ, оказанию услуг;

- наложен арест и передано на реализацию имущество, непосредственно не участвующее в производстве товаров (земельные участки и нежилые помещения), включая автотранспортные средства, которые уже реализованы на торгах;

- наложен арест и передано на реализацию имущество должника (котельные, теплосети и технологическое оборудование), которое непосредственно используется в производственной деятельности (поставка тепловой энергии).

Суд обоснованно принял во внимание доказательства соблюдения заявителем положений пункта 3 статьи 197 Закона о банкротстве, свидетельствующие о том, что требования кредитора не были удовлетворены посредством обращения взыскания на имущество должника, не участвующее в производственной деятельности, а пристав уже приступил к реализации объектов, используемых в производственной деятельности.

Суд апелляционной инстанции признает обоснованной позицию о том, что в ситуации, если в рамках исполнительного производства обращено взыскание не на все имущество должника, не участвующее в производстве товаров и оказания услуг, наличие у должника статуса субъекта естественных монополий само по себе не препятствует ни возбуждению дела о банкротстве, ни введению процедуры банкротства. Принимая во внимание, что причиной необращения взыскания на имущество должника, не участвующее в производстве, либо нереализации такого имущества в ходе исполнительного производства может являться как низкая ликвидность такого имущества, так и завышенная начальная продажная цена (учитывая, что торги на понижение цены продажи в исполнительном производстве не проводятся), спорящие стороны должны доказать следующие обстоятельства: кредитор – отсутствие тенденции к снижению кредиторской задолженности должника в рамках сводного исполнительного производства, должник и/или его учредитель, собственник имущества должника – возможность должника рассчитаться в


разумный срок с предъявленными требованиями кредиторов при обращении взыскания на имущество должника в ходе исполнительного производства, минуя процедуру банкротства.

Оценив документы, поступившие от кредитора общества «Уралсевергаз», от судебного пристава, от предприятия «Екатеринбургэнерго», включая данные его бухгалтерской отчетности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что должник отвечает признакам банкротства из-за неплатежеспособности, т.к. прекращение исполнения обязательств вызвано объективной недостаточностью денежных средств.

Суд, отклоняя довод должника о том, что погашение требований заявителя и иных взыскателей будет обеспечено за счет реализации в сводном исполнительном производстве принадлежащего должнику имущества, обоснованно учел следующее:

- должник ведет планово-убыточную деятельность, т.к. официальные данные бухгалтерского учета показывают явную диспропорцию величин его кредиторской и дебиторской задолженности (отличаются пятикратно);

- за пять лет (2020-2024 годы) финансово-хозяйственная деятельность должника имеет стабильно отрицательный результат, чистый убыток ежегодно увеличивается, начиная с 173 млн руб. до 237 млн руб. (по итогам 2024);

- согласно результатам приобщенного к материалам дела финансового анализа деятельности должника за 2024 год его финансовое состояние оценивается как очень плохое, т.к. большинство показателей существенно хуже нормативных.

Должник систематически не исполняет свои обязательства перед заявителем (обязательства не исполняются на протяжении 6 лет, с мая 2019 года), наращивая задолженность; общий размер долга перед заявителем (без учета санкций и судебных расходов) превышает 859 млн руб., а редкие платежи поступают только от службы судебных приставов.

Также следует отметить, что поступления от исполнительного производства значительно меньше, чем стоимость газа, который регулярно расходуется должником и не оплачивается в полном объеме, при этом общество «Уралсевергаз» является недобровольным кредитором, поскольку не может прекратить или ограничить поставку газа на объекты должника.

При этом обществом «Уралсевергаз» отмечено, что предприятие «Екатеринбургэнерго» покупает газ у кредитора с 1999 года, а не оплачивает его полностью – с 2019 года.

Приведенный кредитором анализ данных о расчетах за поставленный должнику газ показал, что за пять лет с 2020 по 2025 произошел критический, более чем 10-кратный рост задолженности (на 01.01.2020 долг составлял 81,4 млн руб., а на 10.10.2025 составил уже 869 млн руб.), т.е. за 5 лет суммарный прирост долга превысил 788 млн руб. (согласно пояснениям


общества «Уралсевергаз» по состоянию на 12.01.2026 долг составляет уже более 959 млн руб.).

Указанное позволяет прийти к выводу о том, что продолжительный период неплатежей и масштабный прирост долга подтверждают неспособность должника удовлетворить требования заявителя ни добровольно, ни в рамках длительного исполнительного производства.

Убедительные доказательства наличия у предприятия «Екатеринбургэнерго» возможности рассчитаться в разумный срок с предъявленными требованиями кредиторов при обращении взыскания на имущество должника в ходе исполнительного производства, минуя процедуру банкротства, в материалах дела отсутствуют.

В силу требований статьи 94 Закона об исполнительном производстве взыскание обращается на имущество, принадлежащее должнику, независимо от того, где и в чьем фактическом пользовании оно находится, при этом взыскание производится в строго установленной законом очередности, а именно:

- сначала 1 – 3 очередь (активы, не используемые в производстве товаров),

- затем 4 очередь (активы, непосредственно используемые в производстве).

При этом, предприятие «Екатеринбургэнерго» по запросу судебного пристава-исполнителя самостоятельно распределило имеющееся у него имущество по очередям (л.д.56):

- 1 очередь (страницы 1-25 перечня) офисное оборудование и инвентарь, суммарной остаточной балансовой стоимостью 9 199 194 руб. 87 коп.;

- 2 очередь (страницы 26, 27 перечня) жилые помещения, общей остаточной балансовой стоимостью 869 813 руб. 61 коп., а также обыкновенные именные акции общества «ЕТК» в количестве 4 976 845 294 шт.;

- 3 очередь (страница 28 перечня) объекты непроизводственного назначения (базы отдыха «Рябинушка» и «Чайка» в поселке Заречный Белоярского района Свердловской области, в т.ч. спальные корпуса, бильярдная, баня, склад, овощехранилище), общей остаточной балансовой стоимостью 3 346 141 руб. 44 коп.;

- 4 очередь (страницы 29-82 перечня) все остальное имущество, включая объекты недвижимости, общей остаточной балансовой стоимостью 232 094 526 руб. 31 коп., и оборудование, общей балансовой стоимостью 162 516 587 руб. 19 коп.

При этом все объекты (тепловые сети, теплопункты и другие объекты недвижимости), сдаваемые начиная с 16.08.2016 в аренду обществу «ЕТК» и им же эксплуатируемые, отнесены самим должником к имуществу 4 очереди согласно пункту 4 части 1 статьи 94 Закона об исполнительном производстве, т.е. к имуществу, которое используется в производственной деятельности.


Суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы должника и Департамента о том, что предприятие «Екатеринбургэнерго» обладает «непроизводственным» имуществом (1-3 очередь), стоимость которого позволяет произвести оплату долгов, включая:

- акции эмитента общества «ЕТК»,

- теплосетевые объекты, которые с 2016 сдаются в аренду обществу «ЕТК»,

- здания и объекты, эксплуатируемые самим должником.

Так, суд верно указал на недоказанность того, что удовлетворение требований заявителя к должнику может произойти в случае реализации миноритарного пакета акций общества «ЕТК» (4 976 845 294 шт. номинальной стоимостью 4 976 845 294 руб. и рыночной стоимостью 5 000 000 000 руб.,), т.к. в исполнительном производстве эти акции дважды выставлялись на торги и не были проданы из-за отсутствия спроса, а взыскатели отказались оставлять данное имущество за собой. Кроме того, учитывая, что имущество было возвращено должнику, арест с акций снят, должник более чем 2,5 года владеющий пакетом акций не принял мер к самостоятельной реализации имущества, что также свидетельствует об отсутствии какого-либо спроса на данный пакет акций общества «ЕТК».

Далее, суд обоснованно заключил, что в ситуации, когда объекты, сданные в аренду обществу «ЕТК», служат для оказания услуг по передаче теплоэнергии потребителям, то к такому имуществу следует примениять ключевой квалифицирующий признак 4 очереди – использование в производстве, поэтому взыскание на него обращается в последнюю очередь; тем самым защищается публичный интерес и права потребителей в сфере ЖКХ.

Также является верным, что исходя из наименования объектов, самостоятельно эксплуатируемых должником (котельные, теплопункты, трубы и др. – перечень из 231 производственных объектов содержится на страницах 626-635 отчета об оценке от 03.02.2025 № 774/3152 – л.д.18), такие объекты связаны с производственной деятельностью, т.е. относятся к имуществу 4 очереди, тем более, что доказательств обратного самим должником не представлено.

Оценка содержания документов (перечень с распределением имущества по 1-4 очередям самим должником), которые должник ранее направлял судебному приставу, позволяет апелляционному суду признать верным вывод суда первой инстанции о том, что и объекты, арендуемые обществом «ЕТК», начиная с 2016 , и объекты, эксплуатируемые должником (здания, помещения и другие, всего 231 позиция), отнесены самим же должником к производственному имуществу 4 очереди.

Приведенные же в перечне данные об имуществе 1-3 очереди (общая стоимость непроизводственных объектов 13 415 149 руб. 92 коп.) подтверждают его явную недостаточность для расчетов с заявителем, долг


перед которым составляет 795 745 395 руб. 61 руб.

Доводы апелляционных жалоб о том, что остаток задолженности по сводному исполнительному производству составляет 1,4 млрд руб., при этом, вне рамок производственной деятельности предприятия находится имущественный комплекс общей стоимостью 3,1 млрд руб., за которое предприятие получает арендные платежи от общества «ЕТК» и не использует в выработке собственной тепловой энергии, соответственно, даже частичной реализации арестованного имущества должника 1-3 очереди достаточно для окончания сводного исполнительного производства, подлежат отклонению на основании вышеизложенного.

Кроме того, даже если согласиться с позицией должника о том, что теплосетевые объекты, которые с 2016 сдаются в аренду обществу «ЕТК», возможно отнести к 3 очереди обращения взыскания на имущество (ходатайство о замене очередности от 31.01.2023 № 270– л.д.47), учитывая, что окончательное решение об определении очередности обращения взыскания на имущество принимается судебным приставом-исполнителем, и согласно произведенной оценке такие объекты имеют стоимость 3,1 млрд руб., остается нераскрытым обстоятельство того, по какой экономической или иной разумной причине данный имущественный комплекс до сих пор не был реализован в рамках мероприятий исполнительного производства, которое длится уже более 10 лет, а наращивание задолженности перед кредиторами, в частности, перед обществом «Уралсевергаз» имеет место с 2019 года, и какие экономические предпосылки имеются к тому, что в настоящее время существует вероятность того, что покупательский спрос подтвердит предварительную оценку имущества в 3,1 млрд руб.

Также подлежат отклонению доводы жалоб о том, что рыночная стоимость имущества, возможного к направлению на погашение задолженности, составляет свыше 8,45 млрд руб. (оценочный отчет от 03.02.2025 № 774/3152 – л.д.18).

Действительно, в рамках сводного исполнительного производства привлеченным оценщиком произведена оценка движимого и недвижимого имущества, по результатам которой составлен отчет от 03.02.2025, однако на дату рассмотрения судом первой инстанции обоснованности заявления общества «Уралсевергаз» (14.10.2025) торги не объявлены.

Помимо этого, согласно абзацу 2 статьи 12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, определенная в отчете, за исключением кадастровой стоимости, является рекомендуемой для целей определения начальной цены предмета аукциона или конкурса. Следовательно, реальная рыночная стоимость имущества может быть определена исключительно по результатам торгов по его продаже, поскольку формируется путем использования рыночных механизмов спроса и предложения, результаты оценки рыночной стоимости имущества для целей


совершения сделки с объектами оценки носят лишь рекомендательный характер.

Кроме того, должник указывая, что ему принадлежат объекты недвижимости (всего 231 шт. по перечню на страницах 626-635 отчета об оценке № 774/3152), которые оценены в 1,3 млрд руб. и реализация которых в исполнительном производстве в составе 3-й очереди якобы обеспечит погашение требований заявителя, не представил доказательств того, что вышеуказанные объекты (котельные, теплопункты, дымовые трубы и т.д.) не связаны с производственной деятельностью и не используются для оказания услуг в сфере естественной монополии (передача теплоэнергии по трубопроводам). Должник не представил доказательств, подтверждающих, что все объекты (земельные участки, здания, помещения и др.), общей оценочной стоимостью в 1,3 млрд руб., относятся к имуществу 3-й очереди, т.е. не вовлечены в производственную деятельность.

Не принимается ссылка апеллянтов и на наличие у должника дебиторской задолженности (по состоянию на 30.06.2025) в размере 606 920 тыс.руб., как части источников для реального погашения долга, поскольку ликвидность такого имущества документарно не подтверждена.

Доводы апелляционных жалоб относительно того, что предприятие «Екатеринбургэнерго» является единственным предприятием, производящим тепловую энергию и осуществляющим ее поставку потребителям в одной из локальных зон теплоснабжения на территории города Екатеринбурга, т.е. осуществляющим социально-значимую деятельность (обслуживание теплосетевого имущества, принятого в муниципальную собственность, а также безхозяйного имущества), также подлежат отклонению, поскольку указанное само по себе не исключает возможность введения процедур банкротства, поскольку ведение хозяйствующим субъектом экономической деятельности не предполагает, что такая деятельность должна (может) осуществляться за счет независимых кредиторов; должник и/или его учредитель, собственник имущества унитарного предприятия обязаны принимать меры к самостоятельному финансированию такой деятельности.

Кроме того, положения параграфа 6 главы IX Закона о банкротстве в их системном истолковании с другими нормами Закона о банкротстве, с одной стороны, обеспечивают стабильность функционирования для хозяйствующих субъектов, деятельность которых в сфере естественной монополии ведется с помощью собственного имущества, которое непосредственно используется в производстве товаров, выполнении работ и оказании услуг в сфере естественной монополии, а, с другой стороны, для кредиторов не ограничивается возможность требовать введения процедуры банкротства в отношении организации – субъекта естественной монополии, если такими кредиторами была исчерпана (объективно отсутствует) возможность добиться удовлетворения своих требований к должнику в ординарном порядке – путем обращения взыскания на имущество должника, которое непосредственно не


участвует в производственной деятельности должника.

В таких ситуациях оценка судом обоснованности требований заявителя о введении процедуры банкротства в отношении такой категории должников как субъекты естественной монополии производится с учетом существа спора и исходя из всей совокупности установленных фактических обстоятельств, которая должна подтверждать невозможность и/или очевидную бесперспективность (безрезультатность) мероприятий в рамках исполнительного производства, не способных обеспечить полное погашение задолженности должника перед кредиторами.

В данном случае представленные заявителем доказательства свидетельствует о систематическом росте просроченной задолженности должника в связи с неоплатой потребляемого газа. Все стандартные меры исполнительного производства исчерпаны и оказались неэффективными, задолженность продолжает расти.

Доводы апеллянтов о возможной скорой продажи имущества, не задействованного в производстве, ничем не подкреплены, не подтверждаются статистикой поступлений, а будущие результаты торгов носят лишь предположительный характер и не отменяют наличие признаков банкротства.

Более того, по смыслу положений пунктов 10-14 статьи 87 Закона об исполнительном производстве торги в рамках исполнительного производства проводятся только в форме аукциона (т.е. на повышение цены продажи) и только с одним этапом снижены цены на 15% (на повторных торгах), после чего начинается процедура передачи нереализованного имущества взыскателям (в случае выявления соответствующего интереса) либо возврата имущества должнику.

Длительность ведения исполнительного производства в отношении должника (более 10 лет) и результаты выполняемых мероприятий (исполнительских действий) свидетельствуют о том, что соответствующие мероприятия в рамках исполнительного производства не приводят к снижению кредиторской задолженности предприятия «Екатеринбургэнерго» (задолженность продолжает только расти).

Следовательно, оснований полагать, что результаты очередных торгов приведут к погашению задолженности перед взыскателями, в том числе перед обществом «Уралсевергаз», в разумный срок, у апелляционного суда не имеется. Должник не показал, что имеется потенциальный покупательский спрос на имущество стоимостью 8,45 млрд руб. либо часть имущества, в объеме и стоимостью способного покрыть имеющуюся кредиторскую задолженность.

В связи с чем, апелляционный суд признает правомерным суждение суда первой инстанции о том, что длительное уклонение субъекта естественной монополии от исполнения обязательств перед поставщиками энергоресурсов не может оправдываться ссылкой на формальный статус или на будущие поступления от реализации имущества.


Защита прав и законных интересов кредитора гарантируется применением процедур под контролем суда.

Таким образом, установив, что материалами дела доказаны наличие, размер и обоснованность требований общества «Уралсевергаз» к должнику, учитывая, что в отношении должника возбуждено сводное исполнительное производство в пользу значительного количества взыскателей (более 100), принимая во внимание наличие в деле достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что кредиторская задолженность должника не может быть удовлетворена в разумные сроки в полном объеме путем обращения взыскания на имущество должника, поскольку фактически имеющегося ликвидного имущества и иных активов должника явно недостаточно для удовлетворения требований заявителя и всех иных кредиторов, в то время как надлежащих и достаточных доказательств, опровергающих названные обстоятельства и свидетельствующих об ином, должником не представлено, суд первой инстанции пришел к закономерному выводу о наличии оснований для введения в отношении предприятия «Екатеринбургэнерго» с применением правил банкротства субъекта естественных монополий.

Оснований для формирования иных выводов на стадии апелляционного производства не установлено.

Судом апелляционной инстанции также учитывается, что наблюдение – это процедура в деле о банкротстве, применяемая в целях обеспечения сохранности имущества должника, проведения анализа его финансового состояния, позволяющего определить возможность или невозможность восстановления платежеспособности должника и обосновать целесообразность введения последующих процедур, в том числе реабилитационных.

Доводы относительно кандидатуры временного управляющего в апелляционных жалобах не содержатся, в связи с чем, соответствующие выводы суда в части утверждения временного управляющего судом апелляционной инстанции не пересматриваются.

Апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

По сути, доводы, изложенные в апелляционных жалобах, повторяют доводы, заявленные должником и Департаментом в суде первой инстанции, которые были предметом исследования, им дана надлежащая оценка, оснований не согласиться с которой судебная коллегия не находит.

Несогласие апеллянтов с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений Закона, не


свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения суда и удовлетворения апелляционных жалоб.

Оснований, предусмотренных положениями статьи 270 АПК РФ для отмены определения суда, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на их заявителей (статья 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 27 октября 2025 года по делу № А60-44139/2025 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Т.С. Нилогова

Судьи И.П. Данилова

А.А. Петров