Постановление от 11 января 2023 г. по делу № А60-10653/2021

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15929/2022(1,2)-АК

Дело №А60-10653/2021
11 января 2023 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2023 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 11 января 2023 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Саликовой Л.В.,

судей Даниловой И.П., Макарова Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при проведении судебного заседания с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел»

при участии:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Эвер» ФИО2: ФИО3, доверенность от 27.12.2022, паспорт;

в заседании Семнадцатого арбитражного апелляционного суда:

от заявителя жалобы - лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, ФИО4: ФИО5, доверенность от 18.08.2022, паспорт;

от заявителя жалобы общества с ограниченной ответственностью «СТК»: ФИО6, доверенность от 10.08.2022, паспорт;

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Монолит-строй» ФИО7, на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 05.06.2022 по делу№А60-10653/2021, паспорт;

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционные жалобы ФИО4 и общества с ограниченной ответственностью «СТК»

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 01 ноября 2022 года,

о признании недействительной сделку по перечислению должником за общества с ограниченной ответственностью «СТК» в пользу ФИО4 денежных средств в общей сумме 968 000 руб. и применении последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела №А60-10653/2021

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Эвер» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.03.2021 принято к производству заявление акционерного общества «Уралсевергаз-независима газовая компания» (далее – АО «Уралсевергаз-независима газовая компания») о признании общества с ограниченной ответственностью «Эвер» (далее – ООО «Эвер», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.05.2021

заявление АО «Уралсевергаз-независима газовая компания» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, член ассоциации ведущих арбитражных управляющих «Достояние».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 05.06.2021 №96.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.09.2021 ООО «Эвер» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Публикация о введении в отношении должника конкурсного производства произведена в газете «КоммерсантЪ» от 09.10.2021 №184.

В рамках названной процедуры банкротства 01.07.2022 конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором, с учетом принятого в дальнейшем в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения требований, просил признать недействительными сделки по перечислению должником в период с 07.06.2019 года по 04.09.2020 в пользу ФИО4 (далее - ФИО4, ответчик) в счет погашения обязательств общества с ограниченной ответственностью «СТК» (далее – ООО «СТК») денежных средств в сумме в общей сумме 968 000 руб. и о применении последствий недействительности данных сделок. В качестве правового обоснования заявленных требований конкурсный управляющий сослался на положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.11.2022

заявление конкурсного управляющего удовлетворено; признаны недействительными сделки по перечислению должником в пользу ФИО4 в счет погашения обязательств ООО «СТК» денежных средств в размере 968 000 руб.; в порядке применения последствий недействительности сделок с ФИО4 в пользу должника взыскано 968 000 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО4 и ООО «СТК» обратились с апелляционными жалобами, в которых просят указанный судебный акт отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

В обоснование апелляционных жалоб их заявители указывают на недоказанность конкурсным управляющим необходимых условий для признания оспариваемых сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, отмечая, что сам по себе факт аффилированности юридических лиц не исключает наличия между ними возмездных договоров. Помимо этого приводят доводы о доказанности совершения оспариваемых сделок при наличии равноценного встречного предоставления со стороны ООО «СТК», утверждая, что спорные платежи были осуществлены должником в счет исполнения своих обязательств по договорам аренды котельной. Полагает, что представленными в материалы дела документами, а именно: договорами аренды котельной от 01.03.2018 №АР-02-03-18 и от 01.10.2018 №АР-02-09-18; ежемесячными актами об оказании услуг по договорам аренды; выписками по расчетному счету должника (расчеты с ООО «СТК» по договору аренды до июня 2019 года, которые конкурсным управляющим не оспариваются); выписками по расчетному счету должника (поступления денежных средств от потребителей тепловой энергии, подключенных к арендуемой должником у ООО «СТК» котельной); обосновывающими материалами схемы теплоснабжения муниципального образования «город Екатеринбург» до 2030 года; анализом финансового состояния должника, подготовленного конкурсным управляющим ФИО2, а также фактом наличия установленного для ООО «Эвер» тарифа на тепловую энергию подтверждается реальный характер арендных правоотношений между должником и ООО «СТК», в счет исполнения которых совершены спорные перечисления, при том, что данное обстоятельство конкурсным управляющим в принципе не оспаривалась. Отмечают, что до июня 2019 года гашение задолженности по договорам аренды производилось ООО «Эвер» путем перечисления денежных средств на расчетный счет ООО «СТК», при этом, каких-либо претензий относительно безвозмездности данных перечислений денежных средств со стороны конкурсного управляющего заявлено не было; в последующем изменился лишь порядок погашения задолженности по договору аренды, который никак не нарушал права кредиторов должника. Считают, сам по себе факт изменения способа погашения задолженности по договору аренды не свидетельствует об утрате признака возмездности у денежных переводов, производимых в счет оплаты арендных платежей. Полагают документально подтвержденным то, что оспариваемые платежи были совершены должником в пользу ФИО4 в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) на основании писем-поручений ООО «СТК», у которого имелась задолженность перед ответчиком по заработной плате, при этом, материалы обособленного спора не содержат доказательств оплаты задолженности ООО «Эвер» по договорам аренды котельной после августа 2019 года каким-либо иным способом, помимо перечисления денежных средств за ООО «СТК» в порядке статьи 313 ГК РФ. Отмечают, что в материалы дела было представлено достаточно доказательств, подтверждающих реальность трудовых отношений между ООО «СТК» и ФИО4 Указывают на то, что в случае, если бы ООО «Эвер» не производило погашение задолженности по договору аренды котельной в 2019, 2020 годах, то сумма кредиторской задолженности перед ООО «СТК», учитывая стоимость аренды в размере 372 000 руб. в месяц, была бы значительно больше. Помимо этого, считают недоказанным то, что в результате совершения оспариваемых сделок был причинен имущественный вред кредиторам должника, отмечая, что за период с 01.06.2019 по 30.09.2020 от использования должником арендуемой у ООО «СТК» котельной было получено более 18 млн.руб., таким образом, именно благодаря использованию в своей деятельности арендуемой у ООО «СТК» газовой котельной должник имел возможность извлекать прибыль и производить погашение имеющейся у него задолженности перед кредиторами; кроме того, в течение всего периода совершения должником перечислений в пользу ФИО4 ООО «Эвер» продолжало вести расчеты со своими кредиторами-поставщиками энергоресурсов, при этом, ежемесячные суммы перечислений значительно превышали сумму перечислений в пользу ФИО4, что уже само по себе исключает их квалификацию в качестве вывода денежных средств. Исходя из изложенного, в данном случае от совершения оспариваемых сделок имущественные права кредиторов должника нарушены не были, поскольку ООО «Эвер» в счет оспариваемых платежей было наделено правом временного владения и пользования оборудованием по договору аренды котельной, от использования которых получало большую часть всей своей прибыли. Также указывают на то, что в нарушение частей 4,7 статьи 71, пункта 2 части 4 статьи 170 АПК РФ суд первой инстанции не дал надлежащей оценки доводам ООО «СТК» и ФИО4, изложенным в отзывах на заявление конкурсного управляющего, в частности, доводам о том, что несоответствие фиксированной суммы арендных платежей суммам в ежемесячных актах по договору аренды вызвано объемом потребления тепла в том или ином месяце; непредъявление ООО «СТК» требований о включении оставшегося размера задолженности у ООО «Эвер» по договору аренды в реестр требований кредиторов вызвано экономической нецелесообразностью; о целесообразности выплаты ООО «СТК» заработной платы с использованием механизма, предусмотренного статьи 313 ГК РФ (так, необходимость использования механизма оплаты сотруднику заработной платы через третье лицо была вызвана временными финансовыми трудностями ООО «СТК», а именно: наличием инкассовых поручений к расчетному счету), при этом, подобный механизм оплаты использовался должником и в отношении иных контрагентов ООО «СТК», в частности, Акционерного общества «Екатеринбурггаз» (далее – АО «Екатеринбурггаз»), Акционерного общества «ЕЭСК» (далее – АО «ЕЭСК»),, общества с ограниченной ответственностью «Компания «Тензор» (далее – ООО «Компания «Тензор»)); об использовании подобного порядка расчета между ООО «Эвер» и ООО «СТК» не только применительно к ФИО4, но и к контрагентам ООО «СТК», т.е. указанный порядок расчетов был характерен для сторон; о том, что оплата по договору аренды котельной до июня 2019 года производилась на расчетный счет ООО «СТК».

В представленных ООО «СТК» письменных дополнениях к апелляционной жалобе последнее указывало на то, что в рамках настоящего дела о банкротстве при рассмотрении иного обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительными договоров аренды транспортных средств и сделок по перечислению должником денежных средств в пользу индивидуального предпринимателя ФИО8 в счет оплаты по указанным договорам в общей сумме 10 380 028,44 руб., была установлена действительность договора аренды котельной от 01.03.2018 №АР-02-03-18. Отмечает, что если бы должник не производил оплат по договору аренды котельной, то он бы лишился возможности пользоваться котельными, получать оплаты от потребителей тепла (что являлось его основным видом деятельности), а соответственно, лишился бы вообще какой-либо возможности производить расчеты со своими кредиторами. Указывает на то, что требование конкурсного управляющего о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств в счет исполнения обязательств по договору аренды котельной не было объединено с требованием о признании недействительным самого договора аренды котельной, таким образом, поскольку материалами дела подтверждается наличие договора аренды котельной и передачи имущества в аренду должнику; договор аренды котельной не оспорен и не признан недействительным; факт реальности правоотношений сторон по договору аренды не опровергнут, соответственно у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания недействительными произведенных должником во исполнение договора аренды котельной платежей на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Также не соглашается с выводами суда в части примененных судом последствий признания сделок недействительными, полагая, что в данном случае суд должен был применить двухстороннюю реституцию, восстановив, задолженность ООО «Эвер» перед ООО «СТК» в сумме 968 000 руб. для того, чтобы в дальнейшем последнее могло обратиться с требованием о включении соответствующей суммы в реестр требований кредиторов должника. Считает, что в данном случае суд первой инстанции лишил ООО «СТК» права требования к ООО «Эвер» по договору аренды котельной на сумму взысканных с ФИО4 денежных средств, по сути, создав ситуацию, при которой ООО «Эвер» на протяжении 1,5 лет пользовалось газовой котельной безвозмездно, несмотря на наличие договора аренды с ООО «СТК» и ежемесячных актов.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего ФИО2 поступил письменный отзыв на апелляционные жалобы, согласно которым просят обжалуемое определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

От ФИО4 поступили письменные возражения на отзыв конкурсного управляющего.

В судебном заседании представители ФИО4 и ООО «СТК» доводы своих апелляционных жалоб поддержали в полном объеме, на отмене обжалуемого определения суда настаивали, против удовлетворения апелляционных жалоб друг друга возражений не заявили.

Представитель конкурсного управляющего ФИО2 против позиции апеллянтов возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статьями 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в ходе анализа движения денежных средств по расчетным счетам ООО «Эвер», открытых в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» (№40702810616540063309) и в публичном акционерном обществе «ВТБ» (№40702810313280000210), конкурсным управляющим было установлено, что в период в период с 07.06.2019 года по 04.09.2020 должником в пользу ФИО4 были перечислены денежные средства в общей сумме 968 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежей «Оплата за ООО «СТК» перечисление заработной платы».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.03.2021 на основании заявления АО «Уралсевергаз-независима газовая компания» в отношении должника возбуждено настоящее дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.05.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.09.2021 ООО «Эвер» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Полагая, что оспариваемые платежи совершены в отсутствие встречного предоставления с целью причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторов, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанных сделок недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, придя к выводу о том, что имеются все условия для признания оспариваемых сделок недействительными, а также основания для применения последствий их недействительности, признал заявленные требования обоснованными.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, письменных пояснений на нее, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

На основании пункта 3 статьи 129 названного Закона конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником.

В силу пункта 1 статьи 61.1 того же Закона сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

На основании пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Из содержания искового заявления следует, что в качестве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными конкурсным управляющим были приведены положения статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления;

- сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ №63 от 23.12.2010) при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При разрешении настоящего спора суд первой инстанции правильно исходил из того, что заявление о признании должника банкротом принято к производству 15.03.2021, оспариваемые конкурсным управляющим сделки по перечислению денежных средств совершены в период с 07.06.2019 года по 04.09.2020, то есть в пределах периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве.

По итогам проведенного временным управляющим в процедуре наблюдения анализа финансового состояния ООО «Эвер» установлено, что признаки неплатежеспособности появились у должника, начиная с 25.12.2018.

Таким образом, следует признать верным вывод суда первой инстанции о том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника; заинтересованными признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 указанной статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункты 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве).

Таким образом, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Указанный подход к определению общности интересов через фактическую заинтересованность обусловлен тем, что реальные бенефициары (лица, которое влияют на формирование воли внутри группы, к которой принадлежит должник и т.д.) при предъявлении необоснованного требования с целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых, скрывают соответствующие обстоятельства, как правило, не заинтересованы в раскрытии своего статуса (юридической связи) и скрывает наличие возможности оказания такого влияния.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Газ-Сервис Энерго» (дело №А60-55182/2017) вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020 было установлено наличие формальных корпоративных связей между ООО «СТК», ООО «Эвер», обществом с ограниченной ответственностью «Газ-сервис», обществом с ограниченной ответственностью Проектная фирма «Газ-сервис», закрытым акционерным обществом «Энергогазинвест, ФИО8, ФИО9 и вхождение указанных физических и юридических лиц в одну группу лиц, выгодоприобретателем от деятельности которой был ФИО8.

При этом, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) на момент совершения оспариваемых сделок ФИО4 являлся единоличным исполнительным ООО «СТК».

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемые сделки совершены между аффилированными друг к другу лицами.

Таким образом, являясь фактически аффилированным по отношению к должнику лицом ООО «СТК», равно как и ФИО4 в момент совершения оспариваемых сделок должны были быть осведомлены о наличии у ООО «Эвер» признаков неплатежеспособности.

Как указывалось выше, в основании (назначении) оспариваемых платежей было указано «Оплата за ООО «СТК» перечисление заработной платы».

Из фактических обстоятельств и материалов дела следует, что конкурсный управляющий, оспаривая сделки, сослался на то, что должник перечислил в пользу ФИО4 денежные средства в общей сумме 968 000 руб. в отсутствие встречного исполнения.

Возражая относительно заявленных требований, ФИО4 и ООО «СТК» указывали на то, что произведенные должником перечисления денежных средств были осуществлены в порядке статьи 313 ГК РФ на основании писем-поручений ООО «СТК» в счет погашения обязательств последнего перед ФИО4 по заработной плате, при этом, в результате совершения оспариваемых сделок была погашена задолженность ООО «Эвер» перед ООО «СТК» по арендной плате по договорам аренды котельной от 01.03.2018 №АР-02-03-18.

В подтверждение данных обстоятельств в материалы дела был представлен договор аренды от 01.03.2018 №АР 02-03-18, заключенный между ООО «Эвер» (Арендатор) и ООО «СТК» (Арендодатель), по условиям которого Арендодатель обязуется предоставить Арендатору во временное владение и пользование (аренду) нежилое помещение и оборудование Автоматизированной блочно-модульной котельной, мощностью 3,0 МВт. АБМК-ГС - 3,0, в наименовании, количестве и комплектации согласно спецификации (Приложение №2 к договору), расположенное по адресу: <...>, а Арендатор обязуется принять имущество в качестве объекта аренды за плату во временное владение и пользование и использовать их для предпринимательских целей, а именно: отпуска тепловой энергии для отопления помещений и горячего водоснабжения потребителей.

В соответствии с пунктом 3.1. указанного договора за владение и пользование имуществом Арендатор уплачивает Арендодателю арендную плату, размер которой определяется на основании протокола согласования договорной цены (Приложение №1).

В приложении №1 к договору аренды от 01.03.2018 №АР 02-03-18 стороны согласовали договорную цену арендной платы за аренду имущества в размере 50 000 руб. в месяц.

В последующем котельная была выведена из эксплуатации, при этом, была введена в эксплуатацию расположенная по этому же адресу котельная, мощностью 20 МВт.

В последующем 01.10.2018 между ООО «СТК» и ООО «Эвер» был заключен новый договор аренды №АР 02-09-18, в соответствии с которым Арендодатель (ООО «СТК») обязуется предоставить Арендатору (ООО «Эвер») во временное владение и пользование (аренду) нежилое помещение и оборудование Автоматизированной блочно-модульной газовой котельной, мощностью 20,0 МВт. (I очередь строительства), в наименовании, количестве и комплектации согласно спецификации (Приложение №2 к договору), расположенное по адресу: <...>, а Арендатор обязуется принять имущество в качестве объекта аренды за плату во временное владение и пользование и использовать их для предпринимательских целей, а именно: отпуска тепловой энергии для отопления помещений и горячего водоснабжения потребителей.

В соответствии с пунктом 3.1. названного договора за владение и пользование имуществом Арендатор уплачивает Арендодателю арендную плату, размер которой определяется на основании протокола согласования договорной цены (Приложение №1).

В приложении №1 к договору аренды от 01.10.2018 №АР 02-09-18 стороны согласовали договорную цену арендной платы за аренду имущества в размере 100 000 руб. в месяц.

В дальнейшем, стороны увеличили размер арендной платы до 372 000 руб. в месяц.

В силу статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточную и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Проанализировав представленные ФИО4 и ООО «СТК» в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции установил, что произведенные ООО «Эвер» в пользу ООО «СТК» платежи носили нерегулярный характер и не соотносились с размером арендной платы ни в сумме 100 000 руб., ни в сумме 372 000 руб., при этом, из представленных в материалы дела актах выполненных работ следует, что несмотря на фиксированный размер арендной платы и неизменность предмета аренды, ООО «СТК» указывало различные суммы, подлежащие оплате, варьирующиеся от 10 000 руб. до 277 000 руб.

Судом также установлено, что 07.06.2019 с расчетного счета ООО «Эвер» №40702810738370001561, открытого в акционерном обществе «Альфа-Банк», в пользу ООО «СТК» была произведена оплата по договору аренды от 01.03.2018 №АР-02-03-18 в размере 177 100 руб., при этом, в этот же день с указанного счета должника ФИО4 были перечислены денежные средства в размере 100 000 руб. в качестве заработной платы за ООО «СТК».

Кроме того, дополнительным соглашением от 01.10.2018 к трудовому договору от 14.02.2017, заключенным между ООО «СТК» и ФИО4, последнему с 01.10.2018, был установлен должностной оклад в размере 100 000 руб., при этом, первая выплата заработной платы ФИО4 за счет ООО «Эвер» была произведена 07.06.2019, то есть уже почти спустя год действия договора аренды от 01.10.2018 №АР 02-09-18 и неоплат по нему; в дальнейшем динамика выплат ФИО4 также не соответствовала динамике образования задолженности по договору от 01.10.2018 №АР 02-09-18, поскольку с ноября 2019 года по февраль 2020 года выплаты ФИО4 не производились.

Таким образом, принимая во внимание отмеченные противоречия и учитывая непредставление надлежащих и достаточных документов, раскрывающих отношения ООО «Эвер» и ООО «СТК» в связи со спорными платежами в пользу ФИО4 равно как и подробных и непротиворечивых пояснений и документального обоснования о системе правоотношений, учитывая отсутствие доказательств наличия каких-либо денежных обязательств ООО «Эвер» перед ООО «СТК» в счет исполнения которых должником были совершены оспариваемые платежи на общую сумму 968 000 руб. в пользу иного лица ФИО4, аффилированность между всеми тремя лицами, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оспариваемые платежи совершены в отсутствие обязательств и в отсутствие встречного предоставления, то есть повлекли за собой ущерб имущественным правам кредиторов ООО «Эвер» (статья 2 Закона о банкротстве).

Изложенные в апелляционных жалобах доводы о доказанности совершения оспариваемых сделок при наличии равноценного встречного предоставления со стороны ООО «СТК» с указанием на то, что в результате совершения спорных платежей были погашены обязательства должника по договорам аренды котельной подлежат отклонению, поскольку, как указывалось ранее, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020 по делу №А60-55182/2017 установлено, что вхождение должника и ООО «СТК» в одну группу лиц, выгодоприобретателем от деятельности которой был ФИО8, в связи с чем, в данном случае в силу аффилированности ООО «СТК» и ООО «Эвер», их вхождения в одну группу организаций и подконтрольную единому бенефициару, установленные в ходе рассмотрения настоящего спора несоответствия фактически производимых оплат и назначений платежей условиям представленных в материалы дела договоров аренды, позволяют сделать обоснованный вывод, что в данном случае имеет место факт использования одним лицом (ООО «Эвер») имущества другого лица (ООО «СТК»), входящих при этом в одну группу лиц, но при этом оформляются формальные договоры аренды, основной целью которых является создание оснований для перераспределения финансовых потоков внутри самой группы лиц.

В нарушение статьи 65 АПК РФ иного суду апелляционной инстанции не доказано.

Доводы заявителей жалоб о совершении должником оспариваемых платежей в порядке статьи 313 ГК РФ на основании писем-поручений ООО «СТК», у которого имелась задолженность перед ФИО4 по заработной плате, подлежат отклонению, поскольку из совокупного толкования положений статей 15, 22 Трудового кодекса Российской Федерации и статьи 383 ГК РФ прямо следует, что выплатить заработную плату работнику может исключительно работодатель, таким образом, действующим законодательствам Российской Федерации не установлена возможность передачи организацией своей функции по выплате заработной платы иному лицу.

Кроме того, при отсутствии денежных средств у ООО «СТК» для погашения задолженности по заработной плате единственному работнику – руководителю общества ФИО4 должник при наличии обязательств по оплате арендных платежей вправе был перечислять напрямую на расчетный счет ООО «СТК», который в последующим бы погасил задолженность перед ФИО4

Указание подателей жалоб на то, что несоответствие фиксированной суммы арендных платежей суммам в ежемесячных актах было вызвано тем, что итоговая сумма акта зависела от объема фактического теплопотребления через арендуемые должником котельные судом апелляционной инстанции рассмотрены и признаны подлежащими отклонению, поскольку из анализа представленных в материалы первичных документов следует, что в частности, по акту от 30.06.2020 №6 размер арендной платы составил 135 926,77 руб., по акту от 31.07.2020 №7 - 133 333,33 руб., по акту от 30.11.2019 №11- 122 554,60 руб., по акту от 31.12.2019 №12 - 122 554,60 руб., по актам от 30.11.2020 №11 и от 31.12.2020 №12 - 10 000 руб., при этом, очевидно, что объем теплопотребления в летние месяцы не может превышать объемов зимнего периода.

Ссылки апеллянтов на то, что целесообразность выплаты ООО «СТК» заработной платы с использованием механизма, предусмотренного статьи 313 ГК РФ была вызвана временными финансовыми трудностями ООО «СТК», а именно: наличием инкассовых поручений к расчетному счету, при этом, подобный механизм оплаты использовался должником и в отношении иных контрагентов ООО «СТК», в частности, АО «Екатеринбурггаз», АО «ЕЭСК», ООО «Компания «Тензор» подлежат отклонению, поскольку из проведенного конкурсным управляющим детального анализа представленных в материалы дела инкассовых поручений следует, что часть поручений была исполнена до 23.09.2020, при этом, в указанную даты был совершен второй оспариваемый управляющим платеж в пользу ФИО4, первый же платеж был совершен 07.06.2020 года, при этом, как указывалось ранее, в этот же день была произведена оплата напрямую на расчетный счет ООО «СТК» по договору аренды от 01.03.2018 №АР-02-03-18 в размере 177 100 руб., а после первой выплаты ФИО4 07.06.2019 года в размере 100 000 руб. продолжалось проведение оплат по договору аренды от 01.03.2018 №АР-02-03-18 напрямую ООО «СТК» 28.06.2019 на сумму 254 000 руб. и 02.08.2019 на сумму 166 000 руб.

При таких обстоятельствах, обоснование перечисления ФИО4 денежных средств в сумме 100 000 руб., состоявшемся 07.06.2020, наличием инкассовых поручений является несостоятельными.

В дальнейшем действительно имело место накопление инкассовых поручений, датой исполнения которых в итоге стало 26.11.2020, однако общая сумма всех последующих инкассовых поручений составляет 537 946,93 руб., при том, что общая сумма всех произведенных должником в пользу ФИО4 в этот же период перечислений денежных средств составила 868 000 руб.

Так, 23.09.2019 и 26.09.2019 ООО «Эвер» в пользу ФИО4 было совершено два платежа на общую сумму 100 000 руб., при этом, по состоянию на 26.09.2019 неисполненных инкассовых поручений находилось на общую сумму 35 302,12 руб.

Аналогично 09.10.2019 и 18.10.2019 ООО «Эвер» в пользу ФИО4 в пользу ФИО4 было совершено два платежа на общую сумме 100 000 руб.

Таким образом, за период сентябрь-октябрь 2019 года в пользу ФИО4 должником было перечислено денежных средств на сумму 200 000 руб., при этом, по состоянию на 31.10.2019 года неисполненных инкассовых поручений находилось только на общую сумму 77 101,58 руб. (подробные расчеты с указанием дат номеров и сумм инкассовых поручений были представлены в суде первой инстанции).

При этом, факт перечисления должником за ООО «СТК» денежных средств в пользу иных третьих лиц сам по себе не свидетельствует о правомерности совершения оспариваемых в рамках настоящего спора платежей в пользу ФИО4

Таким образом, следует признать, что в данном случае в результате спорных перечислений фактически имел место вывод ликвидных активов должника (денежных средств), при том, что у должника самого уже имелись неисполненные обязательства перед своими кредиторами. Такие действия свидетельствуют о причинении вреда имущественным правам кредиторов и наличии основании для признания сделок недействительными.

При таких обстоятельствах, требования конкурсного управляющего о признании произведенных должником перечислений в пользу ФИО4 в счет погашения обязательств ООО «СТК» денежных средств в размере 968 000 руб. недействительными сделками являются обоснованными по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу части 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Поскольку спорные перечисления денежных средств осуществлены должником без встречного предоставления, в данном случае в качестве последствий недействительности сделок суд первой инстанции верно применил одностороннюю реституцию в виде взыскания с ФИО4 в пользу должника денежных средств в размере 968 000 руб.

В связи с изложенным, следует признать, что судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, с учетом заявленных предмета и оснований требований. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию в целом с правильной оценкой установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения суда и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам относятся на их заявителей.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 01 ноября 2022 года по делу № А60-10653/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Л.В. Саликова


Судьи


И.П. Данилова



Т.В. Макаров