Постановление от 20 декабря 2019 г. по делу № А32-33166/2019

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-33166/2019
город Ростов-на-Дону
20 декабря 2019 года
15АП-18466/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 декабря 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Попова А.А.,

судей Абраменко Р.А., Малыхиной М.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от истца: представителя ФИО2 по доверенности от 04.09.2019,

от ответчика: представителя ФИО3 по доверенности от 18.02.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Кубань Стройинжиниринг», ФИО4

на решение Арбитражного суда Краснодарского краяот 02 сентября 2019 года по делу № А32-33166/2019

по иску общества с ограниченной ответственностью «Кубань Стройинжиниринг»

к обществу с ограниченной ответственностью «СПК»

при участии третьих: ФИО5, Управления Федеральной службы судебных приставов России по Краснодарскому краю

об истребовании из незаконного владения, об обязании передать станок,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Кубань Стройинжиниринг» (далее – ООО «КСИ», истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СПК» (далее – ООО «СПК», ответчик) об истребовании из незаконного владения ответчика станка для холодного гнутья труб ГТ-1021, серого цвета и об обязании ответчика передать спорный станок истцу.

Исковые требования мотивированы тем, что ответчик в отсутствие правового основания удерживает в своём владении станок, на праве собственности принадлежащий истцу.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.09.2019 отклонено ходатайство ФИО4 о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в удовлетворении исковых требований отказано. Обеспечительные меры, принятые определением от 22.07.2019 отменены. С ответчика в доход федерального бюджета взыскано 9 000 руб. государственной пошлины по иску.

Отказывая в удовлетворении ходатайств ООО «КСИ» и ФИО4 о привлечении последнего к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, суд первой инстанции указал, что принимаемый по делу судебный акт непосредственно не касается прав и обязанностей ФИО4 по отношению к сторонам спора. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд указал, что во владении ответчика находится станок, принадлежащий ООО «СПК», что подтверждается договором купли-продажи № 223/14 от 26.11.2015, в то время как станок истца был вывезен с территории ответчика лицом, у которого данное имущество находилось на ответственном хранении.

С принятым судебным актом не согласились ООО «КСИ» и ФИО4, в порядке, определённом положениями главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обратились с апелляционными жалобами, в которых просили решение суда первой инстанции отменить, по делу принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объёме.

Доводы апелляционной жалобы ООО «КСИ» сводятся к тому, что суд первой инстанции не дал должной оценки документам, представленным истцом в обоснование наличия у него права собственности на станок, находящийся во владении ответчика, а также тому обстоятельству, что спорный станок был арестован в рамках исполнительного производства, как имущество, принадлежащее ООО «КСИ». Суд необоснованно отклонил ходатайства о привлечении ФИО4 к участию в деле в качестве третьего лица.

Доводы апелляционной жалобы ФИО4 сводятся к тому, что он является кредитором ООО «КСИ», в отношении которого введена процедура конкурсного производства, спорное имущество должно войти в состав конкурсной массы, в связи с чем решение суда по настоящему делу затрагивает законные интересы кредиторов должника. При вынесении своего решения суд первой инстанции не учёл выводы, изложенные в решении Ленинского районного суда г. Краснодара от 19.02.2019. Суд не учёл, что в договоре купли-продажи № 223/14 от 26.11.2015 отражён станок, который по модели не соответствует тому станку, который находится во владении ответчика.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме, просил решение суда отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ответчика возражала против доводов апелляционной жалобы, просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, и ФИО4 явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, будучи надлежащим образом уведомлены о времени и месте рассмотрения дела. В отношении указанных лиц дело рассматривалось в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 04.12.2019 объявлялся перерыв до 11.12.2019, после которого рассмотрение дела было продолжено.

От истца в материалы дела поступило ходатайство об отложении рассмотрения апелляционной жалобы, мотивированное тем, что истец полагает необходимым проведение по делу судебной экспертизы с целью установления производителя и года выпуска станка для холодного литья труб ГТ-1021, в связи с чем истцу необходимо дополнительное время для поиска экспертной организации.

Суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства ответчика об отложении судебного разбирательства, поскольку предусмотренные частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для этого отсутствуют, уважительных причин, по которым необходимо отложить судебное разбирательство, не усматривает. Истец не заявлял ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы при рассмотрении дела в суде первой инстанции, в связи с чем, в силу положений частей 2, 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, он лишён права на заявление такого ходатайства в суде апелляционной инстанции. Суд апелляционной инстанции полагает, что имеющихся в деле доказательств достаточно для правильного разрешения спора.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что производство по апелляционной жалобе ФИО4 в части оспаривания решения суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований ООО «КСИ», отмены обеспечительных мер и распределения по делу судебных расходов подлежит прекращению, в остальной части апелляционная жалоба ФИО4 и апелляционная жалоба ООО «КСИ» не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.11.2018 по делу № А32-32411/2017 ООО «КСИ» было признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

В адрес конкурсного управляющего поступило заявление ФИО4 (кредитор должника) от 21.02.2019 о том, что по адресу: Краснодарский край,ст. Смоленская, ул. Мира, 1, находится имущество должника, а именно станок для холодного гнутья труб ГТ-1021 серого цвета. На данное имущество был наложен арест судебным приставом-исполнителем Скибой Е.С., в мае 2017 года имущество было передано на ответственное хранение ФИО5 Согласно заявлению ФИО4 имущество находится по указанному адресу и эксплуатируется ООО «СПК».

Данное имущество находится на территории производственной базы, расположенной по адресу: Краснодарский край, ст. Смоленская, ул. Мира, 1, где оно было осмотрено приставом-исполнителем ФИО7, о чем был составлен акт, в котором были перечислены идентифицирующие признаки, в том числе табличка, на которой указаны наименование, номер и год выпуска изделия.

Как указывает истец, ФИО5 ранее предоставил технический паспорт на арестованное оборудование, которое удостоверило принадлежность данного станка истцу.

Принадлежность оборудования ООО «СПК», как указал истец, не была доказана.

Конкурсным управляющим была направлена досудебная претензия в адрес ООО «СПК».

В ответе на претензию ответчик пояснил конкурсному управляющему, что ООО «СПК» имеет на балансе предприятия установку ГТ-1021, которая принадлежит на праве собственности ООО «СПК» на основании договора купли-продажи № 223/14 от 26.11.2015. Данная установка была приобретена у ООО «Старстрой», о чем свидетельствуют акт о приемке - передачи основных средств UFA00000014 от 21.12.2015, счет-фактура № 15-11-14 от 21.12.2015.

Как указал ответчик, вышеуказанный станок, принадлежащий ООО «СПК», находится с момента его покупки на производственной базеОАО «Краснодарнефтегазстрой» по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1. Что касается аналогичной установки холодного гнутья труб ГТ-1021, принадлежащей истцу, ответчик пояснил, что данный станок длительное время находился на территории производственной базы по вышеуказанному адресу в нерабочем состоянии. Данное имущество, принадлежащее истцу, было вывезено с территории производственной базы осенью 2017 года ответственным хранителем ФИО5

В связи с тем, что ответчик отказался добровольно передать имущество, принадлежащее должнику, и, по мнению истца, продолжает владеть данным имуществом, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно статье 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – постановление Пленумов № 10/22), применяя статью 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

Из пункта 36 постановления Пленумов № 10/22 следует, что в соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Виндикационный иск есть вещно-правовой способ защиты, применяемый в ситуации, когда правоотношение между истцом и ответчиком носит абсолютный вещный характер.

Виндикационный иск характеризуют четыре признака: наличие у истца права собственности на истребуемую вещь или иного права на обладание вещью; утрата фактического владения вещью; возможность выделить вещь с помощью индивидуальных признаков из однородных вещей; нахождение вещи в чужом незаконном владении ответчика.

Виндикационный иск представляет собой требование не владеющего вещью собственника к владеющему вещью лицу, не являющемуся собственником. Цель предъявления такого иска - возврат конкретной вещи во владение лицу, доказавшему свои права на истребуемое имущество. Предъявляя виндикационный иск, истец должен доказать, что истребуемое имущество принадлежит ему на праве собственности, выбыло из его владения и незаконно находится во владении ответчика.

С помощью виндикационного иска может быть защищено только индивидуально-определенное имущество, причем имеющееся у незаконного владельца в натуре.

Ответчиком по виндикационному требованию является незаконный владелец, обладающий вещью без надлежащего правового основания либо по порочному основанию приобретения. Для удовлетворения исковых требований необходимо наличие указанных фактов в совокупности, отсутствие или недоказанность одного из них влечет отказ в удовлетворении исковых требований.

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В подтверждение права собственности в отношении спорного станка ТГ-1021, который в настоящее время располагается по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1, истец в материалы дела представил:

- договор купли-продажи оборудования ОБ № 1 от 19.05.2014 и акт приёма-передачи № 1 от 19.05.2014, согласно которым ООО «КСИ» (ОГРН <***>) приобрело у ООО «Кубань Стройинжиниринг» (ОГРН <***>) трубогуб ТГ-1000 (инв. № 44), дорн Д721 для труб Д720 (инв. № 13) и комплект вспомогательного оборудования (инв. № 14) (т. 1 л.д. 84-87);

- технический паспорт ТГ1021.00.00.000ПС на станок для холодного гнутья труб, в котором модель станка указана как ГТ-1021, дата выпуска – сентябрь 2000 года; предприятие изготовитель – ОАО «КрЭМЗ», заводской номер – 05 (т. 1 л.д. 90-95).

В материалы дела также представлены акт от 14.05.2017 и постановление о наложении ареста на имущество ООО «КСИ» от 15.05.2017, составленные судебным приставом-исполнителем в рамках исполнительного производства № 23039/17/978356, согласно которым аресту был подвергнут станок для холодного гнутья труб ТГ-1021, серого цвета (иные индивидуализирующие признаки имущества в акте не поименованы). При этом арестованное имущество было передано на ответственное хранение директору ООО «КСИ» - ФИО5, что подтверждается содержанием акта ареста и распиской об ответственном хранении имущества (т. 1 л.д. 12-17).

В материалы дела представлен отчёт № 05/2018 от 16.02.2018 независимого оценщика ООО «КубаньТехСтройЭксперт», составленный по заданию ФИО4, согласно которому, оценщик определял рыночную стоимость станка для гнутья труб ТГ-1021, заводской номер 5, дата выпуска – сентябрь 2000 года, принадлежащий ООО «КСИ» (электронный документ к ходатайству истца от 04.12.2019). Из данного отчёта следует, что оценщик подготавливал данный отчёт без осмотра станка, на основании документов (в том числе фотоматериалов), предоставленных ФИО4 (таблица № 6 на стр. 10 отчёта). В приложенных к отчёту оценщика фотоматериалах (таблица № 9), дату и место выполнения которых не представляется возможным установить, отражен станок для гнутья труб, а также шильдик завода-изготовителя ОАО «КрЭМЗ» с информацией: «Трубогибочный станок, модель ГТ-1021, № 05, год выпуска 2002.

Ответчик не отрицает тот факт, что на территории производственной базы, расположенной по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1, в настоящее время располагается станок для холодного гнутья труб модели ГТ-1021, однако указывает, что он принадлежит на праве собственности ООО «СПК», и не может принадлежать ООО «КСИ» в силу следующего.

ООО «СПК» владеет установкой для гнутья труб ГТ-1021 на основании договора купли-продажи № 223/14 от 26.11.2015, заключенного с ООО «Старстрой», что подтверждается актом о приемке передачи основных средств UFA00000014 от 21.12.2015, счетом-фактурой № 15-11-14 от 21.12.2015, платежным поручением № 3341 от 10.12.2015. Согласно пояснениям ответчика, данным в суде первой инстанции, вышеуказанный станок с момента его покупки находился на производственной базе ОАО «Краснодарнефтегазстрой», расположенной по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1.

04.09.2018 ответчику стало известно, что имущество, принадлежащее ему на праве собственности, арестовано в рамках сводного исполнительного производства, возбужденного в отношении ООО «КСИ». Судебные приставы-исполнители сообщили ответчику, что акт о наложении ареста на имущество был составлен от 15.05.2017 в присутствии представителя ФИО5

Как указывалось ранее, ФИО5 был назначен ответственным хранителем имущества, о чём составлена расписка об ответственном хранении.

Согласно пояснениям ответчика на территории базы ранее находилось два трубогибочных станка, при этом станок, принадлежащий истцу, был вывезен ФИО5 с производственной базы ОАО «Краснодарнефтегазстрой», расположенной по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1, о чем имеется требование-накладная от 30.11.2017.

12.09.2018 в ОСП по Западному округу г. Краснодара поступило заявление ответственного хранителя арестованного оборудования ФИО5, который подтвердил тот факт, что 30.11.2017 станок для холодного гнутья труб вывезен изст. Смоленская, ул. Мира, 1, и в настоящее время находится на базеООО «АККОС».

Также ответчик заявил о том, что расположенный по выше указанному адресу на территории производственной базы станок не является оборудованием, произведённым АО «КрЭМЗ», как это отражено в документации истца. В подтверждение данного обстоятельства ответчиком в материалы дела был представлен акт обследования станка от 17.09.2018, составленный сотрудниками АО «КрЭМЗ», которые произвели осмотр станка на участке заказчика ООО «СПК» по адресу: Краснодарский край, ст. Смоленская, Северского района, и установили, что спорный станок холодной гибки труб ГТ1021 по косвенным признакам произведен на Московском экспериментальном машиностроительном заводе (т. 1 л.д. 61).

В подтверждение того факта, что принадлежащий ООО «КСИ» станок, арестованный службой судебных приставов-исполнителей 15.05.2017 был вывезен с территории производственной базы, расположенной по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1, в материалы дела представлены:

- журнал допуска автотранспортных средств на территорию производственной базы, в котором отражено, что по указанию ФИО5 30.11.2017 с территории базы автомобилем РЕНО гос.номер <***> осуществлён вывоз трубогиба 1 шт. по накладной без номера (т. 1 л.д. 89);

- требование-накладная от 30.11.2017 на перемещение трубогиба (т. 1 л.д. 88);

- заявление ФИО5 от 12.09.2018, адресованное судебному приставу-исполнителю, в котором ответственный хранитель сообщал о перемещении им 30.11.2017 вверенного ему оборудования на новое место хранения – база ООО «АКНГС» (т. 1 л.д. 82-83).

Достоверность указанных документов ООО «КСИ» не опровергло, в том числе не заявило об их фальсификации.

Вместе с тем, обратившись с апелляционной жалобой, ООО «КСИ» указало на то, что суд первой инстанции не дал должной оценки документам, представленным истцом в обоснование наличия у него права собственности на станок, находящийся во владении ответчика, а также тому обстоятельству, что спорный станок был арестован в рамках исполнительного производства, как имущество, принадлежащее ООО «КСИ».

В целях проверки доводов истца апелляционный суд определением от 06.11.2019 предложил сторонам и ФИО5 провести совместный осмотр станка ТГ-1021, расположенного по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1; станка, вывезенного ФИО5 по адресу местонахождения производственной базы ООО «АККОС» (район «Мега-Адыгея»), а также станка, отраженного к инвентаризационной описи основных средствООО «КСИ» № 1 от 11.02.2019. Также апелляционный суд предложил ООО «КСИ» и ФИО4 представить материалы исполнительных производств, содержащие сведения об индивидуализирующих признаках станка, на который налагался арест, достоверно подтверждающие тот факт, что данный станок на праве собственности принадлежит истцу, а также документы, на основании которых приобретался станок ТГ-1000, отражённый в инвентаризационной описи основных средствООО «КСИ» № 1 от 11.02.2019.

Во исполнение определения суда от 06.11.2019 представители сторон и ФИО5 провели совместный осмотр станков.

Согласно акту совместного осмотра установки для гнутья труб ТГ-1021 от 23.11.2019, находящейся по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1, установлены следующие индивидуализирующие признаки станка, отмеченные на приложенных к акту фотоматериалах:

1. На станке имеются сварные строповочные узлы.

2. В устройстве подачи трубы (лебедке) используется электропривод.

3. Опорные ролики для перемещения трубы покрыты резиновым материалом.

4. Установлены гидрораспределители неизвестного производства в количестве 4-х секций.

5. на станке установлена насосная станция с эксцентриковым поршневым насосом типа H403Е.

6. Масляный бак изготовлен из листа толщиной не менее 10 мм.

Согласно акту совместного осмотра установки для гнутья труб ТГ-1021 от 23.11.2019 находящейся по адресу: Республика Адыгея, район «Мега-Адыгея, производственная база ООО «АККОС», установлены следующие индивидуализирующие признаки станка, отмеченные на приложенных к акту фотоматериалах:

1. На раме станка имеются специальные строповочные отверстия.

2. На станке установлена гидравлическая лебедка.

3. Опорные ролики для перемещения трубы без покрытия.

4. Установлены гидрораспределители Ульяновского завода, «Гидроаппарат» - 5 секций.

5. На станке установлена гидростанция с радиально-поршневым насосом.

6. Масляный бак изготовлен из листа 4 мм.

Ответчиком в материалы дела также представлен акт осмотра станков от 21.11.2019, расположенных по адресам: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1, и Республика Адыгея, район «Мега-Адыгея», производственная база ООО «АККОС», составленный сотрудниками АО «КрЭМЗ».

Представителями АО «КрЭМЗ» по результатам осмотра оборудования установлено, что станок ГТ-1021 инв. № 00-000028, находящийся по адресу: <...>, не является оборудованием, выпущенным на АО «КрЭМЗ» по следующим признакам:

1. На раме осматриваемого станка имеются сварные строповочные узлы, отличающиеся от используемых АО «КрЭМЗ» специальных строповочных отверстий в раме.

2. Опорная часть рамы вышеуказанного станка изготовлена из трубы.АО «КрЭМЗ» на подобных станках опорная часть рамы изготавливалась по доработанной облегченной технологии без потери жесткости рамы.

3. В устройстве подачи трубы (лебедке) используется электропривод, при этом заводом АО «КрЭМЗ» на станках ГТ-1021 устанавливались лебедки только с гидроприводом.

4. Опорные ролики для перемещения трубы со стороны гибочных гидроцилиндров имеют коническую форму, покрытую резиновым материалом,АО «КрЭМЗ» использовались цилиндрические ролики с полиуретановым покрытием или без него.

5. Установлены секционные гидрораспределители неизвестного производства, в то время как на изделиях АО «КрЭМЗ» устанавливались гидрораспределители стыкового монтажа (на монтажной плите) производства Ульяновского завода «Гидроаппарат»;

6. На станке установлена насосная станция с эксцентриковым поршневым насосом типа Н403Е, АО «КрЭМЗ» устанавливались радиально-поршневые насосы типа HP;

7. Масляный бак изготовлен листа толщиной не менее 10 мм, АО КрЭМЗ» изготавливались баки из листа толщиной 4 мм.

По косвенным признакам можно предположить, что станок произведен на Московском экспериментальном машиностроительном заводе.

При осмотре второго станка ГТ-1021 инв. № 0000000016, находящийся по адресу местонахождения производственной базы ООО «АККОС», район «Мега-Адыгея» было выявлено, что он является изделием, изготовленным наАО «КрЭМЗ» по всем внешним и конструктивным признакам.

Таким образом, в результате произведенного сторонами, ФИО5 и представителями завода-изготовителя АО «КрЭМЗ» осмотров выявляется тот факт, что имущество, которым владеет ответчик, и имущество истца, находящееся на ответственном хранении ФИО5, является отличным друг друга. Индивидуализирующие признаки станка, находящегося на ответственном хранении ФИО5, позволяют сделать вывод о том, что именно данный станок является имуществом ООО «КСИ» как изготовленный АО «КрЭМЗ».

Истцом дополнительно представлен акт о совершении исполнительных действий от 04.09.2018, согласно которому судебный пристав-исполнитель ФИО8 осуществила выход по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1, с целью проверки сохранности арестованного имущества. Судебный пристав установила, что станок находится на территории производственной базы, ведётся его эксплуатация, однако, ввиду того, что документы о правомерности такой эксплуатации представлены не были, судебный пристав-исполнитель произвела опечатывание станка.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что данный акт составлен до момента информирования ФИО5 службы судебных приставов-исполнителей о факте перемещения им хранимого станка, принадлежащего на праве собственности ООО «КСИ», на новое место хранения. Кроме того, ни в данном акте, ни в приложенных к нему фотоматериалах не содержатся сведения об индивидуализирующих признаках станка, отражённых в техническом паспорте, представленном истцом. В связи с этим, достоверно установить тот факт, что судебный пристав-исполнитель произвела опечатывания станка, принадлежащего на праве собственности ООО «КСИ» либо ООО «СПК», не представляется возможным.

Как пояснил апелляционному суду ответчик, после того, как ему стало известно о наложении ареста на принадлежащее ему имущество (04.09.2018), он представил в ОСП Западного округа г. Краснодар документы, подтверждающие право собственности ООО «СПК» на станок ГТ-1021, пояснения о том, что на территории базы находилось 2 станка, а также доказательства того, что станок, принадлежащий истцу, был вывезен на транспортном средстве (Рено Трекс гос. номер <***>) с производственной базы ОАО «КНГС» по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1, что подтверждается накладной и записью в журнале регистрации на служебной проходной. Ответственный хранитель станка, принадлежащего истцу, обратился с заявлением в ОСП Западного округа г. Краснодар, в котором подтвердил факт того, что вывез трубогибочный станок 30.11.2017 с производственной базыОАО «КНГС» на новое место хранения – производственная база ООО «АККОС», район «Мега-Адыгея», а также факт того, что арест ошибочно наложен на имущество ООО «СПК». Изложенные обстоятельства послужили основанием того, что судебный пристав вынес постановление об отмене обеспечительных мер от 15.09.2018. Ответчик пояснил апелляционному суду, что не предпринимал действий по освобождению имущества из-под ареста, поскольку полагал недоразумения исчерпанными.

ФИО5 направил в суд апелляционной инстанции письменные пояснения, которые подтверждают обстоятельства, на которые ссылается ответчик. ФИО5 указал на то, что в договоре купли-продажи ОБ № 1 от 19.05.2014 имеет место опечатка в наименовании станка, речь в договоре и акте приема-передачи шла о станке ТГ-1021, при этом такой модели (марки) трубогибочных станков как ТГ-1000 заводы-изготовители в принципе не выпускают. В настоящее время станок ТГ-1021, принадлежащий ООО «КСИ», продолжает находиться на ответственном хранении по адресу: Республика Адыгея, район «Мега-Адыгея», производственная база ООО «АККОС», и не имеет отношения к имуществуООО «СПК». Также ФИО5 указывает на то, что в состав конкурсной массы ООО «КСИ» включен только один трубогибочный станок, который находится на его ответственном хранении.

Тот факт, что постановление судебного пристава-исполнителя от 15.09.2018 об отмене обеспечительных мер, наложенных в отношении станка, расположенного по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1, принадлежащего ООО «СПК», было признано незаконным решением Ленинского районного суда г. Краснодара от 19.02.2019, не имеет значения для правильного разрешения существующего спора, т.к. решением суда общей юрисдикции не устанавливался факт принадлежности станка конкретному лицу (ООО «КСИ» либо ООО «СПК»), а исследовался вопрос о соблюдении судебным приставом-исполнителем процедуры наложения ареста и снятия обеспечительных мер. В рамках настоящего дела в предмет доказывания входит установление лица, осуществляющего фактическое владение истребуемым имуществом, и установление признаков, позволяющих индивидуализировать данное имущество.

В качестве доказательства владения ответчиком имуществом истца не может выступать и протокол осмотра места происшествия от 27.04.2018, составленный следователем СО по Западному округу г. Краснодара СУ СК России (т. 1 л.д. 32-36). Из содержания данного протокола следует, что на территории производственной базы, расположенной по адресу: Краснодарский край, Северский район, ст. Смоленская, ул. Мира, 1, располагается трубогиб (идентифицирующие признаки станка не приведены). Со слов потерпевшего ФИО9 ранее на территории производственной базы находилось два станка. Таблички со сведениями завода-изготовителя АО «КрЭМЗ» были обнаружены не на самом станке, а на дополнительном оборудовании (дорне), которое не является спорным по настоящему делу, при этом год выпуска данного оборудования указан как 2006 год, № Д 7219, что не соответствует сведениям технической документации истца.

С учётом выше изложенного, ввиду не доказанности иного, апелляционный суд вынужден констатировать, что в нарушении статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ООО «КСИ» не представило доказательства, достоверно подтверждающие тот факт, что станок, индивидуализирующие признаки которого отражены в техническом договоре купли-продажи оборудования ОБ № 1 от 19.05.2014 и техническом паспорте ТГ1021.00.00.000ПС (т. 1 л.д. 90-95), является идентичным имуществу, находящемуся во владении ООО «СПК», что является достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно отказалООО «КСИ» в удовлетворении исковых требований.

Ознакомившись с апелляционной жалобой ФИО4, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба ФИО4 на решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении ходатайства истца и ФИО4 о привлечении последнего к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, подлежит отклонению по следующим основаниям.

В соответствии с положениями части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон спора. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Под третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, понимаются такие участвующие в деле лица, которые вступают в дело на стороне истца или ответчика для охраны собственных интересов, поскольку судебный акт по делу может повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон.

Определение об отказе во вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, может быть обжаловано лицом, подавшим соответствующее ходатайство, в срок, не превышающий десяти дней со дня вынесения данного определения, в арбитражный суд апелляционной инстанции (часть 3.1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из анализа указанных положений процессуального закона следует, что третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, какое является предметом разбирательства в арбитражном суде. Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом.

Институт третьих лиц позволяет в едином судебном разбирательстве осуществлять защиту прав и законных интересов участников разных, но вместе с тем связанных между собой правоотношений. Целью участия третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора является предотвращение неблагоприятных последствий для них в будущем, а их интерес в деле носит как процессуальный, так и материально-правовой характер. После разрешения дела судом у третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, могут возникнуть, измениться или прекратиться материально-правовые отношения с одной из сторон.

При решении вопроса о привлечении к участию в деле такого лица арбитражный суд должен дать оценку характеру спорного правоотношения и определить юридический интерес нового участника процесса по отношению к предмету по первоначально заявленному иску.

Согласно пунктам 4 и 5 части 2 статьи 125, части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса рассмотрение дела в арбитражном суде происходит исходя из предмета и основания, заявленных в иске. При этом под предметом иска понимается материально-правовое требование истца к ответчику, в основание иска входят юридические факты, с которыми нормы материального права связывают возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей субъектов спорного материального правоотношения (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.10.2012 № 5150/12).

Лицо, чтобы быть привлеченным в процесс, должно иметь ярко выраженный материальный интерес на будущее. То есть, после разрешения дела судом у таких лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон. Иными словами, после разрешения дела между истцом и ответчиком у третьего лица возникает право на иск или у сторон появляется возможность предъявления иска к третьему лицу, обусловленная взаимосвязью основного спорного правоотношения и правоотношения между стороной и третьим лицом.

Между тем предметом спора по делу является истребование имущества из чужого незаконного владения. При этом ФИО4 не является участником спорных правоотношений.

Заявителем жалобы не представлены доказательства того, каким образом принятый по делу итоговый судебный акт непосредственно повлияет на права и обязанности заявителя.

Статус ФИО4 как конкурсного кредитора ООО «КСИ» не является основанием для привлечения его к участию в деле в качестве третьего лица.

Пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» предусмотрено, что если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов. Копия такой жалобы направляется ее заявителем представителю собрания (комитета) кредиторов (при его наличии), который также извещается судом о рассмотрении жалобы. Все конкурсные кредиторы, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении жалобы, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы. Повторное обжалование названными лицами по тем же основаниям того же судебного акта не допускается.

Из указанного следует, что конкурсные кредиторы, во-первых, вправе вступить в судебный процесс только на стадии апелляционного обжалования и обжаловать только судебный акт, рассмотренный по существу, а во-вторых, такое обжалование допускается лишь в случае, если принятое решение явилось основанием для включения требования к банкроту в реестр.

Легитимация заявителя на вступление в дело по выше указанному основанию является ограниченной и позволяет заявителю лишь обжаловать вступивший в законную силу судебный акт, повлекший включение в реестр нового кредитора. Соответственно в настоящий момент оснований для участия заявителя в рассматриваемом споре в статусе третьего лица не имеется.

Апеллянт ошибочно расширительно толкует положения статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о влиянии судебного акта на права и законные интересы третьего лица. Такое влияние должно быть прямым и непосредственным, в противном случае все кредиторы сторон спора могли бы претендовать на привлечение их к участию в деле.

Таким образом, решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении ходатайства ответчика и ФИО4 о привлечении последнего к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, подлежит оставлению без изменения.

Относительно апелляционной жалобы ФИО4 в остальной части суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что производство по ней подлежит прекращению в части отказа в удовлетворении исковых требований ООО «КСИ», отмены обеспечительных мер и распределения по делу судебных расходов, ввиду следующего.

Согласно статье 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лиц, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным настоящим Кодексом.

На основании пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – постановлениеПленума № 36) при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят о их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

В силу пункта 2 постановления Пленума № 36 в случае, когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя.

После принятия апелляционной жалобы лица, не участвовавшего в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции определяет, затрагивает ли принятый судебный акт непосредственно права или обязанности заявителя, и, установив это, решает вопросы об отмене судебного акта суда первой инстанции, руководствуясь пунктом 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и о привлечении заявителя к участию в деле.

Если после принятия апелляционной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по жалобе подлежит прекращению.

Наличие у субъекта, не привлеченного к участию в деле, заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебных актов. Для возникновения права на обжалование судебного акта у лица, не привлеченного к участию в деле, недостаточно того, чтобы судебное решение затрагивало его предполагаемые права и обязанности в будущем, а необходимо наличие суждений о его правах и обязанностях непосредственно в судебном акте, то есть в силу судебного акта у лица должны возникнуть или прекратиться какие-либо конкретные права и обязанности. Вынесение такого судебного акта должно с очевидностью нарушать права субъекта спорных правоотношений на рассмотрение дела судом с его участием (данная правовая позиция выражена в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.02.2018 по делу№ А63-4215/2017, от 21.02.2018 по делу № А63-287/2017, от 19.01.2018 по делу№ А20-4166/2016).

Как было указано выше, ФИО4 в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств того, что принятым судебным актом по настоящему делу затронуты его права.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При указанных обстоятельствах отсутствуют предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

Судебные расходы, связанные с рассмотрением дела в арбитражном суде апелляционной инстанции, в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителей апелляционных жалоб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

ходатайство об отложении рассмотрения апелляционной жалобы отклонить.

Производство по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 02 сентября 2019 года по делу № А32-33166/2019 в части отказа в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Кубань Стройинжиниринг», отмены обеспечительных мер и распределения по делу судебных расходов прекратить.

В удовлетворении остальной части апелляционной жалобы ФИО4 и апелляционной жалобы общества с ограниченной ответственностью «Кубань Стройинжиниринг» отказать, решение Арбитражного суда Краснодарского края от 02 сентября 2019 года по делу № А32-33166/2019 оставить без изменения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

ПредседательствующийА.А. Попов

СудьиР.А. Абраменко

М.Н. Малыхина