Постановление от 29 апреля 2021 г. по делу № А60-3126/2018




СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13747/2020(3)-АК

Дело № А60-3126/2018
29 апреля 2021 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 28 апреля 2021 года.

Постановление в полном объёме изготовлено 29 апреля 2021 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гладких Е.О.,

судей Зарифуллиной Л.М., Макарова Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Карпаковой С.В.,

при участии заинтересованного лица Гошина Андрея Витальевича,

третьего лица Гошина Максима Андреевича, представителя Полюдова А.Ф. (по устному ходатайству),

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрев в открытом судебном заседании заявление о признании недействительными договора купли-продажи недвижимого имущества от 18.07.2017, заключенного между должником и Коковиной Юлией Анатольевной и договора купли-продажи недвижимого имущества от 09.12.2017, заключенного между Коковиной Юлией Анатольевной и Гошиным Андреем Витальевичем, и применении последствий недействительности сделки в виде обязания Гошина Андрея Витальевича вернуть в конкурсную массу должника земельный участок: кадастровый номер 66:63:0101067:216, здание: кадастровый номер 66:63:0101067:383, здание: кадастровый номер 66:63:0101067:323, расположенные по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А;

вынесенное судьей Баум А.М. в рамках дела № А60-3126/2018

о признании несостоятельным (банкротом) Юсупова Ильдара Сагитовича (далее также – должник) (ИНН 63300055674),

заинтересованные лица: Коковина Юлия Анатольевна, Гошин Андрей Витальевич,

третьи лица: Гошин Максим Андреевич, Коковин Максим Петрович, Черкашин Максим Вячеславович,

установил:

24.01.2018 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Юсупова И.С. о признании его несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 29.01.2018, возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.02.2018 Юсупов И.С. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Шорохов Андрей Владимирович, являющийся членом Ассоциации арбитражных управляющих "Гарантия".

Срок реализации имущества должника неоднократно продлевался.

31.10.2018 финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.03.2020 (резолютивная часть определения объявлена 12.03.2020) заявление финансового управляющего удовлетворено. Признаны недействительными договор купли-продажи недвижимого имущества от 18.07.2017, заключенный между должником и Коковиной Ю.А., и договор купли-продажи недвижимого имущества от 09.12.2017, заключенный между Коковиной Ю.А. и Гошиным А.В., и применены последствия недействительности сделки в виде обязания Гошина А.В. вернуть в конкурсную массу должника земельный участок: кадастровый номер 66:63:0101067:216, здание: кадастровый номер 66:63:0101067:383, здание: кадастровый номер 66:63:0101067:323, расположенные по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А.

Не согласившись с указанным судебным актом, ИП Черкашин М.В. в порядке статьи 42 АПК РФ обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, как принятое о его правах и об обязанностях при этом он не был привлечен к участию в деле, и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

В апелляционной жалобе ИП Черкашин М.В. ссылается на определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.11.2020, которым признан недействительным договор залога от 17.06.2019, заключенный между Черкашиным М.В. и Гошиным А.В. и указывает, что о состоявшихся судебных актах ему стало известно 27.11.2020 в предварительном судебном заседании по делу № 2-847/2020, рассматриваемому Сухоложским городским судом Свердловской области по его иску к Гошину А.В. о взыскании задолженности по договору займа от 17.06.2019.

В связи с этим ИП Черкашин М.В. заявил ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на обжалование судебного акта.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2020 апелляционная жалоба принята к производству с указанием на рассмотрение указанного ходатайства в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 08.02.2021 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению обособленного спора о признании недействительными договора купли-продажи недвижимого имущества от 18.07.2017, заключенного между должником и Коковиной Юлией Анатольевной и договора купли-продажи недвижимого имущества от 09.12.2017, заключенного между Коковиной Юлией Анатольевной и Гошиным Андреем Витальевичем, и применении последствий недействительности сделки в виде обязания Гошина Андрея Витальевича вернуть в конкурсную массу должника земельный участок: кадастровый номер 66:63:0101067:216, здание: кадастровый номер 66:63:0101067:383, здание: кадастровый номер 66:63:0101067:323, расположенные по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А, по делу № А60-3126/2018 по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции. Назначил дело к судебному разбирательству в судебном заседании арбитражного суда апелляционной инстанции на 03 марта 2021 года с 16 час. 45 мин. Привлек к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, индивидуального предпринимателя Черкашина Максима Вячеславовича (ИНН 665894776230, ОГРНИП 318665800098025), место регистрации: 620014, г. Екатеринбург, ул. Юмашева, 11-85.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 03.03.2021 произведена замена судьи Нилоговой Т.С. на судью Макарова Т.В. для рассмотрения по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, заявления финансового управляющего Шорохова Андрея Владимировича о признании недействительными договора купли-продажи недвижимого имущества от 18.07.2017, заключенного между должником и Коковиной Юлией Анатольевной и договора купли-продажи недвижимого имущества от 09.12.2017, заключенного между Коковиной Юлией Анатольевной и Гошиным Андреем Витальевичем, и применении последствий недействительности сделки в виде обязания Гошина Андрея Витальевича вернуть в конкурсную массу должника земельный участок: кадастровый номер 66:63:0101067:216, здание: кадастровый номер 66:63:0101067:383, здание: кадастровый номер 66:63:0101067:323, расположенные по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А; в рамках дела №А60-3126/2018, сформирован состав суда: председательствующий судья Гладких Е.О., судьи Данилова И.П., Макаров Т.В.

В судебном заседании 03.03.2021 Черкашин М.В. и его представитель просили дело слушанием отложить для сбора и получения дополнительных доказательства, а также просят направить запрос в АО «БАНК ИНТЕЗА» для получения сведений о платежах, произведенных по договору № ЛД1432300011/3-2 между АО «БАНК ИНТЕЗА» и Юсуповым Ильдаром Сагитовичем.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 03.03.2021 судебное заседание отложено на 25.03.2021.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 24.03.2021 произведена замена судьи Даниловой И.П. на судью Макарова Т.В.

В судебном заседании заинтересованное лицо Гошин А.В. и третье лицо Гошин М.А. заявили ходатайство об отложении судебного разбирательства для дополнительной подготовки и формирования правовой позиции по делу в связи с тем, что запрошенные ими в банке доказательства в подтверждение оплаты по оспариваемой сделке в настоящее время еще не получены, банк готовит ответ и информацию по платежам.

Определением от 25.03.2021 рассмотрение дела отложено на 28.04.2021.

В судебном заседании 28.04.2021 заинтересованное лицо Гошин А.В. и третье лицо Гошин М.А. заявили ходатайство о приобщении к материалам дела копии выписки банка ПАО «Сбербанк» по счету Коковиной Ю.А., подтверждающей внесение Гошиным М.А. денежных средств в сумме 1 585 010 руб. и 300 000 руб. Ходатайство удовлетворено судом, копия выписки приобщена к материалам дела.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.02.2002 № 127 - ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подаётся в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

По общему правилу, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, 18.07.2017 между Юсуповым Ильдаром Сагитовичем («Продавец») и Коковиной Юлией Анатольевной («Покупатель») заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель приобрела в частную собственность недвижимое имущество - земельный участок и расположенные на нем два здания нежилого назначения по адресу: Свердловская область, город Сухой Лог, ул. Энергетиков, № 1А. Указанное недвижимое имущество продано Покупателю за 5 000 000 руб.

В дальнейшем 09.12.2017 между Коковиной Юлией Анатольевной («Продавец») и Гошиным Андреем Витальевичем («Покупатель») заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель приобрела в частную собственность недвижимое имущество - земельный участок и расположенные на нем два здания нежилого назначения по адресу: Свердловская область, город Сухой Лог, ул. Энергетиков, № 1А. Указанное недвижимое имущество продано Покупателю за 5 000 000 руб.

Согласно постановлению № 2173/1014 об отказе в возбуждении уголовного дела от 19.04.2018 года, 13.03.2018 года в ОМВД России по городу Сухой Лог в КУСП № 2173 зарегистрировано заявление Юсупова Ильдара Сагитовича о том, что Коковина Юлия Анатольевна (Покупатель) и Юсупова Оксана Михайловна обманным путем завладели его денежными средствами.

При опросе Юсупов И.С. пояснил, что в 2016 году, он являлся индивидуальным предпринимателем по перевозке пассажиров в городе Сухой Лог и в Сухоложском районе. В его собственности имелось движимое и недвижимое имущество, а именно: жилой дом, расположенный по адресу: г. Сухой Лог, ул. Липовая, д. 22, промышленная база, расположенная по адресу: г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, д. 1 А и 7 автобусов. Данное имущество являлось залоговым.

Через некоторое время Юсупов И.С. продал принадлежащий ему дом и базу с целью гашения задолженности по банковским кредитам.

Также Юсупов И.С. пояснил, что после продажи Коковиной Ю.А., принадлежащей ему промышленной базы денежные средства ему не передавали.

При опросе Коковиной Ю.А., пояснила, что ранее ее мать Юсупова О.М. состояла в законном браке с Юсуповым И.С.

В свою очередь Коковина Ю.А. продала промышленную базу Гошину А.В., который в настоящее время является собственником спорного имущественного комплекса.

По мнению финансового управляющего, оспариваемые сделки совершены между заинтересованными лицами, и в результате их совершения нанесен имущественный вред кредиторам, поскольку должник не получил денежных средств за проданное имущество.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления (дата заключения сделок - 18.07.2017 и 09.12.2017, определение о принятии заявления о признании должника банкротом по делу № А60-3126/2018 вынесено 29.01.2018, таким образом, сделки подпадают в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) и в результате их совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 в абз. 2 п. 5 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления от 23.12.2010 № 63).

В силу положений вышеуказанных абзацев неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостатком денежных средств; недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств: гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил; более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены; размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования; наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание (пункт 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, в момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности. Так, между ПАО «СКБ-банк» и ИП Юсупов И.С. был заключен кредитный договор № 168.1-636М12 от 23.08.2012. Согласно расчету задолженности, предоставленному банком, последний платеж Юсуповым И.С. был совершен 28.09.2015. Заочным решением Сухоложского городского суда Свердловской области от 21.09.2017 с Юсупова И.С. Юсуповой (Ковалевой) О.М. солидарно взыскана задолженность по указанному кредитному договору в размере 3 758 630,33 рублей (решение вступило в законную силу 28.11.2017.) Также между ПАО «СКБ-банк» и ИП Юсуповой (Ковалевой О.М.) был заключен кредитный договор № 168.1-361 Ml2 от 24.02.2012. Согласно расчету задолженности, предоставленному банком, последний платеж был совершен 24.11.2016. Заочным решением Сухоложского городского суда Свердловской области от 21.09.2017 с Юсупова И.С. Юсуповой (Ковалевой) О.М. солидарно взыскана задолженность по указанному выше кредитному договору в размере 1 562 415.53 рублей (решение вступило в законную силу 28.11.2017).

Данные обстоятельства свидетельствуют о неплатежеспособности должника на момент заключения договора с Коковиной Ю.А..

Вместе с тем, из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (определение Верховного Суда РФ от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710 (4) по делу № А40-177466/2013).

Сторонами данной сделки являются заинтересованные лица. Коковина Ю.А. является заинтересованным лицом в отношении Юсупова И.С. на основании ст. 19 Закона о банкротстве (является дочерью Юсуповой (Ковалевой) О.М., что не оспаривается сторонами). Гошин М.А. (сын Гошина А.В. – стороны по сделке с Коковиной Ю.А.), как он сам пояснил в судебном заседании суда апелляционной инстанции) сотрудничал с Юсуповым И.С., в том числе путем использования в коммерческих целях недвижимого имущества, являющего предметом спорных сделок (24.10.2016 Юсупов И.С. и Гошин М.А. подписали договор купли-продажи спорного недвижимого имущества, который в дальнейшем не исполнили по причинам, которые суду не раскрыты).

Должник произвёл отчуждение недвижимого имущества в пользу Коковиной Ю.А. - дочери бывшей супруги должника, по смыслу ст. 19 Закон о банкротстве являющейся заинтересованным по отношению к должнику лицом. Данная сделка является безвозмездной, доказательств получения денежных средств по спорной сделке не представлено. Кроме того, договор купли-продажи от 09.12.2017 между Коковиной Ю.А. и Гошиным А.В. совершен также на безвозмездной основе, доказательств обратного не представлено.

В материалах дела отсутствует информация о получении денежных средств должником от сделки, совершенной с Коковиной Ю.А.

Представленная Гошиными А.В. и М.В. выписка ПАО «Сбербанк» по счету Коковиной Ю.А. оплату по спорной сделке также не подтверждает. Из указанной выписки не следует, что оплата была внесена Гошиным М.В. (сыном покупателя по сделке с Коковиной Ю.А.) в счет покупки спорного недвижимого имущества (основание платежа и суммы платежей с условиями договора не соотносятся), отсутствуют доказательства, что данные платежи не были в дальнейшем возращены Гошину М.В. (из выписки следует, что поступившие от Гошина М.В. суммы в размере 1 585 010 руб. и 300 000 рублей сразу были сняты со счета, при этом Коковина Ю.А. никаких пояснений относительно данных операций суду не давала, о наличии таких оплат в счет спорного договора со стороны Гошина М.В. не заявляла).

Финансовую возможность приобретения спорного имущества Гошин А.В., несмотря на предложения суда (определение суда об отложении судебного разбирательства от 25.03.2021), не подтвердил.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оспариваемой сделкой причинен имущественный вред кредиторам, что выразилось в безвозмездной передаче должником своего имущества стоимостью по сделке 5 000 000,00 руб., то есть в уменьшении размера имущества должника в связи с ее заключением, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов.

При этом ни Коковиной Ю.А., ни Гошиным А.В. не представлено документальных доказательств, свидетельствующих об экономической целесообразности заключенных сделок.

Временной промежуток заключенных сделок (18.07.2017, 09.12.2017) также ставит под сомнение экономический смысл заключенных сделок.

Поскольку сделка не имела встречного предоставления, предполагается, что осведомленность кредитора иметь значения не должна, так как приоритет должен отдаваться реально пострадавшим от банкротства должника кредиторам самого должника, а не кредитору другого лица.

По мнению коллегии судей, факт заключения спорных сделок в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, осуществление сделки в отсутствие документальных доказательств, подтверждающих оплату должнику приобретенного по сделке имущества, и аффилированность сторон - в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии у оспариваемых сделок состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу, что оспариваемая сделка является недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Кроме того, конкурсный управляющий полагает, что указанный договор также является недействительным на основании 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.15 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

В соответствии с п. 10 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 года N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В силу положений п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 86 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определения Верховного Суда РФ от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов, подтверждающих в рассматриваемом случае факт заключения и исполнения оспариваемых сделок, суд не должен ограничиваться проверкой представленных заинтересованными лицами документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

В определении от 13.07.2018 по делу № А32-43610/2015 Верховный Суд Российской Федерации указал, что осуществляя проверку фиктивности договорных правоотношений, суду следует исследовать, в том числе, экономическую целесообразность заключения таких сделок.

Вывод активов должника (в том числе, в виде ликвидного имущества) путем оформления внешне правильно оформленных документов, происходит в случаях, когда у должника и ответчиков имеется общий интерес, обусловленный заинтересованностью сторон сделки по отношению друг к другу.

При этом аффилированность может носить не только юридический, но и фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475). Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В связи с изложенным в деле о банкротстве должен быть применен более строгий стандарт доказывания, чем в обычном исковом производстве. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для удовлетворения сделки недействительной.

Оценив все представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих экономический смысл и финансовую выгоду от заключенных сделок как для Коковиной Ю.А. (приобрела имущества у должника за 5 000 000 рублей и продала через пол года по той же цене, без извлечения какого-либо дохода от использования имущества), так и для Гошина А.В. (доказательства фактического использования имущества в материалах дела отсутствуют, Гошиным А.В. и Гошиным М.В. не представлены, несмотря на отложение судебного разбирательства, в том числе и с этой целью; передача имущества в залог Черкашину М.В. доказательством использования данного имущества не является). При этом ни Коковиной Ю.А., ни Гошиным А.В. не представлено документальных доказательств, свидетельствующих об экономической целесообразности заключенных сделок. Временной промежуток заключенных сделок (18.07.2017, 09.12.2017) также ставит под сомнение экономический смысл заключенных сделок.

Исходя из вышеизложенного, договоры купли-продажи от 18.07.2017, от 09.12.2017 совершены сторонами лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия.

В силу вышеизложенных обстоятельств, оспариваемые сделки также являются недействительной сделкой на основании статей 10, 168 ГК РФ, п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Между тем, на объекты недвижимости установлено обременение в виде ипотеки в пользу Черкашина М.В. Указанные обременения возникли на основании договора залога от 17.06.2019:

земельный участок, кадастровый номер 66:63:0101067:216, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул.

Энергетиков, 1А (номер государственной регистрации обременения 66:63:0101067:216-66/014/2020-15);

здание, кадастровый номер 66:63:0101067:383, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А (номер государственной регистрации обременения 66:63:0101067:383-66/014/2020-12);

здание, кадастровый номер 66:63:0101067:323, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А (номер государственной регистрации обременения 66:63:0101067:323-66/014/2020-12).

Как следует из представленных в материалы доказательств, договор залога от 17.06.2019 заключен между Гошиным А.В. и Черкашиным М.В. в целях обеспечения обязательства Гошина А.В. по возврату денежных средств, полученных по договору займа от 17.06.2019.

Черкашин М.В. во исполнение принятых на себя по договору займа обязательств передал Гошину А.В. денежные средства в установленном договором размере, что подтверждается приходным кассовым ордером № 11-9 от 21.06.2019. Однако Гошин А.В. до настоящего времени сумму займа не возвратил (заочное решение Сухоложского городского суда Свердловской области от 29.01.2021).

При этом Черкашин М.В., не являясь стороной признанных недействительными сделок, действуя добросовестно и разумно, имел возможность узнать о законности приобретения на праве собственности Гошиным А.В. вышеуказанного имущества только из сведений, содержащихся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, которые являются открытыми для всех.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Черкашин М.В., не находящийся с должником в родственных, дружеских, партнерских или иных отношениях заинтересованности, принимая решение о заключении договора займа и договора залога с Гошиным А.В., исходил из факта государственной регистрации права, в связи с чем в рассматриваемом случае оснований для признания действий Черкашина М.В. недобросовестными не имеется.

Апелляционная коллегия отмечает, что о злоупотреблении правом со стороны Черкашина М.В. при заключении договора залога могло бы свидетельствовать, например, совершение названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как: участие Черкашина М.В. в операциях по неправомерному выводу активов должника; получение безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности должника; реализация договоренностей между Черкашиным М.В. и должником или залогодателем, направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали и т.п.

Однако ни на одно из перечисленных выше обстоятельств финансовый управляющий при рассмотрении настоящего обособленного спора не ссылался.

Финансовым управляющим должника не была опровергнута презумпция добросовестного осуществления Черкашиным М.В. своих гражданских прав (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, с учетом приведенных норм права, признание недействительной первоначальной сделки, послужившей впоследствии основанием для регистрации перехода права собственности за Гошиным А.В., представившим имущество в залог, само по себе не влечет прекращение права залога добросовестного залогодержателя.

Доказательств того, что Черкашин М.В. заключая договор залога, знал (или должен был знать) о порочности сделок купли-продажи между должником и Коковиной К.А. от 18.07.2017, Коковиной Ю.А. и Гошиным А.В. от 09.12.2017, а впоследствии и об отсутствии законных оснований для передачи Гошиным А.В. спорного имущества в залог на момент заключения договоров залога, в материалы дела не представлено.

Таким образом, Черкашин М.В. является добросовестным залогодержателем, основания для признания договора залога от 17.06.2019 недействительным отсутствуют.

Указанные обстоятельства подтверждены определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2021 по делу А60-3126/2018, вступившим в законную силу.

Оспариваемая сделка является недействительной по основаниям, приведенным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки (пункт 29 разъяснений Постановления N 63).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возвратить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникших вследствие неосновательного обогащения.

Действующее законодательство допускает защиту конкурсной массы как путем предъявления арбитражным управляющим иска о признании недействительной первой сделки об отчуждении имущества должника и применении последствий ее недействительности в виде взыскания стоимости отчужденного имущества с первого приобретателя (статьи 61.1, 61.6 Закона о банкротстве), так и путем предъявления иска об истребовании этого же имущества из незаконного владения конечного приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из правовой позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 24.12.2015 N 303-ЭС15-11427 (1), следует, что в соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В абзаце 2 пункта 25 Постановления N 63 разъяснено, что в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

Следовательно, закон предусматривает при признании сделки недействительной применение двусторонней реституции, то есть восстановление сторон в первоначальное положение, существовавшее до сделки.

В настоящем случае невозможность возвращения должнику спорного имущества в натуре в том виде, в котором оно было первоначально отчуждено должником по подозрительной сделке, не подтверждена.

При данных обстоятельствах, учитывая, что в материалах настоящего спора отсутствуют доказательства равноценного встречного исполнения по подозрительной сделке, на основании которой было произведено отчуждение спорного имущества, в качестве последствия недействительности оспариваемой сделки судом применяется односторонняя реституция, а именно - возврат земельного участка, кадастровый номер 66:63:0101067:216, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А; здания, кадастровый номер 66:63:0101067:383, расположенного по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А; здания, кадастровый номер 66:63:0101067:323, расположенного по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А, обеспеченных залогом в пользу индивидуального предпринимателя Черкашина Максима Вячеславовича, в конкурсную массу должника.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы Ш.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 24 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 г. № 63 при удовлетворении судом заявления арбитражного управляющего об оспаривании сделки понесенные судебные расходы взыскиваются с другой стороны оспариваемой сделки в пользу должника, а в случае отказа в удовлетворении заявления - с должника в пользу другой стороны оспариваемой сделки.

Государственная пошлина в размере 6000 руб. подлежит взысканию с Коковиной Юлии Анатольевны в пользу должника, и 6000 руб. с Гошина Андрея Витальевича в доход федерального бюджета на основании ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обстоятельства, повлекшие переход к рассмотрению дела судом апелляционной инстанции по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции (часть 6.1 статьи 268, пункты 2, 4 части 4 статьи 270 АПК РФ), являются основанием для отмены судебного акта суда первой инстанции.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Свердловской области 19 марта 2020 года по делу № А60-3126/2018 подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ государственная пошлина по апелляционной жалобе относятся на должника.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 19 марта 2020 года по делу № А60-3126/2018 отменить.

Заявление финансового управляющего должника об оспаривании сделок удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 18.07.2017, заключенный между должником и Коковиной Юлией Анатольевной.

Признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 09.12.2017, заключенный между Коковиной Юлией Анатольевной и Гошиным Андреем Витальевичем.

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания Гошина Андрея Витальевича вернуть в конкурсную массу должника следующее имущество:

земельный участок, кадастровый номер 66:63:0101067:216, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А;

здание, кадастровый номер 66:63:0101067:383, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А;

здание, кадастровый номер 66:63:0101067:323, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Сухой Лог, ул. Энергетиков, 1А,

обеспеченное залогом в пользу индивидуального предпринимателя Черкашина Максима Вячеславовича.

Взыскать с Коковиной Юлии Анатольевны в пользу Юсупова Ильдара Сагитовича 6 000 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с Гошина Андрея Витальевича в доход федерального бюджета 6 000 (шесть тысяч) рублей государственной пошлины.

Взыскать с Юсупова Ильдара Сагитовича в пользу индивидуального предпринимателя Черкашина Максима Вячеславовича 3 000 (три тысячи) рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий



Е.О. Гладких



Судьи



Л.М. Зарифуллина



Т.В. Макаров