Решение от 1 апреля 2019 г. по делу № А78-430/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ

672002 г.Чита, ул. Выставочная, 6

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №А78-430/2019
г.Чита
01 апреля 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 29 марта 2019 года.

Решение изготовлено в полном объеме 01 апреля 2019 года.

Арбитражный суд Забайкальского края

в составе судьи Сюхунбин Е.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Беловой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Сретенскому району (ОГРН <***>, ИНН <***>) о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 315751300001357, ИНН <***>) к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – Общество с ограниченной ответственностью «Лесотехника» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

в отсутствие в судебном заседании (до и после перерыва) представителей лиц, участвующих в деле,

установил:

Отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации по Сретенскому району (далее – ОМВД России по Сретенскому району, административный орган) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – предприниматель, ФИО1) к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации).

Определением суда от 19 февраля 2019 года (л.д. 1-2) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен представитель правообладателя товарного знака Общество с ограниченной ответственностью «Лесотехника» (далее – ООО «Лесотехника», Общество).

ОМВД России по Сретенскому району в своем заявлении указывает на то, что предприниматель осуществляет действия по продаже и хранению товара (бензопила и масло) с товарным знаком «SHTIL» с признаками несоответствия оригинальной продукции.

В письменном отзыве на заявление предприниматель правонарушение подтвердила.

ООО «Лесотехника» в отзыве на заявление поддержало позицию административного органа.

О месте и времени судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК Российской Федерации), что подтверждается почтовыми уведомлениями, возвращенным почтовым конвертом, а также отчетом о публикации на официальном сайте Арбитражного суда Забайкальского края в сети «Интернет» (www.chita.arbitr.ru) определений о принятии заявления к производству и об отложении судебного разбирательства, однако явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что не является препятствием для рассмотрения дела по существу. От Общества поступило ходатайство о рассмотрении дела без участия представителя.

22 марта 2019 года в суд через сервис «Мой Арбитр» от ООО «Лесотехника» поступил отзыв от 21 марта 2019 года на заявление с приложением копий изменений к свидетельству на товарный знак № 61921, сертификата официального импортера марки STIHL, свидетельства на товарный знак № 61921.

25 марта 2019 года по каналам факсимильной связи от административного органа поступили пояснения от 25 марта 2019 года № 2515.

Названные документы приобщены к материалам дела.

На основании статьи 163 АПК Российской Федерации в судебном заседании 27 марта 2019 года объявлялся перерыв до 09 часов 15 минут 29 марта 2019 года, о чем было сделано публичное объявление путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда.

28 марта 2019 года от лиц, участвующих в деле, поступили дополнительные документы:

- от ОМВД России по Сретенскому району – реквизиты для уплаты штрафа;

- от ФИО1 – сведения об открытых (закрытых) счетах в кредитных организациях, справка ПАО Сбербанк № SD0093337377 от 26 марта 2019 года.

Названные документы приобщены к материалам дела.

Исследовав материалы дела, в то числе дополнительно представленные документы, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

ФИО1 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 9 июля 2015 года, ей присвоен основной государственный регистрационный номер индивидуального предпринимателя 315751300001357, о чем выдано свидетельство серии 75 № 002269653 (л.д. 122).

Предприниматель осуществляет свою деятельность в магазине, расположенном по адресу: <...>.

На основании поступившего 14 ноября 2018 года от ООО «Лесотехника» телефонного сообщения (л.д. 9) сотрудниками органа внутренних дел 14 ноября 2018 года проведен осмотр принадлежащего предпринимателю магазина по адресу: <...>, в ходе которого был установлен факт оборота (продажа и хранение с целью продажи) бензопилы с надписью «SHTIL S200», в количестве 1 штуки по цене 4 500 рублей, масла с надписью «SHTIL», емкостью 1 л., в количестве 1 бутылки по цене 300 рублей и масла с надписью «SHTIL», емкостью 100 мл., в количестве 1 бутылки по цене 100 рублей.

Результаты осмотра отражены в протоколе осмотра места происшествия от 14 ноября 2017 года (л.д. 12-22).

Обнаруженная в ходе осмотра продукция с нанесенным товарным знаком «SHTIL» была изъята, о чем сделана соответствующая отметка в протоколе осмотра.

В ходе проведения проверки по телефонному сообщению органом внутренних дел установлено, что товарный знак «SHTIL» является зарегистрированным товарным знаком (свидетельство № 61921, л.д. 39-43), правообладателем которого является компания АНДРЕАС СТИЛЬ АГ & Ко. КГ, Бадштрассе 115, 71336 Вайблинген, Германия.

Интересы правообладателя по защите исключительных прав на товарный знак «SHTIL» на территории Российской Федерации представляет ООО «Лесотехника» на основании доверенности от 27 марта 2017 года (л.д. 44).

Обществу также выдан сертификат о том, что последнее является официальным импортером марки SHTIL, в том числе, на территории Забайкальского края (л.д. 37-38). Срок действия сертификата – до 31 декабря 2019 года.

22 ноября 2018 года ОМВД России по Сретенскому району истребовало от представителя правообладателя сведения относительно товарного знака (л.д. 29).

В письме от 26 ноября 2018 года (л.д. 36) ООО «Лесотехника» пояснило, что ни правообладатель товарного знака «SHTIL» компания АНДРЕАС СТИЛЬ АГ & Ко. КГ, ни его эксклюзивный импортер не передавали право использования товарного знака «SHTIL» ФИО1, какие-либо договоры с предпринимателем не заключались.

23 ноября 2018 года административным органом принято решение о назначении товароведческой экспертизы (л.д. 30-32).

Выявленные обстоятельства послужили основанием для возбуждения в отношении ФИО1 дела об административном правонарушении и проведении административного расследования на основании определения № 91 от 24 ноября 2018 года (л.д. 35).

Согласно заключениям эксперта от 12 декабря 2018 года №№ 18/12/56, 18/12/57 и 18/12/59 (л.д. 46-86) бензопила с надписью «SHTIL S200», масло с надписью «SHTIL», емкостью 1 л., и масло с надписью «SHTIL», емкостью 100 мл., являются не оригинальными продуктами, выпущенными компанией «SHTIL», являются подделками, изготовленными под оригинальную продукцию торговой компании «SHTIL», то есть контрафактными.

24 декабря 2018 года органом внутренних дел в отношении предпринимателя составлен протокол об административном правонарушении 75 № 937354 (л.д. 5).

На основании части 3 статьи 23.1 и части 1 статьи 28.8 КоАП Российской Федерации, статьи 202 АПК Российской Федерации ОМВД России по Сретенскому району обратился в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением о привлечении ФИО1 к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации.

Суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае заявление административного органа подлежит удовлетворению по следующим причинам.

Частью 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации установлена административная ответственность за производство в целях сбыта либо реализация товара, содержащего незаконное воспроизведение чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 14.33 настоящего Кодекса, если указанные действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Следовательно, объективной стороной правонарушения является, в том числе, незаконное использование чужого товарного знака, без разрешения правообладателя.

Под незаконным использованием средства индивидуализации товаров (работ, услуг) следует признавать любое действие, нарушающее исключительные права других лиц – владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение к продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении однородных товаров и др. Правонарушитель не заключает с правообладателем договор коммерческой концессии или лицензионный договор, позволивший бы ему пользоваться при выполнении работ, оказании услуг, реализации товаров комплексом таких исключительных прав.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2011 года № 11 «О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 11) разъяснено, что установленная статьей 14.10 КоАП Российской Федерации административная ответственность за незаконное использование чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров, по смыслу этой статьи, может быть применена лишь в случае, если предмет правонарушения содержит незаконное воспроизведение товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений.

При этом судам следует учитывать: указанное определение предмета административного правонарушения не означает, что к административной ответственности, предусмотренной названной статьей, может быть привлечено лишь лицо, непосредственно разместившее соответствующий товарный знак, знак обслуживания, наименование места происхождения товара или сходное с ними обозначение на таком предмете.

Способы использования товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара в силу статей 1484 и 1519 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) не ограничиваются лишь размещением перечисленных средств индивидуализации. Правообладателю принадлежит исключительное право использования товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара любым не противоречащим закону способом.

С учетом изложенного статья 14.10 КоАП Российской Федерации охватывает в числе прочих такие нарушения, как введение товара, на котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) содержится незаконное воспроизведение средства индивидуализации, в гражданский оборот на территории Российской Федерации, а также ввоз на территорию Российской Федерации такого товара с целью его введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

За нарушение, заключающееся в реализации товаров, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака, к административной ответственности, предусмотренной статьей 14.10 КоАП Российской Федерации, может быть привлечено любое лицо, занимающееся этой реализацией, а не только первый продавец соответствующего товара.

Кроме того, судам надлежит исходить из того, что с учетом статьи 1484 Гражданского кодекса такие действия, как приобретение товара, содержащего незаконное воспроизведение товарного знака, независимо от цели приобретения, а равно хранение или перевозка такого товара без цели введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации, не образуют состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.10 КоАП Российской Федерации.

Согласно пункту 14 части 1 статьи 1225 Гражданского кодекса результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе товарные знаки и знаки обслуживания.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса на товарный знак, то есть обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481).

На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (статья 1479 Гражданского кодекса).

В силу статьи 1484 Гражданского кодекса лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак (пункт 1).

В соответствии с пунктом 2 названной статьи исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации (пункт 2).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3).

В частности, на основании положений Мадридского соглашения «О международной регистрации знаков» от 14.04.1891 товарные знаки получают защиту в каждой из стран, присоединившихся к этому соглашению, в частности, в Российской Федерации.

В силу положений статьи 1481 Гражданского кодекса на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Статьей 1487 Гражданского кодекса установлен национальный принцип исчерпания прав.

Иными словами, нанесение на товар товарного знака и введение его в оборот, например в стране производства товара, не означает, что права на данный товарный знак были исчерпаны в других странах, в частности в стране, куда товар импортируется.

Учитывая, что пределы осуществления исключительного права по статье 1484 Гражданского кодекса не ограничиваются перечисленными в ней способами использования, то до тех пор, пока правообладатель надлежащим образом не выразит согласие на ввоз товара в определенную страну, презюмируется его запрет неопределенному кругу лиц на осуществление этих действий.

Основное предназначение товарного знака – это предоставить потенциальному потребителю возможность отличить товары, производимые одним лицом, от аналогичных товаров, производимых другими лицами.

Содержание исключительного права на товарный знак составляет возможность правообладателя использовать его любыми не противоречащими закону способами, примерный перечень которых предусмотрен в пункте 2 статьи 1484 Гражданского кодекса: путем размещения товарного знака на товарах, в том числе этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации и т.п.

Таким образом, под незаконным использованием товарного знака понимаются действия по незаконному размещению (воспроизведению) товарного знака на товарах, которые ввозятся на территорию Российской Федерации и реализуются на ней.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Из материалов дела следует, а также не оспаривается лицами, участвующими в деле, что товарный знак «SHTIL» является зарегистрированным товарным знаком (свидетельство № 61921, л.д. 40-43), правообладателем которого является компания АНДРЕАС СТИЛЬ АГ & Ко. КГ. Интересы правообладателя по защите исключительных прав на товарные знаки «SHTIL» на территории Российской Федерации представляет ООО «Лесотехника» на основании доверенности от 27 марта 2017 года (л.д. 44).

Обществу также выдан сертификат о том, что последнее является официальным импортером марки SHTIL, в том числе, на территории Забайкальского края (л.д. 37). Срок действия сертификата – до 31 декабря 2019 года.

На основании поступившего 14 ноября 2018 года от ООО «Лесотехника» телефонного сообщения (л.д. 9) сотрудниками органа внутренних дел 14 ноября 2018 года проведен осмотр принадлежащего предпринимателю магазина «Торговый Дом Богданов» по адресу: <...>, в ходе которого был установлен факт оборота (продажа и хранение с целью продажи) бензопилы с надписью «SHTIL S200», в количестве 1 штуки по цене 4 500 рублей, масла с надписью «SHTIL», емкостью 1 л., в количестве 1 бутылки по цене 300 рублей и масла с надписью «SHTIL», емкостью 100 мл., в количестве 1 бутылки по цене 100 рублей.

Результаты осмотра отражены в протоколе осмотра места происшествия от 14 ноября 2017 года (л.д. 12-22).

Обнаруженная в ходе осмотра продукция с нанесенным товарным знаком «SHTIL» была изъята, о чем сделана соответствующая отметка в протоколе осмотра.

В письме от 26 ноября 2018 года ООО «Лесотехника» пояснило, что ни правообладатель товарного знака «SHTIL» компания АНДРЕАС СТИЛЬ АГ & Ко. КГ, ни его эксклюзивный импортер не передавали право использования товарного знака «SHTIL» ФИО1, какие-либо договоры с предпринимателем не заключались (л.д. 36).

Отсутствие соответствующего разрешения (согласия) правообладателя на использование товарного знака «SHTIL» ФИО1 также не оспаривается.

Согласно заключениям эксперта от 12 декабря 2018 года №№ 18/12/56, 18/12/57 и 18/12/59 (л.д. 46-86) бензопила с надписью «SHTIL S200», масло с надписью «SHTIL», емкостью 1 л., и масло с надписью «SHTIL», емкостью 100 мл., являются не оригинальными продуктами, выпущенными компанией «SHTIL», являются подделками, изготовленными под оригинальную продукцию торговой компании «SHTIL», то есть контрафактной.

В соответствии со статьей 26.2 КоАП Российской Федерации доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела (часть 1).

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (часть 2).

Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе результатов проверки, проведенной в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением закона (часть 3).

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Задача доказательства заключается в опровержении всяких сомнений в истинности события правонарушения.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 25.9 КоАП Российской Федерации в качестве эксперта может быть привлечено любое не заинтересованное в исходе дела совершеннолетнее лицо, обладающее специальными познаниями в науке, технике, искусстве или ремесле, достаточными для проведения экспертизы и дачи экспертного заключения. Эксперт предупреждается об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Согласно части 1 статьи 26.4 КоАП Российской Федерации в случаях, если при производстве по делу об административном правонарушении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, выносят определение о назначении экспертизы. Определение обязательно для исполнения экспертами или учреждениями, которым поручено проведение экспертизы.

В определении указываются: основания для назначения экспертизы; фамилия, имя, отчество эксперта или наименование учреждения, в котором должна быть проведена экспертиза; вопросы, поставленные перед экспертом; перечень материалов, предоставляемых в распоряжение эксперта. Кроме того, в определении должны быть записи о разъяснении эксперту его прав и обязанностей и о предупреждении его об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (часть 2 статьи 26.4 КоАП Российской Федерации).

В силу части 4 названной статьи до направления определения для исполнения судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, обязаны ознакомить с ним лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и потерпевшего, разъяснить им права, в том числе право заявлять отвод эксперту, право просить о привлечении в качестве эксперта указанных ими лиц, право ставить вопросы для дачи на них ответов в заключении эксперта.

В соответствии со статьей 195 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК Российской Федерации) признав необходимым назначение судебной экспертизы, следователь выносит об этом постановление (часть 1). Следователь знакомит с постановлением о назначении судебной экспертизы подозреваемого, обвиняемого, его защитника, потерпевшего, его представителя и разъясняет им права, предусмотренные статьей 198 настоящего Кодекса. Об этом составляется протокол, подписываемый следователем и лицами, которые ознакомлены с постановлением (часть 3).

Из материалов дела следует, что постановления о назначении товароведческой судебной экспертизы от 23 ноября 2018 года (л.д. 30-32) вынесены не в рамках КоАП Российской Федерации, а на основании статей 195 и 199 УПК Российской Федерации.

При этом в нарушение требований статьи 195 УПК Российской Федерации предприниматель не была с ними ознакомлена, права предпринимателю не разъяснялись, следовательно, она не смогла воспользоваться правами, предоставленными статьей 57 УПК Российской Федерации.

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от 18.06.2004 № 206-О, указанное процессуальное действие по смыслу приведенных норм, рассматриваемых в системной связи, должно быть осуществлено до начала производства экспертизы – иначе названные участники процесса лишаются возможности реализовать связанные с ее назначением и вытекающие из конституционного принципа состязательности и равноправия сторон права, закрепленные статьей 198 УПК Российской Федерации. Данное требование части третьей статьи 195 УПК Российской Федерации распространяется на порядок назначения любых судебных экспертиз, носит императивный характер и обязательно для исполнения следователем, прокурором и судом на досудебной стадии судопроизводства во всех случаях, в том числе при назначении по уголовному делу судебно-психиатрической экспертизы для определения психического состояния обвиняемого или подозреваемого в случаях, когда возникает сомнение по поводу их вменяемости.

Несоблюдение при назначении и производстве экспертизы предусмотренных статьей 198 УПК Российской Федерации прав подозреваемого, обвиняемого, защитника, если таковое имело место, может быть предметом как прокурорской, так и судебной проверки по их жалобам.

Более того, пунктом 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что нарушением, влекущим невозможность использования доказательств, может быть признано, в частности, получение объяснений потерпевшего, свидетеля, лица, в отношении которого 10 ведется производство по делу об административном правонарушении, которым не были предварительно разъяснены их права и обязанности, предусмотренные частью 1 статьи 25.1, частью 2 статьи 25.2, частью 3 статьи 25.6 КоАП РФ, статьей 51 Конституции Российской Федерации, а свидетели, специалисты, эксперты не были предупреждены об административной ответственности соответственно за дачу заведомо ложных показаний, пояснений, заключений по статье 17.9 КоАП Российской Федерации, а также существенное нарушение порядка назначения и проведения экспертизы.

Доводы административного органа о том, что ФИО1 ознакомлена с материалами дела об административном правонарушении, о чем имеется соответствующая расписка, суд признает необоснованными и не подтверждающими ознакомление предпринимателя с постановлениями о назначении товароведческих экспертиз непосредственно перед проведением таких экспертиз.

К тому же расписка ФИО1 об ознакомлении с заявлением органа о привлечении к административной ответственности и приложениями к нему (копиями паспорта, свидетельств, заключений экспертов, материалов дела) датирована 5 декабря 2018 года (л.д. 108), однако заключения эксперта составлены только 12 декабря 2018 года. Следовательно, предприниматель не могла физически ознакомиться с заключениями эксперта за семь дней до их составления экспертом.

Кроме того, в постановлениях о назначении товароведческой судебной экспертизы от 23 ноября 2018 года (л.д. 30-32) соответствующая отметка об ознакомлении предпринимателя отсутствует.

Поскольку органом внутренних дел допущено существенное нарушение порядка назначения и проведения экспертизы, то суд приходит к выводу, что заключения эксперта от 12 декабря 2018 года №№ 18/12/56, 18/12/57 и 18/12/59 получены с нарушением закона и не могут быть использованы в качестве доказательства по делу об административном правонарушении.

В пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2007 года № 122, разъяснено, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Так, в силу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах.

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В соответствии с пунктом 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 43 Правил № 482 изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Пунктом 45 Правил № 482 при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

Таким образом, результаты экспертизы не являются единственно возможным доказательством контрафактности товара.

Факт контрафактности спорных товаров подтвержден письменным отзывом ООО «Лесотехника» от 21 марта 2019 года на заявление и письмом от 26 ноября 2018 года, согласно которым товарные знаки «STIHL» нанесены на товары незаконно, без согласия правообладателя. При этом товар «бензопила S200» в ассортименте производителя и официального импортера отсутствует.

Как отмечает Общество, правообладатель товарного знака никаких соглашений об использовании товарного знака «STIHL» на спорной продукции с ФИО1 не заключал, разрешений на производство, хранение, а также предложение к продаже и продажу на территории Российской Федерации не давал.

Судом установлено, что нанесенное на обнаруженные у предпринимателя товары обозначение «STIHL» сходно по звуковым (наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях) и графическим признакам (общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв; расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание) с товарным знаком «STIHL».

Поскольку продукция, изъятая у предпринимателя, не производилась правообладателем, товарные знаки на нее не могли быть нанесены правообладателем, данная продукция не была введена в гражданский оборот легальным путем, следовательно, такая продукция является контрафактной.

Статьей 26.1 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что к обстоятельствам, подлежащим выяснению по делу об административном правонарушении, относятся, в том числе, наличие (отсутствие) события и состава административного правонарушения.

Такие обстоятельства устанавливаются на основании доказательств.

Согласно части 1 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП Российской Федерации, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными

документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (часть 2 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации).

Материалами дела, в том числе, протоколом осмотра от 14 ноября 2018 года (л.д. 12-22), свидетельством на товарный знак № 61921 (л.д. 39-43), письмом ООО «Лесотехника» от 26 ноября 2018 года (л.д. 36), протоколом об административном правонарушении 75 № 937354 от 24 декабря 2018 года (л.д. 5), подтверждается факт оборота (продажа и хранение с целью продажи) предпринимателем товаров (бензопила, масла), содержащих незаконное воспроизведение товарного знака «SHTIL».

Оценив по правилам статьи 71 АПК Российской Федерации упомянутые выше доказательства, арбитражный суд приходит к выводу о том, что они являются достаточными для квалификации противоправных действий ФИО1 по части 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации.

Делая вывод о виновности предпринимателя в совершении рассматриваемого административного правонарушения, суд исходит из следующего.

Частью 1 статьи 1.5 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В силу части 1 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое этим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Статьей 2.2 КоАП Российской Федерации предусмотрены формы вины, согласно части 2 административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть.

Должностное лицо подлежит административной ответственности в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей (статья 2.4 КоАП Российской Федерации).

Согласно примечанию к статье 2.4 КоАП Российской Федерации лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, совершившие административные правонарушения, несут административную ответственность как должностные лица, если настоящим Кодексом не установлено иное.

Выяснение виновности лица в совершении административного правонарушения осуществляется на основании данных, зафиксированных в протоколе об административном правонарушении, объяснений лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в том числе об отсутствии возможности для соблюдения соответствующих правил и норм, о принятии всех зависящих от него мер по их соблюдению, а также на основании иных доказательств, предусмотренных частью 2 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации.

В тоже время согласно пункту 9.2 Постановления Пленума ВАС РФ № 11 КоАП Российской Федерации не конкретизирует форму вины, при которой индивидуальный предприниматель может быть привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.10 КоАП Российской Федерации.

Указанное административное правонарушение может быть совершено не только умышленно, но и по неосторожности.

Следовательно, ответственность предпринимателя за совершение данного правонарушения наступает, в том числе, в случае, если лицо знало или должно было знать, что использует чужой товарный знак, но не проверило, осуществляет ли оно такое использование на законных основаниях.

Арбитражный суд приходит к выводу о доказанности вины предпринимателя в совершении вменяемого ей административного правонарушения в форме неосторожности, поскольку ФИО1, разместив в торговом зале товар, содержащий товарный знак с целью его дальнейшей реализации, обязана была убедиться в законности использования товарных знаков, должна была и могла предвидеть последствия незаконного использования чужого товарного знака.

Каких-либо существенных нарушений порядка привлечения предпринимателя к административной ответственности судом не установлено.

В частности, протокол об административном правонарушении 75 № 937354 от 24 декабря 2018 года составлен при участии предпринимателя, которой была предоставлена возможность дать пояснения и воспользоваться правом на защиту.

При составлении протокола должностное лицо органа внутренних дел действовало в пределах полномочий, установленных пунктом 1 частью 2 статьи 28.3 КоАП Российской Федерации.

Таким образом, требования статей 25.1, 25.15 и 28.3 КоАП Российской Федерации административным органом соблюдены.

Срок давности привлечения к административной ответственности, предусмотренный частью 1 статьи 4.5 КоАП Российской Федерации, на момент рассмотрения дела в суде не истек.

Обстоятельств для признания допущенного ФИО1 правонарушения в качестве малозначительного в соответствии со статьей 2.9 КоАП Российской Федерации арбитражным судом не установлено.

В частности, малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» также указано, что малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

Суд, исходя из своих дискреционных полномочий и с учетом характера деликта (как отмечалось выше – незаконное использование чужого товарного знака), считает невозможным в данном конкретном случае признать совершенное предпринимателем правонарушение малозначительным.

Оснований для применения положений статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации суд также не находит.

Так, частью 1 статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что являющимся субъектами малого и среднего предпринимательства лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, и юридическим лицам, а также их работникам за впервые совершенное административное правонарушение, выявленное в ходе осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля, в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, административное наказание в виде административного штрафа подлежит замене на предупреждение при наличии обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 3.4 настоящего Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи.

Согласно части 2 статьи 3.4 КоАП Российской Федерации предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

По сведениям из Единого реестра субъектов малого и среднего предпринимательства ФИО1 с 1 августа 2016 года относится к категории субъекта малого предпринимательства – микропредприятие.

Однако в соответствии с частью 2 статьи 3.4 КоАП Российской Федерации административное наказание в виде предупреждения может быть применено только при отсутствии имущественного ущерба.

В письме от 26 ноября 2018 года (л.д. 36) ООО «Лесотехника» ссылается на ущерб, причиненный компании «АНДРЕАС СТИЛЬ АГ & Ко. КГ» действиями предпринимателя, в размере 12 755 рублей.

Поскольку совершенное предпринимателем правонарушение в любом случае причиняет имущественный ущерб правообладателю, постольку оснований для замены назначенного административного штрафа предупреждением не имеется.

Санкция части 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации предусматривает для должностных лиц наказание в виде административного штрафа в размере трехкратного размера стоимости товара, явившегося предметом административного правонарушения, но не менее 50 000 рублей с конфискацией предметов, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара, а также материалов и оборудования, используемых для их производства, и иных орудий совершения административного правонарушения.

Вместе с тем ФИО1 указывает на тяжелое материальное положение.

Частью 1 статьи 3.1 КоАП Российской Федерации определено, что административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Применение мер административной ответственности преследует цели предупреждения совершения новых правонарушений как самими правонарушителями, так и другими лицами, а также стимулирования правомерного поведения хозяйствующих субъектов и иных лиц.

При этом в соответствии со статьей 4.1 КоАП Российской Федерации административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с настоящим Кодексом (часть 1). При назначении административного наказания юридическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, имущественное и финансовое положение юридического лица, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (часть 2).

То есть привлечение к административной ответственности не должно сопровождаться такими существенными обременениями, которые могут оказаться непосильными для лиц, совершивших правонарушение, и привести к самым серьезным последствиям, вплоть до вынужденной ликвидации хозяйствующего субъекта.

В этой связи законодателем в части 2.2 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации установлена возможность при наличии исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями, личностью и имущественным положением привлекаемого к административной ответственности физического лица, судьи, органа должностного лица, рассматривающих дела об административных правонарушениях либо жалобы, протесты на постановления и (или) решения по делам об административных правонарушениях, назначить наказание в виде административного штрафа в размере менее минимального размера административного штрафа, предусмотренного соответствующей статьей или частью статьи раздела II настоящего Кодекса, в случае, если минимальный размер административного штрафа для граждан составляет не менее десяти тысяч рублей, а для должностных лиц – не менее пятидесяти тысяч рублей.

При назначении административного наказания в соответствии с частью 2.2 настоящей статьи размер административного штрафа не может составлять менее половины минимального размера административного штрафа, предусмотренного для граждан или должностных лиц соответствующей статьей или частью статьи раздела II настоящего Кодекса (часть 2.3 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации).

ФИО1 в обоснование соответствующих исключительных обстоятельств в материалы дела представлены: справка НМК Фонд поддержки малого предпринимательства Забайкальского края от 12 марта 2019 года (л.д. 124), акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2019 по 12.03.2019 года (л.д. 125), сведения об открытых (закрытых) счетах в кредитных организациях, справка ПАО Сбербанк № SD0093337377 от 26 марта 2019 года.

В частности, по сведениям об открытых (закрытых) счетах в кредитных организациях предпринимателю открыт один расчетный счет.

Согласно справке ПАО Сбербанк № SD0093337377 от 26 марта 2019 года остаток денежных средств на единственном счете предпринимателя составляет 2 588,02 рублей.

При этом 25 января 2019 года предпринимателем оформлен договор займа на сумму 1 000 000 рублей под 10 % годовых. По состоянию на 12.03.2019 года задолженность по основному долгу составляет 627 905,35 рублей.

По акту сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2019 по 12.03.2019 года у ФИО1 перед предпринимателем ФИО2 имеется задолженность в размере 1 014 233 рублей.

Исходя из конституционных принципов дифференцированности, справедливости и соразмерности наказания выявленному правонарушению, а также учитывая финансовое положение предпринимателя, суд полагает, что штраф в размере 50 000 рублей усугубит положение ФИО1, в связи с чем считает возможным снизить размер административного штрафа до 25 000 рублей.

По мнению суда, наказание в виде штрафа в размере 25 000 рублей отвечает принципам разумности и справедливости, соответствует тяжести совершенного правонарушения (с учетом характера совершенного правонарушения и защищаемого общественного интереса, а также постделиктного поведения в виде признания вины), находится в пределах, обозначенных частью 2.3 статьи 4.1 КоАП РФ, и обеспечивает достижение целей административного наказания, предусмотренных частью 1 статьи 3.1 Кодекса.

На основании изложенного, суд полагает, что заявленные органом внутренних дел требования подлежат удовлетворению в части привлечения ФИО1 к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации в виде штрафа в размере 25 000 рублей с применением дополнительного наказания в виде конфискации предметов административного правонарушения, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака.

Относительно дополнительного наказания в виде конфискации предметов, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака, суд отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

В пункте 23.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», разъяснено, что в соответствии со статьями 3.2 и 3.7 КоАП Российской Федерации конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения является видом административного наказания и может быть применена судьей при принятии решения о привлечении лица к административной ответственности и назначении административного наказания только в случае, если этот вид административного наказания предусмотрен санкцией соответствующей статьи (частью статьи) Особенной части КоАП Российской Федерации.

При применении административного наказания в виде конфискации орудия совершения или предмета административного правонарушения надлежит учитывать положения части 4 статьи 3.7 КоАП Российской Федерации, в соответствии с которыми конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения, принадлежащих на праве собственности лицу, не привлеченному к административной ответственности за данное административное правонарушение и не признанному в судебном порядке виновным в его совершении, не применяется, за исключением административных правонарушений в области таможенного дела (нарушения таможенных правил), предусмотренных главой 16 КоАП Российской Федерации.

Аналогичные разъяснения содержатся в пунктах 15.1 и 15.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях».

Поскольку в материалах дела отсутствуют допустимые и достоверные доказательства, подтверждающие, что ФИО1 не является собственником спорного товара, то предметы правонарушения, содержащие незаконное воспроизведение товарного знака, изъятые на основании протокола осмотра места происшествия от 14 ноября 20187 года (бензопила с надписью «SHTIL S200», в количестве 1 штуки; масло с надписью «SHTIL», емкостью 1 л., в количестве 1 бутылки; масло с надписью «SHTIL», емкостью 100 мл., в количестве 1 бутылки), подлежат конфискации.

В пункте 15.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что в случае если по истечении тридцати дней со дня вступления в законную силу решения суда о привлечении к административной ответственности и о назначении наказания в виде административного штрафа либо со дня истечения срока отсрочки или срока рассрочки исполнения этого решения отсутствуют сведения об уплате административного штрафа добровольно, на основании статьи 32.2 КоАП Российской Федерации названный судебный акт должен быть направлен для взыскания штрафа и составления протокола об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.25 КоАП Российской Федерации, судебному приставу-исполнителю, определяемому исходя из статьи 33 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

Согласно части 1 статьи 32.2 КоАП Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 28.12.2013 № 383-ФЗ) административный штраф должен быть уплачен лицом, привлеченным к административной ответственности, не позднее шестидесяти дней со дня вступления постановления о наложении административного штрафа в законную силу.

Руководствуясь статьями 167, 168, 169, 170, 171, 176 и 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Привлечь индивидуального предпринимателя ФИО1 (дата рождения – 09 января 1985 года, место рождения – г. Сретенск Читинской области, место жительства – Забайкальский край, Сретенский район, г. Сретенск, мкр. Восточный, д. 18, кв. 14; ОГРНИП 315751300001357, ИНН <***>) к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде административного штрафа в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей с конфискацией предметов правонарушения с товарным знаком «SHTIL» (бензопила с надписью «SHTIL S200», в количестве 1 (одной) штуки; масло с надписью «SHTIL», емкостью 1 л., в количестве 1 (одной) бутылки; масло с надписью «SHTIL», емкостью 100 мл., в количестве 1 (одной) бутылки), изъятых на основании протокола осмотра места происшествия от 14 ноября 2018 года.

Штраф в соответствии со статьей 32.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях должен быть уплачен лицом, привлеченным к административной ответственности, не позднее шестидесяти дней со дня вступления решения в законную силу по следующим реквизитам:

УФК по Забайкальскому краю (УМВД России по Забайкальскому краю, л/с <***>)

КПП 753601001

ИНН <***>

ОКТМО 76640000

р/с <***> в ГРКЦ ГУ Банка России по Забайкальскому краю, г. Чита

БИК 047601001

КБК 18811690050056000140

УИН 18880475180759373540.

Доказательства уплаты штрафа подлежат направлению (представлению) в Арбитражный суд Забайкальского края с обязательным указанием номера дела.

Разъяснить индивидуальному предпринимателю ФИО1, что в случае если по истечении шестидесяти дней со дня вступления в законную силу настоящего решения у Арбитражного суда Забайкальского края будут отсутствовать сведения об уплате административного штрафа добровольно, на основании статьи 32.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях экземпляр настоящего решения будет направлен для взыскания административного штрафа и составления протокола об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судебному приставу-исполнителю, определяемому исходя из статьи 33 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

Решение может быть обжаловано в течение десяти дней в Четвертый арбитражный апелляционный суд.

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Забайкальского края.

Судья Е.С. Сюхунбин