Постановление от 27 апреля 2026 г. АС Вологодской области

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, <...>

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-14451/2020
г. Вологда
28 апреля 2026 года


Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2026 года.

В полном объёме постановление изготовлено 28 апреля 2026 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Писаревой О.Г. и Шумиловой Е.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Ерофеевой Т.В.,

при участии с использованием системы веб-конференции от финансового управляющего имуществом ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 24.11.2025,

при участии в судебном заседании от ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 23.09.2025,

от общества с ограниченной ответственностью «Спортивный комплекс «Автомобилист» представителя ФИО4 по доверенности от 19.02.2026,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО5 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 02 января 2026 года по делу № А13-14451/2020,

у с т а н о в и л:

ФИО6 обратилась 22.10.2020 в Арбитражный суд Вологодской области (далее – суд) с заявлением о признании ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения; адрес: 160000, <...>; ИНН <***>, СНИЛС <***>; далее – Должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 05.11.2020 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением суда от 08.04.2021 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура реализации имущества гражданина на срок шесть месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО5.

Финансовый управляющий обратился 01.06.2023 в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к Должнику, ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «Спортивный комплекс «Автомобилист» (ОГРН <***>, ИНН <***>; далее – ООО «СК «Автомобилист», Общество), в котором признать недействительными следующую совокупность (цепочку) сделок:

заявление ФИО1 о выходе из состава участников

ООО «СК «Автомобилист»;

решение внеочередного собрания участников ООО «СК «Автомобилист» от 08.02.2018 о выходе ФИО1 из состава участников ООО «СК «Автомобилист»,

решение единственного участника ФИО3 от 17.12.2018 о погашении доли ФИО1 в размере 50 %, номинальной стоимостью 185 620 рублей в ООО «СК «Автомобилист», распределении 100 % доли в пользу ФИО3, уменьшении уставного капитала общества до 185 620 руб.

В качестве применения последствий недействительности сделок просил признать право ФИО1 на 50 % доли в уставном капитале ООО «СК «Автомобилист» номинальной стоимостью 185 620 руб., восстановить величину уставного капитала ООО «СК «Автомобилист» до момента совершения вышеуказанных сделок в размере 371 240 руб.

Определением суда от 02.01.2026 в удовлетворении заявления отказано.

Финансовый управляющий с этим определением суда не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить.

В обоснование жалобы ее податель указал на то, что оспариваемая цепочка притворных сделок фактически направлена на отчуждение ФИО1 доли в размере 50 % в Обществу в пользу аффилированного лица – ФИО3, что свидетельствует о наличии оснований для признания их недействительными на основании части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –Закон о банкротстве).

Вывод суда о пропуске годичного срока исковой давности сделан при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, поскольку финансовый управляющий в марте 2022 года не имел возможности самостоятельно получить бухгалтерскую отчетность за 2017 год, необходимую для проверки правильности расчета действительной стоимости доли и установления факта ее существенного занижения.

Финансовый управляющий полагает, что эксперт необоснованно вышел за пределы вопросов, поставленных судом, в связи с чем во внимание должны приниматься выводы только по действительной стоимости доли (по затратному методу).

Возможность оспаривания цепочки сделок и действий, направленных на косвенное лишение должника доли за счет операций с уставным капиталом общества, а не прямого отчуждения, подтверждается пунктом 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 04.07.2018.

В заседании суда представитель финансового управляющего поддержал апелляционную жалобу и доводы, изложенные в ней.

Представитель Общества и ФИО3 в отзывах на апелляционную жалобу и в судебном заседании возражал против ее удовлетворения, просил оставить обжалуемое определение суда без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Выслушав мнение, исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 18.09.2014 за основным государственным регистрационным номером <***>.

Оно создано путем реорганизации закрытого акционерного общества «Спортивный комплекс «Автомобилист» в форме преобразования в ООО «СК «Автомобилист».

Уставный капитал Общества сформирован в размере 371 240 руб. и распределен между учредителями ФИО1 и ФИО3 в размере 50 % доли у каждого (пункт 3.3 Устава Общества – т. 25, л. д. 124).

ФИО1, владеющий 50 % долей в уставном капитале Общества, обратился в ООО «СК «Автомобилист» с нотариально удостоверенным заявлением от 19.01.2018 о выходе из состава участников и выплате ему действительной стоимости доли. Указанное заявление получено Обществом 02.02.2018 (т. 25, л. д. 80 - 93).

Обществом на основании поступившего заявления ФИО1, произведен расчет действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «СК «Автомобилист», причитающейся ФИО1 Размер выплаченной Должнику действительной стоимости 50% доли в уставном капитале ООО «СК «Автомобилист» составил 36 843 500 руб. Денежные средства перечислены ФИО1 (т. 44, л. д. 169).

На основании решения общего собрания участников Общества от 08.02.2018 доля в размере 50 % в уставном капитале ООО «СК «Автомобилист», ранее принадлежавшая ФИО1, перешла к Обществу (т. 25, л. д. 94 – 96).

Впоследствии решением единственного участника Общества ФИО3 от 17.12.2018 доля в уставном капитале, принадлежавшая Обществу, в размере 50 % номинальной стоимостью 185 620 руб. погашена, уставный капитал ООО «СК «Автомобилист» уменьшен до 185 620 руб.

ФИО3 стал единственным участником Общества с размером доли в уставном капитале 100% номинальной стоимостью 185 620 руб. (т. 25, л. д. 48).

Соответствующие изменения внесены в ЕГРЮЛ.

Между тем определением суда от 05.11.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1

Решением суда от 08.04.2021 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура реализации имущества гражданина.

Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что цепочка сделок по выходу ФИО1 из состава участников Общества и уменьшению уставного капитала Общества является притворной, прикрывающей непосредственно сделку по отчуждению доли в уставном капитале ФИО3, совершена с целью причинения ущерба интересам кредиторов, обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции счел требования недоказанными.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником, или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Законе.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае производство по делу о банкротстве Должника возбуждено 05.11.2020, первая сделка из цепочки оспариваемых сделок совершена 19.01.2018, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, приведенных в пункте 5 Постановления № 63, следует, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункты 5 - 7 Постановления № 63).

Финансовый управляющий ссылается на то, что сделкой по выходу ФИО1 из числа участников Общества причинен вред имущественным правам кредиторов, так как действительная стоимость доли значительно превышает размер, рассчитанный Обществом (1 071 747 руб.).

Финансовый управляющий указывает на то, что сделка по выходу ФИО1 из числа участников Общества совершена при отсутствии равноценного встречного исполнения, поскольку действительная стоимость доли фактически составляет большую сумму, чем была выплачена Должнику при выходе из общества.

Судом в целях определения действительной стоимости доли в уставном капитале Общества назначена судебная экспертиза об оценке действительной стоимости доли в размере в размере 50 % в уставном капитале ООО «СК «Автомобилист» с учетом рыночной стоимости имущества по состоянию на 31.12.2017. Проведение судебной экспертизы поручено эксперту закрытого акционерного общества «Вологодский центр правовой информатизации» ФИО7.

Согласно заключению эксперта от 27.02.2025 № 03-02/2025 (т. 131,

л. д. 57 – 170, т. 144, л. д. 1 - 103) рыночная (действительная) стоимость доли в размере 50 % в уставном капитале ООО «СК «Автомобилист» по состоянию на 31.12.2017 составляет 36 900 000 руб.

Исследовав заключение судебной экспертизы в совокупности с иными имеющимися в деле доказательствами, суд признал его полным и обоснованным, соответствующим требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ.

Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, наличии в заключении противоречивых или неясных выводов, в материалы дела не представлено; экспертом представлены ответы на вопросы финансового управляющего, в том числе относительно применения затратного подхода оценки.

Эксперт, проводивший экспертизу, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чем в экспертном заключении имеется подписка; имеет надлежащую квалификацию; компетентность эксперта не опровергнута допустимыми доказательствами.

Ходатайство подателя жалобы о проведении повторной экспертизы отклоняется апелляционной коллегией ввиду следующего.

В силу части 2 статьи 87 АПК РФ основанием для назначения повторной экспертизы является возникновение сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличие противоречий в выводах эксперта.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы, в том числе и повторной, согласно статьям 82 и 87 АПК РФ относится к компетенции суда, рассматривающего спор по существу.

Вопреки доводам апеллянта, доказательства того, что представленное в дело экспертное заключение не соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, а выводы эксперта по результатам исследования неясны и противоречивы, не представлены.

В данном случае отсутствуют какие-либо нарушения процессуальных норм, регламентирующих назначение и производство судебных экспертиз; в заключении содержатся сведения о примененной методике, разъяснение основных теоретических положений, из которых исходит в своем заключении эксперт.

Как верно отмечено судом, несогласие заявителя с результатом экспертизы само по себе не влечет необходимости в проведении повторной экспертизы, при том что назначение повторной экспертизы - это право суда, а не обязанность.

В связи с этим апелляционная коллегия отклоняет ходатайство финансового управляющего о назначении повторной экспертизы, заявленное в суде апелляционной инстанции.

В пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 01.06.2022, сформулирован правовой подход, согласно которому при рассмотрении судами вопроса превышения цены над рыночной необходимо использовать критерий кратности.

Из абзаца третьего пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) следует, что если полученное одним лицом по сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного ущерба для первого и о совершении сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях.

В настоящем случае данные обстоятельства отсутствуют, в связи с этим наличие неравноценного встречного предоставления в пользу Должника не установлено.

Поскольку факт причинения вреда кредиторам не доказан, оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не имелось.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункты 87, 88 Постановления № 25).

При совершении притворной сделки имеет место несовпадение совершенного волеизъявления с действительной волей сторон; в случае заключения притворной сделки целью сторон является достижение определенных правовых последствий, при этом воля сторон направлена на установление между сторонами сделки гражданско-правовых отношений, но иных по сравнению с выраженными в волеизъявлении сторон.

В силу пункта 1 статьи 94 ГК РФ, статьи 26 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) следует, что участник общества с ограниченной ответственностью вправе выйти из общества путем отчуждения обществу своей доли в его уставном капитале независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Согласно пункту 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», основанием для перехода доли участника, который намерен выйти из общества, является заявление о выходе из общества.

Такое волеизъявление является односторонней сделкой, поскольку для ее совершения необходимо и достаточно воли одной стороны (пункт 2 статьи 154 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 5.1 устава ООО «СК «Автомобилист» участник общества вправе в любое время выйти из состава Общества независимо от согласия других его участников или Общества.

Согласно пункту 6.1 статьи 23 Закона об ООО в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Закона его доля переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Таким образом, как верно отмечено судом первой инстанции, участник общества с ограниченной ответственностью не является собственником имущества юридического лица, он вправе претендовать только на выплату действительной стоимости его доли в уставном капитале общества или выдачу в натуре имущества, соответствующего такой стоимости, при наличии обстоятельств, указанных в статье 94 ГК РФ.

ФИО1 реализовал свое право на выход из состава участников Общества, обратившись с нотариально удостоверенным заявлением

от 19.01.2018 о выходе из состава участников и выплате ему действительной стоимости доли; у Общества, в свою очередь, возникла обязанность по выплате ФИО1 действительной стоимости доли.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20 Закона об ООО общество вправе, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, обязано уменьшить свой уставный капитал.

Уменьшение уставного капитала общества может осуществляться путем уменьшения номинальной стоимости долей всех участников общества в уставном капитале общества и (или) погашения долей, принадлежащих обществу.

В течение одного года со дня перехода доли или части доли в уставном капитале общества к обществу они должны быть по решению общего собрания участников общества распределены между всеми участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале общества или предложены для приобретения всем либо некоторым участникам общества и (или), если это не запрещено уставом общества, третьим лицам. Не распределенные или не проданные в установленный настоящей статьей срок доля или часть доли в уставном капитале общества должны быть погашены, и размер уставного капитала общества должен быть уменьшен на величину номинальной стоимости этой доли или этой части доли (пункты 2, 5 статьи 24 Закона об ООО).

Принятие решения собранием участников Общества 08.02.2018 о выходе ФИО1 из состава участников Общества и переходе доли к Обществу, а также решения единственного участника Общества ФИО3 от 17.12.2018 о погашении доли и уменьшении уставного капитала Общества обусловлено требованиями Закона об ООО и не свидетельствует о злоупотреблении правом.

Установив, что сделка по выходу ФИО1 из состава участников Общества является односторонней сделкой, согласия другого участника Общества (ФИО3) на совершение данной сделки не требовалось, в результате совершения сделки Должник получил встречное предоставление и при этом неравноценность сделки не доказана, равно как не доказана цель безвозмездного отчуждения доли, принадлежащей ФИО1, в пользу ФИО3, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии факта злоупотребления правом как со стороны должника, так и со стороны ответчиков, а также нарушения прав и законных интересов кредиторов при совершении сторонами оспариваемой сделки.

При этом вопреки доводам финансового управляющего отказ в удовлетворении требований мотивирован не пропуском срока исковой давности; в обжалуемом определении суд указал, что при оспаривании сделки по мотиву ничтожности трехлетний срок исковой давности финансовым управляющим не пропущен.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не проверены и учтены арбитражным судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение жалобы возлагаются на должника.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 02 января 2026 года по делу № А13-14451/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО5 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ИНН <***>, СНИЛС <***>) в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

К.А. Кузнецов


Судьи

О.Г. Писарева


ФИО8