Постановление от 16 марта 2021 г. по делу № А53-29441/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-29441/2017
город Ростов-на-Дону
16 марта 2021 года
15АП-4582/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 09 марта 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 марта 2021 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Чотчаева Б.Т.,

судей Маштаковой Е.А., Яицкой С.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от истца: ФИО2, лично, представитель ФИО3 по доверенности от 12.05.2020,

от ответчика (РК «Первомайский»): председатель колхоза ФИО4, лично,

от ответчика (ИП ФИО5): лично, представитель ФИО6 по доверенности от 21.07.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО7 (в порядке процессуальной замены ответчика индивидуального предпринимателя ФИО5 на его правопреемника - наследника по закону - ФИО7)

на решение Арбитражного суда Ростовской области от 19.02.2018 по делу №А53-29441/2017

по иску Бешкинской Любови Кузьминичны

к рыболовецкому колхозу «Первомайский»; индивидуальному предпринимателю ФИО5

о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее – истец, ФИО2) обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к рыболовецкому колхозу «Первомайский» (далее – колхоз); индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее – ФИО5) о признании договора от 24.11.2014 №31 купли-продажи земельного участка, заключенного между колхозом и ФИО5, недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО5 передать колхозу земельный участок площадью 18817+/-48 кв.м, с кадастровым номером 61:26:0000000:5830, расположенный по адресу: <...>, категория земель - земли населенных пунктов (основное целевое назначение); о взыскании с ФИО5 в пользу колхоза стоимости земельного участка площадью 18817+/-48 кв.м, с кадастровым номером 61:26:0000000:5830, расположенного по адресу: <...>, категория земель - земли населенных пунктов (основное целевое назначение) в размере 100 000 рублей; о признании договора купли-продажи нежилого здания и земельного участка от 04.02.2016, заключенного между колхозом и ФИО5 недействительным; применении последствий недействительности сделки виде обязания ФИО5 передать колхозу земельный участок площадью 3413 кв. м, с кадастровым номером 61:26:0070301:770, расположенный по адресу: <...> «а», а также расположенные на нем нежилое здание общей площадью 513 кв.м, с кадастровым номером 61:26:0070301:603 и нежилое здание площадью 220,9 кв.м с кадастровым номером 61:26:0070301:598; о взыскании с ФИО5 в пользу колхоза стоимости земельного участка площадью 3 413 кв.м, с кадастровым номером 61:26:0070301:770, расположенного по адресу: <...> «а», а также расположенные на нем нежилое здание общей площадью 513 кв.м, с кадастровым номером 61:26:0070301:603 и нежилое здание площадью 220,9 кв.м с кадастровым номером 61:26:0070301:598, в размере 500 000 рублей.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 19.02.2018 отказано в удовлетворении заявленного предпринимателем ходатайства о назначении судебной экспертизы. Договор №31 купли-продажи земельного участка от 24.11.2014 признан недействительным, применены последствия его недействительности: предприниматель присужден к передаче колхозу земельного участка с кадастровым номером 61:26:0000000:5830, с предпринимателя в пользу колхоза взыскана стоимость данного земельного участка в размере 100 000 рублей. Договор купли-продажи нежилого здания и земельного участка от 04.02.2016 признан недействительным, применены последствия его недействительности: предприниматель присужден к передаче колхозу земельного участка с кадастровым номером 61:26:0070301:770 и расположенных на нем нежилых зданий с кадастровыми номерами 61:26:0070301:603, 61:26:0070301:598; с предпринимателя в пользу колхоза взыскана стоимость указанных земельного участка и зданий в размере 500 000 рублей. С предпринимателя в пользу колхоза взысканы судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 12 000 рублей.

ФИО5 обжаловал решение суда первой инстанции в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просил решение отменить и принять новый судебный акт об отказе в иске.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО5 ссылается на то, что соответствии с уставом, в редакции, действовавшей на момент заключения договоров, вопросы согласования сделок по отчуждению основных средств не отнесены к исключительной компетенции общего собрания (пункт 7.3 Устава). По мнению заявителя жалобы, председателем правления не были превышены полномочия по заключению оспариваемых сделок, а само совершение данных сделок не повлекло причинения убытков колхозу и/или его членам, что свидетельствует о несоответствии выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела. Указывает на то, что колхозом не представлены протоколы и решения общего собрания общего собрания членов кооператива, а также протоколы и решения по итогам заседания правления за 2013-2016 годы. По мнению апеллянта, Ввиду неприведения до настоящего времени организационно-правовой формы колхоза и его учредительных документов в соответствии с требованиями Федерального закона от 08.12.1995 №193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации», основываясь на положениях устава действовавшего на момент заключения сделок, покупатель не имел объективной возможности усомниться в полномочиях на заключение оспариваемых сделок лица выступающего от имени колхоза - председателя правления ФИО4 По мнению апеллянта, суд первой инстанции, установив членство истца в колхозе на 1992 год и, приходя к выводу о правоспособности пайщика - ФИО2 на текущий момент, не учел, что до истечения срока, установленного для приведения устава в соответствии с действующим законодательством, истец уволен в связи с уходом на пенсию. Факт отсутствия истца в списках пайщиков колхоза по состоянию на 2002 год также подтверждается показаниями представителя истца данными в ходе судебного заседания (11 минута аудиопротокола судебного заседания от 25.12.2017). Таким образом, по мнению апеллянта, увольнение работника из колхоза фактически повлекло и прекращение его членства в нем. Апеллянт ссылается на необоснованность отклонения заявления о пропуске истцом срока исковой давности. По мнению апеллянта, замечания на протокол судебного заседания поданы своевременно, однако суд первой инстанции неправомерно возвратил замечания на протокол судебного заседания без рассмотрения по существу.

Определением от 24.06.2019 производство по делу №А53-29441/2017 приостановлено до момента установления правопреемников ФИО5.

Определением от 04.02.2020 производство по делу возобновлено, рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 25.02.2020.

В материалы дела, по запросу апелляционного суда о предоставлении сведений о вступлении в наследство наследников ФИО5 по закону и по завещанию, от нотариуса поступил ответ о наличии наследственного дела в отношении наследником ФИО5. Из представленного ответа следует, что заявление о принятии наследства подано наследником по закону - супругой ФИО7.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы, заявленных ходатайств, дал пояснения по существу спора.

Представитель истца против доводов апелляционной жалобы возражал, просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Рассмотрев ходатайство ФИО7 о назначении судебной бухгалтерской экспертизы на предмет наличия у истца убытков в связи с отчуждением спорных земельных участков, заявленные в суде апелляционной инстанции, не могут быть рассмотрены, поскольку они не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, а, следовательно, не подлежат и рассмотрению судом апелляционной инстанции (части 7 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ходатайство ФИО7 о назначении повторной судебной оценочной экспертизы (т. 13, л.д. 97), мотивированное отсутствием у экспертов ФБУ Южный РЦСЭ Минюста России, проводивших экспертизу, образования в области оценки имущества, а также квалификационного аттестата по направлению «Оценка недвижимости», отклоняется апелляционным судом.

В соответствии с частью 1 статьи 55 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертом в арбитражном суде является лицо, обладающее специальными знаниями по касающимся рассматриваемого дела вопросам и назначенное судом для дачи заключения в случаях и в порядке, которые предусмотрены этим Кодексом.

Порядок проверки арбитражным судом факта обладания экспертом специальными знаниями по касающимся рассматриваемого дела вопросам Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации не определен.

Из пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 №23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» следует, что экспертиза может проводиться как в государственном судебно-экспертном учреждении, так и в негосударственной экспертной организации, либо к экспертизе могут привлекаться лица, обладающие специальными знаниями, но не являющиеся работниками экспертного учреждения (организации).

При этом в силу статей 12 и 13 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон №73-ФЗ) государственным судебным экспертом является аттестованный работник государственного судебно-экспертного учреждения, производящий судебную экспертизу в порядке исполнения своих должностных обязанностей; должность эксперта в государственных судебно-экспертных учреждениях может занимать гражданин Российской Федерации, имеющий высшее образование и получивший дополнительное профессиональное образование по конкретной экспертной специальности в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующих федеральных органов исполнительной власти.

Согласно представленным суду федеральным бюджетным учреждением «Южный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» сведениям (письмо №10-6115 от 14.12.2018) производство судебной экспертизы может быть поручено одному из следующих государственных экспертов: ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, которые являются экспертами отдела судебных строительно-технических и землеустроительных экспертиз, имеющими квалификацию судебного эксперта-строителя по специальностям «Исследование строительных объектов и территории, функционально связанной с ними, в том числе с целью проведения их оценки», «Исследование объектов землеустройства, в том числе с определением их границ на местности».

Согласно части 1 статьи 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза проводится государственными экспертами по поручению руководителя государственного судебно-экспертного учреждения и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными познаниями.

В данном деле суд поручил производство судебной экспертизы экспертам государственного экспертного учреждения, обладающим специальными познаниями, необходимыми и достаточными для разрешения поставленных вопросов, в том числе для проведения оценочной судебной экспертизы.

Кроме того, в заключении эксперта от 08.05.2019 №4017, 4018/10-3 указано, что заведующий отделом судебных строительно-технических и землеустроительных экспертиз ФИО8, ведущий эксперт ФИО9, ведущий эксперт ФИО10 имеют дополнительное профессиональное образование по экспертным специальностям 16.1 «Исследование строительных объектов и территории, функционально связанной с ними, в том числе с целью проведения их оценки» (л. 2-3 заключения).

Документального подтверждения того, что указанные эксперты не имеют надлежащих квалификаций для проведения назначенной судом экспертизы, в материалы дела не представлено.

При этом, само по себе несогласие ответчика с результатами экспертизы не свидетельствует о ее недостоверности, неполноте либо неясности и не является основанием для проведения повторной либо дополнительной экспертизы. Ответчик, не признавая в качестве допустимого доказательства приведенное экспертное заключение, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представил бесспорные доказательства его опровергающее.

Ходатайство ФИО7 о назначении судебной бухгалтерской экспертизы подлежит отклонению судом апелляционной инстанции в силу следующего.

В соответствии с пунктом 8 статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 №193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» вопрос о причинении убытков оспариваемыми сделками колхозу входит в предмет доказывания.

В данном случае под убытками понимается разница между фактической рыночной стоимостью объектов недвижимости, отчуждение которых было произведено по оспариваемым сделкам, на момент заключения оспариваемых сделок, и денежными средствами, которые получил колхоз по этим сделкам.

Апеллянт необоснованно расширяет предмет доказывания, что является недопустимым. Убытки в рамках настоящего дела определяются в связи с конкретными юридическими фактами (оспариваемыми сделками), а не по итогам работы колхоза за 2014 и 2016 годы. Данные бухгалтерского учета по итогам работы колхоза в 2014 и 2016 годах правового значения для правильного рассмотрения дела не имеют.

Рассмотрев ходатайства истца об опросе свидетеля ФИО13, о фальсификации доказательств и о назначении по делу судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции считает их подлежащим отклонению.

Из содержания статей 88, 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что такие процессуальные действия как допрос свидетеля и рассмотрение заявления о фальсификации доказательств могут осуществляться арбитражным судом при рассмотрении судебного спора по существу до момента вынесения решения по делу, т.к. в первом случае - суд осуществляет сбор фактических данных об обстоятельствах подлежащего разрешения спора посредством опроса свидетеля, а во втором случае - суд осуществляет выяснение вопроса о достоверности сведений о фактических обстоятельствах дела, зафиксированные в конкретном доказательстве.

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Следует отметить, что не обоснована возможность подтверждения свидетельскими показаниями обстоятельств, имеющих правовое значение для настоящего дела, которые невозможно установить из представленных в материалы дела доказательств.

В данном случае свидетельские показания не являются надлежащими (допустимыми и достоверными) доказательствами, подтверждающие обстоятельства, имеющие значения для рассмотрения настоящего спора.

В связи с этим, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о возможности рассмотрения спора по существу на основании имеющихся в деле доказательств.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения принятого судом первой инстанции решения и удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 в апреле 2017 года ей стало известно, что между ФИО5 (покупатель) и колхозом (продавец) заключены договоры купли-продажи земельного участка от 24.11.2014 №31, купли-продажи нежилого здания и земельного участка от 04.02.2016. Однако, колхоз в установленном порядке не обсуждал данные вопросы на общем собрании членов колхоза, общие собрания не созывались, уведомления о дате и времени общих собраний истец не получала.

В исковом заявлении ФИО2 считает, что председатель правления колхоза ФИО4, заключая спорные сделки, вышел за пределы своих полномочий, предусмотренных Уставом колхоза.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования ввиду следующего.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает способы защиты гражданских прав. Право каждого лица защищается всеми не запрещенными законами способами, что следует из положений Конституции Российской Федерации. Одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемой сделки, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что деятельность колхоза регулируется положениями Федерального закона от 08.12.1995 №193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее – Закон №193-ФЗ).

В силу пунктов 2, 3 статьи 3 Закона №193-ФЗ производственный кооператив является коммерческой организацией. Сельскохозяйственной или рыболовецкой артелью (колхозом) признается сельскохозяйственный кооператив, созданный гражданами на основе добровольного членства для совместной деятельности по производству, переработке, сбыту сельскохозяйственной продукции, в том числе рыбной продукции, а также для иной не запрещенной законом деятельности путем добровольного объединения имущественных паевых взносов в виде денежных средств, земельных участков, земельных и имущественных долей и другого имущества граждан и передачи их в паевой фонд кооператива. Для членов сельскохозяйственной и рыболовецкой артелей (колхозов) обязательно личное трудовое участие в их деятельности, при этом их члены являются сельскохозяйственными товаропроизводителями независимо от выполняемых ими функций.

Из разъяснений, изложенных в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.06.2011 №18439/10 разъяснено, что производственный кооператив (артель) согласно статье 1 Федерального закона от 08.05.1996 №41-ФЗ «О производственных кооперативах» признается добровольным объединением граждан на основе членства для совместной производственной и иной хозяйственной деятельности. При этом сельскохозяйственным производственным кооперативом признается сельскохозяйственный кооператив, созданный гражданами для совместной деятельности по производству, переработке и сбыту сельскохозяйственной продукции (часть 1 статьи 3 Закона №193-ФЗ). Из указанных норм следует, что к производственным и сельскохозяйственным кооперативам должны применяться общие подходы в регулировании корпоративных отношений.

В соответствии с пунктом 8 статьи 38 Закона №193-ФЗ сделка кооператива, совершенная с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску кооператива либо его члена или ассоциированного члена.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ФИО5 в суде первой инстанции приводил доводы о том, что ФИО2 не является членом колхоза.

Указанный довод правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку опровергается доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Согласно пункту 1 статьи 13 Закона №193-ФЗ членами производственного кооператива могут быть граждане Российской Федерации, достигшие возраста 16 лет, признающие устав кооператива и принимающие личное трудовое участие в его деятельности.

Согласно пункту 3.1 Устава коллективного хозяйства «Первомайский», утвержденного решением общего собрания коллективного хозяйства «Первомайский» от 29.01.1993, членами коллективного хозяйства могут быть граждане, достигшие 16-летнего возраста, признающие и соблюдающие положения данного Устава и лично участвующие в производстве.

В соответствии с пунктом 3.2 Устава коллективного хозяйства «Первомайский» прием производится по личному заявлению гражданина. На каждого члена коллективного хозяйства ведется трудовая книжка единого образца.

Как усматривается из трудовой книжки ФИО2, она принята на работу в колхоз 19.04.1972 на должность «колхозница»; уволена с должности «зав.складом» колхоза 21.01.1998, в связи с уходом на пенсию.

В соответствии с пунктом 3.3 Устава, право членства колхоза может быть в установленном порядке прекращено:

- в соответствии поданного заявления,

- по инициативе правления или общего собрания уполномоченных при действиях работника несовместимые с требованием данного Устава, при систематическом невыполнении или ненадлежащим образом исполнении обязательств согласно Уставу.

Согласно пункту 3.4 Устава, членство в коллективном хозяйстве сохраняется за лицами, временно выбывшими:

- прохождение срочной службы,

- поступление на учебу с отрывом от производства по решению коллектива,

- членство сохраняется за работниками, выбывшими по старости и инвалидности.

Споры по данным вопросам решаются на общем собрании или в суде.

Судом установлено, что колхоз «Первомайский» был реорганизован в колхоз, мероприятия по реорганизации колхоза «Первомайский» были проведены в соответствии с Законом РСФСР от 25.12.1990 №445-1 «О предприятиях и предпринимательской деятельности», Указом Президента РСФСР от 27.12.1991 №323 «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР», Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.1991 №86 «О порядке реорганизации колхозов и совхозов», постановлением Правительства Российской Федерации от 04.09.1992 №708 «О порядке приватизации и реорганизации предприятий и организаций агропромышленного комплекса» (далее постановление №708).

Согласно пункту 9 постановления №708 трудовые коллективы реорганизуемых колхозов, совхозов и приватизируемых государственных сельскохозяйственных предприятий должны принять решение о выборе формы собственности на землю, предусмотренной Земельным кодексом РСФСР.

Пунктом 5 постановления №708 установлено, что при реорганизации колхозов, совхозов и приватизации государственных сельскохозяйственных предприятий по желанию членов трудовых коллективов этих хозяйств могут быть образованы: товарищества, акционерные общества, сельскохозяйственные производственные кооперативы, крестьянские (фермерские) хозяйства и их объединения.

Согласно списку учредителей коллективного хозяйства «Первомайский» по состоянию на 01.01.1992, ФИО2 зарегистрирована за порядковым номером 66 в качестве одного из учредителей колхоза. Доказательства выбытия ФИО2 из членства колхоза на основании положений пункта 3.3 Устава, ФИО5, в нарушении статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено.

Учитывая изложенное, судом первой инстанции установлено, что ФИО2 принимала непосредственное личное трудовое участие в деятельности колхоза, стала членом колхоза в порядке приватизации колхоза и работала в нем. Следовательно, с момента реорганизации колхоза «Первомайский» в колхоз, в соответствии с законодательством, ФИО2 автоматически является членом колхоза по настоящее время согласно положению подпункта «в» пункта 3.4 действующего Устава коллективного хозяйства «Первомайский», утвержденного решением общего собрания коллективного хозяйства «Первомайский» от 29.01.1993.

Согласно пункту 8 положения, утвержденного постановлением №708 и разработанного на основании Указа Президента Российской Федерации от 27.12.1991 №323, в каждом реорганизуемом колхозе и совхозе определялись индивидуальные имущественные паи и земельные доли.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, согласно выписке от 05.12.2016 №64 из протокола общего собрания колхоза от 17.02.1992, ФИО2 является членом колхоза, имеет земельный и имущественный пай.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к верному о том, что ФИО2 является членом колхоза и вправе оспаривать сделки, совершенные колхозом.

В обоснование исковых требований ФИО2 указала, что данные договоры заключены с нарушением порядка, установленного Законом №193-ФЗ, а именно, в отсутствие решений общего собрания членов колхоза, созванных и проведенных в установленном тем же Федерального закона порядке, на общее собрание, на котором обсуждались вопросы об одобрении спорных сделок, истец не приглашалась.

Так, из материалов дела видно, что 24.11.2014 между колхозом (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор №31 купли-продажи земельного участка (далее – договор №31), в соответствии с которым продавец обязался передать в собственность земельный участок площадью 18817+/-48 кв.м, с кадастровым номером 61:26:0000000:5830, категория земель - земли населенных пунктов (основное целевое назначение).

Согласно пункту 1.2 договора №31, земельный участок принадлежит продавцу на основании постановления от 06.05.1992 №314-А. Орган выдачи: Администрация Неклиновского района Ростовской области.

В соответствии с пунктом 3.1 договора №31, стоимость участка составила 100 000 рублей. Расчет производится при подписании договора.

04.02.2016 между колхозом (продавец) и ФИО5 (покупатель) договор купли-продажи нежилого здания и земельного участка (далее – договор), согласно которому продавец продал, а покупатель купил земельный участок площадью 3413 кв.м и расположенные на нем нежилое здание общей площадью 513 кв. м и нежилое здание площадью 220,9 кв. м.

Пунктом 7 договора, продавец продал, а покупатель купил земельный участок и нежилые здания на сумму 500 000 рублей.

В соответствии с пунктом 3 статьи 38 Закона №193-ФЗ сделки кооператива (в том числе сделки по передаче в аренду земельных участков и основных средств кооператива, по залогу имущества кооператива), стоимость которых в процентах от общей стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств кооператива составляет до 10 процентов, совершаются по решению правления кооператива, от 10 до 20 процентов - по совместному решению правления кооператива и наблюдательного совета кооператива, свыше 20 процентов - по решению общего собрания членов кооператива.

Сделки кооператива по отчуждению и приобретению земельных участков и основных средств кооператива совершаются в соответствии с пунктом 3 статьи 20 Закона №193-ФЗ, то есть с одобрения общего собрания членов кооператива.

Подпунктом 6 пункта 2 статьи 20 Закона №193-ФЗ определено что рассмотрение и принятие решения по вопросу отчуждения земли и основных средств производства кооператива, их приобретение, а также совершение сделок, если решение по этому вопросу настоящим Федеральным законом или уставом кооператива отнесено к компетенции общего собрания членов кооператива относится к исключительной компетенции общего собрания членов кооператива.

При этом согласно пункту 5 статьи 20 Закона №193-ФЗ решения по вопросам, отнесенным к исключительной компетенции общего собрания членов кооператива, не могут быть переданы исполнительным органам кооператива или наблюдательному совету.

В пункте 1 статьи 26 Закона №193-ФЗ указано, что исполнительными органами кооператива являются председатель кооператива и правление.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона №193-ФЗ управление кооперативом осуществляют общее собрание членов кооператива (собрание уполномоченных), правление кооператива и (или) председатель кооператива, наблюдательный совет кооператива, создаваемый в потребительском кооперативе в обязательном порядке, в производственном кооперативе в случае, если число членов кооператива составляет не менее 50.

В силу пункта 1 статьи 20 Закона №193-ФЗ общее собрание членов кооператива является высшим органом управления кооперативом и полномочно решать любые вопросы, касающиеся деятельности кооператива, в том числе отменять или подтверждать решения правления и (или) председателя кооператива и наблюдательного совета кооператива.

К исключительной компетенции общего собрания членов кооператива относится рассмотрение и принятие решений, в том числе, по следующим вопросам: отчуждение земли и основных средств производства кооператива, их приобретение, а также совершение сделок, если решение по этому вопросу настоящим Федеральным законом или уставом кооператива отнесено к компетенции общего собрания членов кооператива; вступление кооператива в другие кооперативы, хозяйственные товарищества и общества, союзы, ассоциации, а также выход из них (подпункты 6, 8 пункта 2 названной статьи).

Статьей 22 Закона №193-ФЗ императивно установлен порядок созыва общего собрания членов кооператива.

В соответствии с пунктами 2, 4 статьи 22 Закона №193-ФЗ, о созыве общего собрания членов кооператива, повестке данного собрания, месте, дате и времени его проведения члены кооператива и ассоциированные члены кооператива должны быть уведомлены в письменной форме не позднее, чем за 30 дней до даты проведения общего собрания членов кооператива. Уведомление в письменной форме о созыве общего собрания членов кооператива вручается члену кооператива под расписку или направляется ему посредством почтовой связи, что предполагает наличие у исполнительных органов колхоза надлежащих доказательств соблюдения данной процедуры подготовки проведения собрания.

Вопросы повестки дня общего собрания членов кооператива должны быть конкретными, в них должны быть указаны имя и должность гражданина или наименование юридического лица, в отношении которых предполагается принятие соответствующего решения, а также должны быть указаны положения устава или внутренних документов (положений) кооператива, в которые предполагается вносить изменения (пункт 6 статьи 22 Закона №193-ФЗ).

Колхоз не представил суду первой инстанции доказательства направления в адрес истца извещения о дате, времени, месте проведения собрания, с содержанием повестки дня по обсуждению вопросов по заключению с ФИО5 спорных сделок купли-продажи.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, колхозом не соблюден порядок созыва общих собраний по решению вопросов по отчуждению основных средств колхоза, установленных Законом №193-ФЗ.

В соответствии со статьей 24 Закона №193-ФЗ решения общего собрания членов кооператива (собрания уполномоченных) оформляются протоколом, который составляется в ходе этого собрания и оформляется не менее чем в двух экземплярах не позднее чем через десять дней после окончания этого собрания.

В протоколе общего собрания членов кооператива (собрания уполномоченных) должны содержаться следующие сведения:

1) наименование кооператива и информация о его месте нахождения;

2) место, дата и время проведения общего собрания членов кооператива;

3) дата извещения о проведении общего собрания членов кооператива и дата представления материалов, прилагаемых к повестке дня общего собрания членов кооператива;

4) общее число членов кооператива на дату извещения о проведении общего собрания членов кооператива, число присутствующих на общем собрании членов кооператива и ассоциированных членов кооператива с правом решающего голоса. При проведении собрания уполномоченных - число избранных уполномоченных и число присутствующих на этом собрании уполномоченных;

5) отметка о правомочности (неправомочности) общего собрания членов кооператива;

6) объявленная повестка дня общего собрания членов кооператива;

7) фамилия, имя, отчество и должность лица, выступающего на общем собрании членов кооператива, и основные положения его выступления;

8) результаты голосования по вопросам повестки дня общего собрания членов кооператива, решения, принятые и объявленные на этом собрании.

К протоколу общего собрания членов кооператива прилагаются:

1) решение правления кооператива, или наблюдательного совета кооператива, или инициативной группы членов кооператива, или ассоциированных членов кооператива о созыве общего собрания членов кооператива;

2) список членов кооператива и имеющих право голоса ассоциированных членов кооператива, которые приняли участие в общем собрании членов кооператива. При проведении собрания уполномоченных - список избранных уполномоченных и список уполномоченных, принявших участие в собрании уполномоченных;

3) доверенности, представленные общему собранию членов кооператива, на право представительства или протоколы об избрании уполномоченных;

4) материалы, представленные по повестке дня общего собрания членов кооператива;

4.1) бюллетени для голосования;

5) заявления, предложения и особые мнения, в отношении которых членами кооператива и ассоциированными членами кооператива выражено требование приобщить их к протоколу общего собрания членов кооператива;

6) иные предусмотренные уставом кооператива, внутренними документами (положениями) кооператива или общим собранием членов кооператива документы.

Между тем документы, предусмотренные положениями статьей 24 Закона №193-ФЗ, в материалы дела не представлены, доказательства извещения, как истца, так и других членов колхоза о дате, времени проведения собрания, повестке дня, а также доказательства наличия кворума на общем собрании при принятии решения об отчуждении имущества колхоза, отсутствуют.

Как верно указал суд первой инстанции, в представленном налоговым органом регистрационном деле колхоза отсутствуют какие-либо протоколы общих собраний, на которых разрешались бы вопросы, подлежащие обсуждению на общем собрании по отчуждению основных средств колхоза в силу требований Закона №193-ФЗ, а равно приведение Устава в соответствие с действующей реакцией Закона №193-ФЗ.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, при заключении спорных сделок нарушены положения статей 20 и 38 Закона №193-ФЗ, так как одобрение сделки должно осуществляться исключительно на общем собрании членов кооператива.

Поскольку продавцом был нарушен порядок созыва общих собраний членов колхоза, доказательства извещения истца, а также одобрения спорных договоров на общих собраниях членов колхоза, отсутствуют, постольку суд первой инстанции пришел к верному выводу об удовлетворении требований истца о признании недействительными договоров купли-продажи.

Доводы колхоза о том, что в силу части 2 статьи 38 Закона №193-ФЗ истцом не представлены доказательства, что заключением оспариваемых сделок причинены убытки колхозу или членам кооператива и иные неблагоприятные последствия, а также, что колхоз не знал и не мог знать, что оспариваемые сделки заключены с нарушением действующего законодательства обоснованно отклонены судом первой инстанции.

Поскольку в круг юридически значимых обстоятельств по настоящему делу входит установление рыночной стоимости отчужденных по спорных договорам объектов на дни их (договоров) заключения, судом апелляционной инстанции определением от 18.06.2018 назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ЗАО «Приазовский центр смет и оценки» ФИО14.

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1) Определить рыночную стоимость земельного участка с кадастровым номером 61:26:0000000:5830 площадью 18817+/-48 кв.м, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 24.11.2014?

2) Определить рыночную стоимость земельного участка с кадастровым номером 61:26:0070301:770 площадью 3413 кв.м, расположенного по адресу: <...> (ранее - ул. Октябрьская, 26-а) и расположенных на нем двух нежилых зданий с кадастровым номером 61:26:0070301:603 общей площадью 513 кв.м, с кадастровым номером 61:26:0070301:598 площадью 220,9 кв.м по состоянию на 04.02.2016?

В экспертном заключении от 23.07.2018 № 42/18, экспертом сделаны выводы о том, что рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 61:26:0000000:5830 площадью 18817+/-48 кв.м, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 24.11.2014, составила 114 200 рублей; рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 61:26:0070301:770 площадью 3413 кв.м, расположенного по адресу: <...> (ранее - ул. Октябрьская, 26-а) и расположенных на нем двух нежилых зданий с кадастровым номером 61:26:0070301:603 общей площадью 513 кв.м, с кадастровым номером 61:26:0070301:598 площадью 220,9 кв.м по состоянию на 04.02.2016, составила 623 600 рублей.

При исследовании заключения судебной оценочной экспертизы от 23.07.2018 №42/18, судом апелляционной инстанции установлено, что при определении стоимости объектов недвижимости, отчужденных по договору купли-продажи нежилого здания и земельного участка от 04.02.2016, экспертом определялась рыночная стоимость земельного участка и расположенных на нем двух нежилых зданий. Из исследовательской части заключения судебной экспертизы следует, что рыночная стоимость указанных зданий была определена экспертом посредством затратного подхода; в отношении иных подходов - сравнительного и доходного - экспертом сделан вывод об их неприменимости (т. 8, л.д. 36).

При определении величины износа объектов оценки для применения затратного подхода экспертом было указано, что здание введено в эксплуатацию и используется как жилой дом на верхних этажах; подвальное помещение, первый и второй этажи в связи с незавершенностью внутренней отделки не эксплуатируются с момента постройки (т. 8 л.д. 32). При описании величин износа применительно к каждому элементу здания экспертом указано на износ такого элемента как грозозащита, для которой определена степень износа в процентах (т. 8 л.д. 33). С учетом характеристик зданий и величин износа экспертом определена их рыночная стоимость.

Определением апелляционного суда от 18.06.2018 перед экспертом был поставлен вопрос об определении рыночной стоимости отчужденных по договору купли-продажи от 04.02.2016 по состоянию на 04.02.2016 (второй вопрос), для чего эксперту были предоставлены технические паспорта зданий, содержащие сведения об их техническом состоянии на указанную дату.

Из указанных технических паспортов не следует, что какой-либо из объектов оценки представлял собой трех-либо более этажное здание, у которого имеется грозозащита; факт отсутствия у объектов оценки верхних этажей, используемых как жилой дом, признан сторонами в судебном заседании. Согласно техническим паспортам оба здания являются нежилыми одноэтажными.

В силу изложенного апелляционный суд пришел к выводу о наличии сомнений в обоснованности заключения эксперта в части выводов о рыночной стоимости объектов, отчужденных по договору купли-продажи от 04.02.2016, что в силу части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для назначения повторной экспертизы.

С учетом круга изложенного, апелляционный суд пришел к выводу о необходимости назначения повторной судебной экспертизы по вопросу определения рыночной стоимости объектов, отчужденных по договору купли-продажи от 04.02.2016 (земельного участка с кадастровым номером 61:26:0070301:770 и расположенных на нем двух нежилых зданий с кадастровыми номерами 61:26:0070301:603, 61:26:0070301:598). С учетом приведенных предпринимателем доводов об изменении состояния указанных зданий после заключения указанного договора апелляционный суд пришел к выводу о необходимости постановки перед экспертом также вопроса о том, был ли изменены параметры указанных нежилых зданий в сравнении с их состоянием на 04.02.2016, привели они или не привели к изменению стоимости указанных объектов, а также вида этих улучшений с точки зрения характера их связи с объектами.

Определением от 17.12.2018 судом апелляционной инстанции назначена повторная судебная оценочная экспертиза, в федеральное бюджетное учреждение «Южный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» с обозначенными выше вопросами.

Согласно выводам, изложенным экспертами в заключении от 24.12.2018 №4017,4018/10-3, рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 61:26:0070301:770, площадью 3413 кв. м, расположенного по адресу: <...> (ранее ул. Октябрьская, 26-а) и расположенных на нем двух нежилых зданий с кадастровым номером 61:26:0070301:603, общей площадью 513 кв.м, с кадастровым номером 61:26:0070301:598, общей площадью 220,9 кв.м, по состоянию на 04.02.2016 составляет 2 392 558 рублей.

С учетом выводов экспертизы, проведенной в суде апелляционной инстанции, суд приходит к выводу о том, что спорные земельные участки переданы ФИО5 на сумму, которая в 5 раз ниже рыночной стоимости, установленной экспертами. Указанной подтверждает выводы суда первой инстанции об убыточности заключенных между колхозом и ФИО15 сделок купли продажи по договору №31 и договору купли-продажи б/н.

В соответствии с пунктом 8 статьи 38 Закона №193-ФЗ суд отказывает в удовлетворении требований о признании сделки, совершенной с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, недействительной при наличии одного из следующих обстоятельств: к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения данной сделки по правилам, предусмотренным настоящим Федеральным законом; не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков кооперативу или члену кооператива, ассоциированному члену кооператива, обратившимся с таким иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них; при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке не знала и не должна была знать о ее совершении с нарушением предусмотренных настоящим Федеральным законом требований к ней.

Колхозом доказательства последующего одобрения договора №31 и договора б/н в материалы дела не представлены.

Колхоз знал, что спорные договоры заключены с нарушением норм действующего законодательства, поскольку протоколы общего собрания членов колхоза об одобрении сделок отсутствуют, колхоз, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательства того, что им предприняты все необходимые меры для заключения оспариваемых договоров с соблюдением действующего законодательства.

В силу статьи 10 и частей 1 и 2 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Учитывая изложенное, заключение оспариваемых договоров купли-продажи земельных участков и основных средств (зданий), принадлежащих колхозу, нарушает законные права и интересы ФИО2, наделенной имущественным паем; колхоз и ФИО5 действовали в обход закона с намерением причинить вред, как членам колхоза, так и самому колхозу.

Колхозом и ФИО5 заявлено о пропуске истцом срока исковой давности на основании пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации под исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 26 постановления Пленумов Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 №15/18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» предусмотрено, что если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Частью 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии со стороны колхоза доказательств того, что истцу стало известно или должно было стать известным об оспариваемой сделке и нарушениях при ее совершении более чем за один год до обращения с иском в арбитражный суд.

Кроме того, на истца как на члена колхоза не возложена обязанность по получении сведений из каких-либо источников о составе имущества колхоза. Информацию о деятельности сельскохозяйственного производственного кооператива члены кооператива могут получить только на общегодовых собраниях кооперативов.

Статьей 20 Закона №193-ФЗ установлено, что общее собрание членов кооператива является высшим органом управления кооперативом и полномочно решать любые вопросы, касающиеся деятельности кооператива, в том числе отменять или подтверждать решения правления и (или) председателя кооператива и наблюдательного совета кооператива. К исключительной компетенции общего собрания членов кооператива относятся рассмотрение и принятие решений по следующим вопросам:

1) утверждение устава кооператива, внесение изменений и дополнений к нему;

2) выборы председателя, членов правления кооператива и членов наблюдательного совета кооператива, заслушивание отчетов об их деятельности и прекращение их полномочий;

3) утверждение программ развития кооператива, годового отчета и годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности;

4) установление размера и порядка внесения паевых взносов и других платежей, порядка их возврата членам кооператива при выходе из кооператива;

5) порядок распределения прибыли (доходов) и убытков между членами кооператива;

6) отчуждение земли и основных средств производства кооператива, их приобретение, а также совершение сделок, если решение по этому вопросу настоящим Федеральным законом или уставом кооператива отнесено к компетенции общего собрания членов кооператива;

7) определение видов и размеров фондов кооператива, а также условий их формирования;

8) вступление кооператива в другие кооперативы, хозяйственные товарищества и общества, союзы, ассоциации, а также выход из них;

9) порядок предоставления кредитов членам кооператива и установление размеров этих кредитов;

10) создание и ликвидация представительств и филиалов кооператива;

11) реорганизация и ликвидация кооператива;

12) прием и исключение членов кооператива (для производственного кооператива);

13) создание исполнительной дирекции;

14) определение условий и размера вознаграждения членов правления и (или) председателя кооператива, компенсации расходов членов наблюдательного совета кооператива;

15) привлечение к ответственности членов правления и (или) председателя кооператива, членов наблюдательного совета кооператива;

16) утверждение внутренних документов (положений) кооператива, определенных настоящим Федеральным законом и уставом кооператива;

17) решение иных отнесенных настоящим Федеральным законом или уставом кооператива к исключительной компетенции общего собрания членов кооператива вопросов (пункт 2 статьи 20 Закона №193-ФЗ).

Сведений о проведении общих собраний членов колхоза по итогам 2014-2016 годов в материалах дела отсутствуют, надлежащие доказательства одобрения спорных сделок (протокол общего собрания членов колхоза) в материалы дела не представлены.

Учитывая изложенное, доводы колхоза о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям правомерно отклонены судом первой инстанции.

С учетом организационно-правовой формы колхоза как стороны сделки другая сторона сделки - общество должно было знать о необходимости соблюдения норм статьи 38 Закона №193-ФЗ при заключении договора №31 и договора б/н.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

По смыслу данной нормы права целью реституции является приведение сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки.

Пунктом 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с пунктом 81 постановления №25 при рассмотрении требования лица, передавшего индивидуально-определенную вещь по недействительной сделке, индивидуально-определенная вещь подлежит возврату, если она сохранилась у получившей ее стороны.

Судом установлено, что в настоящее время спорные объекты находятся у ответчика, что не оспаривается сторонами, а также факт уплаты стоимости отчужденных объектов.

Следовательно, требование о применении реституции подлежит удовлетворению.

Учитывая изложенное, требования истца правомерно удовлетворены судом первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что указание в резолютивной части решения суда первой инстанции на взыскание с ФИО5 в пользу колхоза стоимости земельных участков и расходов по оплате государственной пошлины, является опечаткой, которая может быть исправлена в порядке, предусмотренном статьей 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку, в рассматриваемом случае в связи с признанием сделок недействительными последствия этих сделок устраняются в результате применения двусторонней реституции между ее сторонами (колхозу возвращаются спорные земельные участки по договорам купли-продажи земельного участка от 24.11.2014 №31, купли-продажи нежилого здания и земельного участка от 04.02.2016), а колхозом – денежные средства, оплаченные ответчиком ФИО7 (в порядке процессуальной замены ответчика индивидуального предпринимателя ФИО5 на его правопреемника - наследника по закону - ФИО7).

Государственная пошлина по иску подлежала взысканию в пользу истца с ответчика, как с проигравшей стороны.

Доводы о нарушении судом первой инстанции о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, выразившихся в возвращении замечаний на протокол судебного заседания, поступившего, по мнению ответчика, своевременно, отклоняются, как основанные на неверном понимании норм процессуального права.

В соответствии с абзацами 1, 2 части 7 статьи 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в редакции, действующей до 01.10.2019, участвующие в деле, имеют право знакомиться с аудиозаписью судебного заседания, протоколами судебного заседания и протоколами о совершении отдельных процессуальных действий и представлять замечания относительно полноты и правильности их составления в трехдневный срок после подписания соответствующего протокола. К замечаниям могут быть приложены материальные носители проведенной лицом, участвующим в деле, аудио- и (или) видеозаписи судебного заседания.

Замечания на протокол, представленные в арбитражный суд по истечении трехдневного срока, судом не рассматриваются и возвращаются лицу, представившему эти замечания.

Как следует из материалов дела, замечания на протокол судебного заседания от 14.02.2018 поступили 26.02.2018 и 06.03.2018, следовательно, ФИО5 был пропущен трехдневный срок на подачу замечаний, а, потому, замечания на протокол судебного заседания от 26.02.2018 и от 06.03.2018 по настоящему делу правомерно возвращены судом первой инстанции.

Судом первой инстанции верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, дана правильная оценка доказательствам и доводам участвующих в деле лиц.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению решения, апелляционной инстанцией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 19.02.2018 по делу №А53-29441/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано через арбитражный суд первой инстанции в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого постановления, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Б.Т. Чотчаев

СудьиЕ.А. Маштакова

С.И. Яицкая