Постановление от 22 июня 2023 г. по делу № А76-28824/2020

466/2023-44012(1)



ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-7413/2023
г. Челябинск
22 июня 2023 года
Дело № А76-28824/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2023 года. Постановление изготовлено в полном объеме 22 июня 2023 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Колясниковой Ю.С., судей Аникина И.А., Камаева А.Х.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Челябинской области от 06.04.2023 по делу № А7628824/2020.

В судебном заседании принял участие представитель главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 05.12.2019, срок действия пять лет, диплом).

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет, в судебное заседание представители иных лиц не явились.

С учетом мнения представителя истца и в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц.

Глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 (далее – истец, глава КФХ ФИО3) обратился в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ИП ФИО2) о взыскании 1 272 743 руб., в том числе сумму неотработанного аванса в размере 350 000 руб., убытки в сумме 82 743 руб., неустойку в сумме 840 000 руб. (с учетом принятого судом уточнения иска в порядке стать 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации – т. 4 л.д. 21).

14.01.2021 в материалы дела поступило встречное исковое заявление ИП ФИО2 к главе КФХ ФИО3 о взыскании задолженности по


договору подряда в сумме 639 100 руб., неустойки в сумме 100 000 руб. всего 739 100 руб. (с учетом принятого судом уточнения иска в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации – т. 4 л.д. 19- 20).

Решением суда первой инстанции от 06.04.2023 (резолютивная часть от 30.03.2023) первоначальные исковые требования удовлетворены в полном объеме. В удовлетворении встречного иска отказано.

С вынесенным решением не согласился ответчик, обжаловав его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе ИП ФИО2 (далее также - податель жалобы, апеллянт) просит отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении первоначального иска отказать, встречный иск удовлетворить.

Податель жалобы настаивает на том, что выполненные подрядчиком работы являются принятыми заказчиком и подлежат оплате в полном объеме ввиду отсутствия мотивированного отказа от приемки выполненных работ. Истцом по первоначальному иску не представлено каких-либо доказательств предъявления претензий (замечаний) подрядчику по качеству выполненных работ, соблюдения предусмотренного договором порядка разрешения разногласий по качеству выполненных работ. Утверждения представителя истца о ведении сторонами переговоров о «переделке» работ не соответствуют действительности и не подтверждены надлежащими доказательствами.

По мнению апеллянта, доводы заказчика о качестве выполненных работ не имеют правового значения, так как заказчик фактически принял в 2017 году результат работ и приступил к его использованию в собственной производственной деятельности. Факт эксплуатации истцом результата выполненных работ установлен в том числе материалами первой судебной экспертизы и очевиден из приложенных к заключению эксперта ФИО5 фотоматериалов. Фактические и правовые основания считать указанные экспертами недостатки работ скрытыми отсутствуют. Способы, порядок и методы определения качества асфальтового покрытия (включая, ровность, уклоны, состав и толщины слоев) являются общеизвестными и предусмотрены в том числе в самом договоре подряда ГОСТом 54401-2011.

Апеллянт считает, что суд первой инстанции безосновательно взыскал неустойку за просрочку выполнения работ, а также отклонил заявление ответчика об уменьшении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. По мнению апеллянта, о явной чрезмерности заявленного размера неустойки свидетельствует не только ее превышение размеров банковских ставок, но и превышение размера аванса в более чем два раза. Истец не представил доказательств, что предполагаемые нарушения договора привели к негативным последствиям. Взыскание неустойки, имеющей явный штрафной характер, в полном объеме не компенсирует возможные убытки ответчика (потребителя), а необоснованно обогатит истца за счет ответчика.

К дате судебного заседания отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в


суд апелляционной инстанции не поступил.

До начала судебного заседания от ИП ФИО2 поступило ходатайства об отложении судебного заседания.

В судебном заседании представитель истца возражал относительно удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд отказывает в его удовлетворении в силу следующего.

Как следует из статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство: в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными; по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине; если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Указанные нормы статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривают право, но не обязанность суда отложить судебное разбирательство в случае заявления лицом, участвующим в деле, такого ходатайства.

При рассмотрении соответствующего ходатайства суд учитывает конкретные обстоятельства и рассматривает представленные стороной доказательства.

Применительно к настоящему спору суд апелляционной инстанции учитывает, что позиция заявителя апелляционной жалобы изложена в жалобе.

Дополнительных доводов, о необходимости приобщения дополнительных доказательств ответчиком не заявлено. Аргументов, свидетельствующих о невозможности рассмотрения жалобы по имеющимся в деле доказательствам, не заявлено. При таких обстоятельствах суд имеет возможность рассмотреть жалобу по имеющимся в материалах дела доказательствам.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции не усматривает правовых оснований для отложения судебного разбирательства в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и отказывает в удовлетворении ходатайства.

В судебном заседании представитель истца возражал относительно удовлетворения апелляционной жалобы, просил решение суда оставить в силе.


Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 14.07.2017 между ИП глава КХП ФИО3 и ИП ФИО2 был заключен договор подряда на выполнение работ по асфальтированию внутреннего помещения здания и прилегающей территории, в соответствии с которым ИП ФИО2 принял на себя обязательство качественно выполнить работы по укладке асфальтового покрытия в помещении, предназначенном для хранения зерна, движения грузовых транспортных средств (самосвалов, погрузчиков) по адресу: <...> (хоз. здание МТМ) а также на территории, прилегающей к этому зданию (п. 1.1. договора)

Согласно п. 3.2.2. договора срок окончания работ 31.07.2017 г.

В силу п. 3.2.3. договора марка укладываемого асфальта «Б2 - мелкозернистый с фракцией щебня 5-15 мм, общим содержанием щебня 4050%», толщина покрытия 5 см после катка. Укладка асфальта должна производиться в соответствии с ГОСТ 54401-2011. Уклон от здания 10 мм на 1 погонный метр. Внутри здания уклон следует выполнить к восточной стене здания. Укладка асфальта предусматривается: на участках уже имеющих асфальтовое и/или бетонное покрытие - непосредственно на такое покрытие, очищенное от строительного мусора, либо с дополнительным слоем щебня толщиной не менее 10 см; на участках, не имеющих асфальтового и/или бетонного покрытия - асфальт должен укладываться на основании из слоя утрамбованного щебня толщиной не менее 30 см. Стоимость такого дополнительного основания включена в согласованную стоимость 600 рублей за 1 м2 работ.

После завершения выполнения работ подрядчик представляет заказчику подписанный со своей стороны акт выполненных работ, а также гарантийные обязательства и исполнительную документацию. (п. 3.4. договора)

На основании п. 4.1. договора стоимость работ по асфальтированию, по настоящему Договору, составляет 600 (шестьсот) рублей за один квадратный метр. Общая стоимость работ составляет 840 000 (восемьсот сорок тысяч) рублей 00 копеек. (п. 4.6. договора)

Площадь, подлежащая асфальтированию, составляет: Внутри здания - 470 кв. м; Территория, примыкающая к западной стене здания МТМ - 930 кв. м. Общая площадь, подлежащая асфальтированию, составляет 1 400 кв. м. (п. 4.2. и 4.3. договора).

Заказчик производит предварительную оплату в размере 200 000 (двести тысяч рублей) на расчетный счет подрядчика. Окончательная оплата: заказчик перечисляет на расчетный счет исполнителя в срок до 01.10.2017, при условии выполнения подрядчиком работ в полном объеме в срок до 10.08.2017 (п. 4.6. договора).

Согласно п. 5.2 договора в случае нарушения подрядчиком сроков выполнения и сдачи работ, заказчик вправе потребовать уплату штрафа (пени) в


размере 1 % от стоимости несвоевременно выполненных работ за каждый день просрочки.

В случае несвоевременной оплаты заказчиком выполненных работ, подрядчик вправе потребовать уплаты штрафа (пени) в размере 1% от не оплаченной в срок суммы за каждый день просрочки (п. 5.3. договора).

Истец оплатил ответчику авансовые платежи на общую сумму 350 000 руб., в том числе по платежному поручению № 55 от 24.07.2017 - 150 000 руб., № 57 от 25.07.2017 - 50 000 руб., № 63 от 31.08.2017 - 50 000 руб., № 66 от 01.09.2017 - 50 000 руб. и № 71 от 06.09.2017 - 50 000 руб.

Как указывает истец по первоначальному иску, в связи с длительной просрочкой выполнения работ, предусмотренных договором подряда от 14.07.2017 ИП Глава КХП ФИО3 утратил интерес в их выполнении и заявил об отказе от принятия исполнения вышеуказанного договора подряда (претензия истца № 47 от 08.06.2020).

Неисполнение требований, изложенных в претензии, послужило основанием для обращения ИП Главы КХП ФИО3 в суд с первоначальными исковыми требованиями.

В свою очередь, отсутствие оплаты выполненных работ на сумму 730 000 руб. послужило основанием для обращения ИП ФИО2 со встречными исковыми требованиями в арбитражный суд.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования и отказывая в удовлетворении встречных исковых требований, суд первой инстанции приняв во внимание условия договора от 14.07.2017, решение ИП Главы ФИО3 об одностороннем отказе от договора, выводы экспертного заключения, пришел к выводу, что у заказчика не возникло обязательств по оплате работ, поскольку материалами дела, в том числе экспертным заключением установлено, что недостатки выполненных работ имеют существенный характер, результат работ не имеет для заказчика потребительской ценности, следовательно, обязательства по оплате выполненных работ у заказчика не возникло. Также суд первой инстанции исходил из пропуска истцом по встречному иску срока исковой давности по заявленным требованиям.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Спорные отношения сторон возникли из договора от 14.07.2017 на выполнение работ по асфальтированию внутреннего помещения здания и прилегающей территории, содержание которого соответствует положениям главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание, что первоначальные исковые требования заявлены о взыскании неотработанного аванса, а встречные исковые требования о взыскании задолженности за выполненные работы, судебная коллегия рассматривает вопросы встречных требований в первую очередь, так как установление их обоснованности может исключить полностью или в части удовлетворение первоначальных исковых требований.


В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Пунктом 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В силу положений статей 720, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Согласно статье 746 Гражданского кодекса Российской Федерации оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором. При отсутствии таких условий в договоре, оплата производится в соответствии со статьей 711 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику (пункт 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

Согласно пункту 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Пунктом 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В рассматриваемом случае в связи с длительной просрочкой выполнения работ, предусмотренных договором подряда от 14.07.2017 ИП Глава КХП


ФИО3 утратил интерес в их выполнении и заявил об отказе от принятия исполнения вышеуказанного договора подряда (претензия истца № 47 от 08.06.2020).

Таким образом, заказчиком реализовано право на односторонний отказ от исполнения договора на основании пункта 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации посредством направления в адрес подрядчика претензии № 47 от 08.06.2020.

Оценивая наличие оснований для отказа от договора, судом первой инстанции было установлено отсутствие в материалах дела доказательств выполнения ответчиком работ в полном объеме.

По общему правилу при расторжении договора исполненное по обязательствам не возвращается, если к моменту расторжения встречные имущественные предоставления осуществлены надлежащим образом (пункт 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако это правило не исключает возможности истребовать ранее исполненное до расторжения договора при отсутствии эквивалентного предоставления, если другая сторона неосновательно обогатилась (статья 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»).

В пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» разъяснено, что при расторжении договора сторона не лишена права истребовать ранее исполненное, если другая сторона неосновательно обогатилась (статья 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» установлено, что если при рассмотрении спора, связанного с расторжением договора, по которому одна из сторон передала в собственность другой стороне какое-либо имущество, судом установлено нарушение эквивалентности встречных предоставлений вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей одной из сторон, сторона, передавшая имущество, вправе требовать возврата переданного другой стороне в той мере, в какой это нарушает согласованную сторонами эквивалентность встречных предоставлений.

С целью определения объемов и стоимости фактически выполненных ИП ФИО2 работ по договору от 14.07.2017, определением суда от 04.02.2021 (т. 1 л.д. 142-143) по ходатайству ответчика назначена судебная экспертиза.

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:


1) соответствуют ли условиям договора на выполнение работ по асфальтированию внутреннего помещения здания и прилегающей территории от 14.07.2017г по объему, по количеству и по качеству выполненные на объекте строительные работы подрядчика, а также требованиям строительных норм и Правил?

2) Если указанные работы выполнены с недостатками,

- являются ли обнаруженные экспертами недостатки в выполненных подрядчиком работах существенными и/или неустранимыми?

- являются ли указанные недостатки результата работ, которые были выполнены подрядчиком, такими недостатками, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре цели и не могли быть устранены подрядчиком или заказчиком?

- относятся ли указанные выполненные работы подрядчика к работам, выполненным с мелкими отступлениями от технической документации, и повлияло ли это на качество результата работ по смыслу п. 2 ст. 754 ГК РФ?

3) Какова стоимость некачественно выполненных подрядчиком работ на объекте заказчика?

4) Какова стоимость работ по устранению выявленных дефектов в выполненных подрядчиком работах?

5) Какова стоимость качественно выполненных подрядчиком работ?

07.09.2021 в материалы дела поступило экспертное заключение Южно-Уральской торгово-промышленной палаты (т. 2 л.д. 37-68).

По результатам исследования экспертом сделаны выводы, что ответчиком выполнено устройство асфальтового покрытия:

- внутри здания: общий объем – 650,05 кв.м, что не соответствует условиям пункта 4.2.1 договора, согласно которому общий объем внутри здания должен составлять 470 кв.м;

- прилегающей территории: общий объем – 883,68 кв.м, что не соответствует условиям пункта 4.2.2 договора, согласно которому общий объем внутри здания должен составлять 930 кв.м.

Определением суда от 28.02.2022 была назначена повторная экспертиза (т 3 л.д. 45-46), при этом суд согласился с доводами ответчика о нарушении со стороны эксперта Южно-Уральской торгово-промышленной положений, а именно исходя из выводов эксперта невозможно определить объект оценки, не представлены и не отражены средства измерения, отсутствует вывод о наличии (отсутствии) дефектов выполненных работ.

07.09.2022 в материалы дела поступило экспертное заключение общества «НСЭ» ПРИНЦИП» (т. 3 л.д. 89-137).

В рамках проведения судебной экспертизы, судебным экспертом в заключении № 2022.21С установлено следующее:

1. Выполненные подрядчиком на исследуемом объекте строительные работы по договору от 14.07.2017 на выполнение работ по асфальтированию внутреннего помещения здания и прилегающей территории не соответствуют условиям договора (п. 1.1, п. 3.2.3, п. 4.21, п. 4.22, п. 4.3) и требованиям СП 78.13330.2012.


2. Выявленные недостатки результата работ, которые были выполнены подрядчиком, являются недостатками, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре цели. Выявленные недостатки не могли быть устранены подрядчиком или заказчиком. Выполненные работы подрядчиком не относятся к работам, выполненным с мелкими отступлениями от технической документации.

3. Стоимость некачественно выполненных подрядчиком работ на объекте заказчика, предусмотренных договором (внутри и снаружи здания МТМ) составляет 835 320 рублей. стоимость некачественно выполненных подрядчиком дополнительных работ на объекте заказчика, не предусмотренных договором (возле здания зерносклада № 1) составляет 153 780 рублей.

4. Стоимость работ по устранению выявленных дефектов в выполненных подрядчиком работах снаружи и внутри здания МТМ (территория по договору) составляет 1 201 325 рублей. Стоимость работ по устранению выявленных дефектов в выполненных подрядчиком работах возле здания зерносклада № 1 (дополнительный объем) составляет 240 941 рубль.

5. Качественно выполненные подрядчиком работы отсутствуют, то есть, стоимость качественно выполненных подрядчиком работ составляет 0 (ноль) рублей.

Таким образом, заключениями экспертов № 2022.21С и № 026-02-00076 установлено, что работы выполненные ответчиком, однако, в объеме несколько меньше, нежели предусмотрено договором подряда от 14.07.2017, а выполненная часть работ имеет существенные неустранимые недостатки, что исключает возможность использования результата работ.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

В соответствии с пунктом 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

В свою очередь оснований считать недостоверными выводы эксперта у суда апелляционной инстанции не имеется.

Так, результаты судебной экспертизы, изложенные в заключении эксперта № 2022.21С (т. 3 л.д. 89-137) оформлены с соблюдением требований статей 82, 83 и 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, отводов по данной кандидатуре заявлено не было.


Изложенные в экспертном заключении данные объективно и достоверно отражают стоимость и объем фактически выполненных подрядчиком работ; не принимать указанное заключение у суда оснований не имеется. В качестве экспертов привлечены лица, обладающие специальными познаниями, которые были необходимы для дачи заключения по поставленному судом вопросу, экспертами даны подписки о том, что они предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; экспертное заключение по форме и содержанию соответствует требованиям части 1 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заключение экспертизы выполнено полно, не содержит неточности и неясности в ответе на поставленный вопрос, выводы эксперта являются однозначными, не носят вероятностного характера, экспертом проведен подробный необходимый анализ в обоснование вывода, в связи с чем у суда апелляционной отсутствуют сомнения в обоснованности заключения эксперта.

Принимая во внимание все пояснения эксперта и выводы, указанные в заключении, суд первой инстанции обоснованно признал в качестве надлежащего и допустимого доказательства заключение № 2022.21С (т. 3 л.д. 89-137) достаточным для рассмотрения спора по существу заявленных требований.

Несогласие ИП ФИО2 с выводами экспертизы не является основанием для ее непринятия судом первой инстанции. Противоречий или неполноты в проведенном исследовании в материалы дела в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не предоставлено.

Довод апеллянта о том, что эксперт не сделал вывод относительно того носят ли выявленные недостатки выполненных работ по своему содержанию характер явных или скрытых недостатков, отклоняется апелляционной коллегией, поскольку ИП ФИО2 при назначении экспертизы в суде первой инстанции не просил суд поставить на разрешение эксперта вопрос о наличии явных или скрытых недостатков.

Таким образом, применительно к рассматриваемой ситуации, учитывая специфику деятельности ответчика, срок выполнения работ имеет определяющее значение для заказчика при заключении договора. Иными словами результат работ должен быть выполнен в установленные в договоре сроки и в соответствии с техническим заданием, то есть иметь для заказчика потребительскую ценность.

Нарушение сроков выполнения работ, а равно выполнение работ с недостатками, в случае утраты заказчиком интереса в исполнении, не возлагает на последнего обязанности по возмещению подрядчику убытков, вызванных отказом от договора в одностороннем порядке, либо по оплате части выполненных работ. Иной подход означал бы необоснованное возложение на заказчика обязательства по оплате результата работ, не имеющего для него потребительскую ценность, а равно предоставлял бы недобросовестным подрядчикам требовать оплаты при нарушении сроков выполнения работы как существенного условия договора в силу специфики деятельности заказчика и


дальнейшего утраты заказчиком интереса к исполнению договора, что не соответствовало бы положениям статей 405, 715, 717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положения статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются в случае отказа заказчика от исполнения договора в связи с нарушением подрядчиком срока выполнения работ, то есть по правилам пункта 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ввиду того, что экспертными заключениями подтверждается, что работы выполнены, однако, в выполненных работах имеются существенные недостатки, для устранения которых по сути требуется демонтаж результата работ, а также то, что заказчик отказался от договора, следовательно у ИП ФИО2 не возникло право требовать оплаты работ, а также отсутствуют правовые основания для удержания ранее перечисленных авансовых платежей.

С учетом изложенного, выводы суда первой инстанции об отсутствии у Главы КХП ФИО3 обязанности по оплате выполненных работ являются верными.

Также суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об истечении срока исковой давности по встречным исковым требованиям.

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 2 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43), к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.


В соответствии с пунктом 21 Постановления № 43 перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения. Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Согласно пункту 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Срок выполнения работ по договору от 14.07.2017 установлен до 31.07.2017 (пункт 3.2.2. договора).

В соответствии с пунктом 4.6.1 договора заказчик производит предварительную оплату в размере 200 000 руб. на расчетный счет подрядчика.

Согласно пункту 4.6.2 договора оставшиеся денежные средства заказчик перечисляет в срок до 01.10.2017 при условии выполнения подрядчиком работ в полном объеме в срок до 10.08.2017.

С учетом названных положений норм материального права и условий спорного договора от 14.07.2017 срок оплаты работ наступил 01.10.2017.

Как правильно отмечено судом первой инстанции, о нарушении своего права ответчик узнал 02.10.2017 и именно с данной даты начинается течение срока исковой давности. Данный вывод суда первой инстанции подтверждается в том числе и тем, что материалы дела не содержат доказательств выполнения работ после 20.08.2017.

Из материалов дела следует, что истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением 14.01.2021, то есть с пропуском трехлетнего срока исковой давности.

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно отказал во встречном иске.

Доводы апелляционной жалобы оценены судом апелляционной инстанции в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и не нашли своего подтверждения по основаниям, изложенным в мотивировочной части постановления, а потому во внимание не принимаются.


В силу изложенного, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отказе в удовлетворении встречных исковых требований в полном объеме.

Требования истца по первоначальному иску мотивированы возникновением на стороне ответчика неосновательного обогащения в размере оплаченных, но не выполненных работ в соответствии с положениями статей 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что истец по первоначальному иску во исполнение условий договора перечислил ответчику по первоначальному иску денежные средства в сумме 350 000 руб. по платежным поручениям № 55 от 24.07.2017 - 150 000 руб., № 57 от 25.07.2017 - 50 000 руб., № 63 от 31.08.201750 000 руб., № 66 от 01.09.2017 - 50 000 руб. и № 71 от 06.09.2017 - 50 000 руб.

Факт получения денежных средств ответчиком на оспорен (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений статей 711, 715, 717, 1102, подпункта 3 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» в случае отказа заказчика от исполнения договора подряда у подрядчика отсутствуют правовые основания для удержания неосвоенной суммы аванса.

Применительно к правовой позиции, сформированной в Определении Верховного суда Российской Федерации от 31.05.2018 № 309-ЭС17-21840 с момента отказа стороны от договора у другой стороны, получившей денежные средства и не предоставившей встречное предоставление возникает денежное обязательство по возврату денежных средств.

Согласно пункту 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статей 1109 настоящего Кодекса.

При таких обстоятельствах, с учетом того, что выполненные работы являются ненадлежащего качества и подлежат демонтажу, глава КХП ФИО3


А.А. отказался от договора, следовательно, правовые оснвоания для удержания ранее перечисленных платежей у ИП ФИО2 не имеется.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил требование главы КХП ФИО3 о взыскании 350 000 руб.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу части 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно части 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29.09.2016 № 2133-О вопрос о включении денежных сумм в состав подлежащих возмещению убытков решается судом в каждом конкретном деле исходя из его фактических обстоятельств.

Предъявляя требование о возмещении убытков, кредитор должен доказать их наличие, произвести расчет убытков, в том числе упущенной выгоды, доказать факт неисполнения или ненадлежащего исполнения должником принятого на себя обязательства (противоправность) и наличие причинной связи между поведением должника и наступившими убытками (статья 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского


кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

С учетом выводов эксперта № 026-02-00076 от 01.09.2021 стоимость по устранению выявленных недостатков в выполненных ответчиком работах по демонтажу асфальтового покрытия составляет 148 093 руб. Также экспертом была определена стоимость годных остатков в размере 65 350 руб.

Таким образом, по расчету истца по первоначальному иску (т. 4 л.д. 25) размер причиненных убытков истцу составляет 82 743 руб.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии причинно-следственной связи между возникшими на стороне истца убытками и действиями ответчика.

В апелляционной жалобе ответчик не ссылается на отсутствие своей вины в причинении убытков, в связи с чем требование истца о взыскании убытков в размере 82 743 руб. является обоснованным.

ИП Главой КХП ФИО3 также было заявлено требование о взыскании 840 000 руб. неустойки.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации, исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в


случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке (статья 331 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 5.2 договора в случае нарушения подрядчиком сроков выполнения и сдачи работ, заказчик вправе потребовать уплату штрафа (пени) в размере 1 % от стоимости несвоевременно выполненных работ за каждый день просрочки.

По расчету ИП Главы КХП ФИО3 сумма неустойки за нарушение срока выполнения работ за период с 01.08.2017 по 10.11.2017 составляет 8 752 800 руб., но истцом по собственной инициативе произведено уменьшение неустойки до суммы 840 000 руб. (л.д. 32 т. 1).

Представленный истцом в уточненном виде расчет неустойки судом первой инстанции проверен, признан арифметически и методологически верным. Оснований для применения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судом первой инстанции не усмотрено.

Между тем суд апелляционной инстанции с данными выводами суда первой инстанции согласиться не может в силу следующего.

В силу пункта 3.2 договора работы, предусмотренные настоящим договором, осуществляются подрядчиком в следующие сроки:

3.2.1. начало работ: 17.07.2017; 3.2.2. окончание работ: 31.07.2017.

В соответствии с пунктом 4.6.1 договора заказчик производит предварительную оплату в размере 200 000 руб. на расчетный счет подрядчика.

Согласно пункту 4.6.2 договора оставшиеся денежные средства заказчик перечисляет в срок до 01.10.2017 при условии выполнения подрядчиком работ в полном объеме в срок до 10.08.2017.

В силу п. 5.2 договора в случае нарушения подрядчиком сроков выполнения и сдачи работ, заказчик вправе потребовать уплату штрафа (пени) в размере 1 % от стоимости несвоевременно выполненных работ за каждый день просрочки.

На основании статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.


Из буквального прочтения и толкования указанного условия договора судом апелляционной инстанции установлено, что заказчик вправе потребовать уплату штрафа (пени) в размере 1 % от стоимости несвоевременно выполненных работ за каждый день просрочки.

Факт того, что работы подрядчиком выполнены по договору подтверждается в том, что и заключениями эксперта. Из буквального толкований условий п. 5.2 договора к расчету принимается лишь стоимость несвоевременно выполненных работ, вопросы качества на условие о взыскании неустойки не влияют, что следует из буквального содержания указанного пункта.

Из материалов дела следует, что паспорта-накладные на асфальтобетонную смесь представлены за период 15.08.2017-20.08.2017 (т. 3 л.д. 34-40). Указанные накладные передавались на исследование экспертам при проведении судебной экспертизы, при этом экспертами не указано в заключениях на использование иной асфальтной смеси.

Из указанных паспортов-накладных на асфальтобетонную смесь следует, что температура смеси при отпуске на заводе составляла 150 градусов цельсия.

При этом с учетом специфики поставляемого на объект товара, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что укладка горячей асфальтобетонной смеси производилась в тот же день.

Иного из материалов дела не следует, сторонами не доказано.

Таким образом, коллегия считает, что на общую сумму договора в размере 840 000 руб. истец по первоначальному иску вправе требовать начисления неустойки за период с 01.08.2017 (в силу пункта 3.2.2 договора) по 20.08.2017 (с учетом даты последней накладной на асфальтобетонную смесь).

Размер неустойки на сумму долга в размере 840 000 руб. за период с 01.08.2017 по 20.08.2017 составит 168 000 руб.

Суд апелляционной инстанции при расчете неустойки за период с 21.08.2017 по 10.11.2017, принимает во внимание выводы судебной экспертизы общества «НСЭ» ПРИНЦИП» (т. 3 л.д. 89-137).

Из выводов эксперта следует, что ИП ФИО2 были выполнены работы, о полном отсутствии выполнения работ экспертом не указано.

Так, по результатам исследования экспертом сделаны выводы, что ответчиком выполнено устройство асфальтового покрытия:

- внутри здания общий объем – 493, 3 кв. м с учетом согласованного в договоре 470 кв м (п. 4.2.1);

- прилегающая территория общий объем – 898,9 кв.м, с учетом согласованного в договоре 930 кв.м (п. 4.2.2).

Таким образом из заключения эксперта следует, что ответчик по первоначальному иску недоделал работы на прилегающей территории в размере 31,1 кв.м (930 кв.м. - 898,9 кв.м).

Учитывая стоимость работ за 1 кв. м в размере 600 руб. (пункт 4.1 договора), суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что ИП ФИО2 не выполнено работ по договору на сумму 18 660 руб. (31,1 кв.м х 600 руб.).


Учитывая изложенное, сумма пени на сумму долга за несвоевременно выполненные работы в размере 18 660 руб. за период с 21.08.2017 по 10.11.2017 (дата определена истцом по первоначальному иску) сумма неустойки составит 15 301 руб.

Всего сумма неустойки за период с 01.08.2017 по 10.11.2017 составит 183 301 руб. 20 коп.

Между тем ИП ФИО2 в ходе судебного разбирательства заявлялось ходатайство о применении к спорным правоотношениям положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы относительно отказа в удовлетворении заявления о применении ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, коллегия считает необходимым отметить следующее.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

В соответствии с пунктом 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 77 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в


период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России (абз. 2 п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Степень соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют правила ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), неустойка может быть снижена судом на основании ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика.

В системе действующего правового регулирования неустойка, являясь способом обеспечения обязательств и мерой гражданско-правовой ответственности, носит компенсационный характер. При этом выплата кредитору неустойки предполагает такую компенсацию его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2015 № 5-КГ14-131).

Таким образом, неустойка как способ обеспечения обязательств должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Согласно правовой позиции, изложенной Определении Конституционного Суда РФ от 21.12.2000 № 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Именно поэтому в части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение


суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства.

При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

Таким образом, при применении ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан обеспечить баланс интересов сторон с целью недопущения нарушения прав каждой из них, в том числе исключения обогащения одной стороны за счет другой.

Согласно ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлено, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (ч.3 ст.307 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание фактические обстоятельства рассматриваемого спора, предусмотренный договором размер неустойки - 1% за каждый день просрочки, что не является обычно принятым в деловом обороте согласно определению Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.04.2012 № ВАС-3875/12, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о чрезмерности заявленного истцом ко взысканию размера неустойки.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что высокий размер неустойки установлен за нарушение неденежного обязательства, и истцом несмотря на заявленные возражения относительно чрезмерности неустойки не были представлены в порядке статей 65, 66 АПК РФ суду доказательства того, что нарушение такого неденежного обязательства повлекло для истца значительные убытки или иные неблагоприятные последствия, соразмерные взыскиваемой неустойке.

Более того, оценив представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание то, что неустойка должна носить компенсационный характер и не являться средством обогащения, учитывая отсутствие в деле сведений о наступивших для истца отрицательных последствий, а также то, что согласованный в договоре размер неустойки (1%) выходит за рамки обычной деловой практики, установление факта выполнения работ по договору, а также выполнение подрядчиком дополнительных объемов работ, установление в ходе экспертного заключения незначительного объема невыполненных работ (31,1 кв. м), а также принимая во внимание, что выполненные ответчиком работы на протяжении 6 лет используются истцом и не демонтируются, требований по их качеству не заявлялось, суд апелляционной инстанции считает, что с учетом обстоятельств настоящего дела в данном случае имеются основания для


применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшения размера неустойки до ставки 0,1%.

С учетом изложенного размер неустойки за нарушение подрядчиком сроков выполнения и сдачи работ за период с 01.08.2017 по 10.11.2017 составит 18 330 руб. 12 коп. (16 800 руб. + 1 530 руб. 12 коп.):

за период с 01.08.2017 по 20.08.2017 – 840 000 * 20 * 0,1% = 16 800 руб.

за период с 21.08.2017 по 10.11.2017 – 18 660 * 82 * 0,1% = 1 530 руб. 12 коп.

Коллегия отмечает, что неустойка за нарушение срока исполнения обязательства носит компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, который предусматривает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором. Взыскание неустойки не должно приводить к неосновательному обогащению одной стороны за счет другой и к нарушению принципа справедливости; неустойка должна носить компенсационный, а не карательный характер.

При уменьшении неустойки коллегия приходит к выводу о том, что указанный размер ответственности достаточен для обеспечения восстановления нарушенных прав истца по первоначальному иску, соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости и не приведет к чрезмерному, избыточному ограничению имущественных прав и интересов ответчика.

Таким образом, первоначальные исковые требования ИП главы КХП ФИО3 в указанной части подлежат частичному удовлетворению на сумму 18 330 руб. 12 коп.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции усматривает основания для изменения решения суда первой инстанции, поскольку имеют место недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; неправильное применение норм материального права.

Первоначальный иск ИП Главы КХП ФИО3 к ИП ФИО2 подлежит частичному удовлетворению, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию неотработанный аванс в размере 350 000 руб., убытки в сумме 82 743 руб., неустойка в сумме 18 330 руб. 12 коп.,

В остальной части оснований для удовлетворения заявленного ИП Главой КХП ФИО3 иска не имеется.

Судебные расходы по иску и по апелляционной жалобе распределяются по правилам части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При цене уточненного иска в размере 1 272 743 руб. размер государственной пошлины по иску составит 25 727 руб. (подпункт 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации


от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах»).

При подаче искового заявления ИП Главы КХП ФИО3 была уплачена государственная пошлина в размере 24 900 руб. Истец недоплатил 827 руб.

С учетом частичного удовлетворения заявленного иска, а также недоплаты на сумму 827 руб., государственная пошлина по иску в размере 11 625 руб. 21 коп. (пропорционально удовлетворенной части исковых требований) подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Ответчиком (истцом по основному иску) оплачена государственная пошлина в сумме 17 600 руб. по платежному поручению от 11.01.2021 № 1 (л. д.124 том 1).

При сумме иска 739 100 руб. размер государственной пошлины составляет сумма 17 782 руб., недоплата составила сумма 182 руб., указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Итого, государственная пошлина по иску в размере 1 009 руб. 20 коп. (827 руб. + 182 руб.) подлежит взысканию в федеральный бюджет с ИП ФИО2

Поскольку доводы апелляционной жалобы нашли свое подтверждение и при подаче апелляционной жалобы ИП ФИО2 не была уплачена государственная пошлина за ее рассмотрение, с ИП Главы КХП ФИО3 в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 06.04.2023 по делу № А76-28824/2020 изменить в части удовлетворения первоначальных исковых требований, изложив резолютивную часть в следующей редакции:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 неотработанный аванс в размере 350 000 руб., убытки в сумме 82 743 руб., неустойку в сумме 18 330 руб. 12 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 11 625 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 1 009 руб.

В удовлетворении встречного иска отказать.».

Взыскать с главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.


Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья Ю.С. Колясникова

Судьи: И.А. Аникин

А.Х. Камаев