Постановление от 17 октября 2018 г. по делу № А50-11757/2015

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-3318/2016-АК
г. Пермь
17 октября 2018 года
Дело № А50-11757/2015


Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 октября 2018 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н.,

судей Мартемьянова В.И., Романова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Машкиным В.Ю.,

при участии:

Юсупова И.Ф., паспорт; его представителя – Четина А.В., паспорт, доверенность от 13.12.2017;

от уполномоченного органа: Истомина Е.П., удостоверение, доверенность от 26.02.2018,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу Юсупова Илдара Фаиковича

на определение Арбитражного суда Пермского края от 21 мая 2018 года о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Юсупова И.Ф., Костроминой С.Г., взыскании с Юсупова И.Ф. в пользу должника убытков,

вынесенное судьей Басовой Ю.Б. в рамках дела № А50-11757/2015 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Осенцовский деревообрабатывающий комбинат» (ИНН 593701327794, ОГРН 1035900852250),

третье лицо: арбитражный управляющий Кириллова Светлана Сергеевна

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 15.02.2016 в отношении ООО «Осенцовский деревообрабатывающий комбинат» введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев; и.о. внешнего управляющего утверждена Кириллова Светлана Сергеевна.

Определением от 11.04.2016 внешним управляющим ООО «Осенцовский деревообрабатывающий комбинат» утвержден Мозолин Андрей Александрович.

Решением арбитражного суда от 21.07.2016 ООО «Осенцовский деревообрабатывающий комбинат» (должник) признано несостоятельным (банкротом); конкурсным управляющим утвержден Мозолин Андрей Александрович.

Объявление об открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 137 от 30.07.2016.

10 ноября 2017 года конкурсный управляющий Мозолин А.А. обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности Юсупова Илдара Фаиковича на сумму 217 634 905,51 руб.

В дальнейшем от конкурсного управляющего поступило уточненное требование, в котором просил привлечь Костромину Светлану Геннадьевну к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 26.01.2018 в качестве соответчика привлечена Костромина Светлана Геннадьевна.

Определением суда от 22.02.2018 рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц объединено с заявлением конкурсного управляющего о взыскании с Юсупова И.Ф. убытков для совместного рассмотрения.

Определением от 27.04.2018 к участию в рассмотрении настоящего спора в качестве третьего лица в порядке ст. 51 АПК РФ привлечена арбитражный управляющий Кириллова Светлана Сергеевна.

В судебном заседании 14.05.2018 управляющий уточнил требование в части взыскания с Юсупова И.Ф. убытков до 1 732 000 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21 мая 2018 года, с учетом определения от 13.06.2018 об исправлении описки (опечатки) суд привлек Юсупова И.Ф. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Осенцовский ДОК» за неподачу заявления о признании должника банкротом в сумме 55 420 359,20 руб. Взыскал с Юсупова И.Ф. в пользу ООО «Осенцовский ДОК» убытки в сумме 1 732 000 руб. В удовлетворении требований к Юсупову И.Ф. в остальной части отказал.

В удовлетворении требований к Костроминой С.Г. отказать в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, Юсупов И.Ф. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с него убытков.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что действия (бездействия) контролирующего должника лица совершены до внесения в Закон о банкротстве изменений, в связи с чем заявленные требования подлежали рассмотрению по правилам ст. 10 Закона о банкротстве. Считает, что при рассмотрении вопроса о размере субсидиарной ответственности судом должным образом не исследованы фактические обстоятельства, установленные временным управляющим при анализе финансово-хозяйственной деятельности должника от 25.12.2015, а также введение процедуры внешнего управления. Приводит фактические обстоятельства деятельности должника и выводы временного управляющего из анализа финансово-хозяйственной деятельности должника, согласно которым полагает, что на 30.04.2015 (дата возникновения обязанности по предоставлению заявления о банкротстве) Юсупов И.Ф. обоснованно рассчитывал на введение безубыточной деятельности предприятия в разумные сроки.

В дополнении к апелляционной жалобе апеллянт указывает на то, что суд неправильно определил обязательства, возникшие после 30 апреля 2015 года, в частности в отношении кредиторов ООО «Приволжская железнодорожная транспортная компания» и ИП Шило Т.М. Кроме того, заявил возражения в части взыскания убытков.

Конкурсный управляющий должника и уполномоченный орган согласно письменным отзывам против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

В дополнении к отзыву конкурсный управляющий указывает на то, что размер субсидиарной ответственности Юсупова И.Ф. за неподачу заявления составляет 507 359,20 руб.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

По ходатайству Юсупова И.Ф. к материалам дела приобщены дополнительные документы (акты, акты сверок), о чем вынесено протокольное определение.

Принимая во внимание доводы, приведенные в апелляционной жалобе, установив отсутствие всех необходимых для рассмотрения настоящего спора материалов дела о банкротстве (основные тома), суд апелляционной инстанции определением от 11.09.2018 (вынесено в составе судей Чепурченко О.Н., Мартемьянова В.И., Плаховой Т.Ю.) отложил судебное разбирательство на 10.10.2018 с целью истребования у Арбитражного суда Пермского края всех основных томов по настоящему делу № А50-11757/2015, а также томов по обособленным спорам о включении в реестр требований кредиторов должника требований ООО «Приволжская железнодорожная транспортная компания» и ИП Шило Т.М.

Определением от 10.10.2018 на основании ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) произведена замена судьи Плаховой Т.Ю. на судью Романова В.А.. После замены судьи рассмотрение дела начато сначала в составе председательствующего Чепурченко О.Н., судей Мартемьянова В.И., Романова В.А.

Участвующий в судебном заседании Юсупов И.Ф. и его представитель на доводах апелляционной жалобы настаивали, просили определение в обжалуемой части отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

Представитель уполномоченного органа против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, просил оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Поскольку возражений относительно проверки обжалуемого судебного акта лишь в части лицами, участвующими в деле не заявлено, законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части – привлечение Юсупова И.Ф. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскания с него убытков.

Из материалов дела следует, что согласно сведениям из ЕГРЮЛ ООО «Осенцовский деревообрабатывающий комбинат» зарегистрировано в качестве юридического лица при создании 29.12.2003 с присвоением ОГРН 1035900852250.

В период осуществления должником хозяйственной деятельности с момента его создания лицом, являющимся единственным исполнительным органом ООО «Осенцовский деревообрабатывающий комбинат» являлся Юсупов Ильдар Фаикович.

Основанием для обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с заявлением о привлечении Юсупова И.Ф. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 217 634 905,51 руб., явилось неисполнение им до 30.04.2015 обязанностей по обращению в арбитражный суд с заявлением должника, при наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Также конкурсный управляющий просил взыскать с Юсупова И.Ф. убытки в размере 1 732 000 руб. в связи с непередачей конкурсному управляющему всех активов должника (с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

Удовлетворяя заявленные требования частично, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности условий, позволяющих привлечь бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления в арбитражный суд о признании общества банкротом, а также наличия оснований для привлечения его к ответственности в виде взыскания с него убытков в связи с непередачей управляющему всех имеющихся у должника активов.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции усматривает основания для изменения определения в обжалуемой части в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 ст. 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подп. 1 п. 12 ст. 61.11, пунктов 3-6 ст. 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам – п. 1 ст. 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом, согласно ч. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в п. 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Поскольку действия (бездействие) лиц, в связи с которыми заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности, имели место в 2015 году, применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в этот период времени, в частности положения ст. 10 Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона).

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, что влечет заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в п. 2 ст. 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (Постановление № 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Определяя дату возникновения обязанности Юсупова И.Ф. как руководителя должника по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) – 30.04.2015, суд обоснованно исходил из следующего.

Исходя из имеющихся данных бухгалтерской отчетности должника анализ кредиторской задолженности должника, включенной в реестр, показал, что на 2011 год у должника имелась кредиторская задолженность в сумме 648,49415 тыс. руб. при наличии имущества в сумме 222 976 тыс. руб.; за 2012 год кредиторская задолженность составила в сумме 27 095,68409 тыс. руб. при наличии имущества в сумме 263 670 тыс. руб.; за 2013 года кредиторская задолженность составила 96 304,65446 тыс. руб. при наличии имущества в сумме 188 012 тыс. руб.; на 2014 года кредиторская задолженность составила в сумме 99 676.14620 тыс. руб. при наличии имущества в сумме 96 784 тыс. руб. При этом, как было указано, выше, реальный размер активов за 2014 составлял меньшую сумму.

Следовательно, на 01.01.2015 у должника имелись признаки не только неплатежеспособности, но и недостаточности имущества, определенные в ст. 2 Закона о банкротстве как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

При этом, судом первой инстанции принято во внимание, что в балансах не было учтено залоговое имущество в рамках обязательств с ПАО «Сбербанк». В судебном заседании стороны подтвердили, что только залоговая стоимость данного имущества составляла 32 246 756 руб. (перечень имущества и его залоговая стоимость отражены в заявлении управляющего – т. 2, л.д. 129-130). Балансовую стоимость данного имущества бухгалтер назвать не могла. Данное имущество в дальнейшем было передано конкурсному управляющему, что никем не оспаривается.

Также судом отмечено, что обязательства с ПАО «Сбербанк», по которым должник выступал залогодателем, были обязательствами не только самого должника, имущество должника обеспечивало кредитные обязательства иных лиц, входящих в группу взаимосвязанных лиц, аффилированных через Вронского А.Н. (кредиты ООО «Базис 99», ООО «Ват-Ритейл»). При этом, указанные общества также попали в процедуру банкротства после смерти Вронского А.Н.

Таким образом, учитывая предельный срок сдачи годовой налоговой отчетности – до конца марта текущего года, следующего за отчетным, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что Юсупов А.Н. обязан был обратиться в суд с заявлением не позднее 30.04.2015.

При определении момента необходимости обращения разумного руководителя с заявлением о банкротстве судом также приняты во внимания материалы дела, свидетельствующие о том, что у должника имелся в аренде участок лесного фонда, должник продолжал осуществлять производственную деятельность; в отношении должника в дальнейшем была введена процедура внешнего управления (определение от 15.02.2016), поскольку у должника имелись предпосылки к восстановлению платежеспособности путем осуществления производственной деятельности: имелось право аренды земельных участков в Ильинском районе Пермского края штат сотрудников около 60 человек, имелись инвесторы и инвесторы (ООО «Леском» и Лопатин А.В.), готовые вкладывать в производство, и действующие контракты и договоры на поставку продукции.

Согласно пояснениям Юсупова И.Ф., фактические обстоятельства дела складывались следующим образом.

В период с декабря 2011 года по май 2012 года ООО «Осенцовский деревообрабатывающий комбинат» заключены договоры кредитования с ПАО «Сбербанк России» с целью расширения производственной деятельности и участия в приоритетном инвестиционном проекте. Заключение договоров аренды лесных насаждений и их фактическая передача в аренду планировалась в феврале 2012 года, однако передача в аренду затянулась и лесной участок по договору № 655 от 21.03.2012 передан в аренду после 21.11.2013 (дата регистрации договора аренды); лесной участок по договору аренды № 654 от 17.04.2012 передан после 05.05.2012 (дата регистрации договора аренды).

Из приведенных обстоятельств следует, что на период около 24 месяцев ООО «Осенцовский деревообрабатывающий комбинат» приобрело дополнительную финансовую нагрузку в виде кредита, без возможности расширения финансово-хозяйственной деятельности в соответствии с инвестиционным проектом, на который обоснованно рассчитывало. Как указывает Юсупов И.Ф., он не в состоянии был оказать влияние на указанные обстоятельства.

Таким образом, вплоть до конца 2014 года разумный руководитель мог предполагать, что данные трудности являются временными, и он сможет вывести предприятие из тяжелого состояния.

Каких-либо доказательств того, что у Юсупова И.Ф. имелся экономически обоснованный план преодоления временных финансовых затруднений, того, что им предпринимались меры, направленные на погашение задолженности перед кредиторами, наличия у должника соответствующих активов, за счет которых могло быть произведено погашение требований кредиторов, суду не представлены.

В связи с вышеизложенным, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда о том, что о признаке неплатежеспособности и недостаточности в их совокупности (необходимых в данном случае для обращения в суд) и невозможности выхода из кризиса без ущерба кредиторам имущества руководитель должен был узнать из баланса по результатам 2014 года, и до 30.04.2015 обратиться в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Однако данная обязанность бывшим руководителем должника Юсуповым И.Ф. исполнена не бала. Производство по делу о банкротстве должника возбуждено определением от 21.07.2015 на основании заявления поданного кредитором ИП Бенцем И.С.

Не обращение Юсуповым И.Ф. в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом при наличии на то оснований в месячный срок (до 30.04.2015), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности в данном случае определяется размером обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 Закона о банкротстве, то есть в данном случае после 30.04.2015.

К таким обязательствам судом первой инстанции отнесены:

- задолженность перед ООО Транспортная компания «Логистические решения» в сумме 32 000 руб. по договору № П-12/02-05/2014 транспортной экспедиции от 12.05.2014 (период – май 2015 года);

- задолженность перед ООО «Приволжская железнодорожная транспортная компания» в сумме 280 000 руб. по договору № 47/ГО от 20.10.2014 (период – май 2015 года);

- задолженность перед ИП Шило Талии Мингатеевны в сумме 54 800 000 руб. по договору займа от 28.08.2014;

- задолженность перед ФНС России в лице ИФНС по Пермскому району Пермского края по страховым взносам на ОПС в Пенсионный фонд РФ, страховым взносам на ОМС в ФФОМС, ТФОМС (форма РСВ-1 ПФР) с мая 2015 года по 15.06.2015 в сумме 239 239,49 руб. основной долг, 69 119,71 руб. пени.

В связи с чем, суд первой инстанции определил размер субсидиарной ответственности Юсупова И.Ф. за неподачу заявления о признании должника банкротом в сумме 55 420 359,20 руб. (32 000 руб. + 280 000 руб. + 54 800 000 руб. + 239 239,49 руб. + 69 119,71 руб.).

Вместе с тем, устанавливая возникшие у должника после 30.04.2015 обязательства, судом не учтено, что в соответствии с актом сверки взаимных расчетов по состоянию на 30.07.2015 ООО «Приволжская железнодорожная транспортная компания» в мае 2015 года оказало услуги по предоставлению подвижного состава для ООО «Осенцовский ДОК» на общую сумму 89 000 руб., что подтверждается актами №№ 116, 117, 118 от 31.05.2015.

В отношении задолженности перед ИП Шило Талии Мингатеевны следует отметить, что указанные требования возникли из договора поручительства от 01.10.2014 на сумму 16 800 000 руб. и договора поручительства от 27.11.2014 на сумму 38 000 000 руб., по условиям которых поручитель обязался уплатить просроченную сумму денежных средств не позднее следующего рабочего дня после получения уведомления о просрочке платежей по договору займа. Такие требования об исполнении обязательств по договорам поручительства были получены ООО «Осенцовский ДОК» 10.03.2015, то есть до момента возникновения обязанности Юсупова И.Ф. по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Осенцовский ДОК».

При таких обстоятельствах следует признать, что размер субсидиарной ответственности Юсупова И.Ф. за неподачу заявления о признании должника банкротом не может превышать 429 359,11 руб., поскольку принимая во внимание приведенные выше обстоятельства, остальные обязательства должника учтенные судом при определении размера ответственности следует признать возникшими до 30.04.2015.

Согласно п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пункт 2 названной статьи определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. Бремя доказывания обстоятельства, опровергающих их наличие, лежит на ответчике.

В обоснование требований конкурсного управляющего о взыскании с Юсупова И.Ф. убытков, конкурсный управляющий указывает на то, что в связи с заявленными ответчиком доводами о недостоверности показаний бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2014 им была проведена проверка, в результате которой установлено следующее.

По состоянию на 31.12.2014 материальные внеоборотные активы (1150) составляли на 13 366 000 руб., а 2 093 000 руб. Указанная стоимость указана с учетом амортизации продукции. При этом, управляющий подтвердил, что ему переданы все активы, а снижение их стоимости с 2 093 тыс. руб. до 333 тыс. руб. обусловлено снижением их стоимости, а не их утратой.

По части запасов, как было указано выше, запасы (которые были обнаружены управляющим) по состоянию на 31.12.2014 составляли 6 687 тыс. руб., а не 8 419 тыс. руб., как указано в бухгалтерском балансе.

Подробные пояснения отражены на стр. 12-13 судебного акта.

Таким образом, управляющий пояснил, что в действительности по состоянию на 31.12.2014 материальных внеоборотных активов (строка 1150) было не 13 366 000 руб., а 2 093 000 руб.

Таким образом, с учетом того, что мог восстановить конкурсный управляющий на основе документов, должник по состоянию на 31.12.2014 имел следующие активы (из тех, которые управляющий просит взыскать как убытки):

- материальные внеоборотные активы (строка 1150) была не 13 366 000 руб., а 2 093 000 руб. Все указанные активы были переданы управляющему. Указанные в последующих балансах (по состоянию на 2016, 2017) являются теми же самыми активами, но с учетом их амортизации. В связи с чем, управляющий пояснил, что вины Юсупова И.Ф. в снижении их стоимости нет, они все переданы управляющему, следовательно, в данной части убытков нет;

- запасы – по бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2014 числятся в размере 8 419 тыс. руб. Управляющий по бухгалтерским документов установил, что размер запасов составляет 6 687 тыс. руб. В них входили полуфабрикаты, продукция, которая в дальнейшем была реализована. В своих письменных пояснениях, представленных в заседание 14.05.2017, управляющий подробно указывает движение запасов в дальнейшем. Так, по состоянию на 08.04.2014 у должника уже было запасов 4 282 117,60 руб., и далее запасы продолжали использоваться и по состоянию на сентябрь 2016 их не стало в связи с использование в производственной деятельности должника, что подтверждает управляющий. Таким образом, получение суммы запасов от руководителя в сумме 6 687 000 руб. управляющий подтвердил, данные запасы были использованы в производственной деятельности.

В данной части управляющий настаивал на требовании о взыскании убытков в сумме 1 732 000 руб. как разницу между полученными запасами (6 687 000 руб.) и отраженными в бухгалтерском балансе (8 419 000 руб.).

В силу ст. 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно ст. 7 Федерального закона «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Следовательно, законодательство возлагает ответственность за ведение бухгалтерского баланса на руководителя организации. При этом ошибочное отражение в балансе того или иного актива может быть учтено судом при рассмотрении требований о привлечении лица к ответственности, однако данные обстоятельства должны быть подтверждены документально.

Исходя из подробного анализа конкурсного управляющего о действительном составе активов должника, положений баланса, пояснений сторон, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что с Юсупова И.Ф. подлежат взысканию убытки в сумме 1 732 000 руб. как разница между теми запасами, которые удалось установить управляющему, и тем размером, которые отразил в балансе директор должника.

Как верно отмечено судом первой инстанции, при разрешении спора суд может руководствоваться только подтвержденными сведениями. Вместе с тем, все доводы Юсупова И.Ф. об отсутствии указанных активов основаны на неверном отражении сведений в бухгалтерском балансе.

Предположения о неверном внесении каких-либо показателей без предоставления тому документальных подтверждений (какие цифры в таком случае правильные и почему), не могут быть положены в обоснование вывода о фактическом не существовании запасов на спорную сумму.

При этом, судом принято во внимание, что если следовать первоначальным пояснениям руководителя Юсупова И.Ф. и главного бухгалтера Костроминой С.Г (о том, что из строки 1150 надо было часть переносить в запасы, и в этом в том числе состояла ошибка при заполнении отчетности, на которую она ссылалась), то сумма непереданных запасов могла быть еще больше, чем разница в 1 732 000 руб.

Документально с учетом обнаруженных управляющим запасов и используемый в дальнейшем в производстве непереданными остались запасы именно на сумму 1 732 000 руб., что является убытками для должника в соответствии со ст. 15 ГК РФ.

Выводы суда первой инстанции в части взыскания с Юсупова И.Ф. убытков в указанном размере основаны на представленных в дело доказательствах, которым в порядке ст. 71 АПК РФ дана надлежащая правовая оценка, при полном установлении обстоятельств имеющих значение для дела с правильным применением норм права.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, приведенные выше выводы суда первой инстанции не опровергают и основанием для отмены обжалуемого судебного акта в указанной части являться не могут.

Принимая во внимание вышеизложенное, проверку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта лишь в части, в пределах доводов апелляционной жалобы, определение Арбитражного суда Пермского края от 21.05.2018 подлежит изменению в части установления размера субсидиарной ответственности Юсупова И.Ф.

Уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на обжалуемое определение налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 21 мая 2018 года по делу № А50-11757/2015 в обжалуемой части изменить, изложив резолютивную часть определения в обжалуемой части в следующей редакции:

«Взыскать с Юсупова Илдара Фаиковича в пользу ООО «Осенцовский деревообрабатывающий комбинат» 429 359 руб. 11 коп. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Взыскать с Юсупова Илдара Фаиковича в пользу ООО «Осенцовский деревообрабатывающий комбинат» убытки в размере 1 732 000 руб. 00 коп.

В удовлетворении требований к Юсупову Илдару Фаиковичу в остальной части отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


О.Н. Чепурченко



Судьи


В.И. Мартемьянов



В.А. Романов