Постановление от 17 сентября 2025 г. по делу № А71-5451/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8989/2020(29)-АК

Дело № А71-5451/2020
18 сентября 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 сентября 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:        председательствующего  Устюговой Т.Н., 

судей                                   Макарова Т.В., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Густокашиной А.Л., 

при участи в судебном заседании:

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от должника ФИО1 – ФИО2, паспорт, доверенность от 25.12.2023,

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде:

кредитор индивидуальный предприниматель ФИО3, паспорт,

от кредитора индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО4, паспорт, доверенность от 11.02.2025,

от третьего лица ФИО5 – ФИО6, паспорт, доверенность от 22.04.2025,

иные лица, участвующие в деле не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел апелляционную жалобу должника ФИО1 на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от                 04 июля 2025 года (резолютивная часть от 16 мая 2025 года) о включении требований ФИО3 в сумме 2 937 610,54 руб. неосновательного обогащения, 601 238,29 руб. процентов, 111 867 руб. судебных расходов в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное в рамках дела № А71-5451/2020

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1  (ИНН <***>),

установил:

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики  от 29.05.2020 принято к производству поступившее 25.05.2020 заявление ФИО7 (далее – ФИО7) о признании ФИО1 г. Ижевск (далее ФИО1, должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу №А71-5451/2020.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26.06.2020 (резолютивная часть от 22.06.2020) ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура реализации имущества.

Объявление о признании должника банкротом, введении процедуры реализации имущества гражданина и предъявлении требований кредиторами опубликовано в газете «Коммерсантъ» 04.07.2020 за №116.

Определением суда от 25.12.2023 финансовым управляющим имуществом  должника ФИО1 утвержден ФИО8 (далее – ФИО8).

В Арбитражный суд Удмуртской Республики поступили материалы гражданского дела №2-500/2019 по исковому заявлению ИП ФИО3 (далее – ФИО3) к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Из материалов указанного дела следует, что апелляционным определением Верховного суда Удмуртской Республики от 25.12.2023 решение Ленинского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 21.11.2019 отменено; гражданское дело №2-500/2019 по требованиями ИП ФИО3 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами передано на рассмотрение Арбитражного суда Удмуртской Республики.

Определением суда от 19.01.2024 названное исковое заявление, переданное на рассмотрение в Арбитражный суд Удмуртской Республики по подсудности, принято к рассмотрению в рамках дела №А71-5451/2020 как требование ИП ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ФИО1 суммы в размере 2 730 475,20 руб. неосновательного обогащения и 240 572,90 руб. процентов.

Этим же определением в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены супруга должника ФИО5 (поскольку обязательства признаны общими), а также первоначальный кредитор ФИО9 (требования которой перешли к ИП ФИО3 на основании цессии).

От финансового управляющего поступило ходатайство об исключении требования ИП ФИО3 из реестра требований кредиторов должника.

Определением суда от 05.04.2024 рассмотрение требования ИП ФИО3 объединено с рассмотрением заявления финансового управляющего имуществом должника об исключении данного требования из реестра.

Определением от 26.04.2024 требование ИП ФИО3, заявление финансового управляющего имуществом должника об исключении данного требования из реестра, а также заявление ФИО1 о пересмотре по новым обстоятельствам судебных актов от 14.10.2020 (о включении требования ФИО9 в реестр), от 15.02.2021 (о замене ФИО9 на ФИО3), от 18.03.2022 о признании обязательств перед ФИО3 общими обязательствами супругов, определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Удмуртской Республики от 19.04.2023 (о замене ФИО9 на ИП ФИО3) объединены в одно производство.

Определением от 11.06.2024 заявления ФИО1 о пересмотре по новым обстоятельствам судебных актов от 15.02.2021 (о замене ФИО9 на ФИО3), от 18.03.2022 о признании обязательств перед ФИО3 общими обязательствами супругов, определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Удмуртской Республики от 19.04.2023 (о замене ФИО9 на ИП ФИО3) выделены в отдельное производство, судебное заседание по рассмотрению вопроса о пересмотре данных судебных актов назначено на 30.09.2024.

Решением арбитражного суда от 12.06.2024 определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.10.2020 о включении требования ФИО9 в реестр требований кредиторов отменено по новым обстоятельствам, назначено к рассмотрению по существу.

Вместе с тем, учитывая, что требование ФИО10 было основано на вышеуказанном отмененном решении Ленинского районного суда по делу №2-500/2019, принимая во внимание определение Верховного суда Удмуртской Республики от 19.04.2023, которым произведена замена ФИО9 на ИП ФИО3 (судебный акт на дату судебного заседания не отменен, не пересмотрен), а также определение Верховного суда Удмуртской Республики от 25.12.2023, которым на рассмотрение в рамках дела о банкротстве ФИО1 передано гражданское дело №2-500/2019 именно по требованиям ИП ФИО3 к  ФИО1, в рамках настоящего спора рассматривалось требование ИП ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ФИО1 задолженности в размере 3 571 425,66 руб.

Определением от 04.10.2024 принят отказ финансового управляющего от заявления об исключении требований из реестра.

В  дальнейшем ИП ФИО3 подано в арбитражный суд заявление об уточнении требований, в котором заявитель просила признать обоснованной и включить в реестр требований кредиторов должника ФИО1 задолженность в размере 3 650 713,13 руб., из которых 2 937 610,54 руб. неосновательного обогащения, 601 238,59 руб. процентов за период с 20.04.2016 по 28.05.2020, 111 867 руб. судебных расходов (24 967 руб. госпошлины, 16 200 руб. экспертизы, 70 700 руб. юридические услуги).

Данное уточнение принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Таким образом, к рассмотрению по существу заявлены требования ИП ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ФИО1 задолженности в размере 3 650 713,13 руб.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.07.2025 (резолютивная часть от 16.05.2025) требование ИП ФИО3 признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 в размере 2 937 610,54 руб. неосновательного обогащения, 601 238,59 руб. процентов, 111 867 руб. судебных расходов (24 967 руб. госпошлина, 16 170,80 руб. расходы на экспертизу, 70 700 руб. расходы за юридические услуги).

Не согласившись с вынесенным определением, должник обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 04.07.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указывает на то, что фактически спорным помещением пользовалось ООО «Хошбахт». Размер задолженности ИП ФИО3 рассчитывается как неосновательное обогащение в виде арендной платы за фактические площади всего нежилого помещения, однако ИП ФИО1 занимал площадь рабочего места кассира. Расчет рабочего места кассира необходимо произвести, исходя из постановления Минтруда РФ от 16.10.2000 №74 «Об утверждении Межотраслевых правил по охране труда в розничной торговле» (далее- постановление Минтруда РФ от 16.10.2000 №74). В спорный период ФИО1 не являлся учредителем и никаким образом не мог повлиять или получить какие-либо документы о ведении хозяйственной деятельности ООО «Хошбахт». Согласно выписке из ЕГРЮЛ, в ООО «Хошбахт» несколько раз менялся учредитель; последним учредителем ООО «Хошбахт» была ФИО11 в спорный период с 24.08.2017, которая оплатила задолженности и произвела ликвидацию предприятия. Как указывает должник, он является ненадлежащим ответчиком в данном споре, так как при подписании дилерского договора между ИП ФИО1, договоров аренды между ИП ФИО12 и ООО «Хошбахт», договором между ФИО13 и ИП ФИО12 не указано, что собственником части помещения является ФИО9 Собственник ФИО12 скрыл данный факт. Кроме того, как указывает апеллянт, по аналогичным основаниям было подано в суд требование к ФИО12 от ФИО14 и взыскана сумма неосновательного обогащения решением Октябрьского районного суда г. Ижевска (дело №2-745/2016). Обращает внимание на то, что суд не рассмотрел доводы о передаче спорного жилого помещения ООО «Эра» по акту приема-передачи на заложенное имущество..

До судебного заседания от кредитора ИП ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, указывая на то, что суд первой инстанции, применив повышенный стандарт доказывания, характерный для дел о банкротстве, справедливо пришел к выводу о фиктивности деятельности ООО «Хошбахт» и использовании данной организации исключительно для прикрытия реальной хозяйственной деятельности самого должника - ИП ФИО1 Материалы дела содержат исчерпывающие доказательства того, что именно должник ИП ФИО1 вел активную и самостоятельную хозяйственную деятельность в спорном помещении. Довод апеллянта о необходимости осуществления расчета на основании постановления Минтруда РФ от 16.10.2000 №74, исходя из площади рабочего места кассира, является попыткой минимизировать размер ответственности и полностью опровергается материалами дела. Полагает, что суд первой инстанции правильно установил ничтожность дилерского договора от 05.02.2016, как мнимой сделки, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)). Суд первой инстанции верно применил повышенный стандарт доказывания. Кредитор представил исчерпывающие доказательства реальной хозяйственной деятельности должника. Расчет суммы неосновательного обогащения является обоснованным, суд первой инстанции правомерно взял за основу своего расчета заключение судебной экспертизы.

В судебном заседании представитель должника ФИО15 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Кредитор ИП ФИО3, ее представитель с доводами апелляционной жалобы не согласились, просили определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель третьего лица ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу– удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, ФИО9, которая впоследствии заменена на ИП ФИО3, обратилась в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования на основании решения Ленинского районного суда г. Ижевска от 21.11.2019 по делу №2-500/2019, которое впоследствии было отменено, как следствие, отменено по новым обстоятельствам определение о включении в реестр требования кредиторов должника соответствующего требования.

Поскольку определение Верховного суда Удмуртской Республики от 19.04.2023, которым произведена замена ФИО9 на ИП ФИО3, не отменено, к договору уступки представлено дополнительное соглашение от 29.03.2024 (л.д.58, т.7) и при этом на рассмотрение Арбитражного суда Удмуртской Республики Верховным судом Удмуртской Республики направлено именно дело по заявлению ИП ФИО3, судом рассмотрены требования ИП ФИО3, основанные на представленной документации.

Согласно выписке из ЕГРН, ФИО9 и ФИО13 являются собственниками имущества (по ? доли каждый),  расположенного в цоколе дома по адресу: <...> -  нежилое помещение, общей площадью 292,7 кв.м., с кадастровым номером 18:26:050073:93 (л.д.64, т.1).

Вступившим в законную силу решением Первомайского районного суда г. Ижевска по делу №2-2/2018 от 11.04.2018 (л.д.7-17, т.1) установлен факт передачи ФИО13 указанного помещения в аренду ИП ФИО12, которая, в свою очередь, передала часть помещения в субаренду обществу «Хошбахт» на основании договора от 01.09.2014. Помещение передано для размещения кафе и подсобных помещений.

В ходе проведения административных, налоговых проверок, проверок судебных приставов-исполнителей, а также осмотра помещения выявлено, что фактически помещение после 19.04.2016 занимает ИП ФИО1, что подтверждено кассовыми чеками и дилерским договором, ввиду чего, Первомайским районным судом г. Ижевска принято решение №2-2/2018 о возложении на ИП ФИО1 обязанности освободить занимаемое помещение, и взыскать с ООО «Хошбахт» сумму неосновательного обогащения за период с 21.09.2014 по 19.04.2016.

На основании указанного решения возбуждено исполнительное производство (л.д.120-121, т.1), которое окончено фактическим исполнением требований 22.02.2019.

Ссылаясь на то, что вышеуказанным решением суда, а также представленными в ходе рассмотрения спора доказательствами подтверждается факт незаконного пользования ИП ФИО1 помещением, принадлежащем на праве собственности ФИО9 (? доли), и подтверждая свои права требования договором уступки №1 от 02.10.2020 (л.д.41-43, т.5) в редакции дополнительного соглашения от 29.03.2024 (т.7, л.д.58), ИП ФИО3 просила признать обоснованным и включить в реестр ее требования в размере 3 650 713,13 руб. (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ (л.д.21-22, т.8)).

Оспаривая заявленные требования, представители должника ФИО1, его супруги ФИО5, кредитора ФИО7 ссылались на то, что фактически помещение занимало ООО «Хошбахт», ИП ФИО1 занимался лишь реализацией продукции на основании дилерского договора, в связи с чем, требования кредитора не обоснованные и направлены к ФИО1 ввиду ликвидации ООО «Хошбахт» и, как следствие, невозможности взыскать заявленную сумму непосредственно с общества. Кроме того, полагали требования необоснованными в силу того, что помещение, в отношении которого заявлены требования, было передано на хранение в рамках исполнительного производства без права пользования, ввиду чего, у кредитора отсутствуют правовые основания для предъявления требований за пользование помещением.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, изучив доводы и возражения сторон, установив, что факт неосновательного обогащения ФИО1 подтвержден материалами обособленного спора, его размер доказан, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что требование ИП ФИО3 подлежит признанию обоснованным и включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника в заявленном размере.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ в их совокупности, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, считает, что оснований для изменения или отмены судебного акта не имеется ввиду следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии со статьей 63, пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Согласно статье 213.27 Закона о банкротстве требования кредиторов по денежным обязательства по гражданско-правовым сделкам подлежат удовлетворению в третью очередь.

В силу статей 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве, регулирующими порядок установления требований кредиторов, кредиторы направляют свои требования к должнику в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 №14-П, от 19.12.2005 №12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Соответственно, общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (в том числе и денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления со стороны должника по рассматриваемому обязательству).

В соответствии с пунктом 2 статьи 307 ГК РФ обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Согласно статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Обязательства из неосновательного обогащения возникают при отсутствии правовых оснований, то есть когда приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актов), ни на сделке (отсутствие договора), то есть, происходит неосновательно.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются обстоятельства, когда:

1) имело место приобретение или сбережение имущества, то есть увеличение стоимости собственного имущества приобретателя;

2) приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, что, как правило, означает уменьшение стоимости имущества потерпевшего вследствие выбытия из его состава некоторой его части или неполучения доходов, на которые потерпевшее лицо правомерно могло рассчитывать;

3) отсутствуют правовые основания, то есть приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке.

В предмет доказывания по данным спорам входят следующие обстоятельства: факт получения ответчиком имущества, принадлежащего истцу; факт пользования ответчиком этим имуществом; размер переданного имущества; период пользования спорным имуществом в целях определения размера неосновательного обогащения (пункт 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 №49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении»).

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

В соответствии с подпунктом 4 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об  отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях  благотворительности.

В силу указанной правовой нормы денежные средства и иное имущество не  подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет  установлено, что они были переданы лицом, заведомо знавшим об отсутствии у  него каких-либо обязательств перед получателем.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 №30-П  разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу решением Первомайского районного суда г. Ижевска по делу №2-2/2018 от 11.04.2018 (л.д.7-17, т.1), которое на дату рассмотрения настоящего обособленного спора не отменено, установлен факт передачи ФИО13 спорного помещения в аренду ИП ФИО12, которая, в свою очередь, передала часть помещения в субаренду обществу ООО «Хошбахт» по договору аренды помещения от 01.09.2014. Помещение передано для размещения  кафе и подсобных помещений.

Указанным судебным актом также установлено, что фактически помещение после 19.04.2016 занимает ИП ФИО1, что подтверждено кассовыми чеками и дилерским договором, ввиду чего, судом принято решение об обязании ИП ФИО1 освободить занимаемое помещение, и взыскать с ООО «Хошбахт» сумму неосновательного обогащения за период с 21.09.2014 по 19.04.2016.

Таким образом, установленные решением Первомайского районного суда г. Ижевска по делу №2-2/2018 от 11.04.2018 обстоятельства являются преюдициальными для данного спора и не подлежат доказыванию вновь.

Из рассматриваемого требования следует, что кредитор предъявил для включения в реестр задолженность в виде  неосновательного обогащения за период с 20.04.2016 по 22.02.2019, то есть за последующие периоды, взысканные решением Первомайского районного суда г. Ижевска по делу №2-2/2018 от 11.04.2018.

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора суду были  представлены дополнительные доказательства, подтверждающие факт отсутствия деятельности ООО «Хошбахт».

Так, согласно сведениям из УФНС по Удмуртской Республике (л.д.3, т.8), ООО «Хошбахт» исключено из ЕГРЮЛ 18.09.2019, как недействующее юридическое лицо на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.01.2021 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»; последняя отчетность сдана обществом за 2016 год.

ПФ УР представлен ответ (л.д.2, т.8), в котором указано, что за 2018-2019 гг. сведения на сотрудников ООО «Хошбахт» не представлялись.

Согласно выписке по счету ООО «Хошбахт», открытому в АО «Датабанк» (л.д.108-110, т.8) за период с 01.01.2016 по 12.12.2018, движение по счету ООО «Хошбахт» отсутствовало; согласно выписке по счету ООО «Хошбахт», открытому в ПАО «Сбербанк» (л.д.2-6, т.9) за период с 01.01.2016 по 23.09.2019, движение по счетам ООО «Хошбахт» также отсутствовало.

Таким образом, из выписок по счетам ООО «Хошбахт» не следует, что данное общество вело какую-либо хозяйственную деятельность, осуществляло расчеты с контрагентами, работниками, а также производило оплату за потребляемые энергоресурсы. Иного суду не доказано (статья 65 АПК РФ).

Доказательств наличия у ООО «Хошбахт» кассового аппарата, что позволило бы утверждать о возможности проведения операций по хозяйственной деятельности общества наличным расчетом в материалах дела не имеется.

Напротив, из представленных доказательств усматривается, что именно ИП ФИО1 осуществлял хозяйственную деятельность в спорном помещении.

В частности, в материалы дела представлены сублицензионные договоры от 29.09.2016, 13.10.2017, 08.11.2018 (л.д.31-47, т.9), заключенные между ООО «Тензор-Удмуртия» и ИП ФИО1, согласно которым ИП ФИО1 было предоставлено право пользования программой СБИС, оплата производилась непосредственно ИП ФИО1

Согласно ответу ООО «Такском» (л.д.47-51, т.9), ИП ФИО1 являлся абонентом ПО «Такском-Кассы», контрольно-кассовая техника была установлена  в спорном помещении (л.д.90, т.8). Продукция отпускалась ИП ФИО1, что подтверждается кассовыми чеками (л.д.110, т.1).

Согласно ответу ООО «ЭкоЛайн» и акту сверки взаимных расчетов (л.д.111-112, т.8), договор на вывоз бытовых и прочих отходов был заключен со ИП ФИО1, услуги оказывались до ноября 2017 года и оплачивались непосредственно ИП ФИО1

Согласно ответу ООО «НоваМед», между обществом и ИП ФИО1 был заключен договор от 22.05.2018 на медицинское обслуживание по проведению медосмотра сотрудников, услуги оказывались до 02.11.2018 (л.д.25-30, т.9).

В отношении представленных дилерских договоров, заключенных между  ООО «Хошбахт»  и ИП ФИО1 от 05.02.2016 (л.д.209, т.1), от 19.06.2018 (л.д.144, т.1), судом первой инстанции установлено, что пунктами 4.1 и 5.2 установлено, что отгрузка товара производится при условии 100% предоплаты, поставка товара осуществляется после получения поставщиком бланка заказа.

Вместе с тем, бланки заказа в материалы дела не представлены, равно как и не представлены доказательства осуществления должником оплаты (предоплаты) за поставленную продукцию.

Согласно товарным накладным за 2019 год (л.д.185-192, т.1), поставка пищевой продукции по адресу: <...>, осуществлялась на ИП ФИО1 При этом, в указанных товарных накладных имеется ссылка на транспортные накладные, датированные 2015 годом, что ставит под сомнение сам факт поставки, подтверждаемый представленными документами.

Иных документов, подтверждающих реальность дилерского договора и факт его исполнения, суду первой инстанции не представлено.

Таким образом, проанализировав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о неподтвержденности доводов должника о том, что он занимал лишь площадь для кассы.

Как указывалось ранее, из представленных ответов ПФ УР, ФНС, банковских выписок не следует, что ООО «Хошбахт» осуществляло хозяйственную деятельность, имело в спорный период ресурсы для осуществления деятельности. Согласно банковским выпискам какое-либо движение по счетам, в том числе, оплаты в пользу энергоснабжающей организации, в спорный период не производились. Из представленных в материалы дела документов следует, что оплата энергоресурсов производилась ИП ФИО1

При этом, судом первой инстанции проанализированы и обоснованно отклонены доводы должника о том, что, согласно договорам аренды, была арендована лишь часть спорного помещения, поскольку из решения суда по делу №2-2/2018 об обязании ФИО1 освободить нежилое помещение, а также из представленных в дело актов исполнительских действий не следует, что помещение использовалось только в заявленной части. Напротив, исходя из условий договоров аренды и субаренды, а также принимая во внимание тот факт, что доли в помещении в натуре не выделены, следует, что использовалось все помещение.

Ссылка представителя ФИО5 на постановление судебного-пристава исполнителя о смене ответственного хранителя от 26.06.2018, согласно которому помещение передано на хранение директору ООО «Хошбахт», как на доказательство того, что помещение использовалось обществом, а не ИП ФИО1, судом первой инстанции также обоснованно отклонена ввиду отсутствия доказательств, свидетельствующих о ведении в спорный период хозяйственной деятельности обществом «Хошбахт».

Таким образом, вопреки приведенным в апелляционной жалобе доводам, оснований для расчета размера задолженности ИП ФИО3, основанном на постановления Минтруда РФ от 16.10.2000 №74, исходя из того, ИП ФИО1 занимал лишь площадь рабочего места кассира, не имеется.

При этом, судом первой инстанции правомерно учтен сформированный в правоприменительной практике правовой подход, согласно которому  кредитор, не являющийся стороной правоотношений, в данном случае между ООО «Хошбахт» и ИП ФИО1, ограничен в сборе доказательств. В связи с чем, именно на должнике, который взаимодействовал с ООО «Хоштаб», и, более того, согласно общедоступным сведениям с сайта      list-org.com являлся учредителем ООО «Хошбахт» до 15.12.2016, лежит бремя опровержения заявленных доводов.

Вопреки доводам апеллянта, суд первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора верно распределил бремя доказывания  юридически значимых обстоятельств (статьи 9, 65 АПК РФ).

Кроме того, как установлено судом, действиями судебных приставов, направленными на выселение ИП ФИО1 также подтверждается факт нахождения ИП ФИО1 в данном помещении в заявленный кредитором период.

При изложенных обстоятельствах, в отсутствие доказательств обратного, выводы суда первой инстанции об использовании должником ИП ФИО1 помещения, принадлежащего, в том числе, ФИО9 в период с 20.04.2016 по 22.02.2019 являются  правомерными.

Расчет неосновательного обогащения произведен заявителем, исходя из стоимости аренды, установленной по итогам проведенной судебной экспертизы (л.д.23-80, т.2), с учетом размера арендной платы в день, помноженной на количество дней пользования и ? доли в праве собственности на помещение (уточненный расчет л.д.21-22, т.8). Данный расчет произведен за период с 20.04.2016 (с учетом выводов, изложенных в решении Первомайского районного суда г. Ижевска по делу №2-2/2018 от 11.04.2018) по 22.02.2019 (дата прекращения исполнительного производства по данному решению об обязании ИП ФИО1 освободить помещение).

По расчету ИП ФИО3, сумма неосновательного обогащения, заявленная ко включению в реестр требований кредиторов должника, составила 2 937 610,54 руб.

ФИО1 представлен контррасчет, согласно которому должник полагает необходимым производить расчет, исходя из размеров рабочего места кассира.

Судом первой инстанции проверены расчеты, представленные ИП ФИО3 и должником, и признан верным расчет, представленный ИП ФИО3, поскольку данный расчет основан на материалах дела, в том числе, на  итогах проведенной экспертизы, которая в установленном законом порядке не оспорена, в то время как представленный ФИО1 расчет не нашел своего подтверждения с учетом установленных обстоятельств настоящего обособленного спора и имеющихся в материалах дела доказательств.

Принимая во внимание, что факт неосновательного обогащения ФИО1 подтвержден материалами дела, суд первой инстанции правомерно включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ИП ФИО3 в размере 2 937 610,54 руб.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что по аналогичным основаниям было подано в суд требование к ФИО12 от ФИО14 и взыскана сумма неосновательного обогащения решением Октябрьского районного суда г. Ижевска (дело №2-745/2016) исследован и отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку данное взыскание было произведено за период 2012 год, что не соотносится с периодом, исследуемым в рамках настоящего обособленного спора.

Ссылка должника о том, что суд не рассмотрел доводы о передаче спорного жилого помещения ООО «Эра» по акту приема-передачи на заложенное имущество отклоняется апелляционным судом, поскольку имущество было передано залоговому кредитору в 2022 году, регистрация права собственности ООО «Эра» была произведена в декабре 2022 года, что также не подпадает под исследуемый период.

Вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции проанализированы все представленные в материалы дела доказательства, им дана надлежащая правовая оценка.

Доказательств, опровергающих правильность выводов суда первой инстанции, апеллянтом не приведено. Не установлено таких обстоятельств и судом апелляционной инстанции.

Кроме того, ИП ФИО3 было заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 ГК РФ в размере 601 238,59 руб. Данный расчет судом первой инстанции проверен, признан верным, контрарасчет в материалы дела не представлен.

Также ИП ФИО3 заявлены требования о возмещении судебных расходов в размере 111 867 руб. Факт несения соответствующих расходов и их связь с рассматриваемым делом установлены судом первой инстанции.

Апелляционная жалоба не содержит возражений относительно выводов суда первой инстанции в части включения в реестр требований кредиторов должника процентов за пользование чужими денежными средствами, а также судебных расходов, следовательно, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в указанной части у суда апелляционной инстанции не имеется.

Таким образом, апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного решения обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с принятым судебным актом и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта не имеется.

Установлено, что при изготовлении резолютивной части настоящего постановления от 15.09.2025 судом апелляционной инстанции была допущена опечатка в указании обжалуемого судебного акта, а именно: вместо определения, ошибочно указано решение.

В соответствии с пунктом 3 статьи 179 АПК РФ арбитражный суд по своей инициативе вправе исправить допущенную в судебном акте описку без изменения его содержания.

Принимая во внимание, что исправление опечатки в данном случае не затрагивает существа принятого судебного акта, руководствуясь статьей 179 АПК РФ, суд апелляционной инстанции по собственной инициативе исправляет указанную опечатку в резолютивной части настоящего постановления.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04 июля 2025 года  по делу № А71-5451/2020 оставить без изменения, апелляционную  жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.


Председательствующий


Т.Н. Устюгова


Судьи


Т.В. Макаров


Л.В. Саликова